Брак по расчету книга – Книги брак по расчёту читать онлайн

Барбара Картленд - Брак по расчету » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Граф Альтон Дроксфорд хочет подыскать себе жену — такую, чтобы ему не пришлось менять своих холостяцких привычек. Об этом узнает Карина Рэндел, девушка из аристократического, но обедневшего рода. Ее семейные обстоятельства столь плачевны, что она соглашается выйти замуж за графа, обещая быть «покладистой». Граф женится на ней. Карина постепенно начинает по-настоящему влюбляться в своего мужа, и ее мучает ревность…

Барбара Картленд

Брак по расчету

Мужчина и женщина медленно, даже, пожалуй, излишне медленно, шли по зеленой лужайке. Миновав живую изгородь из рододендронов, они вступили в беседку, увитую розами. Разросшиеся кусты жимолости окружали ее со всех сторон.

Здесь можно было укрыться от глаз расфранченной публики, прогуливающейся в саду герцога Северна. Прием в замке герцога, как обычно летом, считался одним из значительных событий в жизни графства.

Но в этот прелестный уголок звуки оркестра едва долетали и лишь легким эхом аккомпанировали громкому жужжанию пчел.

Как только двое оказались в тени беседки, их нарочитая сдержанность сразу исчезла. Леди Сибли обернулась и, запрокинув кокетливо голову, воскликнула:

— Наконец-то! Я уж думала, мы никогда не останемся одни.

— Должен сделать комплимент, Жоржетта, — прозвучал густой низкий голос графа. — Я никогда еще не видел тебя такой красивой.

Действительно, любовь к графу делала всеми признанную красавицу леди Сибли еще прекраснее, придавала ей женственности: строгие черты стали нежнее, а взгляд — мягче.

Она была необыкновенно мила. Аромат гелиотропа, ее любимых духов, усиливал очарование.

— Ах, Элтон, я не видела тебя больше недели! — вздохнула она. — Джордж настоял на нашем отъезде в деревню, а в Лондоне так весело. Ты ведь знаешь, как я ненавижу деревенскую жизнь.

— Я тоже по тебе скучал, — сказал граф.

— Увидимся ли мы сегодня вечером на месте наших прежних свиданий? — спросила леди Сибли. — Джордж сразу же после ужина ляжет спать. Конечно, он подумает, что и я устала. Я тоже лягу пораньше, а потом незаметно выскользну из дома, как всегда…

Голос ее был полон страсти. Внезапно она замолчала и теперь только пристально смотрела на графа. Красавец… может быть, самый красивый во всем графстве.

Но сейчас он выглядел суровым. Озабоченное выражение лица. Взгляд темных глаз пугал.

— Что случилось? — взволнованно спросила леди Сибли. — Я вижу, что-то произошло.

— Не хотелось говорить тебе, Жоржетта, — ответил граф. — Дело в том, что я должен жениться.

— Жениться? — едва слышно произнесла леди Сибли.

Это известие настолько ее поразило, что она отпрянула от графа и смотрела на него с изумлением. Ее глаза уже не сияли любовью, губы крепко сжались.

— Да, жениться, — с раздражением повторил граф. — Мало того, у меня только один месяц, за который предстоит найти невесту, сделать предложение и обвенчаться.

— Но почему? Ничего не понимаю! — воскликнула леди Сибли.

— Неудивительно, — ответил граф. — Я и сам ничего не могу понять.

— Элтон, расскажи мне все, — потребовала леди Сибли. — Хотя, если признаться, мне становится дурно от одной мысли, что ты можешь жениться.

— Давай сядем, — сказал граф.

Секунду леди Сибли раздумывала, потом подошла к скамейке, стоявшей в беседке, и присела. Сжав руки, посмотрела на графа. Он молчал, мрачно уставившись на куст сирени. Подождав немного, леди Сибли сказала:

— Что же произошло? Я не могу поверить в то, что ты сказал.

— Должностным лицом, представляющим власть короля в этом графстве, всегда был кто-то из членов нашей семьи. Мой отец оставался лордом-лейтенантом графства до самой смерти, как до него мои дед и прадед. После смерти отца Его Величество посчитал меня слишком молодым, чтобы предложить этот пост мне. Назначил лорда Хэндли. Однако дал понять, что лорд Хэндли стар и, как только мне позволит возраст, я по праву займу это место.

— Кажется, ты что-то рассказывал, — перебила его леди Сибли. — Однако не понимаю, при чем здесь твоя женитьба.

— Две недели назад лорд Хэндли скончался, как ты знаешь, — сказал граф, не обратив внимания на ее слова. — Вчера я был у премьер-министра на Даунинг-стрит, десять. Хотел узнать, когда Его Величество соблаговолит утвердить меня в должности, наследуемой в нашей семье испокон веков.

Граф задумался. Он знал лорда Грея с детских лет. Тот был другом его отца и часто гостил у них в Дроксфорде. Когда началась беседа, ему показалось, лорд Грей чем-то озабочен.

— К моему глубочайшему сожалению, Дроксфорд, я не могу обещать, что вы будете назначены лордом-лейтенантом графства.

Граф резко выпрямился.

— Вы хотите сказать, что Его Величество хочет назначить кого-то другого? — с сомнением в голосе проговорил он. — Кто собирается занять место, по праву принадлежащее мне? Черт побери, милорд, у меня пятьдесят тысяч акров земли. Я уж не говорю о том, что власть короля в графстве всегда представляли члены нашей семьи.

— Мне это известно, — сказал лорд Грей. — Но я получил от короля новые инструкции.

— Интересно! Какие, если не секрет?

— Король требует, чтобы должностное лицо, представляющее Его Величество, был обязательно женат.

Графу показалось, что земля разверзлась у него под ногами.

— Женат? — хриплым голосом проговорил он.

— Для вас это, конечно, полная неожиданность, — сказал премьер-министр тихим голосом. Так он говорил обычно в палате общин, когда необходимо было успокоить враждебно настроенного противника. — Его Величество твердо намерен начать новую эру — эру респектабельности в его монархии. — Он улыбнулся, как бы извиняясь, и продолжил: — Эксцессы, происходившие во времена правления брата короля, должны быть преданы забвению. Поскольку Его Величество сам счастлив в браке, он полагает, что женитьба пойдет на пользу любому мужчине, и особенно претендующему на ответственный пост.

— Боже мой, какое лицемерие! — рассердился граф. — Особенно если вспомнить, как в свое время король наделял титулами своих отпрысков от миссис Джордан… Кто бы мог предположить, что он так быстро забудет радости холостяцкой жизни.

— Я с вами полностью согласен, — сказал лорд Грей. — Но все это было давно. А сейчас Его Величество намеревается поступать только на благо государства. Король и королева должны подавать своим подданным пример во всем.

— Вы утверждаете, что, если я не женюсь, пост лорда-лейтенанта займет кто-то другой?

— Другого выхода не вижу, — ответил премьер-министр.

— Я знаю, что кроется за решением короля, что его вывело из себя, — сказал граф. — Лорд Битон открыто живет с этой балериной. Всюду таскает ее за собой. Говорят, все светские дамы в Уэссексе вне себя от возмущения, потому что лорд Битон требует, чтобы они ее принимали.

— С тех пор как Его Величество взошел на престол, лорд Битон доставил ему немало неприятных минут, — согласился премьер-министр. — Между тем король сообщил, что Его Сиятельству следует подать в отставку.

nice-books.ru

Читать книгу Брак по расчету

Барбара Картленд Брак по расчету

Глава I

Мужчина и женщина медленно, даже, пожалуй, излишне медленно, шли по зеленой лужайке. Миновав живую изгородь из рододендронов, они вступили в беседку, увитую розами. Разросшиеся кусты жимолости окружали ее со всех сторон.

Здесь можно было укрыться от глаз расфранченной публики, прогуливающейся в саду герцога Северна. Прием в замке герцога, как обычно летом, считался одним из значительных событий в жизни графства.

Но в этот прелестный уголок звуки оркестра едва долетали и лишь легким эхом аккомпанировали громкому жужжанию пчел.

Как только двое оказались в тени беседки, их нарочитая сдержанность сразу исчезла. Леди Сибли обернулась и, запрокинув кокетливо голову, воскликнула:

— Наконец-то! Я уж думала, мы никогда не останемся одни.

— Должен сделать комплимент, Жоржетта, — прозвучал густой низкий голос графа. — Я никогда еще не видел тебя такой красивой.

Действительно, любовь к графу делала всеми признанную красавицу леди Сибли еще прекраснее, придавала ей женственности: строгие черты стали нежнее, а взгляд — мягче.

Она была необыкновенно мила. Аромат гелиотропа, ее любимых духов, усиливал очарование.

— Ах, Элтон, я не видела тебя больше недели! — вздохнула она. — Джордж настоял на нашем отъезде в деревню, а в Лондоне так весело. Ты ведь знаешь, как я ненавижу деревенскую жизнь.

— Я тоже по тебе скучал, — сказал граф.

— Увидимся ли мы сегодня вечером на месте наших прежних свиданий? — спросила леди Сибли. — Джордж сразу же после ужина ляжет спать. Конечно, он подумает, что и я устала. Я тоже лягу пораньше, а потом незаметно выскользну из дома, как всегда…

Голос ее был полон страсти. Внезапно она замолчала и теперь только пристально смотрела на графа. Красавец… может быть, самый красивый во всем графстве.

Но сейчас он выглядел суровым. Озабоченное выражение лица. Взгляд темных глаз пугал.

— Что случилось? — взволнованно спросила леди Сибли. — Я вижу, что-то произошло.

— Не хотелось говорить тебе, Жоржетта, — ответил граф. — Дело в том, что я должен жениться.

— Жениться? — едва слышно произнесла леди Сибли.

Это известие настолько ее поразило, что она отпрянула от графа и смотрела на него с изумлением. Ее глаза уже не сияли любовью, губы крепко сжались.

— Да, жениться, — с раздражением повторил граф. — Мало того, у меня только один месяц, за который предстоит найти невесту, сделать предложение и обвенчаться.

— Но почему? Ничего не понимаю! — воскликнула леди Сибли.

— Неудивительно, — ответил граф. — Я и сам ничего не могу понять.

— Элтон, расскажи мне все, — потребовала леди Сибли. — Хотя, если признаться, мне становится дурно от одной мысли, что ты можешь жениться.

— Давай сядем, — сказал граф.

Секунду леди Сибли раздумывала, потом подошла к скамейке, стоявшей в беседке, и присела. Сжав руки, посмотрела на графа. Он молчал, мрачно уставившись на куст сирени. Подождав немного, леди Сибли сказала:

— Что же произошло? Я не могу поверить в то, что ты сказал.

— Должностным лицом, представляющим власть короля в этом графстве, всегда был кто-то из членов нашей семьи. Мой отец оставался лордом-лейтенантом графства до самой смерти, как до него мои дед и прадед. После смерти отца Его Величество посчитал меня слишком молодым, чтобы предложить этот пост мне. Назначил лорда Хэндли. Однако дал понять, что лорд Хэндли стар и, как только мне позволит возраст, я по праву займу это место.

— Кажется, ты что-то рассказывал, — перебила его леди Сибли. — Однако не понимаю, при чем здесь твоя женитьба.

— Две недели назад лорд Хэндли скончался, как ты знаешь, — сказал граф, не обратив внимания на ее слова. — Вчера я был у премьер-министра на Даунинг-стрит, десять. Хотел узнать, когда Его Величество соблаговолит утвердить меня в должности, наследуемой в нашей семье испокон веков.

Граф задумался. Он знал лорда Грея с детских лет. Тот был другом его отца и часто гостил у них в Дроксфорде. Когда началась беседа, ему показалось, лорд Грей чем-то озабочен.

— К моему глубочайшему сожалению, Дроксфорд, я не могу обещать, что вы будете назначены лордом-лейтенантом графства.

Граф резко выпрямился.

— Вы хотите сказать, что Его Величество хочет назначить кого-то другого? — с сомнением в голосе проговорил он. — Кто собирается занять место, по праву принадлежащее мне? Черт побери, милорд, у меня пятьдесят тысяч акров земли. Я уж не говорю о том, что власть короля в графстве всегда представляли члены нашей семьи.

— Мне это известно, — сказал лорд Грей. — Но я получил от короля новые инструкции.

— Интересно! Какие, если не секрет?

— Король требует, чтобы должностное лицо, представляющее Его Величество, был обязательно женат.

Графу показалось, что земля разверзлась у него под ногами.

— Женат? — хриплым голосом проговорил он.

— Для вас это, конечно, полная неожиданность, — сказал премьер-министр тихим голосом. Так он говорил обычно в палате общин, когда необходимо было успокоить враждебно настроенного противника. — Его Величество твердо намерен начать новую эру — эру респектабельности в его монархии. — Он улыбнулся, как бы извиняясь, и продолжил: — Эксцессы, происходившие во времена правления брата короля, должны быть преданы забвению. Поскольку Его Величество сам счастлив в браке, он полагает, что женитьба пойдет на пользу любому мужчине, и особенно претендующему на ответственный пост.

— Боже мой, какое лицемерие! — рассердился граф. — Особенно если вспомнить, как в свое время король наделял титулами своих отпрысков от миссис Джордан… Кто бы мог предположить, что он так быстро забудет радости холостяцкой жизни.

— Я с вами полностью согласен, — сказал лорд Грей. — Но все это было давно. А сейчас Его Величество намеревается поступать только на благо государства. Король и королева должны подавать своим подданным пример во всем.

— Вы утверждаете, что, если я не женюсь, пост лорда-лейтенанта займет кто-то другой?

— Другого выхода не вижу, — ответил премьер-министр.

— Я знаю, что кроется за решением короля, что его вывело из себя, — сказал граф. — Лорд Битон открыто живет с этой балериной. Всюду таскает ее за собой. Говорят, все светские дамы в Уэссексе вне себя от возмущения, потому что лорд Битон требует, чтобы они ее принимали.

— С тех пор как Его Величество взошел на престол, лорд Битон доставил ему немало неприятных минут, — согласился премьер-министр. — Между тем король сообщил, что Его Сиятельству следует подать в отставку.

Граф был поражен.

— Это новшество? Я не знаю прецедента. Всегда считал, что лорда-лейтенанта не освобождают от должности. Думал, если такое и случается, то крайне редко.

— Насколько помню, один из моих предшественников, Джордж Гренвил, тоже отстранил своего брата от должности лорда-лейтенанта в Букингэмшире, — улыбнулся лорд Грей. — Но я согласен с вами, Дроксфорд, это случай редкий. Поэтому Его Величество и решил быть весьма осмотрительным при назначении нового лорда-лейтенанта.

— Могу ли я переговорить с Его Величеством, — сказал граф. Он знал, что Вильям IV — веселый, добродушный человек — редко кому отказывал, когда к нему обращались лично.

Лорд Грей покачал головой.

— Боюсь, это не поможет. Я уже неоднократно имел беседу с королем, но его поддерживает королева, а вы знаете, что это значит.

— Да, знаю, — ответил граф. — Я получил вчера письмо от мистера Гривилла. Он сейчас в Брайтоне. Он пишет: «Королева — благочестивая женщина. Она не позволяет дамам в декольте появляться на королевских приемах».

Мужчины переглянулись.

— Времена меняются, — сказал премьер-министр. — Помнится, Георг Четвертый требовал как раз обратного.

Граф рассмеялся, но скоро опять посуровел.

— Сколько времени вы даете мне на то, чтобы найти себе жену?

— Неужели должность так много значит для вас? — спросил лорд Грей.

— Я горжусь своими предками, — сказал граф. — Моего отца и уважали, и любили. Он всегда старался выполнять свои обязанности как можно лучше. Отец был мудрым и добрым лордом-лейтенантом. Вы ведь его знали, милорд. Разве я преувеличиваю?

— Нисколько, — ответил лорд Грей. — Ваш отец был моим другом, и я не погрешу против истины, если скажу, что он был действительно замечательный человек.

— Я хотел бы походить на своего отца, — сказал граф. — Поверьте, у меня нет ни малейшего желания жениться. Холостяцкая жизнь гораздо приятнее. Но вы должны признать, я ничем не запятнал свое имя и не бросил тень на дворянство. И я не потерплю, чтобы кто-то другой стал представителем короля. — Нахмурив брови, он сурово продолжал: — Наша семья всегда оказывала благотворное влияние на жизнь графства. Благотворительные общества, школы, больницы… Отец, говоря о графстве, всегда добавлял местоимение «мое». И у меня должно быть право так говорить. — Граф помолчал и добавил: — Позвольте спросить, милорд, каким временем я располагаю, чтобы найти жену, которая принесет мне титул лорда-лейтенанта?

— Уверен, Его Величество, если я об этом попрошу, согласится подождать по крайней мере месяц, — ответил премьер-министр. — Но скажу откровенно, Дроксфорд, вам не следует тянуть. Тем более что у Его Величества уже есть кое-кто на примете.

— Полагаю, это герцог Северн? — ухмыльнулся граф.

— Совершенно верно, — подтвердил премьер-министр.

— Но ведь у него всего десять тысяч акров запущенных угодий. И хозяйство он ведет из рук вон плохо.

— Зато он женат и с ним считаются, — в глазах премьер-министра искрился смех.

— Черт побери! — воскликнул граф. — Да я скорее умру, чем допущу назначение герцога. Я еще раз зайду к вам, с вашего позволения.

Он вышел от премьер-министра с таким выражением лица, что и лакей, и кучер посмотрели на него с опаской.

Когда граф был вне себя от ярости, в Дроксфорд-хаузе на Парк-лейн трепетали все — от мальчишки-разносчика до дворецкого.

Закончив рассказ о визите к премьер-министру, граф стукнул кулаком по колену и добавил:

— Не позволю герцогу занять место, которое принадлежит мне по праву!

— Конечно, этого нельзя допустить, — согласилась леди Сибли. — Я знаю, Джордж так же не любит герцога, как и ты.

— Тогда найди мне жену, — резко бросил граф.

— Это не составит труда, — сказала леди Сибли. — А может быть, Элтон, так будет и лучше.

— Что ты имеешь в виду?

— Я подумала о нас, — нежным голосом сказала леди Сибли. — Видишь ли, дорогой, ты настолько красив, что стоит тебе только появиться, как каждый муж начинает ревновать к тебе свою жену. У Джорджа уже, кажется, кончается терпение. Но если ты женишься, не будет причин не приглашать тебя в дом, ведь это приглашение распространится и на твою жену.

Граф не ответил. Леди Сибли коснулась его руки.

— Элтон, дорогой, не расстраивайся. Я найду тебе подходящую жену, которая будет прекрасно смотреться в дроксфордских бриллиантах во главе стола. А большего тебе и не требуется.

— У меня нет никакого желания жениться на безмозглой простушке, — отрезал граф.

— Если она будет вести себя как положено и не мешать другим твоим… интересам, — леди Сибли выделила голосом два последних слова, — то все будет прекрасно.

Граф прижался губами к ее руке.

— Ты пытаешься успокоить меня, Жоржетта. Но уверяю тебя, мне все это крайне неприятно. Я вовсе не хочу жениться. Да еще на женщине, которую не люблю.

— Если бы ты этого хотел, мне было бы очень больно, — сказала леди Сибли. — Ведь мы были так счастливы в последние месяцы. Ничто не должно помешать нашим отношениям. И если ты в самом деле в кого-нибудь влюбишься, мое сердце будет разбито.

Ее голос дрогнул, и в первый раз за этот вечер он взглянул ей прямо в глаза.

— Какая ты красивая, Жоржетта!

— Я хочу, чтобы ты всегда говорил мне об этом, — прошептала она.

Он сжал ее в своих объятиях, нашел ее губы, и они надолго забыли обо всем.

Потом леди Сибли отстранилась и начала натягивать белые лайковые перчатки.

— Ты должен прийти ко мне сегодня ночью, Элтон. Клянусь, я умираю без твоей любви.

— Я буду ждать на нашем месте, — пообещал он. — Только не заставляй меня томиться в ожидании.

Его голос был полон страсти. А она посмотрела на него так, как смотрит женщина, когда уверена, что неотразима.

— Дорогой, прямо сейчас пойду и выберу тебе жену, — сказала она. — Слава Богу, на этой лужайке есть из кого выбрать. Провинциальные девушки не так испорчены. Твоя будущая жена должна довольствоваться минимумом твоего внимания. Следовательно, нам нужна невинная глупышка.

— Боже мой, Жоржетта. Ты говоришь об этом, как о манной каше. А я терпеть ее не мог, когда был маленьким.

Леди Сибли засмеялась.

— Я хочу, чтобы со мной ты вспоминал только о шампанском.

Она встала и, когда граф обнял ее, прижалась к нему в страстном порыве.

— Ты возбуждаешь меня, — сказал он. — Ты моя прелесть. Ни одна женщина не приняла бы новость о моей женитьбе так спокойно и трезво, как это сделала ты.

— Все будет хорошо, — сказала леди Сибли. — Твоя женитьба облегчит нам встречи. — Она на мгновение коснулась губами его губ и, выскользнув из его объятий, добавила: — Я уйду отсюда первой. Не следует выходить из беседки вместе, чтобы не вызывать подозрений.

— Хорошо, — ответил он. — До встречи, Жоржетта.

— Обещаю, что не заставлю тебя долго ждать, — сказала она нежным голосом и скрылась в зелени кустов рододендронов.

Граф вытащил из жилетного кармана часы, взглянул на циферблат и, взяв со скамейки цилиндр, водрузил на голову. Но только он собрался удалиться, как раздался звонкий голос:

— Лорд Дроксфорд!

Граф вздрогнул и осмотрелся, но вокруг никого не было.

— Я здесь, — снова послышался голос.

Подняв голову, он увидел, что с ветки огромного дуба возле беседки на него глядит какая-то девочка.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил он.

— Если вы минутку подождете, я спущусь и все объясню.

Граф помрачнел. Очевидно, его разговор с леди Сибли подслушали, и он уже думал, не дать ли девочке денег, чтобы она никому ни о чем не рассказывала. И если дать, то сколько, гинею или полгинеи? «Ребенок не сможет объяснить, откуда у него взялась гинея», — сказал он сам себе. Граф полез в карман за мелкой монетой. Послышался шорох листьев, и в беседку вошла не девочка, как он ожидал, а девушка.

На ней было тесное выцветшее бледно-голубое ситцевое платье. Тонкая материя облегала высокую грудь. Поняв, что перед ним не ребенок, молчание которого можно купить, граф посмотрел на девушку более внимательно. Без сомнения, хороша собой. Небольшого роста, хрупкая. Огромные глаза с темными ресницами. Граф никогда не видел таких красивых глаз. Зеленые со светло-коричневыми крапинками. Не голубые, как характерно для блондинок. Волосы цвета спелой пшеницы, с рыжеватым оттенком, подчеркивали белизну нежной кожи. Щеки незнакомки окрашивал легкий румянец.

— Итак, вы подслушивали, — укоризненно сказал граф.

Она кивнула.

— У меня есть подруга. Это дерево — наш наблюдательный пункт, — сказала она. — Но нынче Элизабет уже на празднике, среди гостей.

— И кто же ваша Элизабет? — спросил он.

На самом деле это его не интересовало. Он смотрел на девушку. Ее волосы блестели на солнце и были изумительного оттенка. «Может быть, она их красит, — думал он, — хотя вряд ли…»

— Элизабет — дочь герцога Северна, — последовал ответ. — Сегодня ее первый выход в свет, поэтому ее представляют именитым людям графства. Таким, как вы, например.

— Вы знаете, кто я?

— Конечно! Вы граф Дроксфорд. Я вас видела в прошлом году, и потом, о вас много судачат.

Граф удивленно вскинул брови, пораженный ее дерзостью.

— Как вас зовут?

— Карина Рендел. Несколько лет назад вы познакомились с моим отцом.

— Вы имеете в виду сэра Джона Рендела, который избирался членом парламента от этого округа?

— Да, это мой отец.

— Конечно, я его знаю. Если не ошибаюсь, вы живете недалеко отсюда.

— Наше поместье граничит с поместьем герцога Северна, — ответила Карина.

— А почему вы не на балу? — спросил лорд Дроксфорд.

Ее лицо озарила улыбка.

— Сказать правду?

— Конечно.

— Во-первых, я слишком хорошенькая, а во-вторых, мне нечего надеть, — ответила Карина.

— Слишком хорошенькая? — переспросил граф.

— Герцогине не нравится, что я красивее Элизабет, поэтому они приглашают меня, только когда все свои.

Граф усмехнулся. Юная особа была явно не лишена сообразительности.

Он вновь взглянул на часы.

— Мне пора возвращаться к гостям.

— Подождите минутку, — сказала Карина. — Вы бы никогда не узнали, что я подслушивала, если бы я не собралась кое о чем вас попросить.

— О чем же? — Гра

www.bookol.ru

Джоржетт Хейер - Брак по расчёту » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Хейер Джоржетт

Брак по расчёту

Джоржетт ХЕЙЕР

БРАК ПО РАСЧЕТУ

Глава 1

Поскольку леди Уинвуд не принимала, ранняя посетительница с некоторым нетерпением спросила, дома ли мисс Уинвуд или кто-либо из юных особ. До нее дошли какие-то слухи, поэтому, если бы все девушки семьи Уинвуд таились от света, это вызвало бы кривотолки.

Однако привратник широко распахнул дверь и сообщил, что мисс Уинвуд дома.

Приказав кучеру своей изящной дорожной коляски подождать ее, миссис Молфри вошла в полутемный вестибюль и отрывисто произнесла:

- Где мисс Уинвуд? Меня нет необходимости представлять.

Похоже, все девушки находились в небольшой гостиной. Миссис Молфри прошла через зал, громко стуча высокими каблуками. Когда она поднималась по ступеням лестницы, ее пышные юбки касались перил по обеим сторонам лестницы. Про себя, уже не в первый раз, она отметила, что лестница слишком узка, а ковер, безусловно, поизносился.

Небольшая гостиная, на которую ей указал привратник, полностью отдана в распоряжение девушек. Она находилась на втором этаже и была хорошо знакома миссис Молфри. Она постучала в дверь затянутой в перчатку рукой и вошла, не дожидаясь ответа.

У окна, образовав небольшую и приятную для глаз группу, сидели все три мисс Уинвуд. На диване, обитом выцветшим желтым сатином, сидели мисс Элизабет Уинвуд и ее сестра мисс Шарлот. Они обнимали друг друга за талию и были очень похожи, но мисс Элизабет, по общему признанию, была более красивой.

Ее классический профиль был обращен к окну, но при появлении миссис Молфри, сопровождаемом шелестом юбок, она обернулась, обратив на гостью взор прозрачных голубых глаз. Ее красивый, изогнутый в форме буквы "о" рот выражал спокойное удивление.

Белокурые кудри обрамляли ее лицо и локонами рассыпались по плечам.

Рядом с красой семьи мисс Шарлот выглядела гораздо скромнее, но она была истинной Уинвуд - с таким же прямым носом и голубыми глазами. Ее кудри были не такие светлые, как у сестры, голубизна глаз не была такой глубокой, а цвет лица имел желтоватый оттенок, но тем не менее ее считали очень привлекательной.

Мисс Горация, самая юная из трех сестер, не имела ничего, что свидетельствовало бы о ее происхождении, кроме носа. Волосы ее были темными, глаза - глубокого серого цвета, почти черные, а густые брови были прямыми и придавали ее лицу серьезное, немного хмурое выражение. Она была на полголовы ниже своих сестер.

Когда в комнату вошла миссис Молфри, Горация сидела на низкой скамеечке рядом с диваном, подпирая подбородок обеими руками, и хмурилась. Хотя, подумала миссис Молфри, это мог быть всего лишь обман зрения.

Все три сестры были в утренних платьях из вышитого муслина, надетых поверх легких фижм, стянутых на талии шелковыми поясами. Они выглядят провинциалками, отметила про себя миссис Молфри, поправляя свою отделанную шелком накидку.

- Дорогие мои! - воскликнула она. - Я пришла, как только узнала! Скажите скорее, это правда? Рул сделал предложение?

Мисс Уинвуд, грациозно поднявшись, чтобы приветствовать кузину, слегка побледнела.

- Да, - сказала она тихо. - Увы, это правда, Терезия. Глаза миссис Молфри округлились.

- О, Лиззи! - произнесла она восхищенно. - Рул! Графиня! Двадцать тысяч в год, как я слышала, и, думаю, в перспективе гораздо больше!

Мисс Шарлот предложила ей кресло, заметив с ноткой осуждения в голосе:

- Мы считаем, что лорд Рул - очень достойный господин. Хотя, - добавила она, нежно взяв мисс Уинвуд за руку, - никто, даже самый благовоспитанный человек, не стоит нашей дражайшей Лиззи!

- Он лорд, Шарлот! - язвительно заметила миссис Молфри. - Рул - самый лучший приз на рынке, и вы это знаете.

Он - самая большая удача, о какой я когда-либо слышала. Хотя, должна сказать, Лиззи, ты его заслуживаешь. Да, это так, и я за тебя рада! Только не забудь о дарственной!

- Я считаю бестактным думать о дарственной.

- Терезия! - воскликнула мисс Шарлот. - Мама сама обо всем договорится с лордом Рулом, но Лиззи не следует забивать себе голову подобными вопросами.

Самая юная из мисс Уинвуд, которая все это время сидела, подперев руками подбородок, внезапно подняла голову и напомнила о себе единственным словом.

- Ч-чушь! - заикаясь, сказала она невыразительным низким голосом.

Мисс Шарлот казалась огорченной; мисс Уинвуд криво улыбнулась.

- Боюсь, Горри права, - грустно сказала она. - Главное - это деньги.

Она снова опустилась на диван и уставилась в окно. Миссис Молфри заметила, что голубые глаза Лиззи покраснели от слез.

- Лиззи! - воскликнула она. - Можно подумать, что тебя втянули в какие-то сомнительные махинации, а не сделали блестящее предложение!

- Терезия! - подхватила мисс Шарлот, обнимая свою сестру. - Неужели ты забыла мистера Эрона?

Миссис Молфри и в самом деле забыла мистера Эрона. У нее отвисла челюсть, но она быстро овладела собой.

- Несомненно, мистера Эрона очень жаль, но, Рул, ты же должна понять! Я не говорю, что бедный мистер Эрон не достоин уважения, но он простой лейтенант, дорогая Лиззи, и я осмелюсь напомнить, что ему скоро придется вернуться на эту ужасную войну в Америку О нем не стоит и думать, дорогая моя!

- Да, - глухо сказала Элизабет. - Не стоит и думать. Мрачный взгляд Горации задержался на второй сестре.

- Мне кажется, было бы очень хорошо, если бы Шарлот подцепила Р-Рула, произнесла она.

- Горри! - воскликнула Шарлот.

- Боже, дорогая, что ты говоришь! - негодующе воскликнула миссис Молфри. Рул мечтает об Элизабет! Горация замотала головой.

- Нет, ему нужна только фамилия Уинвуд, - заявила она, заикаясь. - Все решено много лет назад. Я н-не верю, что он хотя бы шесть раз из д-двенадцати обращал свой взор на Л-Лиззи. А это ничего не значит.

Мисс Шарлот выпустила руку сестры и сказала с дрожью в голосе:

- Никто не заставит меня выйти замуж за лорда Рула, даже если он сделает мне предложение! Мне отвратительна сама мысль о замужестве. Я уже давно и твердо решила, что буду опорой для мамы. - Она вздохнула. - Если же когда-либо кто-нибудь и сможет уговорить меня выйти замуж, то, уверяю тебя, моя дорогая Горри, это будет кто угодно, но только не лорд Рул.

Миссис Молфри по-своему истолковала это заявление.

- Что касается меня, мне нравится этот повеса, - подвела она итог. - И Рул к тому же чрезвычайно красив!

- Я думаю, - упрямо сказала Горация, - что м-мама могла бы выбрать Шарлот.

Элизабет обернулась:

- Как ты не понимаешь, Горри, дорогая! Мама не могла бы совершить такой странный поступок - Тебя принуждает к этому тетушка, Лиззи? - спросила миссис Молфри, явно заинтригованная.

- О нет, нет! - серьезно ответила Элизабет. - Ты ведь знаешь чуткость maman. Она сама заботливость, сама нежность. Это всего лишь мой долг перед семьей, который толкает меня на этот шаг. Я знаю, это сделает меня несчастной.

- 3-закладные, - сказала Горация загадочно.

- Ты имеешь в виду Пелхэма, - с горечью ответила Шарлот. - Во всем его вина. Нам грозит разорение.

- Бедный Пелхэм! - сказала Элизабет, вспомнив своего отсутствующего брата.

- Боюсь, он слишком экстравагантен.

- Это все его карточные долги, я думаю, - вступила в разговор миссис Молфри. - Моя тетушка, похоже, считала, что даже твое приданое... - Она замолчала на полуслове.

Элизабет вспыхнула, а Горация сказала:

- Нельзя во всем винить П-Пела. Это у него в крови. Одна из нас должна выйти замуж за Рула Лиззи самая старшая и самая хорошенькая, но и Шарлот могла бы. Лиззи ведь уже обещала Эдварду Эрону.

- Не "обещала", дорогуша, - низким голосом сказала Элизабет. - Мы только надеялись, что, как только он будет произведен в капитанский чин, мама, возможно, даст свое согласие.

- Даже если предположить такое, дорогая, - сказала миссис Молфри, - что такое капитан линейного полка по сравнению с графским титулом Рула? Из всех ваших ухажеров этот молодой человек имеет самое незначительное состояние, и кто, скажите, выйдет за него только ради его чина? Горация бесстрашно заявила:

- Эдвард г-говорил мне, что если его повысят в чине, то у него может появиться ш-шанс.

Мисс Уинвуд вздрогнула и схватилась за щеку.

- Не надо, Горри! - взмолилась она.

- Это ровным счетом ничего не значит, - заявила миссис Молфри. - Я знаю, ты обвинишь меня в бесчувственности, моя дорогая Лиззи, но подумай сама, как ты проживешь на заработок этого молодого человека? Это очень печально, но представь, какое место ты будешь занимать в свете и какие носить драгоценности!

Казалось, такая перспектива произвела впечатление на Элизабет Уинвуд и привела ее в негодование, но она ничего не сказала. Выразить чувства всех трех сестер выпало на долю Горации.

- Это вульгарно! - сказала она. - 3-знаешь, Терезия, в этом вся ты.

Миссис Молфри вспыхнула и принялась сосредоточенно расправлять складки на своих жестких юбках.

nice-books.ru

Брак по расчету читать онлайн - Барбара Картленд

Барбара Картленд

Брак по расчету

Глава I

Мужчина и женщина медленно, даже, пожалуй, излишне медленно, шли по зеленой лужайке. Миновав живую изгородь из рододендронов, они вступили в беседку, увитую розами. Разросшиеся кусты жимолости окружали ее со всех сторон.

Здесь можно было укрыться от глаз расфранченной публики, прогуливающейся в саду герцога Северна. Прием в замке герцога, как обычно летом, считался одним из значительных событий в жизни графства.

Но в этот прелестный уголок звуки оркестра едва долетали и лишь легким эхом аккомпанировали громкому жужжанию пчел.

Как только двое оказались в тени беседки, их нарочитая сдержанность сразу исчезла. Леди Сибли обернулась и, запрокинув кокетливо голову, воскликнула:

— Наконец-то! Я уж думала, мы никогда не останемся одни.

— Должен сделать комплимент, Жоржетта, — прозвучал густой низкий голос графа. — Я никогда еще не видел тебя такой красивой.

Действительно, любовь к графу делала всеми признанную красавицу леди Сибли еще прекраснее, придавала ей женственности: строгие черты стали нежнее, а взгляд — мягче.

Она была необыкновенно мила. Аромат гелиотропа, ее любимых духов, усиливал очарование.

— Ах, Элтон, я не видела тебя больше недели! — вздохнула она. — Джордж настоял на нашем отъезде в деревню, а в Лондоне так весело. Ты ведь знаешь, как я ненавижу деревенскую жизнь.

— Я тоже по тебе скучал, — сказал граф.

— Увидимся ли мы сегодня вечером на месте наших прежних свиданий? — спросила леди Сибли. — Джордж сразу же после ужина ляжет спать. Конечно, он подумает, что и я устала. Я тоже лягу пораньше, а потом незаметно выскользну из дома, как всегда…

Голос ее был полон страсти. Внезапно она замолчала и теперь только пристально смотрела на графа. Красавец… может быть, самый красивый во всем графстве.

Но сейчас он выглядел суровым. Озабоченное выражение лица. Взгляд темных глаз пугал.

— Что случилось? — взволнованно спросила леди Сибли. — Я вижу, что-то произошло.

— Не хотелось говорить тебе, Жоржетта, — ответил граф. — Дело в том, что я должен жениться.

— Жениться? — едва слышно произнесла леди Сибли.

Это известие настолько ее поразило, что она отпрянула от графа и смотрела на него с изумлением. Ее глаза уже не сияли любовью, губы крепко сжались.

— Да, жениться, — с раздражением повторил граф. — Мало того, у меня только один месяц, за который предстоит найти невесту, сделать предложение и обвенчаться.

— Но почему? Ничего не понимаю! — воскликнула леди Сибли.

— Неудивительно, — ответил граф. — Я и сам ничего не могу понять.

— Элтон, расскажи мне все, — потребовала леди Сибли. — Хотя, если признаться, мне становится дурно от одной мысли, что ты можешь жениться.

— Давай сядем, — сказал граф.

Секунду леди Сибли раздумывала, потом подошла к скамейке, стоявшей в беседке, и присела. Сжав руки, посмотрела на графа. Он молчал, мрачно уставившись на куст сирени. Подождав немного, леди Сибли сказала:

— Что же произошло? Я не могу поверить в то, что ты сказал.

— Должностным лицом, представляющим власть короля в этом графстве, всегда был кто-то из членов нашей семьи. Мой отец оставался лордом-лейтенантом графства до самой смерти, как до него мои дед и прадед. После смерти отца Его Величество посчитал меня слишком молодым, чтобы предложить этот пост мне. Назначил лорда Хэндли. Однако дал понять, что лорд Хэндли стар и, как только мне позволит возраст, я по праву займу это место.

— Кажется, ты что-то рассказывал, — перебила его леди Сибли. — Однако не понимаю, при чем здесь твоя женитьба.

— Две недели назад лорд Хэндли скончался, как ты знаешь, — сказал граф, не обратив внимания на ее слова. — Вчера я был у премьер-министра на Даунинг-стрит, десять. Хотел узнать, когда Его Величество соблаговолит утвердить меня в должности, наследуемой в нашей семье испокон веков.

Граф задумался. Он знал лорда Грея с детских лет. Тот был другом его отца и часто гостил у них в Дроксфорде. Когда началась беседа, ему показалось, лорд Грей чем-то озабочен.

— К моему глубочайшему сожалению, Дроксфорд, я не могу обещать, что вы будете назначены лордом-лейтенантом графства.

Граф резко выпрямился.

— Вы хотите сказать, что Его Величество хочет назначить кого-то другого? — с сомнением в голосе проговорил он. — Кто собирается занять место, по праву принадлежащее мне? Черт побери, милорд, у меня пятьдесят тысяч акров земли. Я уж не говорю о том, что власть короля в графстве всегда представляли члены нашей семьи.

— Мне это известно, — сказал лорд Грей. — Но я получил от короля новые инструкции.

— Интересно! Какие, если не секрет?

— Король требует, чтобы должностное лицо, представляющее Его Величество, был обязательно женат.

Графу показалось, что земля разверзлась у него под ногами.

— Женат? — хриплым голосом проговорил он.

— Для вас это, конечно, полная неожиданность, — сказал премьер-министр тихим голосом. Так он говорил обычно в палате общин, когда необходимо было успокоить враждебно настроенного противника. — Его Величество твердо намерен начать новую эру — эру респектабельности в его монархии. — Он улыбнулся, как бы извиняясь, и продолжил: — Эксцессы, происходившие во времена правления брата короля, должны быть преданы забвению. Поскольку Его Величество сам счастлив в браке, он полагает, что женитьба пойдет на пользу любому мужчине, и особенно претендующему на ответственный пост.

— Боже мой, какое лицемерие! — рассердился граф. — Особенно если вспомнить, как в свое время король наделял титулами своих отпрысков от миссис Джордан… Кто бы мог предположить, что он так быстро забудет радости холостяцкой жизни.

— Я с вами полностью согласен, — сказал лорд Грей. — Но все это было давно. А сейчас Его Величество намеревается поступать только на благо государства. Король и королева должны подавать своим подданным пример во всем.

— Вы утверждаете, что, если я не женюсь, пост лорда-лейтенанта займет кто-то другой?

— Другого выхода не вижу, — ответил премьер-министр.

— Я знаю, что кроется за решением короля, что его вывело из себя, — сказал граф. — Лорд Битон открыто живет с этой балериной. Всюду таскает ее за собой. Говорят, все светские дамы в Уэссексе вне себя от возмущения, потому что лорд Битон требует, чтобы они ее принимали.

— С тех пор как Его Величество взошел на престол, лорд Битон доставил ему немало неприятных минут, — согласился премьер-министр. — Между тем король сообщил, что Его Сиятельству следует подать в отставку.

Граф был поражен.

— Это новшество? Я не знаю прецедента. Всегда считал, что лорда-лейтенанта не освобождают от должности. Думал, если такое и случается, то крайне редко.

— Насколько помню, один из моих предшественников, Джордж Гренвил, тоже отстранил своего брата от должности лорда-лейтенанта в Букингэмшире, — улыбнулся лорд Грей. — Но я согласен с вами, Дроксфорд, это случай редкий. Поэтому Его Величество и решил быть весьма осмотрительным при назначении нового лорда-лейтенанта.

— Могу ли я переговорить с Его Величеством, — сказал граф. Он знал, что Вильям IV — веселый, добродушный человек — редко кому отказывал, когда к нему обращались лично.

Лорд Грей покачал головой.

— Боюсь, это не поможет. Я уже неоднократно имел беседу с королем, но его поддерживает королева, а вы знаете, что это значит.

— Да, знаю, — ответил граф. — Я получил вчера письмо от мистера Гривилла. Он сейчас в Брайтоне. Он пишет: «Королева — благочестивая женщина. Она не позволяет дамам в декольте появляться на королевских приемах».

Мужчины переглянулись.

— Времена меняются, — сказал премьер-министр. — Помнится, Георг Четвертый требовал как раз обратного.

Граф рассмеялся, но скоро опять посуровел.

— Сколько времени вы даете мне на то, чтобы найти себе жену?

— Неужели должность так много значит для вас? — спросил лорд Грей.

— Я горжусь своими предками, — сказал граф. — Моего отца и уважали, и любили. Он всегда старался выполнять свои обязанности как можно лучше. Отец был мудрым и добрым лордом-лейтенантом. Вы ведь его знали, милорд. Разве я преувеличиваю?

— Нисколько, — ответил лорд Грей. — Ваш отец был моим другом, и я не погрешу против истины, если скажу, что он был действительно замечательный человек.

— Я хотел бы походить на своего отца, — сказал граф. — Поверьте, у меня нет ни малейшего желания жениться. Холостяцкая жизнь гораздо приятнее. Но вы должны признать, я ничем не запятнал свое имя и не бросил тень на дворянство. И я не потерплю, чтобы кто-то другой стал представителем короля. — Нахмурив брови, он сурово продолжал: — Наша семья всегда оказывала благотворное влияние на жизнь графства. Благотворительные общества, школы, больницы… Отец, говоря о графстве, всегда добавлял местоимение «мое». И у меня должно быть право так говорить. — Граф помолчал и добавил: — Позвольте спросить, милорд, каким временем я располагаю, чтобы найти жену, которая принесет мне титул лорда-лейтенанта?

— Уверен, Его Величество, если я об этом попрошу, согласится подождать по крайней мере месяц, — ответил премьер-министр. — Но скажу откровенно, Дроксфорд, вам не следует тянуть. Тем более что у Его Величества уже есть кое-кто на примете.

— Полагаю, это герцог Северн? — ухмыльнулся граф.

— Совершенно верно, — подтвердил премьер-министр.

— Но ведь у него всего десять тысяч акров запущенных угодий. И хозяйство он ведет из рук вон плохо.

— Зато он женат и с ним считаются, — в глазах премьер-министра искрился смех.

— Черт побери! — воскликнул граф. — Да я скорее умру, чем допущу назначение герцога. Я еще раз зайду к вам, с вашего позволения.

Он вышел от премьер-министра с таким выражением лица, что и лакей, и кучер посмотрели на него с опаской.

Когда граф был вне себя от ярости, в Дроксфорд-хаузе на Парк-лейн трепетали все — от мальчишки-разносчика до дворецкого.

Закончив рассказ о визите к премьер-министру, граф стукнул кулаком по колену и добавил:

— Не позволю герцогу занять место, которое принадлежит мне по праву!

— Конечно, этого нельзя допустить, — согласилась леди Сибли. — Я знаю, Джордж так же не любит герцога, как и ты.

— Тогда найди мне жену, — резко бросил граф.

— Это не составит труда, — сказала леди Сибли. — А может быть, Элтон, так будет и лучше.

— Что ты имеешь в виду?

— Я подумала о нас, — нежным голосом сказала леди Сибли. — Видишь ли, дорогой, ты настолько красив, что стоит тебе только появиться, как каждый муж начинает ревновать к тебе свою жену. У Джорджа уже, кажется, кончается терпение. Но если ты женишься, не будет причин не приглашать тебя в дом, ведь это приглашение распространится и на твою жену.

Граф не ответил. Леди Сибли коснулась его руки.

— Элтон, дорогой, не расстраивайся. Я найду тебе подходящую жену, которая будет прекрасно смотреться в дроксфордских бриллиантах во главе стола. А большего тебе и не требуется.

— У меня нет никакого желания жениться на безмозглой простушке, — отрезал граф.

— Если она будет вести себя как положено и не мешать другим твоим… интересам, — леди Сибли выделила голосом два последних слова, — то все будет прекрасно.

Граф прижался губами к ее руке.

— Ты пытаешься успокоить меня, Жоржетта. Но уверяю тебя, мне все это крайне неприятно. Я вовсе не хочу жениться. Да еще на женщине, которую не люблю.

— Если бы ты этого хотел, мне было бы очень больно, — сказала леди Сибли. — Ведь мы были так счастливы в последние месяцы. Ничто не должно помешать нашим отношениям. И если ты в самом деле в кого-нибудь влюбишься, мое сердце будет разбито.

Ее голос дрогнул, и в первый раз за этот вечер он взглянул ей прямо в глаза.

— Какая ты красивая, Жоржетта!

— Я хочу, чтобы ты всегда говорил мне об этом, — прошептала она.

Он сжал ее в своих объятиях, нашел ее губы, и они надолго забыли обо всем.

Потом леди Сибли отстранилась и начала натягивать белые лайковые перчатки.

— Ты должен прийти ко мне сегодня ночью, Элтон. Клянусь, я умираю без твоей любви.

— Я буду ждать на нашем месте, — пообещал он. — Только не заставляй меня томиться в ожидании.

Его голос был полон страсти. А она посмотрела на него так, как смотрит женщина, когда уверена, что неотразима.

— Дорогой, прямо сейчас пойду и выберу тебе жену, — сказала она. — Слава Богу, на этой лужайке есть из кого выбрать. Провинциальные девушки не так испорчены. Твоя будущая жена должна довольствоваться минимумом твоего внимания. Следовательно, нам нужна невинная глупышка.

— Боже мой, Жоржетта. Ты говоришь об этом, как о манной каше. А я терпеть ее не мог, когда был маленьким.

Леди Сибли засмеялась.

— Я хочу, чтобы со мной ты вспоминал только о шампанском.

Она встала и, когда граф обнял ее, прижалась к нему в страстном порыве.

— Ты возбуждаешь меня, — сказал он. — Ты моя прелесть. Ни одна женщина не приняла бы новость о моей женитьбе так спокойно и трезво, как это сделала ты.

— Все будет хорошо, — сказала леди Сибли. — Твоя женитьба облегчит нам встречи. — Она на мгновение коснулась губами его губ и, выскользнув из его объятий, добавила: — Я уйду отсюда первой. Не следует выходить из беседки вместе, чтобы не вызывать подозрений.

— Хорошо, — ответил он. — До встречи, Жоржетта.

— Обещаю, что не заставлю тебя долго ждать, — сказала она нежным голосом и скрылась в зелени кустов рододендронов.

Граф вытащил из жилетного кармана часы, взглянул на циферблат и, взяв со скамейки цилиндр, водрузил на голову. Но только он собрался удалиться, как раздался звонкий голос:

— Лорд Дроксфорд!

Граф вздрогнул и осмотрелся, но вокруг никого не было.

— Я здесь, — снова послышался голос.

Подняв голову, он увидел, что с ветки огромного дуба возле беседки на него глядит какая-то девочка.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил он.

— Если вы минутку подождете, я спущусь и все объясню.

Граф помрачнел. Очевидно, его разговор с леди Сибли подслушали, и он уже думал, не дать ли девочке денег, чтобы она никому ни о чем не рассказывала. И если дать, то сколько, гинею или полгинеи? «Ребенок не сможет объяснить, откуда у него взялась гинея», — сказал он сам себе. Граф полез в карман за мелкой монетой. Послышался шорох листьев, и в беседку вошла не девочка, как он ожидал, а девушка.

На ней было тесное выцветшее бледно-голубое ситцевое платье. Тонкая материя облегала высокую грудь. Поняв, что перед ним не ребенок, молчание которого можно купить, граф посмотрел на девушку более внимательно. Без сомнения, хороша собой. Небольшого роста, хрупкая. Огромные глаза с темными ресницами. Граф никогда не видел таких красивых глаз. Зеленые со светло-коричневыми крапинками. Не голубые, как характерно для блондинок. Волосы цвета спелой пшеницы, с рыжеватым оттенком, подчеркивали белизну нежной кожи. Щеки незнакомки окрашивал легкий румянец.

— Итак, вы подслушивали, — укоризненно сказал граф.

Она кивнула.

— У меня есть подруга. Это дерево — наш наблюдательный пункт, — сказала она. — Но нынче Элизабет уже на празднике, среди гостей.

— И кто же ваша Элизабет? — спросил он.

На самом деле это его не интересовало. Он смотрел на девушку. Ее волосы блестели на солнце и были изумительного оттенка. «Может быть, она их красит, — думал он, — хотя вряд ли…»

— Элизабет — дочь герцога Северна, — последовал ответ. — Сегодня ее первый выход в свет, поэтому ее представляют именитым людям графства. Таким, как вы, например.

— Вы знаете, кто я?

— Конечно! Вы граф Дроксфорд. Я вас видела в прошлом году, и потом, о вас много судачат.

Граф удивленно вскинул брови, пораженный ее дерзостью.

— Как вас зовут?

— Карина Рендел. Несколько лет назад вы познакомились с моим отцом.

— Вы имеете в виду сэра Джона Рендела, который избирался членом парламента от этого округа?

— Да, это мой отец.

— Конечно, я его знаю. Если не ошибаюсь, вы живете недалеко отсюда.

— Наше поместье граничит с поместьем герцога Северна, — ответила Карина.

— А почему вы не на балу? — спросил лорд Дроксфорд.

Ее лицо озарила улыбка.

— Сказать правду?

— Конечно.

— Во-первых, я слишком хорошенькая, а во-вторых, мне нечего надеть, — ответила Карина.

— Слишком хорошенькая? — переспросил граф.

— Герцогине не нравится, что я красивее Элизабет, поэтому они приглашают меня, только когда все свои.

Граф усмехнулся. Юная особа была явно не лишена сообразительности.

Он вновь взглянул на часы.

— Мне пора возвращаться к гостям.

— Подождите минутку, — сказала Карина. — Вы бы никогда не узнали, что я подслушивала, если бы я не собралась кое о чем вас попросить.

— О чем же? — Граф насторожился. Зеленые глаза пристально смотрели на него, румянец на щеках вспыхнул ярче.

— Я подумала, если вы ищете жену, может быть… я вам подойду? — медленно сказала она.

Граф был поражен. Он не мог вымолвить ни слова. Наконец сердито сказал:

— Вы подслушали разговор, не предназначавшийся для ваших ушей. Вы не имели никакого права делать это, и я прошу забыть о нем.

— Но почему? — воскликнула Карина. — Леди Сибли сказала, что найдет вам подходящую жену. И если вы готовы жениться на девушке, которую никогда не видели, о которой ничего не знаете, то почему бы вам не рассмотреть и мою кандидатуру?

— Вы всегда предлагаете незнакомым мужчинам жениться на вас? — спросил он, пытаясь уколоть, но она в ответ улыбнулась.

— Нет конечно. Незнакомых мужчин у меня почти нет. Знакомые — папины закадычные друзья — пытаются иногда поцеловать меня, когда папа не видит. А сами женаты, имеют с полдюжины детей, которые старше меня по возрасту.

— Так вы горите желанием выйти замуж? — съязвил граф Дроксфорд.

— На моем месте вы бы тоже этого хотели, — серьезно ответила Карина. — Видите ли, когда умерла мама, папа потерял ко всему интерес. Он уже не член парламента. У нас всего лишь пара лошадей. Если отец хорошо себя чувствует, зимой ходит на охоту. А летом просто сидит в доме и… — Внезапно Карина замолчала, но граф понял, что она хотела сказать. Кто-то говорил ему, что сэр Джон Рендел пристрастился к спиртному. — Поэтому я очень хотела бы выйти за вас замуж, — продолжала Карина. — И если вы ищете жену, которая даст вам возможность получить титул лорда-лейтенанта, думаю, я подойду вам больше, чем эти, как вы сказали, безмозглые простушки, с которыми леди Сибли собирается вас знакомить.

— Полагаю, вам не следует произносить имя леди Сибли в этой связи, — твердо сказал граф.

— Какая она красивая, правда? — спросила Карина. — А вы самый красивый кавалер, который у нее когда-либо был. В прошлом году она приводила сюда сэра Хьюберта Брэкета, но нам с Элизабет он совсем не понравился.

— Куда она его приводила? — рыкнул граф.

— Сюда, в беседку, — ответила Карина. — Она всегда появляется здесь со своим очередным любовником. А в позапрошлом году мы так смеялись…

— Помолчите, — приказал граф. — Вы не должны мне все это говорить.

— Простите, — сказала Карина и взглянула на него с удивлением. — Неужели вы думали, что вы первый, кого увлекла красота леди Сибли?

Граф не ответил, и она продолжала:

— Мы с Элизабет всегда называли ее удавом, потому что она гипнотизирует мужчин, как кроликов. Правда, я никогда не видела, как удав это проделывает, только слышала об этом.

knizhnik.org

Читать Брак по расчету - Джордан Николь - Страница 1

Николь Джордан

Брак по расчету

Джейку, сумевшему исцелить мое сердце. С вечной любовью

Невидимые раны

Несут любви отточенные стрелы.

Уильям Шекспир

ПРОЛОГ

Колорадо

Февраль 1887 года

Лунный свет играл на ее белоснежном обнаженном теле, серебрил волосы, оставляя, однако, в тени тонкие черты прекрасного лица. Женщина чуть приподнялась, оседлала его мускулистые бедра, и из груди Слоана Маккорда вырвался хриплый стон.

Едва поблескивая в полутьме перламутрово-жемчужными зубами, женщина наклонилась ближе, намеренно искушая видом полных грудей с розовыми бутонами сосков, так и моливших о касаниях, поцелуях, укусах его губ и зубов, ласках языка.

Слоан зажмурился, отдавшись на волю раскаленной волны желания, прокатившейся по телу. Он так и не сумел увидеть ее лица. Неизвестная… чужачка… и все же ему знакомы ее ласки… атласно-нежная кожа… гордые, набухшие истомой груди… сверкающий каскад бледно-золотых волос, струившихся по обнаженным плечам. Да, он знал ее, алчным, нетерпеливым познанием страстного любовника.

Полные упругие холмики переполнили его ладони, но Слоан, не переставая ласкать женщину, подмял под себя разгоряченное тело и вонзился в гостеприимный грот. Кровь лихорадочно пульсировала в жилах, обволакивающее влажное тепло наполняло его почти нестерпимым наслаждением, и Слоан со всхлипом втянул в себя воздух, едва не теряя рассудок, сгорая в беспощадном пламени.

Огненная греза.

Безумная мечта.

Причудливая фантазия.

Женщина, трепеща в его объятиях, выгнулась, насаживая себя до конца на стальную плоть, обволакивая его шелковистой паутиной. Его руки нетерпеливо скользнули по ее телу, застыли на мгновение в роскошных прядях, зарылись в длинные золотые локоны. Но когда он попытался привлечь ее к себе, припасть поцелуем к губам, увидеть бесконечно любимое лицо, она отстранилась.

— Не спеши, любовь моя, — прошептала она голосом, таким же неуловимо-прекрасным, как Лунный свет. — У нас впереди целая вечность.

Вечность…

Слово, вселившее новые надежды в его израненную скорбью душу.

Она снова вывернулась, гибкая, ловкая, и, сжав коленями его бедра, начала бешеную чувственную скачку, подогревая напряжение, с каждой секундой нараставшее в нем, раздувая огненные языки каждым мягким толчком.

Стиснув зубы, он старался держать в узде разбушевавшиеся инстинкты, отразить нежные, но настойчивые атаки. Ему хотелось исступленно врезаться в нее, дать волю буйной похоти, брать снова и снова, пока оба не лишатся рассудка…

Уже не сознавая, что делает, он из последних сил поднял бедра и погрузился бесконечно глубоко.;.

Она откинула голову, жалобно, пронзительно вскрикнула и, задрожав как в ознобе, стала извиваться, невероятно возбуждая его. Новый прилив желания, мучительного и отчаянного, пронзил его чресла в неукротимом, великолепном, ненасытном восторге наслаждения…

Слоан, застонав, проснулся; хриплый крик страсти еще звучал в ушах…

Он сел и с колотящимся сердцем и ознобом неудовлетворенного желания, терзавшим чресла, осмотрел погруженную в темноту комнату. Его спальня. Его дом на ранчо. Его постель. Одинокая постель.

Лунный свет струился сквозь неплотно задвинутые занавеси цветастого ситца, дробясь в снежных сугробах за окном мириадами мелких бриллиантов.

— Сон, — ошеломленно пробормотал он. — Всего лишь сон.

Обманчивый сон. Плохой сон.

Верно. Но слишком правдоподобный. Чересчур соблазнительный.

Несмотря на холод, стоявший в комнате, лоб Слоана покрылся крупными каплями пота; все еще набухшая плоть ныла, так и не обретя желанной разрядки.

Высвободив руку из-под сбившегося одеяла, Слоан рассеянно провел ладонью по влажному лицу, словно пытаясь отогнать темные призраки разбушевавшегося воображения, забыть, как обжигала ее разгоряченная кожа. Но не смог и только по-прежнему ощущал жар ее гибкого, изящного тела, чувствовал предательскую власть неудовлетворенного желания.

Черт бы все это побрал, да он совсем спятил! И откуда взялась эта несуществующая любовница, белокожая, мягкая, женственная, ничуть не похожая на его темноволосую смуглую жену-шайеннку [1]! Ту, что давно лежит в могиле.

Знакомая беспощадная боль кинжалом вонзилась в сердце. Прошло больше года с того черного дня, как Спящая Лань была предательски убита — еще одна невинная жертва жестоких войн между владельцами ранчо. С тех пор его не покидали кошмары, в которых она снова и снова умирала у него на руках, заливая землю алой кровью, а он без стеснения рыдал, проклиная небеса и грозя отомстить убийцам.

И теперь, в страстной жажде хоть ненадолго забыться, Слоан закрыл глаза, сжал пульсирующую плоть и несколькими грубыми быстрыми движениями достиг освобождения.

Надо признаться, он терпеть не мог доставлять себе удовлетворение подобным способом, но что поделать. В конце концов Слоан — нормальный сильный мужчина с чисто мужскими потребностями. И к тому же не помнил, когда в последний раз держал в объятиях женщину. О да, недостатка в девицах, которым не терпелось залезть к нему в постель, он отнюдь не испытывал — вспомнить хотя бы хорошенькую дочку дока Фарли или кокетливую вдовушку ранчеро [2], живущую на окраине города. Но он шарахался от всех, включая даже «голубок с засаленными крылышками» из салуна в. Гринбрайере, Все равно им не заполнить пустоту, оставленную в душе смертью любимой женщины, не возродить чувство, которое он испытывал к Лани.

И так оно и есть, что бы там ни твердили его родственники. Братец Джейк настойчиво упрашивал начать новую жизнь. Невестка каждый день уговаривала снова жениться.

Брезгливо поморщившись, Слоан откинул одеяло, спустил ноги с кровати, вытер липкую ладонь о простыню и устало подпер кулаком горящий лоб. Еще с прошлого лета, с той самой минуты, как Кейтлин стала женой его брата, она не устает разыгрывать из себя сваху. От ее постоянного нытья звенело в ушах, и наконец ее усилия принесли плоды — Слоан вот-вот был готов сдаться.

— Да на кой дьявол мне жена? — взорвался он несколько месяцев назад, когда Кейтлин вновь завела разговор о женитьбе. Как это у нее смелости хватает наскакивать на него, особенно если учесть, сколько времени они были смертельными врагами!

— Если желаешь, могу привести тебе несколько веских причин, — возразила она, и, к своему величайшему сожалению, Слоан был вынужден признать ее правоту. К тому же Кейтлин вовремя вспомнила о его намерении стать политиком.

— Надеюсь, ты хочешь выиграть избирательную кампанию этим летом? — ехидно осведомилась она.

— Может, и так, — сухо буркнул Слоан. Но Кейтлин, не обращая внимания на его косые взгляды, легко погладила необъятный живот и поудобнее устроилась на кожаном диване в его кабинете, очевидно готовая к долгой осаде.

— В таком случае пора подумать, как привлечь людей на свою сторону. Твои выходки не снискали особой любви избирателей, Слоан, особенно среди овцеводов.

В душе Слоан понимал, насколько права невестка. Он хотел попасть в сенат штата Колорадо, но во время затяжной войны владельцев ранчо он нажил себе предостаточно врагов, и хотя Кейтлин помогла покончить с беспощадной вендеттой, унесшей столько жизней, между многими овцеводами и сторонниками разведения коров по-прежнему тлела рознь. А тут еще история с его женитьбой. Настоящий сорвиголова, проведший беспутную юность, Слоан всячески уклонялся от уз брака, пока не потерял рассудок из-за пылкой шайеннки, которую встретил вскоре после того, как его брата несправедливо обвинили в преступлении и, объявив изгоем, стали преследовать, как дикого зверя. Так называемые «порядочные» люди были потрясены и шокированы его выбором. Положение Слоана ухудшилось, когда он, овдовев, стал еще больше сторониться местных невест и их заботливых маменек.

online-knigi.com

Читать книгу Брак по расчету Марти Джонса : онлайн чтение

Марти Джонс

Брак по расчету

Как счастью вслед меняется любовь.

Шекспир

Пролог

Мобил, Алабама,

август, 1891

– Вы хотите сказать, мистер Стоун, что у нас не осталось ни пенни? – спросила Лейси Вебстер, чувствуя, что вот-вот упадет. Девушка опустилась в глубокое кожаное кресло, которое, казалось, все еще хранило очертания фигуры ее отца. Ей даже почудилось, что сквозь складки черного траурного платья из шелка она ощущает тепло его тела.

– Не совсем так. Пока… Но вы, без сомнения, оказались в весьма стесненных обстоятельствах. – Мужчина резко одернул жилет, прикрывающий выпяченный живот. Его мясистое лицо светилось предвкушением победы.

Лейси всегда знала, что ее отец не питал любви к Тадэусу Стоуну. Однако только сейчас, столкнувшись лицом к лицу с этим человеком и увидев хищный блеск в его глазах, когда он сообщал об отчаянном положении ее семьи, она осознала, до чего же он отвратителен.

– Насколько стесненных? – спросила девушка, пытаясь спрятать за ухо непослушную прядь каштановых волос. Ее голубые глаза пристально следили за суетливыми движениями мужчины. Стараясь угадать, что скрывается за этим беспокойством, Лейси поняла: ей не понравится то, что она сейчас узнает.

Гость, сидящий в обитом парчой кресле, снова поменял позу, повернулся лицом к массивному письменному столу и откашлялся.

– Ваш отец за три месяца до смерти подписал на мое имя закладную на поместье «Изумрудные дубы». До этого он уже продал большую часть принадлежавших ему угодий. Остался сам дом да клочок земли к западу от него. Документ, который я держу сейчас в руках, касается дома и этого участка.

– Боже праведный! – прошептала девушка, поднося к побелевшим губам дрожащие пальцы. – Он продал больше ста акров земли?

Стоун, покашливая, открыл лежавшую у него на коленях кожаную папку:

– Вот копии купчих и закладная.

Юная леди взяла протянутые ей листочки и с замиранием сердца бегло просмотрела их.

– Вот сами видите – осталось всего восемь месяцев и тогда…

Лейси почувствовала, как рушится окружающий ее привычный уютный мирок. Ледяной страх сковал душу.

– Столько денег! Зачем он это сделал? Не хочу вас обидеть, мистер Стоун, но мой отец при жизни никогда не считал вас своим другом.

Не меньше минуты гость молча рассматривал свои ухоженные ногти и только потом посмотрел на хозяйку полным неприязни взглядом.

– У него не было выбора. Он слишком много потерял, неудачно вложив деньги, и ему необходимо было срочно покрыть свои потери. К несчастью, его репутация хорошего бизнесмена таяла вместе с его средствами. Кончилось тем, что никто, кроме меня, не соглашался дать ему взаймы, чтобы он смог попытаться начать все сначала.

– Но почему?.. Ведь вы ухаживали за моей матерью до того, как она предпочла отца. Всем известно: вы недолюбливали друг друга. Почему же он обратился к вам?

– Я уже сказал: у него не было выбора.

В душе Лейси не могла с этим согласиться, но кивнула.

– Ну а почему вы пошли на это? – задала она вопрос, понимая, что самое важное сейчас – разобраться именно в этом.

Стоун засмеялся:

– Скажем, у меня были на то свои соображения.

Холодок пробежал по спине девушки. Взгляд гостя заставил ее вздрогнуть от дурного предчувствия и забыть о последних крохах доверия к этому человеку.

– Что же мы будем делать? – едва слышно, обращаясь к самой себе, спросила Лейси.

– Боюсь, ваш выбор также невелик. Дом придется продать, чтобы погасить ссуду, ну а мебели и прочей домашней утвари едва хватит, чтобы вернуть остальные долги, что оставил после себя ваш отец.

– Продать дом! Мистер Стоун, вы же видели матушку! Вы знаете про Джорджи. Как же вы осмеливаетесь предлагать мне продать их дом? Они не перенесут сейчас переезда. Да и куда нам деваться? Какую бы работу я ни нашла – если мне вообще удастся найти ее, – этого будет недостаточно, чтобы обеспечить их.

Стоун ухмыльнулся, вновь переведя взгляд на руки со сцепленными пальцами, лежащие на коленях:

– Есть и другой выход.

Охваченная нервной дрожью, Лейси с надеждой подалась всем телом вперед, к гостю. Тот растянул в усмешке губы, показав ряд мелких острых зубов.

Девушка резко отпрянула:

– Другой выход?

– Да. Уверен, мы могли бы прийти к своего рода соглашению.

– Вы… Вы очень добры, – прошептала Лейси, хотя понимала: ни о, какой доброте со стороны этого человека не может быть и речи.

Мистер Стоун перехватил взгляд девушки, и фальшиво-добродушная улыбка сползла с его лица.

– Вовсе нет. Видите ли, я знал, что ваш отец никогда не сможет вовремя вернуть мне все, что он у меня занял. И это должен был быть мой реванш – месть за то, как ваши родители поступили со мной много лет назад, обманув меня, выставив на посмешище. Я собирался отобрать у них «Изумрудные дубы». Но я не рассчитывал, что ваш отец скончается раньше, чем воплотятся в жизнь мои планы. Теперь мне придется отомстить каким-то иным способом.

Лейси почувствовала во рту отвратительный медный привкус – вкус страха. Долгие годы Стоун носил в себе ненависть и обиду – в комнате почти физически ощущалось присутствие сил зла. Сейчас он здесь, чтобы отыграться за все. Прежняя жизнь юной леди не предусматривала встречи с этим извергом. Щеки ее похолодели, и по улыбке, промелькнувшей на лице мужчины, Лейси догадалась, как сильно она побледнела.

– Катрина смогла отвергнуть меня ради вашего отца, когда мы были молоды, но она ни за что не откажет мне, как только узнает, что в моих руках документ, дающий мне право собственности на ее бесценное поместье «Изумрудные дубы».

– Не откажет вам? Боюсь, я вас не совсем поняла.

– Я намерен получить Катрину, отныне и навсегда. И если ради ее согласия необходимо будет пригрозить тем, что я отберу поместье, я пойду на это. Не сомневайтесь, очень скоро она будет моей женой.

Лейси вскочила, задыхаясь от негодования и неожиданности, глядя сверху вниз на злобное лицо своего собеседника.

– Вашей женой? Невозможно! Вы неоднократно посещали мою мать после смерти отца и знаете, в каком состоянии она находится. Она ни за кого не может выйти замуж. И даже если бы смогла, никогда не согласилась бы на это. Она очень любила моего отца.

В ответ на эти слова рот гостя медленно растянулся в широкой улыбке, превратившейся в гримасу.

– Держу пари, она также очень любит «Изумрудные дубы». И, кроме того, я могу быть обаятельным, когда, это необходимо. Я ведь уже сватался к ней однажды. Уверен, в нынешнем ее состоянии сделать это будет совсем не трудно, тем более, когда я поставлю ее перед выбором: оказаться выброшенной на улицу или стать моей женой. Без сомнения, она оценит мудрость моего предложения. Ну а если она все-таки не согласится, вам придется просто-напросто убедить ее.

– Нет, никогда! Не можете же вы вправду верить, что я стану помогать вам получить согласие матушки на столь противоестественный союз.

– О, вы станете помогать мне! – доверительно прошептал Стоун, и в его глазах появились дьявольские огоньки. – Вы будете делать все, что я сам скажу. Потому что, как только я заполучу поместье, ваша матушка окажется в полной зависимости от моей милости. Да и ваш маленький братец Джорджи тоже.

– Джорджи? Но он-то какое имеет к этому всему отношение?

– Мне нужны «Изумрудные дубы» и ваша мать, чтобы чувствовать себя полностью отомщенным. Но мне вовсе не нужен болтающийся под ногами слабоумный. Уверен, взглянув на этого дебила повнимательнее, любой согласится: лучшее, что я могу для него сделать, это найти какое-нибудь милое, спокойное местечко и отправить его туда.

Гость медленно поднялся, не сводя с Лейси темных узеньких глазок:

– Окажется ли это местечко милым и спокойным, будет зависеть от вас.

– От меня? – Лейси задохнулась от гнева. Боже! Как только ее мать могла когда-то испытывать симпатию к этому человеку? Почему ее отец обратился к нему, даже находясь в отчаянном положении.

– Да, от вас.

Мистер Стоун перегнулся через стол и провел пальцами по щеке девушки:

– Вы очень напоминаете мне вашу матушку в молодости, когда я за ней ухаживал. Сейчас она лишь слабая копия того, чем была когда-то, но вы… Вы такая свежая, такая молодая!

Лейси отшатнулась, словно влажная мясистая ладонь нанесла ей пощечину.

– Вы сошли с ума, если думаете, что я позволю вам даже просто находиться рядом с матушкой или Джорджи! Убирайтесь из этого дома, мистер Стоун.

Посмеиваясь, он крепко ухватил Лейси за подбородок:

– Сейчас я уйду. Но у вас в распоряжении только восемь месяцев, мисс Вебстер. И хотя вы – сама прелесть и, без сомнения, умны и находчивы, я не верю, что вам удастся за столь короткий срок собрать необходимую сумму, чтобы остановить меня. Так что не сомневайтесь – я вернусь.

Пылающие щеки мистера Стоуна выдавали едва сдерживаемое удовольствие.

– Я предупреждал вашего отца насчет его дел. Они были слишком рискованными. Но чем хуже становилось его положение, тем безрассуднее он поступал.

Посетитель захлопнул папку и откашлялся.

– Ваше затруднительное положение – полностью его вина, мисс Вебстер. Помните об этом.

У Лейси голова шла кругом. Казалось, она вся во власти ужаса. Сердце билось так сильно, что девушке почудилось – вот-вот оно выскочит из груди. Она едва расслышала, как Стоун буркнул, что сам найдет выход, но не смогла заставить себя сказать хоть слово. Обессиленная, девушка опустилась в кресло, пытаясь сделать вздох.

Откуда-то издалека до ее слуха донесся хлопок входной двери. Стук сердца с такой силой отдавался в ушах, что Лейси в отчаянии зажала их ладонями и долго сидела не двигаясь, – никогда прежде ей не доводилось чувствовать себя столь беспомощной.

– Мисс? Мисс!

Голос Тэсс наконец пробился к Лейси сквозь туман отчаяния, и она подняла глаза на женщину, стоящую в дверях кабинета. Тэсс обеспокоенно хмурилась, и от этого ее морщинистое лицо казалось еще старше. Рыжие волосы с седыми прядями, зачесанные назад и собранные на затылке в тугой пучок, придавали ей строгий вид. Однако Лейси знала, что эта суровость обманчива. Тэсс всегда заботилась о них. Она была в доме Вебстеров больше, чем экономкой, больше, чем няней для Джорджи, а теперь и для Катрины. Со дня скоропостижной, заставшей всех врасплох смерти отца, Тэсс осталась их единственной опорой.

С трудом передвигая ноги, спотыкаясь на каждом шагу, Лейси пересекла кабинет и бросилась в спасительные объятия пожилой женщины.

– Ах, Тэсс, что же мне делать? Самое трудное, что было в моей прежней жизни, – это попытка научить Джорджи произнести хотя бы пару слогов. Столько всего произошло. Я не справлюсь с этим одна!

– Вы не одна, дорогая моя, – постаралась успокоить девушку старая служанка, ласково поглаживая ее мягкие каштановые локоны. – С вами рядом Тэсс.

Глаза Лейси оставались абсолютно сухими, несмотря на боль и отчаяние, охватившие ее. Девушка отстранилась от служанки, ноги ее дрожали, и она крепко сцепила пальцы, чтобы не кусать в бессилии ногти.

– Боюсь, даже тебе на сей раз не удастся ничего уладить, Тэсс. Этот человек уничтожит нашу семью, если я не смогу остановить его.

Старая экономка подошла к переносному бару в углу кабинета и, налив немного бренди, заставила Лейси взять в руки стакан.

– Выпейте.

– Такое крепкое? Тэсс, разве это поможет?

– Ну, поможет-то вряд ли, но сейчас и не повредит, это точно. Вы же на грани истерики. Пейте.

Лейси сделала маленький глоток и почувствовала, как по всему ее телу разливается приятное тепло. Ноги перестали подкашиваться, а руки нервно дрожать. Она сделала еще один глоток.

– Расскажите мне обо всем, – попросила пожилая женщина, подождав, пока девушка немного придет в себя.

Сжав хрустальный стакан с такой силой, что острые грани врезались в ладонь, Лейси постаралась собрать воедино разбегающиеся мысли.

– Отец продал все, кроме дома и небольшого клочка земли. Но и они заложены на невероятно тяжелых условиях. Мистер Стоун… О, Тэсс, Тадэус Стоун – чудовище! – Она содрогнулась, сделала еще один глоток бренди и пересказала Тэсс содержание разговора со Стоуном.

Лейси отчетливо видела, что Тэсс потрясена услышанным, однако старается скрыть свое удивление. Помолчав минуту, старая служанка сухо подвела итог:

– Ну что же, нам просто необходимо найти способ раздобыть деньги к тому сроку, когда нужно будет вернуть ссуду.

– Но ты не видела, какая сумма, Тэсс! Я не знаю способа раздобыть столько денег! И, кроме того, чувствую, что мистер Стоун не собирается сдаваться так просто. Похоже, он сошел с ума от ненависти.

– Без сомнения. Только сумасшедший мог придумать такой план. Мне этот человек никогда не нравился и всегда казался каким-то скользким. Но он пока еще не победил. Для начала вы можете не платить мне, – от чистого сердца предложила экономка. – Мне ведь не нужны деньги – все необходимое здесь есть.

Лейси слабо улыбнулась:

– Спасибо, Тэсс. Это очень мило с твоей стороны. Боюсь только, что мистеру Стоуну надо выплатить гораздо больше.

– Тогда мы должны придумать что-нибудь еще. Сколько у вас есть времени?

– Восемь месяцев, – с отчаянием в голосе сказала Лейси, сокрушенно качая головой. – Только восемь месяцев.

Старушка Тэсс ободряюще похлопала Лейси по спине:

– Я лучше пойду взгляну, как там ваша матушка и маленький Джорджи. Постарайтесь так не переживать. Восемь месяцев – достаточно большой срок, чтобы найти выход из положения…

– Я не могу продать дом, – прошептала Лейси, наполняя особым значением каждое слово.

– Конечно нет, мисс. До тех пор, пока живы ваша матушка и Джорджи, вы, без сомнения, не можете этого сделать.

– Мне нужно хорошенько подумать, Тэсс. Должен быть какой-то другой выход.

Тэсс покинула кабинет, оставив Лейси наедине с печальными мыслями. Девушка вернулась к отцовскому креслу, но на сей раз оно не показалось ей таким уютным. Как отец мог так поступить с ними? Как он мог заложить «Изумрудные дубы» Тадэусу Стоуну? Она почувствовала, что сейчас сердится на отца больше, чем это случалось, когда он был жив.

Лейси сразу же постаралась подавить в себе враждебность – не следовало сейчас начинать искать виновных, иначе она попадет прямо в лапы Тадэуса Стоуна. Ее отец не мог знать, что умрет раньше, чем успеет вернуть ссуду. Девушка была уверена: у него, несомненно, был план, чтобы спасти всю семью от финансового краха.

Руки Лейси машинально перебирали стопки бумаг и папки с документами, в беспорядке разбросанные по натертой до блеска поверхности письменного стола. Может, он уже нашел выход из денежных затруднений? Возможно, ему просто не хватило времени, чтобы исполнить свой план. Она должна была это выяснить.

Лейси принялась просматривать бумагу за бумагой, испытывая странное ощущение – словно она воришка в собственном доме. Ей придется изучить все документы отца, пока она не найдет решения. Другого пути не было.

Ее мать, так и не оправившись от ужасного нервного расстройства, отказывалась даже верить, что мужа больше нет в живых. С этой стороны ждать помощи не приходилось. А Джорджи…

Она горячо любила своего брата, но его недуг сейчас только осложнял положение. Ей все придется делать одной, впервые в жизни – совершенно одной. Даже Тэсс, несмотря на всю ее доброту и душевность, на сей раз ей не помощница.

Придвинув к себе первую попавшуюся под руку стопку бумаг, она начала читать.

Лейси внимательно вчитывалась в документ, который держала в руках. Знакомый почерк заставлял сердце сжиматься от боли. Прошло около трех часов, прежде чем ответ на вопрос был найден. Но как ей справиться с тем, что задумал отец?

Охваченная ужасом, она никак не могла понять, каким образом он собирался заставить ее участвовать во всем этом. Правда, никто из них никогда не мог долго противиться его обаянию. Но то, что открылось ей, было слишком хорошо рассчитано, холодно, по-торгашески.

Лейси, стоя в дверях, внимательно оглядела спальню, которую ее родители делили долгие годы, еще до того, как она родилась. Мать забылась беспокойным сном.

Катрина Вебстер стонала и металась, преследуемая кошмарами. Хрупкую фигуру женщины едва можно было различить на огромной кровати под ворохом одеял. Даже летняя жара не согревала ее. Никаких признаков улучшения состояния Катрины не наблюдалось – нервное потрясение, которое последовало за смертью мужа, не отпускало измученную душу женщины.

Молча закрыв за собой дверь, Лейси оставила мать в объятиях дневного сна, спасающего ее от действительности. Она так мало спала все предыдущие дни, что девушка решила не тревожить ее.

Лейси спустилась вниз и легко открыла дверь в комнату брата – детскую, где ему нравилось проводить время, хотя он был уже довольно большим мальчиком. Темноволосая головка склонилась над деревянной мозаикой. Крошечные фрагменты выскальзывали из его пальчиков, как по-волшебству, находя каждый свое место. В считанные секунды сложная головоломка оказалась решена, и мальчуган сразу же опрокинул ее так, что маленькие разнообразные по форме кусочки дерева полетели во все стороны.

В десять лет уровень интеллекта Джорджи был равен взрослому. Его умственные способности всегда не переставали удивлять Лейси. Если бы только они могли достучаться до его души! Но Джорджи жил в своем собственном мире, куда никому не было доступа.

Лейси одной предстояло сохранить их семью. У нее не было выбора: она должна будет сделать даже самое невозможное ради благополучия матери и брата. Тадэус Стоун не шутил. Он уничтожит ее мать. И отправит куда-нибудь Джорджи, если только она его не остановит.

Но удастся ли ей это? Сможет ли она побороть свои страхи и сомнения и взвалить на свои плечи такую огромную ответственность?

Вновь и вновь вчитывалась девушка в странички, которые держала в руках, понимая, что они указывают единственный выход. Несмотря на все отвращение к интригам, несмотря на то, что сама затея казалась ей гадкой и пугающей, Лейси с содроганием вынуждена была признать: это последняя оставшаяся им всем надежда.

Глава 1

Мобил, Алабама,

Сентябрь, 1891

Ее глаза оказались совершенно обычного голубого цвета, в них не было ничего особенного. Но пристальный взгляд, устремленный на него сверху вниз, можно было назвать как угодно, только не обыкновенным.

Именно это в первую очередь заметил Гаррет Армстронг, когда, оторвавшись от лежащего перед ним на столе гроссбуха, посмотрел на посетительницу. И действительно, женщина, которая стояла перед ним, была не такой, как все.

– Спасибо, Грэмб, – поблагодарил он, вставая из-за стола и жестом отпуская худого лысеющего человека, задержавшегося в дверях.

Секретарь сделал шаг назад и закрыл за собой дверь, а Гаррет предложил гостье присесть на жесткий деревянный стул перед его рабочим столом. Пока девушка расправляла пышные юбки простого платья из серого поплина, Гаррет воспользовался моментом, чтобы рассмотреть ее получше.

Обойдя вокруг массивного дубового стола, он оперся бедром на его угол, не сводя глаз с аккуратно уложенных каштановых волос и идеальной, словно фарфоровой, кожи. Женщина напоминала ему оживший портрет, ее поистине королевские манеры лишали его уверенности. Армстронг тихо кашлянул.

– Чем могу быть полезен, мисс… – Он попытался вспомнить имя, которое назвал Грэмб, но понял, что был слишком поглощен попыткой свести баланс в толстой книге, по-прежнему лежащей на его рабочем столе.

– Вебстер, – подсказала посетительница, бросив на него быстрый взгляд. Заметив манерную позу хозяина кабинета, устроившегося на краешке стола, она неодобрительно сжала губы.

Гаррет подавил в себе мимолетную вспышку благовоспитанности, подсказывавшей ему вернуться на свое обычное место. Так она, без сомнения, могла принять его за грубияна, однако чопорность гостьи привела Гаррета в замешательство, и он в ее неодобрении находил необъяснимое удовольствие – это, во всяком случае, была нормальная человеческая реакция.

– Итак, мисс Вебстер, что привело столь прелестную леди в доки залива Мобил? – Голос молодого человека прозвучал довольно резко, и он заметил, как девушка чуть удивленно вскинула темные брови.

– Я здесь по делу, мистер Армстронг, – ответила она.

Открыв маленький черный ридикюль, посетительница извлекла из него сложенный белый листок и крошечные круглые очки в золотой оправе. Водрузив их на свой носик, девушка развернула бумагу.

Гаррет почувствовал, как губы его непроизвольно растянулись в широкой улыбке. Этой мелочи – так необходимых ей очков – оказалось достаточно, чтобы он почувствовал себя гораздо спокойнее и проще. Сейчас перед ним сидела просто красивая женщина, а с такими он умел обращаться.

– По информации, которая у меня есть, ваша компания «Морские перевозки Армстронга» переживает не лучшие времена, – сухо констатировала девушка.

Она взглянула на молодого человека поверх очков, и улыбка исчезла с лица Гаррета. Он скрестил руки на груди, словно пытаясь защититься.

– Могу я поинтересоваться, откуда вы это узнали?

Посетительница не обратила внимания на его вопрос, и Гаррет почувствовал, как в нем закипает ярость, А она вновь заглянула в листочек, который держала в руке, и ответила:

– В данный момент это к делу не относится.

Девушка сняла очки, и ее неожиданно холодные голубые глаза смело встретили его взгляд.

– Важно только одно: каким образом мы можем сейчас исправить положение.

Гаррет соскочил со стола и сделал большой шаг к своему стулу. Сев на место, он наклонился вперед и устремил на посетительницу пронзительный, злой взгляд.

– Кто вы все-таки такая, леди?

Спокойно убирая очки в сумочку, она выпрямилась на краешке стула.

– Я уже сказала, меня зовут Лейси Вебстер.

Внезапно наивность девушки показалась Гаррету обманчивой. Несмотря на простодушный вид само ее присутствие в его конторе и осведомленность о его финансовом положении доказывали, что она достаточно умна и, безусловно, отважна.

– Послушайте, мисс Вебстер, я не представляю, что такая дама, как вы…

– Такая дама, как я, мистер Армстронг? – Вокруг ее рта залегла глубокая складка, выдающая досаду. Раздражение гостьи порадовало Гаррета, потому что то же самое испытывал он сам.

– Совершенно очевидно, что вы благовоспитанная юная леди. Почему же вы интересуетесь состоянием моей компании? – потребовал ответа Гаррет и, не удержавшись от колкости, добавил – В такой час не лучше бы вам пить чай, вышивать салфеточки или заниматься чем-нибудь подобным?

Ее пальчики, затянутые в перчатку, крепко сжали белую страничку, и молодой человек почувствовал как к нему возвращается уверенность: мисс Лейси Вебстер дважды подумает, прежде чем попытается в следующий раз сунуть свой носик в его дела.

– По правде сказать, мистер Армстронг, я предпочитаю кофе, а вышитые мной салфетки всегда оставляли желать лучшего.

Внезапное удивление, которое испытал Гаррет от такого ответа, постепенно сменилось невольным восхищением. Широкая улыбка вновь осветила его лицо. Юная леди, без сомнения, прекрасно владела собой, и молодой человек решил, что не следует относить это к ее недостаткам. Согласно кивнув, он сделал первый шаг к отступлению:

– Пожалуйста, продолжайте.

Лейси не знала, чего ей следовало ожидать от Гаррета Армстронга, она даже не пыталась заранее представить себе эту часть их встречи. К тому же девушка не предполагала, что хозяин компании окажется настолько привлекательным молодым человеком с загорелой кожей и светлыми от природы волосами, совершенно выгоревшими на солнце. На мгновение она даже пожалела, что не он, а его лучший друг оказался тем, кого ее отец выбрал ей в мужья.

Как же он отнесется к ее предложению? Лейси глубоко вздохнула и медленно сосчитала до десяти, брови ее нервно подрагивали. Но разве ей не было известно заранее, что, встреча будет не из легких? Она готовилась в течение двух недель, так что теперь все должно было пройти хорошо. Лейси не хотела дать ему возможность вывести себя из равновесия и допустить, чтобы все пошло прахом.

Стараясь взять себя в руки, девушка примирительно улыбнулась молодому человеку и решительно приступила к откровенному изложению своего плана:

– Как я уже сказала, я знаю, что вам нужны деньги. – Она быстро подняла руку, предвидя его вопрос. – Пожалуйста, не спрашивайте меня снова, откуда мне это известно. Я не собираюсь отвечать вам. Это будет пустой тратой вашего и моего времени.

– Понятно. И вы пришли сюда, чтобы предложить мне деньги, в которых, как вам кажется, я нуждаюсь? – Молодой человек упорно не желал признавать того, что она права. Однако его финансовое состояние действительно стремительно ухудшалось.

– Конечно нет. Я нахожусь в таком же отчаянном состоянии, как и вы.

– В таком случае, боюсь, я не понимаю, в чем смысл этой встречи. Если вам нужны деньги, вы, безусловно, понимаете, что обратились не по адресу.

– Нам обоим нужны деньги, мистер Армстронг. И я пришла сюда, чтобы обсудить способ, который, как мне кажется, поможет и вам, и мне получить желаемое.

Гаррет кивнул, откинувшись на спинку стула. Сцепив пальцы, он поднес руки к плотно сжатым губам и изучающе посмотрел на Лейси. То, с какой готовностью она призналась в своих финансовых трудностях, поразило молодого человека. Впрочем, с момента появления в его конторе ей удалось это сделать уже не один раз.

– Я слушаю вас с огромным вниманием, – весьма легкомысленно проговорил Гаррет, широким жестом захлопывая папку с бумагами, лежащую перед ним на столе.

Лейси неловко подвинулась: под настойчивым взглядом Гаррета решимость постепенно стала покидать ее. Он смотрел на девушку золотисто-зелеными глазами, буквально приковавшими ее к стулу, и медленно поигрывал кончиками пальцев больших рук, то соединяя, то разъединяя их.

– Некоторое время тому назад – думаю, когда вы учились на последнем курсе Бартонской академии, – вы заключили пари с вашим приятелем Себастьяном Эйвери.

Гаррет Армстронг возмущенно выпрямился. Улыбка исчезла с его лица, и ему стоило немалых усилий подавить раздражение и злость, охватившие его оттого, что эта женщина бесцеремонно вторгается в его дела.

– Вы, без сомнения, хорошо трудились, чтобы выяснить такие глубоко личные детали моей жизни, которые вовсе вас не касаются. Давайте, наконец, перейдем к сути дела. Чего же вы хотите?

На сей раз Лейси предвидела реакцию молодого человека и была к ней готова. С притворно-доверчивым видом она спокойно облокотилась на его стол и улыбнулась.

– Я хочу стать той женщиной, которая поможет вам выиграть это пари, мистер Армстронг.

Девушка наблюдала, как глаза Гаррета слегка расширились и тут же задумчиво сузились. Она удивила и даже шокировала его. Однако он сумел быстро справиться с захлестнувшими его эмоциями, и если бы Лейси не ждала его реакции, то, скорее всего, не успела бы ничего заметить.

– На самом деле? – наконец спросил Гаррет, сделав вид, что он абсолютно не заинтересован.

– Это необходимо.

Гаррет поднес сплетенные пальцы к губам и уставился на Лейси так, словно собирался приобрести ее с аукциона. Прошло некоторое время, прежде чем он отрицательно покачал головой:

– Из этого никогда ничего не получится.

«Я ведь не ожидала, что он подскочит от радости, как только услышит мое предложение», – напомнила себе девушка. Даже если бы это произошло, единственное, что он мог сделать, – помочь сдвинуть замысел с мертвой точки Дальше все зависело только от нее самой, но Лейси убедила себя, что справится. Ей только не хотелось, чтобы Гаррет Армстронг разрушил ее надежды прежде, чем она сделает попытку.

– Что вы имеете в виду? – Тон Лейси давал понять – она готова защищать свою идею. – Я все продумала, уверяю вас. Ваше пари четко сформулировано…

– Я прекрасно знаю все условия этого пари, – перебил ее Гаррет.

– Тогда позвольте мне объяснить вам мой план.

– В этом нет необходимости. Нетрудно догадаться, в чем он состоит, и я еще раз говорю вам: ничего не выйдет.

Лейси почему-то почувствовала себя оскорбленной, когда молодой человек так решительно отклонил ее идею.

– Но почему? Я ведь не уродина, мистер Армстронг!

Девушка с удовольствием отметила, что голос ее прозвучал довольно уверенно, хотя это и была не больше чем бравада.

– Конечно нет! – Взгляд Гаррета, скользнувший по фигурке гостьи, был весьма откровенен, в глазах вспыхнули огоньки.

– По правде говоря, – неторопливо продолжал он, – вы, может быть, самая прелестная женщина из всех, кого я встречал в округе Мобил.

Краски смущения залила щеки девушки, и она отвела взгляд. Слова Гаррета заставили сжаться ее сердце, доставив неизъяснимое удовольствие.

– Меня обучали хорошим манерам. И я умею вышивать… немного.

Армстронг заметил замешательство Лейси и решил, что стоит преподать ей еще один урок смирения, прежде чем предложить уйти.

– Мне жаль, мисс Вебстер, но, боюсь, вы напрасно потратили ваше время и… – Гаррет выразительно взглянул на лист бумаги в руках девушки, – и ваши деньги.

– Вы хотите сказать, что не поможете мне?

– Я хочу сказать, что не могу помочь ни вам, ни себе. Ни вы, ни я не можем ничего сделать, чтобы я наверняка выиграл пари. К тому же это была всего-навсего глупая выходка двух испорченных мальчишек, и больше ничего.

– Понимаю… – Когда Лейси подняла глаза на сидящего перед ней мужчину, они ярко блестели. – Вы хотите сказать, что, если проиграете, мистер Эйвери никогда не потребует тех денег, что каждый из вас поместил в банк Алабамы?

Гаррет стиснул зубы. «Как этой женщине удалось так много узнать о пари?» – недоумевал он.

– Вы провели собственное расследование, правда?

Лейси промолчала, понимая, что слова Армстронга нельзя расценивать как комплимент. И все-таки она готова была стерпеть что угодно, лишь бы заставить его принять ее план.

– Скажите, почему для вас так важно, чтобы я выиграл это пари? Не сомневаюсь, вы можете позволить себе выбирать.

Быстро взвесив, насколько следует открыться этому человеку, Лейси решила рассказать ему все, на что хватит ее сил. Каким бы болезненным ни был для нее откровенный разговор о собственных неприятностях, она ведь извлекла на свет божий и то, что касалось его, и теперь не могла не осознать, что ее собеседник гораздо благосклоннее отнесется к честному изложению фактов, чем к попытке приукрасить действительность.

– Мне, как и вам, необходимы деньги, мистер Армстронг. Мой отец недавно скоропостижно скончался и не успел рассчитаться с огромными долгами, которые он наделал за последние несколько лет. Вскоре после его смерти я узнала, что большая сумма была получена под залог моего дома. Ссуду необходимо вернуть через восемь месяцев. Я уже продала все, что было у нас относительно ценного, но этих денег, недостаточно.

– Продайте землю.

– Отец перед смертью продал почти все угодья. Остался только дом и около пяти акров, земли. От ста двадцати, которыми мы когда-то владели, не осталось практически ничего. Мой отец построил наш дом для матери тридцать лет назад, когда сразу после свадьбы привез ее в Мобил. Матушка настолько любила отца, что после его смерти она, можно сказать, не в себе.

iknigi.net

Суженый, или Брак по расчёту

Глава 1. Брачное агентство "Идиллия"

 

Глава 1. Брачное агентство «Идиллия»

 

– Заполняйте анкеты предельно честно, – пышногрудая сотрудница брачного агентства строго посмотрела поверх очков. – Не надо ничего приукрашать, но и скромничать тоже ни к чему. Только в случае искренних ответов мы можем гарантировать, что наша компьютерная программа подберёт для вас самую подходящую кандидатуру.

Ксения устремила взгляд на монитор. Ох, сколько вопросов!

Любимый цвет, любимое блюдо, любимый фильм, любимая книга. Хобби, интересы, увлечения…

Имя-отчество вашей первой учительницы.

Какой длины волосы вы носили в выпускном классе?

Какую кличку вы бы дали черепашке, если бы она была вашим домашним питомцем?..

А это-то зачем?

– Некоторые вопросы могут показаться вам странными, – будто прочла мысли Ксении сотрудница, – но человек складывается из маленьких деталей, ведь так? – глянула она назидательно. – И неизвестно, какая деталь сыграет решающую роль во взаимной симпатии двух людей. Поэтому внимательно, вдумчиво и, повторяю, честно отвечайте на каждый вопрос, каким бы малозначительным он не выглядел.

Нет, честно заполнять анкету в планы Ксении не входило. Она пришла в агентство только ради Женьки, двоюродной сестры, которая три дня назад приехала из небольшого городка погостить пару неделек. Цель своего визита сестра не скрывала. Она давно мечтала устроить личную жизнь. Встретить, наконец, мужчину своей мечты. Принца, так сказать, на белом коне. Крепкое плечо, на которое можно смело опереться. Надёжного, умного, красивого, возвышенного. Ну, или хотя бы просто надёжного. Но в родном Среднеперекопске такие не водились. Другое дело в миллионном мегаполисе. Уж тут-то, по мнению Жени, принцев с крепкими плечами и белыми конями хоть пруд пруди.

Ксения уверенности сестры не разделяла, но всё же искренне хотела помочь. Подошла к вопросу серьёзно. Пускать такое ответственное дело на самотёк не собиралась. Проштудировала несколько интеренет-статей и наткнулась на рекламу брачного агентства «Идиллия». Приглянулось оно тем, что обещало строго научный подход при подборе второй половинки.

Сестра отнеслась к идее насторожено. Романтик и мечтательница, к тому же филолог по образованию, она в таких тонких вопросах больше доверяла, если так можно выразиться, народным методам. Собиралась начать поиски суженого с посещения потомственной гадалки или свахи-экстрасенса. Но Ксения убедила её, что гадалки и свахи – это не то что вчерашний день, это позапрошлый век, а в настоящее время действовать нужно только строго научными методами. Для пущей убедительности Ксения пообещала, что сама тоже воспользуется услугами агентства. Вот так, за компанию с сестрой, она и оказалась в офисе «Идиллии».  

– Скажите, а много в вашей практике было случаев, когда подобранные компьютерной программой пары заключали брак? – Ксения выглянула из-за экрана и устремила любопытный взгляд на сотрудницу.

– Много, – отозвалась та. И, поправив очки пухлым наманикюренным пальчиком, авторитетно пояснила: – Всё зависит от степени совместимости. Программа подсчитывает этот показатель для каждой подобранной пары. Если он оказывается выше девяноста процентов, то, как правило, там любовь с первого взгляда. Такие пары однозначно женятся. Правда, девяносто процентов – большая редкость.

– А если, скажем, восемьдесят?

– Восемьдесят – тоже неплохой показатель.

– А если ниже?

– Семьдесят – пограничное значение. Если ещё ниже, мы ничего не гарантируем, – развела руками пышногрудая. – В таком случае мы даже не настаиваем на обязательном первом свидании и предоставляем скидку без всяких дополнительных условий.

Ксения знала, что сотрудница подразумевает под обязательным свиданием. По правилам агентства, девушки должны были присутствовать хотя бы на одной встрече с подобранной им парой, если хотели получить 50-ти процентную скидку за оказанные услуги.

Ну, что ж. Ксения будет заполнять анкету так, чтобы ни один клиент агентства не подошёл ей по совместимости. Уж она постарается. Потому как никаких свиданий ей в данный момент не хотелось, а вот от скидки она бы не отказалась. Дело в том, что вопросы устройства личной жизни пока были отодвинуты на второй план. Голова была занята другим. Очень хотелось попасть на стажировку в Бельгию. После стажировки её бы взяли в другой отдел на другую должность с очень заманчивой зарплатой. Но чтобы отправиться в Бельгию, требовалось оплатить организационный взнос, равный теперешней зарплате за полгода. Так что задача на повестке дня стояла не где раздобыть жениха, а где раздобыть денег.

Сестра, которая сидела за соседним столиком, уже приступила к заполнению анкеты. Вид у неё был сосредоточенный, как у старательной первоклашки. Аккуратно, одним пальцем правой руки она стукала по клавиатуре, тут же переводя взгляд на экран, чтобы проверить, ту ли буковку набрала. От усердия веснушчатые щёки покрылись лёгким румянцем.

Женька не любила свои конопушки, считала их виновниками всех бед и в частности незамужнего положения. Это они, проклятые, густо обсыпавшие всё лицо, отпугивали, по её мнению, потенциальных женихов. Но Ксении казалось, что веснушки идут её мечтательнице-сестре, которая, несмотря на свои 29, до сих пор осталась в душе ребёнком.

– Приступайте к анкете, – подбодрила сотрудница агентства, заметив, что одна из клиенток, больше смотрит по сторонам, чем на экран.

Ксения кивнула и сосредоточила всё внимание на вопросах. Итак, первый. Возраст? Ответила: 26 лет. Тут хитрить не стала. А вот дальше уже дала волю фантазии. Образование? Ну, вообще-то, экономическое. Но кого этим отпугнёшь? Нужно было что-то более экзотическое. Мужчины не любят, чтобы женщина была умнее, а значит нужно указать самый заумный ВУЗ. В голове всплыла небезызвестная бауманка. Подумав немного, ещё и приписала: ракетостроительный факультет. Возможно, такого подразделения в знаменитом институте нет, но звучало очень солидно и устрашающе. Дальше всё пошло как по маслу. Фантазия, на которую Ксения никогда не жаловалась, разгулялась по полной. И пальцы бодро начали отстукивать премиленькие ответы.

litnet.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *