Книга про смерть: 5 книг о смерти и умирании

Содержание

5 книг о смерти и умирании

18 ноября на площадке «InLiberty Рассвет» стартует курс «Смерть: в науке, культуре, политике и нашей жизни» — для всех, кто хочет научиться без неловкости говорить о старости, умирании и смерти, а также понять, как устроены траурные ритуалы, экономика кладбищ, что такое «политическая жизнь» мертвых и кто дает нам право на жизнь и право на смерть. Один из кураторов курса антрополог Сергей Мохов посоветовал для «Библиотеки T&P» несколько книг по теме.

Сергей Мохов

Антрополог, координатор Лаборатории социальных исследований смерти и умирания (ЦНСИ), редактор научного журнала «Археология русской смерти»

Филипп Арьес

Книга французского историка Филиппа Арьеса является своеобразной «библией», в которой раскрывается академический взгляд на тему смерти. Несмотря на то что она написана более полувека назад, это, пожалуй, наиболее цитируемая работа, которая не теряет актуальности. Это ретроспективное исследование образов смерти в европейской культуре и смены парадигм в нашем отношении к теме.

Кейтлин Даути

Кейтлин Даути долгое время работала в крематории, потом стала профессиональным похоронщиком, получив лицензию, а сейчас является одним из идеологов движения Death Positive, выступая по всему миру и рассказывая о своем (весьма нетривиальном) взгляде на смерть и на жизнь. Эта книга — абсолютный бестселлер в США, и вот наконец она переведена на русский язык. В ней собраны «байки из склепа», а точнее крематория, обильно приправленные личными размышлениями на вечную тему.

Элизабет Кюблер-Росс

С книги Элизабет Кюблер-Росс началось хосписное движение в Америке, под воздействием ее идей развились современные представления о помощи переживающим горе и утрату — ее 5-фазовую «модель принятия» знают даже люди, далекие от темы. Конечно, как и книга Арьеса, работа Кюблер-Росс довольно легко критикуется, крайне спорна и, может, даже не совсем актуальна в современном контексте, но чтобы увидеть, с чего все начиналось, познакомиться с ней необходимо.

Моника Блэк

Историческая антропология темы смерти в отдельно взятом сообществе. Моника Блэк предпринимает попытку понять, менялись ли взгляды немцев на смерть в годы Первой и Второй мировых войн, в послевоенные периоды, во время разделения страны на западную и восточную части. Влияли ли эти взгляды на политику Германии, или же определялись ею? Несмотря на некоторые проблемные места, книга является редким примером того, как можно академично писать о смерти.

Сергей Мохов

Конечно, я бы никогда не советовал читать то, что пишу сам (это и неприлично, да и я далек от писательского идеала), но, к сожалению, книг на русском языке о смерти и умирании настолько мало, что придется это сделать. Моя книга посвящена авторской интерпретации и поиску ответов на вопросы «Как устроена похоронная индустрия в разных странах?», «Для чего придумали бальзамацию?», «Почему в России кладбища такие неухоженные, а в качестве катафалка используются грузовые автомобили?» и так далее.

Где можно учиться по теме #смерть

20 книг о смерти

Победа над смертью и адом — вот что совершил Христос. «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века» — вот наша надежда и цель, а вовсе не «в ужасе ожидаю пришествия антихриста», как это часто сейчас бывает. Тот факт, что ликование и надежда сменились страхом, сигнализирует о чем-то очень плохом в истории христианства.

Неявным образом страх антихриста коррелирует с фантазмом живых мертвецов — одной из главных символических фигур современности. Наша эпоха, если судить по медиа, в принципе не воспринимает христианскую надежду на воскресение мертвых. Она способна только на возрождение архаического страха перед мертвецами.

Победа над смертью, надежда на воскресение мертвых — вот центральное в христианстве.

«Куда идёт душа? Раннее христианство и переселение душ»
Диакон Андрей Кураев

Одна из лучших книг Кураева. Она  рассказывает о христианском понимании смерти и посмертия в полемике с современным оккультизмом и религиозной безграмотностью. В центре книги — идея переселения душ и вопрос о том, действительно ли Церковь (и Ориген в частности) её исповедовали.


«Литургия смерти и современная культура»
Протоиерей Александр Шмеман

Небольшая книжка (запись четырех лекций) о, вероятно, главном в христианстве — победе над смертью. «Что это значит для нас — тех, кто ведь все равно умрет?» — главный вопрос отца Александра. Но не единственный.

Отец Александр Шмеман высказывает в «Литургии смерти» важные мысли о взаимосвязи христианства и секуляризма, ведь вторая часть названия книги — «современная культура». Одна из таких мыслей — «потребитель есть только в христианстве» — точная, острая, к сожалению, не развернутая.

Секуляризм — продукт христианского мира. Секулярное отношение к смерти — «мы не будем ее замечать; она не имеет смысла». Как мир, воспитанный на «Христос воскресе из мертвых», мог прийти к такому пониманию? Христианство, религия воскресения мертвых и чаяния будущего века, на определенном этапе «забыло» эсхатологическое измерение. «Победа над смертью», упование на Царство «выпало» из реальной жизни.

Почему так произошло и что с этим делать — рассказывает о. Александр.



«Боль утраты»
К. С. Льюис

Пронзительная книга о смерти любимого человека, в некоторых местах приближающаяся к дерзновению Иова. Льюис писал эти дневники после смерти своей жены Джой. Пожалуй, «Боль утраты» – самая жесткая книга Льюиса: зачем Бог наделяет людей счастьем, а потом жестоко его лишает?

Джой Дэвидман (1915–1960; ее фото на обложке) — американская писательница еврейского происхождения, была членом американской компартии. Впервые она написала Льюису, чтобы поспорить с его аргументами в защиту веры. Джой была больна раком: они обвенчались, уверенные в ее скорой смерти. Однако у Джой началась ремиссия. Одновременно у Льюиса начались сильные боли: у него нашли рак крови. Льюис был уверен, что он искупил своими страданиями страдания жены. Однако через два года болезнь вернулась к Джой, и она умерла. Через три года умер и сам Льюис.

Размышляя об этих событиях, Льюис спрашивает: «Разумно ли верить, что Бог жесток? Неужели Он может быть таким жестоким? Что, Он — космический садист, злобный кретин?» Льюис проводит нас по всем стадиям отчаяния и ужаса перед кошмаром нашего мира и в конце как будто бы видит свет… «Боль утраты» — глубокое и честное размышление (или вопль?) о радости и страдании, любви и семье, смерти и мировой бессмыслице, о честности и самообмане, религии и Боге. В «Боли утраты» нет типичной для Льюиса рациональной аргументации: только отчаянное стояние перед Господом.



«Утешение в смерти близких сердцу»
Епископ Ермоген (Добронравин)

Еще одна книга, написанная мужем, потерявшем жену. К тому же ее автор служил кладбищенским священником.

«Нет… Что ни говорите сердцу, а ему сродно горевать о потере близких; как ни удерживайте слезы, а они невольно струятся ручьем над могилой, в которой сокрыт родственный, драгоценный нам прах.

Слышит он отовсюду: “не плачь, не будь малодушен”. Но эти возгласы — не пластырь на раны, а часто наносят сердцу новые раны. — “Не будь малодушен”. Но кто скажет, что Авраам был малодушен, а и он плакал, рыдал по жене своей Сарре»



«Из времени в вечность: посмертная жизнь души»

Алексей Осипов

«Все они [усопшие], конечно же, живы — но живут иной жизнью не той, которой живем мы с вами сейчас, но той жизнью, к которой мы придем в свой срок, да и все рано или поздно придут. Поэтому вопрос о той — иной — жизни, которая является жизнью вечной и которую мы празднуем, отмечая Пасху — Воскресение Христово, особенно близок для нас, он касается не просто нашего ума, но, может быть, в большей степени касается нашего сердца» — пишет в «Посмертной жизни души» Осипов.

«Посмертная жизнь души» Осипова — краткое и простое изложение православного учения о жизни после смерти.



«Поэма о смерти»
Лев Карсавин

«Но кто же обрек меня на вечную муку ада, в котором, как капля в океане, растворяется бедная моя земная жизнь? Кто могучим проклятьем своим отдал меня в рабство неодолимой необходимости? Бог ли, милосердно меня создавший? Нечего сказать: хорошо милосердие, хороша Божественная любовь! — Создать меня, даже не осведомившись, хочу ли я этого, и потом обречь меня на вечную муку бессмысленного тления!

» — дерзновенно, подобно Иову, вопрошает Карсавин в «Поэме о смерти».

В этом произведении Карсавин высказал свои самые сокровенные мысли. Как и «Петербургские ночи», «Поэма о смерти» имеет художественную форму и обращена к возлюбленной Карсавина — Елене Чеславововне Скржинской. Ее имя в «Поэме о смерти» передано уменьшительным литовским «Элените».

В одном из писем к Скржинской (от 1 января 1948 года) Карсавин пишет «Именно Вы связали во мне метафизику с моей биографией и жизнью вообще», и далее по поводу «Поэмы о смерти»: «Для меня эта маленькая книжонка — самое полное выражение моей метафизики, которая совпала с моей жизнью, совпавшей с моей любовью».

«На костре сжигали жидовку. — Палач цепью прикручивает ее к столбу. А она спрашивает: так ли она стала, удобно ли ему… К чему ей заботиться об устройстве палача? Или так он скорее справится со своим делом? Или он — сама судьба, неумолимая, бездушная, — все же последний человек? — Он ничего не ответит и, верно, ничего даже не почувствует. Но, может быть, что-то шевельнется в его душе, отзываясь на ее кроткий вопрос; и рука его на мгновение дрогнет; и неведомое ему самому, никому не ведомое сострадание человека как бы облегчит смертную ее муку. А мука еще впереди, невыносимая, бесконечная. И до последнего мига — уже одна, совсем одна — будет она кричать и корчиться, но не будет звать смерти: смерть сама придет, если только… придет

».

«Не проходит моя смертная тоска и не пройдет, а — придет сильнейшею, невыносимою. Не безумею от нее, не умираю; и не умру: обречен на бессмертие. Мука моя больше той, от которой умирают и сходят с ума. Умрешь — вместе с тобой нет и твоей муки; сойдешь с ума — не будешь знать ни о себе, ни о ней. Здесь же нет ни конца, ни исхода; да и начала нет — потеряно».



«Тайна жизни и смерти»
Протоиерей Александр Мень

Эта книга составлена из разных выступлений, лекций, проповедей (перед исповедью, на отпевании и т. д.) отца Александра, объединенных темой жизни и смерти.



«О воскресении мёртвых»
Протоиерей Георгий Флоровский

«Следует ли христианам, как христианам, непременно верить в бессмертие человеческой души? И что на самом деле означает бессмертие в пространстве христианской мысли? Подобные вопросы только кажутся риторическими. Этьен Жильсон в своих Гиффордских лекциях счел необходимым сделать следующее поразительное заявление: «В общем, — сказал он, — христианство без бессмертия вполне осмысленно, и доказательство этому то, что поначалу оно осмыслялось именно так. По-настоящему бессмысленно христианство без воскресения человека».

Удивительно, что христианские авторы второго века, по-видимому, подчеркнуто отрицали природное бессмертие души.



«Таинство смерти»
Николаос Василиадис

Эта книга освещает главную проблему человеческой жизни — смерть. «Таинство смерти» разбирает ее нерешаемость «внешней» философией и христианское видение смерти. В книге широко представлено мнение Святых Отцов на эту тему.

Фактически все «Таинство смерти» — попытка еще раз дать единственный для Церкви ответ на смерть — экспликацию рассказа о Страстях Христовых. Василиадис пишет: «Христос должен был умереть, чтобы завещать человечеству полноту жизни. Это не была необходимость мира. Это была необходимость Божественной любви, необходимость Божественного порядка. Это таинство нам невозможно постигнуть. Почему истинная жизнь должна была открыться через смерть Единого, Который есть Воскресение и Жизнь? (Ин 14, 6). Единственный ответ заключается в том, что спасение должно было стать победой над смертью, над смертностью человека».



«Переход. Последняя болезнь, смерть и после»
Петр Калиновский

Возможно, лучшая книга о посмертном состоянии души. Весомость, обстоятельность и отсутствие мифотворческих фантазий выдают в авторе врача. Так совмещение ученого и христианина в одном лице придает изложению Калиновского нужную гармонию и многосторонность.

Тема «перехода» — жизнь души после физической смерти. Разбираются свидетельства людей, переживших клиническую смерть и вернувшихся «обратно» либо спонтанно, либо, в большинстве случаев, после реанимации, переживания перед смертью, во время тяжелой болезни.



«Жизнь — Болезнь — Смерть»
Митрополит Антоний Сурожский

Антоний Сурожский был одновременно хирургом и пастырем. Поэтому он как никто другой полно мог говорить о жизни, болезни и смерти. Антоний Сурожский говорил, что в подходе к этим вопросам он «не может разделить в себе человека, христианина, епископа и врача».



«О воскресении мёртвых»
Афинагор Афинянин

«Существо же, получившее ум и рассудок, есть человек, а — не душа сама по себе; следовательно, человеку должно оставаться всегда и состоять из души и тела; а таким пребывать ему невозможно, если не воскреснет. Ибо если нет воскресения, то не останется природа человеков, как человеков» — учит о телесно-душевном единстве человека Афинагор в сочинении «О Воскресении мертвых» — одном из первых (и притом лучших!) текстов на эту тему.



«Беседа о воскресении мёртвых»
Святитель Иоанн Златоуст

«[Апостол Павел] наносит смертельный удар тем, которые унижают телесное естество и порицают нашу плоть. Смысл его слов следующий. Не плоть, как бы так говорит он, хотим сложить с себя, но тление; не тело, но смерть. Иное – тело и иное – смерть; иное – тело и иное – тление. Ни тело не есть тление, ни тление не есть тело. Правда, тело тленно, но не есть тление. Тело смертно, но не есть смерть. Тело было делом Божиим, а тление и смерть введены грехом. Итак, я хочу, говорит он, снять с себя чуждое, не свое. А чуждое – не тело, но приставшие к нему тление и смерть» — христиане борются со смертью за плоть. Так учит Иоанн Златоуст в «Беседе о воскресении мертвых».



«Беседы о смерти»
Иннокентий Херсонский

Беседы о смерти одного из лучших русских проповедников — епископа-философа Иннокентия Херсонского.



«Болезнь и смерть»
Святитель Феофан Затворник

Собрание писем Феофана Затворника. Болезнь и смерь — участь каждого человека и один из самых трагических вопросов богословия. Конечно в «Болезни и смерти» нет какого-то систематического учения Феофана Затворника. Зато есть множество конкретных советов и наставлений в конкретных жизненных ситуациях. И за этим множеством можно разглядеть некое единое видение этих вопросов святителем Феофаном.

Вот несколько заголовков из «Болезни и смерти», взятых наугад, — возможно, они дадут некоторое представление об учении Феофана Затворника: «Болезнь — дело Божией Премудрости», «Служение больному — служение Христу», «Болезни от Бога для нашего спасения», «Надо готовиться к загробному суду», «Загробная доля умерших», «Чем оправдаться на Страшном суде?».



«Слово о смерти»
Святитель Игнатий (Брянчанинов)

«Смерть — великое таинство. Она — рождение человека из земной временной жизни в вечность. При совершении смертного таинства мы слагаем с себя нашу грубую оболочку — тело и душевным существом, тонким, эфирным, переходим в другой мир, в обитель существ, однородных душе. Мир этот недоступен для грубых органов тела, чрез которые, во время пребывания нашего на земле, действуют чувства, принадлежащие, впрочем, собственно душе. Душа, исшедшая из тела, невидима и недоступна для нас, подобно прочим предметам невидимого мира. Видим только при совершении смертного тайнодействия бездыханность, внезапную безжизненность тела; потом оно начинает разлагаться, и мы спешим скрыть его в земле; там оно делается жертвою тления, червей, забвения. Так вымерли и забыты бесчисленные поколения человеков. Что совершилось и совершается с душою, покинувшею тело? Это остается для нас, при собственных наших средствах к познанию, неизвестным.



Житие Василия Нового

Один из самых популярных текстов «народного» Православия Средних веков. «Житие» состоит из трех разных текстов, написанных учеником Василия Григорием Мнихом: собственно Житие (предлагаемый здесь текст, к сожалению, представляет собой скорее сжатый пересказ), и два видения на эсхатологические темы — знаменитые «Мытарства Феодоры» (ученицы Василия) и «Видение Страшного суда» — «частная» и «общая» эсхатология соответственно. Яркая, выразительная эсхатология «Жития Василия Нового» оказала огромное влияние на сознание и культуру Средневековья.

Василий Новый — отшельник, случайно попавший под подозрения властей и безвинно пострадавший. Замечательно описаны в тексте смирение и кротость святого под пытками: святой молчит прямо себе во вред — не хочет никак во всем этом участвовать. Чудом спасается и остается жить в Константинополе бродягой. После своего освобождения Василий критикует власти, исцеляет, наставляет учеников, юродствует. По его молитвам Григория посещают видения, составляющие основной корпус текста.

«Мытарства Феодоры», как и «Видение Страшного суда», ни в коем случае нельзя воспринимать как догматические тексты. Это апокрифы, беллетристика, «духовные романы» — по выражению Казанского — исполненные глубокого смысла символы, но ни в коем случае не «репортаж». Приведем несколько замечаний богословов по этому поводу. Серафим (Роуз): «Даже младенцу ясно, что нельзя буквально воспринимать описания мытарств»; прп. Никодим Святогорец: «Те, кто пустословил, что души умерших праведников и грешников сорок дней обретаются на земле и посещают те места, где они жили», сеют предрассудки и мифы. Ибо такие утверждения «невероятны и никто не должен принимать их за истину»; А. Кураев (из чьей заметки мы и взяли приведенные цитаты): «текст [«Жития»] неверен потому, что не оставляет места для Божия Суда. Спаситель сказал, что “Отец весь суд передал Сыну”, но в этой книжке весь суд вершат бесы». Приведем еще слова А. И. Осипова: «Мытарства… при всей простоте их земного изображения в православной житийной литературе имеют глубокий духовный, небесный смысл. …Это суд совести и испытание духовного состояния души перед лицом любви Божией, с одной стороны, и дьявольских страстных искушений — с другой».



«Смерть Ивана Ильича»
Лев Толстой

Один из гениальнейших рассказов в мировой литературе. Обыватель перед смертью открывает пустоту своей жизни, и вместе с тем ему открывается какая-то новая реальность…



«Зачем их звать обратно с Небес?»
Клиффорд Саймак

Социально-философская фантастика с детективным сюжетом. Большинство жителей добровольно впали в анабиоз, поверив в обещания будущего бессмертия. В романе рассказывается о расследовании злоупотреблений Центра по анабиозу. Протестующие против потенциального бессмертия исходят из христианских взглядов на смерть и бессмертие. Замечательно, как Саймак показывает веру современных людей:

«…Его, наверное, просто не существует, и я ошибся в выборе пути, взывая к несуществующему, и к не существовавшему никогда Богу. А может, я звал не тем именем … 

… – Но они говорят, – усмехнулся человек, – про вечную жизнь. О том, что умирать не придется. Какая же тогда польза от Бога? Зачем тогда еще какая—то жизнь?…

…И почему она, Мона Кэмпбел, должна в одиночку искать ответ, дать который способен только Бог – если он существует?…»

Пожалуй, эта черта — совмещение грусти, неуверенности, веры, отчаяния — самая привлекательная в романе. Главная тема его, как уже понятно, — социальное и экзистенциальное положение человека перед возможностью изменения своей биологической природы.



«Незабвенная»
Ивлин Во

«Незабвенная. Англо-американская трагедия» — черная трагикомедия о современном (здесь — американском) отношении к смерти: коммерциализированном, не чувствующем в ней тайны, желающем закрыть глаза, алчущим комфорта — и только; улыбающийся труп «незабвенного». Фактически «Незабвенная» — христианская сатира на обезбоженную индустрию смерти.



«Дары младенца Христа»
Джордж Макдональд

Джордж Макдональд — шотландский романист и поэт, священник. Его можно назвать основателем фэнтези. Его проза получила высочайшую оценку Одена, Честертона, Толкина, Льюиса.

«Дары младенца Христа» — рождественская история, но совсем не диккенсовская. Трагический рассказ о том, как смерть сплотила семью; о том, как Господь присутствует в нашей жизни. В сущности, история о том, что истинная радость познается только после Креста — воскрешенной.



Русская философия смерти. Антология

Сборник текстов русских философов, богословов и писателей о смерти: Радищева, Достоевского, Соловьева, Федорова, Толстого, Розанова, Е. Трубецкого, Бердяева, Бахтина, Шестова, Флоровского, Н. Лосского, Федотова, Карсавина, Друскина, Бунина, Булгакова и др.

8 книг, которые помогут примириться со смертью — Нож

«Where Reasons End». Июнь Ли

Американская писательница китайского происхождения Июнь Ли известна в России благодаря книге «Добрее одиночества». Where Reasons End — ее третий роман, хотя романом в прямом смысле слова эту книгу назвать трудно. В ней писательница рассказывает о собственном опыте переживания смерти близкого: ее сын-подросток совершил самоубийство. Весь текст — это рефлексия на заданную темы, попытка внутреннего диалога с сыном, который она ведет, стараясь лучше понять его мотивы, удержать в памяти образ родного человека и смириться с произошедшим. На русском языке книга пока не вышла, но и в оригинале она читается очень легко.

«Веселый дом». Элисон Бекдел

Графические мемуары американской художницы Элисон Бекдел хороши по многим причинам. Во-первых, они предельно откровенны, и потому искренни, а во-вторых, «Веселый дом» затрагивает множество важных тем. Бекдел рано призналась родителям в своей гомосексуальности, и лишь после этого узнала, что ее отец сам долгие годы спал с мужчинами, однако скрывал это. Вскоре после того, как девушка узнала правду, отец погиб. Переживание его смерти — одна из главных тем книги, равно как и отношения с семьей и со своим прошлым.

«Прощайте, Господин Маффин!» Ульф Нильсон

Хотя принято считать, что детям лучше всего знакомиться со смертью на примере хомячков, морские свинки тоже неплохо справляются с этой задачей — по крайней мере, в качестве литературных персонажей. Господин Маффин (так зовут пушистого героя этой истории) скоро умрет: перед смертью он вспоминает свою жизнь, своих близких и любимые занятия, которые доставляли ему больше всего удовольствия. Еще он иногда получает письма от своей хозяйки — маленькой девочки, которая рассказывает о собственном отношении к его будущей смерти и о том, как будут проходить похороны Маффина.

«Мы в порядке». Нина Лакур

Главная героиня книги, Марин, однажды бросила все и уехала из родного города, чтобы учиться в нью-йоркском колледже. Она не рассказала о своем решении никому, даже лучшей подруге, Мейбл, которая через некоторое время решает ее навестить. Накануне ее приезда Марин погружается в свои воспоминания — этому и посвящена большая часть книги. У нее рано умерла мать, переживание этой смерти как травмы растянулось на долгие годы и осложнилось непростыми отношениями с дедушкой, который ее вырастил. Интересно наблюдать за тем, как Марин постепенно работает со своей памятью, выходя из-под тени смерти матери и обретая собственную жизнь.

«Смерть Ивана Ильича». Лев Толстой

Главное произведение позднего Толстого и, по мнению Владимира Набокова, одна из вершин русской литературы, повесть «Смерть Ивана Ильича» — история о смерти обычного чиновника, который совершенно неожиданно оказывается на смертном одре. В тексте наглядно показано, как меняется отношение людей к умирающему человеку, каким лицемерием окружен сам процесс умирания и подготовки к похоронам. Однако смысловым центром текста остается финал повести, в котором Толстому удается убедить читателей (да и самого себя, наверное), в том, что смерть — это не конец истории.

«Фрагменты прошлого». Меган Миранда

У Джессы беда — ее парень, Калеб, умер. Он разбился на машине, которая вылетела за ограждение дороги. Теперь ей придется разобрать его вещи по просьбе родственников. Естественно, это погрузит ее в воспоминания о Калебе: ей предстоит по крупицам воссоздать мир своего парня и с удивлением понять, что она его совсем не знала. Психологически достоверное описание чувства утраты близкого человека в этой книге удачно соседствует с напряженным сюжетом — как выяснится, у Калеба и его семьи есть парочка скелетов в шкафу.

«Переживая горе. Истории жизни, смерти и спасения». Джулия Самюэль

Джулия Самюэль — профессиональный психолог, она долгое время работала в хосписе, а также неоднократно помогала своим клиентам пережить смерть близкого человека. Истории из ее профессионального опыта и легли в основу этой книги. Хотя вряд ли она перевернет ваш мир, почитать ее будет не лишним: Самюэль легко и убедительно пишет, и некоторый терапевтический эффект ее текст действительно может оказать. Что важно, истории пациентов она рассказывает подробно, а не скачет от одного «удачного» случая к другому, желаю впечатлить читателя.

«Последний срок». Валентин Распутин

Еще один текст из отечественной классики, который помогает осмыслить смерть. В «Последнем сроке» Распутин рассказывает о старой крестьянке Анне. Она медленно умирает и почти не встает с кровати. К ней приезжают ее дети, чтобы попрощаться с матерью, однако к их удивлению старуха продолжает жить. Вечно занятые дети торопятся поскорее вернуться к своим повседневным делам и заботам, хотя Анна и обещает, что «вот-вот умрет», надо только немного подождать. Отдельного внимания заслуживают размышления о смерти главной героини — внутренне она непрерывно к ней готовится.

7 книг про смерть для детей – Афиша

Ирина Зартайская «Все бабушки умеют летать»

Книга про то, как умирает бабушка

vk.com/kachellybook

В этой книге девочка описывает, как хорошо ей с бабушкой — гулять, читать, просто быть рядом. Девочка очень волнуется, потому что, если у бабушки есть крылья (а у всех бабушек есть крылья, это можно заметить, когда бабушки устают, например, — тогда крылья под пальто дрожат), — она может улететь. Так и происходит однажды после того, как бабушка долго-долго лежит и не встает. И девочка, ее папа и мама остаются одни.

«Бабушка может подолгу смотреть в окно и считать едущие машины. Я сажусь рядом с ней. Бабушка считает, а я нет. Мне просто хорошо сидеть с ней вот так».

Ульф Нильсон «Прощайте, Господин Маффин!»

Книжка про смерть морской свинки

albuscorvus.ru

Книжка-картинка одного из главных сказочников — о том, как умирает старенькая морская свинка, Господин Маффин. У него есть картонный домик — и почтовый ящик, где однажды вместе с его любимыми миндальными орешками оказывается письмо его маленькой хозяйки, которой папа рассказал, что морские свинки иногда умирают. Еще у Господина Маффина есть воспоминания — о его чудесной жене и шестерых детях. После непродолжительной болезни и еще нескольких писем девочки (которые он по традиции съедает) Господин Маффин умирает, и его хоронят в саду.  Проиллюстрировала книгу Анна-Клара Тидхольм.

«Однажды во вторник он обнаружил там письмо: «Господин Маффин, мне очень грустно. Папа говорит, что морская свинка в старости может внезапно умереть».

Ульф Нильсон «Самые добрые в мире»

Книжка про похороны животных

vk.com/samokatbook

Дивная, в стиле Марка Твена, история о том, как однажды летом компания из трех ребят под предводительством неугомонной старшей девочки решила организовать похоронное бюро и со всеми атрибутами (гробами из ящиков из-под сигар, стихами собственного сочинения и крестами на могилах) целый день хоронила найденных домашних и диких мертвых животных. Потом детям игра надоела, и наутро они занялись уже чем-то другим — и жизнь покатилась дальше, солнечная, летняя — и абсолютно бесконечная, как это бывает только в детстве.

«Мы похоронили шмеля в темной яме. И посеяли голубые цветы на могиле. А желтые и красные цветы уложили кружком.
Жизнь летела налегке,
А теперь лежит в песке.
Эстер вытерла нос. Потом она сказала:
— Миленький, миленький шмелик! Какое горе! Но жизнь продолжается».

Петра Соукупова «Кто убил Снежка»

Книжка про смерть собаки

vk.com/samokatbook

Где-то в деревне, сегодня, у девочки Мартины умирает собака — огромная, белая, непослушная и глухая. Это не собака, а сплошное мучение — она лает даже на своих, то и дело убегает за забор, таскает кур у соседа и вообще приносит одни неприятности. Но девочка ее любит, защищает, заботится о ней. И пристраивает ее жить к соседям, когда мама велит убрать ее навсегда из дома. И вот собаку сбивает машина. Девочка со своими друзьями начинает расследование, чтобы понять, кто убил Снежка. И пока она, как завзятый Пуаро, записывает версии в блокноте, пока залезает с друзьями в чужие дома, чтобы найти улики, пока подслушивает у соседей под окнами, боль — уходит, и со смертью собаки хоть как-то, но удается смириться.

«Без глаза Снег, конечно, выглядит странновато, но ветеринар сказал, что пса это не беспокоит, ему хватает и одного. И пусть он все равно удирает, пусть с ним постоянно что-то случается — как-то, например, у кошки, которую подкармливали Мусилы, родились котята, а Снег одного загрыз. Кая за это отлупил его прутиком, Снег стерпел, но в конце концов мы на всякий случай оттащили Каю, потому что хоть Снег и поджал хвост, но я понимала, что долго он такого не выдержит. Несмотря на все это, я его люблю, и я рада, что тогда выбрала именно его. Но теперь уже все равно. И, может быть, он все-таки был скорее мой, поэтому я его и нашла».

Луис Пратс «Хатико. Пес, который ждал»

История про смерть хозяина — и про верность его собаки

forum-books.ru

Грустная, трогательная, бесконечно нежная история про то, как у собаки умирает хозяин — а она продолжает ходить на станцию и ждать его. И никто ей не нужен — только бы снова увидеть его. Вернее, не так. Это история про то, как в жизни одного профессора (реально жившего когда-то в Японии, а потом сыгранного в Голливуде Ричардом Гиром в фильме «Хатико, всегда рядом с тобой») за год до смерти появляется собака, щенок, который становится его лучшим другом, — по выходным они гуляют в парке, профессор рассказывает собаке про бабочек и звезды, а по будням он ездит в Токио, и пес каждый день ждет его на станции, чтобы вместе пойти домой, и они оба — счастливы. А потом профессор умирает, а его собака живет еще много-много лет, чтобы каждый день приходить на станцию и ждать своего хозяина. И в конце концов профессор приходит — чтобы забрать Хатико с собой туда, где они снова будут гулять вместе и рассуждать о бабочках и звездах и будут счастливы.

«Хатико открыл глаза и не поверил тому, что увидел. Он ждал десять лет, чтобы снова с ним встретиться. И вот, наконец, он здесь, на станции. Хатико всегда знал, что профессор Исабуро Уэно о нем не забыл. Он здесь, он только что сошел с поезда, радостный и воодушевленный. Хатико хотел было пожаловаться, но не издал ни звука, почувствовав, как его гладит знакомая рука. — Ну, пойдем, — прошептал ему профессор Уэно. — Сегодня ты сможешь поехать вместе со мной и сесть на поезд. Я же тебе обещал, что однажды ты поедешь, помнишь? А торжественные обещания надо выполнять».

Анджела Нанетти «Мой дедушка был вишней»

Книга про смерть дедушки и бабушки

vk.com/samokatbook

Классика. Такая же, как «Карлсон» или «Вафельное сердце». Переиздана на русском уже с десяток раз. И уже не для одного поколения наших детей стала частью детства, а для нас, родителей, — способом рассказать о том, что такое любовь — и как жить после того, как умирают самые любимые, бабушка и дедушка. В питерском Большом театре кукол есть спектакль по этой книге, и на него никогда нельзя достать билеты. Потому что он почти так же хорош, как книга. 

«Однажды, вернувшись из сада, я не обнаружил ни папы, ни мамы. Дома были только дедушка Луиджи и бабушка Антониэтта. С очень серьезными лицами они сообщили мне, что бабушка Теодолинда уехала в далекое путешествие и что я ее больше не увижу.
— Как это уехала?! — закричал я. — А почему она мне ничего не сказала, почему не попрощалась со мной?! И что же теперь будет с Альфонсиной?
У меня было такое чувство, будто меня предали. От этого и от обиды на бабушку я заплакал. Тогда бабушка Антониэтта взяла меня на руки и стала говорить о путешествии бабушки на небо, куда я не могу попасть вместе с ней.
— На самолете? — сразу же спросил я. Потому что однажды мы с мамой и папой летали на самолете, и мне очень понравилось.
— Нет, не на самолете. Бабушка Теодолинда умерла.
Так я узнал, что умереть значит совершить длинное путешествие на небо без самолета и что там нет места ни для гусей, ни для детей.
В день похорон все еще больше запуталось. Кто-то сказал, что в деревянном ящике, украшенном цветами, лежит бабушка Теодолинда и что ее везут на кладбище. Но если она там, внутри, значит, она никак не может быть на небе и кто-то мне солгал. Я завопил:
— Я вам не верю! Вы все врете! Я хочу увидеть бабушку! — так громко, что все испугались — и никто не мог меня успокоить».

Мария Парр «Вафельное сердце»

Книга про первую в детстве смерть любимого человека

vk.com/samokatbook

В книге про детство — едва ли не лучшей или уж точно одной из лучших в мире  — про детство мальчика Трилле и девочки Лены в бухте Щепки-Матильды — есть несколько драматических событий  и одно трагическое: смерть двоюродной бабушки главного героя. Когда читаешь этот кусок, становится ужасно грустно жить. И неважно, сколько тебе лет, — все равно во время чтения этой книги становишься ребенком и не можешь понять: как любимый человек может умереть? Как вообще такое может быть? И, конечно, не помогают ни слова, ни утешения. Сидишь, забившись в угол, и плачешь, потому что иначе пережить свое горе просто нельзя.

«Баба-тетя толстая и старая, она дедова старшая сестра. Она живет в двадцати километрах от нас и приезжает в гости всегда, когда что-нибудь празднуют — Рождество и Пасху, дни рождения или День независимости. Ну и на Иванов день, конечно. Наша настоящая бабушка, которая была женой деда, умерла давно, в тридцать пять лет. Хорошо, что была запасная бабушка — баба-тетя. Я как ее увидел, так внутри у меня стало тепло. У бабы-тети так прекрасно слеплено лицо, что она беспрерывно улыбается. Когда она приезжает к нам в гости, все начинают дурачиться и веселиться. Мы играем в «Людо», сосем карамельки от кашля и слушаем истории, которыми они с дедом сыплют наперебой. И еще она печет вафли. Часто говорят о чем-нибудь, что лучше этого нет ничего на свете, — так вот, лучше вафель бабы-тети на самом деле ничего в мире нет, серьезно».

Занимательная смерть

Дина Хапаева

Занимательная смерть

Развлечения эпохи постгуманизма

Перевод с английского Усков Дмитрий, Житкова Лариса

2020. 140 x 208 мм. Твердый переплёт. 328 с.

ISBN 978-5-4448-1185-6

Купить электронную книгу:

Аннотация: Эта книга посвящена танатопатии — завороженности нашего общества смертью. Тридцать лет назад Хэллоуин не соперничал с Рождеством, «черный туризм» не был стремительно развива­ющейся индустрией, «шикарный труп» не диктовал стиль дешевой моды, «зеленые похороны» казались эксцентричным выбором одиночек, а вампиры, зомби, каннибалы и серийные убийцы не являлись любимыми героями публики от мала до велика. Став забавой, зрелище виртуальной насильственной смерти меняет наши представления о человеке, его месте среди других живых существ и о ценности человеческой жизни, равно как и о том, можно ли употреблять человека в пищу. В книге предлагается новый подход, впервые рассматривающий революцию в обрядах и практиках, связанных со смертью, и эволюцию изображения насилия в романах и кино как единый культурный процесс. Длительная история критики гуманизма и антропоцентризма французской теорией, движением борьбы за права животных, трансгуманизмом и постгуманизмом позволяет проследить этапы превращения антигуманизма в ходовой товар индустрии развлечений.

Читать фрагмент

Пресса

  • 5 новинок нон-фикшн января: выбор «Горького»
  • Занимательная смерть. Развлечения эпохи постгуманизма (отрывок, «Полит.ру»)
  • Гарри Поттер и реки крови (отрывок, «Горький»)
  • Мастриды февраля: занимательная смерть, удивительные киты, лесби-классика, молодая кровь литературы (обзор, «Фонтанка»)
  • «Занимательная смерть» Дины Хапаевой. Выбор Игоря Гулина («Ъ»)
  • «Наши монстры — это мы». Почему современная культура одержима чудовищами (отрывок, «Нож»)
  • Гришэм, «Сумерки», оттепель и концептуализм: главные книги начала года (обзор, «Известия»)
  • Великая могила. Поклонение смерти как основа тоталитарной идеологии (отрывок, Republic)
  • Каннибализм как симптом (статья Дины Хапаевой в «Новой газете»)

Другие книги автора

Новинки серии Научная библиотека

Я – Жизнь, а я – Смерть

Текст: Наталья Лебедева

Жизнь и смерть, как две неразлучные подружки, сопровождают все живое на земле. Но если про жизнь, которая приводит в движение все на свете, говорить с ребенком легко и приятно, радуясь каждому новому дню, разглядывая первые зеленые листочки на деревьях, умиляясь забавным щенкам и пушистым птенчикам. То про смерть взрослые предпочитают молчать, незаметно уводя ребенка от мертвой птицы на дороге. Но, к сожалению, от смерти никому не спрятаться. Иногда она уводит с собой близких людей и домашних любимцев. И отмолчаться уже не получится. Как сказать ребенку, что все имеет начало и конец, и человеческая жизнь – не исключение. Как не напугать, отвечая на не по-детски серьезный вопрос: «Я тоже когда-нибудь закончусь?».

Где найти нужные слова, простые, точные, но одновременно деликатные и бережные? А может не стоит ничего искать, а просто дать слово самим Жизни и Смерти, как это сделала норвежская писательница Элисабет Хелланд Ларсен, которая более 20 лет работала клоуном в больницах и хосписах, лагерях для беженцев, цирках и театрах. Опыт общения с детьми вдохновил ее на создание двух трогательных и проникновенных книг «Меня зовут Смерть» и «Меня зовут Жизнь». На русском языке они вышли в издательстве «Поляндрия» в переводе Анастасии Наумовой.

У Элисабет Хелланд Ларсен Смерть принимает облик доброго, внимательного, отзывчивого, мудрого и беспристрастного существа, которое носит синее платье и розовый цветок в волосах. Она ездит по миру на велосипеде, чтобы успеть выполнить свою миссию. Да, не всей ей рады, кто-то зажигает огни, а кто-то запирает крепко дверь в надежде, что она не сможет войти. Но от смерти никому не скрыться. Таков закон жизни. Если смерть не освободит место для нового, оно никогда и не появится. Если умрет она, кто приготовит место для новых слов и мечтаний. И вот Смерть заботливо протягивает руку тому, кто стар и прожил долгую жизнь, и, поддерживая друг друга, они уходят вместе. Она нежно обнимает детей и рассказывает им про бабочек, одуванчики и снежинки и про то, что люди умеют жить в сердцах друг друга. И дети смотрят на нее так, будто они и так все это знали. А всем, кто боится и задает много вопросов о том, как все будет, она готова раскрыть свой главный секрет — любовь. Только любовь умеет избавлять от грусти и ненависти. Любовь, которая не умирает, даже когда встречает смерть. Смерть – всего лишь часть жизни, любви и тебя.

А рядом со Смертью всегда идет Жизнь, в своем ярком оранжево-красном платьице. Это скромное и обаятельное существо везде и всюду, готовое бескорыстно дарить свою энергию каждому встреченному ей существу – маленьким пчелам, двухсотлетним черепахам, шустрым белкам, беззаботным ребятишкам, любящим мамам и папам, мудрым бабушкам и дедушкам. Больше всего на свете Жизнь любит дарить силы и надежду. Она обнимает тех, кому сейчас плохо, и возвращает мир даже в сердца тех, кто видел только войну. Он всегда рядом, чтобы в нужный момент напомнить, что во вселенной ты такой единственный и другого такого не найти. Просто почаще напоминайте себе об этом.

Удивительные иллюстрации для этих важных книг нарисовала Марине Шнейдер. Поразительно, как точно ей удалось передать очень важные слова о жизни и смерти.

Читать «О смерти и умирании» — Кюблер-Росс Элизабет — Страница 1

Элизабет Кюблер-Росс.

О смерти и умирании

Памяти моего отца и Сеппли Баче

ПРЕДИСЛОВИЕ

Когда меня спросили, не хочется ли мне написать книгу о смерти и умирающих, я восприняла идею с большим энтузиазмом. Но стоило мне присесть и поразмыслить над тем, во что я ввязалась, как все предстало в совершенно ином свете. С чего начать? Какие материалы включить в книгу? Что я смогу рассказать незнакомым людям, читателям, как мне поделиться с ними опытом общения с умирающими? Это общение происходит большей частью без слов — его нужно ощущать, переживать, видеть. Как передать это словами?

Я работала с умирающими больными последние два с половиной года. Моя книга расскажет о начале этого эксперимента, который в итоге стал для всех его участников важным и поучительным опытом. Это не учебник, посвященный уходу за умирающими, и не исчерпывающий справочник по их психологии, Моя книга—просто документальный отчет о новой и многообещающей возможности увидеть в больном человека, вовлечь его в беседу, узнать от него сильные и слабые стороны обращения с пациентами в наших больницах. Мы попросили больного стать нашим наставником, помочь нам больше узнать о завершающих стадиях жизни со всеми их тревогами, страхами и надеждами. Я просто пересказываю истории своих пациентов, которые делились с нами своими муками, ожиданиями и отчаянием. Я надеюсь, что эта книга поможет нам не отводить глаза от безнадежных больных, а сблизиться с ними, ведь все мы в состоянии оказать им огромную помощь в последние часы жизни. Те редкие люди, кому уже доводилось делать это, понимают, что подобные переживания приносят пользу обоим: они узнали много нового о деятельности разума и об уникальных гранях человеческого существования. Они обогатились этим жизненным опытом и, скорее всего, с меньшим беспокойством относятся к собственной бренности.

ГЛАВА I.

О СТРАХЕ СМЕРТИ

Я не молю Тебя дать мне убежище от бед; дай лишь бесстрашие, чтобы лицом к лицу их. встретить.

Я не прошу избавить меня от страданий; дай мужество, чтобы их превозмочь.

Я не ищу союзников в жестокой битве жизни; я собираю собственные силы.

Не дай мне изнывать от страха и тревоги, спасения безвольно ожидая; дай мне надежду и терпение — и я добьюсь свободы.

Не дай мне трусом жить и уповать лишь на Твою спасительную милость; но дай мне ощутить поддержку Твоей руки, когда я буду падать.

Рабиндранат Тагор, Сбор плодов

В прошлом эпидемии наносили огромный урон целым поколениям. Смерть в раннем детстве и младенчестве была обычным явлением. Редкая семья не теряла хотя бы одного ребенка. За последние десятилетия уровень медицины резко изменился. Всеобщая вакцинация практически уничтожила множество болезней — во всяком случае в США и Западной Европе. Применение химиотерапии и, в частности, антибиотиков внесло большой вклад в уменьшение смертности от инфекционных болезней. Улучшение образования и медицинской заботы о детях существенно снизили заболеваемость и смертность в раннем возрасте. Покорены многочисленные недуги, которые прежде уносили жизнь миллионов подростков и представителей среднего возраста. Число пожилых людей неуклонно растет, но одновременно возрастает и количество тех, кто страдает злокачественными опухолями и прочими хроническими заболеваниями, связанными, главным образом, с преклонным возрастом. Педиатрам все реже приходится сталкиваться со случаями острых, несущих угрозу жизни осложнений, но в то же время у них увеличивается число пациентов с психосоматическими нарушениями, проблемами поведения и адаптации. В приемных появляется все больше больных с эмоциональными расстройствами; постоянно растет и количество пожилых пациентов, которым приходится не только мириться с возрастными ограничениями и упадком физических возможностей, — они сталкиваются также с тревогами и муками одиночества и изоляции. Большинство этих больных не обращаются к психиатру, поэтому их нужды должны понять и удовлетворить другие специалисты, например социальные работники или священники. Именно им я попытаюсь объяснить, какие перемены произошли за последние десятилетия — перемены, вследствие которых усилился страх смерти, возросла частота эмоциональных расстройств, увеличилась потребность в сопереживании и помощи перед лицом умирания и смерти.

Оглядываясь в прошлое, изучая древние культуры и народы, мы обнаруживаем, что смерть всегда была для человека отвратительной — и, похоже, останется такой в будущем. С точки зрения психиатра это вполне понятно и, вероятно, лучше всего объясняется основополагающим представлением о том, что наше подсознание считает собственную смерть совершенно невозможной. Оно, подсознание, просто не в силах представить себе прекращение своего существования на земле. Если нашей жизни и суждено оборваться, то такая гибель неизменно приписывается какому-то злонамеренному вмешательству со стороны. Говоря проще, наше подсознание в лучшем случае способно допустить, что нас убьют, но смерть от естественных причин или от старости остается непостижимой. Таким образом, смерть ассоциируется у людей со злодеянием, пугающей неожиданностью, чем-то таким, что само по себе призывает к возмездию и наказанию.

Помните об этих фундаментальных фактах, поскольку они чрезвычайно существенны для понимания самых важных — ив противном случае остающихся неясными — подробностей общения с нашими пациентами.

Следующий факт, который мы должны усвоить, заключается в том, что на подсознательном уровне мы не способны отличить желание от поступка. Каждый помнит примеры тех нелогичных сновидений, где бок о бок сосуществуют два совершенно противоположных утверждения. В сновидении это не кажется чем-то особенным, но в состоянии бодрствования становится немыслимым и алогичным. Подсознание не в силах различить желание убить кого-то в приступе ярости и само действие, настоящее убийство. Ребенок тоже не способен провести такое различие. Рассерженный малыш, втайне желающий матери смерти за то, что она не исполнила его капризы, перенесет тяжелейшую травму, если мать действительно умрет — пусть даже это событие не совпадет по времени с разрушительным пожеланием. Он навсегда возложит ответственность за смерть матери на себя. Он будет постоянно твердить себе (а изредка и другим):

«Это я сделал, я виноват. Я вел себя плохо, и мама ушла». Следует помнить, что ребенок реагирует точно так же, когда расстается с кем-то из родителей в результате развода или отчуждения. Смерть часто кажется ему состоянием временным, то есть ребенок почти не отличает ее от развода, даже если время от времени имеет возможность встречаться с «ушедшим» отцом или матерью.

Многие родители могут вспомнить примечательные высказывания своих детей, например: «Сегодня мы похороним нашу собачку, а весной, когда появятся цветы, она снова оживет». Возможно, такими же надеждами руководствовались древние египтяне, снабжавшие своих усопших едой и вещами, и индейцы, которые хоронили родственников со всеми пожитками.

Когда мы взрослеем и начинаем понимать, что не так уж всемогущи, что даже самого сильного желания не достаточно, чтобы сделать возможным невозможное, страх того, что мы каким-то образом причастны к смерти любимого человека, постепенно слабеет, а вместе с ним угасает и чувство вины. Однако этот страх продолжает тлеть и не проявляется лишь до тех пор, пока мы вновь не столкнемся с горькими переживаниями. Следы этого ужаса можно ежедневно видеть в больничных коридорах, на лицах тех, кто потерял своих близких.

Муж с женой могут скандалить годы напролет, но, когда один из супругов умирает, оставшийся в живых рвет на себе волосы, заламывает руки, стонет и рыдает от горя, страха и скорби. С этого мгновения он начинает еще сильнее бояться собственной смерти, так как верит в закон воздаяния: око за око, зуб за зуб. «Я виновен в ее гибели, и в наказание мне суждено умереть страшной смертью».

50 обязательных к прочтению книг о смерти для борьбы со страхом смерти

Этот контент содержит партнерские ссылки. Когда вы совершаете покупку по этим ссылкам, мы можем получать партнерскую комиссию.

Конечно, болезненно думать о страхе смерти. Это тоже очень человечно.

Для тех, кто предпочел бы прочесть свой страх через этот страх, чем игнорировать его (и я думаю, что это одинаково действенные стратегии), вот список рекомендуемых прочтений. Этот список был составлен с помощью Хайме Херндон, Хизер Боттомс, Даны Ставс и Либерти Харди.Рекламные объявления адаптированы из Goodreads.

Романы о смерти

Memento Mori от Мюриэль Спарк

«В конце 1950-х в Лондоне что-то сверхъестественное окружает группу пожилых друзей: вкрадчивый голос по телефону сообщает каждому:« Помните, что вы должны умереть. «Их гериатрические перья вскоре полностью растрепаны этими, казалось бы, сверхъестественными телефонными звонками, и в результате этого шквала многие старые секреты стираются пылью».

Белый шум Дон Делилло

«Обладатель Национальной книжной премии 1985 года, White Noise рассказывает историю Джека Глэдни, его четвертой жены Бабетты и их четырех ультрасовременных отпрысков, когда они перемещаются по сложным этапам семейной жизни к фоновой болтовне брендов. консьюмеризм.”

Информационный бюллетень

Подпишитесь на нашу рассылку Book Deals и получите скидку до 80% на книги, которые вы действительно хотите читать.

Спасибо за регистрацию! Следите за своим почтовым ящиком.

Регистрируясь, вы соглашаетесь с нашими условиями использования

Изображение Дориана Грея Оскара Уайльда

«Написанная в ослепительной манере Оскара Уайльда о модном молодом человеке, который продает душу за вечную молодость и красоту, является самым популярным произведением автора.”

Долгий путь вниз Ник Хорнби

«Четырьмя отчетливыми и захватывающими голосами от первого лица Ник Хорнби рассказывает историю четырех человек, которые сталкиваются с ограничениями выбора, обстоятельствами и собственной смертностью. Это рассказ о связях, созданных и упущенных, о наказании за сожаления и о благодати второго шанса ».

Лекарство от горя Нелли Херманн

«Этот обезоруживающе интимный и откровенный роман следует за Руби через взросление, отмеченное мучительной утратой, когда острые ощущения, смятение и тоска юности усиливаются разрушительными событиями, которые их сопровождают.”

The Caregiver Сэмюэл Парк

«» трогательная и глубокая история, которая просит нас исследовать, кто мы — дети и родители, иммигранты и граждане и, в конечном итоге, люди, ищущие жизненно важных связей ».

Если кошки исчезли из мира Генки Кавамура

«Дни нашего рассказчика сочтены. Отстраненный от своей семьи, живущий один со своим котом Кэбустой в компании, он не был готов к диагнозу врача, что ему осталось жить всего несколько месяцев.Но прежде чем он успевает заняться своим списком желаний, появляется Дьявол со специальным предложением: в обмен на то, что он заставит одну вещь в мире исчезнуть, у него может быть один дополнительный день жизни. И так начинается очень странная неделя… »

Сто лет одиночества Габриэль Гарсиа Маркес

«Блестящий, пользующийся спросом, знаковый роман, рассказывающий историю семьи Буэндиа и хронику непримиримого конфликта между желанием уединения и потребностью в любви.”

Сердце Майлис де Керангал

Сердце происходит в течение 24 часов после трансплантации сердца, когда жизнь забирается у молодого человека и передается женщине, находящейся на грани смерти. В великолепной, задумчивой прозе он исследует самые глубокие чувства всех участников, принимающих решения о жизни и смерти ».

Хранитель моей сестры Джоди Пиколт

«Провокационный роман, поднимающий некоторые важные этические вопросы,« Хранитель моей сестры » — это история борьбы одной семьи за выживание любой ценой и потрясающая притча на все времена.”

Две старушки: легенда Аляски о предательстве, отваге и выживании Велма Уоллис

«В простых, но ярких деталях Велма Уоллис изображает пейзаж и образ жизни, которые одновременно беспощадны и совершенно прекрасны. В своих старушках она создала двух героинь стальной решимости ».

Погребенный гигант Казуо Исигуро

Погребенный великан начинается, когда пара отправляется через беспокойную страну тумана и дождя в надежде найти сына, которого они не видели много лет.”

К востоку от Эдема Джона Стейнбека

«Этот обширный и зачастую жестокий роман, действие которого происходит в богатых сельскохозяйственных угодьях калифорнийской долины Салинас, повествует о переплетении судеб двух семей — Трасков и Гамильтонов, поколения которых беспомощно воспроизводят падение Адама и Евы и ядовитое соперничество Каина и Авеля. . »

Любимый Тони Моррисон

«Непоколебимо смотрящий в бездну рабства, этот завораживающий роман превращает историю в историю столь же могущественную, как Исход, и столь же интимную, как колыбельную.”

После многих летних дней умирает лебедь Олдос Хаксли

«Голливудский миллионер со страхом смерти, чей личный врач работает над теорией долголетия — это элементы язвительной и занимательной сатиры Олдоса Хаксли на желание человека жить бесконечно долго».

Колыбель для кошки Курта Воннегута

«Сказанный с невозмутимым юмором и горькой иронией культовый рассказ Курта Воннегута о глобальном разрушении основан на наших самых глубоких страхах стать свидетелями Армагеддона и, что еще хуже, пережить его…»

Дорога Кормак Маккарти

« Дорога — это глубоко трогательная история путешествия.Он смело представляет будущее, в котором не остается никакой надежды, но в котором отец и его сын, «мир друг друга», поддерживаются любовью ».

Семейные вопросы Рохинтон Мистри

«В возрасте семидесяти девяти лет Нариман Вакил, уже страдающий болезнью Паркинсона, сломал лодыжку и оказался полностью зависимым от своей семьи. Его приемные дети, Куми и Джал, имеют просторную квартиру (в неудачно названном Шато Фелисити), но слишком брезгливы и обидчивы, чтобы удовлетворять его физические потребности.Теперь Нариман должен обратиться к своей младшей дочери Роксане, ее мужу Йезаду и двум их сыновьям, которые живут в маленьком переполненном доме. Их решение станет испытанием не только их материальных ресурсов, но и удивительным образом всей их терпимости, сострадания, порядочности и веры ».

Пьесы о смерти

Три высокие женщины Эдвард Олби

«Когда властная, едкая старуха лежит при смерти, за ней ухаживают две другие женщины и навещает молодой человек. Откровенный диалог Олби обо всем, от недержания мочи до неверности, изображает старение без сентиментальности.”

Нет выхода Жан-Поль Сартр

«Пьеса представляет собой изображение загробной жизни, в которой трое умерших персонажей наказаны, будучи заперты в одной комнате на вечность».

Ледяной человек приходит Юджина О’Нила

« The Iceman Cometh фокусируется на группе алкоголиков, которые бесконечно обсуждают, но никогда не действуют в соответствии со своими мечтами, и на Хики, коммивояжере, решившего лишить их несбыточной мечты».

Паромщик Джез Баттервот

«Арма, 1981.Ферма Карни — это улей деятельности, в котором готовятся к ежегодному сбору урожая. Впереди день тяжелой работы на земле и традиционная ночь пиршества и торжеств. Но в этом году их прервет посетитель ».

Наука и медицина

Быть смертным: медицина и что имеет значение в конце Атул Гаванде

«В книге« Быть смертным »автор бестселлеров Атул Гаванде решает сложнейшую задачу своей профессии: как медицина может не только улучшить жизнь, но и процесс ее конца.

Император всех болезней: Биография рака Сиддхартха Мукерджи

«Великолепная, глубоко гуманная« биография »рака — от его первых задокументированных проявлений тысячи лет назад до эпических битв двадцатого века за его лечение, контроль и покорение до радикально нового понимания его сущности».

Как изменить свое мышление: чему учит нас новая наука о психоделиках о сознании, смерти, зависимости, депрессии и трансцендентности Майкла Поллана

«Могут ли психоделические препараты изменить наше мировоззрение? Один из самых уважаемых писателей Америки отправляет нас в изменяющее сознание путешествие к границам человеческого сознания.”

Как мы умираем: размышления о последней главе жизни Шервин Б. Нуланд

«Беглый бестселлер и обладатель Национальной книжной премии, книга Шервина Нуланда« How We Die »стала исчерпывающим текстом о, возможно, самой универсальной человеческой проблеме: смерти».

Заключительный экзамен: Размышления хирурга о смертности Полин В. Чен

«Блестящий молодой хирург-трансплантолог привносит моральную напряженность и драматизм в самые важные и болезненные вопросы медицины и состояния человека.”

Отсюда в вечность: Путешествие по миру в поисках хорошей смерти Кейтлин Даути

«Очарованная нашим всепроникающим страхом перед мертвыми телами, гробовщик Кейтлин Даути отправляется в глобальную экспедицию, чтобы узнать, как другие культуры заботятся о мертвых».

Антология патологической анатомии Джоанна Эбенштейн и Колин Дики

«С 2008 года Библиотека патологической анатомии в Бруклине, штат Нью-Йорк, принимала некоторых из лучших ученых, художников и писателей, работающих на стыках истории анатомии и медицины, смерти и ужаса, религии и зрелищ. Антология патологической анатомии «» объединяет одни из лучших работ в 28 богато иллюстрированных эссе ».

Как мы живем и почему мы умираем: Тайная жизнь клеток Льюиса Вольперта

«Биолог Льюис Вольперт красноречиво рассказывает об основах человеческой жизни через призму ее мельчайшего компонента — клетки».

Тело работ: Размышления о смертности из лаборатории анатомии человека Кристин Монтросс

«Захватывающие воспоминания об отношениях между трупом по имени Ева и первокурсником-медиком, который вскрыл ей разрез.”

Совет для будущих трупов (и тех, кто их любит): практический взгляд на смерть Салли Тисдейл

«Лирический, наводящий на размышления, но практический взгляд на смерть и умирание в этой откровенной, прямой и сострадательной медитации о неизбежном.

Воспоминания о смерти

Нечего бояться Джулиан Барнс

«Мемуары о смертности, затрагивающие веру, науку и семью, а также множество образцовых личностей, которые на протяжении веков сталкивались с теми же вопросами, которые он задает сейчас, относительно самого основного факта жизни: ее неизбежного исчезновения.”

Когда дыхание становится воздухом Пол Каланити

«Глубоко трогательные, изысканно собранные мемуары молодого нейрохирурга, столкнувшегося с неизлечимым диагнозом рака, который пытается ответить на вопрос: что делает жизнь достойной того, чтобы жить?»

Год магического мышления Джоан Дидион

«От одного из культовых писателей Америки, потрясающая книга, полная честности и страсти. Джоан Дидион исследует глубоко личный, но универсальный опыт: портрет брака и жизни, в хорошие и плохие времена, который будет говорить любому, кто когда-либо любил мужа, жену или ребенка.”

Яркий час: Воспоминания о жизни и смерти Нины Риггс

«Изысканные воспоминания о том, как жить и любить каждый день со« смертью в комнате »от поэтессы Нины Риггс, матери двух маленьких сыновей и прямого потомка Ральфа Уолдо Эмерсона».

Путешествие с гранатами: путешествие матери и дочери по священным местам Греции, Турции и Франции Сью Монк Кидд и Энн Кидд Тейлор

«В этих двойных мемуарах Сью Монк Кидд и ее дочь Энн рассказывают о своих совместных путешествиях по Греции и Франции в то время, когда каждый из них стремился переопределить себя и заново открыть друг друга.”

Раскрутка чуда: Воспоминания о жизни, смерти и обо всем, что происходит после года, Джули Ип-Уильямс

«Будучи молодой матерью, столкнувшейся с неизлечимым диагнозом, Джули Ип-Вильямс начала писать свою историю, историю, не похожую ни на что другое. То, что начиналось как хроника неминуемой и ранней смерти, стало чем-то гораздо большим — мощным увещеванием для живых ».

Умирание: воспоминания Кори Тейлор

«Написанная за несколько недель, в результате огромного творческого всплеска, эта мощная и прекрасно написанная книга представляет собой ясный отчет о том, чему смерть научила Кори.”

Все происходит по какой-то причине: и другая ложь, которую я полюбила Кейт Боулер

«Профессор богословия и молодая мать с диагнозом рака IV стадии исследуют боль и радость жизни без уверенности».

Книжный клуб «Конец жизни» Уилла Швальбе

«Вдохновляющая история сына и его умирающей матери, которые создают« книжный клуб », который объединяет их, когда ее жизнь подходит к концу».

Управляемый: Поездка с белыми кулаками до горя и обратно, Мелисса Стивенсон

«Жгучие воспоминания о пути одной женщины к надежде после смерти ее обеспокоенного брата, рассказанные на машинах, которые ее сопровождали.”

Религиоведение

Коран

«Слова Мухаммеда, который утверждал, что получил их от ангела Гавриила».

Тибетская книга мертвых

«Он включает в себя одно из наиболее подробных и убедительных описаний посмертного состояния в мировой литературе, практики, которые могут изменить наш опыт повседневной жизни, руководство по оказанию помощи тем, кто умирает, и вдохновляющий взгляд на то, как справиться с тяжелой утратой.”

Бхагавад Гита

« Бхагавад Гита — это глубоко духовный труд, который составляет краеугольный камень индуистской веры, а также является одним из шедевров санскритской поэзии».

Святая Библия

Ветхий Завет + Новый Завет

Детские книги о смерти

Призраки Райна Тельгемайер

«По мере приближения времени года, когда призраки воссоединяются со своими близкими, Кэт должна придумать, как отбросить свои страхи ради сестры — и ее собственных.”

Ведьмы Роальда Даля

«Это не сказка. Это примерно настоящих ведьм и ».

Страх пропустить Кейт Макговерн

«Когда Астрид узнает, что ее рак вернулся, она слышит о радикальной технологии, называемой криоконсервацией, которая может позволить ей заморозить свое тело до тех пор, пока — и если — не появится лекарство».

Tuck Everlasting Натали Бэббит

«Обреченные на вечную жизнь или благословленные ею после питья из волшебного источника, семья Таков бродит, пытаясь жить так незаметно и комфортно, насколько это возможно.Когда десятилетняя Винни Фостер натыкается на их секрет, Такси забирают ее домой и объясняют, почему вечная жизнь в одном возрасте — меньшее благословение, чем может показаться ».

7 лучших книг о смерти и умирании в тяжелые времена

Этот контент содержит партнерские ссылки. Когда вы совершаете покупку по этим ссылкам, мы можем получать партнерскую комиссию.

Смерть, несмотря на то, что она является неотъемлемой частью нашей жизни, совсем не утешительна. Будь то наше собственное или любимое, этого всегда боятся и никогда не приветствуют.Хотя ничто не может заменить боль конца жизни, мы всегда можем попытаться найти утешение на словах. Возможно, они не облегчат страдания, но знание того, что другие люди пережили тот же набор человеческих эмоций, может быть странно убедительным. Вот список из семи книг, которые помогут вам пережить горе смерти и умирания.

Друг Сигрид Нуньес

Наш рассказчик попадает под опеку старого и огромного немецкого дога, который оказывается собакой своего лучшего друга на всю жизнь.Не в силах справиться с горем потери любимого человека и предупреждением о выселении, которым ей угрожают, поскольку собаки не допускаются в ее здание, она почти достигает своего предела. Но когда она чувствует, что вот-вот разгадывает, происходит что-то загадочное. Она влюбляется в эту странную собаку, и связь между человеком и собакой укрепляется каждый день, поскольку они оба оплакивают одного и того же возлюбленного.

Вторники с Морри, Митч Олбом

Профессор Митча Албома, Морри Шварц, была его ангелом-хранителем, когда он учился в колледже.Со временем они разошлись, но любовь, хотя и скрытая, оставалась сильной. В заключительной главе жизни Морри эти отношения возобновляются. Неминуемая смерть Морри заставляет Альбома заново открыть для себя не только своего старого наставника, но и то, что на самом деле означает жизнь и жизнь.

Мальчики-призраки от Джуэлл Паркер Родос

Двенадцатилетнего Джерома убивает белый полицейский, который принимает свой игрушечный пистолет за настоящий. Роман написан с точки зрения призрака Джерома.Его смерть разрушает жизнь его близких. Эмоциональные потрясения становятся невыносимыми, поскольку этот вопрос касается не только семьи Джерома. К черным детям относились и по-прежнему относятся как с грязью по всей Америке. Но это история искупления, поскольку мы видим, как смерть Иеронима приносит новый рассвет, когда молодые люди объединяются, чтобы улучшить мир, в котором они живут.

Волна Сонали Дераниягала

Во время цунами 2004 года Дераниягала потеряла мужа, детей и родителей.Несмотря на то, что она чудом выжила, ей трудно надеяться на свое будущее. Как можно справиться с травмой, вызванной потерей всех своих близких сразу? Стадии горя продолжают развиваться, и в этих храбрых, тщательно продуманных мемуарах мы видим, как одна женщина борется вопреки всему, чтобы сохранить свою семью в своей памяти, в то же время отчаянно пытаясь сохранить жизнь.

Информационный бюллетень

Подпишитесь на нашу рассылку Book Deals и получите скидку до 80% на книги, которые вы действительно хотите читать.

Спасибо за регистрацию! Следите за своим почтовым ящиком.

Регистрируясь, вы соглашаетесь с нашими условиями использования

Искусство смерти: написание последней истории Эдвиджа Дантиката

Дантикат посвящает всю свою книгу смертности и горя, не делая ее содержание слащавым. Ее монументальная потеря — смерть матери — и создание искусства из чего-то столь печального — легли в основу ее книги. Она расшифровывает мнение различных писателей о смерти и исследует философию взаимосвязи между искусством и смертью и то, как личное растворяется в творчестве.

Класс смерти: Правдивая история жизни Эрики Хаясаки

В этой правдивой истории добрая профессор, читая курс о смерти, показывает своим ученикам, как нужно жить. Невероятная книга об исцелении и опасностях смерти, эта книга действительно является отражением жизни. Она водит своих учеников в морги, кладбища, больницы и т. Д., Чтобы увидеть их боль в перспективе. Она просит их погрузиться в круговорот горя и трагедий, чтобы наконец полностью ощутить жизнь. Прекрасное, успокаивающее чтение, эта книга объединяет в словах тепло и любовь.

Когда дыхание становится воздухом, Пол Каланити

Тридцатишестилетнему нейрохирургу Полу Каланити поставлен диагноз — рак легких IV стадии. Жизнь меняется к худшему, когда он внезапно превращается из врача, лечащего пациентов, в пациента, который каждый день борется за свою жизнь. Он умер в 2015 году, но не раньше, чем увековечил свои слова, чтобы остальной мир мог у них поучиться. Даже когда дела идут тяжело и даже когда конец близок, мы продолжаем двигаться. В этом суть жизни.Цитируя Сэмюэля Беккета: «Я не могу продолжать. Я пойду.

10 лучших книг по пониманию смерти и умирания (в 2021 году)

Существуют сотни, если не тысячи книг о понимании смерти и умирания, горя и работы с тяжелой утратой. Таким образом, важно понимать, что на самом деле не существует лучшей или окончательной книги номер один по этой теме.

Дело в том, что если вы ищете что-то, что поможет вам или близкому человеку справиться с этим трудным временем, вам нужно использовать то, что лучше всего подходит для вас, и вы единственный, кто это знает.При этом следующий список может дать вам возможность начать поиски, чтобы увидеть, что лучше всего работает для вас или вашего любимого человека в это время.

Хотя по большей части они не расположены в определенном порядке, первый в списке — это тот, который я настоятельно рекомендую людям, которым недавно поставили диагноз или у кого есть любимый человек, который начинает сталкиваться со смертью.

Многие люди, которые читали или использовали ее, также ласково называют «синей книжкой» .Его часто получают семьи пациентов и их семьи, которые поступили в хоспис. Это очень короткая книга (15 страниц), которую можно прочитать очень быстро, но эффективно.

Он проходит через процесс умирания и то, как обычно функционирует тело. Это очень хорошее руководство для понимания того, что физически происходит с телом после смерти любимого человека. Он особенно хорош для описания того, что происходит во время «активного» умирания, от часов до минут до смерти.

Это легкая для понимания книга, написанная простым языком, с использованием немедицинских терминов и объяснения тех, которые они используют.

Это квинтэссенция книги о скорби, смерти и умирании. Это книга, на которую ссылаются многие терапевты и ученые, оказывая помощь. В нем описаны стадии горя и способы их определения.

Основное внимание уделяется профессионалам, которые имеют дело со смертью и умиранием или регулярно, но могут помочь тем, кто переживает процесс утраты.

Также написанная Элизабет Кюблер-Росс и Дэвидом Кесслером, эта книга в большей степени ориентирована на широкую публику, чтобы сосредоточить внимание на процессе горя.Это немного легче читать, чем On Death and Dying для тех людей, которые не занимаются этими эмоциями на более регулярной основе.

Этот бестселлер №1 New York Times — фантастическая книга, написанная не как справочник, а как сборник рассказов. Читатель может понять смерть, сосредоточившись на жизни. Это увлекательное чтение, в то же время предоставляющее жизненно важную информацию для всех, кто сам сталкивается с последним путешествием или сопровождает любимого человека в его путешествии.

В этой книге замечательно то, что даже если вы не путешествуете по своему усмотрению или в чужом путешествии, она все равно прекрасна. Это дает представление о смерти, которое многие из нас могут использовать, чтобы просто стать лучше.

Это замечательная книга не только для тех, кто переживает горе из-за потери, но особенно если потеря связана с трагедией (в отличие от давней болезни или недуга).

Автор делится своей трагедией и путешествием трогательным и исцеляющим способом, чтобы позволить читателю не только пережить их, но и понять, как они выходят за пределы горя, которое также может испытывать читатель. Это развеивает представление о том, что горе — это то, что можно «преодолеть», или «пройти» . Предоставление практических советов по механизмам преодоления трудностей без изложения длинных банальностей или временных рамок, по которым читатель должен чувствовать себя так или иначе.

Это хорошая книга, которая поможет жить вместе с чувством печали и утраты.

Это еще одна завораживающая книга о смерти, которая больше посвящена пониманию смерти и умирания через личную историю врача, который столкнулся лицом к лицу со своей собственной смертностью.

Это не столько книга, которая дает вам тактику понимания горя, сколько отличный рассказ о том, как можно принять горе и потерю; будь то человек, идеалы или мечта. Это мастер-класс по принятию и даже принятию неизбежного горя, которое приходит с диагнозом неизлечимой болезни.

Книга по философии, замаскированная под красивым и замысловатым взглядом на то, что наша культура считает «хорошей смертью».

Используя свой собственный опыт, автор дает проницательные и провокационные вопросы о том, как мы понимаем и обсуждаем смерть. Хотя автор оставляет место для множества точек зрения и определений, она также ведет читателя по длинному следу, который заставляет усомниться в ваших собственных определениях смерти, умирания и того, что это может быть для тех, кому остается горевать.

Благодаря юмору и опыту работы медсестрой в отделении паллиативной помощи, эта книга предназначена для всех, кто сталкивается со смертью, работает в сфере здравоохранения, где смерть может быть повседневным явлением, или для всех, кто просто интересуется или задается вопросом, что может или может не случиться, когда придет смерть.

Он дает отличный совет о том, чего вы или ваши близкие можете хотеть, нуждаться или даже думать о смерти.Затрагивая многие разноплановые темы смерти и умирания от горя, общения и того, чего вы можете ожидать физически, Тисдейл обсуждает табуированные темы с изяществом и остроумием. Конечно, книга, которую стоит прочитать всем трупам будущего!

Еще одна книга, написанная автором, имеющим значительный опыт работы в хосписах; эта книга, как и некоторые другие, дает представление о том, как мы воспринимаем смерть и процесс умирания.Он переплетает истории о других культурных традициях и литературе с наукой и религией.

Исследование смерти и умирания с точки зрения другого человека не только развлекает и обучает, но и помогает нам осознать, что на этом этапе жизни у нас, вероятно, больше общего, чем мы изначально представляли.

Используя чудесный дар повествования, Нуланд рассказывал о смерти и умирании через рассказы своих пациентов, а также личные истории из своей семьи.В отличие от других книг в этом списке, Нуланд предпочитает обсуждать очень конкретные способы, которыми мы умираем. К ним относятся старость, рак, СПИД, болезнь Альцгеймера, несчастные случаи, болезни сердца и инсульты.

С проницательностью клинициста и сердцем рассказчика, эта книга рассматривает способы, которыми мы умираем, и дает сочувствие и сострадание.

Несомненно, существует множество книг, посвященных различным темам, связанным со смертью и умиранием. Этот список, конечно, не исчерпывающий. Однако, если вы ищете книги, посвященные смерти и умиранию в целом, это хорошее место для начала.

Каждый рассматривает этот предмет по-своему, и важно, чтобы вы нашли книгу, которая, по вашему мнению, поможет вам больше всего, если вы хотите найти комфорт при изучении предмета.

лучших книг о смерти, умирании и горе для чтения

Если вы занимаетесь проблемами, связанными со смертью, эти лучшие книги о смерти, умирании и горе честные . В видеоинтервью, которое я смотрел, автор книги «Раскручивание чуда», представленной ниже, заметил:

Я знаю, что это мрачно и удручающе, но я обещал, что буду честен с вами.

— Джули Йип Уильямс

Именно поэтому я пишу на мрачную и удручающую тему. Книги о смерти и умирании — это врата к управлению реальной жизнью, и я здесь, чтобы обеспечить подлинную поддержку подлинной жизни, а не репортаж об основных моментах.

Теперь я едва могу сосчитать количество прочитанных мною книг о смерти, в которых говорится о смерти персонажа (или реального человека) и / или ее последствиях, включая почти все триллеры. Но настоящая цель публикации лучших книг о смерти, умирании и горе — помочь тем, кто имеет дело с проблемами, связанными с окончанием жизни.

Итак, этот список широк: от художественной литературы до мемуаров, научно-популярной литературы и юношеских (молодых) романов о смерти. Для каждой книги о смерти, которую я потенциально мог бы порекомендовать здесь, я сделал паузу и спросил себя: : «Если бы кто-то, кого я знал, имел дело с проблемами конца жизни и / или с горем, и попросил меня порекомендовать книгу в момент нужды, стал бы я рекомендовать им эту книгу? »

Следующий список лучших книг о смерти, умирании и печали включает книги, на которые я ответил: «Да.”

Лучшие книги о смерти, умирании и горе

Быть смертным: медицина и то, что имеет значение в конце Атул Гаванде

Названа лучшей книгой года по версии The Washington Post , The New York Times Book Review , NPR и Chicago Tribune

Мне очень рекомендовали «Быть ​​смертным», и это меня удивило. Я ожидал выхода научно-популярной книги о смерти о принятии важных решений в конце жизни, и хотя это было , это также было историческим и социально-экономическим аргументом в пользу улучшения жизни пожилых людей.

Он дает голос пожилым людям и заставляет задуматься и усомниться в том, что, как вы думали, вы знали о качестве их жизни.

Crying in H Mary Мишель Заунер

  • NEW YORK TIMES ЛУЧШИЙ ПРОДАВЕЦ
  • Лучшая книга 2021 года: Entertainment Weekly, Good Morning America, Wall Street Journal, и другие

Crying in H Mart — душераздирающие, но незабываемые воспоминания инди-рок-звезды из группы Japanese Breakfast о неизлечимом диагнозе рака и смерти ее матери, которые сформировали ее идентичность как взрослой корейской американки.

Это уникальная история сложных отношений между матерью и дочерью — одна корейская, другая американская, и как смерть матери навсегда изменила ее дочь.

В то время как автор боролась с возрастом из-за больших ожиданий своей матери от нее и ее статуса одной из немногих американцев азиатского происхождения в своей школе, когда у ее матери позже был диагностирован рак, она смаковала время, которое они уехали вместе, и нашла новую признательность за корейскую культуру, которую дала ей мать.

Эта книга также решительно и грубо рассказывает о том, каково на самом деле быть свидетелем повседневной жизни с неизлечимым диагнозом рака, а также о смерти одного из родителей.

Это абсолютно безупречный портрет горя и саморефлексии, который не оставляет камня на камне и сохраняет живую память о матери автора как в богатых анекдотах, так и в жизненных уроках.

Дорогой Эдвард Энн Наполитано

  • НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС БЕСТСЕЛЛЕР
  • НАЗВАНО ОДНОЙ ИЗ ЛУЧШИХ КНИГ ГОДА ПО The Washington Post Parade LibraryReads

Единственный выход — через это.

— Энн Наполитано

«Дорогой Эдвард» — это популярная подборка книжного клуба «Прочтите с Дженной Буш Хейджер». Это одна из лучших художественных книг о смерти и горе, потому что это особенно уникальная история совершеннолетия , в которой подробно рассказывается о подростковом возрасте 12-летнего мальчика после того, как он единственный выживший в авиакатастрофе .

Он очень тяжелый и глубокий, но я полюбил персонажей и дугу горя, стойкости и надежды , которая расцвела за годы после аварии.Что особенно трогательно, так это дружба Эдварда с молодой девушкой по имени Шей, которая поддерживает его в его уникальном путешествии.

Ответ Эдварда на вопрос о вине выжившего также имел большое значение. Я прослушал аудиоверсию этой книги о горе и нашел ее очень интересной .

Все прекрасное в свое время, Дженна Буш Хагер

Все прекрасное в свое время показалось мне таким же утешительным, как кофе с другом, и оставило меня со слезами на глазах .Всего за один год бывшая первая дочь Дженна Буш потеряла трех из четырех бабушек и дедушек, в том числе нашего бывшего президента Джорджа Х.В. Куст.

Обладая красивой и аутентичной прозой, она ностальгически размышляет в своей книге мемуаров о горе о проблемах семьи, любви и потерь , уделяя особое внимание ее отношениям с бабушкой и дедушкой. Она настоящая, с ней можно родиться, и она заставила меня вспомнить моих бабушку и дедушку и их влияние на мою жизнь.

Следует отметить, что она изысканно также говорит объединяющими словами по всем линиям политических партий.И это отличная книга для любителей книг, с несколькими ссылками на книги, а также с книжными женщинами (в том числе она сама, ее мать и ее бабушка по материнской линии). Я обожал эту искреннюю книгу о горе, , и не мог бы рекомендовать ее более высоко.

С нуля: Воспоминания о любви, Сицилии и поиске дома Темби Локк

New York Times бестселлер

From Scratch был одним из моих любимых произведений Книжного клуба Риз Уизерспун и одной из лучших книг Италии.У меня были слезы на глазах, слушая эту грустную книгу о смерти.

Темби Локк — актриса, а также изысканный писатель, который улавливает ее эмоции таким образом, чтобы вы могли сопереживать ее горю и ее стойкости.

From Scratch — это ее воспоминания о жизни и смерти ее мужа , Саро, с которым она познакомилась во время учебы во Флоренции, Италия. Саро был сицилийским поваром, семья которого не одобряла его женитьбу на черной американской актрисе.

После того, как пара переезжает в Лос-Анджелес и усыновляет девочку, Саро заболевает раком и умирает.

From Scratch описывает три лета, которые Локк проводит на Сицилии, Италия, со своей дочерью, когда они пытаются сложить вместе свою жизнь без Саро. Сицилия — это место утешительной еды, но она также становится местом прощения, роста, горя, исцеления и силы перед лицом трагической смерти.

Для получения дополнительной информации ознакомьтесь с моим полным обзором с подборками книг для From Scratch.

Как подружиться с тьмой, Кэтлин Глазго

Признание: Когда я получил в библиотеке художественную книгу молодых людей о горе «Как подружиться с тьмой», я не был уверен, что хочу ее читать.Представление о подростке , переживающем неожиданную смерть своей матери-одиночки , просто казалось такой ужасно грустной книгой о смерти.

Но, я нырнул и в итоге решил, что это одна из лучших книг о смерти. Да, это печально. Но тон не такой мрачный, как следует из названия. Автор прекрасно передал голос подростка Тигра, которая справляется с проблемами среднего подростка, а также справляется с горем, когда она прыгает по приемным семьям и встречает неизвестную семью, раскрывая свою историю.

Истина в том, что мы обязаны горюющим детям (особенно детям-сиротам) услышать их историю, а «Как подружиться с тьмой» был тщательно продуман на основе опыта автора и ее матери. Ты не сможешь оторваться.

Бессмертные Хлоя Бенджамин

  • ЛУЧШАЯ КНИГА ГОДА:
  • The Washington Post , NPR, Entertainment Weekly , Real Simple , Marie Claire , Нью-Йоркская публичная библиотека, LibraryReads, The Skimm, Lit Hub, Lit Reactor
  • МГНОВЕННЫЙ NEW YORK TIMES BESTSELLER


Семейные драмы — мой любимый жанр, и «Бессмертники» занимают для меня одно из первых мест в этом списке как художественная книга о смерти.Это заставляющая задуматься семейная сага о группе из четырех братьев и сестер из 1960–2010 годов, все из которых стали одержимы надвигающейся смертью.

История начинается, когда братья и сестры — дети в Нью-Йорке, и гадалка предсказывает даты их смерти. Этот единственный момент детского любопытства навсегда изменил их жизнь, так как на протяжении десятилетий они постоянно боролись с предсказанными датами смерти.

Золотой мальчик Саймон сбегает на Западное побережье в поисках любви в Сан-Франциско 80-х.Мечтательная Клара становится волшебницей из Лас-Вегаса, размывая реальность и фантазию. Старший сын Даниэль ищет безопасности в качестве армейского врача после 11 сентября. А книжная Варя с головой уходит в исследования долголетия, где проверяет границы между наукой и бессмертием.

Но на самом деле это только начало, поскольку вы навязчиво перелистываете страницы этого романа о смерти, чтобы увидеть, встретят ли братья и сестры свои предопределенные судьбы. Обладая богатым языком и сложностью , Бессмертные оставляют читателя задавать вопросы о нашей личной роли в наших судьбах , силе веры, времени, проведенном на Земле, роли психического здоровья в нашей жизни и красоте и свободе неопределенности.

Более того, он рассказан так сложно и глубоко, что заставляет вас наслаждаться каждым словом на странице. Мы живем или умираем?

(Ответьте на этот и другие вопросы с помощью этих вопросов для обсуждения для «Бессмертных».)

Поздние миграции: естественная история любви и утраты Маргарет Ренкл

  • Названа «Лучшей книгой года» журналом New Statesman , Нью-Йоркской публичной библиотекой, Чикагской публичной библиотекой и Вашингтонским независимым обзором книг
  • Финалист Южной книжной премии
  • An O, журнал Oprah Выбор за июль 2019 года
  • A Publishers Weekly «Выбор недели»
  • An Indie Next Selection за июль 2019 года
  • Индийцы представляют коллекцию на лето / осень 2019
  • A 2019 Окра Пик

«Поздние миграции» — это чтение с выбором книжного клуба Дженны Буш Хагер, который я обсуждал с Дженной на «Сегодняшнем шоу»! В мемуарах Ренкл делится отрывками из своей жизни, включая некоторые более важные моменты и некоторые более мелкие моменты, в основном во время своего воспитания в Алабаме в 1960-х годах.

Ее проза включает коротких микроэссе, посвященных основным темам: природа, любовь, потеря, ценность воспоминаний и смысл жизни. По этим причинам это отличная книга для весны.

Это одна из лучших книг о смерти, в которой каждое слово имеет значение, а в микроэссе есть поэтический лиризм. Они душевные и горько-сладкие , исследующие сложный спектр универсальных эмоций: любовь, радость, печаль и тьма .

Ренкл, которая раньше была учителем Риз Уизерспун (да, действительно!), В конечном итоге признает, что все живое умрет, но на этом пути она изысканно исследует смысл жизни и горе, которое следует после смерти.

Человек по имени Ове, Фредрик Бэкман

# 1 New York Times бестселлер

Продано более 2 миллионов копий «Человека по имени Уве» — популярного современного фантастического романа Фредрика Бэкмана, о котором, как вы уже догадались, — «Человек по имени Ове» (Ууууу) .Внешне он стереотипный пожилой скряга с вспыльчивым характером. Но внутренне он оплакивает потерю жены и справляется со своей смертностью как умирающий мужчина, доживающий свои старшие годы.

Когда к нему переезжает дружная молодая семья, они начинают менять жизнь друг друга. Результат — трогательный и горько-сладкий . Чем больше времени проходит, тем больше я ценю уроки Уве из этой прекрасной художественной книги о горе.

Еще раз мы видели звезды, Джейсон Грин

ОДНА ИЗ ЛУЧШИХ КНИГ ГОДА: TIME MAGAZINE • GLAMOUR GOOD HOUSEEPING • BOOKPAGE • BOOK RIOT • LIBRARY JOURNAL

Я прочитал много воспоминаний о смерти, смерти и печали, но «Еще раз мы видели звезды» однозначно обсудил очень неожиданную трагедию — потерю ребенка в результате ужасного несчастного случая.

Эта грустная книга о смерти включает в себя поминутное путешествие по последствиям .Это прекрасная, но глубоко грустная, но обнадеживающая, дань уважения юной Грете Грин и многим другим людям, которые пережили ту же утрату, что и ее родители. Это очень достойное прочтение, которое вызовет у вас глубочайшее сочувствие.

Обещай мне, папа: год надежды, трудностей и цели, Джо Байден

Instant # 1 New York Times Бестселлер

«Обещай мне, папа» — это незабываемая книга мемуаров о смерти о том году, когда сыну Джо Байдена, Бо, был поставлен диагноз и он умер от рака мозга (того же типа, что и сенатор Джон Маккейн).

Я слушал аудиоверсию этой книги, и годы спустя я все еще слышу боль и раздражение в голосе старшего Байдена, когда я думаю об этой книге. Хотя Байден был вице-президентом США в то время, когда разворачивалась эта история, он рассказывает об этом, как о любом другом американце, борющемся с разрушительным диагнозом умирающего члена семьи — от решений о лечении до планирования семьи и попыток уравновесить все, что есть. жизнь в процессе.

Я рекомендую эту книгу всем, кто имеет дело с последствиями рака.

Знаков: Тайный язык Вселенной Лоры Линн Джексон

НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС БЕСТСЕЛЛЕР

Большая часть научно-популярной книги о смерти «Знаки» рассказывает истории о знаках, которые получали другие люди от своих умерших близких, что мне показалось очень интересным. Смешанные детали о том, как проявляются знаки, как открыться знакам, как работает энергия во Вселенной и связанные с этим вещи, такие как сны, позитивное мышление и интуиция.

Это может показаться анекдотом, но как человек с очень логическим мышлением и скептиком могу сказать, что это совсем не так! И, конечно же, я использовал инструменты из книги, чтобы попросить два знака, и я получил оба от двух разных людей менее чем за два дня.

Я рекомендую Знаки всем, кто интересуется знаками или ищет знаки, помогающие справиться со своим горем.

Вторник с Морри: старик, молодой человек и величайший урок жизни Митча Олбома

# 1 New York Times Бестселлер

Продано 12 миллионов копий книги «Вторник с Морри» — бестселлера современной классики мемуаров, в которой Митч Олбом навещает своего старого профессора каждый вторник в последние несколько месяцев жизни своего профессора, умирает от БАС , чтобы извлечь уроки из жизни.

Будучи одновременно современной классикой и очень быстро читаемой, я рекомендую ее всем как одну из лучших книг о смерти.

Джули Ип Уильямс «Разворачивание чуда»

НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС БЕСТСЕЛЛЕР

«Раскрутка чуда» — это чтение с выбором книжного клуба Дженны Буш Хагер, который представляет собой воспоминания о жизни, смерти и всем, что происходит после .

Уильямс — молодая жена и мать, которым угрожает неизлечимая рак.С потрясающим прошлым, столкнувшимся с непреодолимыми трудностями, включая то, что она родилась слепой в послевоенном Вьетнаме для семьи, которая хотела покончить с собой, и невероятно бурный многомесячный побег, ей сделали операцию, которая восстановила часть ее зрения и в конечном итоге стала Гарвард получил образование юриста, который самостоятельно объездил все семь континентов.

Трудно представить, чтобы диагноз неизлечимого рака был поставлен в возрасте тридцати семи лет. Стремясь к ясности, Уильямс начала писать историю своей жизни.

В «Раскручивании чуда» она проводит читателя через ежедневное эмоциональное путешествие жизни и смерти от рака : шок, одиночество, печаль, отчаяние, гнев, надежда. Она искренняя и настоящая в этой книге смерти, и чудо ее жизни навсегда коснулось моего сердца.

What made Maddy Run by Кейт Фэган

# 1 New York Times Бестселлер по спорту и фитнесу

What Made Maddy Run — это документальный рассказ о самоубийстве в 2014 году первокурсницы Пенсильванского университета Мэдисон Холлерэн. Книга о смерти имеет значение как для взрослых, так и для подростков.

Мэдди была спортивной и школьной отличницей, которая изо всех сил пыталась перейти из очень маленького, безопасного и любящего сообщества родного города, где ничего плохого никогда не случалось, с миром лиг Плюща, где каждый звездный ученик и спортсмен ярко сияли. и городской пейзаж был огромным и устрашающим.

Кейт Фэган изучает проблемы, с которыми сталкиваются многие студенты колледжей , в частности, что значит быть «идеальным» учеником-спортсменом и восприятие жизнерадостной жизни в колледже в Instagram.А друзья и семья Мэдди были смелыми и открытыми, делились своими горькими историями, историями жизни и смерти Мэдди, так что другие потенциально могут предотвратить самоубийственные смерти . Это грубый и пристальный взгляд на то, как произошла нисходящая спираль, даже в среде поддерживающей и любящей семьи, неожиданно преодолевшей потерю ребенка.

Для получения дополнительной информации ознакомьтесь с моим полным обзором с подборками книг для What Made Maddy Run.

Когда дыхание становится воздухом, Пол Каланити

  • # 1 New York Times бестселлер
  • Финалист Пулитцеровской премии

When Breath Becomes Air была первой аудиокнигой, которую я когда-либо слушал, и я никогда не забывал о ее длительном воздействии.Это одна из моих любимых научно-популярных книг всех времен.

В мемуарах Каланити — 36-летний нейрохирург, у которого неожиданно диагностировали рак легких IV стадии. Когда он имеет дело со смертью, он философски ставит под вопрос смысл жизни с кропотливой детализацией и сложностью. В конце концов, что делает жизнь стоящей, когда вы сталкиваетесь лицом к лицу со своей собственной смертностью?

Как пациент и медицинский работник, Каланити имеет тонкую точку зрения, которая, как следует из названия его книги, захватит дух .

Год магического мышления Джоан Дидион

  • Национальный бестселлер
  • Лауреат Национальной книжной премии

Год магического мышления — книга, в которой Дидион рассказывает о своем году горя после внезапной и неожиданной смерти ее мужа.

Дидион владеет способностью слова, , и эта потрясающая книга описывает ее опыт как личный для нее, так и универсальный для всех.Читатель раскрывает портрет брака в хорошие и плохие времена и значение любви .


На этом мой список лучших книг о смерти, умирании и печали, включая художественную литературу, мемуары, документальную и художественную литературу о горе, завершается.

Купите этот полный список книг о смерти в моем магазине на Amazon.

Похожие сообщения

7 красивых книжек с картинками, которые помогут детям понять смерть

Будь то смерть любимого питомца, друга или любимого человека, каждому ребенку в какой-то момент приходится справляться со смертью.Это может сбивать с толку, расстраивать и пугать детей. Они могут не понимать, почему человек или домашнее животное, которых они любят, внезапно исчезли. Чтение деликатных книг по этой теме может помочь детям пережить бурю горя.

От таких фильмов, как « Король Лев» до реальных событий, дети могут столкнуться со смертью еще до того, как им придется столкнуться с ней на личном уровне. Всегда полезно обсудить с детьми тему смерти до того, как они впервые столкнутся с ней.Но даже если у вас нет такой возможности, вы все равно можете утешить своего ребенка, когда он скорбит.

Эти красивые книжки с картинками помогут вашему ребенку справиться с грустью и понять, почему случается смерть.

  • Срок службы

    Брайана Меллони, иллюстрации Роберта Ингпена

    Lifetimes рассматривает смерть как факт.Он мягко исследует жизненный цикл каждого живого существа, включая растения, животных и людей. Дети узнают, что смерть — это просто часть жизни, а не чего-то, чего следует бояться.

  • Сердце и бутылка

    Оливер Джефферс

    Немногие авторы могут передать глубокое послание, завернутое в успокаивающую историю, так, как это может сделать Оливер Джефферс, иллюстратор «День, когда цветные карандаши уходят».В серии The Heart and the Bottle дети учатся ценить уроки, полученные от ушедших близких. Разделение этих уроков с другими может облегчить горе, которое приносит утрата.

  • Всегда помни

    Сесе Менг, иллюстрировано Яго

    Когда Старая Черепаха умирает, его друзья с любовью вспоминают уроки и воспоминания, которые он оставил им.Эта красивая и нежная книга отдает дань уважения жизни и наследию умерших близких.

  • Дедушкин остров

    Бенджи Дэвис

    Сид и его дедушка путешествуют вместе на экзотический, красочный остров. Находясь на острове, дедушка говорит Сиду, что собирается остаться в этом прекрасном месте, пока Сид не вернется домой.Яркие краски и воодушевляющая история обращаются к теме смерти в понятной для детей форме.

  • Камень для Саши

    , Аарон Беккер

    От создателя отмеченной наградами книги Caldecott Journey выходит эта трогательная книга с картинками без слов.Молодая девушка оплакивает потерю своей любимой собаки во время отпуска со своей семьей. Но когда она находит на пляже золотой камешек, она узнает, что прошлое, настоящее и будущее взаимосвязаны.

  • Наше дерево по имени Стив

    Алана Цвайбеля, иллюстрации Дэвида Кэтроу

    Отец пишет письмо своим взрослым детям, с любовью вспоминает о любимом дереве в его дворе.Эта милая история о семье, любви и утрате — мягкое напоминание о том, что люди и вещи, которые мы любим, могут жить в наших воспоминаниях еще долгое время после их ухода.

  • Путешествие

    от Франчески Санны

    Эта книга, вдохновленная историями о реальных беженцах, рассказывает о семье, которая переживает ужасную трагедию, когда в их страну приходит война.Семья отправляется в долгий и трудный путь в новый дом, где они могут обрести покой.

The Conversation Project — 10 обязательных статей о смерти и уходе в конце жизни

Несколько месяцев назад последователь Twitter попросил нас порекомендовать книги о смерти и уходе в конце жизни. Поиск отличных рекомендаций привел нас к нескольким потрясающим материалам для чтения, которые мы собрали здесь, чтобы поделиться со всеми вами. Мы надеемся, что эти замечательные книги вдохновят и воодушевят вас использовать наше Руководство для начинающих и начать разговор со своими близкими!

Разговор Анджело Воландес

«В этом путешествии людям больше всего нужны не обещания новой технологии, а, скорее, руководство, которое поможет ориентироваться в этом темном лесу, в котором они, несомненно, окажутся.”

Стук в дверь рая Кэти Батлер

«Когда мой отец был энергичным и рассудительным, (моя мать) считала медицину своим коварным союзником в пожизненной кампании по сдерживанию старости, болезней и смерти. Теперь союзник и враг обменялись масками. Лекарство больше походило на врага, а смерть — на друга ».

Нельзя поговорить о чем-то более приятном Роз Част

«Я хочу, чтобы в конце жизни, когда все было по-настоящему« сделано », было что-то, чего можно было бы ожидать.Что-то более ориентированное на удовольствие… Мороженое с неограниченным количеством еды для пожилых людей. Книги по искусству и музыка. ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ паллиативная помощь, когда она сочетается со всем остальным: рентгеном, МРТ, скучной едой и таблетками, которые вообще ничего не делают. Это было бы так плохо? »

Быть смертным Атул Гаванде

«В конце концов, наша конечная цель — не хорошая смерть, а хорошая жизнь до самого конца».

Ошибка в наших звездах Джон Грин

«Горе не меняет тебя, Хейзел.Это раскрывает вас ».

Смена: одна медсестра, двенадцать часов, четыре жизни пациентов Терезы Браун

«Я смотрю на нее. Это момент, когда она навсегда оставит мою заботу. Мое может быть последним знакомым больным лицом, которое она видит перед тем, как погибнет, и я хочу, чтобы она запомнила это как спокойное и настоящее ».

Год магического мышления Джоан Дидион

«Горе оказывается местом, о котором никто из нас не знает, пока мы не дойдем до него.Мы ожидаем (мы знаем), что кто-то из близких нам людей может умереть, но мы не смотрим дальше нескольких дней или недель, следующих сразу же за такой воображаемой смертью. Мы неверно истолковываем природу даже тех нескольких дней или недель. Мы можем ожидать, если смерть внезапная, чтобы испытать шок. Мы не ожидаем, что этот шок будет облитерирующим, смещающим и тело, и разум. Мы можем ожидать, что будем простертыми, безутешными, безумными от потерь. Мы не ожидаем буквально сумасшедших, крутых клиентов, которые верят, что их муж вот-вот вернется, и нуждаются в его обуви.”

How We Die: Reflections of Life’s Final Chapter by Sherwin B. Nuland

«Величайшее достоинство смерти — это достоинство предшествовавшей ей жизни. Это форма надежды, которую мы все называем достижением, и она является самой прочной из всех. Надежда заключается в том, чем была наша жизнь ».

Самый лучший возможный уход: поиски врача по изменению ухода до конца жизни Ира Бёк

«Смерть не причиняет страданий.Сопротивление смерти имеет значение ».

Когда дыхание становится воздухом

Пол Каланити

«Это послание простое: когда вы приходите в один из многих моментов в жизни, когда вы должны дать отчет о себе, предоставить бухгалтерскую книгу того, чем вы были, что сделали и что значили для мира, не делайте этого, я молю , скидка на то, что вы наполнили дни умирающего человека насыщенной радостью, радостью, неизвестной мне за все мои предыдущие годы, радостью, которая не жаждет все больше и больше, но отдыхает, удовлетворяется.В это время, прямо сейчас, это огромная вещь ».

Мы не упомянули вашу любимую книгу? Прокомментируйте и поделитесь ниже своей любимой литературой по этой важной теме. Также ознакомьтесь с нашим последним обновленным списком книг!

Хотите оставаться на связи с The Conversation Project? Подпишитесь на наши информационные бюллетени, подпишитесь на нас в социальных сетях (Twitter, Facebook), загрузите наши ресурсы для начала беседы и не стесняйтесь обращаться к нам на ConversationProject @ ihi.орг.

8 лучших книг о смерти и умирании 2021

Самые холодные люди, которых я знаю, — это те, кто окружен смертью. Я разговаривал со многими из них на протяжении многих лет: доулами в конце жизни, работниками хосписов, бальзамировщиками; дизайнеры эко-гробов, консультанты по горе и поселенцы деревень; все они смотрят прямо в глаза своей неизбежной кончине. Все они научили меня чему-то разному в отношении смерти и умирания, но они также пришли к выводу о том же: смерть не обязательно должна быть этим причудливым яйцом, которое внезапно разбивается о вашу голову.Смерть, а точнее умирать, — это процесс, и этот процесс — это то, что вы из этого понимаете.

Одно из моих первых писательских выступлений в колледже было посвящено смерти (именно поэтому я предпочитаю эту мыльницу в форме гроба). Я работал фрилансером в бизнесе по планированию жизни в Сан-Франциско, который был частично практическим, местным источником информации о том, что делать после смерти любимого человека, а частично блогом о смерти (это была моя пробка). Мы всегда были осторожны, чтобы не зацикливаться на темах, связанных со смертью и мрачным умиранием — целевая страница была нежно-голубой, а темы блогов варьировались от поделок своими руками для увековечения памяти близких до изучения биоразлагаемых урн.С какой стати они позволили 19-летнему парню, ничего не знающему о похоронных бюро, писать за них, мне непонятно, но я так рад, что они это сделали. Я узнал, что когда ты постоянно окружен смертью, она не кажется чужой и несудоходной. Конечно, работники индустрии смерти и умирания не освобождаются магическим образом от эмоциональных требований смерти, и иметь время и ресурсы, чтобы жить и умереть хорошо, — это привилегия. Но за годы, которые я потратил, изучая планирование недвижимости или разговаривая с домашними медработниками о том, что вы можете сделать буквально через мгновение после того, как любимый человек умер, чтобы найти немного покоя, я узнал, что хорошая смерть — это то же самое, что и хорошая жизнь: вы пожинаете то, что пожинаете. сеять.

Итак, с чего начать? Книги. Прочтите, что другие люди пережили в больницах, дома или пережили собственные экзистенциальные кризисы. Хотя приведенные ниже заголовки вряд ли являются исчерпывающим руководством к смерти и ее планированию, именно они помогли мне почувствовать себя лучше подготовленным, чтобы танцевать в пустоте.

Никто не творит смерть так, как le French

Симона де Бовуар — * поцелуй шеф-повара * отличный француз, чтобы держать вас за руку в теме смерти.Это одна из самых любимых автором книг 1960-х годов, в которой вы переживаете смерть ее матери с острой чувствительностью к деталям; именно талант Бовуара сосредотачиваться на более «банальных» моментах неизлечимой болезни и умирать с философским мастерством делает его таким хорошим.

Pantheon

Очень легкая смерть Симона де Бовуар

Узнайте, как врачи относятся к уходу за пациентами

Это похоже на дневник, если бы дневники были очень точными подсказками медицинских профессионалов.Автор и врач Ира Бёк — врач паллиативной помощи, и понимание успехов и подводных камней его опыта ухода в конце жизни многому научит вас тому, какие вопросы вы захотите задать, когда / если вы когда-нибудь окажетесь ориентироваться в подобных ситуациях и в медицинских учреждениях. Это такая книга, которая заставляет вас чувствовать, что кто-то на вашей стороне, даже несмотря на пугающие проблемы со здоровьем.

avery

Самый лучший уход, возможный от Ira Byock

Да, есть дула конца жизни

Мы обычно думаем о доулах как о добрых людях из мюсли, которые помогают рожать крошечных малышек в этот мир, но есть также доулы и акушерки смерти, которые обучены сопровождать умирающих и вести их к тому, что будет дальше.Я разговаривал со многими из них на протяжении многих лет, но эта книга на самом деле написана другом, который только начал карьеру в сфере ухода за пациентами в конце жизни. «Я взяла эту книгу, чтобы узнать больше о том, как сделать уход за смертью священной, целостной и интимной практикой», — сказала она мне, сказав, что абсолютно рекомендовала бы эту книгу тем, кто видит себя в аналогичной профессии или просто хочет чтобы узнать больше об этом.

Энн-Мари Кеппель

Смертельное гнездо Анн-Мари Кеппель

Есть место для творчества

В целом, я думаю, что в Соединенных Штатах есть коленный рефлекс, чтобы стерилизовать процессы смерти и умирания.Мы требуем от погребальных церемоний в некотором роде единообразия и мрачности, и это справедливо. Смерть тяжелая, и все скорбят по-разному. Но, чувак . Вы когда-нибудь видели гробы в Гане? Они красивые и личные. Поистине праздничный труд любви.

Benteli

The Buried Treasures Of The Ga: Coffin Art In Ghana Регула Чуми

Поднимите руку, если у вас есть проблемы с папой потерял любимого человека в молодом возрасте, или кто ходит по канату в отношениях с родителями.В этом смысле книга рассказывает об отношениях автора с пятью разными людьми, а также представляет собой яркий портрет того, что значит жить и горевать как черный человек на юге Америки.

Блумсбери, США

Люди, которых мы пожали: мемуары Джесмина Уорда

Это один из способов справиться с этим

У всех нас было такое, или мы видели, как это случилось с кем-то другим: вместо того, чтобы противостоять нашему горю, мы изливаем нас в новое хобби или увлечение временем (см. все эти карантинные буханки из закваски).И это нормально. Не существует вырезанной в камне хронологии горя, и эти мемуары Лонг Литт Вун, написанные о ее покойном муже, являются прекрасным напоминанием об этом; это про все любопытные, темные и красивые места, которые может унести нас горе, например, охота за грибами. «Лонг легко и искусно рассказывает историю поиска надежды после отчаяния», — пишет газета New York Times в обзоре, который, как мне кажется, действительно попадает в точку. «[Она пишет с] самоуничижением и таким мягким добродушием, что мы забыли, как грустно она (и мы).Затем, как рассказчик, мы вспоминаем. Но знаете что? Мы все еще живы.

Scribe UK

The Way Through the Woods by Long Litt Woon

Если вы не духовный…

… Тогда честно читайте все эссе и книги Джоан Дидион. Ее сочинение с ложечки накормит вас жесткой, но глубоко наблюдательной любовью, и вы почувствуете себя так, будто услышите сидячую беседу от вашего самого уравновешенного родственника о хиппи, Pioneer West и, в данном случае, о смерти ее мужа и сотрудника Джона. Грегори Данн.Так много книг о смерти и умирании глубоко духовны или религиозны, но для тех из нас, кто когда-либо верил только в логику, IDK, Pokémon , Didion — ваша девушка. Никто другой не пишет так честно и точно, как она, о сюрреалистической логике мозга горя.

Knopf Doubleday Publishing Group

Год магического мышления Джоан Дидион

Один для детей

У вас есть ощущения куклы? (Конечно, знаете.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.