Философия циники: Чем цинизм отличается от кинизма — Нож

Содержание

Чем цинизм отличается от кинизма — Нож

Сегодня в мире рекордное число марксистов — но последователей Граучо, а не Карла Маркса: «Я против чего бы то ни было. // Я не знаю, о чем люди говорят, // Но это и не важно», — пел Маркс в 1932 году в своем фильме «Лошадиные перья».

Тогда это было сатирой, сегодня же воспринимается всерьез: цинизм — то есть убеждение в человеческой аморальности и склонности к вероломству — господствует в американской культуре. По сравнению с 1964 годом, количество американцев, верящих, что правительство поступает верно «всегда или почти всегда», снизилось на 53% — с 77% до 24%. Отношение к другим общественным институтам изменилось аналогичным образом.

Появилось ли с тех пор больше оснований для цинизма — открытый вопрос. Однако факт остается фактом: модный нынче циничный взгляд на жизнь отрицательно сказывается на нашем душевном и материальном благополучии.

Современные люди исказили изначальный смысл этой философии. Вместо того, чтобы считать, что все вокруг — отстой, мы должны брать пример с древнегреческих киников, которые стремились к истине и восставали против статуса-кво.

Родоначальником философской школы кинизма считается ученик Сократа Антисфен, а популяризатором — Диоген Синопский, живший в V веке до н.э. Киники отрицали любые соображения, препятствующие переосмыслению общепринятых догм, поиску истины и счастья. Если современный циник говорит, что президент — идиот, и поэтому его политика никуда не годится, древний киник непредвзято проанализировал бы каждый пункт этой политики.

Современный циник с ходу отрицает идеи («это глупо»), тогда как древний киник воздерживался от суждений («возможно, это правильно, а возможно — нет»).

«Цинизм в современном смысле полностью противоположен своему изначальному значению. Сегодня он означает скорее отказ от моральных и интеллектуальных поисков», — пишет Дэвид Мацелла из Хьюстонского университета в своей книге «Истоки цинизма».

Во времена Антисфена не было индекса счастья, поэтому мы не можем определить, насколько киники были удовлетворены жизнью по сравнению с теми, кто не придерживался их философии. Однако мы знаем наверняка, что современный цинизм вреден. Исследование, проведенное в 2009 году, показало, что циники примерно в пять раз чаще страдают от депрессии. То есть желчные 25-летние люди рискуют превратиться в угрюмых 44-летних.

Современные циники также отличаются более слабым здоровьем. В 1991 году ученые провели исследование среди мужчин среднего возраста и обнаружили, что циничный взгляд на жизнь существенно повышает риск умереть от рака и сердечных заболеваний — возможно из-за того, что ведет к злоупотреблению алкоголем и табачными изделиями. А исследование, проведенное в 2017 году среди финских мужчин среднего возраста, показало, что цинизм также является предиктором преждевременной смерти.

Дальше — хуже. Люди, как правило, не уважают циников.

В статье, опубликованной в 2020 году в «Журнале экспериментальной психологии», утверждается, что цинизм лишает человека уважения окружающих — возможно, из-за того что такие люди сами ведут себя неуважительно по отношению к другим, и это порождает порочный круг.

Кроме того, циники, как правило, меньше зарабатывают. В 2015 году ученые установили, что даже с поправкой на пол, уровень образования и возраст, наименее циничные люди за девять лет увеличивали свой заработок в среднем на $300 в месяц. Наиболее циничные через девять лет получали столько же, сколько раньше, или меньше. Исследователи объяснили это тем, что циники «чаще упускают возможности для сотрудничества и, как следствие, лишают себя помощи окружающих». Иначе говоря, быть мизантропом — себе дороже.

Чтобы стать более благополучным, нужно не только избегать цинизма во всех его проявлениях, но и стремиться стать настоящим киником.

Древние киники жили согласно определенным принципам, в основе которых лежат сознательность, безразличие к мирским благам, радикальное равенство и здоровый образ жизни.

Звучит похоже на христианство и буддизм? Это не случайно — греческие философы, в том числе скептики, современники киников, испытали на себе влияние индийской традиции (о которой в Греции узнали благодаря походам Александра Македонского), а в последующие века идеи кинизма и его наследника стоицизма повлияли на раннюю христианскую философию.

Чтобы проникнуться идеями киников, я советую посвятить каждому из кинических принципов отдельный день.

1. Эвдемония («счастье»)

Древние киники знали, что невозможно достичь счастья, участвуя в непрерывной борьбе за собственность, удовольствия, власть и престиж. Счастье можно обрести лишь отрекшись от ложных желаний. Составьте список мирских благ, которые привлекают вас — например, дорогие вещи или восхищение окружающих — и скажите вслух: «Я отказываюсь подчиняться этим желаниям».

2. Аскезис («дисциплина»)

Мы не сможем очистить сознание от тумана и путаницы до тех пор, пока не перестанем притуплять свои чувства, будь то при помощи алкоголя и наркотиков или бессмысленных развлечений, обеспечивающих нам бегство от реальной жизни. Примите решение воздерживаться от вредных веществ и привычек. Вместо того, чтобы после ужина смотреть телевизор, отправьтесь на прогулку. Вместо коктейля выпейте стакан воды и почувствуйте свежесть от каждого глотка. Такая дисциплина укрепит вашу силу воли и поможет приобрести привычки, способствующие счастью.

3. Автаркия («самодостаточность»)

Если мы нуждаемся в одобрении окружающих, то никогда не достигнем самообладания и истинной свободы. Откажитесь от потребности в одобрении со стороны окружающих. Проанализируйте, за что вы чаще всего ищете похвалы — за свою внешность, свой ум или свою успешность — и сознательно старайтесь подавить эту потребность.

4. Космополитес («космополитизм»)

Сравнивая себя с окружающими, мы настраиваем себя против них. Дружба и любовь в таких условиях становятся невозможны. Начинайте каждый день с напоминания себе о том, что все люди равны, и обещания не относиться к людям по-разному в зависимости от их статуса. Ведите себя одинаково и со своим начальником, и с баристой.

Циник несчастен, потому что заточен в несправедливом мире. Киник счастлив — но не потому что считает мир совершенным, а потому что более сосредоточен на внутреннем мире, над которым он имеет власть.

Есть одна известная история, резюмирующая этот образ жизни.

Диоген был знаменит тем, что не принимал ничью сторону, и поэтому был не в почете у власть имущих. Однажды философ по имени Аристипп, который пользовался благосклонностью правителей, застал Диогена за мытьем овощей — презираемой древними греками пищи. Диоген не смутился, и сказал Аристиппу: «Если бы ты приучил себя есть овощи, то не стал бы рабом при дворе тирана».

Если вы хотите стать настоящим киником и счастливым человеком, приучите себя «есть овощи»: пусть окружающие и пренебрегают ими — но вы для себя обнаружите, что они насыщают намного лучше, чем пустые калории конформизма.

Кинизм и цинизм. Теория Петера Слотердайка

Цинизм как жизненная позиция, по-видимому, почти одного возраста с человеческим обществом. При этом он изменчив, разнообразен и способен к самым странным идейным союзам. Однако всякий разговор о нем начинается с этимологии, которая изрядно запутывает. Ведь кинизм – это вывеска для небольшой группы дерзких и веселых античных философов, зубоскаливших на тему пафосных виршей коллег по цеху. Кинизм зажегся и исчез на рубеже конца V – начала IV в. до н. э. Он оставил слово, а точнее презренную кличку – «собака», которую некоторые носили с гордостью. Цинизм же живет и здравствует поныне, но стоит ли его связывать с кинизмом? На этот вопрос отвечает Concepture.

Исправление имен

По большому счету кинизм мало кому интересен – в основном специалистам-античникам да любителям исторических анекдотов про философов, занимающихся непотребством в публичных местах. Совсем другое дело – цинизм. Споры о нем так или иначе возникают даже на бытовом уровне.

Некоторые видят в цинизме лишь вызов и невоспитанность. Другие напротив считают, что за всем этим стоит какая-то глубокая и продуманная или хотя бы эстетическая позиция. Третьи видят в цинизме не столько позицию, сколько эффект ее отсутствия – то, что происходит с человеком, так и не выбравшим себе каких-то принципов и существующего подобно неплотной субстанции на воде. Есть еще десяток версий о том, что такое цинизм и почему некоторые выбирают его. В силу этого философское обращение к парочке «кинизм и цинизм» отнюдь не лишено своей актуальности.

И все же, прежде чем попытаться развести понятия «кинизм» и «цинизм», стоит понять, а зачем это вообще нужно? Да мало ли слов, которые перепутаны и употребляются в неверном значении? О «великом исправлении имен», о котором грезил еще Конфуций, в эпоху интернета можно говорить лишь с грустной усмешкой. И все же в ХХ веке нашелся мыслитель, обосновавший важность философски точных дистинкций о кинизме и цинизме.

Петер Слотердайк

Это был философ Петер Слотердайк, который в своем интеллектуальном бестселлере «Критика цинического разума» отметил, что именно в силу мутабельности современного цинизма мы ничего не сможем о нем понять, если не найдем те ключевые (или даже болевые) точки, в которых он оторвался от своего начального истока – античного кинизма. И более того, Слотердайк предлагает нам противопоставить кинизм и цинизм в надежде на то, что это даст место для нового кинического импульса в нашей ветшающей цивилизации. Неокинизм – это возможность для критических умов, которую легко проглядеть за тем современным диффузным цинизмом, который уже не отличить от его противоположности.

Преобразования во времени

Итак, чем же был кинизм? Чем стал цинизм? И можем ли мы вернуться к тому, что утрачено и превращено в унылый ярлык?

Как известно, слово «кинизм» появилось на греческой почве и с самого начала содержало в себе элемент осуждения. «Кинос» – с древнегреческого «собака», а это слово еще со времен Гомера обозначало «бесстыдника» или «наглеца» (причем исторически сперва только «бесстыдную женщину»). Греческие и римские авторы хорошо понимали эту пасхалочку, однако почти не использовали слово «киник» в отрыве от мыслителей этого направления (Антисфен, Диоген Синопский и др.).

А вот европейцы напротив гораздо чаще использовали слова «киник» – и на латинизированный манер «циник» – в качестве прозрачного намека на бескультурье, наглость или язвительность визави. Поэтому уже долгое время они являются синонимами. Из французского «циник» перекочует в английский и немецкий (а оттуда и в русский). В итоге даже понимая под «киником» отсылку к греческим философам, большинство образованных авторов вплоть до XIX-XX века используют это слово с негативным оттенком (или если по-умному – как пейоратив, то есть слово, выражающее отрицательную оценку, неодобрение, порицание, иронию или презрение).

Некоторые авторы, особенно принадлежавшие к декадентам, предпринимали попытки эстетизации и даже превознесения цинизма – им вообще нравилось эпатировать общественность (даже слово «декадент» – изначально пейоратив). Для этого приходилось задействовать арсенал романтических средств, превращавших каждый жест циника в пощечину общественному вкусу или плевок в здравый смысл и массовое поклонение полезностям. Именно отсюда, задолго до Фрейда (с его защитами, сублимациями и гиперкомпенсациями), повелось воспринимать циничную позу симпатичного вам человека как изящный душевный доспех, защищающий излишне ранимую душу. Что, конечно, не более чем миф, пестуемый литературой.

Возможно поэтому для большинства и поныне цинизм – это скорее внешняя характеристика человека, пренебрежительно относящегося ко всему общепринятому, (к общественному строю, религии, правилам морали, устоявшимся традициям) или открыто издевающегося над ними. Эстетическая надстройка, увы, представляется скорее фасадом, чем сутью: но в самом деле, людям обычно все равно как одет тот, кто издевается над их идеалами. При этом как-то забылось, что античный киник если и щеголял, то только наготой или дырой в хитоне.

Иными словами, киники и циники в глазах почтенной публики стоят друг друга. И то, что выходки первых были погрубее, чем преимущественно слова вторых, никого особо не заинтересовало. Поэтому до Слотердайка их различие интересует только лингвистов и историков философии, которые ради справедливости и понимания должны развести «источник» и его «позднейшее восприятие». Это в сущности несложно, если сравнивать античного «киника» с современным «циником».

По сути, мы запросто обнаружим то, что знаем и так: киник живет в Древней Греции и в своей критике отталкивается от общества полиса, современный же циник – ничего не критикует, но так или иначе реагирует на нынешние реалии (общество, мораль и т. д.). Однако такие различия скорее затемняют тот факт, что цинизм изменился.

Сегодня цинизм бесконечно далек от всякого критического жеста, от всякой яркой позы, от протеста или вызова, а тем более от какой-либо последовательной мысли или идеологии. Цинизм теперь – это невнятное, лабильное и ускользающее от ответственности облако мнений, присущее конформистам и социальным приспособленцам.

«Диоген» (Жан-Леон Жером, 1860)

А впрочем, давайте все-таки приглядимся к этой историко-социальной разнице. Ведь мы же хотим что-то понять о современном цинизме?

Как несложно заметить, вся история с эстетизацией цинизма в эпоху модерна – это довольно прозрачная игра на повышение статуса. И эта потребность создать и присвоить себе определенную элитарность очень точно совпадает с периодами демократизации обществ (с присущей ей мешаниной – нуворишами, выскочками, разорением старой аристократии, плебеями, потребляющими то, что прежде было доступно лишь патрициям). Античный кинизм, однако, именно с этими претензиями на элитарность и «круги посвященных» боролся.

Следовательно, первое различие таково: кинизм мыслит себя на стороне плебса и социальных масс, цинизм – желает быть идеологией «верхов». Отсюда несложно увидеть, что кинизм оппонирует власть имущим, цинизм же напротив обычно лоялен власти (на деле, а не в декларациях) – как минимум до тех пор, пока та не мешает ему потреблять и симулировать элитарность. В каком-то смысле сегодня циник и есть наиболее частый тип человека в массовом обществе.

Античный полис был очень тонко нарезанным на слои и группы обществом, несмотря на некоторые элементы демократии. Но даже на этом цветастом фоне киник был особым случаем. Индивидуализм киника начинался с того, что у него буквально не было своего места в обществе (настолько особенный), а уже отсюда вытекали и философские выводы – например, о номинализме (все вещи единичны, общего нет) или об идеале самодостаточности и свободной воле.

«Диоген» (Жюль Бастьен-Лепаж, 1873)

Второе различие непосредственно касается целей и ценностей киников/циников. Киник живет аскезой, приучая себя к малому, и именно поэтому он уважает труд, особенно ручной. Циник находится строго в противофазе: свобода для него – это побольше удовольствий, поменьше труда и ответственности. Диоген нисколько не кривил душой, говоря, что если бы он мог утолить голод одним лишь поглаживанием живота (как онанизм утоляет сексуальные позывы), то он был бы равен богам.

Современный циник, думается, в большинстве случаев ужаснулся бы такой самодостаточности – его цинизм прежде всего нацелен на оправдание зависимости (без общества нельзя; деньги нужны всем; против государства не попрешь; мне хорошо, а укусы совести проще переносить, когда сыт и обеспечен и т. д. и т. п.). Гораздо проще представить себе циника, мечтающего о вэлфере или синекуре, чем о миллионах, заработанных с закатанными рукавами.

Если обобщить, то кинизм – это прежде всего очень простая система практических идеалов. Иди и делай, ты свободен, но ты в ответе за последствия. И уже как следствие: простота, презрение к социальным условностям и физиологическое отвращение к навязыванию чего-либо другим, особенно со ссылкой на общее благо.

Цинизм же, особенно в последней своей версии, – это в лучшем случае запутанная система теоретических отговорок, нацеленная на то, чтобы разорвать связь между практикой и ответственностью за последствия. А гораздо чаще – просто хаотичный набор теоретических фрагментов, народных мудростей, мемов и цитат великих, призванных хоть как-то примирить несчастного субъекта с тем бардаком, что царит в обществе и его жизни.

Как заметит Слотердайк, современная циническая формула счастья – это «быть глупым и иметь работу». Глупость в данном случае касается неспособности понимать связь своих повседневных действий с теми пагубными тенденциями, что захватывают общество. Идиот (от греческого «идиос» – одиночка) живет в обществе, но так, словно он вне идеологии и ответственности за происходящее. Собственно, циник по Слотердайку – это несчастное сознание, способное лишь имитировать «идиота», но не быть им. Именно поэтому философ тесно увязывает современный диффузный цинизм с провалом проекта Просвещения.

«Цинизм – это просвещенное ложное сознание», – говорит он. Одна из трактовок этого такова: критика Просвещения, направленная в адрес иллюзий, суеверий, обмана и идеологии, оставила своей след – она научила человека рефлексии и критическим уловкам. Однако Просвещение не смогло вменить людям свои ценности, оно потерпело крах в создании желания бороться за истину и прогресс. И потому рефлексия в итоге была направлена против Просвещения.

Современный циник – это тот, кто вынужденно умеет иронизировать не столько над положением вещей, сколько над попытками его оценить и оспорить. «Я знаю, что это дурно, но такова жизнь» – вот кредо циника, который, однако, в отличие от киника никогда всерьез не задумывается над тем, что же такое «жизнь». И возможно, только философский развод между кинизмом и цинизмом на сегодня способен прояснить, что значит «выбирать жизнь».

По ходу рассуждения в «Критике цинического разума» Слотердайк дает диагноз Просвещению, и на мой взгляд, уже поэтому она достойна стать настольной книгой каждого интеллектуала. По крайней мере такого, кто еще не целиком поражен эпидемией академического разочарования. Также он задается непраздным вопросом: А Ницше был новым киником или новым циником? И почему влияние этого бессистемного философа столь велико на авторов ХХ века? В книге есть паноптикум циников и большой исторический раздел о ликах цинизма в разные периоды. Однако нашей задачей не является пересказ всей работы, поэтому мы вернемся к различию кинизма и цинизма, а именно – сформулируем итоговые выводы Слотердайка.

Точки над «i»

Кинизм, считает автор, – это уникальная маргинальная традиция, которая является не столько философией, сколько формой полемики, причем полемики посредством жестов, тела и жизненного выбора. Насмешка, пожимание плечами, демонстрация зада и многое другое – вот арсенал киника в любое время. Его сатирический ум знает цену словам и еще больше цену умникам, научившимся говорить, не отвечая за слова. Не отвечающим своим реальным телесным бытием. И привыкшим апеллировать к каким-то заоблачным сущностям, по которым тоскует бритва Оккама или плевок Диогена. Киник не противостоит уму или знанию, но он – великий отрицатель «ложной жизни».

А циник – это тот, кто хорошо усвоил жест отрицания, но поставил его на службу частным интересам (по сути, все той же «ложной жизни»). Циник – мастер половинчатой рефлексии: он разбирает по винтикам (или имитирует это) любые ценностные претензии, и никогда не делает из этого практических выводов. Именно поэтому еще одна точная формула Слотердайка звучит так: «цинизм – это зная лучшее, делать худшее».

«Диоген в поисках честного человека» (Якоб Йорданс, ок. 1642)

Нищета современного прагматизма с этим и связана – никто не говорит о настоящих проблемах, все озабочены конвенциональным успехом в кем-то огороженном тупичке. И величайшим скандалом, который еще устраивают кинические умы, состоит в напоминании о том, что данный тупичок размещен где-то на нижней палубе очередного «Титаника». Цинизм подкупает нас тем, что упрощает жизнь и дает немного форы в выживании, однако он бежит от любых проблем – будь то ваш внутриличностный конфликт или ядерный кризис. Увы, иногда оказывается, что бежать больше некуда, даже в своей голове.

Итог Слотердайка кажется пессимистичным, и все же это не так. Возможность кинизма вытекает уже из того, что мы живые и телесные существа. В умении опереться на свою природу философ видит путь к тому, что он называет «удавшаяся жизнь». А она обычно возникает не там, где придерживаются крайностей (либо служение идеалам, либо цинизм), а там, где смеются над собой, но не забывают и совершенствоваться.

На превью – картина Эдвина Ландсира «Александр и Диоген» (1848)

25. Киники и циники. В поисках смысла [сборник]

25. Киники и циники

В древней Греции были такие философы, которых называли «киниками», буквально «собачьими». Так дразнили их противники, желая унизить — а те и не возражали. Чем плоха собака, если посудить здраво? Живет сама по себе, легко переносит трудности, не заботится о том, как она выглядит и что о ней подумают окружающие. Вот и они вели себя точно так же. Это из их числа был тот самый Диоген, которому для жилья вполне хватало большой глиняной бочки, и у которого, по преданию, нашлась только одна просьба к великому царю и завоевателю Александру Македонскому: отойти в сторону, чтобы не заслонять солнечный свет. Основателями школы были непосредственные ученики великого Сократа, и учение это пользовалось в свое время большой популярностью. Именно от киников ведут свое начало другие великие философы древности, стоики.

Но если в современном языке «стоическое поведение» — это едва ли не высшая похвала добродетельному и мужественному человеку, то вот киникам с именем не повезло. Название их школы, в котором только заменилась первая буква (это произошло из-за особенностей средневекового произношения латинских слов), стало обозначать одно из самых отвратительных явлений нашего мира — цинизм. Советский уголовный кодекс ужесточал наказание за преступление, совершенное «с особым цинизмом», даже не раскрывая этого понятия — дескать, и так всё ясно. Особый цинизм — это, по сути, откровенное пренебрежение нормами закона и нравственности. Не просто украл или нахулиганил, а сделал это на виду у всех, сознательно попирая любые нормы морали.

С тех пор это выражение пошло в народ и его употребляют уже как угодно — «особым цинизмом» могут отличаться действия не только преступников, но и чиновников, политиков, правоохранителей. Выборы и то у нас обычно проводятся с особым цинизмом, а уж о всяких приватизациях и «спорах хозяйствующих субъектов» и говорить нечего. Так и привыкают люди жить с ним, сами наращивают цинизм в качестве брони: ну да, мы так живем, и все так живут, а иначе не получается. С волками жить — по волчьи выть.

Но как же это благородные собаки превратились в бессовестных волков? На могиле Диогена была начертана надпись:

Пусть состарится медь под властью времени — всё же

Переживёт века слава твоя, Диоген:

Ты нас учил, как жить, довольствуясь тем, что имеешь,

Ты указал нам путь, легче которого нет.

Да ведь это звучит — с поправкой на гекзаметр — почти как тропарь преподобному! Диоген жил до Христа, но христианская аскетика, на самом деле, немало заимствовала у киников и стоиков.

О современном цинизме сказано было много, но лучше всех сказал, на мой взгляд, Оскар Уайлд. Циник — это человек, который всему знает цену, но не знает никаких ценностей (a man who knows the price of everything and the value of nothing).

Этим-то он и отличается от киника. Пусть Диоген и другие философы-киники нечасто говорили о высших ценностях, но сама жизнь этих людей свидетельствовала об их приверженности добродетели и мудрости. Диоген отказался от всех земных благ именно ради них. Циник, напротив, идет самым коротким путем к тому, чтобы исполнить свои желания, не считаясь ни с чем, осознанно распихивая всех, кто вокруг. Потому он и опаснее человека, совершившего преступление под влиянием случайного порыва или особенных обстоятельств.

Но как становятся циниками? Путей, конечно, много, но я назову тот, который мне кажется самым характерным. Владимир Высоцкий пел несколько десятилетий назад: «я не люблю холодного цинизма, в восторженность не верю…» Это очень меткие слова. В России принято шарахаться из крайности в крайность: то мы строим коммунизм впереди планеты всей, то самый отъявленный капитализм, то у нас диктатура, то анархия… Восторженность и цинизм — тоже два полюса, две крайности. Человек восторженный всему верит и горит этой своей верой, он не в состоянии трезво оценить реальность, подменяет ее прекрасными идеями.

Так у нас верили в коммунизм, в рынок, демократию… сегодня многие верят в особый духовный путь России, или в превосходство западного образа жизни, в кристальную чистоту русского православия или в неизбежность всемирного экуменизма — да какая разница. Главное, чтобы эта доверчивость была всеохватной, не знающей исключений.

А потом наступает разочарование. Мир оказывается куда более сложным и неоднозначным, и примитивные схемы ничего больше не объясняют и никак не помогают. Можно, конечно, начать кропотливую работу над собственной картиной мира: менять примитивные представления на более точные и адекватные, учиться жить в этом сложном мире… Но можно поступить намного проще: объявить этот мир большим складом ресурсов, с которого можно получать всё, что хочется, «и не париться», как говорит молодежь. Вот суть поворота от восторженности к цинизму, остальное — детали.

Так происходит в нашей общественной жизни — у людей было слишком много поводов для разочарований. Нечто подобное случается и в жизни церковной: сначала человеку рассказывают много всего светлого и хорошего, он ждет встречи с ангелами и духоносными старцами, а потом… «нет, и в церкви всё не так, всё не так, как надо» — пел тот же Высоцкий. Можно пойти путем реализма: честно признавать существующие проблемы и делать что-то для их решения, а заодно и корректировать своё «как надо». Но это слишком сложно. И тогда человек может пойти по пути, который покажется ему легким, и тут, как обычно, диавол предлагает выбор. Можно сохранять свою восторженность, в корне отрицая любые проблемы — а можно стать циником. Жить внешне церковной жизнью, поскольку это приносит определенное положение в обществе, успокоенность, да и доход, если ты работаешь на эту организацию. А вот ценностей никаких не нужно — главное, знать цену каждого события, поступка и предмета.

Что же можно противопоставить цинизму? Если принять определение Уайлда, ответ, в общем-то, очевиден. Прививка от цинизма — это высшие ценности. Воспитывая ребенка, родители обычно стараются не просто объяснить ему, как добиться в жизни одного и избежать другого (как раз это циник прекрасно умеет), но и «что такое хорошо и что такое плохо». И когда тот же ребенок или даже взрослый человек приходит в церковь, ему тоже очень важно объяснить какие-то самые главные вещи, причем объяснить их в первую очередь. Не вываливать на него сразу гору информации: как следует одеваться, как обращаться к батюшке, что готовить в какой пост, через какое плечо и в какой момент службы передавать свечки, и так далее, и тому подобное. Нелепым выглядит и требование ко всем прихожанам немедленно заняться изучением церковнославянского языка, если они его еще не освоили.

Не то, чтобы все эти вещи были не нужны… они имеют свою цену, и немалую, и благо тому, кто их приобретет. Но горе тому, кто при этом не найдет в христианской жизни высших ценностей. Кто, условно говоря, придет в храм к постному уставу или плюсквамперфекту, а не ко Христу, кто будет искать внешнего эффекта, а не внутреннего преображения. Какое-то время, возможно даже, всю жизнь, человек может пребывать в состоянии искусственно подогреваемой восторженности, но дальше его с высокой долей вероятности ждет тот самый «особый цинизм». Только уже в церковных стенах, а это вдвойне отвратительно.

В Евангелии нет слова «циник», но те, кого мы бы назвали сегодня циниками, там есть.

Это те самые книжники и фарисеи, с которыми так горячо спорил Христос — вспомним, как Он без единого упрека отпускал грехи мытарям и прелюбодейкам, и как жестко говорил с людьми, казалось бы, вполне приличными и очень даже набожными на свой лад. Они сначала интересовались этим новым Проповедником… но стоило им понять, что Его проповедь угрожает их положению в обществе — и они были готовы переступить через что угодно, лишь бы Его остановить. Фарисейство — новозаветная разновидность цинизма.

Конечно, не все фарисеи были таковы, вспомним хотя бы Иосифа Аримафейского или Савла — будущего апостола Павла. Их привело ко Христу живое нравственное чувство, те самые не задушенные ценности. Человек может заблуждаться, и заблуждаться очень серьезно, как тот же Савл, который яростно гнал христиан. Но если он ошибается искренне, если ему не безразлична Истина, то и он не безразличен Ей. И значит, всё еще возможно исправить. Для стопроцентного циника эта возможность закрыта: он уже всё понял, всё заранее взвесил и расчислил.

И сам был взвешен и найден слишком легким, как Валтасар на своем пиру. Цинизм, по сути, это ад, который начинается уже здесь и сейчас — только человек еще этого не понял, он принимает его пламя за теплый огонек в камине, около которого так уютно греть озябшие руки…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Цинизм — frwiki.wiki

«Циник» перенаправляется сюда. Для статьи об омофоне см Синик .

Для одноименных статей см Цинизм (современный) .

Цинизм этого отношение к жизни с философской школы в древней Греции , основанной или , по крайней мере , вдохновленной Антисфеном и известной в основном для захватывающих действий и о его ученике самого известные, Диоген . Эта школа попыталась изменить преобладающие ценности того времени, обучая великих и могущественных людей Древней Греции небрежности и смирению .

Радикальные материалисты и нонконформисты , циники во главе с Диогеном предложили другую практику философии и жизни в целом, подрывную и ликующую. Циничная школа пропагандирует добродетель и мудрость — качества, которые могут быть достигнуты только через свободу . Эта свобода, необходимый шаг к добродетельному состоянию, а не самоцель, хочет быть радикальной перед лицом общепринятых условностей, с постоянной заботой приблизиться к природе . Цинизм глубоко повлиял на развитие стоицизма от Зенона Китиона и его наследников от

Резюме

  • 1 рассказ
  • 2 Основные темы
    • 2.1 Самодостаточность
    • 2.2 Кратчайший путь к добродетели
    • 2.3 Природа, универсальность и космополитизм
  • 3 Список циников
    • 3.1 V — го  века до н. Ж.-К.
    • 3,2 IV — го  века до н. э.. Ж.-К.
    • 3,3 III — го  века до н.э.. Ж.-К.
    • 3.4 Первый век до нашей эры Ж.-К.
    • 3.5 Первый век нашей эры Ж.-К.
    • 3,6 II — го  века нашей эры. Ж.-К.
    • 3,7 III — го  века нашей эры. Ж.-К.
    • 3,8 IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
    • 3,9 V — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • 4 Современное значение
  • 5 Примечания и ссылки
  • 6 Библиография
    • 6.1 Исследования древнего цинизма
    • 6.2 Развитие и влияние цинизма
  • 7 См. Также
    • 7.1 Статьи по теме
    • 7.2 Внешние ссылки

История

Антисфен , основатель циничной школы

Термин «цинизм» происходит от древнегреческого κύων / kuôn , что означает «собака» , в отношении отношения Антисфена , вдохновителя цинизма, а затем Диогена Синопского , которого обычно считают первым истинным циником; Диоген Синопский хотел, чтобы его похоронили «как собаку» . Согласно другим источникам, последний «из его речи в гимназии под названием киносарг , очень близко к городским воротам . » Циничное движение, зарегистрированное в античном обществе, представляет собой прежде всего образец протеста. Циники не преминули съесть, как нищие, жертвы, сделанные из благочестия на перекрестке дорог, как у Гекаты . Герой и образец циничных философов — Геракл , потому что он герой, который не позволяет кому-либо влиять на себя, свободный и без особой привязанности. Таким образом, цинизм использует множество образов и моделей с целью охватить все классы населения, не обращая внимания на интеллектуальную элиту.

Платон определил Диогена Синопского как сошедшего с ума Сократа , цель которого — ниспровергнуть весь конформизм , все моральные модели . Его философия отражается в преднамеренно провокационных действиях, нарушающих основы культуры, вплоть до мочеиспускания и лая, как собака, или мастурбации на публике; он не колеблясь просил, не уважая общепринятого мнения и даже провоцируя власть имущих. Эта философская школа, мало оцененная схоластическими , академическими и современными традициями , особенно известна через Диогена Лаэрса поучительными анекдотами, описывающими, в частности, способ философствования Диогена Синопского. Платон, определив человека как двуногого животного без пера, и аудитория одобрила это, Диоген заявил аудитории, держа ощипанного петуха на привязи: «Вот человек по Платону. » После этого инцидента, Платон сказал, что добавил к его определению , что человек имел „плоские ногти“ .

Отнюдь не обремененный абстрактными и педантичными теоретическими рассуждениями, Диоген и его ученики практиковали «конкретную» философию , особенно несовместимую с платоновским идеализмом , бесполезную и слишком далекую от «материальной» истины мира, чтобы принимать ее всерьез. Циничная школа существовала на протяжении всей античности , от Греции до Рима . Он значительно повлиял на стоическую мораль, которая развила представления о жизни в соответствии с природой, о независимости мудрецов и космополитизме . Зенон Ситионский , основатель стоицизма, был учеником циничных Ящиков Фив .

Основные темы

Самодостаточность

В центре циничной философии стоит идея самодостаточности . Мудрец — это тот, кто способен довольствоваться минимумом, чтобы не страдать от каких-либо недостатков и уметь легко справляться с самыми трудными ситуациями.

Поэтому мудрый циник предпочитает жить в воздержании и бережливости. Он не ищет богатства, славы, знаменитостей или привилегий, у него нет дома, он довольствуется простейшими продуктами и отказывается от всего, что ему не кажется необходимым.

Таким образом, он украшен простой сумкой и одиночным пальто для зимы и лета. Он спит в висках. Он просит свои гроши.

Кратчайший путь к добродетели

Столкнувшись с философскими школами, предусматривающими длительное и техническое обучение, цинизм представляет собой «кратчайший путь к добродетели  » . Циникам достаточно простого факта выживания в бедности, чтобы стать мудрыми. Никаких дополнительных технических знаний не требуется.

«Однажды мужчина привел к нему своего ребенка и представил его очень умным и обладающим прекрасными моральными качествами. «Значит, я ему не нужен», — ответил он .

Философы Cynical школы всегда отказываются делать большие речи, предпочитая Сивиллину и иронические сентенции , эффективность повседневной жизни, доказательство того фактом , а не слово. Другими словами, этическая истина, продемонстрированная опытом, а не теоретические истины, полученные из сложных систем.

Цель циничной философии — мудрость , этика жизни. Согласно Антисфену, ни речь, ни изучение, ни знания не имеют ценности. Однако он, вслед за Сократом , утверждает, что добродетели учат. Имеют значение только мудрость и добродетель , двойная цель циничной философии. Как только эта добродетель достигнута, философ может считать себя свободным, потому что живет в атуфии, «отсутствии тщеславия» и атараксии .

Природа, универсальность и космополитизм

Образом жизни для циника является то , что собаки. Собака кусается, мочится на кого угодно и где угодно совокупляется. Общество считается развращающим и изменчивым, в то время как природа добродетельна и универсальна. Таким образом, Диоген утверждает, что он космополит, то есть гражданин мира . Его забота — жить по правилам универсальной добродетели.

Оружие циника — преступление, ирония и повседневность в целом. Нарушая все запреты , циник может продемонстрировать, что ни одно из социальных правил не является существенным, и что учитывается только естественная универсальная этика : добродетель.

Список циников

В этом списке перечислены в хронологическом, а затем в алфавитном порядке имена циничных философов античности, «чье историческое существование подтверждено», согласно работе М.-О. Гуле-Казе, L’Ascèse cynique . Однако не все из них имели одинаковое значение, некоторые были известны только потому, что упоминаются во фрагментах или потому, что оставили свое имя на могиле.

V — го  века до нашей эры. Ж.-К.
  • Антисфен (445 г. до н.э. — 360 г. до н.э. )

IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Анаксимен Лампсакский , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Androsthenes Эгина , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Бион из Бористена (335 г. до н.э. — 245 г. до н.э. ),
  • Клеомен , IV EIII — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Ящики Фив (360 г. до н.э. — 280 г. до н. э. )
  • Диоген Синопский (413 г. до н.э. — 327 г. до н.э. )
  • Échéclès Эфес , IV EIII — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Гегезий Синопский , современник Диогена
  • Гиппархия ( IV e — -336)
  • Менандр , современник Диогена
  • Моним Сиракузы , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Онесикрит IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Пасикл из Фив , брат Ящика, хозяин Стилпона
  • Philiscus Эгина , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Phocion , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Стилпон из Мегары (360 г. до н. э. — 280 г. до н.э. ),
  • Théombrote , IV EIII — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Thrasyllus , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Ксениад , IV — го  века  до нашей эры. Ж.-К.

III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Деметриос Александрийский (300 г. до н.э. )
  • Bétion , III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Церкидас из Мегаполиса (290 г. до н.э. — 217 г. до н. э. )
  • Менедем Лампсаке , III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Менипп , первая половина III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Метрокл из Маронеи Maronea , III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Сотад Maronea, III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Телеса , середина III — го  века  до нашей эры. Ж.-К.

Первый век

до нашей эры. Ж.-К.
  • Варрон Марк Теренций (116-27)
  • Avidénius , I — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Favonius , I — го  века  до нашей эры. Ж.-К.
  • Гадара Мелеагр (135 г. до н.э. — 50 г. до н.э. )

Первый век

нашей эры Ж.-К.
  • Карнеад , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Димитрий Коринфе , I — й  век нашей эры. Ж.-К. , друг Сенека
  • Близнец , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Диоген софист , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Дион Прюзов (40-112)
  • Гера , современник Тита и Береники
  • Hermodote , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Исидор , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Ménestratos , I — й  век нашей эры. Ж.-К.
  • Менипп Ликии , I — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Музониус Руфус , I — й  век нашей эры. AD ,

II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Агатобулус , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Cantharos Синоп , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Крискент , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Димитрий Soumion , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Демонакс Кипра (70-170)
  • Гонорат , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Oenomaus Гадары , II — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Перегрин , (100-165)
  • Секунд молчаливый , в начале II — го  века нашей эры. Ж.-К.

III — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Антиох Киликии , 215 г. н.э. Ж.-К.
  • Тимарх Александрия , вторая половина III — го  века нашей эры. Ж.-К.

IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Milkweed , современник императора Julian второй половины IV — го  века нашей эры. AD ,
  • Chytron современник императора Юлиана, во второй половине IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Клеомен Константинополя , IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Гераклей , современник Жюльена
  • Хорус , IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Ификл Эпира , современник императора Юлиана
  • Maxime Герона Александрийского , IV — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Сериан , современник императора Юлиана
  • Besas , IV — го  века нашей эры. Ж.-К.

V — го  века нашей эры. Ж.-К.
  • Саллюстия Емеса, V — го  века нашей эры. Ж.-К.

В наше время смысл

В современном понимании цинизм — это установка или состояние ума, характеризующееся низким доверием к мотивам или очевидным оправданиям других либо отсутствием веры или надежды на человечество. Иногда это воспринимается как форма усталости, но также как форма критики или реалистичного скептицизма .

Примечания и ссылки

  1. ↑ «Антисфен был у истоков циничной философии, названной так потому, что он преподавал в гимназии Cynosarge  » (информация предоставлена Судой ). Тем не менее Дж. Молес и Дж. Джаннантони считают, что он оказал влияние только на Диогена (Goulet-Caze & Goulet, 1993, p. 263).
  2. ↑ Диоген Лаэрс , Жития, учения и высказывания выдающихся философов , книга VI, «Антисфен», §4.
  3. ↑ Люсьен де Самосате 2015 , стр.  204
  4. ↑ Люсьен де Самосате 2015 , стр.  796, примечание 8.
  5. ↑ ( Диоген Лаэрс , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , Книга VI, «Диоген», §14)
  6. ↑ Мишель Онфрей , Cynismes  : «Истинное богатство — это самодостаточность, потому что у нас нет богатства, поскольку оно владеет нами. »( Стр.  138 )
  7. Мы спросили его, какую пользу он получил от философии, он ответил: «По крайней мере, от способности переносить все невзгоды». «( Диоген Лаэрс , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI,» Диоген «, §35)
  8. ↑ «Увидев однажды маленького мальчика, пьющего из руки, он взял чашу, которая была в его сумке, и бросил ее, сказав:« Я побит, этот ребенок живет проще, чем я. «» ( Диоген Лаэрсе , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI, «Диоген», §11)
  9. ↑ Диоген Лаэрсе , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI, «Диоген», §37
  10. ↑ Диоген Лаэрс , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI, «Антисфен», (§4)
  11. ↑ «Поэтому они думают, что необходимо подавить физику и логику , в согласии с этим с Аристоном Хиосским , и быть привязанным только к морали  » Диоген Лаэрсе , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , Книга VI , «Менедема» (§3)
  12. ↑ «Единственная истинная конституция — это то, что управляет вселенной» , Диоген Лаэрс , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI, «Диоген», §41.
  13. ↑ «Однажды его раскритиковали за то, что он ел посреди заведения. «Разве я не голодал на площади? Он ответил. » Диоген Лаэрс , Жизнь, доктрины и высказывания выдающихся философов , книга VI,» Диоген «, §28.
  14. ↑ «Мудрец живет не по законам своей страны, но по добродетели» Диоген Лаэрсе , Жизни, доктрины и высказывания выдающихся философов [ подробности изданий ] ( читать онлайн ) книга VI, «Антисфен», §4.

Библиография

  • Эмиль Шамбри, Эмилин Маркиз, Ален Бийо и Доминик Густ ( перевод  с древнегреческого Эмиля Шамбри), Люсьен де Самосат  : Полное собрание сочинений , Париж, Издания Роберта Лаффона , сб.  «Книги»,, 1248  с. ( ISBN  978-2-221-10902-1 ) , «Ла Саль».  

Исследования древнего цинизма

(в алфавитном порядке)

  • А. Бранкаччи, Антистен: собственно дискурс , колл. «Традиция классической мысли», Париж, Врин, 2005 [пер. работы, опубликованной на итальянском языке под названием Oikeios logos: la filosofia del linguaggio di Antistene , колл. «Эленчос», Неаполь, Библиополис, 1990].
  • Андре Конт-Спонвиль , Ценность и правда: циничные исследования , сб. «Критические перспективы», Париж, PUF, 1995.
  • Д. Делель и Г. Ромби (пер.), Греческие циники: письма Диогена и Крате , колл. «Вавилон», Арль, Actes sud, 1998.
  • Диоген Лаэрсе , Жизни и учения выдающихся философов , trad. под реж. М.-О. Гуле-Казе, сб. «La pochothèque», Париж, Librairie générale française, 1999 [книга VI посвящена циникам].
  • Ж. Фонтаниль, «Цинизм: от чувствительности к смеху», в « Юморесках» , «Европейский юмор», Парижский университет VII, 1993.
  • П.П. Фуэнтес Гонсалес, Les diatribes de Télès , прив. М.-О. Гуле-Казе, сб. «История учений классической античности», Париж, Врин, 1998 [включает трад. на французском и испанском языках и обширный комментарий сохранившихся фрагментов на французском языке].
  • Дж. Джаннантони (ред.), Socratis and Socraticorum reliquiae , колл. Elenchos , Napoli, Bibliopolis, 1990, 4 т. [текст циничных авторов (на греческом или латинском) в т. н. II, стр.  135-589  ; комментарий на итальянском языке в t. IV, стр.  195-583 (примечания 21-55)].
  • Р. Гуле (реж.), Словарь древних философов , Париж, CNRS Éditions, 1989- [замечания, касающиеся циников, в основном принадлежат М.-О. Гуле-Казе. Примечание на стр.  917-996 т. II (1994), очень документированное приложение к книге Мари-Франсуаза Билло: Le Cynosarges: история, мифы и археология ].
  • М.-О. Гуле-Казе, L’ascèse cynique: комментарий Диогена Лаэрса VI 70-71 , сб. «История доктрин классической античности», Париж, Врин, 1986 [перепечатано с исправлениями и дополнениями в 2001 году].
  • М.-О. Гуле-Казе и Р. Гуле (ред.), Старый цинизм и его расширения: материалы международного коллоквиума CNRS, Париж, 22-25 июля 1991 г. , Париж, PUF, 1993.
  • М.-О. Гуле-Казе, Les kynika du stoïcisme , колл. «Гермес-Айнцельшрифтен», Штутгарт, Штайнер, 2003 г.
  • М.-О. Гуле- Казе , Цинизм и христианство в древности , сб. Тексты и традиции, Vrin, 2014 [разработанная и обновленная версия статьи Kynismos, опубликованной автором в Reallexikon für Antike und Christentum , Stuttgart, Hiersemann, t. XXII, 2008, цв. 631-687].
  • И. Гулиермина, Диоген Лаэрс и цинизм , сб. «Старая философия», Лилль, Presses Universitaires du Septentrion, 2006.
  • Х. Летьерри (реж.), Диоген, кличка собаки! , Журнал чернила Правонарушения н о  3, 2013, 2 — е изд. 2016, Сен-Жан-де-Мовре, Éditions du Petit Pavé.
  • Мишель Онфрэ , Цинизм: портрет философа en chien , колл. «Фигуры», Париж, Грассе, 1990.
  • Л. Паке (ред.), Греческие циники: фрагменты и свидетельства , новое изд. переработано, исправлено и дополнено, кол. «Философия» Оттавского университета, издательство Оттавы, 1988 [ 1- е изд. в 1975 году. Перепечатано в карманном формате с прив. М.-О. Гуле-Казе в колл. «Классики философии», Париж, Генеральная библиотека Франции, 1992].
  • Р. Пьетра, Женщины-философы греко-римской античности , сб. «Философская увертюра», Париж, L’Harmattan, 1997.
  • Оливье Верден , «Греческие циники», «Республика писем» , 30 марта 2008 г.

Развитие и влияние цинизма

  • Жак Буверес , Рациональность и цинизм , сб. «Критика», Париж, Éditions de Minuit, 1985.
  • Эстебан Капуза , Chômologie Portable или Словарь социального цинизма , Le Kremlin-Bicêtre, Les Points sur les i, 2005.
  • Мишель Клеман, Цинизм в эпоху Возрождения: от Эразма до Монтеня , сб. «Cahiers d’Humanisme et Renaissance» Женева, Droz, 2005 [в приложении: Les Epistres de Diogenes, философский циник , изд. Французский 1546 г., перевод с греческого на французский Луа дю Пюи].
  • Эдуард Дельруэль , Метаморфоза предмета: философская этика Сократа до Фуко , сб. «Философская точка зрения», Брюссель, De Boeck, 2004.
  • Андре Жид , Les Faux-monnayeurs , Париж, Галлимар, 1925.
  • Владимир Янкелевич , L’ironie , колл. «Новая научная библиотека», Париж, Фламмарион, 1964 [впервые появилась в 1950 г. в сб. ОФП «Библиотека современной философии» под названием « L’ironie ou La bonne caution»  ; речь шла о переработке работы, опубликованной в 1936 г.].
  • Владимир Янкелевич, Трактат о добродетелях. 1, Серьезность намерения , новое изд. полностью переработана и значительно увеличена, колл. «Высшее образование», Париж, Борда Мутон, 1968. [ 1- е изд. : 1949. Перепечатка: сб. «Champs», Фламмарион, 1983].
  • Жан-Поль Жуари и Арно Спир , Сервитуты и величие цинизма: невозможность принципов и невозможность обойтись без них , колл. «Шантье», Сен-Лоран (Квебек), Fides & Paris, Desclée de Brouwer, 1997.
  • Мишель Ле Дёфф, Этюд и прялка. 1. Женщины, философия и т. Д. , Paris, Le Seuil, 1989 [новое изд. в 2008г. том)) II не появился].
  • Жан-Франсуа Louette перо Dogs: цинизм во французской литературе XX — го  века , Coll. «Языки», Шен-Бур, Ла Баконьер , 2011.
  • Питер Слотердейк , Критика циничного разума , trad. Х. Хильденбранд, Париж, Бургуа, 1987 [немецкий оригинал: Zur Kritik der zynischen Vernunft , Франкфурт-на-Майне, Suhrkamp, ​​1983].

Смотрите также

Статьи по Теме

  • Греческая и римская философия
  • Мизантропия
  • Добровольная простота

Внешние ссылки

  • Диоген Лаэрсе , Жития, доктрины и высказывания выдающихся философов [ подробности изданий ] ( читать онлайн )
  • http://gromeck. chez-alice.fr/cyniques/1c.htm очень полный список отрывков и циничных свидетельств
  • Справочники древних философских ресурсов:
    • Bibliotheca Classica Selecta
    • CNRS
    • Remacle
    • Академический сайт Тулузы

Сократическая философия

Учредители Сократ  • Платон  • Ксенофонт  • Аристотель
Циничная школа Антисфен  • Диоген Синопский  • Моним  • Онесикрит  • Ящики в Фивах  • Гиппархия  • Метрокл  • Менипп Синопский  • Менедем Циник  • Бион из Борисфена  • Церкида
Киренаическая школа Аристипп из Кирены  • Арета из Кирены  • Аристипп Младший  • Птолемей из Эфиопии  • Антипатрос из Кирены  • Феодор Атеист  • Гегесиас из Кирены
Мегарская школа Евклид из Мегары  • Диодор Кронос  • Ичтиас  • Pasicles  • Фрасимах Коринфа  • Clinomaque  • Eubulid  • Стилпон Мегары  • Аполлоний Кронос  • Euphante  • Брайсон Ахайи  • Alexinos
Школа Элиды Федон из Элиды  • Менедем из Эретрии

Школы античной философии

Досократическая философия Ионическое школа  · Школа милетской  · Школа Ephesian  · Школа Пифагора  · Школа элеатов  · Раздробленность  · Sophistique
Сократическая философия Сократ  · Академия  · Платонизм  · Средняя школа  · Перипатетическая школа  · Цинизм  · Киренаика  · Мегарская школа  · Эретрийская школа
Эллинистическая философия Аристотелизм  · Эпикуреизм  · Неоплатонизм  · Скептицизм  · Стоицизм

Этика и моральная философия

Дисциплины Аксиология  · Биоэтика  · Философия действия  · Практическая философия  · Метаэтика  · Мораль  · Прикладная этика  · Описательная этика  · Нормативная этика
Концепции Моральный абсолютизм  · Абсолютистская  градация · Акразия  · Действие  · Атараксия  · Автономия и гетерономия  · Добро и зло  · Счастье  · Моральная совесть  · Судьба  · Достоинство  · Дилемма  · Право и долг  · Права человека  · Правосудие  · Категорический императив  · Справедливость  · Свобода и свобода воли  · Моральный закон  · Естественный закон  · Нравы  · Средства для достижения цели  · Норма  · Уважение  · Ответственность  · Ценности  · Добродетель и порок  · Воля
Доктрины и течения Альтруизм  · Индивидуалистический анархизм  · Анимализм  · Казуистика  · Консеквенциализм  · Контрактизм  · Цинизм  · Этика  · Эгоизм  · обсуждение этики  · Этика окружающей среды  · Интуиционистская этика  · Минимальная этика  · Этика заботы  · Под этикой  · эвдемонизм  · Фатализм  · Гедонизм  · Индивидуализм  · Нигилизм  · Перфекционизм  · Моральный реализм  · Ригоризм  · Стоицизм  · Теория божественного повеления  · Универсализм  · Утилитаризм

<img src=»//fr. wikipedia.org/wiki/Special:CentralAutoLogin/start?type=1×1″ alt=»» title=»»>

Павел Казарин: Религия подозрительных

Рубрика «Мнение», специально для Крым.Реалии

Что общего может быть у кремлевского пропагандиста, европейского популиста и, скажем, украинского коррупционера? Правильный ответ – цинизм.

Бертран Рассел писал о том, что циники не способны верить в то, что им говорят, потому что не способны верить во что-либо. С Нобелевским лауреатом трудно спорить: цинизм как концепция отрицает высшие мотивы у человека. Циники берут в расчет лишь худшие человеческие качества – и от них же отталкиваются при анализе чужого поведения.

Новости без блокировки и цензуры! Установить приложение Крым.Реалии для iOS і Android.

Циники повсеместны. Это они рассказывают в эфире российского телевидения о коварном Западе и его планах по уничтожению России. Твердят об «экстремистах-крымских татарах» и очередном «предотвращенном теракте» в оккупированном Крыму. Кричат о коварстве «иностранных агентов», вся вина которых лишь в том, что они пытаются не петь в общем хоре.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:

Павел Казарин: Россия перерождается

Российские циники не одиноки. В Европе им вторят все те, кто живет по принципу «своя рубашка ближе к телу». Те, кто не верят в синергию и сотрудничество. Они склонны объединяться не во имя идеалов, а вопреки им. И раз за разом предлагают отказаться от единых правил ради сиюминутных.

Украинские циники рассказывают нам о «внешнем управлении»

Впрочем, в Украине это мировоззрение давно снискало себе благодарную паству. Украинские циники рассказывают нам о «внешнем управлении». Протестуют против кадровых конкурсов с иностранцами в жюри. Сеют неверие и твердят о том, что «все одинаковые». Им выгодно жить в таком мире, потому что его описание ничуть не противоречит их идеалам. Малейшее подозрение, что список мотивов человека не исчерпывается стяжательством, обречет их на ощущение собственной неполноценности, а потому они старательно гонят любые мысли о подобном.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:

Павел Казарин: Коты в мешках

Цинизм очень хорошо продается. Потому что он нормирует своего носителя. Объявляет его точкой отсчета и фундаментом. Циник предлагает своей пастве безделие. Говорит о том, что они – носители финальной редакции истины. «Никто не лучше» – а потому нет смысла становиться лучше. «Все одинаковые» – а потому можешь оставаться таким же, как сейчас.

Циник судит мир по себе – а потому живет в реальности, где все хотят его обмануть

Цинизм прямо противоположен прогрессу. Философия собственного желудка не предусматривает сотрудничества, а циники редко готовы наделять окружающих сложными мотивами. Но наш мир становился дружелюбнее лишь благодаря тем, кто готов был разглядеть в соседе лучшее. Циники не создавали коллективный комфорт – они всего лишь пытаются на нем паразитировать.

Цинизм очень хорошо покупается. Потому что его носителю не нужно подозревать себя в этической неполноценности. Не придется думать о том, что другие могут быть сложнее и порядочнее. Циник судит мир по себе – а потому живет в реальности, где все хотят его обмануть. Он постоянно настороже – потому что в идеалистах видит лицемеров, а в альтруистах – безумцев.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:

Павел Казарин: Москва и мир

Цинизм – это религия подозрительных. Глупых, косных и ограниченных. Проблема в том, что все эти качества не позволяют своему носителю создавать сложное. Будущее строится на сотрудничестве. Успех – на доверии. В тот момент, когда мы перестали верить в безальтернативность игры с нулевой суммой, у человечества появился шанс.

Современная Россия не устает твердить о том, что ложь и обман – это альфа и омега мирового устройства

Восемь лет назад Украине объявило войну государство, которое водрузило цинизм на свои державные знамена. Современная Россия не устает твердить о том, что ложь и обман – это альфа и омега мирового устройства. Убеждает себя в том, что не нарушает никаких правил, а лишь ведет себя наравне с остальными. А потому любые упреки по поводу собственного поведения Москва парирует формулой «сам дурак».

Но в том и штука, что противостояние циникам отнюдь не должно обрекать нас на встречный цинизм. Хотя бы потому, что это качество напрямую угрожает жизнеспособности общества. В тот момент, когда цинизм зашкаливает, общество распадается, перестает реагировать на раздражители, а потрясения любого масштаба не вызывают в нем никакого коллективного чувства: ни скорби, ни единения, ни солидарности. И в этот момент с этим обществом можно делать все что угодно.

Впрочем, украинские торговцы цинизмом вряд ли думают о сложном. Вероятно, они всего лишь стоят на страже концепции «Техас должны грабить техасцы». Но в том и штука, что в этот момент они защищают свое персональное будущее ценой нашего коллективного. И чем больше они пытаются самих себя обезопасить – рассказывая всем нам о том, что в мире нет ничего сложнее пищеварения – тем выше риск, что усталость и апатия в Украине возьмут верх.

А теперь убедите меня в том, что этический дефолт никак не связан с проигрышем в войне.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ:

«Крымское пространство занято «русским миром»

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции​

Философия за 5 минут: что придумал основатель цинизма Диоген

Философия цинизма оказала огромное влияние на человеческую культуру. Она стала предтечей стоиков и современной сатиры. В ее основе — любовь к природе и отрицание морали. Этому учил Диоген — основоположник философской школы киников (или, по-нашему, циников).

Цинизм у нас вызывает только негативный окрас – это пренебрежение нормами морали. Циники – люди, которые делают все для достижения своих эгоистичных целей. Но ведь философия циников учила совсем другому! Давайте разбираться.

На днях встретился со своим давним приятелем и как-то в разговоре всплыло имя Диогена. «А, Диоген, это который жил в бочке и его собаки съели?». Вот всё, что, собственно, помнил о нем мой приятель – человек с двумя высшими образованиями и кандидат филологических наук!

И, действительно, про Диогена мало кто что помнит, а если и всплывает что-то из памяти, то в негативном ключе. Ведь Диоген – основатель философии цинизма, а циники – это плохо!

Лично мне этот философ очень симпатичен – своим нетривиальным взглядом на мир и неповторимым юмором. Попробуем восстановить справедливость. Давайте посмотрим, кем же был Диоген и что именно он придумал. Начнем с интересных фактов про жизнь и характер философа.

Диоген был сыном менялы. В Древней Греции они отвечали за обмен валют и часто сочетали это с ремеслом ювелира. Но Диогену были абсолютно неинтересны мирские экономические вопросы.

Диоген не жил в бочке! В то время бочки только изобрели, а популярны они стали только во 2-3 вв до н. э. в Древнем Риме. Жил Диоген в большом глиняном сосуде – пифосе. В таких сосудах греки хранили зерно. Это была жизненная позиция философа, чтобы быт не затягивал и не мешал предаваться размышлениям.

Диоген любил эпатировать и провоцировать публику. Он выходил на площадь и начинал философствовать, но его никто не слушал. Тогда он начинал привлекать внимание дикими криками. На крики сбегалась аудитория и его начинали слушать. Тогда Диоген начинал их оскорблять, говоря, что только такая чепуха и крики им интересны, а мудрые мысли – нет.

Диоген нарушал общепринятые нормы морали и этикета. Но это было частью его философии, о чем подробнее поговорим в следующей главе.

Однажды Александр Македонский приехал в гости к Диогену. Слава о философе-панке с парадоксальным взглядом на мир гремела на всю Грецию. Македонский пообщался с Диогеном, удивился его логике и сказал: «Проси у меня, что хочешь!». На что Диоген ответил свое знаменитое: «Отойди, ты заслоняешь мне солнце!».

Все эти странности и эпатаж были глубоко продуманы. Они были в русле философии Диогена и должны привлечь внимание к важным вопросам человеческого бытия. Итак, давайте посмотрим на основы философии киников.

Три идеи философии Диогена

Все эпатажные поступки Диогена напрямую связаны с его философией. Давайте разберем их подробнее.

Люди созданы равными.  Все проблемы в человеческом обществе – из-за иерархии и желании власти одних над другими. Жажда власти и богатства пробуждает в людях все самое плохое. Без этого люди бы мыслили и поступали логично и заботясь друг о друге.

Именно поэтому Диоген не трепетал перед Александром Македонским и другими царственными особами. При этом сам, спокойно, на равных, мог пообщаться с любым крестьянином или нищим.

Главное в этом мире — не богатство и статус, а человек и его внутренний мир, уверен Диоген.

Следовать природе. Диоген называл это «жить подобно собаке». Не самая, конечно, привлекательная ассоциация. Но киники считали, что жить нужно подобно животным. И радоваться жизни, быть благодарным природе и окружающим. И не нужно придумывать новые сложные сущности.

Поэтому надо презирать условности, которые выдумали люди и, тем самым, усложнили себе жизнь. А добродетели — это простота, храбрость и верность!

Естественность. Зачем нам столько золота, роскоши, мебели? Человеку для спокойной и свободной жизни нужно совсем чуть-чуть! И пища полезна простая, а от изысканных блюд — болезни и вредные привычки. Тут и не поспоришь — человечество своей любовью к чревоугодию само загнало себя в тупик. А ожирение стало одной из главных угроз для здоровья человека.

Ну что ж, теперь вы, надеюсь, поняли, что не так уж плохи циники. Равноправие, естественность и природная простота — вот главные столпы этой философии. Но люди часто склонны запоминать плохое и эпатажное. Поэтому и до нас они дошли совсем в другой версии. Пренебрежение условностями и этикетом запомнились людям, а смысл, который они несли — потерян. Вот и считают сейчас циников аморальными.

Киники в целом и Диоген в частности оставили заметный след в культуре человека. Из философии киников выросло новое движение — стоицизм. По сути, стоики полностью разделяли идеи киников о братстве, но, в отличие от Диогена, уважали культуру.

Также киники задали импульс сатире. Из парадоксальных фраз Диогена в принципе сатира и юмор родились, как важная часть нашей культуры.

Циники | Интернет-энциклопедия философии

Цинизм берет свое начало в философских школах Древней Греции, претендующих на сократовское происхождение. Однако называть циников «школой» сразу же возникает проблема для такой нетрадиционной и антитеоретической группы. Их основные интересы носят этический характер, но они воспринимают этику скорее как образ жизни, чем как доктрину, нуждающуюся в объяснении. Таким образом, askēsis — греческое слово, означающее своего рода тренировку себя или практику — является фундаментальным. Циники, как и последовавшие за ними стоики, характеризуют кинический образ жизни как «кратчайший путь к добродетели» (см. Диоген Лаэртский, 9).0003 Жизнеописания выдающихся философов , книга 6, глава 104 и книга 7, глава 122). Хотя они часто предполагают, что открыли кратчайший и, может быть, вернейший путь к добродетельной жизни, но признают трудность этого пути.

Пестрота образа жизни Циников создает определенные проблемы. Триумф циника как философского и литературного персонажа усложняет обсуждение исторических личностей, что еще более усугубляется отсутствием источников. Свидетельства о киниках ограничиваются изречениями, афоризмами и древними слухами; ни один из многих текстов циников не сохранился. Традиция записывает принципы цинизма через их жизнь. Именно благодаря их практикам, самости и жизни, которую они культивировали, мы познаем конкретного циника 9.0003 Этос .

Содержание

  1. История названия
  2. Главные фигуры и родословная циников
  3. Циничная этика
    1. Жизнь в согласии с природой и против условностей
      1. Свобода и Парресия
      2. Обучение и стойкость
  4. Космополитизм
  5. Наследие Циника
  6. Ссылки и дополнительная литература

1. История названия

Происхождение имени киников kunikos , греческого слова, означающего «собачий», является предметом разногласий. Две конкурирующие истории объясняют источник имени с помощью фигуры Антисфена (которого Диоген Лаэртский неоднозначно идентифицирует как оригинального Циника), а в третьем объяснении используется фигура Диогена Синопского. Во-первых, Антисфен, как говорят, учил в Cynosarges , что является греческим словом, которое может означать «Белая собака», «Быстрая собака» или даже «Собачье мясо». Киносарги — гимнастический зал и храм афинян нотои . «Нотой» — это термин, обозначающий человека, лишенного афинского гражданства из-за того, что он родился от раба, иностранца или проститутки; можно также быть nothoi , если родители были гражданами, но не состояли в законном браке. Согласно первому объяснению, термин «циник» должен был происходить от места, где основатель движения поклонялся, упражнялся и, что наиболее важно, читал лекции. Такое происхождение вызывает подозрения, поскольку более поздние авторы могли создать эту историю по аналогии с тем, как термин «стоик» пришел из 9-го века.0003 Stoa Poikilē , в котором преподавал Зенон из Китиума. Хотя ничто бесспорно не связывает Антисфена или любого другого киника с киносаргами, Антисфен был нотосом , а храм использовался для поклонения Гераклу, высшему герою-цинику.

Второе возможное происхождение происходит от предполагаемого прозвища Антисфена Haplokuōn , слова, которое, вероятно, означает собаку «чистая и простая» и предположительно относится к его образу жизни. Хотя Антисфен был известен определенной грубостью и неотесанностью, что могло привести к такому прозвищу, более поздние авторы, включая Элиана, Эпиктета и Стобея, идентифицируют его как kuōn , или собака, его современники, такие как Платон и Ксенофонт, не называют его таковым. Этот недостаток придает некоторую достоверность представлению о том, что термин kunikos был применен к Антисфену посмертно и только после того, как на сцену вышел Диоген Синопский, более прославленный философ-собака.

Если Антисфен не был первым циником по имени, то происхождение этого названия принадлежит Диогену Синопскому, человеку, хорошо известному своим собачьим поведением. Таким образом, этот термин мог начаться как оскорбление, относящееся к стилю жизни Диогена, особенно к его склонности выполнять все свои действия публично. Бесстыдство, позволившее Диогену использовать любое пространство для любых целей, было первичным в изобретении «Диогена-собаки».

Точный источник термина «циник», однако, менее важен, чем искреннее его использование. Первые киники, наиболее отчетливо начавшие с Диогена Синопского, приняли свой титул: они лаяли на тех, кто им не нравился, пренебрегали афинским этикетом и жили природой. Другими словами, то, что могло возникнуть как пренебрежительный ярлык, стало обозначением философского призвания.

Наконец, поскольку цинизм обозначает образ жизни, неверно приравнивать цинизм к другим школам того времени. У циников не было определенного места, где они встречались и беседовали, например, в саду, лицее или академии; для Диогена и Кратеса улицы Афин служат местом как для их обучения, так и для их обучения. Более того, циники пренебрегают и очень часто высмеивают спекулятивную философию. Особенно резко они критикуют догматическую мысль, теории, которые они считают бесполезными, и метафизические сущности.

2. Главные фигуры и родословная циников

Главные фигуры кинизма образуют центральные точки в родословной, восходящей к Антисфену, товарищу Сократа и главному собеседнику в сократовских диалогах Ксенофонта (см. , в частности, его Memorabilia и Symposium ), через своего ученика Диогена Синопского к ученику Диогена Кратесу, а от Кратеса — к Гиппархии Маронейской, первой известной женщине-кинику-философу, и к Зенону Китионскому, основателю стоицизма.

Некоторые другие среди наиболее известных циников включают Метрокла из Маронеи, брата Гиппархии и ученика Кратеса, Мениппа, Демонакса Кипра, Биона Борисфена и Телеса. Мыслители, находящиеся под сильным влиянием киников, включают Зенона из Кития, Клеанфа из Ассоса, Аристо из Хиоса, Мусония Руфа, Эпиктета, Диона Златоуста и императора Юлиана.

Школы Сократа, как правило, ведут свое происхождение непосредственно от Сократа, и киники не являются исключением. Таким образом, историческая достоверность этой наследственности сомнительна. Тем не менее он точно отслеживает своего рода интеллектуальную передачу, которая начинается с Антисфена и передается Диогену, Кратесу и Зенону. Циники, похоже, дожили до третьего века нашей эры; две речи Юлиана 361 г. н. э. унижают циников его времени за отсутствие аскетизма и стойкости «настоящих» киников. Как «школа» мысли цинизм заканчивается в шестом веке нашей эры, но его наследие сохраняется как в философии, так и в литературе.

3. Этика циников

Прежде всего для понимания кинической концепции этики является то, что добродетель — это жизнь, живущая в согласии с природой. Природа предлагает яснейшее указание, как жить хорошей жизнью, которая характеризуется разумом, самодостаточностью и свободой. Однако социальные условности могут мешать хорошей жизни, ставя под угрозу свободу и устанавливая кодекс поведения, противоречащий природе и разуму. Соглашения по своей сути не плохи; однако для Циника условности часто абсурдны и достойны насмешек. Циники высмеивают внимание, уделяемое Олимпийским играм, «крупным ворам», управляющим храмами и похищающим «маленьких воров», которые воруют у них, политикам и философам, посещающим их дворы, моде и молитвам за такие вещи, как слава и богатство.

Только после того, как человек освободился от ограничений, препятствующих этической жизни, можно сказать, что он действительно свободен. Таким образом, циники защищают askēsis , или практику, а не теорию как средство освободиться от условностей, способствовать самодостаточности и жить в согласии с природой. Такой askēsis приводит Циника к жизни в нищете, к лишениям и тяжелому труду и позволяет Цинику свободно говорить о глупом и часто порочном образе жизни его или ее современников. Циники последовательно подрывают самые священные принципы афинской культуры, но делают это ради замены их принципами, согласующимися с разумом, природой и добродетелью.

а. Жизнь в согласии с природой и противоположные условности

Хотя императив жить в согласии с природой правильно ассоциируется со стоицизмом, стоики следуют примеру киников. Диоген Синопский горячо отвергает nomos , или условность, показывая произвольный и часто забавный характер афинских социальных, религиозных и политических нравов и попирая авторитет религиозных и политических лидеров. В основе этого лежит переопределение того, что достойно стыда. Тело Диогена беспорядочно, это источник великого стыда у афинян и вместилище принципа бесстыдства у киников.

Диоген использует свое тело, чтобы разрушить традиционную ассоциацию приличия с добром. Он нарушает этикет, публично выполняя действия, которые афинянин обычно выполняет наедине. Например, он ест, пьет и мастурбирует на рынке и высмеивает чувство стыда, когда чье-то тело непослушное или неуклюжее. Это не значит, однако, что нет ничего, за что человек должен испытывать стыд. Например, в «Жизнеописаниях выдающихся философов» находим такой анекдот: «Увидев дурака, настраивающего гусли, «не совестно ли тебе, — сказал он, — давать этому дереву созвучные звуки, а душу свою не созвучишь с твоей жизнью?» Тому, кто протестовал: «Я не годен для изучения философии», Диоген сказал: «Зачем тогда жить, если ты не хочешь жить хорошо?» (Диоген Лаэртский, книга 6, глава 65; Р. Д. Хикс) перевод изменен для этой статьи. )

Как предполагает переоценка стыда Диогеном, циники не являются релятивистами. Природа заменяет условность в качестве стандарта для суждения. Циники верят, что хорошо жить можно благодаря природе, а не традиционным средствам, таким как этикет или религия. Читается, что Диоген Синопский «упрекал людей вообще в отношении их молитв, заявляя, что они просят о том, что им кажется хорошим, а не о том, что действительно хорошо» (Диоген Лаэртский, 9).0003 Жизнеописания выдающихся философов , Книга 6, Глава 43). Это схватывает суть цинического представления о жизни в согласии с природой и вопреки условностям. Молитва о богатстве, славе или любых других атрибутах условности заставляет человека думать, что это хорошо, — это ошибочное предприятие. Жизнь, данная природой, полна советов, как прожить ее лучше всего; но люди заблуждаются, стыдясь мелочей и стремясь к предметам, которые не важны. Следовательно, их свобода ограничена условностью.

и. Свобода и Парресия

Циники явно отдают предпочтение свободе, но не только в личном смысле как своего рода негативной свободе. Вместо этого свобода отстаивается в трех родственных формах: eleutheria , свобода или свобода, autarkeia , самодостаточность, и parrēsia , свобода слова или откровенность. Их концепция свободы имеет некоторые общие аспекты с другими древними школами; понятие автономии, вытекающее из императива господства разума над страстями, встречается в этике многих классических и эллинистических мыслителей. Однако специфически циническое чувство свободы проявляется в парресия .

Элементом parrēsia, , который можно упустить из виду, когда он определяется как свободная или откровенная речь, является риск, который сопровождает такую ​​свободную и откровенную речь. Легендарные примеры бесстрашной свободы слова киника встречаются в диалогах Диогена Синопского с Александром Македонским. Одним из таких примеров является следующий: «Когда он загорал в Краниуме, подошел Александр, встал над ним и сказал: «Проси у меня любую милость, какую пожелаешь», на что он ответил: «Отойди от моего света»» ( Диоген Лаэртский, 9 лет0003 Жизнеописания выдающихся философов , Книга 6, Глава 28). В другом месте Александр объявляет о своем звании Диогену Синопскому, говоря: «Я — царь Александр Великий». Диоген отвечает своим рангом: «Я Диоген Циник», то есть «Диоген Пес» (Диоген Лаэртский, Жизнеописания выдающихся философов , книга 6, глава 60).

Приведенные выше примеры демонстрируют уникальное сочетание юмора, бесстрашной правды и политической подрывной деятельности, которое отличает образ жизни циников. За некоторыми примечательными исключениями, философов древности можно встретить в то или иное время в обществе правителей (Платон, Эсхин и Аристипп — все они присутствовали при дворе Дионисия, Ксенофонт тесно связан с Киром, Аристотель — с македонской правящей семьей). , и так далее). Однако циники считали обязательным избегать таких контактов. Циники стремятся к самодостаточности и силе, ни то, ни другое невозможно сохранить, если вступить в обычную политическую игру. Жизнь обедневшего, но добродетельного и самодостаточного философа предпочтительнее жизни избалованного придворного философа.

Диоген Лаэртский пишет, что «Платон увидел [Диогена Синопского] моющего салат, подошел к нему и тихо сказал ему: «Если бы ты ухаживал за Дионисием, ты бы сейчас не мыл салат», и [Диоген] с таким же спокойствием ответил: «Если бы ты мыл салаты, ты бы не ухаживал за Дионисием» ( Жития выдающихся философов , книга 6, глава 58). Урок этого обмена ясен: в то время как Платон считает, что ухаживание освобождает человека от бедности, киник видит в бедности освобождение от необходимости платить суду правителю. Это второе чувство свободы, столь настойчиво отстаиваемое циниками, включает в себя как autarkeia , или самодостаточность, и parrēsia , или свобода говорить правду: то, что при дворе никогда нельзя делать свободно. Поэтому неудивительно, что на вопрос, что является «самой прекрасной вещью в мире», Диоген ответил: « Парресия. » (Диоген Лаэртский, Жития выдающихся философов , книга 6, глава 69.)

ii. Тренировка и стойкость

Чтобы жить жизнью Циника, нужно было привыкнуть к различным физическим трудностям, связанным с такой свободой. Это требовало, таким образом, жизни постоянного обучения, или аскесис . Термин askēsis , определенный выше как своего рода тренировка себя, но который также означает «упражнение» или «практика», заимствован из спортивной тренировки. Вместо того, чтобы тренировать тело ради победы на Олимпийских играх, на поле боя или для общего здоровья, Циник тренирует тело ради души.

Примеров обучения циников множество: Антисфен восхвалял тяжелый труд и лишения как добро; Диоген Синопский ходил босиком по снегу, обнимал холодные статуи и катался по обжигающему летнему песку в своем пифос ; Кратес избавился от своего значительного богатства, чтобы стать циником. Возможность жить без каких-либо товаров, которые обычно ошибочно принимают за предметы первой необходимости, освобождает и приносит пользу. Однако это также и трудный урок: «[Диоген Синопский] говорил, что он последовал примеру наставников хора; ибо они тоже ставят ноту немного выше, чтобы гарантировать, что остальные попадают в правильную ноту» (Диоген Лаэртский, книга 6, глава 35).

4. Космополитизм

Киникам не всегда доверяют, когда дело доходит до понятия космополитизма, поскольку происхождение этого термина иногда приписывают стоицизму. Более того, когда его приписывают цинизму, его часто характеризуют как отрицательный принцип, который обретает содержание только после того, как переносится в доктрину стоиков (см. обсуждение «цинического космополитизма» Джона Л. Моулза в The Cynics ). Однако космополитизм можно полностью понять в его киническом контексте, если рассматривать его как нечто большее, чем оксюморон или содержательную реплику: «На вопрос, откуда он пришел, [Диоген Синопский] сказал: «Я гражданин мира [9].0003 kosmopolitēs ]’» (Диоген Лаэртский, книга 6, глава 63). В этой последней цитате Диоген отвечает на вопрос, призывающий его указать свое происхождение, с помощью того, что кажется неологизмом. Быть politēs значит принадлежать к полису , быть членом определенного общества со всеми преимуществами и обязательствами, которые влечет за собой такое членство. Не отвечая ожидаемым «синопом», Диоген отказывается от своего долга перед синопцами, а также от своего права на их помощь. Важно отметить, что Диоген не говорит, что ему 9 лет.0003 аполис , то есть без полис ; он заявляет о своей верности космосу или вселенной.

Таким образом, циники представили понятие гражданства в новом свете. Для мужчины-грека классического и эллинистического периода гражданство имело первостепенное значение. Ограничения на гражданство сделали его привилегией, и эти исключения для циника абсурдны. При космополитизме циник бросает вызов гражданской принадлежности немногих, открывая привилегию всем. Точно так же ценилась общая национальная принадлежность, и поэтому космополитический ответ Диогена также является отказом от ограничений такого взгляда.

Наконец, космополитизм пересматривает традиционную концепцию политических обязанностей личности. Таким образом, Циник свободен жить в соответствии с природой, а не в соответствии с законами и условностями полиса . Традиционный полис не просто отбраковывается, а заменяется. Это имеет важные этические связи с идеей жизни в согласии с природой и может также рассматриваться как важный предшественник стоического понимания physis 9.0004, или природа, как идентичная космосу, или вселенной.

5. Наследие киников

Первое и самое непосредственное влияние киников приходится на основание стоицизма. Одна история, сохранившаяся у Диогена Лаэртского, повествует о Зеноне из Китиона, который читал экземпляр « Memorabilia » Ксенофонта в книжном магазине во время кораблекрушения в Афинах. Он так увлекся фигурой Сократа, что спросил у продавца книг, где найти такого человека. Как раз в этот момент мимо проходил Крейтес, и продавец указал на него, как на того, за кем следует следовать.

Хотя это, как и многие рассказы Диогена Лаэртского, может показаться слишком подходящим, чтобы быть исторически точным, оно сохраняет способ, которым основные принципы стоицизма возникают из цинизма. Примат этики, достаточность добродетели для счастья, культивирование безразличия к внешним делам, определение добродетели как жизни в согласии с природой и важность, придаваемая аскезе , — все это указывает на общую территорию между циниками и стоики. В самом деле, когда различные мыслители-стоики перечисляют горстку мудрецов-стоиков, киники и особенно Диоген Синопский обычно входят в их число. Эпиктет, в частности, поддерживает циникскую позицию, но предостерегает от легкомысленного отношения к чему-то настолько сложному (см. 9).0003 Беседы 3.22).

В политической философии киников можно рассматривать как создателей анархизма. Поскольку люди рациональны и способны руководствоваться природой, из этого следует, что люди мало нуждаются в правовых кодексах или политической принадлежности. В самом деле, политические объединения порой требуют от человека порочности во имя полиса . Таким образом, космополитизм Диогена представляет собой первое предположение о том, что человеческая принадлежность должна относиться к человечеству, а не к одному государству.

Влияние цинизма также ощущается в христианской, средневековой и ренессансной мысли, хотя и не без значительной доли амбивалентности. Христианские авторы, например, хвалят циников за их самодисциплину, независимость и нищенский образ жизни, но порицают непристойные аспекты бесстыдства циников.

Наконец, клеймо циника встречается во всех текстах литературы и философии. У менипповой сатиры есть явный долг, и Диоген Синопский, в частности, появляется как персонаж в литературных и философских контекстах; Данте, например, помещает Диогена с другими добродетельными, но языческими философами на первый уровень ада, а Ницше особенно любит как Диогена, так и киник. Один яркий пример содержится в статье 125 статьи 9.0003 Веселая наука . Здесь Ницше ссылается на анекдот, в котором Диоген ищет человека с зажженной лампой при дневном свете (D.L. 6.41). В своей интерпретации Ницше рассказывает историю о сумасшедшем, который ясным утром вышел на рыночную площадь с зажженной лампой в поисках Бога. Это тот самый сумасшедший, который объявляет, что Бог мертв.

6. Ссылки и дополнительная литература

  • Биллербек, Маргарет. Die Kyniker in der modernen Forschung . Амстердам: BR Грюнер, 19 лет91.
  • Бранхам, Брахт и Мари-Одиль Гуле-Казе, ред. Циники: движение циников в древности и его наследие . Беркли: University of California Press, 1996.
  • .
  • Дадли, Д. Р. История цинизма от Диогена до 6 века нашей эры Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1937.
  • Эпиктет. Беседы в изложении Арриана . Транс. В. А. Олдфатер. Кембридж: Издательство Гарвардского университета, 1928.
  • .
  • Гуле-Казе, Мари-Одиль. L’Ascèse cynique: Un commentaire de Diogene Laërce VI 70-71 , Deuxième édition. Париж: Libraire Philosophique J. VRIN, 2001.
  • .
  • Гуле-Казе, Мари-Одиль и Ришар Гуле, ред. Le Cynisme ancien et ses продления . Париж: Presses Universitaires de France, 1993.
  • .
  • Хок, Р.Ф. «Симон Сапожник как идеальный циник», в греческих, римских и византийских исследованиях , 17 (1976).
  • Диоген Лаэртский. Жизнеописания выдающихся философов Том. I-II . Транс. Р. Д. Хикс. Кембридж: Издательство Гарвардского университета, 1979.
  • .
  • Лонг, А.А. и Дэвид Н. Седли, ред. Эллинистические философы, том 1 и том 2 . Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1987.
  • .
  • Малерб, Авраам Дж., изд. и транс. Послания киников . Миссула, Монтана: Scholars Press, 1977.
  • .
  • Навиа, Луис Э. Диоген Синопский: Человек в ванне . Вестпорт, Коннектикут: Greenwood Press, 19.90.
  • Навиа, Луис Э. Классический цинизм: критическое исследование . Вестпорт, Коннектикут: Greenwood Press, 1996.
  • .
  • Навиа, Луис Э. Антисфен Афинский . Вестпорт, Коннектикут: Greenwood Press, 2001.
  • .
  • Паке, Леонсе. Les Cyniques grecs: фрагменты и темы . Оттава: Presses de l’Universitaire d’Ottawa, 1988.
  • .
  • Слотердайк, Питер. Критика циничного разума . Транс. Майкл Элдред. Миннеаполис: Университет Миннесоты, 19.87

Информация об авторе

Джули Пиринг
Эл. Лейтон Пирт Диоген Синопский, также известный как Пес, ходил среди бела дня по Афинам «в поисках человека».

Философия киников рассматривалась как терапия, восходящая к эллинистическому периоду (после Аристотеля, зародившаяся примерно в 3 веке). Это было связано с убеждением, что повседневная жизнь лишена порядка и остро нуждается в реконфигурации. Это было связано с тем, что циники считали мир tuphos , или наполненный дымом. Они осуждали современное общество, которое «приобрело мир, но потеряло душу». Их работа будет заключаться в том, чтобы помочь человеку выйти за рамки материализма и догмы.

Хотя проявления философии киников были, безусловно, странными, а для некоторых просто безумными, образ жизни киников был тем, что Диоген считал «кратчайшим путем к счастью». Например, Диоген часто обращался к случайным людям за их образ жизни. Другие философии проповедовали всевозможные положения и правила, обещающие счастье. Философия киников не делала того же. Он не давал пустых обещаний — если вы будете работать, вы увидите результаты. Ему не нравились догмы, он на каждом шагу подвергал сомнению и нападкам справедливость и истинность таких утверждений. Те, кто придерживался этой системы верований, отличали факты от вымысла благодаря суровым тренировкам, как физическим, так и умственным.

Чтобы взять на себя это завоевание, чтобы стать философом-циником, нужно было отбросить ненужное. Именно благодаря этому редукционизму будет реализован их телос, или счастье. Это был дерзкий акт такой смелой независимости, что никогда не приходилось просить о помощи. Эти люди посвятили себя своему делу, никогда не участвуя в людях или действиях без достаточной причины, всегда ставя честь и добродетель на высший пьедестал. Серьезность этой философии была видна в их аскетическом образе жизни и отсутствии личных вещей. Известно, что такие философы питались одним вегетарианским приемом пищи в день. Неудивительно, что таких философов было очень мало. Следует также учитывать, что сама философия не была прибыльной профессией. Большинство, если не все, циники выжили за счет пожертвований денег, еды и жилья. Диоген Синопский спал в ванне, и хотя его не любили за его агрессивный стиль оскорблений в адрес проходящих мимо людей, когда его ванна достигла своего срока службы, сообщество вмешалось и заменило ее. Это лишь одна из многих историй, приписываемых Диогену Синопскому и его родственникам-киникам.

Некоторые из историй и анекдотов, рассказанных в этой статье, настолько невероятны, что возникает естественный вопрос: «Это действительно произошло?» Несмотря на историческую достоверность, в этих историях все еще есть много исторического значения. Они служат доказательством (или его отсутствия) того, как эти люди прошли свою жизнь. Читая это, вы можете потребовать от вас отказаться от скептицизма, но вы будете вознаграждены за это. Эти афоризмы и максимы — лакомые кусочки золота, демонстрирующие остроумие, юмор и беззаботный характер некоторых из наиболее доступных тем философии циников. Ниже я обсудил некоторые основные темы кинической доктрины. Пожалуйста, наслаждайтесь.

Парресия

Это первая из 3 ключевых тем кинической доктрины. Это слово переводится с греческого как «свобода слова» или «откровенность речи». Есть известная история, приписываемая Диогену Синопскому, которая показывает эту откровенность речи на деле. Пока Диоген купался на солнце за пределами Коринфа, Александр Македонский подошел и встал над ним. Когда Александр Македонский сделал это, он предложил Диогену все, что было в его силах. На это Диоген сразу же ответил: «Прочь от моего света». Парресия реализуется через этот пример снисходительности Александра Македонского, которая соответствует, а затем перехитрина прямотой и беспечностью Диогена.

Говорить то, что думаешь, это революционно. Более того, сделать это так же сложно. Циники считали этот аспект своей философии наиболее важным. Когда его спросили, что самое важное можно извлечь из философии киников, Диоген быстро назвал Парресию. Посредством этого наглого неповиновения тому, что от них ожидалось в то время, циники сделали себе имя на чести и честности, не оставив ни слова недосказанным. Это часто ставило Диогена в тупик, но следующие примеры только иллюстрируют искренность этого человека и применение его философии:

«T когда я обратился к пророку. Он сидел посередине, на нем был венок больше, чем даже у Аполлона, который изобрел искусство пророчества. Я снова вышел вперед и спросил его: «Хороший ты пророк или плохой?» Когда он сказал, что он хороший, я поднял свой посох. «Тогда скажи мне, что мне делать, ударить тебя или нет?» Он задумался на мгновение, затем сказал «нет». Но ударил я его со смехом, подняв шум в зале. — Почему шум? — спросил я. «Он оказался плохим пророком, и я ударил его». (59)

Эта история была приписана Герчером Диогену. Он также взят из этой книги, которую вы можете приобрести здесь.

Автаркея/Аскезис

Автаркея переводится как самодостаточность. Это еще одна ключевая тема Циника. Быть самодостаточным означает быть полностью независимым. Это реализовывалось днями, проведенными в расслаблении и наслаждении естественными вещами. Эти развлечения ничего не стоят и могут быть испытаны каждым. Это показывало, что киники довольствовались малым. Циникам свойственно осуждать материальные блага и имущество. Согласно многим сообщениям, у Диогена были только обветренный плащ, рюкзак и трость. Он складывал плащ вдвое, когда было холодно, и позволял ему свободно течь, когда тепло. Он использовал рюкзак, чтобы носить с собой чечевицу и другую еду, которую он собирал в дикой природе или был пожертвован. Когда он увидел, как ребенок черпает воду из реки голыми руками, он отбросил свою чашку, видя, что она ему не нужна. Он всегда уменьшал, никогда не использовал больше, чем ему нужно.

Аскезис — еще одна ключевая тема циников. Это переводится как обучение. Его можно разделить на две конкретные формы обучения. Это физическая подготовка и психологическая подготовка. Диоген Синопский часто преодолевал невероятные расстояния, например, шел босиком из Афин в Коринф. Несомненно, большую часть своей взрослой жизни он находился в отличной физической форме. Он также поддерживал себя одним вегетарианским приемом пищи в день. Что касается умственной тренировки, то циники часто писали философские работы. Философ по имени Евбул написал труд под названием 9.0003 Продажа Диогена . В этой части Евбул рассказывает о том, как Диоген был продан с аукциона в качестве раба. Когда его спросили, что мог сделать Диоген, он ответил: «Я знаю, как управлять людьми». Ксениад купил Диогена и заставил его обучать своих детей. Диоген заставил их научиться охотиться, бороться и изучать поэтов. Они вырастут и будут высоко ценить Диогена.

Здесь есть чему поучиться. Хотя Диоген якобы был рабом, почему ему поручили воспитывать чьих-то детей? Именно это обучение поставило его на лигу выше всех вокруг него. Это понятно из этого отрывка, написанного Эпиктетом:

«F ром Антисфен Диоген обрел понимание того, что никто не может на самом деле отнять у него свободу. Это помогает объяснить, как он обращался с пиратами в плену. Обращался ли он к кому-нибудь из них «хозяин»? И я не имею в виду просто слово. Меня интересуют не условия обращения, а отношение, стоящее за ними. И как он ругал пиратов за то, что они плохо заботились о своих пленниках! Когда он был на плахе, он тоже искал не хозяина, а кого-то из своих, чтобы управлять. И как он вел себя по отношению к своему новому хозяину? Он сразу же заговорил, комментируя его платье и прическу, помимо того, что советовал ему, как лучше всего воспитывать своих мальчиков. И почему бы нет? Если бы мужчина купил тренера по физкультуре, стал бы он обращаться с ним как со своим рабом или как со своим начальником в спорте? Что, если бы он должен был доктор или архитектор? В любой области, которую вы называете, будет правильно, если человек с опытом преобладает над дилетантом. Так что к тому, кто приобрел знания о делах жизни в целом, следует относиться как к лучшему». (37)

Это прекрасный пример парресии, или откровенности речи. Несмотря на ужасные обстоятельства, он стремился быть самим собой независимо от последствий. Диоген был человеком убежденным, всегда стремившимся к лучшему для себя и окружающих.

Karteria

Последней ключевой темой философии циников является Karteria, или выносливость/самоконтроль. Это один из наиболее важных аспектов философии киников, поскольку он служит краеугольным камнем всей их доктрины. Те, кто увещевал цинический образ жизни, часто получали побои и синяки — грубые на вид личности, на которых обрушивалась изрядная доля критики и оскорблений. Это не помешало им следовать тому, что они считали правильным. Многие из последователей циников не имели собственности, не имели жен (преимущественно мужчины) и ели один раз в день. Эта крайняя форма аскетизма способствует глубокому уровню выносливости. Слабонервные не могли так жить. Это расположение к жизни было действительно для сильных. Фемистий о том, как Диоген получил прозвище «Пес»:

«T Афиняне называли Диогена «Собакой», потому что он спал в поле или перед дверями, когда был в городе. Диогену понравилось это имя, потому что оно соответствовало его привычкам. Вы знаете, как Платон в «Государстве» описывает собачьи инстинкты: только по виду они со временем приучаются к дружеским, фамильярным отношениям с определенными людьми. Однако философ наделен разумом, способностью различения, превосходящей зрение. С разумом он учится различать друзей и врагов, чтобы сблизиться с первыми, прогоняя других. Его цель в сближении с друзьями состоит не в том, чтобы укусить их или обрушить на них поток оскорблений, а в том, чтобы улучшить их характер, дав им честный совет. Что касается врагов, то даже его враждебность служит тому, чтобы сделать их лучше, выявляя их недостатки, обнажая их, так сказать, с раной, открытой его укусом». (43)

В очередной раз перед нами пример откровенности Диогена. Когда его назвали собакой, что, без сомнения, имело целью дегуманизировать и высмеять, он позаботился о том, чтобы придать этому эпитету положительную окраску. Это выносливость, которая не ограничивается только телесностью. Эта склонность к непроницаемому уму, на который не могут повлиять капризы или клеветнические комментарии вокруг него. Это из отрывка, написанного Диогеном Лаэртским о Диогене Синопском:

« На обеде некоторые гости бросали ему кости, как собаке. Он отплатил им тем, что помочился на них, как это сделала бы собака». (51)

Эта умственная ловкость является причиной некоторых из самых веселых перепалок между Диогеном и его недоброжелателями.

В заключение

Надеюсь, вам понравилось читать это так же, как мне понравилось писать. Если некоторые из этих обменов мнениями показались вам забавными, я настоятельно рекомендую вам приобрести эту книгу. Было так много на выбор, и я попытался выбрать те, которые лучше всего иллюстрируют то, что я пытался сказать. Когда Эпиктета спросили, что за человек такой Диоген, он ответил так: «Сократ с отвинченным винтом». У этого эклектичного, печально известного философа можно многому научиться. Я надеюсь, что это введение вызовет у вас интерес к философии. Спасибо за чтение.

Во славу цинизма | Философия

Если и есть что-то, что делает меня циничным, так это оптимисты. Они просто слишком циничны в отношении цинизма. Если бы они только могли увидеть, что циники могут быть счастливыми, конструктивными, с ними даже весело проводить время, они могли бы кое-чему научиться.

Возможно, это потому, что мне 44 года, а это, согласно новому опросу, возраст, в котором начинает расти цинизм. Но само это исследование лишь иллюстрирует важность циничности. Циник, в конце концов, склонен подвергать сомнению мотивы людей и предполагать, что они действуют корыстно, если не доказано обратное. Что и к лучшему, поскольку оказывается, что рассматриваемое «исследование» — всего лишь еще один корпоративный пиар для продвижения бренда, чей псевдонаучный трюк я не буду вознаграждать, называя его. В очередной раз цинизм доказывает свою ценность как один из лучших способов защиты от подтасовок и манипуляций.

Мне часто кажется, что «циничный» — это ругательный термин, используемый в адрес людей, которых считают недостаточно «позитивными» те, кто считает негативность истинной причиной почти всех мировых бед. Это позволяет им легко отмести скептические сомнения, не утруждая себя проверкой их обоснованности. Таким образом, например, утечки Эдварда Сноудена о методах наблюдения ЦРУ были отклонены, поскольку они способствуют «разъедающему распространению цинизма».

В декабре 1999 года Тони Блэр назвал чрезвычайно разочаровывающий Купол Тысячелетия «триумфом уверенности над цинизмом». Все эти законные опасения по поводу расходов и бесполезности конечного результата были отвергнуты как примеры чистой преднамеренной негативности.

Более сбалансированное определение циника, любезно предоставленное авторитетным Оксфордским словарем английского языка, — это тот, кто «недоверчив или недоверчив к человеческой доброте и искренности», скептически относится к человеческим достоинствам, часто насмехается или саркастичен. Теперь, что не любить об этом?

Конечно, цинизм ни хорош, ни плох. Легко понять, насколько вы можете быть слишком циничны, но также возможно быть недостаточно циничным. В самом деле, хотя само слово теперь в значительной степени уничижительное, вы обнаружите, что почти все упиваются определенной долей цинизма. Это жизненная сила сатирической комедии таких исполнителей, как Ян Хислоп, Марк Стил и Джереми Харди. Великие вымышленные циники, такие как Малкольм Такер, рождены цинизмом в отношении политики. Это может дать импульс для самых важных журналистских расследований. Если бы Боб Вудворд и Карл Бернстайн были более доверчивы и доверчивы к человеческой доброте и искренности, они никогда бы не сломали Уотергейтскую историю.

Это может дать толчок для самых важных журналистских расследований. Если бы мы все были по привычке доверчивы и легковерны в отношении человеческой доброты и искренности, то не было бы и вопроса о сомнительном иностранном вмешательстве, посягательстве на гражданские свободы или о жестокой деловой практике.

Возможно, самым большим оскорблением цинизма является то, что он питает фаталистический пессимизм, веру в то, что ничего нельзя улучшить. Есть ленивые формы цинизма, к которым это, безусловно, относится. Но в лучшем случае цинизм является большей движущей силой прогресса, чем оптимизм. Оптимист недооценивает, насколько сложно добиться реальных изменений, полагая, что все возможно и возможно сейчас. Только столкнувшись лицом к лицу с реальностью, что любой прогресс будет сдерживаться корыстными интересами и испорчен человеческой продажностью, мы сможем создать реалистичные программы, у которых действительно есть шанс на успех. Для циника прогресс — скорее вызов, но и более важный и неотложный, поскольку для оптимиста все не так уж плохо и все равно должно стать лучше.

Это подчеркивает важность различия между циничным мышлением и циничным действием. Ничего хорошего нельзя сказать о людях, которые цинично обманывают, чтобы добиться своих целей и опередить других. Но это не то, что неизбежно делает хороший циник. Что бы вы ни делали со Сноуденом, разоблачители и активисты кампании, такие как Карен Силквуд и Эрин Брокович, циничны в отношении того, что они видят, и идеалистичны в отношении того, что они могут с этим поделать. В течение многих лет я тоже пытался сделать так, чтобы цинизм в моем мировоззрении не приводил к цинизму в моем поведении.

Это не единственный способ, которым настоящий цинизм бросает вызов упрощенному черно-белому общепринятому мнению. Циник наверняка усомнится в том, что мир делится на оптимистов и пессимистов. Оптимизм имеет различные измерения, и только потому, что некоторые люди имеют смутное представление о человеческой природе и некоторых будущих вероятностях, это не означает, что они закоренелые пессимисты, которые верят, что все может стать только хуже. Циники отказываются изображать из себя Иеремию. Они реалисты, которые знают, что мир — это не залитая солнцем фантазия, которую продают позитивно мыслящие гуру и мошенники.

В самом деле, самая большая ирония заключается в том, что многие из тех, кто пропагандирует оптимизм, невольно питают представление о человеческой природе, циничное в самом худшем смысле этого слова. Возьмем, к примеру, психолога и нейробиолога Элейн Фокс, которая сегодня вечером на Горизонте рассказывает о своей книге «Дождливый мозг, солнечный мозг». Как и многие, она прослеживает нашу склонность делать положительные или отрицательные суждения в нашем мозгу и в том, как они были сформированы нашей ДНК и сформированы нашим опытом. Ее оптимистичный вывод заключается в том, что, поняв нейронную основу личности и настроения, мы можем изменить их и тем самым увеличить свой оптимизм, здоровье и счастье.

Глубоко циничный результат этой явно жизнерадостной точки зрения заключается в том, что она побуждает нас рассматривать то, что мы думаем и во что верим, как продукт химии мозга, а не как рациональную реакцию на мир, как он есть. Вместо того, чтобы сосредотачиваться на наших причинах оптимизма или пессимизма, скажем, в отношении окружающей среды, мы вместо этого сосредотачиваемся на том, что в нашем мозгу заставляет нас быть оптимистичными или пессимистичными. А это значит, что мы ищем решение наших тревог не в изменении мира, а в изменении своего мышления. Если это не циничный взгляд на человеческие достоинства и потенциал, то я не знаю, что это такое.

До сих пор я избегал самого простого способа защиты цинизма, а именно указания на его блестящую родословную в древней эллинской школе философии, от которой он получил свое название. Но я бы тоже был циничным в этом вопросе. Слова меняют свое значение, и поэтому нельзя величать цинизм настоящего, связывая его с его далеким предком.

Тем не менее, есть уроки современного цинизма от таких людей, как Диоген и Кратес. Они показывают, что настоящий цинизм — это не вопрос личности, а интеллектуальная установка. Их цель состояла в том, чтобы рассеять туман и смятение и увидеть реальность с ясностью и ясностью. Современный циник желает того же. Вопросы и сомнения — это не самоцель, а средство избавиться от дерьма и увидеть вещи такими, какие они есть на самом деле.

Древние киники также проповедовали аскетизм и самодостаточность. Что-то подобное есть и в их современных коллегах, которые осознают, что мы тратим слишком много времени и денег на вещи, которые нам не нужны, но другие требуют, чтобы мы их покупали, чтобы сделать их богатыми. Людей, которые строго придерживаются этого цинизма, часто считают сварливыми убийцами. Быть легким и радостным сегодня — значит свободно, без вины тратить на то, что, как кажется, принесет нам удовольствие. Это просто показывает, насколько сильно наши желания заражены силой рынка. Это циник, который на самом деле живет более легко, не обремененный необходимостью всегда иметь больше, не полагаясь на покупки, чтобы обеспечить счастье и удовлетворение.

Наконец, циники были известны тем, что отвергали все социальные нормы. Говорят, что Диоген мастурбировал на публике, а Кратес жил на улицах в рваном плаще. Сомнительно, советуется ли кому-нибудь следовать этим конкретным примерам, но, безусловно, верно то, что сегодня мы не видим достаточного вызова изношенных условностей. Разве не удивительно, например, как после избрания депутаты продолжают глупые традиции издеваться, хохотать и обращаться к своим коллегам нелепыми двусмысленными терминами, такими как «достопочтенный член»? Дело доходит до того, что самым противоречивым нарушением условностей политиком за последние годы стал отказ Гордона Брауна носить смокинг и галстук-бабочку. Возможно, люди были бы менее циничны в отношении политиков, если бы сами политики были более циничны.

Возможно, самый большой миф о цинизме заключается в том, что он усугубляется с возрастом. Я думаю, что на самом деле происходит то, что опыт болезненно срывает слои чешуи с наших глаз, и поэтому мы действительно становимся более циничными в отношении многих вещей, которые мы наивно принимали в молодости. Но результатом этого является то, что мы яснее видим разницу между тем, что действительно важно, и всем тем мусором и бессмыслицей, которые загромождают жизнь. Так что по мере роста цинизма по отношению ко многим — возможно, к большинству — вещам растет и наша признательность и привязанность к тому, что хорошо и истинно. Цинизм ведет к более нежным чувствам к тому, что действительно нравится. Аналогичным образом, сомнение в реальности широко исповедуемой искренности — это способ показать, что вы уважаете и цените редкое и драгоценное настоящее дело.

Поэтому пришло время вернуть цинизм силам света и правды. Забудьте об усталых старых дихотомиях позитива и негатива, оптимизма и пессимизма. Мы не сможем улучшить ситуацию, если не увидим, насколько она плоха. Мы не сможем сделать все возможное, если не будем защищаться от худшего. И только будучи недоверчивыми, мы можем различать заслуживающих доверия и ненадежных. Для всего этого нам нужен разумный цинизм, который является не столько сплошным негативом, сколько прожектором истинно позитивного.

Цинизм, или Философия как способ борьбы | Оксфордские исследования древней философии, том 57

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicOxford Studies in Ancient Philosophy, Volume 57Oxford Studies in Ancient PhilosophyAncient PhilosophyBooksJournals Термин поиска мобильного микросайта

Закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicOxford Studies in Ancient Philosophy, Volume 57Oxford Studies in Ancient PhilosophyAncient PhilosophyBooksJournals Термин поиска на микросайте

Расширенный поиск

  • Иконка Цитировать Цитировать

  • Разрешения

  • Делиться
    • Твиттер
    • Подробнее

CITE

Wildberg, Christian,

‘Цинизм: OR, философия как способ раздора

,

в Викторе Кастон (ред. )

,

Оксфордские исследования в повседневной философии, объем 57

,

Оксфордские исследования в повседневной философии, объем 57

,

Оксфордские исследования в повседневной философии. , Oxford Studies in Ancient Philosophy

(

Oxford,

2020;

онлайн-издание,

Oxford Academic

, 20 февраля 2020 г.

), https://doi.org/10.1093/oso/9780198850847.003.0011,

, по состоянию на 17 сентября 2022 г.

Выберите формат Выберите format.ris (Mendeley, Papers, Zotero).enw (EndNote).bibtex (BibTex).txt (Medlars, RefWorks)

Закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicOxford Studies in Ancient Philosophy, Volume 57Oxford Studies in Ancient PhilosophyAncient PhilosophyBooksJournals Термин поиска мобильного микросайта

Закрыть

Фильтр поиска панели навигации Oxford AcademicOxford Studies in Ancient Philosophy, Volume 57Oxford Studies in Ancient PhilosophyAncient PhilosophyBooksJournals Термин поиска на микросайте

. раньше был образом жизни. Безусловно, киники вели очень своеобразную и нетрадиционную жизнь, но что бы они ни делали, это не могло быть, как утверждают историки, поведением, основанным на философских рассуждениях и аргументах. В этой статье сначала собираются основания, обычно даваемые для такого рода дефляционной точки зрения, а затем переходит к изучению немногочисленных, но, тем не менее, наводящих на размышления свидетельств о древнем цинизме, которые дошла до нас (преимущественно стоическая) доксографическая традиция. В конце концов, он приходит к выводу, диаметрально противоположному господствующему мнению о циниках как о непоследовательных нефилософах.

Ключевые слова: Философия как образ жизни, античный кинизм, Антисфен, Диоген Синопский, Кратес, Сократ, Платон, парресия, Диоген Лаэртский, доксография

Предмет

Античная философия

Серия

Оксфордские исследования древней философии

В настоящее время у вас нет доступа к этой главе.

Войти

Получить помощь с доступом

Получить помощь по доступу

Институциональный доступ

Доступ к контенту в Oxford Academic часто предоставляется посредством институциональных подписок и покупок. Если вы являетесь членом учреждения с активной учетной записью, вы можете получить доступ к контенту одним из следующих способов:

Доступ на основе IP

Как правило, доступ предоставляется через институциональную сеть к диапазону IP-адресов. Эта аутентификация происходит автоматически, и невозможно выйти из учетной записи с IP-аутентификацией.

Войдите через свое учреждение

Выберите этот вариант, чтобы получить удаленный доступ за пределами вашего учреждения. Технология Shibboleth/Open Athens используется для обеспечения единого входа между веб-сайтом вашего учебного заведения и Oxford Academic.

  1. Нажмите Войти через свое учреждение.
  2. Выберите свое учреждение из предоставленного списка, после чего вы перейдете на веб-сайт вашего учреждения для входа.
  3. При посещении сайта учреждения используйте учетные данные, предоставленные вашим учреждением. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  4. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если вашего учреждения нет в списке или вы не можете войти на веб-сайт своего учреждения, обратитесь к своему библиотекарю или администратору.

Войти с помощью читательского билета

Введите номер своего читательского билета, чтобы войти в систему. Если вы не можете войти в систему, обратитесь к своему библиотекарю.

Члены общества

Доступ члена общества к журналу достигается одним из следующих способов:

Войти через сайт сообщества

Многие общества предлагают единый вход между веб-сайтом общества и Oxford Academic. Если вы видите «Войти через сайт сообщества» на панели входа в журнале:

  1. Щелкните Войти через сайт сообщества.
  2. При посещении сайта общества используйте учетные данные, предоставленные этим обществом. Не используйте личную учетную запись Oxford Academic.
  3. После успешного входа вы вернетесь в Oxford Academic.

Если у вас нет учетной записи сообщества или вы забыли свое имя пользователя или пароль, обратитесь в свое общество.

Вход через личный кабинет

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для предоставления доступа своим членам. Смотри ниже.

Личный кабинет

Личную учетную запись можно использовать для получения оповещений по электронной почте, сохранения результатов поиска, покупки контента и активации подписок.

Некоторые общества используют личные аккаунты Oxford Academic для предоставления доступа своим членам.

Просмотр учетных записей, вошедших в систему

Щелкните значок учетной записи в правом верхнем углу, чтобы:

  • Просмотр вашей личной учетной записи и доступ к функциям управления учетной записью.
  • Просмотр институциональных учетных записей, предоставляющих доступ.

Выполнен вход, но нет доступа к содержимому

Oxford Academic предлагает широкий ассортимент продукции. Подписка учреждения может не распространяться на контент, к которому вы пытаетесь получить доступ. Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому контенту, обратитесь к своему библиотекарю.

Ведение счетов организаций

Для библиотекарей и администраторов ваша личная учетная запись также предоставляет доступ к управлению институциональной учетной записью. Здесь вы найдете параметры для просмотра и активации подписок, управления институциональными настройками и параметрами доступа, доступа к статистике использования и т. д.

Покупка

Наши книги можно приобрести по подписке или приобрести в библиотеках и учреждениях.

Информация о покупке

Стоицизм и цинизм: уроки, сходства и различия

Мудрость

Отношения между стоицизмом и цинизмом, двумя старейшими философскими школами, сложны и складывались на протяжении сотен лет. На самом деле стоицизм происходит непосредственно от цинизма, а оба они происходят от Сократа. Как сказал бы Ювенал в своих «Сатирах», стоики «отличаются от киников только туникой». И само собой разумеется, что определение обоих терминов было жестоко искажено течением времени — стоицизм не означает «безэмоциональный», как циники не были «едкими и негативными».

Философия цинизма как образа жизни и мышления была основана Диогеном Синопским около 380 г. до н.э., и, как и более поздний стоицизм, подчеркивала ценность добродетельной жизни и согласия с природой. Обе школы считали, что человеческий разум способен определять, что такое воля природы, однако они пришли к разным выводам о том, что является естественным.

Циники имели гораздо более базовые взгляды на то, что естественно, и поэтому жили аскетически. В отличие от цинизма, стоицизм считает многие человеческие конструкции, такие как законы и обычаи, естественными и поощряет их соблюдение как часть естественной жизни. Циник, наоборот, не подчиняется ничему, что не считает хорошим или естественным.

Дух цинизма лучше всего проиллюстрирован его основателем Диогеном, одним из самых очаровательных персонажей во всей философии. Диоген жил в кадке и почти ничего не имел. Он не уважал социальные нормы и считал, что люди должны жить как можно проще, и презирал многое из того, что якобы предлагает нам «цивилизация». Он сказал бы, что «люди усложнили каждый простой дар богов».

Слышали ли вы когда-нибудь известную историю о философе, который имел наглость сказать Александру Македонскому, чтобы он убрался с дороги, потому что он заслоняет солнце? Да, это был Диоген. А философ, который намеренно разбил одну из своих единственных вещей — чашку — после того, как увидел, как ребенок пьет воду руками («Дурак я, что все это время таскал с собой лишний багаж!»)? опять Диоген.

Он серьезно относился к своим убеждениям, вплоть до публичного неприличия. Он ел на рынке (никто не должен был), плевал или мочился на людей, которые были грубы с ним, публично мастурбировал и испражнялся в неподходящих местах. Когда его спросили о его публичной мастурбации, он язвительно заметил: «Если бы только можно было так же легко изгнать голод, потирая живот».

Может показаться удивительным, что такого человека называют философом, но его намерением было поднять вопрос о необходимости социальных норм. Люди — это животные, и они очень долго жили без большинства социальных норм, которые мы считаем само собой разумеющимися. Диоген считал, что цивилизация и все ее правила сделали жизнь хуже, а все искусственные удовольствия, которые она предлагала, лишают нас удовольствия и полного переживания жизни.

Диоген также был учителем Кратеса из Фив, который, в свою очередь, был учителем Зенона из Китиума, основателя стоицизма. Зенон учил, что мораль превыше всего, как и циники, но также признавал, что некоторые «равнодушные» предпочтительнее и их можно преследовать. Если они были важны для самосохранения, а это в какой-то степени включает здоровье и размножение, стоицизм не советовал не искать их.

Другой философ-стоик, Эпиктет, считал, что Диоген был божественным вестником. Он находился под влиянием цинизма, чтобы понять, как мало нужно людям и что счастье может существовать независимо от имущества и социального статуса. Эпиктет считал, что, поскольку люди, обладающие властью и деньгами, часто бывают несчастны, а киники довольствуются очень малым, источники счастья не должны быть тем, чем люди склонны себя считать.

Эпиктет так сказал о Диогене:

«И как возможно, чтобы человек, у которого ничего нет, наг, бездомный, без очага, убогий, без раба, без города, мог прожить жизнь, текущую без труда? Видишь, Бог послал тебе человека, чтобы показать тебе, что это возможно».

Как объяснил бы ученый-стоик Массимо Пильуччи, описание Эпиктетом образа жизни циников «удивительно близко к тому, что автор рассказывает своим ученикам в «Рассуждениях», но говорит как стоик».

Диоген также фигурирует в трудах другого выдающегося философа-стоика, Сенеки, который сказал бы о Диогене как о примере человека с истинной самодостаточностью и настоящим богатством следующее:

«Диоген поступил так, что не мог быть лишенным всего, ибо он освободил себя от всего случайного. Мне кажется, что он сказал: «Занимайся своими делами, о Судьба, ибо в Диогене нет больше ничего, что принадлежало бы тебе».0007

Точно так же он указывал на реакцию Диогена, когда он узнал, что его раб сбежал:

«Но единственный раб Диоген однажды убежал от него, и когда ему указали на него, он не счел нужным вернуть его. «Было бы стыдно, — сказал он, — если Диоген не может жить без Манеса, когда Манес может жить без Диогена». Но он, мне кажется, воскликнул: «Фортуна, не лезь не в свое дело; У Диогена теперь ничего твоего нет. Мой раб убежал, нет, это я убежал на волю!»

Но важно отметить, что стоики высоко ценят общество и считают, что для того, чтобы быть добродетельным, необходимо участвовать в общественной жизни.

В конце концов, стоицизм — это практическая философия, созданная для повседневного использования. Важно соблюдать правила взаимодействия между отцом и сыном, мужем и женой, незнакомыми людьми на публике и т. д. Стоики верят, что люди предназначены для жизни в обществе и должны относиться друг к другу с уважением. Стоик не стал бы нарушать закон или устраивать сцену, чтобы доказать свою точку зрения, как это часто делали циники. Поступать так было бы недобродетельно для стоика, отчасти потому, что можно вполне обоснованно утверждать, что природа предназначена для того, чтобы люди были цивилизованными (потому что мы обычно уже цивилизованы).

Стоицизм — это философия, которая учит нас принимать то, что находится вне нашего контроля, включая поведение других. В то время как циники, возможно, хотят вырвать общество из своих социальных норм, стоицизм советует нам принять социальные нормы и не брать на себя невыполнимую задачу изменить всех к другому образу жизни.

Циники отошли от политики и погони за богатством, которая характеризует жизнь многих людей. Как и стоики, циники считали, что слишком много желаний вызывают проблемы, но они пошли еще дальше. Циники даже не видели смысла иметь личные вещи, потому что мы не можем их сохранить, когда умираем, и они вызывают у нас стресс, когда мы пытаемся получить их побольше или не дать себе их потерять. Эта тревога мешает нам в полной мере наслаждаться жизнью.

Вот как Эпиктет объяснял роль киника:

«Его долг значит уметь говорить громким голосом… как слепые, вы бродите взад и вперед: вы идете другой дорогой, и ушли истинная дорога: ты ищешь достатка и счастья там, где их нет, и если другой покажет тебе, где они есть, ты ему не поверишь. Почему ты ищешь его снаружи?»

Слово «без» в этом контексте означает во внешних вещах, где большинство людей ищут счастья, в отличие от того, как хороший циник или стоик обретает свое счастье изнутри.

Решение стоиков для избежания беспокойства и чрезмерного желания заключалось в том, чтобы тренировать свой ум воспринимать вещи более рациональным образом. Тревогу можно облегчить, приняв, что может произойти негативный результат, и что это находится вне нашего контроля. Марк Аврелий однажды сказал:

«Сегодня я избежал беспокойства. Или нет, я отбросил его, потому что он был во мне, в моем собственном восприятии, а не снаружи».

Некоторые из наиболее важных аспектов стоицизма можно резюмировать цитатой из Эпиктета:

«Поэтому тренируйтесь откровенно говорить каждому резкому внешнему виду: «Ты всего лишь видимость, а вовсе не то, чем кажешься». Затем исследуйте его и проверьте имеющимися у вас мерами, прежде всего и главным образом, касается ли это того, что находится в нашей власти, или того, что не находится в нашей власти. А если это касается того, что не в нашей власти, то будь готов сказать: «Мне это безразлично».

Как видите, ключом к стоической практике является разум. Нет необходимости жить в бедности, чтобы избежать страха потерять деньги, потому что стоик может смириться с потерей денег, в то время как большинство людей были бы в отчаянии. Стоицизм говорит то же самое и о большинстве хороших образов, классифицируя их как «безразличных». Если можно приучить свой ум не рассматривать богатство или статус как особенно приятные, не будет неуравновешенного стремления к этим вещам. Таким образом, умелому стоику не нужно уходить из политической жизни или делового мира, потому что он не попадет в ловушки, в которые попадает большинство людей, ловушки, которые вызывают у них стресс и несчастье.

Не было явных рекомендаций вести аскетический образ жизни, но когда Зенон заявил, что единственное благо в жизни — это добродетель, следование его учению исключило наслаждение многими излишествами, которые часто приобретаются безнравственно или к которым стремятся с таким энтузиазмом, что они отвлекают от добродетель. Однако Зенон был собственным философом и не продолжал киническую традицию, советовавшую жить в бедности, чтобы лучше всего соответствовать воле природы для нас.

Сенека добавил:

Между нами и другой школой есть разница:  наш идеальный мудрец чувствует свои беды, но преодолевает их; их мудрец даже не чувствует их.

В конечном счете, цинизм был антиобщественной философией и не был той философией, которой все — или даже значительная часть людей — могли следовать, если общество должно было функционировать должным образом. Во времена Циников существовала проблема с тем, что люди одевались как Циники и совершали непристойные действия, используя философию для маскировки своих злонамеренных намерений. Вот почему цинизм уступил место стоицизму, поскольку он разрушительен для общества, и не каждый может жить так, как живут циники.

Цинизм — это философия для чужаков, в то время как стоицизм может быть использован кем угодно, чтобы вести более рациональную и добродетельную жизнь.

Это объясняет столь разные судьбы стоицизма и цинизма. Стоицизм стал влиятельной римской философией, которая была популярна до 300 г. н.э. и возрождается в современном мире. Цинизм по большей части был заменен стоицизмом, и теперь это философия, которую редко практикуют люди, знающие ее происхождение. Хотя иногда бунт против общества может иметь смысл, а отказ от социальных норм может наводить на размышления, освобождать и доставлять удовольствие, он не соответствует всеобъемлющей операционной системе, предлагаемой стоицизмом.


Посетите наш ежедневный стоический магазин

Циничная философия – Иисус и Евангелия

Архив рубрики: Циничная философия

Опубликовано

Времена устной традиции принесли две формы цинизма. Эти формы пришли из Греции и Рима. В Греции идеальный циник, как его описал Эпиктет, был человеком, который был «отделен от Бога» и «стирает стремления». Циник, должно быть, обратил свои склонности только к моральным соображениям. Они никогда не должны были чувствовать тепла, гнева, зависти или жалости. Они также не должны были найти желанную женщину. По сути, Эпиктет идеализировал как идеального философа-циника человека, готового покончить со всеми желаниями. Эпиктет считал, что они должны жить только за счет того, что необходимо для жизни, не более того. Как разведчик философ-киник отвечал за «шпионство» и выяснение того, что вредно и что полезно для людей. Что касается Бога, то киники обращались к нему за советом. Эпиктет также несколько раз поднимал идеи греческих богов, что сбивает с толку, были ли они монотеистическими или политеистическими.

У Демонакса, похоже, были те же идеалы, что и у Эпиктета. Хотя Демонакс происходил из богатой и уважаемой семьи, он отказался от всего этого, потому что эти благословения были «иллюзорными и краткими» (154). Демонакс верил в те же основные идеи циников, что и в простой жизни (используя только то, что необходимо для жизни, выясняя, что хорошо и что плохо для человечества, и проживая жизнь, ориентируясь только на свой моральный компас). В этих трех циники были практически идентичны. Чем они отличались, так это, откровенно говоря, тем, что выдавали людей. На странице 161 Демонакса написано, что на момент его смерти он был почитаем и любим многими. Циники больше верили в то, что они были социальными изгоями и идти против какой бы то ни было нормы.

Я вижу много общего между Эпиктетом, Демонаксом и евангельским изображением Иисуса. Почти всю свою жизнь Иисус изображается учителем. В начале одного из Евангелий он даже учит в храме, будучи еще ребенком. Иисус проповедовал о том, что нет необходимости показывать свое богатство или вообще быть богатым. И Демонакс, и Циники отказались от всего своего имущества, чтобы жить более простой жизнью, как учил Иисус. Подобно Иисусу, Демонакс прощал грешников, приводя в пример врачей, которые «исцеляют болезни, но не гневаются на больных. Я думаю, Демонакс жил наиболее похоже с Иисусом, хотя было много параллелей и с Циниками.

Оставь свою мысль

Опубликовано автором tarynf под циничной философией

Греческая философия во времена устной традиции подчеркивала идею философа-киника. Этот циник в идеале должен был быть тем, кто настроен на высокий разум и лишен слабости как в физическом, так и в умственном плане. Таким образом, этот человек сосредоточится на стремлении к независимости, индивидуализму и самодостаточности, отвернувшись от таких вещей, как боль, эмоциональные препятствия и материальные потребности. На самом деле, если бы кто-то, называющий себя киником, поддался таким искушениям или выступил против того, что было для них философски правильным, циник был бы «позором обнаженным на виду» (Эпиктет, с. 146). Эти критерии самодостаточности — то, что считало циника «разведчиком», позволяющим философу исследовать и учиться на собственном шпионаже или открытиях. Иронично сочетаясь с темами индивидуализма, циник должен «просить Бога» и быть «другом и слугой богов» (Эпиктет, стр. 147). Таким образом, хотя кажется, что циник должен быть самодостаточным, он должен находить совет и искать отношений с Богом. Мысль о том, что философ будет и дружить с Богом, имеющим власть над всем, и в то же время обеспечивать себя без помощи других, кажется мне парадоксальной, тем не менее такой вывод я получил от Эпиктета.

Развивая римское представление о цинике, Демонакс демонстрирует сходные черты, которые оказались важными для философа. Он «поднялся над» богатством своей семьи, чтобы заняться философией. Этот поступок был замечателен как из-за отсутствия поощрения стать философом, так и из-за глубины, с которой он так быстро упражнялся в цинических истинах. Демонакс был описан как «нежный, кроткий и веселый» (Лусиан, стр. 154) и, согласно рассказам о нем, был полон остроумия. Что больше всего привлекло мое внимание, так это описание, которое резюмирует жизнь Демонакса: «Он прожил почти сто лет, не болея и не болея, никого не беспокоя и не прося об одолжении, помогая своим друзьям и никогда не наживая ни одного врага» (Лусиан, стр. 161). ). Это резюме показывает независимость, самодостаточность мужчины и способность контролировать физические и эмоциональные слабости. Хотя я искренне считаю парадоксальным, что Демонакс жил без врагов в свете его остроумия, ясно, что его жизнь была приправлена ​​чертами, которые Эпиктет считает такими важными.

Согласно евангелиям, некоторые из этих качеств, которыми восхищаются Эпиктет и Демонакс, являются идеями, которые также одобрял Иисус. Например, в Марка 6:2 люди восхищаются мудростью Иисуса. Это соответствует идее философа-циника о глубоком разуме. Иисус также был служителем (Марка 10:43-45), и то, что он служил, означало, что он должен был быть достаточно самодостаточным, чтобы помогать другим, заводя друзей в процессе. Хотя и не в чтении, другой параллелью может быть способность Иисуса контролировать свое физическое существо, постясь в течение 40 дней и 40 ночей (Матфея 4:2). В греко-римском контексте такое мог бы сделать только философ-киник. Некоторые аспекты, которые я нашел интересными, противоречащими этой глубокой философии, заключались в учении Иисуса о лжепророках и врагах. Как мы видели раньше, Эпиктет не нажил себе врагов. Несмотря на то, что это может показаться впечатляющим для циника, иметь врагов означает, что кто-то ненавидит вас, и Иисус смотрит на это как на благословение (Луки 6:22).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.