Книги анна фрейд – Анна Фрейд. Лучшие книги

Содержание

Анна Фрейд – биография, книги, отзывы, цитаты

Анна Фрейд (1895-1982) - австрийский психоаналитик, дочь 3игмунда Фрейда. Сооснователь эго-психологии и детского психоанализа. Председатель Венского психоаналитического общества (1925—1938). Почетный доктор права Венского университета и университета Кларка (1950, США). Почетный доктор наук Медицинского колледжа Джефферсона (1964) и ряда университетов (Шеффилдского, 1966; Чикагского, 1966; Йельского, 1968). Член Королевского медицинского общества (1978) и почетный член Королевского колледжа психиатров. Почетный доктор философии университета Гете (1981).

В детстве получила хорошее домашнее образование.

Анне было всего 13 лет, когда состоялся ее первый разговор с отцом о психоанализе, который оказал огромное влияние на всю ее дальнейшую судьбу. Чуть позже Зигмунд Фрейд разрешил Анне присутствовать на заседаниях Психоаналитического общества. Анна сама проходила курс психоанализа у отца, присутствовала на приемах пациентов, была единственным близким для Зигмунда Фрейда человеком, который переносил с ним все тяготы, поддерживал его в самые тяжелые минуты и оставался рядом с ним до последних его дней.

На протяжении всей жизни Анна Фрейд вела огромную психоаналитическую деятельность.

После получения педагогического образования (Вена, 1914) в течение пяти лет преподавала в одной из венских начальных школ, где впервые заинтересовалась проблемами психологии детей. Начиная с 1918 года, она принимала участие во всех Международных психоаналитических конгрессах и заседаниях Венского психоаналитического общества. В 1920 году Анну Фрейд приняли в члены "Психоаналитического издательства", а в 1923 году она открыла свою собственную психоаналитическую практику.

С 1920 г. работала в английском отделении психоаналитического общества. Под непосредственным руководством отца освоила теорию, методику и технику психоанализа. В 1922 г. опубликовала первую статью «Бьющие фантазии и дневные мечты», в которой исследовала способы прекращения мастурбации.

В 1922 г. Анна Фрейд была принята в Венское психоаналитическое общество, и с 1923 г. она начала практиковать психоаналитическую терапию. Специализировалась преимущественно по проблемам психоанализа детского возраста и использования психоаналитических идей в педагогике, в том числе для коррекции недостатков обучения и воспитания. Анна Фрейд разрабатывала методику и технику детского психоанализа. С 1923 г. она работала в Венском институте психоанализа. В 1925—1938 гг. была председателем Венского психоаналитического общества.

В 1927 г. опубликовала работу «Введение в детский анализ». В нее вошли 4 лекции, прочитанные ею в Венском психоаналитическом институте и знакомящие со спецификой техники детского психоанализа. В этой книге Анна Фрейд исходила из того, что психоаналитическая жизнь детей подчиняется иным психическим законам, чем у взрослых. И поэтому при проведении психоанализа нельзя механически переносить на детей те методы анализа, которые используются при анализе психики взрослых. А. Фрейд Подчеркнула роль окружения в развитии ребенка и показала эффективность «игровой терапии».

В 1936 г. в книге «Психология «Я» и защитные механизмы» развила психоаналитические идеи о «механизмах защиты» и показала их роль в формировании и функционировании психики и личности. В этой книге Анна опровергла мнение о том, что психоанализ занимается исключительно областью бессознательного, и ввела в качестве объекта психоанализа "Я", как центр сознательного.

В 1938 г., после оккупации Австрии нацистами, Анна Фрейд подвергалась аресту и допросам в гестапо. После вынужденной эмиграции в Англию (1938), совместно с 3игмундом Фрейдом, Анна особое внимание уделяла поддержке больного отца. После смерти 3. Фрейда (1939) прилагала значительные усилия для корректного и эффективного развития психоаналитического учения и международного психоаналитического движения.

В 1941 г., совместно с Дороти Берлингем, Анна Фрейд организовала близ Лондона Хэмпстедский приют для детей, разлученных с родителями во время войны, где работала до 1945 г. Наряду с поддержкой детей она осуществила комплекс психоаналитических исследований влияния психической депривации на развитие ребенка и ее последствий. Результаты этих исследований были опубликованы в работах «Маленькие дети в военное время» (1942), «Дети без семьи» (1943), «Война и дети» (1943). В 1945 г. содействовала организации периодического ежегодника «Психоаналитическое исследование ребенка».

В 1947 г. дочь основателя психоанализа открыла курсы подготовки детских психоаналитиков. В 1952 г. Анна Фрейд организовала и возглавила Хэмпстедскую клинику детской терапии, ориентированную на психоаналитическое лечение детей. Как директор этой клиники и курсов психоаналитической терапии она руководила их работой до 1982 г.

Выдвинула и разработала ряд идей о детстве и юности как периоде, характеризующимся наличием психических кризисов, специфика переживания которых влияет на формирование и развитие психики и личности человека. Исследовала различные проявления нормального и анормального индивидуального развития ребенка.

В 1973 году Анна Фрейд была избрана президентом Международной психоаналитической ассоциации, что явилось кульминационным пунктом признания ее заслуг в психоаналитической деятельности.

Более шестидесяти лет своей жизни Анна Фрейд посвятила психоаналитической практике и научной деятельности. За это время она подготовила огромное количество докладов, лекций и статей, которые вошли в 10-томное собрание ее сочинений.

www.livelib.ru

Читать книгу Психология Я и защитные механизмы Анны Фрейд : онлайн чтение

Анна Фрейд

Психология Я и защитные механизмы

Предисловие 

Детский психоанализ

Судьба Анны Фрейд (1895–1982), и личная, и профессиональная, неразрывно связана с развитием оригинального направления практической психологии – детского психоанализа. Дочь классика психоанализа Зигмунда Фрейда, начав свою карьеру в 1912 г. с работы учительницы, уже в 1923 г. становится преподавателем и директором Венского института по подготовке детских психоаналитиков. Вначале в Австрии, а после эмиграции в 1938 г. в Великобритании Анна Фрейд самоотверженно занимается вопросами развития личности ребенка и помощи ребенку в полной драм жизни. Ее перу принадлежат такие пользующиеся популярностью труды, как «Введение в детский психоанализ» (1927), «Психоанализ для учителей и родителей» (1931), «Война и дети» (1944), «Норма и патология в детстве» (1966). Широкий спектр исследований Анны Фрейд – почетного доктора Университета Кларка (США) и Венского университета (Австрия), посвященных психоанализу детства, образованию, социальной работе, детской психиатрии и педиатрии, наиболее полно отражен в 8–томном собрании ее трудов (1971–1980, США). Мировую известность А.Фрейд принесла ее работа «Психология

Я и защитные механизмы», открывшая путь к пониманию и преодолению конфликтов детской души.

«Во мне сидит черт. Можно ли его вынуть?» В этом вопросе шестилетней девочки к Анне Фрейд сфокусированы конфликты детской души, над разрешением которых в течение 70 лет бьется детский психоанализ. Каковы внутренние резервы детского

Я в поединке с полным противоречий миром? Как рождаются защитные механизмы личности, позволяющие сохранить устойчивость поведения ребенка в веере различных жизненных ситуаций? Сколь велика магия слова мастера детского психоанализа, приходящего на помощь к испытывающему страхи и живущему не в ладу с самим собой и окружающими людьми растущему человеку? Ответы на эти и многие другие вопросы позволили Анне Фрейд по праву встать в одном историческом ряду с основателем психоанализа Зигмундом Фрейдом, а не просто остаться дочерью знаменитого отца. В отличие от традиционного психоанализа психологические воззрения Анны Фрейд проникнуты верой в силу человеческого Я, и созданное ею теоретическое направление не случайно вошло в историю науки под именем «Эго-психология».

Книгу А.Фрейд «Психология Я и защитные механизмы», увидевшую свет в 1936 г., ожидала судьба классических работ. Над идеями о механизмах психологической защиты и их роли в развитии личности ребенка оказалось не властно неумолимое время. Нет сомнения в том, что психологи, педагоги и врачи, познакомившись с этой замечательной книгой, откроют для себя одно из самых оригинальных направлений практической психологии – детский психоанализ.

Александр Асмолов,

вице-президент

Общества психологов

А. Теория защитных механизмов

I. Я, как точка наблюдения

Определение психоанализа. В развитии психоаналитической науки были периоды, когда теоретическое исследование индивидуального Я было не слишком популярным. Многие аналитики считали, что в анализе ценность научной и терапевтической работы прямо пропорциональна глубине затрагиваемых психических слоев. Всегда, когда интерес смещался от глубоких к более поверхностным психическим слоям, т.е. всегда, когда исследование отклонялось от Оно к Я, возникало ощущение, что это начало отхода от психоанализа в целом. Считалось, что термин психоанализ должен быть сохранен для новых открытий, относящихся к бессознательной психической жизни, например к исследованию подавленных инстинктивных импульсов, аффектов и фантазий. Такими же проблемами, как приспособление детей и взрослых к внешнему миру, такими понятиями, как здоровье и болезнь, добродетель и порок, психоанализ не занимается. Он должен посвятить свои исследования исключительно детским фантазиям, сохранившимся во взрослой жизни, воображаемому удовлетворению и ожидаемому в качестве возмездия за него наказанию.

Такое определение психоанализа достаточно часто встречалось в психоаналитических работах и, по-видимому, подкреплялось его практическим использованием, при котором психоанализ и глубинная психология всегда рассматривались как синонимы. Более того, некоторые основания для такого определения имеются и в прошлом психоанализа, поскольку можно сказать, что с самых первых лет нашей науки ее теория, построенная на эмпирической основе, была преимущественно психологией бессознательного, или, как мы сказали бы сейчас, психологией Оно. Но это определение немедленно утрачивает все претензии на точность, как только мы прикладываем его к психоаналитической терапии. Анализ как терапевтический метод с самого начала имеет дело с Я и его отклонениями; исследование Оно и его способа действия всегда было лишь средством для достижения цели. А цель всегда одна и та же: коррекция этих отклонений и восстановление

Я в его целостности.

Когда работы Фрейда, начиная с «Group psychology and the analysis of the Ego» (1921) и «Beyond the pleasure principle» (1920), приняли новое направление, на исследованиях Я перестала лежать печать аналитической неортодоксальности, и интерес окончательно сосредоточился на образованиях Я. С тех пор термин «глубинная психология» не покрывает всей области психоаналитического исследования. В настоящее время мы, по-видимому, определили бы задачу анализа следующим образом: получить максимально полное знание обо всех трех образованиях, из которых, как мы считаем, состоит психическая личность, и изучить их отношения между собой и с внешним миром. Иными словами, по отношению к Я– исследовать его содержание, границы и функции, проследить историю его зависимости от внешнего мира, Оно и Сверх-Я; по отношению к Оно – дать описание инстинктов, т.е. содержания Оно, и проследить их трансформации.

Оно, Яи Сверх-Яв самовосприятии. Все мы знаем, что эти три психических образования доступны наблюдению в разной степени. Наше знание об

Оно – которое раньше называлось системой Ucs. – может быть получено лишь на основании производных этой системы, проявляющихся в системах Pcs. и Cs. Если внутри Оно преобладает состояние покоя и удовлетворения, при котором в поисках удовлетворения ни один инстинктивный импульс не вторгается в Я и не вызывает в нем чувств напряжения и страдания, то мы ничего не можем узнать о содержании Оно. Отсюда следует, по крайней мере теоретически, что Оно открыто для наблюдения не при всех условиях.

Со Сверх-Я дело обстоит иначе. Его содержания большей частью осознаны и, следовательно, прямо доступны эндопсихическому восприятию. Тем не менее наше описание Сверх-Я всегда начинает становиться неопределенным, когда между ним и Я существуют гармоничные отношения. В этом случае мы говорим, что они совпадают, т.е. в такие моменты Сверх-Я недоступно наблюдению как отдельное образование ни для самого субъекта, ни для внешнего наблюдателя. Его очертания становятся ясными лишь тогда, когда оно относится к Я враждебно либо критично. Сверх-Я, как и Оно, становится видимым через состояния, которые оно продуцирует в

Я, например через чувство вины, вызванное его критическим отношением.

Якак наблюдатель. Это означает, что собственно полем нашего наблюдения всегда является Я. Это, так сказать, опосредующее звено, через которое мы пытаемся обрисовать два других образования.

Когда отношения между двумя соседними силами – Я и Оно – спокойны, первая из них превосходно выполняет свою функцию наблюдателя за второй. Различные инстинктивные импульсы постоянно прокладывают себе путь из Оно в Я, где они получают доступ к моторному аппарату, посредством которого и достигают удовлетворения. В благоприятных случаях Я не протестует против «пришельца», а предоставляет в его распоряжение свою собственную энергию и ограничивается наблюдением; оно отмечает начало инстинктивного импульса, величину напряжения и чувства страдания, которыми он сопровождается, и, наконец, исчезновение напряжения при достижении удовлетворения. Наблюдение над всем процессом дает нам ясную и неискаженную картину инстинктивного импульса, количества либидо, которым он наделен, и цели, к которой он стремится. Если Я находится в согласии с импульсом, то оно в эту картину вообще не входит.

К сожалению, переход инстинктивного импульса от одного образования к другому может сигнализировать о самых различных конфликтах, в результате чего наблюдение Я прерывается. На своем пути к удовлетворению импульсы Оно должны пройти через территорию Я, а там они будут в чуждой среде. В Оно преобладают так называемые первичные процессы; здесь нет синтеза идей, аффекты подвержены вытеснению, противоположности не являются взаимоисключающими и могут даже совпадать, а конденсация вполне естественна. Ведущим принципом, управляющим психическими процессами, является принцип достижения удовольствия. В Я, напротив, ассоциация идей осуществляется в соответствии со строгими условиями, которые мы обозначаем общим термином «вторичные процессы»; кроме того, инстинктивные импульсы уже не могут стремиться к непосредственному удовлетворению – они должны учитывать требования реальности, и более того, они должны подчиняться этическим и моральным правилам, при помощи которых Сверх-Я стремится контролировать поведение Я. Следовательно, эти импульсы рискуют навлечь на себя неудовольствие в основном чуждых по отношению к ним образований. Они подвержены критике, отвержению и самым различным изменениям. Мирные отношения между соседствующими силами прекращаются. Инстинктивные импульсы продолжают стремиться к своим целям с присущими им упорством и энергией и совершают враждебные вторжения в Я, надеясь одержать над ним верх при помощи внезапной атаки. Я со своей стороны становится подозрительным; оно контратакует и вторгается на территорию Оно. Его цель заключается в том, чтобы постоянно держать инстинкты в бездейственном состоянии при помощи соответствующих защитных мер, призванных обезопасить его собственные границы.

Картина этих процессов, получаемая нами при помощи способности Я к наблюдению, более неопределенна, но в то же время и более ценна. Она показывает нам два психических образования в действии в один и тот же момент. Мы видим уже не искаженный импульс Оно, а импульс Оно, измененный определенными защитными мерами со стороны Я. Задача анализирующего наблюдателя заключается в том, чтобы разделить картину, представляющую собой компромисс между различными образованиями, на ее составляющие: Оно, Я и, возможно, Сверх-Я.

Вторжения Оно и Я, рассматриваемые как материал для наблюдения. Во всем атом нас поражает тот факт, что вторжения с той и с другой стороны совершенно неравноценны с позиции наблюдения. Все защитные меры Я против Оно срабатывают тихо и незаметно. Самое большое, что мы можем сделать, – это ретроспективно реконструировать их; мы никогда не можем видеть их в действии. Таков, например, случай успешного вытеснения. Я ничего о нем не знает; мы осознаем его лишь впоследствии, когда становится очевидным, что чего-то недостает. При этом я имею в виду, что, когда мы пытаемся сформировать объективное суждение о конкретном индивиде, мы обнаруживаем, что некоторые импульсы Оно, проявления которых в Я в поисках удовлетворения мы могли бы ожидать, отсутствуют. Если они вообще не появляются, мы можем лишь предположить, что доступ в Я для них постоянно закрыт, т.е. что они подверглись вытеснению. Но это ничего не говорит нам о самом процессе вытеснения.

Это же относится и к успешному реактивному образованию, которое является одной из наиболее эффективных мер, предпринимаемых Я в качестве постоянной защиты против Оно. Такие образования появляются в Я почти незаметно в ходе детского развития. Мы даже не можем сказать, что внимание Я было предварительно сосредоточено на противоположных инстинктивных импульсах, которые замещаются реактивным образованием. Как правило, Я ничего не знает ни об отвержении импульса, ни обо всем конфликте, в результате которого возникает новое образование. Анализирующий наблюдатель мог бы легко принять это образование за результат спонтанного развития Я, если бы не его чрезмерный характер, указывающий на наличие долговременного конфликта. В данном случае также наблюдение конкретного вида защиты ничего не говорит о процессе, при помощи которого он осуществляется.

Отметим, что вся приобретенная нами важная информация была получена при изучении вторжений с противоположной стороны, а именно со стороны Оно в Я. Скрытое содержание вытеснения становится явным при обращении движения, т.е. когда вытесненное содержание возвращается, как это можно видеть при неврозе. Здесь мы можем проследить каждую стадию конфликта между инстинктивным импульсом и защитой Я. Точно так же реактивные образования могут быть изучены при их распаде. В этом случае вторжение Оно приобретает форму подкрепления либидозного катексиса первичного инстинктивного импульса, скрывающегося за реактивным образованием. Это позволяет импульсу проложить путь в сознание, и на время инстинктивный импульс и реактивное образование видны в Я бок о бок. Возникающее благодаря другой функции Я – стремлению к синтезу – это состояние дел, чрезвычайно благоприятное для аналитического наблюдения, длится лишь несколько мгновений. Затем возникает новый конфликт между производным Оно и активностью Я, в котором решается, кто из них одержит верх или какой компромисс будет достигнут. Если, благодаря подкреплению ее энергетического катексиса, защита, созданная Я, оказывается успешной, вторгшаяся из Оно сила изгоняется, и в душе вновь воцаряется покой – ситуация, максимально затрудняющая наши наблюдения.

II. Применение аналитической техники к исследованию психических образований

В главе I я описала условия, при которых должно осуществляться психоаналитическое наблюдение психических процессов. Теперь я хочу описать, как наша аналитическая техника по мере своего развития приспосабливалась к этим условиям.

Гипнотическая техника в доаналитический период. В гипнотической технике доаналитического периода Я все еще приписывалась полностью негативная роль. Целью гипнотизера было получить доступ к содержанию бессознательного, и он рассматривал Я в основном как помеху в своей работе. Было уже известно, что при помощи гипноза можно элиминировать или, во всяком случае, преодолеть Я пациента. Новой особенностью техники, описанной в «Studies on hysteria» (1893–1895), было то, что врач извлекает выгоду из устранения Я, получая доступ к бессознательному пациента – сейчас известному как Оно, – путь к которому был ранее перекрыт Я. Таким образом, целью было раскрытие бессознательного; Я было помехой, а гипноз – способом временно ее устранить. Когда в гипнозе прояснялась часть содержания бессознательного, врач вводил ее в Я, и результатом этого введения в сознание было прояснение симптома. Но Я не принимало участия в терапевтическом процессе. Оно переносило чужака лишь в течение того времени, когда само оно находилось под влиянием врача, вызвавшего гипнотическое состояние. Затем оно восставало и начинало новую борьбу, чтобы защитить себя от навязанного ему элемента Оно, и в результате с трудом достигнутый терапевтический успех исчезал. Таким образом, наибольший триумф гипнотической техники – полное устранение Я на период исследования – оказался неэффективным в достижении постоянных результатов, что привело к разочарованию в ценности данной техники.

Свободные ассоциации. Даже в свободных ассоциациях – методе, заменившем гипноз, – роль Я все еще остается отрицательной. Правда, Я пациента больше не устраняется насильственно. Вместо этого ему предлагают самоустраниться, воздержаться от критики ассоциаций и пренебречь требованиями логической связности, которые в другое время должны соблюдаться. От Я требуют молчания, а Оно предлагают говорить, и обещают ему, что его производные не встретятся с обычными трудностями, если они появятся в сознании. Конечно же, нельзя обещать, что, возникнув в Я, они достигнут своей инстинктивной цели, какой бы она ни была. Договор справедлив только для их перехода в словесную форму; он не дает им права на контроль над моторным аппаратом, что является их истинной целью. Действительно, по строгим правилам аналитической техники этот аппарат заранее выводится из игры.

Таким образом, мы играем с инстинктивными импульсами пациента в двойную игру, с одной стороны, поощряя их проявление, а с другой – неуклонно отказывая им в удовлетворении – процедура, которая порождает одну из многочисленных трудностей в овладении аналитической техникой.

Даже в наши дни многие начинающие аналитики считают, что главное – это добиться, чтобы их пациенты действительно выдавали все свои ассоциации без изменения или торможения, т.е. безоговорочно выполнить основное правило анализа. Но, даже если такой идеал и достигается, в этом нет никакого прогресса, поскольку в конечном счете это означает попросту возобновление устаревшей ситуации гипноза, с ее односторонней концентрацией врача на Оно. К счастью для анализа, такое послушание со стороны пациента практически невозможно. Основное правило никогда не может быть соблюдено далее определенной границы. Я временно хранит молчание, а производные Оно пользуются этой паузой, чтобы проложить себе путь в сознание. Аналитик спешит уловить их последовательности. Затем Я вновь встряхивается, отвергает установку пассивной терпимости, которую оно вынуждено было принять, и при помощи одного из своих привычных защитных механизмов вмешивается в поток ассоциаций. Пациент нарушает основное правило анализа, или, как мы говорим, обнаруживает «сопротивление». Это значит, что вторжение Оно в Я уступило место контратаке Я против Оно. Аналитик при этом наблюдает, как Я предпринимает против Оно одну из тех уже описанных мною защитных мер, которые столь незаметны, и теперь он должен сделать ее предметом своего исследования. Он отмечает также, что с изменением предмета внезапно меняется ситуация анализа.

При анализе Оно его задача облегчается спонтанной тенденцией производных Оно достичь поверхности: его усилия и стремления материала, который он пытается анализировать, однонаправлены. При анализе защитных операций Я такой общности цели, конечно же, нет. Бессознательные элементы Я не стремятся стать сознательными и не получают от этого никакой выгоды. Поэтому анализ Я намного труднее анализа Оно. Его приходится осуществлять окольным путем, он не может непосредственно исследовать активность Я. Единственная возможность заключается в том, чтобы реконструировать эту активность на основе ее влияния на ассоциации пациента. Исходя из природы этого влияния – это может быть пропуск в ассоциациях, их перестановка, смещение смысла и т.д., – мы надеемся установить, какого типа защита была использована Я при его вмешательстве. Таким образом, первоочередной задачей аналитика является опознание защитного механизма. Сделав это, он тем самым произвел часть анализа Я. Его следующая задача заключается в том, чтобы исправить то, что было сделано защитой, т.е. обнаружить и восстановить на своем месте то, что было вытеснено, исправить смещение и поместить то, что было изолировано, обратно в его истинный контекст. Восстановив разорванные связи, аналитик вновь переключает свое внимание с анализа Я на анализ Оно.

Таким образом, нас интересует не соблюдение основного правила анализа ради него самого, а порождаемый им конфликт. Лишь тогда, когда наблюдение направлено поочередно то на Оно, то на Я, а интерес раздвоен, охватывая обе стороны находящегося перед нами человека, мы можем говорить о психоанализе, отличающемся от одностороннего гипнотического метода.

Другие средства, используемые в аналитической технике, теперь легко могут быть классифицированы в зависимости от того, на что направлено внимание наблюдателя.

Толкование сновидений. Ситуация интерпретации сновидений нашего пациента и ситуация, в которой мы слушаем его свободные ассоциации, – это одна и та же ситуация. Психическое состояние спящего мало отличается от состояния пациента во время анализа. Подчиняясь основному правилу анализа, пациент произвольно приостанавливает некоторые функции Я; у спящего это происходит автоматически под влиянием сна. Пациент укладывается аналитиком на кушетку, чтобы у него не было возможности удовлетворить свои инстинктивные желания в действии; точно так же во сне моторная система приводится в состояние бездействия. А влияние цензуры, перевод скрытых желаний в явное содержание сна, с искажениями, сгущениями, смещениями, перестановками и пропусками соответствуют искажениям, возникающим в ассоциациях в результате сопротивления. Таким образом, интерпретация сновидений помогает нам в исследовании Оно в той мере, в какой она позволяет обнаружить скрытые намерения (содержание Оно), а также в исследовании Я и его защитных операций в той мере, в какой она позволяет нам реконструировать предпринятые цензором меры по их воздействию на содержание сновидения.

Толкование символов. Побочный продукт толкования сна – понимание символов сна – во многом обусловливает успешность нашего исследования Оно, Символы представляют собой постоянные и универсально значимые связи между конкретными содержаниями Оно и отдельными представлениями слова или предмета.

Знание этих отношений позволяет нам на основании сознательных проявлений делать достоверные выводы относительно лежащего за ними бессознательного содержания, не прибегая предварительно к трудоемкому рассмотрению предпринятых Я защитных мер. Техника перевода символов – это прямая дорога к пониманию, или, точнее, способ перейти от высших слоев сознания к низшим слоям бессознательного, не задерживаясь на промежуточных слоях предшествующей активности Я, которая могла заставить определенное содержание Оно приобрести конкретную форму Я. Знание языка символов имеет для понимания Оно такую же ценность, как знание математических формул – для решения типичных задач. Такие формулы могут быть выгодно использованы, несмотря на то что неизвестно, как именно они были получены. Однако, хотя они и помогают решать задачи, они ничего не дают для понимания математики. Точно так же, интерпретируя символы, мы можем выявить содержание Оно, не придя при этом к более глубокому психологическому пониманию индивида, с которым мы имеем дело.

Парапраксии. Время от времени мы можем наблюдать проблески бессознательного и другим образом – в тех проявлениях Оно, которые известны как парапраксии. Насколько нам известно, это случается не только в ситуации анализа и может наступить в любое время, когда при некоторых особых обстоятельствах бдительность Я ослаблена или отвлечена и бессознательный импульс (опять-таки при особых обстоятельствах) внезапно подкрепляется. Такие парапраксии, особенно в форме обмолвок и забывания, могут произойти и в ходе анализа, когда они, подобно вспышке, освещают некоторые стороны бессознательного, которые мы, возможно, долго старались проинтерпретировать аналитически. На ранних этапах развития аналитической техники подобные неожиданные удачи приветствовались как неопровержимое доказательство существования бессознательного для пациентов, маловосприимчивых к аналитическому толкованию. В таких случаях аналитики были счастливы предоставившей Я возможности продемонстрировать на легко понятных примерах действие различных механизмов, таких, как замещение, конденсация и пропуск. Но вообще-то важность этих случайных событий для аналитической техники невелика по сравнению с теми вторжениями Оно, которые специально вызываются в ходе аналитической работы.

Перенос. То же самое теоретическое различие между наблюдением Оно, с одной стороны, и наблюдением Я, с другой, может быть осуществлено, пожалуй, и для наиболее мощного инструмента в руках аналитика: интерпретации переноса. Под переносом мы понимаем все те импульсы, переживаемые пациентом в его отношениях с аналитиком, которые не создаются вновь объективной аналитической ситуацией, а имеют свои истоки в ранних, – точнее, очень ранних – связях с объектом, а сейчас лишь оживают под влиянием вынужденного повторения. Поскольку эти импульсы не возникают вновь, но представляют собой повторение, они обладают исключительной ценностью как средство получения информации о прошлых аффективных переживаниях пациента. Мы увидим, что можно выделить различные типы переноса в зависимости от степени его сложности.

а) Перенос либидозных импульсов. Первый тип переноса очень прост. Пациент обнаруживает, что его отношения с аналитиком осложняются пылкими эмоциями, например любовью, ненавистью, ревностью, тревогой, которые не оправданы фактами реальной ситуации. Сам пациент сопротивляется этим эмоциям и чувствует стыд, унижение и т.д., когда они проявляются помимо его воли. Часто нам удается проложить им путь к сознательному выражению, настаивая лишь на соблюдении основного правила анализа. Дальнейшее исследование обнаруживает истинный характер этих эмоций – они представляют собой вторжения Оно. Их источник находится в старых аффективных констелляциях, таких, как эдипов комплекс и комплекс кастрации, и они становятся понятными и оправданными, если мы отделим их от ситуации анализа и поместим в определенную детскую аффективную ситуацию. Поставленные на свое собственное место, эти эмоции помогают нам заполнить амнестический провал в прошлом пациента и дают нам новую информацию о его детской инстинктивной и аффективной жизни. Обычно пациент охотно сотрудничает с нами в ходе интерпретации, поскольку сам чувствует, что перенесенный аффективный импульс представляет собой вторгшееся чужеродное тело. Помещая этот импульс на его место в прошлое, мы тем самым освобождаем пациента в настоящем от импульса, чуждого его Я, что помогает ему совершить анализ. Следует отметить, что интерпретация этого первого типа переноса способствует лишь наблюдению Оно.

б) Перенос защиты. Иначе обстоит дело, когда мы переходим ко второму типу переноса. Навязчивое повторение, преобладающее у пациента в ситуации анализа, затрагивает не только предшествовавшие импульсы Оно, но также и предшествовавшие защитные меры против инстинктов. Таким образом, пациент переносит не только неискаженные детские импульсы Оно, которые подвергаются вторичной цензуре со стороны взрослого Я, лишь когда они проложили себе путь к сознательному выражению; он также переносит импульсы Оно во всех тех искаженных формах, которые они приобрели, когда он был еще ребенком. В крайнем случае может быть так, что сам инстинктивный импульс вообще не участвует в переносе; в нем участвует лишь определенная защита, принятая Я против некоторых позитивных или негативных установок либидо, как, например, реакция бегства от позитивной фиксации любви при скрытой женской гомосексуальности или пассивная, мазохистская установка женского типа, на которую Вильгельм Райх обращал внимание у пациентов-мужчин, чьи отношения с отцами некогда характеризовались агрессивностью. Я считаю, что мы несправедливы к нашим пациентам, если описываем такие переносные защитные реакции, как «камуфляж», или говорим, что пациенты «втирают аналитику очки» или каким-то иным образом разочаровывают его. И действительно, мы зря будем настаивать на неуклонном соблюдении основного правила, т.е. требовать, чтобы пациенты были искренними и выдали импульс Оно, скрытый за проявленной в переносе защитой. Пациент искренен, когда он выражает импульс или аффект единственным доступным ему путем, а именно – в искаженной защитной форме. Я думаю, что в таком случае аналитик не должен опускать ни одной из тех промежуточных стадий трансформации, которые претерпел инстинкт, и стараться любой ценой прийти к исходному инстинктивному импульсу, против которого Я установило свою защиту, а также ввести его в сознание пациента.

Самым правильным методом будет изменение центра внимания в анализе, его переключение с инстинкта на конкретный защитный механизм, т.е. с Оно на Я. Если мы сумеем проследить путь, проделанный инстинктом при его различных трансформациях, то выигрыш в анализе будет двойным. Явление переноса, которое мы интерпретировали, распадается на две части, обе берущие начало в прошлом: либидозный или агрессивный элемент, принадлежащий Оно, и защитный механизм, который мы должны приписать Я, в наиболее поучительных случаях – Я того самого периода в детстве, в котором впервые возник импульс Оно. Мы не только заполняем провал в памяти пациента, касающийся его инстинктивной жизни, как мы это делаем и при интерпретации первого, простого типа переноса, но мы также дополняем и заполняем провалы в истории развития его Я, или, иначе говоря, истории трансформаций, которые претерпевает инстинкт.

Интерпретация второго типа переноса более плодотворна, чем интерпретация первого типа, но именно она лежит в основе большинства технических трудностей, возникающих между аналитиком и пациентом. Пациент не ощущает реакций переноса второго типа как чужеродное тело, и это не удивительно, если учесть, какую большую роль в их продуцировании играет Я – даже если это Я первых лет жизни. Нелегко убедить пациента в повторяющейся природе этого явления. Форма, в которой эти реакции возникают в его сознании, синтонна Я. Искажения, требуемые цензурой, были осуществлены задолго до этого, и взрослое Я не видит причин, по которым оно должно было бы остерегаться их появления в свободных ассоциациях. При помощи рационализации пациент легко закрывает глаза на расхождения между причиной и следствием, которые так заметны для наблюдателя и показывают со всей очевидностью, что у переноса нет объективных оснований. Когда реакции переноса приобретают такую форму, мы не можем рассчитывать на добровольное сотрудничество пациента, как при реакциях первого типа. Едва лишь интерпретация затрагивает неизвестные элементы Я, его действия в прошлом, как Я полностью противодействует работе анализа. Это ситуация, которую мы обычно описываем не очень удачным термином «анализ характера».

С теоретической точки зрения явления, обнаруженные посредством интерпретации переноса, распадаются на две группы: содержания Оно и действия Я, которые в любом случае были внесены в сознание. Аналогично могут быть классифицированы результаты интерпретации свободных ассоциаций пациента: непрерывный поток ассоциаций освещает содержание Оно; появление сопротивления – защитные механизмы, используемые Я. Единственное различие заключается в том, что интерпретация переноса относится исключительно к прошлому и может одномоментно осветить целые периоды из прошлой жизни пациента, тогда как содержание Оно, выявляемое в свободных ассоциациях, не связано ни с каким конкретным временным периодом, а защитные действия Я, проявляющиеся в ходе анализа в форме сопротивления свободным ассоциациям, могут относиться и к его жизни в настоящем.

iknigi.net

Анна Фрейд - биография, список книг, отзывы читателей

дата рождения: 3 декабря 1895 г.

дата смерти: 9 октября 1982 г.

Биография писателя

Анна Фрейд (нем. Anna Freud; 3 декабря 1895, Вена — 9 октября 1982, Лондон) — британский психолог и психоаналитик австрийского происхождения, младшая дочь основателя психоанализа Зигмунда Фрейда. Наряду с Мелани Кляйн считается основателем детского психоанализа.

У Зигмунда Фрейда и его жены Марты Анна была младшим, шестым ребёнком в семье. В качестве первой профессии выбрала профессию учительницы начальной школы. После Первой мировой войны, оставив учительство, Анна посвятила себя отцу, работая его секретарём и сиделкой, а также психоанализу. Вскоре она вступает в Венское психоаналитическое общество и выступает там с первыми докладами.

В 1938 году, после аншлюса Австрии, семья Фрейдов подвергается аресту, и вскоре Анна вместе с отцом навсегда покидает Вену, выбрав новым местом жительства Лондон. В Великобритании она продолжила заниматься психоанализом, развивая идеи своего отца, особенно в области психологии детства.

В 1947 году Анна Фрейд основала Хэмпстедскую клинику в Лондоне — крупнейший в то время детский психоаналитический лечебный и учебный центр. В 1952 году она открыла в Лондоне детские терапевтические курсы и клинику, которые были первым учреждением для лечения детей методом психоанализа. Последние годы жизни учёная и исследовательница работала в Йельском университете, продолжая развивать свои идеи в области детской психологии.

Умерла Анна Фрейд в Лондоне 9 октября 1982 года. Она никогда не была замужем и не имела собственных детей.

readly.ru

биография, фото и работы :: SYL.ru

Принято считать, что на детях выдающихся людей природа отдыхает. Но этого никак не скажешь о младшей дочери известного во всем мире психолога Зигмунда Фрейда – Анне.

Девочке было всего 13 лет, когда они с отцом впервые вместе обсуждали тему психоанализа. Тогда оба и не подозревали, что дочь пойдет по стопам знаменитого отца, развивая и обогащая его теории. Анна Фрейд, психология для которой стала впоследствии смыслом жизни, этот разговор запомнила навсегда.

Чем известна дочь Зигмунда Фрейда

Сейчас Анна Фрейд известна не менее чем ее знаменитый отец. Во всем мире ее знают как сооснователя (вместе с Мелани Кляйн) детского психоанализа, а также как руководителя психоаналитического общества Вены, почетного доктора права в Венском университете и университете Кларка, почетного доктора наук медицинского колледжа Джефферсона; Шеффилдского, Чикагского и Йельского университетов, члена Королевского медицинского общества и почетного члена Королевского колледжа психиатров, почетного доктора философии университета Гете.

Самая младшая и самая близкая

Родилась Анна Фрейд 3 декабря 1895-го в Вене. В семье она была самой младшей среди шести братьев и сестер. Но так сложилась жизнь, что именно она стала для отца единственным близким человеком, поддерживающим его в самые трудные периоды.

В то время, когда шла Первая мировая, братьев Анны призвали в армию, а ее сестры, выйдя замуж, уехали вместе с мужьями. Только она одна из всех детей Зигмунда Фрейда осталась рядом с отцом. Это еще больше усилило их духовную близость, основанную также и на общем увлечении психологией.

После того первого разговора о психоанализе Зигмунд Фрейд стал делиться с дочерью своими мыслями, а со временем брал ее на заседания Психоаналитического общества.

Но детский интерес к занятиям отца психологией не сразу стал профессией для дочери. Сначала Анна Фрейд решила стать учительницей, и в 1914 году свое намерение исполнила, получив частное педагогическое образование. Закончив обучение, она пять лет работала в начальной школе в Вене. Но интерес к психологии и там дал о себе знать – молодая учительница заинтересовалась детской психологией. Впоследствии именно она стала специализацией Анны Фрейд, в ней она добилась необычайных успехов и получила всемирную известность.

Занятие психологией. Начало

Когда Первая мировая окончилась, Анна Фрейд оставила учительскую деятельность и полностью посвятила себя обожаемому отцу. Она была при нем и секретарем, и сиделкой.

С 1918-го по 1921-й Анна проходила у отца курс психоанализа, наблюдала за тем, как тот ведет приемы пациентов. Психоаналитиками это считалось просто вопиющим нарушением профессиональной этики. И лишь авторитет Зигмунда Фрейда никому из них не позволил выступить против.

Отец и дочь вместе продолжали заниматься психоанализом. С 1918 года Анна вместе с Зигмундом Фрейдом принимала участие практически во всех Международных конгрессах и в заседаниях психоаналитического общества Вены.

В 1920 году девушка вступила в члены "Психоаналитического издательства". Тогда интересы начинающего психолога были связаны с фантазиями и снами наяву. Анна даже сделала перевод книги Д. Варендок «Сны наяву» с английского на немецкий язык.

Именно в это время А. Фрейд выступила со своими первыми докладами по психологии.

Первые статьи, первая психологическая практика

В 1922 году была опубликована первая статья психолога Анны Фрейд, которая называлась «Бьющие фантазии и дневные мечты».

А. Фрейд в этом же году стала и членом Венского психоаналитического общества. Работала в области психоаналитической терапии с 1923 года. Занималась в основном использованием психоаналитических идей в педагогике и проблемами детского психоанализа. В частности, коррекцией недостатков обучения и воспитания при помощи психоаналитических методов. Начинающий психолог активно занималась и разработкой методики детского психоанализа.

С 1923-го года Анна работала в институте психоанализа в Вене.

В 1923-м Анна Фрейд, детский психолог, открыла частную психоаналитическую практику. Ее кабинет, в котором она работала с детьми, находился в том же доме, где Зигмунд Фрейд принимал своих взрослых пациентов.

Болезнь отца

Ударом для Анны стало неожиданное известие о том, что у отца рак. Она самоотверженно старалась поддержать самого родного человека. Именно благодаря дочери Зигмунд Фрейд после постановки страшного диагноза жил еще целых 16 лет, пройдя через 31 операцию. Дочь не только ухаживала за отцом, но и взяла на себя большинство его дел: зачитывала доклады Зигмунда Фрейда на международных конгрессах, принимала его награды.

С 1925 по 1938 годы А. Фрейд руководила Венским психоаналитическим обществом.

Анна Фрейд. Детский психоанализ

1927-й стал годом публикации серьезной научной работы Анны Фрейд под названием «Введение в детский анализ». В книгу вошли лекции, которые Анна прочла в психоаналитическом институте Вены. Эти лекции знакомили слушателей, а после их публикации и читателей со спецификой детского психоанализа.

В книге Анна Фрейд психоанализ такого плана рассмаривала исходя из того, что психика детей подчиняется совершенно другим законам, нежели психика взрослых. Поэтому она сделала вывод, что, проводя психоанализ ребенка, ни в коем случае нельзя механически переносить на него методы анализа психики взрослых. А также детский психолог обратила внимание на большую эффективность игровой терапии, подчеркнула решающую роль в развитии ребенка его окружения.

В объективе психоанализа – не только бессознательное …

В 1936 году издала еще одну свою книгу Анна Фрейд - «Психология «Я» и защитные механизмы». Многие называют книгу основным теоретическим трудом Анны. Она стала особым подарком к 80-летию ее отца. В ней психолог развила идеи психоанализа о «механизмах защиты», показав ту роль, которые они играют в формировании и функционировании психики. Анна опровергла в данной работе мнение, что психоанализ занимается только областью бессознательного. Новым в психологической науке стало то, что А. Фрейд рассматривала "Я" как центр сознания.

Анна Фрейд. Защитные механизмы

Работая над развитием психоаналитических представлений о "Я", Анна фактически основала в психологии новое направление под названием эго-психология.

Огромная заслуга Анны Фрейд в науке - разработка теории защитных механизмов. Термин этот впервые был введён ее отцом в 1894 году. Позже Зигмунд Фрейд использовал его в ряде своих работ, когда описывал борьбу «Я» против невыносимых мыслей и аффектов.

Дочь внесла в концепцию отца некоторые коррективы. Анна Фрейд защитные механизмы рассматривала как продукты развития и научения.

Она выдвинула идею, что набор защитных механизмов имеет индивидуальный характер и указывает на уровень адаптированности личности. А также акцентировала роль защитных механизмов на разрешении внешних конфликтов.

Механизм защиты Анны Фрейд можно рассматривать как способы реагирования людей в угрожающих для них ситуациях, которые используются на бессознательном уровне с целью обеспечения защиты «Я» от осознания явлений, которые порождают тревогу. В ее оригинальной монографии описано пятнадцать таких механизмов.

Гонения на евреев вынудило эмигрировать

После включения Австрии в состав Германии в 1938 году начались гонения на людей еврейской национальности со стороны нацистов. Когда фашисты арестовали Анну и допрашивали ее в гестапо, Зигмунд Фрейд твердо решил покинуть страну. Но нацистская власть не хотела выпускать ученого. Они «надавили» на Зигмунда Фрейда и заставили его подписать бумаги, в которых он якобы благодарил гестапо «за ряд добрых услуг», что было для ученого весьма унизительно. Но и это еще не все: за право покинуть Германию ему пришлось заплатить огромный «выкуп» правительству рейха – 4 тысячи долларов!

Смерть отца. Развитие учения о психоанализе

Эмигрировав в Англию, Анна всеми силами поддерживала больного отца, для которого была единственной опорой. В 1939 году 3игмунд Фрейд умер. После смерти любимого отца Анна все свои усилия направила на корректное и эффективное развитие его учения о психоанализе.

Особенно упорно трудилась в области психологии ребенка. Вот где пригодился ее педагогический опыт! Весомым вкладом Анны Фрейд в психологическую науку было создание детского психоанализа.

Она также разработала игровые методы работы с детьми. Теория Анны Фрейд, разработанная для практической помощи родителям в их взаимодействии с собственными детьми, была создана после переработки положений психоаналитической теории отца.

Работа в Хэмпстеде

в 1941 году вместе с подругой и коллегой Дороти Берлингем Анна организовала Хэмпстедский приют для детей, которых разлучила с родителями война. Там она работала до 1945 года. В этом детском доме психолог провела психоаналитические исследования, результаты которых опубликованы в работах Анны Фрейд «Маленькие дети в военное время», «Дети без семьи», «Война и дети».

Работая в годы войны в Хэмпстедском детском доме, Анна пришла к выводу, что разлученные с матерями дети регрессировали. Но как только у них устанавливались хорошие отношения с воспитательницами, прерванное развитие у детей возобновлялось.

В 1947 году дочерью основателя психоанализа были организованы курсы, которые готовили психоаналитиков для детей.

В 1952 году А. Фрейд организовала Хэмпстедскую клинику детской терапии, которая на то время стала крупнейшим детским психоаналитическим лечебным и учебным центром. Сама же Анна ее и возглавила. А также она открыла в столице Великобритании детские терапевтические курсы. Это были первые учреждения, где детей лечили методом психоанализа.

Анна была директором этой клиники и руководила курсами психоаналитической терапии до 1982 года.

Избрание в 1973 году Анны Фрейд президентом Международной психоаналитической ассоциации стало кульминацией ее заслуг в психологии.

Жизнь посвятила детям

У Анны Фрейд не было своих детей, ведь она никогда не выходила замуж. Но именно дети были главным смыслом жизни этой женщины. Это подтверждают слова психолога о том, что всю ее жизнь можно описать одним предложением: "Я работала с детьми!"

Анной Фрейд были выдвинуты и разработаны идеи об особых периодах жизни в детстве и юности. Именно обратила внимание на наличие в них психических кризисов. Специфическое переживание таких кризисных состояний оказывает, по мнению Анны, существенное влияние на формирование и развитие психики человека.

Детский психолог занималась и исследованием различных проявлений индивидуального развития каждого ребенка, как нормального, так и не совсем здорового.

В конце жизни Анну Фрейд заинтересовало семейное право - еще одна область, связанная с детьми. Правом она занималась в Йельском университете и даже успела издать в соавторстве с коллегами две работы в этой области.

Умерла А. Фрейд 9 октября 1982 года в Лондоне. Более шестидесяти лет жизни эта выдающаяся женщина занималась психоаналитической практикой и научной деятельностью. Фрейд написала множество докладов и статей, оставив научное наследие в виде 10-томного собрания сочинений.

www.syl.ru

Читать книгу «Детский психоанализ» онлайн полностью — Анна Фрейд — MyBook.

Предисловие. Становление и развитие детского психоанализа

Возникновение психоанализа было связано с исследованием и лечением невротических заболеваний взрослых людей. Однако выдвинутое З. Фрейдом (1856—1939) положение о том, что истоки возникновения невротических расстройств уходят своими корнями в детство и связаны с особенностями психосексуального развития ребенка, с необходимостью подводило к изучению детских неврозов. Не случайно основатель психоанализа уделял самое пристальное внимание проблеме Эдипова комплекса, связанного с инфантильной сексуальностью и являющегося, по его мнению, «ядром неврозов». Не случайно и то, что лечение взрослых невротиков предполагало выявление средствами психоанализа воспоминаний пациентов о различного рода ситуациях, событиях, переживаниях, имевших место в их раннем детстве и относящихся к первым годам их жизни.

З. Фрейд работал в основном со взрослыми пациентами. Тем не менее ему приходилось подчас обращаться к детским случаям. Наглядным примером в этом отношении может служить его публикация «Анализ фобии пятилетнего мальчика» (1909), в которой изложен ставший классикой случай «маленького Ганса». Правда, само лечение пятилетнего мальчика проводилось его отцом, а З. Фрейд лишь руководил этим лечением и только один раз принимал участие в разговоре с ребенком. Однако опубликованная им работа способствовала привлечению внимания психоаналитиков к анализу детских неврозов. Так, венгерский психоаналитик Ш. Ференци (1873—1933) в работе «Маленький петушатник» изложил случай странного поведения маленького мальчика, Арпада, проявлявшего повышенный интерес к курам, испытывавшего страх перед петухом и выражавшего чрезмерную любовь и ненависть к птицам.

«Анализ фобии пятилетнего мальчика» З. Фрейда и «Маленький петушатник» Ш. Ференци служили скорее наглядной демонстрацией подтверждения психоаналитических идей, нежели руководством по осуществлению психоанализа детских неврозов. Ни в той, ни в другой работе не содержались рекомендации относительно того, как и каким образом можно использовать психоанализ в процессе конкретной терапевтической работы с детьми. Напротив, в них высказывались такие суждения, которые свидетельствовали о технических трудностях психоанализа при лечении детей и сомнениях по поводу возможностей непосредственного его применения к детским неврозам.

З. Фрейд подчеркивал, что именно благодаря отцу «маленького Ганса» удалось побудить ребенка к определенным признаниям и что только совмещение в одном лице родительского и врачебного авторитета, а также совпадение нежных чувств и научных интересов сделали возможным использовать метод, который «в подобных случаях вообще вряд ли мог бы быть применим». Ш. Ференци заметил, что в случае Арпада «прямое психоаналитическое обследование оказалось невозможным», и ему пришлось ограничиться тем, чтобы просить заинтересованную в этом случае даму делать заметки, записывать изречения и фиксировать странные поступки ребенка.

Тем не менее З. Фрейд считал, что в будущем детские психоаналитические сеансы приобретут большее значение, чем это имело место на начальной стадии развития психоанализа. В работе «Проблема дилетантского анализа» (1926) он писал о ценности детских психоаналитических сеансов для развития теории и о практическом интересе, связанном с обнаружением того, что большое число детей в своем развитии проходят одну из невротических фаз. При этом он подчеркивал, что в интересах ребенка «аналитическое влияние необходимо соединить с воспитательными мероприятиями» и что эта техника «еще ждет своей разработки».

Отталкиваясь от этих идей, последующие психоаналитики приступили к практическому анализу детских неврозов, что нашло свое отражение, в частности, в терапевтической деятельности А. Фрейд (1895—1982), М. Кляйн (1882—1960), Д. Винникотта (1896—1971) и других аналитиков. Публикации А. Фрейд «Введение в технику детского психоанализа» (1927), «Детство в норме и патологии» (1965), работы М. Кляйн «Психоанализ детей» (1932), «Психоаналитическая игровая техника: ее история и значение» (1955), книга Д. Винникотта «“Пигля”: Отчет о психоаналитическом лечении маленькой девочки» (1977) оказали заметное влияние на становление и развитие детского психоанализа.

Дочь основателя психоанализа Анна Фрейд была одной из первых, кто способствовал становлению и развитию детского психоанализа. Будучи младшей из шести детей З. Фрейда, она не только находилась рядом с ним всю свою жизнь, выполняя роль личного секретаря и ухаживая за отцом, на протяжении шестнадцати лет страдавшего от ракового заболевания, но и, став психоаналитиком, активно включилась в профессиональную деятельность, связанную с Международным психоаналитическим движением.

А. Фрейд не имела медицинского образования. Закончив лицей и получив педагогическое образование в 1914 году, на протяжении пяти лет она работала учительницей. Не встречая возражений со стороны отца, молодая учительница имела возможность посещать его лекции и присутствовать на некоторых заседаниях Венского психоаналитического общества. Проявив интерес к психоаналитическим идеям, в 1918—1921 годах она прошла личный анализ у своего отца. С 1918 года она стала принимать участие в Международных психоаналитических конгрессах. Осуществив самостоятельное психоаналитическое исследование пятнадцатилетней девочки и выступив с докладом «Фантазия избиения во сне и наяву», в 1922 году А. Фрейд стала членом Венского психоаналитического общества.

В 1920 году З. Фрейд подарил своей дочери кольцо, подобное тому, которое носили особенно приближенные к нему мужчины-аналитики, входящие в состав «тайного комитета». В 1923 году А. Фрейд открыла собственную психоаналитическую практику, а в 1924 году стала членом «тайного комитета», заменив ближайшего сподвижника основателя психоанализа О. Ранка (1884—1939), который, выдвинув свои собственные идеи о травме рождения и не встретив поддержки среди ближайшего окружения З. Фрейда, вышел из состава данного комитета. В 1924 году она возглавила Венский психоаналитический институт, в котором стала читать лекции по детскому психоанализу. В том же году она повторно прошла анализ у своего отца, в 1931 году – стала секретарем Венского психоаналитического общества.

Летом 1938 года А. Фрейд вместе со своим отцом покинула Австрию и эмигрировала в Англию. После смерти З. Фрейда она способствовала изданию его собрания сочинений. Во время второй мировой войны А. Фрейд оказывала помощь детям, пострадавшим от бомбардировок Лондона, открыла детский приют-ясли, осуществляла терапевтическую и исследовательскую деятельность. С 1944 по 1949 год была Генеральным секретарем Международной психоаналитической ассоциации. В 1947 году в Хэмпстеде организовала курсы подготовки специалистов в области детского психоанализа, в 1952 году возглавила Хэмпстедскую клинику детской терапии, которая в 1984 году была переименована в Центр Анны Фрейд.

А. Фрейд неоднократно выезжала с лекциями в США, принимала активное участие в работе Международных психоаналитических конгрессов. Была почетным доктором Шеффильского (Англия), Венского (Австрия), Гарвардского, Колумбийского, Чикагского, Филадельфийского (США) университетов. В 1973 году была избрана почетным президентом Международной психоаналитической ассоциации. Умерла в октябре 1982 года. В возрасте 86 лет.

А. Фрейд – автор многочисленных статей и ряда книг, включая «Введение в технику детского психоанализа» (1927), «Введение в психоанализ для педагогов» (1930), «Я и механизмы защиты» (1936), «Норма и патология детства» (1965). Ее идейное наследие нашло свое отражение в собрании сочинений, изданном в десяти томах.

В своей исследовательской и терапевтической деятельности А. Фрейд исходила из того, что детский психоанализ требует специальной техники, поскольку в отличие от взрослого ребенок является незрелым, несамостоятельным существом, решение на анализ никогда не исходит от него самого, он не чувствует никакого нарушения и чаще всего у него нет сознания того, что он болен. Учитывая эти особенности, детский психоанализ предполагает прежде всего более или менее длительный подготовительный период, на протяжении которого осуществляется как бы «дрессировка» ребенка для анализа (сознание болезни, доверие, согласие на лечение).

По мнению А. Фрейд, работающему с детьми аналитику необходимо придерживаться следующих правил: он не должен оставаться безличным по отношению к маленькому пациенту; вместо толкования свободных ассоциаций и поступков пациента аналитик должен направить свое внимание туда, где «разыгрываются невротические реакции», то есть на домашнюю среду, окружающую ребенка; аналитик должен учитывать то обстоятельство, что внешний мир оказывает «на механизм инфантильного невроза и на течение анализа» более сильное влияние, чем у взрослого пациента; при работе с ребенком аналитик должен суметь занять место его Я-идеала, и ему не следует начинать свою терапевтическую деятельность до тех пор, пока не будет уверен в том, что он «окончательно овладел этой психической инстанцией ребенка»; аналитик должен обладать авторитетом в воспитательном отношении, то есть анализировать и воспитывать, позволять и запрещать, «разрывать и вновь связывать».

Излагая свои взгляды на специфику детского психоанализа, А. Фрейд выступила против позиции М. Кляйн, в соответствии с которой предпринимались попытки интерпретации поведения детей с точки зрения психоаналитического подхода к взрослым, учитывающего сексуальную символику в ее непосредственном смысловом значении. Как и основатель психоанализа, она критически отнеслась к рассмотрению игровой деятельности детей, преломленной через призму символического отображения реальных сексуальных отношений между родителями, что было характерно для М. Кляйн.

В отличие от А. Фрейд, считавшей, что анализ ребенка уместен только в случае инфантильного невроза, М. Кляйн придерживалась точки зрения, согласно которой психоанализ приемлем и для развития нормальных детей. Используя психоаналитические методы исследования и лечения, она разработала технику детского психоанализа, основанную на игре и ранних объектных отношениях. Свободной игре ребенка придавалось такое же значение, как и свободным ассоциациям взрослого пациента. Соответственно за игровыми действиями ребенка усматривались символические значения, в психоаналитической интерпретации совпадающие или, во всяком случае, мало чем отличающиеся от аналитической работы со взрослыми. Связанные с игрой действия ребенка расшифровывались и толковались в плане проявления его сексуальных и агрессивных желаний: столкновение двух игрушек между собой рассматривалось как выражение наблюдения интимных отношений между родителями; опрокидывание какой-либо игрушки – как агрессивные действия, направленные против одного из родителей. Игровая аналитическая техника не требует подготовительного этапа к анализу и дает возможность лучше понять объектные отношения между ребенком и родителями, в первую очередь детские переживания, связанные с матерью. В основу детского психоанализа должно быть положено, по мнению М. Кляйн, представление о том, что удовлетворение и фрустрация, либидозные и деструктивные импульсы формируются на самых ранних стадиях развития ребенка, в течение трех-четырех первых месяцев его жизни, когда у него появляется восприятие «хорошего» и «плохого» объекта («хорошей» и «плохой» груди матери). На ранних стадиях развития ребенка проявляется то, что может быть названо «младенческим неврозом», характеризующимся депрессивной тревогой. Последняя, как считала М. Кляйн, «играет жизненно важную роль в раннем развитии ребенка, и нормой является завершение инфантильных неврозов где-то к сроку около середины первого года жизни».

Во второй половине 20-х и начале 40-х годов проходили идейные столкновения между А. Фрейд и М. Кляйн, обусловленные их различными взглядами на детский психоанализ. Особенно острыми эти столкновения были в Англии, куда М. Кляйн переехала в 1926 году, а А. Фрейд – в 1938 году.

Отголоски этих дискуссий сохранились до сих пор среди психоаналитиков, специализирующихся в области психоанализа детских невротических заболеваний. Во всяком случае, среди современных психоаналитиков нет единого мнения по поводу того, в какой степени следует доверять детской игре в процессе анализа ребенка: отражает ли его игра действительные жизненные ситуации, свидетельствующие о внутренних конфликтах, или в ней проявляется сопротивление выражению конфликтов; является ли игра ребенка своего рода переносом или излюбленным средством выражения; находит ли он в ней средство «бегства в болезнь» или игра ребенка сама по себе обладает целебной силой.

В настоящее время одни психоаналитики придерживаются взглядов А. Фрейд, другие – разделяют идеи М. Кляйн, третьи – используют все ценное, что имелось в учениях этих двух представителей детского психоанализа. В данной хрестоматии содержатся материалы, принадлежащие перу А. Фрейд, и в ней отражена соответственно одна из позиций, связанная с пониманием специфики детского психоанализа и его техники. Для того чтобы составить более полное представление о возможных подходах к рассмотрению психического развития ребенка, возникновения психических расстройств детей и методов их лечения, читатель может обратиться к опубликованным на русском языке работам, приведенным в списке литературы. Однако мне представляется, что ознакомление с детским психоанализом необходимо начинать с чтения соответствующих работ А. Фрейд. Именно поэтому предлагаемая читателю хрестоматия включает в себя исследования данного автора как необходимую предпосылку для дальнейшего овладения психоаналитическими знаниями в сфере терапии, воспитания и образования детей.

Валерий Лейбин,

действительный член Академии педагогических и социальных наук,

главный научный сотрудник

Института системных исследований РАН

mybook.ru

Биография и книги автора Фрейд Анна

Фрейд, Анна (род. 3 декабря 1895 года, Вена - ум. 9 октября 1982 года, Лондон) - британский психолог и психоаналитик австрийского происхождения, младшая дочь основателя психоанализа Зигмунда Фрейда. Наряду с Мелани Кляйн считается основателем детского психоанализа.

Жизнеописание

У Зигмунда Фрейда и его жены Марты Анна была младшим, шестым ребёнком в семье. В качестве первой профессии выбрала профессию учительницы начальной школы. После Первой мировой войны, оставив учительство, Анна посвятила себя отцу, работая его секретарём и сиделкой, а также психоанализу. Вскоре она вступает в Венское психоаналитическое общество, и выступает там с первыми докладами. В 1938 году, после аншлюса Австрии, семья Фрейдов подвергается аресту, и вскоре Анна вместе с отцом навсегда покидает Вену, выбрав новым место жительства Лондон. В Великобритании она продолжила заниматься психоанализом, развивая идеи своего отца, особенно в области психологии детства. В 1947 году Анна Фрейд основала Хэмпстедскую клинику в Лондоне - крупнейший в то время детский психоаналитический лечебный и учебный центр. В 1952 году она открыла в Лондоне детские терапевтические курсы и клинику, которые были первым учреждением для лечения детей методом психоанализа. Последние годы жизни учёная и исследовательница работала в Йельском университете, продолжая развивать свои идеи в области детской психологии. Умерла Анна Фрейд в Лондоне 9 октября 1982 года. Она никогда не была замужем и не имела собственных детей.

Научные воззрения

Став прямым наследником научных воззрений своего отца, Анна Фрейд в первую очередь развивала психоаналитические представления о Я, фактически основав новое неофрейдистское направление в психологии - эго-психологию. Главной её научной заслугой обычно считают разработку теории защитных механизмом человека - механизмов, с помощью которых Я нивелирует влияние Оно. Также Анна значительно продвинулась в изучении агрессии, но всё таки самым весомым вкладом в психологию было создание (эту заслуга принадлежит ей вместе с Мелани Кляйн) детской психологии и детского психоанализа. Ею были разработаны методы работы с детьми, в том числе игровые, положения психоаналитической теории перерабатывались Анной для прикладной помощи родителям и детям в их взаимодействии. Дети были главным научным и жизненным интересом Анны Фрейд, однажды она даже сказала: «Я не думаю, что являюсь хорошим предметом для биографии. Наверное, всю мою жизнь можно описать одним предложением - я работала с детьми!». В конце жизни учёную, уже имевшую звания Почётного профессора во многих крупнейших университетах мира, привлекла другая область связанная с детьми - семейное право, ей она занималась в Йельском университете, издав две работы в соавторстве с коллегами (см. Избранные научные работы).

www.rulit.me

Анна Фрейд - основоположница детского психоанализа

Анна Фрейд — британский психолог и психоаналитик австрийского происхождения, младшая дочь основателя психоанализа Зигмунда Фрейда. Наряду с Мелани Кляйн считается основателем детского психоанализа.

Биографический очерк
В детстве получила хорошее домашнее образование.

Анне было всего 13 лет, когда состоялся ее первый разговор с отцом о психоанализе, который оказал огромное влияние на всю ее дальнейшую судьбу. Чуть позже Зигмунд Фрейд разрешил Анне присутствовать на заседаниях Психоаналитического общества. Анна сама проходила курс психоанализа у отца, присутствовала на приемах пациентов, была единственным близким для Зигмунда Фрейда человеком, который переносил с ним все тяготы, поддерживал его в самые тяжелые минуты и оставался рядом с ним до последних его дней.

На протяжении всей жизни Анна Фрейд вела огромную психоаналитическую деятельность.

После получения педагогического образования (Вена, 1914) в течение пяти лет преподавала в одной из венских начальных школ, где впервые заинтересовалась проблемами психологии детей. Начиная с 1918 года, она принимала участие во всех Международных психоаналитических конгрессах и заседаниях Венского психоаналитического общества. В 1920 году Анну Фрейд приняли в члены "Психоаналитического издательства", а в 1923 году она открыла свою собственную психоаналитическую практику.

С 1920 г. работала в английском отделении психоаналитического общества. Под непосредственным руководством отца освоила теорию, методику и технику психоанализа. В 1922 г. опубликовала первую статью «Бьющие фантазии и дневные мечты», в которой исследовала способы прекращения мастурбации.

В 1922 г. Анна Фрейд была принята в Венское психоаналитическое общество, и с 1923 г. она начала практиковать психоаналитическую терапию. Специализировалась преимущественно по проблемам психоанализа детского возраста и использования психоаналитических идей в педагогике, в том числе для коррекции недостатков обучения и воспитания. Анна Фрейд разрабатывала методику и технику детского психоанализа. С 1923 г. она работала в Венском институте психоанализа. В 1925—1938 гг. была председателем Венского психоаналитического общества.

В 1927 г. опубликовала работу «Введение в детский анализ». В нее вошли 4 лекции, прочитанные ею в Венском психоаналитическом институте и знакомящие со спецификой техники детского психоанализа. В этой книге Анна Фрейд исходила из того, что психоаналитическая жизнь детей подчиняется иным психическим законам, чем у взрослых. И поэтому при проведении психоанализа нельзя механически переносить на детей те методы анализа, которые используются при анализе психики взрослых. А. Фрейд Подчеркнула роль окружения в развитии ребенка и показала эффективность «игровой терапии».

В 1936 г. в книге «Психология «Я» и защитные механизмы» развила психоаналитические идеи о «механизмах защиты» и показала их роль в формировании и функционировании психики и личности. В этой книге Анна опровергла мнение о том, что психоанализ занимается исключительно областью бессознательного, и ввела в качестве объекта психоанализа "Я", как центр сознательного.

В 1938 г., после оккупации Австрии нацистами, Анна Фрейд подвергалась аресту и допросам в гестапо. После вынужденной эмиграции в Англию (1938), совместно с 3игмундом Фрейдом, Анна особое внимание уделяла поддержке больного отца. После смерти 3. Фрейда (1939) прилагала значительные усилия для корректного и эффективного развития психоаналитического учения и международного психоаналитического движения.

В 1941 г., совместно с Дороти Берлингем, Анна Фрейд организовала близ Лондона Хэмпстедский приют для детей, разлученных с родителями во время войны, где работала до 1945 г. Наряду с поддержкой детей она осуществила комплекс психоаналитических исследований влияния психической депривации на развитие ребенка и ее последствий. Результаты этих исследований были опубликованы в работах «Маленькие дети в военное время» (1942), «Дети без семьи» (1943), «Война и дети» (1943). В 1945 г. содействовала организации периодического ежегодника «Психоаналитическое исследование ребенка».

В 1947 г. дочь основателя психоанализа открыла курсы подготовки детских психоаналитиков. В 1952 г. Анна Фрейд организовала и возглавила Хэмпстедскую клинику детской терапии, ориентированную на психоаналитическое лечение детей. Как директор этой клиники и курсов психоаналитической терапии она руководила их работой до 1982 г.

Выдвинула и разработала ряд идей о детстве и юности как периоде, характеризующимся наличием психических кризисов, специфика переживания которых влияет на формирование и развитие психики и личности человека. Исследовала различные проявления нормального и анормального индивидуального развития ребенка.

В 1973 году Анна Фрейд была избрана президентом Международной психоаналитической ассоциации, что явилось кульминационным пунктом признания ее заслуг в психоаналитической деятельности.

Более шестидесяти лет своей жизни Анна Фрейд посвятила психоаналитической практике и научной деятельности. За это время она подготовила огромное количество докладов, лекций и статей, которые вошли в 10-томное собрание ее сочинений.

Интересные факты:
1. Анна Фрейд - самая младшая из шести детей Зигмунда Фрейда.
2. Отправившись учится в Англию , она познакомилась с молодым психоаналитиком Эрнестом Джонсом, который быстро предложил ей руку и сердце. Но Фрейд был против этого брака и, как оказалось позднее, любого брака своей дочери. В итоге Анна так никогда и не вышла замуж.
3. Заняла лидирующее положение в таком психоаналитическом направлении как "детская психология" и открыла психотерапевтический детский центр в Лондоне, который существует до сих пор.

Научные воззрения
Став прямым наследником научных воззрений своего отца, Анна Фрейд в первую очередь развивала психоаналитические представления о Я, фактически основав новое неофрейдистское направление в психологии — эго-психологию. Главной её научной заслугой обычно считают разработку теории защитных механизмов человека — механизмов, с помощью которых Я нивелирует влияние Оно. Также Анна значительно продвинулась в изучении агрессии, но всё-таки самым весомым вкладом в психологию было создание (эта заслуга принадлежит ей вместе с Мелани Кляйн) детской психологии и детского психоанализа. Ею были разработаны методы работы с детьми, в том числе игровые, положения психоаналитической теории перерабатывались Анной для прикладной помощи родителям и детям в их взаимодействии. Дети были главным научным и жизненным интересом Анны Фрейд, однажды она даже сказала: «Я не думаю, что являюсь хорошим предметом для биографии. Наверное, всю мою жизнь можно описать одним предложением — я работала с детьми!». В конце жизни учёную, уже имевшую звания Почётного профессора во многих крупнейших университетах мира, привлекла другая область связанная с детьми — семейное право, им она занималась в Йельском университете, издав две работы в соавторстве с коллегами (см. Библиография).

psychojournal.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о