Основоположниками этологии как науки являются: Этология человека — все самое интересное на ПостНауке

Содержание

Эволюционные основы агрессии и примирения у человека

Мы публикуем полную стенограмму лекции, прочитанной известным антропологом, доктором исторических наук, заведующей Центром эволюционной антропологии Института этнологии и антропологии РАН, профессором Учебно-научного центра социальной антропологии РГГУ Мариной Бутовской 15 января 2009 года в клубе – литературном кафе Bilingua в рамках проекта «Публичные лекции Полит.ру».

Марина Львовна Бутовская — автор свыше 240 научных статей и нескольких монографий. Член редакционной коллегии журналов «Этнографическое обозрение», «Anthropologie» и «Social Evolution and History». Член Ассоциации этнографов и антропологов России, Европейской антропологической ассоциации, Европейского приматологического общества, Американской ассоциации физических антропологов, Общества по изучению поведения и эволюции человека, Международного общества по изучению агрессии, Международного общества по этологии человека и Международного приматологического общества. Область научных интересов: приматология, этология человека и приматов, эволюционная антропология, антропология пола, конфликтология, культурология, кросс-культурная коммуникация, охотники-собиратели Восточной Африки. Провела несколько сезонов полевых исследований среди охотников-собирателей хадза в Танзании.

См. также:

Текст лекции

Марина Бутовская (фото Наташи Четвериковой)

Спасибо. Я благодарю всех, кто собрался в этом зале. И заранее прошу прощения, если в моей лекции будет некоторый крен в научную сторону, в научные термины и в сугубо научную проблематику. Как вы все знаете, о природе агрессии говорилось очень много. Одна из основополагающих монографий на эту тему была написана именно этологом, Конрадом Лоренцом. В нашей стране книга вышла под названием «Агрессия – так называемое зло». Правда, со значительным опозданием. Наряду с тем, что такой значительный интерес был сконцентрирован на проблеме агрессии, некоторые коллеги, в частности, один из основоположников этологии, получивший вместе с Лоренцом Нобелевскую премию, Нико Тинберген, стали говорить уже в 60-е годы о необходимости использования этологических подходов и методов не только для изучения войны, но и мира у животных и человека. В этологии времен Тинбергена не было этологического описания мира, того, что мы сейчас называем феноменом примирения. Мир представлялся как отсутствие агрессии. По словам Тинбергена, этологам того времени предстояло написать книгу о мире — такую, какая уже была написана о войне. В ней были бы показаны естественные механизмы мира и их эволюционная составляющая. Примерно 30 лет назад начались систематические исследования, которые позволяли подойти с научной точки зрения к феномену примирения и миролюбия. В качестве объекта были выбраны приматы. Исследования проводились и в неволе, и в естественной среде обитания. Один из основоположников этого исследования – голландский приматолог Франц де Ваал. В настоящее время это ведущий специалист в области проблем мира у приматов и человека, работающий в Америке. Де Ваал предложил рассматривать миролюбие как естественное поведение у социальных видов животных, наравне с агрессивным. Этот тезис в последние годы получил значительное подкрепление. Сегодня уже можно смело говорить, что не только агрессия, но и наша добрая сторона – миролюбие, — имеет под собой значительные биологические основы. Этологические подходы, использованные для изучения миролюбия у приматов Францем де Ваалом и его коллегами, оказались применимы для анализа дружественного поведения и примирения у человека; прежде всего, они эффективны при исследовании социальных коллективов детей. Однако человечество представлено разными, значительно отличающимися между собой культурами. Для того чтобы показать универсальную природу этих механизмов примирения, необходимы были широкомасштабные кросс-культурные исследования по единой программе, позволяющие вычленить в поведении миролюбия общечеловеческие универсалии и одновременно оценить культурную специфику моделей примирения. Этим проектом мы и занялись в 90-е гг. вместе с моими коллегами из нескольких стран мира. В частности, из Швеции, США, Японии, Германии и Италии. Сейчас мы можем говорить о формировании новой науки, достаточно комплексной, силами антропологов, физиологов, этологов, специалистов в области генетики, – науки о мире. Этология здесь играет одну из основных ролей.

Что же такое мир? Если мы посмотрим с лингвистической точки зрения, то в английском понятие мира – это отсутствие враждебности. По сути — негативный мир. Для китайца же мир будет представлять собой гармоничность и равновесие. Здесь речь идет скорее о позитивном мире. Дети же из разных стран мира, расценивают мир более сходным образом. Мир эквивалентен хорошим отношениям со сверстниками. В любых интервью, которые мы проводили, звучал именно такой комментарий детей. Таким образом, то, что очевидно для детей многих стран мира, как мы видим, сходно скорее с понятиями китайцев, нежели, к примеру, англичан.

Я бы хотела все же обозначить теперь вопросы, которые будут обсуждаться в рамках данной лекции. Прежде всего, я хочу подробнее остановиться на том, какие же механизмы используются для контроля социальной напряженности. Я полагаю, они во многом сходны у приматов и человека. Чтобы проиллюстрировать этот тезис, рассмотрим в деталях структуру примирения у детей и обезьян. А затем остановимся на базовых способах регуляции конфликтов у человека, которые, с моей точки зрения, имеют универсальные основы. Сегодня ни у одного серьезного исследователя не возникает сомнений, что наши предки, как и большинство современных приматов, вели групповой образ жизни. То, что наши предки были общественными животными, послужило ведущей предпосылкой к развитию человека как существа интеллектуального (в первую очередь, речь идет о социальном, макиавеллиевском, интеллекте). Групповой образ жизни связан, прежде всего, с необходимостью постоянно превозмогать социальные конфликты. Если мы живем в социуме, то постоянно контактируем друг с другом. Социум как таковой таит в себе не только положительные составляющие, но и немало негативного. Однако общественный образ жизни, по всей видимости, являлся одним из ведущих факторов успешного выживания и распространения человека по земному шару. Естественно предполагать, что параллельно с эволюцией человека эволюционировали и природные механизмы регуляции социальной напряженности. Универсальные, как мы увидим. Отрабатывались законы и нормы поведения, в соответствии с которыми разрешаются конфликтные ситуации.

В прошлом существовала довольно длительная история изучения агрессии. Был период, когда классические этологи акцентировали внимание на инстинктивной природе агрессии и настаивали на том, что такое поведение возникает под действием внутреннего побуждения, вследствие чего агрессию почти невозможно полностью устранить в человеческом обществе. С этологами здесь постоянно дискутировали и психологи, и антропологи. Речь идет о специалистах, которые у нас скорее квалифицировались как этнографы и которых сейчас мы называем социальными антропологами. Социальные антропологи настаивали на том, что агрессия – это феномен социальный и осваивается путем научения. Им виделось, что некоторые общества могут существовать без агрессии (в качестве таковых приводили примеры бушменов, тасадеев, хадза). Однако, по мере накопления полевых материалов из разных областей знания в процессе продолжительных дискуссий на протяжении всего 20-го века, постепенно ученые пришли к некоторому консенсусу. Сейчас большинство специалистов склонны признать, что для проявления агрессии существенны и врожденные, в том числе, генетические факторы, и условия воспитания.

Гипотеза о наличии механизмов регуляции конфликтов у приматов, которые ведут общественный образ жизни, была сформулирована в конце 70-х гг. Францем де Ваалом. В качестве объекта послужила колония шимпанзе Арнемского зоопарке (Нидерланды). Напомним, что шимпанзе генетически являются нашими ближайшими родственниками. У нас 98,5 % общих генов. Это, безусловно, одна из вершин эволюции коллективности у приматов. Шимпанзе обладают сложнейшей социальной структурой. Когда исследователи внимательно разобрали многочасовые этологические протоколы и проанализировали увиденное, оказалось, что после драк и стычек бывшие противники не только не пытались избегать друг друга, как это следовало бы из теории Конрада Лоренца, а, наоборот, активно искали контактов друг с другом. Поскольку этот феномен не стыковался с основными представлениями об агрессии, надо было найти причину и объяснение увиденному. И тут идея об эволюционных основах примирения нашла свое место. Де Ваал с коллегами показали, что восстановление добрых отношений между бывшими противниками снижает стресс у обеих сторон. Одним из наиболее эффективных способов эмоционального расслабления у обезьян являются телесные контакты. В частности, груминг — чистка шерсти. Стало ясно, что чистка шерсти является одним из ведущих средств поддержания социальной стабильности. Впоследствии Роб Данбар даже выдвинул гипотезу о том, что человеческая речь возникла как производное от таких контактов в силу усложнения социальной структуры и необходимости поддержания дружественных контактов с большим количеством индивидов одномоментно.

Благодаря наблюдениям этологов стало ясно, что между последовательными событиями — агрессией и дружественными контактами после нее — имеется очевидная связь. Здесь нужно вспомнить, что существуют, конечно, различия между единичным социальным контактом и долгосрочными социальными отношениями. Если мы говорим, что существа социальны и поддерживают достаточно стабильный многолетний контакт, надо понять, что эти особи безусловно важны друг для друга и играют большую роль в выживании каждой отдельной особи. Поэтому уже к середине 90-х гг. была предложена новая модель отношений. С единичных составляющих агрессии произошел переход к рассмотрению агрессии как следствия конфликта интересов особи, пары или группы. Соответственно произошло плавное замещение индивидуальной модели агрессии на модель отношений (социальную модель агрессии). Эта модель используется по сей день. Она оказалась очень эффективной для объяснения социальных феноменов конфликтного поведения. Она рассматривает социальных партнеров как своеобразный товар, обладающий различной ценностью, и позволяет делать некоторые предсказания о том, как будут разворачиваться события во время конфликта и после него. Сейчас стало ясно, что вероятность агрессии повышается с ростом возможностей для конкуренции и с качеством ресурсов, с одной стороны, и с наличием реальных шансов на примирение после конфликта, с другой. Это последнее обстоятельство долгое время не учитывалось специалистами за пределами этологического направления. Собственно говоря, в предшествующие периоды одни исследователи занимались изучением феномена агрессии, другие – дружелюбия. В комплексе эти два явления практически никогда не анализировались. Начиная с де Ваала и его группы, эти феномены социального поведения стали рассматриваться в комплексе. Такой подход оказался не просто плодотворным, он открыл исследователям глаза на многие до этого не понятные противоречия социальности. Исходя из модели отношений, агрессия может рассматриваться только как один из вариантов разрешения конфликта. Мы сейчас увидим эту схему. Важнейший вывод, следующий из этологических работ по поведению приматов: взгляды на агрессию как на нечто независимое, несовместимое с другими аспектами социальной жизни несостоятельны. Модель приведена в данной схеме для пары индивидуумов, но она работает и для более сложных случаев, скажем, для трех особей или для двух группировок особей, вступивших в конфликт. Итак, в нашем примере конфликт интересов между двумя индивидами может вызвать несколько вариантов поведенческих ответов у конфликтующих. Во-первых, особи могут толерантно относиться друг к другу и делать вид, что ничего не происходит. При этом внутреннее раздражение будет накапливаться и может вылиться в прямую агрессию в дальнейшем — или переадресованную агрессию на третью особь. Конфликтующие могут избегать друг друга. Тогда их контакты прерываются или лимитируются, что плохо сказывается на их отношениях и нарушает стабильность группы в целом. Третий вариант – это перерастание конфликта в агрессию. Но опять-таки, вопреки представлениям К. Лоренца агрессия может быть не таким уж большим злом. Иногда события развиваются позитивно. В момент агрессии индивиды начинают осознавать значимость партнера. Тогда при наличии совместных интересов, а такие интересы у членов одной группы обычно находятся, им не остается ничего иного, как примиряться и находить пути достижения консенсуса. Отношения восстанавливаются и зачастую становятся более теплыми, чем до агрессии.

Поэтому агрессивный конфликт может рассматриваться с разных точек зрения и в разной временной проекции. Кратковременная выгода от победы может при взвешенной оценке с лихвой перекрываться выгодами от будущего долговременного сотрудничества с потенциальным соперником.

Сравнительные исследования по близкородственным видам, в частности по представителям рода Macaca, выявили парадоксальную, казалось бы, закономерность. Оказалось, что чем лучше развиты механизмы примирения, тем меньше особи беспокоятся о том, что возникает ссора. Исходно мы с коллегами полагали, что чем больше такие механизмы развиты, тем меньше будет ссор. А в действительности все оказалось в точности наоборот. Когда механизмы примирения хорошо развиты, животные знают, что смогут помириться.

Вот несколько специфических примеров. У некоторых видов макак имеются специальные элементы поведения, которые используются только в контексте примирения и, как правило, не используются в других ситуациях. К примеру, у бурых макак (их мы много лет изучали в Сухумском питомнике обезьян и его Тамышском филиале) для примирения используется фиксация руками крупа жертвы, ритуальное прикусывание руки. А у карликовых шимпанзе в качестве элементов примирения могут использоваться генитальные трения и мастурбация – изначально элементы сексуального поведения – но ритуализованные и лишенные исходного подтекста.

Агрессия может рассматриваться и как инструмент торга. В этом смысле модель отношений предполагает, что агрессия является, во-первых, интегральной составляющей устоявшихся социальных отношений. Вспомните, что конфликт «мать — ребенок» при отучении от груди встречается почти в каждой семье. Но из этого не следует, что мать перестает любить ребенка, а ребенок возненавидит мать.

Эта же модель объясняет, почему агрессия порой переходит в открытое насилие. В ситуации, когда общие интересы отсутствуют, не найдены или лидеры групп специально пытаются их завуалировать и дегуманизировать врага. Такие ситуации типичны для традиционных, доиндустриальных обществ. Лидеры намеренно создают ситуацию, когда члены группы начинают думать, что враги – не люди, а животные. В этих условиях нормами и моралью можно пренебрегать.

Марина Бутовская (фото Наташи Четвериковой)

Отношения могут быть и теплыми, и тесными, и корпоративными. Но почему тогда возникают конфликты? Потому что те, кто любят друг друга и дружат друг с другом, значительно чаще оказываются рядом друг с другом и, следовательно, у них чаще возникают различные бытовые поводы для конфликтов. Получается парадокс. Любящие друг друга обречены часто конфликтовать. С другой стороны, эволюционно развиваются механизмы, которые потом позволяют восстанавливать отношения. Этот парадокс разрешается на базе высокого уровня примирения, который типичен в первую очередь для родственников, во вторую – для друзей. Такие примеры имеют место применительно не только к человеку, но и к макакам, павианам, шимпанзе, гориллам и т. д. Модель отношений делает возможной интеграцию конкуренции и кооперации в рамках одной и той же социальной системы отношений и позволяет осознать, что восстанавливаемость отношений после конфликта – отличный тест на оценку качества отношений в паре. Если пара устойчива, периодические трения и конфликты только улучшают отношения. Кроме того, модель позволяет показать, что мотивационная и эмоциональная подноготная конфликта не ограничивается агрессией на почве страха. В основе лежат гораздо более сложные процессы. Если говорить об эмоциональных основах разрешения конфликтов, мы чувствуем тревогу, стресс, когда думаем о потенциальном риске повреждения каких-то очень ценных для нас отношений. Прежде всего, если это жизненно важные связи. Индикатором такой тревоги, когда мы наблюдаем конфликты у обезьян (ведь мы не можем разговаривать с обезьянами), является почесывание, которое наблюдается у бывших участников конфликта. Интересно, что частота проявления почесывания возрастает не только у жертвы, но и у агрессора. Очень часто он тревожен в большей степени, чем жертва. Чем выше уровень такой тревожности, тем более ценными оказываются эти отношения в паре. Если они ценны, оба партнера могут выступать инициаторами примирения. Как оказалось, можно предсказать вероятность примирения по инициативе жертвы и агрессора. Агрессор примиряется чаще у видов с жесткими отношениями доминирования. Там, где эта система достаточно хорошо выражена и иерархична. А жертва чаще выступает с примирением у видов с эгалитарными (толерантными) отношениями. Пример — Тонкинские макаки. У них низок уровень агрессии. И отношения после конфликта чаще восстанавливаются по инициативе самой жертвы. Пример жесткой иерархической системы — виды с гаремной структурой – павианы-гамадрилы. У них есть несколько элементов примирения. Инициатива, как правило, принадлежит доминанту, поскольку подчиненный просто боится к нему подходить.

Но шимпанзе, банобо и человеческие дети характеризуются достаточно толерантными внутригрупповыми отношениями, ближе к эгалитарным, а процесс примирения здесь, как ни странно, начинается по инициативе агрессора. В чем же дело? Получается парадокс. Оказывается, что здесь в силу вступает новый важнейший фактор — развитые когнитивные способности. Чем они выше, тем выше чувство эмпатии и вины за содеянное. Получается, что здесь инициатива со стороны агрессора является индикатором уровня эмпатии и осознания вины.

Мы знаем, что агрессия достаточно распространена в детских коллективах. Но на самом деле в повседневной жизни существуют не совсем адекватные представления о том, какой статус занимают агрессивные дети в группе. Наши исследования и исследования других этологов свидетельствуют, что агрессивные дети часто страдают недостатком социальной компетентности. Они, как правило, занимают невысокий статус в группе. Напротив, те дети, которых можно назвать социально успешными, могут быть представлены как социально компетентные манипуляторы. Они легко умеют предотвращать агрессию, легко мирятся с недавним оппонентом, вмешиваются в конфликты других. Они поддерживают социальное равновесие. То есть они используют агрессию компетентно и по делу. Так что доминантный ребенок способен использовать комбинацию стратегий принуждения и кооперации. Кроме того, для детей важно научаться восстанавливать социальные связи и справляться с конфликтной ситуацией. Я хочу обратить ваше внимание на то, что семьи с одним ребенком – это проблемная ситуация. Такие дети не имеют возможности приобрести опыт разрешения конфликта со сверстниками в семье. Сегодня в городских семьях родители часто ограничивают контакты детей, особенно, в первые годы жизни. Не водят в садик или ясли. Да и во дворе дети играют только под присмотром родителей и лишены личной инициативы. Дети много времени проводят за компьютерами, и ограничены в социальном общении, в результате, в социальном смысле они недостаточно обучаются.

По нашим данным (исследования проводились в Калмыкии, Италии, США и Швеции) видно, что соединение бывших противников проходит по определенной схеме и осуществляется обычно в течение двух минут после окончания ссоры. Гораздо быстрее, чем думали большинство исследователей. Этот временной отрезок, по-видимому, имеет какие-то эволюционные корни. Для большинства исследованных в этом контексте приматов он тоже характерен. Две минуты. Были выдвинуты две основные гипотезы, которые объясняли бы функции такого постконфликтного объединения. Во-первых, снижение неопределенности относительно окончания конфликта. Во-вторых – восстановление отношений, когда оппоненты в этом заинтересованы. Наши исследования подтверждают правомерность обеих теорий. Просто надо рассматривать процесс примирения в двухфазном варианте. Первая фаза – это демонстрация неагрессивных намерений. Вербально это просто извинения. А вторая – это уже интенсивные дружеские действия, при которых дети отчетливо демонстрируют, что они хотят укрепить свои социальные отношения, восстанавливают эти связи. Далее. Оказывается, что дети мирятся не только с друзьями, но и с теми, с кем в повседневной жизни общаются достаточно редко. Это просто должны быть члены той же самой группы. Так что можно сказать, что к 6-7 годам дети располагают хорошо развитыми представлениями о групповой идентичности и отчетливо заинтересованы в групповом единстве. В данном случае эти факты позволяют подтвердить гипотезу восстанавливаемости нарушенных отношений. И здесь сразу два фактора, которые стимулируют процесс воссоединения. Эмоциональный, основанный на привязанности, и рациональный, который основан на осознании принадлежности к группе. Последний более значим при восстановлении отношений с теми, кто условно отнесен нами к категории «не друзья». Дети в возрасте 6-7 лет уже признают определенные правила групповой идентичности и заинтересованы в ее поддержании. Получается, что конфликты и дружеские контакты между «не друзьями» редки, но имеют место. «Не друзья» — это уязвимое звено в структуре группы, поскольку между ними нет привязанности. И действует здесь только рациональный фактор.

В отличие от большинства приматов, в детских коллективах инициатором примирения часто выступает агрессор. По нашим данным 76,9 % конфликтов восстанавливались по инициативе агрессора. Эта пропорция намного выше, чем у бонобо. Бонобо представляют собой известный максимум у приматов по усмирению по инициативе агрессора. Причина здесь в том, что важную роль играет формирующаяся в сознании ребенка концепция вины. Мы видим здесь и извинения, и оправдания, и объяснение причин. В качестве культурных норм присутствуют и те фиксированные действия, с помощью которых можно помириться. Это дележ игрушкой, прежде всего, той, из-за которой произошел конфликт. Это приглашение к игре. Обещание подарка. В этой ситуации качество отношений значимо. Близкие друзья используют более интенсивные средства примирения, и оно у них более энергозатратно. Они преподносят и обещают подарки, используют поцелуи и объятия, приглашают в гости. А не-друзья используют более формальные способы: мирилки, рукопожатия, просьбы и извинения.

Связь между доминированием и примирением, безусловно, есть. Как было установлено, высокоранговые мальчики умеют успешно конкурировать, но они же и самые успешные примиряльщики. Социальное манипулирование детей в этом возрасте вообще хорошо укладывается в политику «кнута и пряника». Статус сверстника связан со способностью мириться. Я уже говорила, что любой конфликт представляет собой стресс. Хочу обратить внимание на то, что социальный статус ребенка, прежде всего в возрасте от 7 до 14 лет, имеет следующее свойство. Оказывается, что дети с высоким статусом, как правило, имеют более низкий уровень гормонов стресса, кортизола. А средне- и низкоранговые имеют более высокий уровень кортизола. Здесь показан уровень гормонов стресса у мальчиков в возрасте от 7 до 15 лет. Мы видим, что с возрастом дети больше стрессируются при социальных конфликтах. А на этом рисунке показан уровень кортизола у жертвы в различных ситуациях после конфликта. Первая колонка – утренний уровень кортизола. Вторая – после конфликта, когда совершалось примирение. Три – это контроль на следующие сутки. Получается, что с примирением уровень кортизола через 15 минут после конфликта восстанавливается и близок к норме. А если примирения не следует (четвертая колонка), кортизол зашкаливает и становится больше, чем в условиях контроля (пятая колонка). Возраст имеет значение. На рисунке показана разница в уровне кортизола в ситуациях конфликта без примирения и при контроле у мальчиков разного возраста. Чем старше ребенок, тем больше эта разница. Если конфликт интенсивный и носил характер физических контактов, уровень кортизола значительно выше.

Гендерные различия по примирению тоже нами рассматривались. Прежде всего, речь шла о примирении в однополых парах, которое сравнивалось с примирением в разнополых парах. Оказалось, что уровень кортизола сходен. Вероятность поддержки в ситуации конфликта зависела у детей и от статуса, и от дружеских связей. Оказывается, что дети предпочитают поддерживать тех, с кем они хотели бы дружить. Но это не всегда их друзья. И против тех, кто может оспаривать их положение в групповой иерархии (это более типично для мальчиков). Дети предпочитают поддерживать сверстников своего пола. Мальчики обычно поддерживают агрессоров, а девочки действуют иначе. Даже в пределах своего пола они предпочитают поддерживать жертв. В этом, прежде всего, и проявляется гендерная специфика. Поддержка может являться тактикой социального манипулирования для мальчиков, потому что мальчики более заинтересованы в достижении высокого иерархического статуса. А у девочек просматривается эмпатия в поддержке. Они сочувствуют тем, на кого нападают. В смешанных парах то же самое. Вмешательство третьего лица, конечно, имеет место. Дети принимают сторону одного из противников. Причем это может наблюдаться уже в очень раннем возрасте — в два-три года. Поразительно, не правда ли? Ведь кажется, что в этом возрасте еще не сформировались понятия того, кого и как надо поддерживать. Однако наша модель отношений позволяет объяснить эту ситуацию. Модель представляет собой врожденный механизм защиты ценных для индивида отношений. Прежде всего, дети поддерживают представителей своего пола, с которыми чаще всего играют. Напротив, дети старше трех лет начинают практиковать медиацию. Они пытаются останавливать конфликты других. Используются для этого умиротворяющие жесты, мимика, слова, которые направлены на то, чтобы остановить конфликт. Могут и просто разнимать участников ссоры. Почему? Очевидно, что уже существуют достаточно развитые когнитивные представления о стратегиях поведения в этой ситуации. Социально-когнитивная модель, которая недавно была предложена Томозелло, предполагает, что дети хотят и могут помогать другим в простейших социальных ситуациях. Это их внутренняя составляющая. Причем в возрасте 2-3 лет уже наблюдается существенная разница в уровне когнитивного развития. В два года дети вмешиваются в конфликт реже, чем в три. В дальнейшем разница увеличивается. Те, кто вмешиваются, сильно рискуют. Ведь мы знаем, что иногда агрессор и жертва объединяются против того, кто их останавливал. Тем не менее, в некоторых культурах, например, в калмыцкой, тот, кто вмешивается, получает много очков, становясь более высокоранговым по статусу. Это престижная роль. Мирители в калмыцкой культуре – почетные и уважаемые люди.

Подростки. Конструктивное разрешение конфликта. На графике верхняя линия – девочки, нижняя – мальчики. Картинки сходны, но уровень конструктивного разрешения у девочек выше во всех возрастах от 11 до 15 лет. А с 13-ти лет уровень резко возрастает. Мы видим, что в возрасте 11-13 лет различий между мальчиками и девочками не наблюдается. Затем у мальчиков с 13-ти лет происходит падение. Они предпочитают не вмешиваться. А у девочек происходит постоянный рост. К 15-ти годам девочки здесь значительно превосходят мальчиков.

Далее. Существуют дети с нормальным развитием и импульсивно-агрессивные. В чем проблема второй группы? Ведь сейчас она увеличивается. По подсчетам моих западных коллег в отдельных популяциях до 10% детей могут быть импульсивно-агрессивными. Это данные моих голландских коллег о детях 6-8 лет и наши дети 7-12 лет. В обоих случаях оказывается, что по числу агрессивных конфликтов агрессивные дети никак почти не отличаются от нормальных. Но оказывается, что они действуют немного по другой схеме. Когда возникает эскалация конфликта, они не могут остановиться. Происходит нарастание агрессивности. Более того, импульсивно-агрессивные дети не хотят идти на мировую. Даже если один из участников конфликта инициирует примирение, то второй участник, как правило, его отклоняет.

Возникает вопрос, всегда ли они будут такими аномальными членами общества? Наши данные, которые были получены при работе с обезьянами, говорят, что не все так пессимистично. Просто с такими детьми надо работать — чем раньше, тем лучше. Их когнитивных способностей достаточно, чтобы они могли научиться нормально себя вести в постконфликтной ситуации. Часто они просто не знают, как это делать. Получается, что тезис, который исходно высказывали и психологи и антропологи, что можно научиться вести себя неагрессивно, имеет под собой реальную логику. Оказывается, есть врожденная основа вероятности того, что конкретный индивид будет вести себя с определенной степенью агрессивности. И те, у кого этот генетический фон не очень благоприятен, должны быть объектами более пристального внимания и коррекции психологов на ранних стадиях воспитания. Очень часто при таком разумном вмешательстве эти люди способны потом корректировать свое поведение, становятся лояльными членами общества, никак не проявляя свою девиантность, и не совершают противоправных действий.

Вообще, в разных культурах есть развитые традиции восстановления отношений. Вопреки мечтам некоторых антропологов, не существует ни одного общества, в котором не было бы места агрессии. Существуют более и менее агрессивные общества. Так что церемонии, направленные на восстановление социальных связей, существуют повсеместно. В детских коллективах это могут быть стихи-мирилки: «Мирись, мирись и больше не дерись». Аналог можно найти у охотников-собирателей и ранних земледельцев. Мои коллеги наблюдали особые песенные ритуалы замирения на Новой Гвинее, когда две враждующие группы выстраивались в линию друг перед другом и группа, считающая себя виновником конфликта, цитировала стихи, в которых говорилось, что они больше не будут так себя вести. А вторая группа повторяла за ними эти слова. После этого они считали, что отношения урегулированы, и производили церемонию с приглашением на праздник и совместную трапезу. Так что можно говорить, что ритуалы замирения современных детей и ранних земледельцев несут в себе много общего. Существуют различные роли. Мужчины чаще ссорятся, а женщины чаще выступают в роли мирителей. В некоторых кавказских культурах описан традиционный ритуал замирения, когда женщина, чаще всего мать, может остановить дерущихся мужчин, бросая между ними платок с головы. И они обязаны остановиться.

Какие могут быть ритуалы примирения в традиционных обществах? Обмен подарками, например. Выплата различных реституций. Обмен пищей и распитие напитков, в том числе и спиртных. Физические контакты, допустим, рукопожатие, поцелуи. Умиротворяющие жесты: поклоны, глаза, опущенные долу, пока обиженная сторона не простит, простирание ниц. Выражение извинений. Это могут быть различные словесные декламации, в том числе и стихи.

В замирении может принимать участие и третья сторона, особенно когда сами партнеры помириться не могут. Тогда в действие вступают родственники или уважаемые члены группы, которые идут к пострадавшему и просят о мире. Можно говорить, что человек и другие приматы располагают врожденными эволюционно развитыми механизмами урегулирования конфликтов; такие механизмы примирения более разнообразны у видов со сложной социальной организацией. Уровень примирения выше у видов с терпимыми отношениями доминирования. Когнитивные способности играют важную роль в примирении. В дополнение к защитникам здесь появляются миротворцы и утешители. Они встречаются и у шимпанзе, и у бонобо, а у человека вмешательство третьих лиц вообще очень развито.

Уровень примирения может варьироваться в разных группах одного вида в зависимости от социальных условий. Качественно новое явление у человека – это примирения на межгрупповом уровне. Эта эволюционно новая тенденция, связанная с потребностью в кооперации на надгрупповом уровне. Культура вносит новые элементы в примирения. Это могут быть символы и понятия. В процессе онтогенеза более древние биологические механизмы не отнимаются, не отрицаются, не исчезают, а просто дополняются новыми культурными компонентами. В заключение я хочу сказать, что взаимопонимание возможно не только на внутривидовом уровне, чего я нам всем желаю, но и на межвидовом уровне. Приматы способны понять наши намерения и устанавливать с нами вполне дружеские отношения.

Спасибо.

Обсуждение лекции

Борис Долгин: Спасибо. Я начну с методологического вопроса — не столько к данной лекции, сколько к тому, что вообще делает этология. Вы не видите проблемы с тем, чтобы рядом рассматривать социальные процессы человека и не человека? Не требует ли это какого-то сильно специального обоснования? Иными словами, сравнивая внешне похожие явления разных сфер, мы всегда, чтобы делать это более или менее научным образом, пытаемся обосновать, что это системное, а не просто внешнее сходство.

Марина Бутовская (фото Наташи Четвериковой)

Марина Бутовская: Это то, чем и занимается этология. Когда мы говорим о сходных феноменах, мы ищем генетическое сходство и общность по происхождению. Это не внешнее феноменологическое сходство.

Борис Долгин: Но сходство по происхождению может потом вести к принципиально разной функции того, что возникало из одного корня.

Марина Бутовская: Если мы видим, что в результате общего происхождения возникает сходная структура и сходные модели поведения, то как мы еще можем это трактовать?

 

Борис Долгин: И еще один методический вопрос. Вы говорили о разного рода исследованиях в нашей и других странах. Каковы были выборки, как они строились?

 

Марина Бутовская: Я говорю только о тех исследованиях, которые с моей точки зрения статистически достоверны и имеют достоверные выборки. В современной науке можно оперировать только достоверными данными.

 

Николай Васильев: Вы какую позицию занимаете по отношению к исследованиям биохимического плана? К изучению адреналиновых реакций и т. д.?

 

Марина Бутовская: Очень положительную. Я просто в силу ограниченности данного доклада не затрагивала эту сферу. Конечно, мы знаем, что агрессивные реакции человека в значительной мере регулируются с помощью нейрохимических и нейрофизиологических процессов. Я приветствую такого рода исследования. Одна из частей нашего исследования посвящена изучению нейрофизиологической составляющей агрессии.

 

Григорий Чудновский: Вы привели примеры миротворческих процедур в разных культурах. Упомянули о платке, который разделял горцев. Это ведь люди военного склады с оружием. И чтобы платок их разделил? Невообразимо.

 

Марина Бутовская: Речь идет о традиции. И не в военном контексте, а когда, например, два парня в деревне начинали драться.

 

Григорий Чудновский: Речь идет о людях из горских районов. У них национальный костюм – это кинжал. А платок их разделяет! Уникальная культура. Не могли бы вы мне разъяснить один библейский сюжет? Есть нормативная модель в христианстве. Если тебя ударили по одной щеке – подставь вторую. Мы не знаем автора. Это явно примирительная модель поведения перед агрессором. Я хотел бы с позиции эффективности платка, который разделил вооруженных людей, по природе агрессивных, подумать, насколько эффективна эта модель. Что происходит после подстановки второй щеки? Мне интересно, какая культура это декларирует и насколько это эффективно с позиции российской действительности, где религия пытается …

 

Марина Бутовская: В принципе, как этолог могу сказать, что такой механизм не срабатывает. Подчинение и смирение не останавливают агрессию. Это только раззадоривает агрессора и стимулирует его применять еще более агрессивные меры. Это очень неприятный момент, который мы для себя обнаружили. А то о чем вы упоминаете, чисто религиозная установка. Я не думаю, что здесь есть какой-то культурный стереотип. Я уже пятый год работаю с людьми, которые продолжают вести жизнь охотников-собирателей в Африке. Это в Танзании. И это одна из самых миролюбивых культур, которые сейчас известны на Земле. Может, поэтому они и сохранились. Могу сказать так. Уровень агрессии у них низкий. Когда у них возникает ситуация конфликта, второй пытается свести конфликт на шутки. Это не подставление второй щеки. Но он не отвечает агрессией на агрессию.

 

Вопрос из зала: Можете привести пример шутки?

 

Марина Бутовская: Например, один толкает другого. А тот говорит: «Ты что, сегодня не можешь прямо ходить?»

 

Вопрос из зала: Это эскалация.

 

Марина Бутовская: Нет. Они оба смеются, окружающие тоже — и конфликт угасает.

 

Вопрос из зала: Вы наблюдаете только за детьми?

 

Марина Бутовская: Этологические методы предполагают постоянное наблюдение. Но за детьми проще наблюдать. А то, что мы сейчас делаем в Африке, позволяет нам наблюдать и за взрослыми. Так что данные по взрослым у нас есть, но не по русским и не по калмыкам.

 

Вопрос из зала: Не ведете ли вы наблюдения в местах заключения?

Марина Бутовская: Я туда не допущена, хотя у нас и есть одно небольшое исследование в колонии для несовершеннолетних девушек. Это опрос. Наблюдение там вести почти невозможно. То, что мы делаем с подростками и взрослыми, это не наблюдение, а скорее опросы, которые позволяют проводить оценки окружающими членов этой группы и сравнивать их.

 

Борис Скляренко: Известно, что вопросы агрессии и примирения стоят не только у животных. Он исследуется и в социальной сфере. Здесь попытка понять детерминирующие факторы поведения в обществе разделяется сегодня на два традиционных течения. Одно говорит, что история общества – это история постоянной борьбы, конфликтов и т. д. Другое – наоборот: консолидация, объединение и т. д. Естественно, как представитель социальных наук, я хочу задать вам вопрос. Ваши данные о чем больше свидетельствуют? Это история бесконечной борьбы или же бесконечной консолидации?

 

Марина Бутовская: Основной message этого доклада заключался в том, что нельзя рассматривать историю вражды в отрыве от истории консолидации. Это два тесно связанных между собой феномена, которые иногда вытекают один из другого, иногда согласуются друг с другом. Так или иначе, мы не можем понять один феномен, игнорируя второй. Мы можем воспринимать и оценивать их только вместе. Вообще принято думать, что когда речь идет о борьбе, то это агрессия. На самом деле бороться с другими коллективами могут только те, кто очень трогательно, трепетно и заботливо относятся друг к другу. Вы знаете, что даже в истории есть специальные методы, когда людей, которые должны были идти в бой, связывали друг с другом. Воспитывали вместе. Надежный брат по оружию – это твой друг, твой брат и кровный родственник. Получается, что воевать и враждовать могут только те, кто знает, как дружить и любить.

 

Вопрос из зала: Вы считаете, что есть смысл в понятии «гена агрессии»?

 

Марина Бутовская: Да. Мы сейчас занимаемся этим. Новый проект связан с генами, отвечающими за агрессивное поведение.

 

Вопрос из зала: То есть если у ребенка был агрессивный отец, а ребенок был с рождения усыновлен неагрессивной семьей, у него с возрастом проявится агрессия?

 

Марина Бутовская: Нет. Я так не считаю. Таких генов несколько. Сейчас известно около шести. Но я думаю, что будет больше. Известно, что носительство этих генов не является некой стигмой. Все зависит от того, в какие условия ребенок попадает. При наличии генетических предпосылок и если с ним плохо обращаются, ребенок часто становится криминогенной личностью. А когда с ним хорошо обращаются, этот ген может никогда не проявить свою плохую сторону.

 

Вопрос из зала: Вам не кажется, что это похоже на Чезаре Ломброзо?

 

Марина Бутовская: Ничего общего. Это уже совсем о другом. Внешние признаки, которые описывает Ломброзо, свидетельствуют только о маскулинности, о мужественности. Но она сама по себе не предполагает агрессивности.

 

Борис Долгин: Вы здесь немного перепутали генотип и фенотип. Вы сказали об агрессивном отце, а потом заговорили о генах. Агрессивность отца – это не характеристика его генотипа, это описание его поведения.

 

Марина Бутовская: Тогда мы должны вернуться к истокам и понять, что считать, а что не считать агрессией. Конкуренция и агрессия — между ними не следует ставить знак равенства.

 

Вопрос из зала: Скажите, с чем связан рост подростковой и особенно женской агрессивности?

 

Марина Бутовская: Здесь надо понять две вещи. Рост подростковой преступности и агрессивности в нашем обществе, на мой взгляд, связан с расшатанностью устоев общества, связанных с перестройкой и переходом от одних канонов и стереотипов к тому, что еще не создано в этом обществе. На подростков не обращали внимания. Их запустили в ситуации этого социального катаклизма. Относительно роста женской агрессивности хочу вас предостеречь. Я работаю с культурой скотоводов и охотников-собирателей. В обоих случаях женская агрессивность ненамного ниже мужской.

 

Вопрос из зала: Есть данные по американскому обществу, что там бытовые преступления женщины совершают чаще.

 

Марина Бутовская: Я тут с вами соглашусь. У меня скоро должна выйти статья под названием «Битие жен у датогов». Они регулярно бьют своих жен. Я смотрела эти данные по миру. Известно, что существует тенденция роста избиения супругов со стороны женщин. Что это такое? До сих пор ученые не пришли к общему знаменателю. В традиционных обществах вообще принято скрывать, что жена побила мужа или нанесла ему физическое повреждение. Есть даже такие средневековые гравюры. В средневековой Германии если становилось известно, что мужчину побила жена, его с позором проносили в специальных носилках по городу. Так что я не знаю, как часто били мужей жены. Просто мужья не хотели это афишировать. Сейчас считается вполне пристойным обратиться по этому поводу в полицию.

 

Борис Долгин: То есть извечный вопрос в том, улучшилась ли диагностика или увеличилась болезненность.

 

Борис Жуков: Правильно ли я понял, что о споре между этологами и психологами о природе агрессии сейчас можно сказать так. Агрессия как мотив идет изнутри и генетически обусловлена и мало подвержена изменению. А вот умение ей управлять, включать ее в целостное поведение гораздо больше поддается обучению.

 

Марина Бутовская: Да, вы правы.

 

Михаил Митрофанов: Когда вы говорили о терминах «агрессор» и «жертва», что имелось в виду? Стороны, которые пострадали в конфликте и нанесли ущерб? Или это сторона, инициирующая конфликт и выступившая в качестве пассивной?

 

Марина Бутовская: Скорее второе. Тот, кто инициирует конфликт, как правило, сильнее. Он может оценить свои силы. Но никто не нападает на более сильного.

 

Вера Кеник: Есть ли сценарий агрессии? Начало, развитие и т. д.?

 

Марина Бутовская: Да, конечно.

 

Вера Кеник: И второе. В том эпизоде мальчик-примиритель повернулся лицом к жертве или к агрессору?

 

Марина Бутовская: Там был эпизод вмешательства. Там он вмешался и встал спиной к агрессору.

 

Вера Кеник: Это довольно странно, ведь агрессор более опасен.

 

Марина Бутовская: Здесь достаточно проблематично. Я не знаю, опасен ли агрессор для него. Мирителей иногда бьют и те и другие, но, как правило, более раздражена жертва и поэтому срывает зло на мирителе. Так и здесь. Жертва стала толкать мирителя.

 

Вера Кеник: А если вмешаться на этапе, когда страсть утихает?

 

Марина Бутовская: Когда страсть стихает, агрессор и жертва редко бывают рядом друг с другом. Миритель обычно идет в жертве, гладит его, успокаивает. Или часть мирителей может идти к агрессору и говорить ему, чтобы тот извинился.

 

Вера Кеник: Но вы утверждали, что мальчики обычно становятся на сторону агрессора.

 

Марина Бутовская: Я показала ситуацию мирителя, а не ситуацию, когда один становится на сторону агрессора, усиливая агрессию. Таких эпизодов масса.

 

Валерий Дроздов: Можно сказать, что вы занимаетесь конфликтологией в действии. Но существует большая традиция конфликтологии, которая не проявилась в докладе. Вы показываете детей. Возникает вопрос: «А где государства?» У вас микросообщества.

 

Марина Бутовская: Этологи не занимаются государствами. Они занимаются группами и внутригрупповыми проблемами. На уровне государства – это не моя область.

 

Валерий Дроздов: Государству выгодны конфликты среди людей. Оно сразу вмешивает полицию, силы внушения, разводки. Вы говорите о примирении. А есть такое слово как «солидарность». Это изучал Кропоткин. Фактор эволюции. Вы считаете, что солидарность действует среди людей как фактор эволюции?

 

Марина Бутовская: Да, конечно.

 

Григорий Чудновский: Я доскажу следующую мысль. Есть культуры, где страдания являются желаемой нормой. Христианство тоже возвело страдание. Возвращаясь к эпизоду о щеках. В этой культуре, когда ударили по одной щеке, не понимают, что это пощечина, а понимают, что это физический удар. Эта группа вопросов изучается здесь?

 

Марина Бутовская: Да. В этнопсихологии есть такие понятия, как «культура стыда» и «культура вины». Исходя из этих альтернатив, можно объяснять то, о чем вы говорите. Когда вас ударили и вам стыдно, вы просто должны ответить.

 

Вопрос из зала: Еще один вопрос в развитие вопроса о ситуации с примирителем. В ваших исследованиях нет ли такой зависимости, что частота случаев, когда примиряемые стороны объединяются против примирителя, больше, когда рядом больше никого из членов группы нет?

 

Марина Бутовская: Не могу ответить. Я такой связи не вижу.

 

Борис Долгин: Фактор свидетеля.

 

Марина Бутовская: Я понимаю. Но такой связи нет.

 

Вопрос из зала: Как я помню даже по детским воспоминаниям, если жертву примиряют с агрессором, жертва чувствует себя вдвойне обиженной. Ведь ее статус падает еще ниже.

 

Марина Бутовская: Нет.

 

Вопрос из зала: Ее лишают шанса на реванш.

 

Марина Бутовская: А зачем ей реванш? Я сталкивалась с таким. Бывает, что жертва хочет реванша. Но тогда не идет речь о примирении.

 

Екатерина: Вы сказали, что возрастает количество девиантных детей. С чем это связано?

 

Марина Бутовская: Это в первую очередь связано с тем, что дети с детства ограничены в своих возможностях общаться со сверстниками. Они не получают навыков.

 

Екатерина: Это гипотеза или это доказано?

 

Марина Бутовская: Не знаю. С моей точки зрения, это так.

 

Борис Долгин: Вопрос, видимо, стоит такой. Это ваша экспертная оценка или проведены исследования, результаты которых можно считать доказательствами?

 

Марина Бутовская: Это моя оценка. Я этим конкретно сама не занималась.

 

Борис Скляренко: Вы исследовали еще одну социальную группу — бомжей?

 

Марина Бутовская: Я работала с нищими.

 

Борис Скляренко: Извините. Есть какая-то корреляция в поведенческих основах того, о чем говорилось сегодня, и нищими?

 

Марина Бутовская: Я бы не рассматривала нищих как лиц с повышенной агрессией.

 

Борис Скляренко: То есть среди них агрессивность не проявляется?

 

Марина Бутовская: Может проявляться, как и в любой группе. За исключением некоторых групп, которые используют агрессивную манеру попрошайничать, – цыган, прежде всего. Это культурный стереотип.

 

Борис Долгин: Основная тема сегодня – агрессия, примирение. А какие еще социальные формы должны быть исследованы с этой точки зрения? С точки зрения эволюции?

 

Марина Бутовская: Могу сказать, что сейчас популярно в мире. Одно из очень популярных исследований – это анализ эволюционных основ альтруизма и кооперации.

 

Вопрос из зала: Есть ли здесь какие-то достижения?

 

Марина Бутовская: Да. Если вы знаете, кто такой Гамильтон, то с 64-го года в науку стали вводиться идеи о генетических основах альтруизма и эгоизма. Сейчас добавляются все новые данные. А исследования ведутся. Эти феномены, которые представители гуманитарных наук пытались рассматривать как сугубо человеческие и социальные, имеют под собой если не биологический, то эволюционный смысл, что и доказывается современными исследованиями.

 

Борис Долгин: Спасибо. Поступил письменный вопрос. «Почему в докладе практически не рассматриваются причины агрессии? Зависимость характеристик агрессии от причин?»

 

Марина Бутовская: Это риторический вопрос. Просто этот доклад был ориентирован на анализ тех феноменов, о которых я говорила. Причинность – это, с моей точки зрения, наиболее простая область. Причинами занимались и в 19-м веке. Данных очень много. Одной из причин роста агрессии может стать рост температуры окружающей среды. По американским данным, при высокой температуре повышается количество убийств.

 

Борис Долгин: В рамках этологии (если ее вообще принимать) не кажется ли вам целесообразным создание описаний системы ритуалов, сценариев поведения животных, приматов, в том русле, в котором это сделано для человека? Я понимаю, что отдельные вполне описаны, но не имеет ли смысла пытаться идти к системному описанию — так, как это описывается для человеческого общества?

 

Марина Бутовская: Этим занимаются. Я думаю, что ранние этологи именно этим и занимались. Они пытались описывать ритуалы. Но это заря развития этологии. Сейчас занимаются более сложными вещами, попытками предсказывать возможность последующих действий. Прогнозированием. Речь идет о том, можно ли прогнозировать следующие поведенческие шаги.

 

Вопрос из зала: Какой части животных свойственна агрессия?

 

Марина Бутовская: Этот феномен характерен для всего животного мира.

 

Вопрос из зала: И вирусам?

 

Борис Долгин: А можно ли отнести вирусы к животному миру?

 

Марина Бутовская: Насчет вирусов я не знаю. Они все-таки не животные. А насчет муравьев, то там точно есть агрессивное поведение. Они его проявляют, осознают, даже если оно на инстинктивном уровне. И что? Почему должно осознаваться? Разве нет инстинктивной агрессии?

 

Вопрос из зала: А что такое вообще агрессия?

Марина Бутовская: Агрессия – это намеренное нанесение вреда другому индивиду.

 

Вопрос из зала: Намеренное! Значит, нужна мысль. А у муравьев ее нет.

 

Марина Бутовская: Она у них есть. Случайно они друг друга не убивают. Убивают тех, кого хотят убить.

 

Евгений Тесленко: Спасибо за доклад. Но у меня есть некоторые сомнения касательно врожденности моментов примирения. Я бы попросил вас уточнить параметры ваших выборок детей. Я думаю, что калмыцкие дети представляют собой разные группы, как и русские.

 

Марина Бутовская: Это позиция статистики. Люди, которые работают со статистикой, знают, что материал можно набирать до определенного момента. Скажем, до ста или до двухсот проб. После мы уже просто накапливаем данные — и получаем те же самые результаты. Вы знаете, что в начале исследований принято планировать размеры выборки, оценивать ее достаточность?

 

Евгений Тесленко: Кто определяет достаточность?

 

Марина Бутовская: Исследователи, исходя из конкретной задачи и методов сбора материала.

 

Евгений Тесленко: На каких основаниях? Просто назовите количественные параметры.

 

Марина Бутовская: Видите ли, они зависят от плана эксперимента. Если это опросники, значит, будет несколько тысяч.

 

Борис Долгин: Видимо, вопрос заключается в том, сколько детей было исследовано конкретно?

 

Марина Бутовская: Дело не в том, сколько наблюдалось детей, а в том, сколько времени затрачено на изучение каждой группы. Я могу наблюдать несколько групп. Так и было. У меня было пять групп по 25 детей. Но каждую группу я наблюдала в течение года. Потому что мне надо было статистически набрать количество конфликтных и постконфликтных взаимодействий в каждой группе. Это 300-400 взаимодействий по каждой группе. Значит, всего полторы тысячи. Понимаете?

 

Евгений Тесленко: Я понимаю. Но ведь типов таких групп очень много: деревенская, городская…

 

Марина Бутовская: А зачем они мне нужны? Я не социолог. Социологи могут вести опросы и оперировать очень большими выборками. Они затрачивают на один опрос небольшую единицу времени. А я работаю с группой целый год. У меня нет двухсот лет. У каждой науки есть своя методология и схема исследований. Для этологов достаточно посмотреть, скажем, 3 группы по 25 детей в течение года, чтобы набрать по каждой группе 300-400 таких эпизодов.

 

Евгений Тесленко: Я понимаю. Я просто просил назвать мне цифры. И второе, что вводило в некоторое смущение. У вас несколько аргументов прошли в логике «если отношения в паре или группе ценны, последует примирение». По-моему, логика может быть иной: «последовавшее примирение показывает, что данные отношения в паре или группе обладают некой ценностью». Разница принципиальна. Вы начинаете объяснять реальные процессы метафизической ценностью.

 

Марина Бутовская: Вначале просто есть гипотеза, которая проверяется.

 

Евгений Тесленко: То есть, вначале стоит некая мыслительная схема…

 

Марина Бутовская: В любом научном исследовании вначале ставится гипотеза.

 

Евгений Тесленко: Наблюдая за группами, вы строите не научную гипотезу, а некое эмпирическое наблюдение.

 

Борис Долгин: Мне кажется, что попытка Евгения так это перевернуть говорит о том, что он хотел спросить еще об одной вещи. Когда вы говорите, что они так делают из-за ценности отношений, из какого источника информации вы получаете данные об этой ценности?

 

Марина Бутовская: Так лучше. Мы же наблюдаем за этой группой. И мы оцениваем качество отношений между детьми по совершенно другим поведенческим показателям. Мы их оцениваем как близких друзей, как нейтральных и как не-друзей. Мы наблюдаем не только за конфликтами. Так что у нас есть данные о профилях поведения каждого из этих детей и об их привязанностях. Это не экспертные, а количественные оценки, исходя из времени наблюдения. На их основе строятся социограммы.

 

Евгений Тесленко: Но мне кажется, что такого количества недостаточно.

 

Марина Бутовская: Достаточно для чего? Нам достаточно для подтверждения или опровержения поставленных гипотез.

 

Евгений Тесленко: Есть развернутые антропологические теории. Ближе к какой социально-антропологической модели вы находитесь?

 

Борис Долгин: Вы рассказали об экспериментах, об объяснительных конструкциях, которые поверх них возникают. Видимо, вопрос заключается в том, что существуют разные метанаучные концепции поверх этих объяснительных конструкций. Какие из них вам кажутся наиболее близкими?

 

Марина Бутовская: Не знаю. Не могу ответить.

 

Евгений Тесленко: То есть проблема встраивания вашей области в более общие концепции пока проблематична?

 

Марина Бутовская: Меня этот вопрос просто не интересует.

 

Евгений Тесленко: Хорошо. А интересует вас возможность применения ваших исследований и разработок? Здесь было обсуждение проблемы белого платка. Я Кавказ неплохо знаю. И знаю, что далеко не всегда и не всякий конфликт можно было женщине разрешить, а только очень особенный, специфический. Даже их уже давно так не решают.

 

Марина Бутовская: Я не спорю. Я говорила о традиционном, а не о современном кавказском обществе. Я же не говорила, что это сейчас практикуется.

 

Евгений Тесленко: То есть существует практическая выгода? Можно брать методики, исследовать принципы примирения?

 

Марина Бутовская: Да. Не просто можно, а нужно. На Западе это делают. Более того, этологические методы являются одними из ведущих методов диагностики в психиатрии на Западе. Также в различных методах психотерапии. У нас меньше, но у нас есть Симферопольская школа психиатров. Она работает этологическими методами. Это Самохвалов и его группа. Я считаю, что это очень эффективно. В политике это, безусловно, применимо. На Западе это тоже используется. Я даже скажу, что экспертные оценки этологического плана были основными для того, чтобы предсказать результаты выборов нескольких президентов США. Так что применимо. Я просто сама не занимаюсь практическим применением этологических подходов. Мне больше интересны теоретические аспекты. И, конечно, этологические примеры используются в маркетинге и рекламе.

 

Борис Долгин: Спасибо.

 

Марина Бутовская: Вам тоже. Спасибо, что слушали и задавали вопросы. Я люблю вопросы, поскольку они стимулируют научную мысль.

В цикле «Публичные лекции Полит.ру» выступили:

     
  • Владимир Бобровников. Безбожники рисуют ислам: советская (анти)религиозная пропаганда в комментариях востоковеда
  • Владислав Иноземцев. Сценарии посткризисного развития России
  • Алексей Левинсон. Средний класс и кризис
  • Марина Бутовская. Эволюционные основы агрессии и примирения у человека.
  • Николай Розов. Циклы истории России: порождающий механизм и контекст мировой динамики
  • Алексей Миллер. Понятие «нация» и «народность» в России XIX века
  • Леонид Ионин.  Социокультурные последствия кризиса
  • Елена Зубкова. Сталинский проект в Прибалтике
  • Александр Долгин. Перепроизводство свободы как первопричина кризиса
  • Публичное обсуждение. Климатический кризис: вызов России и миру
  • Татьяна Черниговская. Язык и сознание: что делает нас людьми?
  • Георгий Касьянов. «Национализация» истории в Украине
  • Игорь Кон. Раздельное обучение: плюсы и минусы
  • Константин Сонин. Экономика финансового кризиса
  • Адам Михник. Польша, Россия, Европа
  • Ольга Бессонова. Образ будущего России в контексте теории раздаточной экономики
  • Александр Кынев. Результаты региональных выборов и тенденции политического процесса
  • Александр Аузан. Национальные ценности и российская модернизация: пересчет маршрута
  • Леонид Григорьев. Как нам жить с мировым финансовым кризисом
  • Евсей Гурвич. Институциональные факторы экономического кризиса
  • Дмитрий Тренин. Мир после Августа
  • Анатолий Ремнев. Азиатские окраины Российской империи: география политическая и ментальная
  • Светлана Бурлак. О неизбежности происхождения человеческого языка
  • Лев Гудков. Проблема абортивной модернизации и морали
  • Евгений Штейнер. Ориентальный миф и миф об ориентализме
  • Михаил Цфасман. Судьбы математики в России
  • Наталья Душкина. Понятие «подлинности» и архитектурное наследие
  • Сергей Пашин. Какой могла бы быть судебная реформа в современной России
  • Ольга Крыштановская. Российская элита на переходе
  • Эмиль Паин. Традиции и квазитрадиции: о природе российской «исторической колеи»
  • Григорий Ревзин. Современная московская архитектура
  • Алексей Миллер. «Историческая политика» в Восточной Европе: плоды вовлеченного наблюдения
  • Светлана Боринская. Молекулярно-генетическая эволюция человека
  • Михаил Гельфанд. Геномы и эволюция
  • Джонатан Андерсон. Экономический рост и государство в Китае
  • Кирилл Еськов. Палеонтология и макроэволюция
  • Элла Панеях. Экономика и государство: подходы социальных наук
  • Сергей Неклюдов. Предмет и методы современной фольклористики
  • Владимир Гельман. Трансформация российской партийной системы
  • Леонид Вальдман. Американская экономика: 2008 год
  • Сергей Зуев. Культуры регионального развития
  • Публичное обсуждение. Как строить модернизационную стратегию России
  • Григорий Померанц. Возникновение и становление личности
  • Владимир Кантор. Российское государство: империя или национализм
  • Евгений Штейнер. Азбука как культурный код: Россия и Япония
  • Борис Дубин. Культуры современной России
  • Андрей Илларионов. Девиация в общественном развитии
  • Михаил Блинкин. Этиология и патогенез московских пробок
  • Борис Родоман. Автомобильный тупик России и мира
  • Виктор Каплун. Российский республиканизм как социо-культурная традиция
  • Александр Аузан. Национальные ценности и конституционный строй
  • Анатолий Вишневский. Россия в мировом демографическом контексте
  • Татьяна Ворожейкина. Власть, собственность и тип политического режима
  • Олег Хархордин. Что такое республиканская традиция
  • Сергей Рыженков. Российский политический режим: модели и реальность
  • Михаил Дмитриев. Россия-2020: долгосрочные вызовы развития
  • Сергей Неклюдов. Гуманитарное знание и народная традиция
  • Александр Янов. Николай Данилевский и исторические перспективы России
  • Владимир Ядов. Современное состояние мировой социологии
  • Дмитрий Фурман. Проблема 2008: общее и особенное в процессах перехода постсоветских государств
  • Владимир Мартынов. Музыка и слово
  • Игорь Ефимов. Как лечить разбитые сердца?
  • Юхан Норберг. Могут ли глобальные угрозы остановить глобализацию?
  • Иванов Вяч. Вс. Задачи и перспективы наук о человеке
  • Сергей Сельянов. Кино 2000-х
  • Мария Амелина. Лучше поздно чем никогда? Демократия, самоуправление и развитие в российской деревне
  • Алексей Лидов. Иеротопия. Создание сакральных пространств как вид художественого творчества
  • Александр Аузан. Договор-2008: новый взгляд
  • Энн Эпплбаум. Покаяние как социальный институт
  • Кристоф Агитон. Сетевые сообщества и будущее Интернет технологий. Web 2.0.
  • Георгий Гачев. Национальные образы мира
  • Дмитрий Александрович Пригов. Культура: зоны выживания
  • Владимир Каганский. Неизвестная Россия
  • Алексей Миллер. Дебаты о нации в современной России
  • Алексей Миллер. Триада графа Уварова
  • Алексей Малашенко. Ислам в России
  • Сергей Гуриев. Экономическая наука в формировании институтов современного общества
  • Юрий Плюснин. Идеология провинциального человека: изменения в сознании, душе и поведении за последние 15 лет
  • Дмитрий Бак. Университет XXI века: удовлетворение образовательных потребностей или подготовка специалистов
  • Ярослав Кузьминов. Состояние и перспективы гражданского общества в России
  • Андрей Ланьков. Естественная смерть северокорейского сталинизма
  • Владимир Клименко. Климатическая сенсация. Что нас ожидает в ближайшем и отдаленном будущем?
  • Михаил Юрьев. Новая Российская империя. Экономический раздел
  • Игорь Кузнецов. Россия как контактная цивилизация
  • Андрей Илларионов. Итоги пятнадцатилетия
  • Михаил Давыдов. Столыпинская аграрная реформа: замысел и реализация
  • Игорь Кон. Мужчина в меняющемся мире
  • Александр Аузан. Договор-2008: повестка дня
  • Сергей Васильев. Итоги и перспективы модернизации стран среднего уровня развития
  • Андрей Зализняк. Новгородская Русь (по берестяным грамотам)
  • Алексей Песков. Соревновательная парадигма русской истории
  • Федор Богомолов. Новые перспективы науки
  • Симон Шноль. История российской науки. На пороге краха
  • Алла Язькова. Южный Кавказ и Россия
  • Теодор Шанин, Ревекка Фрумкина и Александр Никулин. Государства благих намерений
  • Нильс Кристи. Современное преступление
  • Даниэль Дефер. Трансфер политических технологий
  • Дмитрий Куликов. Россия без Украины, Украина без России
  • Мартин ван Кревельд. Война и современное государство
  • Леонид Сюкияйнен. Ислам и перспективы развития мусульманского мира
  • Леонид Григорьев. Энергетика: каждому своя безопасность
  • Дмитрий Тренин. Угрозы XXI века
  • Модест Колеров. Что мы знаем о постсоветских странах?
  • Сергей Шишкин. Можно ли реформировать российское здравоохранение?
  • Виктор Полтерович. Искусство реформ
  • Тимофей Сергейцев. Политическая позиция и политическая деятельность
  • Алексей Миллер. Империя Романовых и евреи
  • Григорий Томчин. Гражданское общество в России: о чем речь
  • Александр Ослон: Общественное мнение в контексте социальной реальности
  • Валерий Абрамкин. «Мента тюрьма корежит круче арестанта»
  • Александр Аузан. Договор-2008: критерии справедливости
  • Александр Галкин. Фашизм как болезнь
  • Бринк Линдси. Глобализация: развитие, катастрофа и снова развитие…
  • Игорь Клямкин. Приказ и закон. Проблема модернизации
  • Мариэтта Чудакова. ХХ век и ХХ съезд
  • Алексей Миллер. Почему все континентальные империи распались в результате I мировой войны
  • Леонид Вальдман. Американская экономика: 2006 год
  • Эдуард Лимонов. Русская литература и российская история
  • Григорий Гольц. Происхождение российского менталитета
  • Вадим Радаев. Легализация бизнеса: баланс принуждения и доверия
  • Людмила Алексеева. История и мировоззрение правозащитного движения в СССР и России
  • Александр Пятигорский. Мифология и сознание современного человека
  • Александр Аузан. Новый цикл: Договор-2008
  • Николай Петров. О регионализме и географическом кретинизме
  • Александр Архангельский. Культура как фактор политики
  • Виталий Найшуль. Букварь городской Руси. Семантический каркас русского общественно-политического языка
  • Даниил Александров. Ученые без науки: институциональный анализ сферы
  • Евгений Штейнер. Япония и японщина в России и на Западе
  • Лев Якобсон. Социальная политика: консервативная перспектива
  • Борис Салтыков. Наука и общество: кому нужна сфера науки
  • Валерий Фадеев. Экономическая доктрина России, или Почему нам придется вернуть глобальное лидерство
  • Том Палмер. Либерализм, Глобализация и проблема национального суверенитета
  • Петр Мостовой. Есть ли будущее у общества потребления?
  • Илья Пономарев, Карин Клеман, Алексей Цветков. Левые в России и левая повестка дня
  • Александр Каменский. Реформы в России с точки зрения историка
  • Олег Мудрак. История языков
  • Григорий Померанц. История России в свете теории цивилизаций
  • Владимир Клименко. Глобальный Климат: Вчера, сегодня, завтра
  • Евгений Ясин. Приживется ли у нас демократия
  • Татьяна Заславская. Человеческий фактор в трансформации российского общества
  • Даниэль Кон-Бендит. Культурная революция. 1968 год и «Зеленые»
  • Дмитрий Фурман. От Российской империи до распада СНГ
  • Рифат Шайхутдинов. Проблема власти в России
  • Александр Зиновьев. Постсоветизм
  • Анатолий Вишневский. Демографические альтернативы для России
  • Вячеслав Вс. Иванов. Дуальные структуры в обществах
  • Яков Паппэ. Конец эры олигархов. Новое лицо российского крупного бизнеса
  • Альфред Кох. К полемике о «европейскости» России
  • Леонид Григорьев. «Глобус России». Экономическое развитие российских регионов
  • Григорий Явлинский. «Дорожная карта» российских реформ
  • Леонид Косалс. Бизнес-активность работников правоохранительных органов в современной России
  • Александр Аузан. Гражданское общество и гражданская политика
  • Владислав Иноземцев. Россия и мировые центры силы
  • Гарри Каспаров. Зачем быть гражданином (и участвовать в политике)
  • Андрей Илларионов. Либералы и либерализм
  • Ремо Бодеи. Политика и принцип нереальности
  • Михаил Дмитриев. Перспективы реформ в России
  • Антон Данилов-Данильян. Снижение административного давления как гражданская инициатива
  • Алексей Миллер. Нация и империя с точки зрения русского национализма. Взгляд историка
  • Валерий Подорога. Философия и литература
  • Теодор Шанин. История поколений и поколенческая история России
  • Валерий Абрамкин и Людмила Альперн. Тюрьма и Россия
  • Александр Неклесcа. Новый интеллектуальный класс
  • Сергей Кургинян. Логика политического кризиса в России
  • Бруно Гроппо. Как быть с «темным» историческим прошлым
  • Глеб Павловский. Оппозиция и власть в России: критерии эффективности
  • Виталий Найшуль. Реформы в России. Часть вторая
  • Михаил Тарусин. Средний класс и стратификация российского общества
  • Жанна Зайончковская. Миграционная ситуация современной России
  • Александр Аузан. Общественный договор и гражданское общество
  • Юрий Левада. Что может и чего не может социология
  • Георгий Сатаров. Социология коррупции (к сожалению, по техническим причинам большая часть записи лекции утеряна)
  • Ольга Седакова. Посредственность как социальная опасность
  • Алесандр Лившиц. Что ждет бизнес от власти
  • Евсей Гурвич. Что тормозит российскую экономику
  • Владимир Слипченко. К какой войне должна быть готова Россия
  • Владмир Каганский. Россия и регионы — преодоление советского пространства
  • Борис Родоман. Россия — административно-территориальный монстр
  • Дмитрий Орешкин. Судьба выборов в России
  • Даниил Дондурей. Террор: Война за смысл
  • Алексей Ханютин, Андрей Зорин «Водка. Национальный продукт № 1»
  • Сергей Хоружий. Духовная и культурная традиции России в их конфликтном взаимодействии
  • Вячеслав Глазычев «Глубинная Россия наших дней»
  • Михаил Блинкин и Александр Сарычев «Российские дороги и европейская цивилизация»
  • Андрей Зорин «История эмоций»
  • Алексей Левинсон «Биография и социография»
  • Юрий Шмидт «Судебная реформа: успехи и неудачи»
  • Александр Аузан «Экономические основания гражданских институтов»
  • Симон Кордонский «Социальная реальность современной России»
  • Сергей Сельянов «Сказки, сюжеты и сценарии современной России»
  • Виталий Найшуль «История реформ 90-х и ее уроки»
  • Юрий Левада «Человек советский»
  • Олег Генисаретский «Проект и традиция в России»
  • Махмут Гареев «Россия в войнах ХХ века»
  • АUDIO

Этология человека | Суть времени

 

Лариса Магданова

 

 

Этология человека— наука, базирующаяся на применении методов и законов этологии (науки о поведении животных) к исследованию поведения человека.

Поведение(в биологии) — способность животного изменять свои действия под влиянием внутренних и внешних факторов.

Поведение (в психологии) — совокупность действий и поступков индивида.

В настоящее время человеческая цивилизация оказалась в ситуации антропологического кризиса, вызванного отставанием биологической эволюции человека от культурной эволюции: несмотря на то, что в эпоху модерна наука и технологии проделали огромный путь в своём стремительном развитии, организм Homo sapiens, а следовательно, и его умственные способности, остались практически неизменными – такими же, какими они были 10 тысяч лет назад, во время появления современного человека [1]. В связи с этим становится особенно актуальным всестороннее изучение сознания и поведения человека методами как гуманитарных, так и естественных наук. Понимание причин, особенностей и тенденций развития его поведения необходимо для формирования концепции нового человека, способного выйти из сложившегося системного кризиса и сформировать новое устойчивое общество.

Формирование этологии человека

Попытки определить, что такое человек, и в чем заключается смысл его существования, производились на протяжении всей истории человечества. Религиозные откровения часто противопоставлялись усилиям достичь понимания человеческой природы за счет наблюдения и интроспекции. Биология, а именно теория эволюции, предоставила новый импульс развития эмпирическому и рациональному подходу к изучению человека. Люди столкнулись не только с доказательствами своего животного происхождения, но и с осознанием того факта, что человек не является венцом эволюции, а, скорее, представляет собой наилучшим образом приспособленное существо, промежуточное звено на пути к высшим уровням человечности[2].

Ч. Дарвин первым обратил внимание на проблемы биологии человеческого поведения. Далее, с открытием условных рефлексов, И. П. Павлов представил наукам о поведении многообещающий экспериментальный подход и надежду на то, что сложное поведение может быть объяснено последовательным закреплением ассоциаций. В США школа бихевиористов выработала психологию «стимул-ответ», фокусирующуюся на экспериментальном исследовании процессов обучения. Опыт становится всеобъемлющим объяснительным принципом.

Отрицание генетических факторов, контролирующих процессы самодифференциации нервной системы, по-видимому, явилось реакцией на концепцию «инстинкта» У. Джеймса и К.Л. Моргана. Эти ученые в своих работах исходили из предположения, что организмы включают не только набор необходимых органов, но также программу их использования. Нервные структуры, лежащие в основе способности управлять органами, являются результатом эволюции. Научное сообщество увидело в концепции «инстинкта» виталистическую и почти мистическую силу, руководящую животным. Эта идея противопоставлялась концепции «стимул-ответ»[3].

Разделение наук о природе и наук о культуре предопределило доминирующую тенденцию в социологии XX века. Исследования общества ориентировались исключительно на ценностные (внеприродные) категории. То обстоятельство, что человек имеет телесную природу и принадлежит виду высших приматов, само по себе не отрицалось, но выводилось за рамки предмета социологического анализа. Идея «социального конструирования тела» в социологии и концепция «чистого листа» в психологии, казалось бы, окончательно избавляет эти науки от биологических и популяционных пережитков, присущих учениям XIX века (в частности, связанных с именем З. Фрейда и его школой). Эта тенденция получает дополнительное обоснование в принятой интеллектуальным сообществом установке на недопустимость биологических, расово-антропологических и евгенических интерпретаций поведения человека, в том числе наследования некоторых личностных качеств[4].

К. Лоренц и Н. Тинберген – основоположники этологии – в качестве одной из важнейших задач рассматривали проверку пригодности гипотез, полученных в результате наблюдения за животными, для изучения человеческого поведения. В книге «Агрессия»[5] Лоренц посвящает целую главу вопросу о роли врожденного поведения в жизни человека. В двух более поздних произведениях «Оборотная сторона зеркала» и «Восемь смертных грехов цивилизованного человека»[6] он развивает идею о культурной эволюции и ухудшении генофонда человечества. Примерно в то же время Н. Тинберген в своей Нобелевской лекции[7] высказывает идею об ограниченности адаптивных возможностей человека в процессе быстрого изменения условий окружающей среды и о значении этологических подходов в изучении психических нарушений у человека[8].

Необходимость применения этологических подходов для объяснения поведения человека стала совершенно очевидной в 60-е годы. В начале 70-х годов многие психологи, психиатры, психоаналитики, антропологи, зоологи заговорили о необходимости развития этологии человека. Среди них И. Айбл-Айбесфельдт, Р. Хайнд, У. МакГрю, Д. Фриман, Э. Хесс, Дж. Боулби, Н. Блэртон Джонс, П. Смит, Д. Моррис и многие другие. К началу 70-х годов сложилось реальное, достаточно репрезентативное научное сообщество, связавшее свои научные интересы с этологией человека. Как наука этология человека оформилась в значительной мере благодаря усилиям И. Айбл-Айбесфельдта. В 1967 г. И. Айбл-Айбесфельдт, ученик К. Лоренца, опубликовал в книге «Этология — биология поведения» главу, посвященную человеку. О реальном формировании новой научной дисциплины свидетельствует также создание в 1970 г. в Германии Института этологии человека в рамках научного общества Макса Планка. В 1970-е годы публикуются книги К. и С. Дж. Хатт «Прямое наблюдение и измерение поведения», В.С. Макгрю «Этологическое изучение детского поведения». В 1978 г. создается Международное общество этологии человека[8].

К началу 80-х годов исследователи самых разных областей знания пришли к пониманию необходимости синтеза естественнонаучных и гуманитарных знаний для объяснения сущности человеческого поведения. Было признано, что поведенческая норма реакции у человека исключительно велика. Находясь в рамках культуры, он не просто слепо подчиняется ее законам и правилам (усвоив их в процессе социализации), но и сам творит эту культуру, активно ее видоизменяет.

Человек по природе своей социальное (общественное) существо, как и его ближайшие родственники — человекообразные обезьяны. Именно человеческая биология служит необходимым фундаментом для освоения культуры – языка, верований, обычаев, морали. Гены и культура действуют вместе в ходе единого процесса генно-культурной коэволюции. Недостаточно анализировать поведение отдельно с биологических и гуманитарных позиций, необходимо взаимопонимание между специалистами этих наук[4].

 

Биологические науки о поведении человека

 В ряду биологических наук, направленных на исследование поведения человека, представлены:

— этология человека;

— эволюционная психология;

— генетика поведения;

— социобиология;

— физиология высшей нервной деятельности[9].

Этология— наука о поведении животных.

В отличие от прочих наук, объектом которых является поведение животных, этология концентрируется на исследовании поведения в естественной среде. Полученные в результате наблюдений описания и подсчёты формируют базис для теоретического объяснения, которое в дальнейшем развивается по трём направлениям: 1) за счет дополнительных наблюдений, 2) с помощью экспериментальной проверки гипотез, 3) через сравнение зафиксированных черт поведения разных видов.

В ряду вопросов, активно исследуемых этологами:

  • брачные игры;
  • территориальность;
  • забота о потомстве;
  • защита от хищников;
  • эффективность добычи корма;
  • коммуникация;
  • общественная организация[9].

 

Предмет и задачи этологии человека

Этология человека является результатом применения методов этологии к изучению вида Homo sapiens. Этология человека использует экспериментальные и аналитические методы исследования поведения, разработанные в рамках самых разнообразных дисциплин о человеке, таких, как антропология и психология. От этологии животных взяты методы наблюдения без участия, методы документирования наблюдений и сравнительный подход. Теоретическую основу этологии человека составляет критический реализм К. Поппера. Следовательно, в основе науки лежит предположение, что любая адаптация отражает реальную необходимость и тесно связана со средой обитания субъекта.

Этологи человека тесно взаимодействуют с этнологами и социал-антропологами (Э. Гофман, К. Джеттмар, М. Годельер, Г. Шиндлер). Общность интересов этих специализаций возникла с появлением работ, посвященных сравнению различных культур, и возрастанием интереса к общим, универсальным законам человеческого поведения. В этом аспекте также рассматриваются вопросы раннего развития детей и социализации, вопросы социальных структур, иерархичных организаций, агрессии, этических норм и др.

Также существует взаимосвязь между психологами, социологами и лингвистами. В последнем случае изучается развитие как понятийного аппарата, так и самой речи.

Имеется долгая история тесного сотрудничества с медициной, особенно с психиатрией и психоанализом (Д. Плуг, Дж. Блоулби).

Возрастает интерес политологов к этологическим открытиям. В США в настоящее время активно развивается новая дисциплина – биополитика (Р. Д. Александр, К. Барнер-Барри, П. А. Корнинг, А. Сомит, Г. Шуберт).

Открытия этологии также вдохновили деятелей истории искусств и археологии (Д. Фелинг, Г. К. Рамп, М. Шустер)[2].

В современной этологии человека обозначились следующие направления:

  • этология детства;
  • этология невербальных коммуникаций;
  • этология сексуальных различий;
  • кросс-культурная этология;
  • этология психопатологий.

Последнее направление получило особенно интенсивное развитие, возможно, благодаря своей ориентации на медицинскую проблематику[4].

Первые этологические исследования поведения детей были проведены в 60-е гг. Несколько крупных работ в этой области были выполнены практически одновременно Н. Блэртоном Джонсом, П. Смитом и К. Конноли, У. МакГрю. Исследования поведения детей проливает свет на врожденные (не искаженные культурой) свойства поведения человека; позволяют установить общность поведенческих схем человека и других приматов; предоставляют данные о филогенезе и онтогенезе поведения Homo sapiens. Кроме того, этологические методы могут применяться в детской психиатрии для анализа аутизма у детей[8].

Особая область исследований связана с невербальной коммуникацией, в частности, лицевой мимикой. Этологами описано множество техник тела, в том числе элементов мимики и жестикуляции (наиболее известна из них изученная И. Айбл-Айбесфельдтом мимика приветствия)[8]. Исследования невербальных коммуникаций ориентированы прежде всего на изучение их филогенеза, онтогенеза, культурной обусловленности и социальных функций. Однако, как правило, в случае общих теорий происхождения и развития человечества, проблема заключается в логической и экспериментальной доказательности взаимосвязей культурных и биологических описаний[8].

Основоположником этологических исследований на кросс-культурном уровне является И. Айбл-Айбесфельдт. Многолетние труды этого автора показывают, что многие аспекты человеческого поведения становятся более понятными, если их анализ проводить с применением комплекса этологических, культурно-антропологических, лингвистических и экологических подходов. В рамках кросс-культурной этологии рассматриваются поведенческие универсалии (элементы поведения, встречающиеся у всех людей, независимо от культурной принадлежности) и ритуалы[8]. Дж. Хогенсон и Давиденков С. Н. рассматривают миф и ритуал в качестве важнейших адаптационных механизмов, поддерживающих социальный гомеостазис, и настаивают на том, что эти механизмы имеют под собой мощную биологическую основу[4][10].

По мнению Х. Харбаха, «новая поведенческая биология», объединяющая этологические и социобиологические подходы, способна продуцировать плодотворные частные теории о социальном поведении животных и человека[4].

 

 Эволюция человека в свете этологических концепций

Многие этологи пытаются смоделировать эволюцию поведения человека на основе этологических наблюдений и выявленных закономерностей. В своей книге «Агрессия»[5], отталкиваясь от концепции врождённой морали, сформулированной на основе наблюдений за животными, К. Лоренц делает акцент на том, что приматы являются слабо вооружёнными травоядными существами. В связи с этим в ряду предков рода Homo в процессе эволюции не было сформировано комплекса достаточно сильных блоков агрессии, называемых врождённой моралью. Иными словами, не было необходимости формирования внутренней защиты вида от самоистребления.

Однако возникшая в процессе развития способность использовать орудия труда привела к тому, что в условиях прежнего уровня агрессивности резко возросла вооружённость вида. Человек смог нападать на собратьев и вести хищнический образ жизни за счет «культурной», но не биологической эволюции. В частности, не ограниченный внутренними запретами каннибализм обусловил наличие в настоящее время единственного вида разумных гоминидов. Современная мораль возникла позднее и явилась необходимостью и продуктом культурной эволюции.

К. Лоренц в своих работах[5] выказывает беспокойство о нагнетаемой за счёт наращивания темпа жизни и плотности населения агрессии человека. В частности, в этом смысле критикуется капитализм, возводящий в культ карьеру человека и провоцирующий постоянную конкуренцию. По мнению исследователя, подобный строй сопряжен с катастрофическим ростом психических патологий среди населения и не может продолжаться бесконечно.

Помимо врождённой морали и агрессии, для объяснения особенностей развития человечества привлекалась концепция «самоодомашивания»[11]. О явлении «самоодомашивания» впервые заговорил Ч. Дарвин. В своем труде «Происхождение видов»[12] он отмечает, что человек демонстрирует наличие основных признаков «одомашивания»: дружелюбия, чрезвычайного полиморфизма физических, психических и социальных свойств, гибкости поведения и высокой способности к обучению. Данные признаки приобретаются животными, подвергающимися методичному искусственному отбору, в первую очередь, по признаку терпимости к человеку.

Гипотеза о «самоодомашивании» была подхвачена многими исследователями (Э. Фишер, Л. Болк, К. Лоренц) и, безусловно, не избежала яростной критики (Р. Гольдшмидт, Д. Старк, В. Герре и М. Роерс). Сторонники концепции заключают, что причинами «самоодомашивания» явились неконтролируемый отбор на предмет снижения взаимной агрессии человеческих особей и снижение интенсивности естественного отбора по признакам физического и психического здоровья. Указанные явления привели к чрезвычайному повышению полиморфизма популяции Homo sapiens, развитию высокой обучаемости, перманентной половой активности и связанной с ней исключительной плодовитости вида, а также наблюдающемуся «вырождению», т.е. высокой частоте врождённых патологий и низкой устойчивости к разнообразным физическим и психическим заболеваниям[11].

«Самоодомашивание» часто рассматривают вкупе с фетализацией (сохранением у взрослого организма эмбрионального состояния соответствующих признаков). По мнению К. Лоренца, вид Homo sapiens в своём развитии претерпел специализацию в «неспециализированности», которая реализовалась, в частности, за счет инфантилизации (т.е. приобретении взрослыми людьми черт, свойственных детскому организму) и впоследствии дала человеку набор универсальных «инструментов» адаптации к условиям внешней среды. Одновременно автор высказывает пессимистичную точку зрения о вреде явления «самоодомашивания» в контексте физического и психического здоровья человечества. Оптимальной К. Лоренц считает античную цивилизацию со свойственными ей культом тела, развитостью социума, науки и философии[6].

Таким образом, явный прогресс нервной системы человека (выраженный в повышении функциональной пластичности мозга) происходит на фоне ослабления её устойчивости к психическим заболеваниям и сохранения реликтовых поведенческих реакций. Физиолог высшей нервной деятельности С. Н. Давиденков обозначает это явление как парадокс нервно-психической эволюции. Возникновение парадокса объясняется поздним развитием некоторых функциональных особенностей нервной системы и накоплением мутаций в результате снижения интенсивности естественного отбора[10].

При разработке проекта «сверхмодерн» полезно учитывать эволюционные тенденции. В частности, необходимо найти способы минимизировать негативные эффекты, вызванные совершенствованием сознания и усложнением социальной организации людей.

Стоит отметить, что в целом социобиологические исследования являют собой несомненную «группу риска», поскольку здесь широко представлен паранаучный компонент. В частности, это наблюдается в областях, связанных с иерархичностью организации сообществ и половым поведением человека. Например, появляются излишне упрощённые, а потому заведомо ложные концепции (такие, как социал-дарвинизм).

В настоящее время в этологической теории принято считать, что человеческое поведение контролируется социокультурной структурой, лишь опосредованно связанной с базовыми склонностями индивидов, где, возможно, действует естественный отбор[4].

 

Литература
  1. Тарасова О.И. Антропологический кризис и фактор понимания // Вестник ВолГу. Серия 7. — 2008. — V. 7. — № 1.
  2. Eibl-Eilbesfeldt I. Human ethology. 2nd. ed. New Jersey: Transaction Publishers. 2007. 848 p.
  3. Schmitt A. New aspects of human ethology / A.Schmitt, K. Atzwanger, K. Grammer, K. Schafer. Austria, Vienna: International Society for Human Ethology. Conference. 239 p.
  4. Шмерлина И.А. Социология и этология человека // Социологический журнал. 2001. № 1. С. 33-43. http://www.atheism.ru/science/science.phtml?id=337
  5. Лоренц К. Агрессия (так называемое зло). М.: «Прогресс», «Универс». 1994. 272 с. Лоренц К. http://www.lib.ru/PSIHO/LORENC/agressiya.txt
  6. Лоренц К. Оборотная сторона зеркала: Пер. с нем. А.И. Федорова, Г. Ф. Швейника / Под ред. А.В. Гладкого. М.: Республика, 1998. 393 с.
  7. Tinbergen N. Ethology and stress desease: Nobel lecture. http://nobelprize.org/nobel_prizes/medicine/laureates/1973/tinbergen-lecture.pdf
  8. Бутовская М.Л. Этология человека: история возникновения и современные проблемы исследования / Этология человека на пороге 21 века. М.: Старый сад. 1999. http://lib.atheo-club.ru/index.php?action=show_article&a_id=64
  9. Berry J.W. Cross-Cultural psychology /J.W. Berry, Y.H. Poortinga, M.H. Segall, P.R. Dasen. Cambridge University Press. 2002. 588 p.
  10. Крушинский Л.В. Избранные труды. Эволюционно-генетические аспекты поведения. М. Наука. 1991г. 259 с.
  11. Brüne M. On human self-domestication, psychiatry, and eugenics // Philosophy, Ethics, and Humanities in Medicine. — 2007. — V. 2. — N. 21.
  12. Дарвин Ч. Происхождение видов путем естественного отбора или сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь. Пер. с англ. под. ред. А.Л. Тахтаджана. С.-П.: «Наука». 1991. http://charles-darwin.narod.ru/origin-content.html

 

Этология. Этология человека Основоположник этологии как науки

Нематология
Оология Орнитология
Палеозоология Планктология
Приматология Протозоология
Териология Хироптерология
Энтомология Этология

Происхождение названия и история

Этология окончательно сформировалась в 30-е годы XX века на базе полевой зоологии и эволюционной теории как наука о сравнительном описании поведения особи. Становление этологии связывают главным образом с работами Конрада Лоренца и Николаса Тинбергена , хотя они сами первоначально не называли себя этологами. Затем этот термин стал употребляться для того, чтобы различать специалистов по изучению животных в естественных условиях от сравнительных психологов и бихевиористов в США , работавших преимущественно аналитическими методами в лабораториях. Современная этология является междисциплинарной и имеет в себе физиологическую, эволюционную составляющие, наследие бихевиоризма .

Четыре вопроса Тинбергена

  • приспособительную функцию: как поведенческий акт влияет на способность животного выживать и оставлять потомство?
  • причину: какие воздействия запускают поведенческий акт?
  • развитие в онтогенезе: как поведение меняется с годами, в течение индивидуального развития (онтогенеза), и какой предыдущий опыт необходим для проявления поведения?
  • эволюционное развитие: каковы различия и сходства похожих поведенческих актов у родственных видов, и как эти поведенческие акты могли возникнуть и развиваться в процессе филогенеза ?

Известные этологи

См. также

Напишите отзыв о статье «Этология»

Примечания

Литература

  • Бутовская М. Л., Файнберг Л. А. Этология приматов (учебное пособие). — М.: Издательство МГУ, 1992.
  • Вагнер В. А. Биологические основания сравнительной психологии. Т. 2: Инстинкт и разум. — 2005. — 347 с.
  • Зорина З. А., Полетаева И. М. Основы этологии и генетики поведения. — М: МГУ, 1999.
  • Корытин С. А. Поведение и обоняние хищных млекопитающих. — Изд. 2-е. — М.: Изд-во «ЛКИ», 2007. — 224 с.
  • Корытин С. А. Приманки зверолова. Управление поведением зверей с помощью апеллентов. — М.: Изд-во «ЛКИ», 2007. — 288 с.
  • Крушинский Л. В. Избранные труды. — М., 1991.
  • Крушинский Л. В. Записки московского биолога. Загадки поведения животных. — М.: Языки славянской культуры, 2006. — 500 с.
  • Мак-Фарленд Д. : Пер с англ. — М.: Мир, 1988. — 520 с., ил. — ISBN 5-03-001230-3 .
  • Паевский В. А. Пернатые многоженцы: браки, измены и разводы в мире птиц. — М.; СПб.: Товарищество науч. изд. КМК, 2007. — 144 с.
  • Филиппова Г. Г. Зоопсихология и сравнительная психология: учебное пособие для вузов. — 3-е изд., стер. — М.: Академия, 2007. — 543 с.
  • Хайнд Р. Поведение животных. — М., 1975.
  • Дольник В. Р. Непослушное дитя биосферы. Беседы о поведении человека в компании птиц, зверей и детей . — СПб.: ЧеРо-на-Неве; Петроглиф, 2004. — ISBN 5-88711-213-1 .

Ссылки

  • // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб. , 1890-1907.

Отрывок, характеризующий Этология

– Что ж, ты отказываешь князю Андрею? – сказала Соня.
– Ах, ты ничего не понимаешь, ты не говори глупости, ты слушай, – с мгновенной досадой сказала Наташа.
– Нет, я не могу этому верить, – повторила Соня. – Я не понимаю. Как же ты год целый любила одного человека и вдруг… Ведь ты только три раза видела его. Наташа, я тебе не верю, ты шалишь. В три дня забыть всё и так…
– Три дня, – сказала Наташа. – Мне кажется, я сто лет люблю его. Мне кажется, что я никого никогда не любила прежде его. Ты этого не можешь понять. Соня, постой, садись тут. – Наташа обняла и поцеловала ее.
– Мне говорили, что это бывает и ты верно слышала, но я теперь только испытала эту любовь. Это не то, что прежде. Как только я увидала его, я почувствовала, что он мой властелин, и я раба его, и что я не могу не любить его. Да, раба! Что он мне велит, то я и сделаю. Ты не понимаешь этого. Что ж мне делать? Что ж мне делать, Соня? – говорила Наташа с счастливым и испуганным лицом.
– Но ты подумай, что ты делаешь, – говорила Соня, – я не могу этого так оставить. Эти тайные письма… Как ты могла его допустить до этого? – говорила она с ужасом и с отвращением, которое она с трудом скрывала.
– Я тебе говорила, – отвечала Наташа, – что у меня нет воли, как ты не понимаешь этого: я его люблю!
– Так я не допущу до этого, я расскажу, – с прорвавшимися слезами вскрикнула Соня.
– Что ты, ради Бога… Ежели ты расскажешь, ты мой враг, – заговорила Наташа. – Ты хочешь моего несчастия, ты хочешь, чтоб нас разлучили…
Увидав этот страх Наташи, Соня заплакала слезами стыда и жалости за свою подругу.
– Но что было между вами? – спросила она. – Что он говорил тебе? Зачем он не ездит в дом?
Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины?
Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.

В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.

Научная дисциплина, изучающая поведение животных, сформировалась к середине XX в.

До этого поведение животных изучали специалисты, по крайней мере, трех разделов биологической науки: зоологии, физиологии и психологии. Усилиями специалистов, которые пользовались разными концепциями и методологией при изучении животных, последнее столетие настолько обогатило наши представления о поведении животных, что возникла необходимость в формировании самостоятельного раздела в науке о животных. Однако дать определение поведению животных до сих пор сложно. Все понимают, о чем идет речь, но лаконичного определения никто не находит. Это объясняется тем, что поведение включает локомоции и сон, изменение окраски тела и груминг, изменение кровенаполнения органов, эмоции животных, неподвижный отдых и многое другое. Фактически, поведение животных — это их жизнь. А определение понятия «жизнь» дать еще сложнее.

Термин «этология» возник из греческого «этос», что в переводе означает «нрав», «привычка» или «обычай». Исследователи давно применяют этот термин. Однако его содержание изменялось многократно и самым радикальным образом. Первоначально термин «этология» относился к философии и обозначал название науки о человеческой этике. Был период, когда этологом называли лицедея. На определенном этапе развития науки этологией называли направление психологии, которое изучает такое явление, как характер человека.

В биологию термин «этология» вводится только в середине XIX столетия первоначально для обозначения научного направления, изучающего взаимоотношения живых существ друг с другом и окружающей средой, т. е. в это время этология отождествлялась с наукой, которая сегодня известна как экология. В начале прошлого столетия многие исследователи понимали этологию как учение об образе жизни и нравах животных. Терминологическая полемика не утихала до середины XX столетия, когда К. Лоренц и Н. Тинберген согласились использовать термин «этология» для международного обозначения новой научной дисциплины, основоположниками которой они и стали. С тех пор под этологией понимают биологию поведения животных, что включает четыре главных направления исследований — физиологию поведения, развитие поведения в процессе онтогенеза, сравнительные (межвидовые) аспекты поведения и адаптивные функции поведения.

Современная этология (между понятиями «этология» и «поведение животных» поставлен знак равенства, хотя все еще остаются специалисты, которые высказываются против отождествления этих понятий) имеет все признаки самостоятельной науки — свой предмет изучения, специфические методы, сложившиеся научные школы, воспроизводство научно-педагогических кадров, специализированные периодические издания и востребованность научным сообществом. Поведение животных и зоопсихология с одной стороны является теоретической дисциплиной, а с другой стороны имеет прямое отношение к практике животноводства. (Под животноводством мы здесь понимаем продуктивное животноводство, разведение животных для спорта, декоративное животноводство, а также природоохранные действия человека с целью регулирования численности диких животных в естественных биоценозах.)

В конце 1990-х гг. в учебных планах российских аграрных высших учебных заведений подготовки кадров высшей квалификации по специальностям «зоотехния», «ветеринария» и «биология» появилась новая учебная дисциплина — «Этология с основами зоопсихологии». Это логичный шаг в развитии учебного процесса, поскольку он отражает естественный ход диалектики познания животного организма. Все, кто имеет дело с животными (ветеринарные врачи, животноводы, любители домашних животных, натуралисты), испытывают потребность в систематизированных знаниях о нормальном поведении здоровых животных, биологическом значении поведения, механизмах, лежащих в основе того или иного поведенческого акта. Данная книга адресована прежде всего профессиональным работникам животноводства. Однако автор не ограничивает предмет изучения рамками поведения продуктивных животных. Большой вклад в становление этологии как самостоятельной научной и учебной дисциплины внесли исследователи, ставшие классиками этологии (Ч. Дарвин, К. Лоренц, Н. Тинберген, К. Фриш), которые работали с дикими животными в их естественной среде обитания. Многие постулаты современной этологии сформулированы ими на основе изучения поведения неодомашненных видов животных.

В процессе доместификации многие этологические признаки животных были утрачены естественным путем или путем направленной селекции, проводимой человеком. Это относится к групповому поведению, добыванию пищи, размножению животных, их агрессивности. Глубокое понимание поведения домашних животных возможно лишь при сравнении их поведения с поведением их диких предков или ближайших родственников. Поэтому обойти стороной поведение непродуктивных животных в руководстве, предназначенном практическим работникам животноводства, не позволяет логика дисциплины.

С другой стороны, фундаментальные вопросы этологии и зоопсихологии были изучены на домашних, лабораторных и прирученных животных, а также на человеке (И. П. Павлов и теория условных рефлексов, Н. Н. Ладыгина-Котс и основы мыслительной деятельности животных, А. Н. Леонтьев, К. Э. Фабри и основы зоопсихологии, П. К. Анохин и системные механизмы регуляции поведения человека и животных). Поэтому при изложении материала автор использовал результаты исследований, которые были выполнены на человеке и на разных видах животных без учета их прагматической значимости и меры приближенности к быту человека. Более того, невзирая на свое зоотехническое прошлое, автор остался сторонником биоцентризма во взаимоотношениях человека и животных и потому не считает себя вправе отдавать предпочтение животным по принципу их большей или меньшей полезности для человека в современной жизни.

Справедливости ради надо признать, что в последние годы объем этологических исследований на домашних и лабораторных животных вырос многократно. Это объясняется тем, что основные стереотипы поведения животных детально изучены. Однако область зоопсихологии многих поведенческих проявлений остается неясной. В этой части контролируемый эксперимент с применением современных технических средств и домашних и/или лабораторных животных востребован и неизбежен. Поэтому в предлагаемой читателю книге часто акцентируется внимание на особенностях поведения и психологии разных видов домашних животных.

Акцентирование внимания читателя на домашних животных оправдано и соображениями дидактического характера. Учебная дисциплина «Этология с основами зоопсихологии» обеспечивает структурно-логическую связь между теоретическими дисциплинами (зоология, морфология, физиология, генетика и др.) и технологическими специальными предметами (кормление, разведение животных, зоогигиена, ветеринария, рыбоводство, птицеводство, коневодство, кинология и т. д.) в учебных планах вузов животноводческого профиля.

Знание этологии и зоопсихологии позволяет специалисту более объективно оценивать потребности домашних животных в жизненном пространстве, в питательных веществах и кормовых средствах, а также социальные потребности животных. Этология предлагает специалисту научно обоснованные приемы управления (научения) животными разных категорий, включая потенциально опасных для человека (быки-производители, хряки, жеребцы, злобные собаки и др.) и стадных животных (овцы, козы, крупный рогатый скот). Очевидно, что работа с агрессивными животными и управление стадом, в состав которого входят сотни животных, предполагает специальную подготовку персонала в области поведения животных и зоопсихологии.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .

наука о поведении животных, о «биологии поведения», об общебиологических основах и закономерностях поведения животных. Понятие и основные принципы ее сформулированы в 1895 г. Л. Долло. Рассматривает соотношение врожденного поведения инстинктивного и влияния среды. Одно из авторитетных направлений современной биологии, распространяет свои принципы и на человека; исследования этологов непосредственно интересны и для зоопсихологии (иногда даже рассматривается как вариант зоопсихологии). Вкупе с зоопсихологией этология пытается понять, каким образом врожденные механизмы, направляющие возникновение и развитие поведения, дополняются влиянием среды, с коей они взаимодействуют. Согласно ее взглядам, лишь все более углубляя знания о низших организмах, можно лучше понять основы поведения и его эволюции в животном царстве. В задачи этологии входит:

1) изучение филогенетического и онтогенетического развития поведения животных;

2) выявление значения поведения как фактора их эволюции;

3) выявление значения поведения как фактора их индивидуальной и популяционной адаптации. Основное внимание при этом уделяется видотипичным (инстинктивным) компонентам поведения. Этологический анализ базируется на исследовании биологическими методами целостного акта поведенческого. Видотипичные позы и движения описываются в виде «этограмм» — систематизированных «каталогов» двигательной активности видов; путем наблюдений и экспериментов устанавливается функциональное значение этих компонент, выполняется количественный и качественный анализ внешних и внутренних факторов поведения. Особое внимание уделяется биологическим (экологическим) механизмам актов поведенческих. Уточняются связи между видами и другими таксонами животных по признакам поведения. Этология также изучает отклонения поведения животных от нормы в ситуациях экстремальных. Ее достижения применяются в животноводстве и прочих отраслях народного хозяйства, а также при разработке научных основ содержания животных в неволе (=> зоопсихология; животное: поведение инстинктивное). За последние десятилетия возросла доля исследований в одном из разделов этологии — этологии человека. Цель его — осветить биологические основы человеческой природы. Один из путей достижения цели — систематический сбор данных о способах выражения эмоций, о чувствах и различных социальных взаимодействиях у представителей различных культур. Утверждается, что во всех случаях существуют некие «универсальные» для человечества проявления (-> антропоморфизм).

Этология

ethology) Э. — это наука о поведении живых организмов в их естественной среде обитания, в понятие к-рой включается не только физ. среда, но и соц. взаимодействия. Этологическое учение рассматривает тж роль естественного отбора в формировании поведения животных. Оно осн. на имплицитном допущении, что поведение в значительной степени определяется генотипами, к-рые, в свою очередь, яв-ся продуктом эволюционной истории вида. С ним связано еще одно допущение, а именно: отбор по генотипу происходил под влиянием последствий естественно появляющихся форм поведения. Поскольку именно такое поведение составляет осн. предмет изучения в Э., этологи почти не проявляют интереса к традиционным концепциям научения или менталистским понятиям. Основные понятия классической этологии Отправной точкой для развития этологического учения принято считать этограммы — всесторонние, подробные описания поведения видов в их естественной среде обитания. Данный метод берет свое начало в работах европейских натуралистов конца XIX-нач. XX в.: О. Хейнрота, Ж.-А. Фабра и Д. Сполдинга. Эти первые этологи были поражены постоянным, стереотипным характером мн. форм адаптивного поведения. В рез-те такое стереотипное поведение часто относилось к категории врожденного или инстинктивного. Этологическая концептуализация этих форм поведения была уточнена и развита в работах К. Лоренца и Н. Тинбергена. Для их обозначения был введен специальный термин — «фиксированные последовательности действий». Фиксированные последовательности действий — это видоспецифичные, стереотипные модели поведения, предположительно находящиеся под сильным генетическим контролем. Фактически, фиксированные последовательности действий настолько постоянны, что их время от времени использовали в качестве критериев для таксономической классиф. видов. К тому же они обычно вызываются специфическими стимулами (наз. релизорами, или сигнальными стимулами) и, по-видимому, продолжаются уже без участия вызвавшего их релизора. Лоренц и Тинберген полагали, что для каждой фиксированной последовательности действий у животного имеется врожденная нейрональная программа, срабатывающая только в ответ на стимулы, сходные с привычными сигнальными стимулами, встречающимися в его естественной среде обитания. Эта врожденная программа получила назв. «врожденного разрешающего механизма» (ВРМ). Тем самым разрешающие стимулы — релизоры — уподоблялись пусковым устройствам, «заводящим» ВРМ. Еще одной важной характеристикой фиксированных последовательностей действий яв-ся их высокая специфичность. Гнездостроительное, материнское и копулятивное поведение могут включать неск. таких последовательностей, но сами они слишком универсальны, чтобы рассматриваться как фиксированные последовательности действий. Современные достижения этологии. С того времени, как Лоренц и Тинберген в 1930-х гг. заложили теорет. фундамент Э., теорет. и эмпирические подходы этологов к поведению животных претерпели значительные изменения. Этологическая теория, согласно к-рой энергия для осуществления специфических действий накапливается до тех пор, пока сигнальный стимул не вызовет фиксированную последовательность действий в рез-те срабатывания ВРМ, имеет сходство с др. ранними теориями редукции побуждений (или влечений) — от К. Халла до З. Фрейда. Подобно всем этим теориям, классическая теория ВРМ далеко не безупречна в методологическом отношении вследствие изначально существующего порочного круга: единственно доступный способ измерения энергии для осуществления специфических действий — наблюдение за подлежащим объяснению поведением. К тому же нет никаких доказательств в пользу существования отдельных неврологических подсистем, соотв. каждому гипотетическому ВРМ животного. Тем не менее, классическая теория ВРМ имеет нек-рую ценность в качестве дескриптивной сх. Множество различных форм поведения запускается относительно специфическими сигнальными стимулами. Более того, мн. из этих форм поведения с течением времени приобретают пониженные пороги запуска. Важным изменением в этологической теории стало растущее признание роли научения в поведении животных, включая его влияние на фиксированные последовательности действий. В качестве одного из примеров можно назв. импринтинг, к-рый Лоренц первонач. рассматривал как врожденную реакцию следования в ответ на специфический разрешающий стимул. Последующие исслед. предоставили обильные доказательства того, что в основе приобретения импринтинга лежат простые и быстро образующиеся условные связи. И хотя специфическая фиксированная последовательность действий изначально может вызываться специфическим разрешающим стимулом, перцептивное научение начинает происходить немедленно. Следовательно, эта последовательность становятся обусловленной конфигурацией стимула, действующего как релизор. Еще одно важное преобразование Э. связано с сужением границ теорет. объяснений и категорий изучаемого поведения. Раньше теоретизирование носило широкий характер, охватывая крупные категории естественно возникающих форм поведения, хотя исслед. часто ограничивалось наблюдением за животными в естественных условиях, практически без эксперим. вмешательства. В более поздних этологических исслед. акцент переместился на доскональный эксперим. анализ конкретного поведения. Выделилась в самостоятельную область молекулярная Э., изучающая механизмы влияния единичного гена на поведение. Социобиология — еще один подход к поведению животных, возникший в недрах классической Э. Зарождение этого подхода обычно связывают с именем Э. Уилсона. Одно из осн. допущений социобиологии заключается в том, что единицами естественного отбора яв-ся отдельные гены, а не виды. Второе допущение состоит в том, что генотип коррелирует с разными типами поведения, включая нек-рые формы высокоорганизованного соц. поведения. Родственный отбор, осн. на поведении, — важное понятие в социобиологии. Это такая разновидность естественного отбора, к-рая имеет место, когда а) поведение коррелирует с генотипом и когда б) поведение увеличивает вероятность воспроизведения особей с тем же генотипом, хотя само это поведение может снижать вероятность произведения потомства у демонстрирующего его животного. Примером такого поведения может служить крик тревоги у сусликов. Издавая этот крик, конкретное животное становится более уязвимым для хищников, одновременно делая менее уязвимыми своих находящихся поблизости сородичей. Социобиологам удалось предсказать ряд феноменов поведения животных, особенно в области поведения общественных насекомых. См. также Экологическая психология, Инстинктивное поведение Дж. Кинг

ЭТОЛОГИЯ

ethology) В настоящее время под этологией понимают не науку о формировании характера, как это указано в некоторых словарях, а изучение поведения животных в естественных условиях. Наличие отношений между этологией и психоанализом обусловлено

а) возможностью того, что этология обеспечит психоанализ теорией ИНСТИНКТОВ, базирующейся на наблюдениях за животными;

б) возможностью, что некоторые из ее приемов окажутся применимыми в изучении младенцев и детей, что позволит проверить психоаналитические гипотезы о РАЗВИТИИ младенцев прямым наблюдением.

Психоаналитические авторы, такие как Spitz (1959), которые больше опираются на прямые наблюдения за младенцами, чем на терапевтическую работу, возможно, относятся скорее к этологам, изучающим человека, чем к психоаналитикам. Относительно точек пересечения психоанализа и этологии см. Lorenz on aggression (1966).

ЭТОЛОГИЯ

греч. ethos — обычай, привычка, logos — наука, учение). Раздел биологии, изучающий поведение животных в естественных условиях. Особое внимание уделяется исследованию генетически обусловленных форм поведения. Перенесение выводов Э. на изучение форм поведения человека представляет интерес, однако при этом следует учитывать социальный статус человека, поведение которого не может сводиться к сугубо биологическим механизмам, объясняться лишь ими.

ЭТОЛОГИЯ

англ. ethology; от греч. ethos — место жизни, образ жизни) — наука о биологических основах и закономерностях поведения животных. Главное внимание уделяется видотипичным (генетически фиксированным) формам поведения, свойственным всем представителям данного вида (инстинктивное поведение). Однако поскольку формы поведения, отражающие накопленный в процессе филогенеза видовой опыт, постоянно переплетаются с индивидуально изменчивыми формами поведения, этологические исследования простираются и на эту сферу.

В основе этологического анализа (каузального, функционального и филогенетического) лежит целостный поведенческий акт (т. н. синдром поведения), отражающий высокую степень интеграции процессов жизнедеятельности и влияния факторов среды. Э. тесно связана с зоопсихологией, физиологией высшей нервной деятельности и нейрофизиологией. Поведение животных классифицируется и анализируется этологами по функциональным основаниям, напр.: сон и покой, комфортное поведение (очищение тела, купание в воде и песке, потягивание и т. п.), локомоция (передвижение) и ориентация, игровая и манипуляционная активность, питание, защита и нападение, размножение, миграционная активность и др. Большое место в этологических исследованиях занимает изучение территориального и группового поведения животных (см. Этограмма).

Этология

от греч. ethos — привычка, характер, нрав, манера вести себя и logos — учение) научная дисциплина, изучающая поведение животных с общебиологических позиций и исследующая четыре его основных аспекта: 1) механизмы; 2) биологические функции; 3) онтогенез и 4) эволюцию. В центре внимания Э. — поведение в естественных условиях обитания. Основателями этологии являются зоологи К. Лоренц и Н. Тинберген.

Этология

В буквальном смысле — биологическое исследование поведения. Этологи прилагают значительные усилия, изучая животных в их диком (естественном) состоянию. В результате длительного наблюдения за различными видами этологи могут составить подробное описание, или этограмму схем поведения того или иного вида животных. К примеру, наблюдение за поведением самцов колюшки во время спаривания выявляет стереотипные действия и движения, характерные для всех самцов данного вида. Они собирают водоросли и склеивают их, образуя гнездо. Если приближается другой; самец, они принимают особую позу «головой вниз», которая является демонстрацией угрозы для соперника. При приближении самки самец ведет ее к гнезду «зигзагообразным» танцем. Когда она откладывает икру, он сопровождает ее в гнезде и оплодотворяет икринки, а затем снабжает их кислородом энергичными движениями плавников. Этолог Нико Гинберген полагает, что при исследовании поведения животных следует исходить из четырех главных вопросов: — Развитие: изменяется ли поведение животного в течение его жизни? — Причины: является ли поведение результатом внутренних состояний или внешних стимулов? — Функции: почему животное ведет себя таким образом? Какие преимущества оно получает? — Эволюция: каковы эволюционные причины поведения? Ранние этологические теории о поведении животных были основаны скорее на тщательных наблюдениях и интуитивных предпосылках, чем на экспериментальных свидетельствах, обычно ассоциируемых с научной психологией. Хотя этологическое исследование поведения животных можно найти в большинстве учебников и справочников по психологии под заголовком «Сравнительная психология», между двумя этими дисциплинами существуют значительные различия. Этологи интересуются многими видами животных и схемами поведения, характерными для этих видов. С другой стороны, специалисты в области сравнительной психологии изучают ограниченное число видов и исходят из предпосылки, что можно вывести общие законы поведения, действующие для всех видов. Изучение специфического поведения является очень важной особенностью этологии. Стереотипные схемы поведения, существующие у разных животных, привели этологов к убеждению, что такое поведение является врожденные и инстинктивные. Полемика между этологией и сравнительной психологией привела к важным изменениям в научных взглядах обеих дисциплин. Психологи стали признавать роль эволюционного воздействия на процесс научения, а этологи осознали ценность взвешенного экспериментального подхода в понимании поведения животных. Бурное развитие этологии в последние 20 лет было связано с возобновлением интереса к функции поведения (т. е. почему животные ведут себя так, а не иначе). Тем временем в социобиологии наблюдался отход от сосредоточенности на особенностях поведения и предпринимались попытки объяснить, каким образом естественный отбор мог повлиять на причины поведения. Это привело к ряду спорных высказываний о применимости эволюционных идей к человеческим существам, особенно к представлениям о природе человека (см. Эволюционная психология).

ЭТОЛОГИЯ

Термин происходит от греческих слов ethos, означающего характер или суть, и -ology, означающего изучение. Следовательно, он использовался для обозначения: 1. Исследований этики, особенно сравнительного изучения этических систем. 2. Эмпирического исследования характера человека. 3. Изучения культурных традиций. Все эти три значения, однако, редко встречаются сегодня. Этот термин в современной психологии используется почти исключительно для обозначения 4. 4. Межотраслевая наука, объединяющая зоологию, биологию и сравнительную гкмхолоото. занимающаяся тщательным наблюдением за поведением животных в их естественной среде и Разработкой теоретических характеристик этого поведения с уметом тонкого взаимодействия генетических факторов и факторов окружающей среды. Эта наука восходит к работам европейских натуралистов Лоренца. Тинбергена, юрпа, фон Фриша и других. Основной задачей отологических исследований является полный, исчерпывающий анализ поведения, используются методы естественного наблюдения. В этом отношении она обычно различается оо сравнительной психологией, пае в основном ионизуются зкслериментально-управляемые и лабораторные методы.

(продолжительность – 30 минут)

1.1 Предмет этологии и зоопсихологии

В начале 30-х годов 20-го века усилиями австрийского зоолога К. Лоренца (1903 – 1989) и нидерландского биологаНиколаса Тинбергена (1907 – 1988) были заложены основы науки о поведении животных, которая получила названиеэтологии (от греч. «этос» — нрав, характер).Этология – биологическая наука, изучающая поведение животных в естественных условиях; уделяет преимущественное внимание анализу генетически обусловленных (наследственных, инстинктивных) компонентов поведения, а также проблемам эволюции поведения. Термин «этология» ввел в биологию в 1859 французский зоологИ. Жоффруа Сент-Илер (1805 – 1861).

Этология опирается прежде всего на метод наблюдения , поскольку для этолога важно не нарушить естественный ход поведения животных. Поэтому только с развитием современной наблюдательной, прежде всего, видеотехники стал возможен бурный рост в последние десятилетия этологических исследований.

В отличие от этологии, зоопсихология, появившаяся раньше этологии, опирается в основном на метод эксперимента , на изучение животных в лабораторных или искусственно созданных условиях. Классический пример таких исследований – опыты Ивана Петровича Павлова (1849 – 1936) с собаками. Зоопсихология — отрасль психологии, изучающая психику животных, ее проявления, происхождение и развитие в онто- и филогенезе.

Сегодня этология и зоопсихология по существу слились в единую науку о поведении животных, они взаимно дополняют друг друга: данные, полученные в одной науке, проверяются и уточняются в другой, и наоборот.

А в последние десятилетия активно развивается и такая дисциплина, как «этология человека», которая ищет черты сходства между животными и человеком, изучает врожденные программы поведения у людей. При этом оказывается, как мы с вами увидим дальше, многие формы поведения человека имеют прообразы у животных. Мало того, исследования этологов помогают лучше понять такие явления нашей жизни, как агрессия, власть, иерархия, альтруизм, садизм, любовь и многие и другие, поскольку корни этих форм поведения мы находим в животном мире.

Теперь скажем несколько слов об основоположниках этологии.

1.2. Основоположники этологии

Конрад Лоренц родился в 1903 году в семье известного и преуспевающего хирурга-ортопеда. Дед был известен как большой любитель и знаток животных, поражавший соседей тем, что неизменно выходил на прогулку с ручной гиеной. Семья жила неподалеку от столицы Австрии, в родовом доме в городке Альтенберг . В доме было много птиц, зверей, рыб, но еще в школьные годы Конрад ухаживал за животными в зоопарке. По совету отца Лоренц после окончания школы в 1922 отправился изучать медицину в Колумбийский университет в Нью-Йорке. После двух семестров возвратился в Вену и здесь изучал медицину и параллельно занимался сравнительной анатомией, зоологией, палеонтологией, а также философией и психологией. Получив, таким образом, широкое естественнонаучное и гуманитарное образование, Лоренц работал демонстратором, а затем читал курсы по сравнительной анатомии и зоопсихологии. В то же время в своем фамильном доме в Альтенберге он изучал поведение животных . С детства вел дневник, куда записывал свои наблюдения.

Первыми крупными работами Лоренца были «Об этологии общественных врановых» (1931), «Компаньон в мире птиц» (1935) и «Формирование науки об инстинкте» (1937) . В 1938 году вышла его совместная с Н. Тинбергеном статья о роли врожденных компонентов в организации целостного поведения. Эти работы были выполнены в полевых условиях и построены на принципиально новом комплексном подходе к изучению поведения животных , отличающемся от господствующих в те времена бихевиоризма и зоопсихологии. Именно с них начинает отсчет новая наука — этология.

В период аншлюса Лоренц увлекся идеями национал-социализма и стал кандидатом в члены нацистской партии. Позже он вспоминал об этом с болью и стыдом: «Конечно, я надеялся, что что-то хорошее может прийти от наци… Никто и не думал, что они подразумевали убийство, когда говорили «селекция». Я никогда не верил в нацистскую идеологию, но подобно глупцу, я думал, что мог бы усовершенствовать их, привести к чему-то лучшему. Это была наивная ошибка…» Значительную роль сыграли и взгляды Лоренца-биолога на прогресс человечества: отсутствие естественного отбора, полагал он, надо заменить направленной селекцией генофонда, а иначе человечество выродится . Нацистское прошлое Лоренца, несмотря на последующее раскаяние, в послевоенный период привело к охлаждению между ним и Тинбергеном, участником движения Сопротивления. Вообще о военных годах и членстве в нацистской партии сам Лоренц и его биографы часто рассказывают по-разному.

В 1940 году Лоренц получает место профессора в Кенигсбергском университете. После одной из лекций на него поступил донос об оскорблении фюрера (поза гориллы в изображении Лоренца оказалась похожа на позу Гитлера), и, несмотря на всю шаткость обвинения, Лоренца уволили из университета и отправили на Восточный фронт, невзирая на возраст. С 1943 года ученый служит рядовым медицинских войск. Вскоре опыт и знания профессора-солдата возобладали над идеологическими и дисциплинарными соображениями, и Лоренца производят в младшие лейтенанты и назначают на должность полкового, а затем и дивизионного психиатра.

28 июня 1944 года во время ночевки в витебских болотах подразделение, в котором служил Лоренц, было захвачено в плен советскими войсками. Будущий нобелевский лауреат этапируется в лагерь военнопленных под Кировом, затем – в Халтурин. В лагерях Лоренц занимается медицинской работой и, несмотря на тяжелые условия содержания, пишет книгу «За зеркалом». Ему удалось сохранить и впоследствии опубликовать эту рукопись. Затем Лоренца отправляют на непродолжительное время в Баку, потом в Армению. К тому времени война уже закончилась, и его переводят в «привилегированный» подмосковный лагерь в Красногорске – последнее место его заключения.

Следует отметить, что его биологические познания пригодились ему в лагере. В армянском лагере не хватало белковой пищи, и «профессор», как его называли, ловил скорпионов и, к ужасу конвойных, съедал в сыром виде их жирное брюшко – потому что, как он знал, ядовит у них только хвост !

Из своего последнего места заключения Лоренц отправил письмо выдающемуся советскому физиологу, академику, генерал-полковнику медицинской службы Л. А. Орбели с просьбой в содействии об освобождении. Орбели совершает мужественный поступок – пишет ходатайство об освобождении заключенного фашистского офицера Конрада Лоренца, благодаря которому ученый был досрочно освобожден в конце 1947 года.

В лагере он уже начал писать книгу о поведении животных и человека, окончательный вариант которой получил название «Оборотная сторона зеркала». За неимением лучших средств он писал гвоздем на бумаге от мешков из-под цемента, пользуясь марганцовкой вместо чернил. Окружающие относились к его занятиям с пониманием. «Профессора», который был старше других пленных, уважало также и лагерное начальство. Когда ему пришло время уезжать, он попросил разрешения взять с собой свою «рукопись». Офицер госбезопасности, от которого это зависело, предложил Лоренцу перепечатать книгу, дав для этого машинку с латинским шрифтом и бумагу. Когда «профессор» это сделал, офицер попросил автора дать честное слово, что в рукописи ничего нет о политике, и разрешил взять ее с собой. Более того, он дал Лоренцу «охранную грамоту», чтобы рукопись не отбирали на этапах! Это кажется невероятным, но Лоренц, лучше нас с вами знавший человеческую природу, не был удивлен. Наконец, усталый, но полный энтузиазма и замыслов, Лоренц возвратился в Альтенберг, к своей семье.

По возвращении в Австрию все имущество Лоренца составляло сплетенную из прутиков самодельную клетку с ручным скворцом. Первым человеком, к которому он пришел в Вене, был его старый друг Карл фон Фриш. Через четверть с лишним века после этого они вместе получат Нобелевскую премию. Погостив у Фриша и слегка оправившись от пережитого, Лоренц уезжает в отчий дом в Альтенберг. С 1948 года он работает в университете Мюнстера, а затем перебирается в Зеевизен в Институт физиологии поведения имени Макса Планка . Вскоре возглавив этот институт, Лоренц проработал в должности его директора до 1973 года, пока не ушел в отставку. Знаменитого ученого многократно приглашали потом в Советский Союз, но он так ни разу и не приехал, всякий раз отвечая, что уже побывал там.

В 1973 году Лоренцу, Тинбергену и Карлу фон Фришу была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине «за исследование социального поведения животных».

По своим научным взглядам Лоренц был последовательным эволюционистом, сторонником теории естественного отбора. Лоренц и его современник и коллега Тинберген знамениты прежде всего как основатели этологии. Если в США бихевиористы работали преимущественно с лабораторными крысами и в лабораторных условиях, то европейские этологи изучали самых различных (главным образом, диких) животных в природных условиях. Этологи отказались от предлагаемого бихевиористами понимания поведения как простой совокупности реакций организма на стимулы внешней среды (принцип «стимул – реакция»). Они считали, что для того чтобы понять любой тип поведения, следует прежде всего выяснить, для чего совершается тот или иной поведенческий акт, какова его роль для выживания, определить его онтогенетическое и эволюционное становление.

Широко известен Лоренц и как популяризатор, автор увлекательных книг по этологии и другим проблемам биологии, например, происхождения домашних собак (книга «Человек находит друга» (1954)). Также Лоренц выступил с жесткой критикой современного капитализма в работе «Восемь смертных грехов цивилизованного человечества» (1974) — это своего рода призыв одуматься, призыв к раскаянию, обращенный ко всему человечеству. Здесь Лоренц отмечает основные опасности, которые угрожают людям: перенаселение, опустошение жизненного пространства, высокий темп жизни, навязанный всеобщей конкуренцией; возрастание нетерпимости к дискомфорту, генетическое вырождение, разрыв с традицией, индоктринируемость и угроза ядерного оружия.

Наконец, нельзя не сказать несколько слов о Николасе Тинбернгене (1907-88) – нидерландском этологе и зоопсихологе. Он изучал биологию в Лейденском университете (окончил в 1932). Будучи по своей натуре прежде всего натуралистом, Тинберген решает изучать поведение животных в природе – в естественной для них среде обитания. Большая часть его работ, начиная с самых ранних, выполнена именно в полевых условиях. В 1930 году он участвует в экспедиции в Гренландию, а в 1938 едет в Австрию, где в Альтенберге посещает Конрада Лоренца. В этом же году выходит их первая совместная статья, посвященная роли врожденных компонентов в организации целостного поведения животных. В этой работе был сформулирован целый ряд важных положений, ставших основополагающими для новой науки – этологии, фактически созданной этими двумя учеными.

Вторая мировая война неожиданно положила конец дружбе ученых – недавние друзья оказываются во враждебных лагерях. Тинберген участвовал в голландском движении Сопротивления, был взят в плен фашистами и интернирован в лагерь заложников в Нидерландах. В этом концлагере он и встретил конец войны. Судьба Конрада Лоренца, как мы знаем, сложилась несколько иначе.

После освобождения из концлагеря Тинберген получает место профессора зоологии в Лейденском университете. В 1949 году он был приглашен читать курс зоологии в Англию в знаменитом Оксфордском университете (позднее, в 1955, он принял британское гражданство). Ученый, приняв приглашение, организует в Оксфорде группу по изучению поведения животных и работает там до самой отставки, состоявшейся в 1974 году. Годом раньше, в 1973 Лоренцу, Тинбергену и Карлу фон Фришу была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине «за исследование социального поведения животных». Спектр интересов ученого не ограничивался только этологией — в 1970 Тинберген вместе со своей женой занимался проблемами человеческой психологии, в особенности аутизмом.

В своих исследованиях Тинберген продемонстрировал возможность и даже необходимость использования грамотно организованных наблюдений за животными в природе для получения важных научных данных. При этом в своих наблюдениях он широко применял фото- и киносъемку, разнообразные укрытия и средства дистанционного слежения . В экспериментальной работе Тинберген практически впервые начал по-настоящему широко и эффективно использовать макеты, имитирующие самих животных, их яйца и икру, различные стимулы – «релизеры».

Значителен его вклад и в разработку теоретических основ этологии. Упомянутые выше четыре принципа, на которых в значительной мере зиждилась новая наука, были сформулированы в 1963 году Тинбергеном в его статье «Задачи и методы этологии». Им были выявлены многие важные закономерности социального поведения животных, исследована ритуализация поведения, разработаны понятия смещенной активности, мозаичного движения, переадресованной реакции и многие другие.

Несмотря на то, что современная наука о поведении шагнула далеко вперед, по сравнению с периодом зарождения этологии, многие ее положения по-прежнему основываются на трудах Тинбергена и других классиков. Неслучайно само слово «этология» в наше время уже не отождествляется исключительно с классической интерпретацией этой области человеческих знаний о природе, а обозначает науку о поведении в целом независимо от конкретных концепций и парадигм. Кстати, первым использовать слово «этология» в широком смысле начал сам Тинберген.

Выводы по 1-му вопросу:

1. Этология – молодая наука, оформившаяся в середине 20 века. Ее предмет – поведение животных в естестественных условиях, главный метод – наблюдение.

2. Зоопсихология в отличие от этологии опирается на метод эксперимента и изучает поведение и психику животных в лабораторных условиях, в неволе.

3. Основателями этологии считаются австрийский биолог Конрад Лоренц и голландский биолог Николас Тинберген.

Изучающая поведение животных. В целях исследования определенного вида необходимо наблюдать за ним в естественной обстановке. Однако чтобы изучить принципы, лежащие в основе наблюдаемого поведения, иногда необходимо внешнее вмешательство. Этология помогает объяснить сложные взаимодействия между естественно закодированным врожденным поведением и окружающей средой.

Зарождение этологии как науки

В начале 20-го века поведение животных изучалось главным образом с помощью лабораторных экспериментов. Этот эмпирический подход привел к многим великим открытиям, таким как закон эффекта и бихевиоризма. Этология стала респектабельной дисциплиной несколько десятилетий спустя, когда европейские бихевиористы (этологи) доктора Конрад Лоренц и Нико Тинберген подарили человечеству такие судьбоносные открытия, как импринтинг, критические периоды развития, пусковые механизмы поведения, фиксированные комплексы действий, поведенческие диски и понятие вытеснения поведения.

Лоренц и Тинберген наряду с поклонником пчелиного поведения Карлом фон Фришем разделили Нобелевскую премию в 1973 году за их вклад в изучение поведения животных. Хотя некоторые детали их теорий были впоследствии обсуждены и изменены, фундаментальные принципы остались прежними. Бихевиоризм и этология — это два разных пути изучения поведения животных; один ограничивается в основном лабораторными исследованиями (бихевиоризм), а другой опирается на полевые исследования (этология животных). Результаты исследований обеих наук позволяют дать более четкое представление о поведении животных.

Вопросом, что такое этология, занимались такие видные ученые конца 19-го и начала 20-го века, как Чарльз Дарвин, О. Уитмен, Уоллес Крейг и другие. Бихевиоризм — термин, который также описывает научное и объективное изучение поведения животных, но это обычно относится к изучению подготовленных поведенческих реакций в лабораторных условиях и без особого акцента на эволюционную адаптивность. Многие натуралисты изучали аспекты поведения животных на протяжении всей истории человечества.

Наука этология

Что такое этология? Это подраздел биологии, который занимается изучением поведения животных или человека. Как правило, этологи наблюдают за животными в их естественной среде обитания, они изучают типичное поведение и условия, которые влияют на это поведение. Типичное поведение — это привычки, характерные для членов определенного вида. Более сложный, чем рефлекс, это своего рода врожденный пусковой механизм, запускающийся при помощи воздействия определенных стимулов.

Понимание этологии или поведения животных могут быть важным элементом дрессировки животных. Изучение природных моделей поведения у разных видов или пород позволяет тренеру выбирать тех представителей, которые лучше подходят для выполнения требуемых задач. Это также позволяет тренеру правильно стимулировать естественное поведение и предотвратить нежелательное.

Обычно этологи стараются ответить на четыре основных вопроса о формах поведения:

  1. Что является причиной и стимулом для данной модели поведения.
  2. Какие структуры и функции животного вовлечены в поведение.
  3. Как и почему меняется поведение животного с его развитием.
  4. Каким образом поведение влияет на приспособленность и адаптацию животного.

Понятие этологии

Этология животных как понятие существует с 1762 года, когда оно было определено во Франции как изучение поведения животных. В этом смысле оно несет то же значение, что греческое слово “этос”, от которого современный термин этологии является производным. Однако самостоятельное значение слова этология связывается с термином «этика» и используется в англо-саксонской литературе как «наука характера». Основателем современной этологии является врач и зоолог Конрад Лоренц. Путем систематического применения биологических методов исследования он анализировал поведение животных.

Первый современный учебник этологии об изучении инстинкта был написан в 1951 году Николаасом Тинбергеном. Наблюдения ряда родоначальников этологии как науки, в том числе Сполдинга (1873), Дарвина (1872), Уитмена (1898), Альтумы (1868) и Крейга (1918) пробуждают научный интерес к поведению животных. Тому, что такое этология, а также предмету ее изучения, стали уделять повышенное внимание. Эта наука стала считаться самостоятельной отраслью зоологии уже в 1910 году. В современном понимании этология занимается научным изучением поведения животных, а также некоторых аспектов человеческого поведения. Термин «животная психология» до сих пор иногда используется, но чисто в историческом контексте.

Различные модели поведения животных: обучение

Этология изучает различные модели поведения животных, которые затем классифицируются и сравниваются с моделями поведения других видов, особенно близкородственных. Важно, чтобы за животными наблюдение велось в их естественной или близкой к естественной среде обитания. Дополнительные наблюдения в неволе также часто бывают необходимыми.

Хотя обучение считается очень важным в поведении животных, одной из основных задач этологии является изучение врожденных моделей поведения, характерных для всех представителей одного вида. После изучения этих моделей можно приступать к рассмотрению изменений в поведении, вызванных обучением. Это важно, поскольку не каждое изменение формы или эффективности одного шаблона поведения в течение жизни индивида включает в себя обучение как форму приобретения опыта.

Примеры поведения животных

Поведение животных включает в себя самые разнообразные действия. Можно привести такой пример: слон поливает зебру у водоема. Зачем он это делает? Это игра или жест доброй воли? На самом деле опрыскивание зебры — это совсем не дружелюбный жест. Слон просто пытается держать зебр подальше от водопоя. Примеров животного поведения можно привести огромное количество, например, когда собака садится по команде, или кошка, которая пытается поймать мышь. Поведение животных включает в себя все способы взаимодействия друг с другом и окружающей средой.

Созревание инстинктов и генетика

Уже в 1760 году профессор в Гамбурге Герман Самуил Реймарус открыл миру понятие «созревание инстинктов» и указал на разницу между врожденными и приобретенными навыками. Врожденные умения, например, поиски пищи или понимание танцевального языка пчел присутствуют с момента рождения. Для того чтобы успешно адаптироваться, животное должно иметь в своем распоряжении информацию об окружающей среде. Эта информация может быть заложена в хромосомах или храниться в памяти, то есть она может быть врожденной или приобретенной. В сложных моделях поведения зачастую возникает взаимодействие между обоими элементами.

Исследование генетических основ поведения является важной составной частью этологии. Например, скрещивание двух видов уток, которые различаются формами ухаживания во время брачного периода, может порождать гибриды с совершенно другими моделями поведения в этот период, отличающимися от родительских, но присутствующих в поведении общих предполагаемых предков данного вида. Однако до сих пор не ясно, какие физиологические причины отвечают за эти различия.

Природа против воспитания: эволюция поведения животных

Этология, как правило, делает акцент на поведении в естественных условиях и рассматривает поведение как эволюционно-адаптивный признак. Если поведение животных контролируется генами, они могут эволюционировать путем естественного отбора. Основные модели поведения обусловлены генами, остальные — жизненным опытом в определенной среде. Вопрос, контролируется ли поведение в основном генами или средой, часто становится предметом дискуссий. Поведенческие привычки определяются как природой (гены), так и воспитанием (окружающая среда).

У собак, например, тенденция вести себя определенным образом по отношению к другим собакам, возможно, контролируется генами. Однако нормальное поведение не может развиваться в среде, где нет других собак. Щенок, который вырос в изоляции, может бояться других собак или действовать агрессивно по отношению к ним. В естественной среде развиваются также типы поведения, так как они явно увеличивают приспособленность животных, которые их придерживаются. Например, когда волки охотятся вместе, в стае возможность поймать добычу значительно увеличивается. Таким образом, у волка появляется больше шансов выжить и передать свои гены следующему поколению.

Причины поведения включают в себя все раздражители, которые влияют на поведение, будь то внешние (пища или хищники) или внутренние (гормоны или изменения нервной системы). Целью той или иной поведенческой реакции является непосредственное воздействие на поведение другого животного, например, привлечение партнера для спаривания. Развитие поведения связано с явлениями или воздействиями, с помощью которых поведение изменяется в течение жизни животного. Эволюция поведения связана с истоками поведения и с тем, как они меняются со сменой поколений.

Поделитесь статьей с друзьями:

Похожие статьи

Знаменитые зоологи
История

Этология. Наука о поведении животных

Этология (от греческих слов этос – характер, нрав и логос – учение) – наука, изучающая биологические основы поведения животного, а также его значение в процессе онтогенеза и филогенеза для приспособления к среде обитания.

Предметом этологии являются непосредственные акты внешней активности – законченные, координированные действия животных, связанные некоей целесообразностью. Этологов интересуют воплощенные формы поведения животных, в отличие от зоопсихологов они избегают обращения к психике.

Этологические исследования основываются прежде всего на наблюдении за поведением животных в естественных условиях среды (т. е. в так называемой «дикой природе»), а также в ходе различных экспериментов и опытов в лабораторных условиях. Результаты таких наблюдений позволяют составить так называемые «этограммы». Сравнение этограмм животных, относящихся к разным видам, позволяет приблизиться к пониманию эволюции их поведения. Другая важная проблема – выявление значимости поведения животного для процесса его приспособления к условиям обитания.

Первые работы по изучению поведенческих реакций животных относятся к XVIII в., когда Д. Уайт и Ш.Ж. Леруа впервые применили научный подход к изучению поведения животных. Основоположником изучения поведения животных является Ч. Дарвин. Своей теорией естественного отбора он заложил основу эволюционной точки зрения на поведение животных. Кроме того, Дарвин провел многочисленные наблюдения за поведением животных, доказывающие эволюционное единство человека как биологического вида с другими животными. Он впервые сформулировал представление об инстинкте, которое было с успехом использовано в классической этологии. Деятельность Дарвина по изучению поведению животных продолжил его последователь Г. Романее. Его работа «Умственные способности животных» (1882) была первой попыткой обобщить данные по сравнительной психологии. Романее, однако, не всегда критично оценивал факты, в частности приписывал животным разум и такие чувства, как ревность. Его результаты были опровергнуты работой К. Моргана «Введение в сравнительную психологию», что привело в дальнейшем к более тщательному контролю над проведением экспериментов и строгой оценке результатов.

Становление этологии как самостоятельной науки относится к 1930-м гг. XX в. Ее возникновение связано с работами австрийского ученого К. Лоренца и голландского ученого Н. Тинбергена. Вместе со своим учителем О. Хейнротом они основали «объективистскую» школу. Их исследования основывались на проведении наблюдений в естественных условиях. Изучались в основном высшие позвоночные, в меньшей степени-беспозвоночные. Ученые этой школы сформулировали представление о релизерах (см. 2.3, с. 34), об их значении в поведенческих актах. На основе этих представлений была разработана теория поведения. Лоренц и Тинберген уделяли особое внимание изучению внутренних механизмов поведенческих актов, чем установили связь между этологией и физиологией. Исследования Лоренца и Тинбергена были подготовлены работами американских ученых Уитмена и Крейга и немецкого ученого О. Хейнрота.

Лоренц и Тинберген подчеркивали особую важность исследования поведения животных в естественных условиях. Они пытались соединить функциональное (эволюционное) и механизменное (причинное) понимание поведения. При этом научный подход Лоренца отличался философской направленностью.

Наряду с Лоренцом и Тинбергеном одним из основателей этологии как самостоятельной науки считается немецкий ученый К. Фриш. Его исследования имеют в своей основе тщательные наблюдения за поведением животных и отличаются тонким пониманием биологических функций живых организмов. Основным вопросом научных исследований Фриша было выяснение способов получения животными сведений об окружающей среде. Его научные интересы были связаны с изучением поведения медоносных пчел и рыб. Самым значительным вкладом Фриша в развитие этологии стал его труд о коммуникации медоносных пчел.

В 1973 г. К. Лоренцу, Н. Тинбергену и К. Фришу была присуждена Нобелевская премия по медицине.

Современные этологи при изучении поведения животных руководствуются четырьмя вопросами, которые сформулировал Н. Тинберген в статье «Задачи и методы этологии» (1963).

1. Каковы причины совершения животным того или иного поведенческого акта?

2. Как происходит становление поведенческого акта в процессе индивидуального развития особи?

3. В чем значение этого поведенческого акта для выживания особи?

4. Как проходило эволюционное становление этого поведенческого акта?

В целом можно отметить, что этология как наука о поведении животных предполагает определенный круг проблем, которые должны быть решены при изучении каждого конкретного поведенческого акта. Целью таких исследований должна быть не простая фиксация поведенческих форм, а выявление взаимосвязей между ними и событиями в организме и вне его. Эти события предваряют данный поведенческий акт, сопровождают его или следуют за ним.

Прежде всего при изучении поведения животных чрезвычайно важно провести так называемый «причинный анализ». Суть такого анализа сводится к выяснению взаимосвязей между изучаемыми поведенческими реакциями и теми событиями, которые предшествовали им во времени. При этом временные связи между этими двумя последовательными событиями могут быть сложны и многообразны, лишь иногда ограничиваясь схемой «причина – следствие».

Причинный анализ поведения сложен и всегда состоит из нескольких этапов. Предварительный этап заключается в определении места поведенческого акта в этологической классификации. После того как это место определено, необходимо установить собственно связи между условиями, которые предваряли поведенческий акт, и самим актом. В ходе такого анализа могут быть получены определенные причинные факторы. В качестве таких факторов могут выступать реальные факторы среды, переменные, которые связывают эти факторы с конкретным поведенческим актом, или взаимозависимости самих поведенческих актов. Примером может служить изучение демонстрационных поз у птицы. Если эти позы сочетаются с ударами и нападением на другую особь того же вида, то эти поведенческие акты следует отнести к агрессивному поведению. Если же подобная реакция возникает у птицы при рас – сматривании своего отражения в зеркале, становится понятным, что причиной поведенческих актов являются определенные зрительные стимулы, которые нужно выявлять в дальнейших исследованиях. Может быть установлена и зависимость данной поведенческой реакции от определенного времени года или времени суток. В этом случае следует обратить внимание на установление внутренних факторов поведения. Однако на современном этапе развития науки, и этологии в частности, такое описательное изучение поведенческих актов не всегда достаточно. Оптимальным будет анализ, проведенный на всех структурных уровнях организма. Необходимо не только наблюдать за поведением, но и отмечать функционированиевданныймоментрецепторов, эффекторови самой нервной системы. Такие возможности предоставляют физиология высшей нервной деятельности, сравнительная психология и другие науки, тесно контактирующие с этологией.

Другой круг проблем этологии связан с анализом причин поведения. При этом обращается внимание на онтогенетический аспект становления поведенческого акта, отмечается влияние, оказываемое на его формирование изменениями окружающей среды. Из этих вопросов возникает и третий круг проблем этологии – выявление следствий поведенческих актов. Такие следствия могут проявляться как через краткий временной промежуток, так и по прошествии длительного периода времени. Так, непосредственные следствия могут проявляться через изменения в самом организме. В этом случае данная поведенческая реакция может повториться и в последующее время. Кроме того, эффект поведенческого акта может быть и отдаленным. Например, формирование определенной поведенческой реакции у молодого животного может оказать в отдаленном будущем существенное влияние на его участие в процессе размножения. Так, особи с «неправильным» половым запечатлением зачастую не могут найти полового партнера и, следовательно, «выпадают» из процесса размножения. Индивидуальные различия особей в поведенческих реакциях открывают широкие возможности для естественного отбора.

В современном понимании этология – наука о поведении животных. Все этологи едины во взглядах на то, какой круг проблем должна охватывать эта наука. Считается, что все многообразие этологических проблем можно свести к четырем основным вопросам, которые определил еще Н. Тинберген. Однако если по самим вопросам среди этологов наблюдается единство, то по поводу конкретных способов нахождения ответов на эти вопросы разгораются оживленные дискуссии.

Так, по мнению ряда этологов, к предмету этологии можно отнести только те наблюдения за поведением животных, которые были произведены в естественной для них среде, т. е. в условиях дикой природы. Другие ученые признают право на существование особой отрасли этологии – антропогенной этологии. Эта сфера включает в себя наблюдения за животными, которые производятся не в естественных условиях, а в местах жизнедеятельности человека.

Следующей точкой зрения на предмет этологии и способы добывания знаний в рамках этой науки является экспериментальная зоопсихология. В ее арсенал входят такие методы, как моделирование разнообразных поведенческих ситуаций, которые не встречаются в естественных условиях обитания данного животного, лабораторные исследования и опыты. Очень важны при этом контроль за полученными результатами и их статистическая обработка. Приверженцы классического направления этологии не признают экспериментальную зоопсихологию как часть этологии.

Согласно четвертой точке зрения зоопсихология – целостная наука, которая включает в себя этологию (наблюдение за животными в естественных условиях), экспериментальную психологию (эксперименты по моделированию различных поведенческих ситуаций), а также физиологию (морфологические и функциональные исследования мозга). При этом ни в коем случае нельзя рассматривать все эти отрасли зоопсихологии как отдельные, тем более противопоставляемые друг другу части. Они взаимно дополняют сведения, предоставленные другой отраслью. Например, данные этологии очень важно рассматривать в комплексе с наблюдениями, полученными физиологией. Это поможет проследить не только за самим поведенческим актом, но и выявить его причины, механизмы, которые лежат в его основе, упорядочить и систематизировать факты, сделать результаты наблюдений более наглядными.

Этология на современном этапе развития включает множество гипотез и теорий. В последнее время интенсивно развиваются коммуникативные и социобиологические концепции в этологии. Социобиология как наука нередко противопоставляется самой этологии. Сторонники таких представлений считают, что в круг проблем этологии входит исследование только биологических аспектов поведенческих реакций животных, тогда как социобиология изучает проблемы социальных связей животных и поведенческой этологии. В данном случае этология исключительно теоретична, «созерцательна», это своеобразная система философских концепций, носящая объяснительный характер. Социобиология же рассматривается как «вычислительное» направление, связанное с анализом поведенческих реакций на уровне механизмов, это более точная наука, чем этология. Однако социобиология не может быть противопоставлена этологии, потому что при изучении ряда поведенческих форм трудно бывает разделить поведение на «этологические» и «социобиологические» моменты.

Некоторые авторы в связи с этим выделяют так называемую «нелингвистическую» гипотезу поведения. Эта гипотеза основана на представлении об эквивалентности способов реагирования животных на различные раздражители. В данном случае одинаковый характер реакции будет служить способом установки социальных связей. При этом вводится понятие формирования эквивалентного класса-реагирования на различающиеся стимулы одинаковым образом (предполагается, что эти стимулы принадлежат к одному классу. При этом происходит своеобразное объединение сенсорных ключей, которые служат для индивидуального узнавания особей и ситуаций. Такая эквивалентность стимулов поможет описать формирование абстрактных представлений у животных, таких как одинаковость, симметрия, переходность или эквивалентность. Абстрактные представления могут быть использованы животными в разнообразных социальных и коммуникативных взаимоотношениях, например при сигналах опасности, соперничестве за территорию, иерархических связях в группах, родственных или дружеских взаимодействиях. Опыт, накопленный этологией на современном этапе развития, предполагает возможность формирования у животных абстрактных образов на основе обобщения свойств разных объектов. Однако достоверных данных по этому вопросу еще недостаточно.

В современной этологии широко распространен сравнительный подход к изучению поведенческих реакций животных. Чаще всего рассматривают межвидовые различия форм поведения. Накопленный к настоящему времени обширный материал по поведению животных, относящихся к различным систематическим группам, уточняется, обрабатывается статистически. Сравнительный подход позволяет выявить такие типы и формы поведения, которые являются общими для представителей разных систематических групп, определять различия в их поведении, т. е. выделять независимые поведенческие переменные. Кроме того, на основе сравнительного анализа могут быть выдвинуты, уточнены и проверены гипотезы эволюционного становления поведенческих форм.

Сравнительный подход имеет и свои особенности, которые необходимо учитывать при его применении. Прежде всего большие сложности представляет само выделение данных о поведении животных разного уровня исторического развития. Некоторые способности животных, стоящих на высоком уровне эволюционного развития, могут выглядеть простыми по сравнению с аналогичными свойствами более примитивных животных. Кроме того, чрезвычайно важно обращать особое внимание на внутривидовую изменчивость поведения животных одного вида. Уровень развития какой-либо формы поведения у особи одного эволюционного уровня может превосходить развитие этой же способности у конкретной особи более высокого уровня.

Следует учитывать и тот факт, что сходство в поведении животных, относящихся к разным видам, может быть связано с возникновением параллельной эволюционной адаптации и основываться на совершенно разных причинах. Именно поэтому, для того чтобы проводить глубокий анализ сходства и различия в поведенческих формах, нужно начинать с исследования поведенческих актов близкородственных видов, а затем уже переходить к более далеким видам. При этом основными методами будут служить обобщение и сравнение.

В качестве примера проблем сравнительной этологии можно рассмотреть проблему установления иерархического статуса животных по степени развития их интеллектуальных способностей. В этом случае трудность заключается прежде всего в поиске способов адекватной оценки возможностей интеллекта животного. Классификации, построенные на приблизительной оценке, без разработки специальных способов оценки могут быть ошибочными и субъективными. Однако разработан целый ряд экспериментальных методов оценки умственных способностей животных, например определение уровня развития интеллекта при решении экспериментально поставленных задач на научение. Животному предлагается решить какую-либо задачу на научение, при этом ученые определяют различия в мыслительной деятельности животных, в стратегии принятия решения. Важно учитывать и особенности обитания животных в естественных условиях, и поведенческие навыки, которыми обладает особь. При этом за счет решения дополнительных задач на выбор общего правила из набора разнообразных стимулов можно на порядок повысить точность экспериментальных выводов. В качестве примера применения такого подхода к оценке интеллектуальных способностей животных разных видов можно привести результаты экспериментов на птицах – воронах и голубях. В результате опытов было выявлено, что если голуби при решении задач запоминают решение, то вороны способны обучиться общему правилу решения. Таким образом, согласно данному подходу к оценке, вороны превосходят голубей по умственным способностям.

Еще одна проблема сравнительной этологии – подбор таких задач для животных, которые были бы адекватны для многих видов, а кроме того, были бы сравнимы между собой.

Современная теоретическая этология уделяет большое внимание проблеме исследования когнитивных способностей животных. Когнитивный подход позволяет интерпретировать конкретные поведенческие акты и способствует созданию новых теорий поведения. В рамках такого подхода происходит интеграция результатов социологического, психологического, кибернетического, лингвистического и философского исследований мышления. В целом когнитивный подход полностью разработан в рамках психологии человека, однако он может примененяться и для изучения поведения животных, т. е. в этологии. Однако в этом случае возникает ряд проблем.

Анализ поведения животного с позиции какой-либо модели познавательного процесса очень сложен. Так, чрезвычайно трудно корректно доказать использование животным дедукции или индукции как методов рассуждения при решении задачи. Доказательство аналогичного метода рассуждения проще, однако при этом модель познавательного процесса неизбежно упрощается. Применение семантических и синтаксических моделей еще более нереально, потому что они очень далеки от форм контактов животных. В качестве основы когнитивного подхода в этологии может быть использовано представление о мышлении как о манипулировании моделями внешней среды.

Когнитивный подход предусматривает изучение онтогенетического аспекта научения у животных. Введено представление о механизме когнитивного развития. Это разнообразные психические процессы, которые улучшают способность развивающегося организма к переработке информации. Выделено несколько типов таких механизмов когнитивного развития. Все они проявляются в познавательной активности как животных, так и человека. По мнению психологов, в основе когнитивного развития лежат такие нейронные механизмы, как ассоциативное соревнование, кодирование, аналогии и выбор стратегии поведения. Однако для животных существование таких механизмов окончательно не доказано.

Для этологии большое значение имеет теория, согласно которой постоянной характеристикой любого нейронного механизма является конкурентное взаимодействие между психологическими и физиологическими процессами, которые происходят в организме животного. Такое взаимодействие позволяет поведению быть изменчивым, способным адаптироваться к изменяющимся условиям среды. Кроме того, благодаря конкуренции этих процессов в организме происходит постоянный отбор наиболее эффективных механизмов когнитивного научения в условиях данной среды.

В современной этологии есть три основные концепции, каждая из которых имеет своих сторонников. Самой популярной из них является концепция бихевиоризма. Теоретической базой бихевиоризма является научный позитивизм, при этом поведение животных в рамках бихевиористской концепции изучается с помощью объективных методов. Научные эксперименты строятся на основе научного позитивизма, соответствующим образом выстраиваются также и объяснения поведенческих актов. В объяснения вносятся внутренние переменные, с помощью которых устанавливается связь между реакцией и вызывающим ее стимулом.

Второй тенденцией, распространенной в современной этологии, является функционализм. Функционализм предполагает изучение активности и строения организма с биологической, а также с филогенетической точки зрения. При этом считается, что для предсказания поведения животного вполне достаточно знаний о его строении. Поведение рассматривается как адаптивное по своей природе, в течение жизни особи структуры и функции могут изменяться.

Третьей концепцией, которая противоположна первым двум, является когнитивная психология. Она изучает многообразные процессы переработки информации, при этом допускается внутренняя обработка внешней информации. Методы демонстрации структур сознания, которые использует когнитивная психология, часто не принимаются этологами, так как эти методы скорее применимы к исследованиям и описанию поведения человека.

Все эти тенденции взаимно дополняют друг друга, они не имеют принципиальных различий, а затрагивают лишь методологические приемы описания.

Материальным субстратом этологии являются данные функциональной анатомии, физиологии, эндокринологии и других разделов естественных наук. Все эти данные чрезвычайно важны для анализа и прогнозирования множества форм поведения животных и человека. Этология на современном этапе развития имеет нейробиологическую основу. Изучение нервной системы чрезвычайно важно для объяснения результатов наблюдений за животными в естественных или экспериментальных условиях. Между поведением животного и развитием его нервной системы прослеживается прямая зависимость. Чем выше животное по уровню развития, тем сложнее способы его взаимодействия с внешним миром и тем сложнее устроена его нервная система.

Нейробиология включает в себя много биологических дисциплин: физиологию и психологию человека и животных, эмбриологию, анатомию, генетику, молекулярную биологию, цитологию, биофизику и биохимию. Нейробиология рассматривает вопрос об управлении нервной системой всех процессов жизнедеятельности животного. В нее входят молекулярная нейробиология, нейрохимия, нейрогенетика и нейроэмбриология. Все эти отрасли нейробиологии собирают информацию о механизмах и месте хранения информации в нервной системе, ее происхождении и свойствах.

Современная этология тесно сотрудничает с такими биологическими отраслями, как физиология высшей нервной деятельности, биохимия и биофизика. Эти науки дополняют этологию знаниями о том, по каким законам работает нервная система во время выполнения поведенческих актов, какие закономерности лежат в их основе. Часто в тесном сотрудничестве с этологией и нейробиологией находятся эволюционная морфология и антропология. Антропология позволяет рассмотреть эволюционное развитие мозга человека, а эволюционная морфология предполагает исследование эволюционного развития и становления нервной системы животных, начиная от простейших и заканчивая человеком.

Границы нейробиологии нечетки, однако можно точно определить общий материальный субстрат всех отраслей знаний, которые входят в ее состав. Этим субстратом является функциональная морфология нервной системы. При изучении любых процессов молекулярного, биохимического или физиологического уровня важно в качестве структурной основы обращать внимание на организацию центральной и периферической нервной системы на всех уровнях ее организации: анатомическом, гистологическом и цитологическом. Однако не следует забывать и о том, что если при изучении поведенческих актов животных не рассматривать строение нервной системы вообще, то причины этих поведенческих форм останутся необъясненными. Таким образом, нейробиология является не только основой современной этологии, но и самостоятельным предметом.

(продолжительность – 30 минут)

1.1 Предмет этологии и зоопсихологии

В начале 30-х годов 20-го века усилиями австрийского зоолога К. Лоренца (1903 – 1989) и нидерландского биологаНиколаса Тинбергена (1907 – 1988) были заложены основы науки о поведении животных, которая получила названиеэтологии (от греч. «этос» — нрав, характер).Этология – биологическая наука, изучающая поведение животных в естественных условиях; уделяет преимущественное внимание анализу генетически обусловленных (наследственных, инстинктивных) компонентов поведения, а также проблемам эволюции поведения. Термин «этология» ввел в биологию в 1859 французский зоологИ. Жоффруа Сент-Илер (1805 – 1861).

Этология опирается прежде всего на метод наблюдения , поскольку для этолога важно не нарушить естественный ход поведения животных. Поэтому только с развитием современной наблюдательной, прежде всего, видеотехники стал возможен бурный рост в последние десятилетия этологических исследований.

В отличие от этологии, зоопсихология, появившаяся раньше этологии, опирается в основном на метод эксперимента , на изучение животных в лабораторных или искусственно созданных условиях. Классический пример таких исследований – опыты Ивана Петровича Павлова (1849 – 1936) с собаками. Зоопсихология — отрасль психологии, изучающая психику животных, ее проявления, происхождение и развитие в онто- и филогенезе.

Сегодня этология и зоопсихология по существу слились в единую науку о поведении животных, они взаимно дополняют друг друга: данные, полученные в одной науке, проверяются и уточняются в другой, и наоборот.

А в последние десятилетия активно развивается и такая дисциплина, как «этология человека», которая ищет черты сходства между животными и человеком, изучает врожденные программы поведения у людей. При этом оказывается, как мы с вами увидим дальше, многие формы поведения человека имеют прообразы у животных. Мало того, исследования этологов помогают лучше понять такие явления нашей жизни, как агрессия, власть, иерархия, альтруизм, садизм, любовь и многие и другие, поскольку корни этих форм поведения мы находим в животном мире.

Теперь скажем несколько слов об основоположниках этологии.

1.2. Основоположники этологии

Конрад Лоренц родился в 1903 году в семье известного и преуспевающего хирурга-ортопеда. Дед был известен как большой любитель и знаток животных, поражавший соседей тем, что неизменно выходил на прогулку с ручной гиеной. Семья жила неподалеку от столицы Австрии, в родовом доме в городке Альтенберг . В доме было много птиц, зверей, рыб, но еще в школьные годы Конрад ухаживал за животными в зоопарке. По совету отца Лоренц после окончания школы в 1922 отправился изучать медицину в Колумбийский университет в Нью-Йорке. После двух семестров возвратился в Вену и здесь изучал медицину и параллельно занимался сравнительной анатомией, зоологией, палеонтологией, а также философией и психологией. Получив, таким образом, широкое естественнонаучное и гуманитарное образование, Лоренц работал демонстратором, а затем читал курсы по сравнительной анатомии и зоопсихологии. В то же время в своем фамильном доме в Альтенберге он изучал поведение животных . С детства вел дневник, куда записывал свои наблюдения.

Первыми крупными работами Лоренца были «Об этологии общественных врановых» (1931), «Компаньон в мире птиц» (1935) и «Формирование науки об инстинкте» (1937) . В 1938 году вышла его совместная с Н. Тинбергеном статья о роли врожденных компонентов в организации целостного поведения. Эти работы были выполнены в полевых условиях и построены на принципиально новом комплексном подходе к изучению поведения животных , отличающемся от господствующих в те времена бихевиоризма и зоопсихологии. Именно с них начинает отсчет новая наука — этология.

В период аншлюса Лоренц увлекся идеями национал-социализма и стал кандидатом в члены нацистской партии. Позже он вспоминал об этом с болью и стыдом: «Конечно, я надеялся, что что-то хорошее может прийти от наци… Никто и не думал, что они подразумевали убийство, когда говорили «селекция». Я никогда не верил в нацистскую идеологию, но подобно глупцу, я думал, что мог бы усовершенствовать их, привести к чему-то лучшему. Это была наивная ошибка…» Значительную роль сыграли и взгляды Лоренца-биолога на прогресс человечества: отсутствие естественного отбора, полагал он, надо заменить направленной селекцией генофонда, а иначе человечество выродится . Нацистское прошлое Лоренца, несмотря на последующее раскаяние, в послевоенный период привело к охлаждению между ним и Тинбергеном, участником движения Сопротивления. Вообще о военных годах и членстве в нацистской партии сам Лоренц и его биографы часто рассказывают по-разному.

В 1940 году Лоренц получает место профессора в Кенигсбергском университете. После одной из лекций на него поступил донос об оскорблении фюрера (поза гориллы в изображении Лоренца оказалась похожа на позу Гитлера), и, несмотря на всю шаткость обвинения, Лоренца уволили из университета и отправили на Восточный фронт, невзирая на возраст. С 1943 года ученый служит рядовым медицинских войск. Вскоре опыт и знания профессора-солдата возобладали над идеологическими и дисциплинарными соображениями, и Лоренца производят в младшие лейтенанты и назначают на должность полкового, а затем и дивизионного психиатра.

28 июня 1944 года во время ночевки в витебских болотах подразделение, в котором служил Лоренц, было захвачено в плен советскими войсками. Будущий нобелевский лауреат этапируется в лагерь военнопленных под Кировом, затем – в Халтурин. В лагерях Лоренц занимается медицинской работой и, несмотря на тяжелые условия содержания, пишет книгу «За зеркалом». Ему удалось сохранить и впоследствии опубликовать эту рукопись. Затем Лоренца отправляют на непродолжительное время в Баку, потом в Армению. К тому времени война уже закончилась, и его переводят в «привилегированный» подмосковный лагерь в Красногорске – последнее место его заключения.

Следует отметить, что его биологические познания пригодились ему в лагере. В армянском лагере не хватало белковой пищи, и «профессор», как его называли, ловил скорпионов и, к ужасу конвойных, съедал в сыром виде их жирное брюшко – потому что, как он знал, ядовит у них только хвост !

Из своего последнего места заключения Лоренц отправил письмо выдающемуся советскому физиологу, академику, генерал-полковнику медицинской службы Л. А. Орбели с просьбой в содействии об освобождении. Орбели совершает мужественный поступок – пишет ходатайство об освобождении заключенного фашистского офицера Конрада Лоренца, благодаря которому ученый был досрочно освобожден в конце 1947 года.

В лагере он уже начал писать книгу о поведении животных и человека, окончательный вариант которой получил название «Оборотная сторона зеркала». За неимением лучших средств он писал гвоздем на бумаге от мешков из-под цемента, пользуясь марганцовкой вместо чернил. Окружающие относились к его занятиям с пониманием. «Профессора», который был старше других пленных, уважало также и лагерное начальство. Когда ему пришло время уезжать, он попросил разрешения взять с собой свою «рукопись». Офицер госбезопасности, от которого это зависело, предложил Лоренцу перепечатать книгу, дав для этого машинку с латинским шрифтом и бумагу. Когда «профессор» это сделал, офицер попросил автора дать честное слово, что в рукописи ничего нет о политике, и разрешил взять ее с собой. Более того, он дал Лоренцу «охранную грамоту», чтобы рукопись не отбирали на этапах! Это кажется невероятным, но Лоренц, лучше нас с вами знавший человеческую природу, не был удивлен. Наконец, усталый, но полный энтузиазма и замыслов, Лоренц возвратился в Альтенберг, к своей семье.

По возвращении в Австрию все имущество Лоренца составляло сплетенную из прутиков самодельную клетку с ручным скворцом. Первым человеком, к которому он пришел в Вене, был его старый друг Карл фон Фриш. Через четверть с лишним века после этого они вместе получат Нобелевскую премию. Погостив у Фриша и слегка оправившись от пережитого, Лоренц уезжает в отчий дом в Альтенберг. С 1948 года он работает в университете Мюнстера, а затем перебирается в Зеевизен в Институт физиологии поведения имени Макса Планка . Вскоре возглавив этот институт, Лоренц проработал в должности его директора до 1973 года, пока не ушел в отставку. Знаменитого ученого многократно приглашали потом в Советский Союз, но он так ни разу и не приехал, всякий раз отвечая, что уже побывал там.

В 1973 году Лоренцу, Тинбергену и Карлу фон Фришу была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине «за исследование социального поведения животных».

По своим научным взглядам Лоренц был последовательным эволюционистом, сторонником теории естественного отбора. Лоренц и его современник и коллега Тинберген знамениты прежде всего как основатели этологии. Если в США бихевиористы работали преимущественно с лабораторными крысами и в лабораторных условиях, то европейские этологи изучали самых различных (главным образом, диких) животных в природных условиях. Этологи отказались от предлагаемого бихевиористами понимания поведения как простой совокупности реакций организма на стимулы внешней среды (принцип «стимул – реакция»). Они считали, что для того чтобы понять любой тип поведения, следует прежде всего выяснить, для чего совершается тот или иной поведенческий акт, какова его роль для выживания, определить его онтогенетическое и эволюционное становление.

Широко известен Лоренц и как популяризатор, автор увлекательных книг по этологии и другим проблемам биологии, например, происхождения домашних собак (книга «Человек находит друга» (1954)). Также Лоренц выступил с жесткой критикой современного капитализма в работе «Восемь смертных грехов цивилизованного человечества» (1974) — это своего рода призыв одуматься, призыв к раскаянию, обращенный ко всему человечеству. Здесь Лоренц отмечает основные опасности, которые угрожают людям: перенаселение, опустошение жизненного пространства, высокий темп жизни, навязанный всеобщей конкуренцией; возрастание нетерпимости к дискомфорту, генетическое вырождение, разрыв с традицией, индоктринируемость и угроза ядерного оружия.

Наконец, нельзя не сказать несколько слов о Николасе Тинбернгене (1907-88) – нидерландском этологе и зоопсихологе. Он изучал биологию в Лейденском университете (окончил в 1932). Будучи по своей натуре прежде всего натуралистом, Тинберген решает изучать поведение животных в природе – в естественной для них среде обитания. Большая часть его работ, начиная с самых ранних, выполнена именно в полевых условиях. В 1930 году он участвует в экспедиции в Гренландию, а в 1938 едет в Австрию, где в Альтенберге посещает Конрада Лоренца. В этом же году выходит их первая совместная статья, посвященная роли врожденных компонентов в организации целостного поведения животных. В этой работе был сформулирован целый ряд важных положений, ставших основополагающими для новой науки – этологии, фактически созданной этими двумя учеными.

Вторая мировая война неожиданно положила конец дружбе ученых – недавние друзья оказываются во враждебных лагерях. Тинберген участвовал в голландском движении Сопротивления, был взят в плен фашистами и интернирован в лагерь заложников в Нидерландах. В этом концлагере он и встретил конец войны. Судьба Конрада Лоренца, как мы знаем, сложилась несколько иначе.

После освобождения из концлагеря Тинберген получает место профессора зоологии в Лейденском университете. В 1949 году он был приглашен читать курс зоологии в Англию в знаменитом Оксфордском университете (позднее, в 1955, он принял британское гражданство). Ученый, приняв приглашение, организует в Оксфорде группу по изучению поведения животных и работает там до самой отставки, состоявшейся в 1974 году. Годом раньше, в 1973 Лоренцу, Тинбергену и Карлу фон Фришу была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине «за исследование социального поведения животных». Спектр интересов ученого не ограничивался только этологией — в 1970 Тинберген вместе со своей женой занимался проблемами человеческой психологии, в особенности аутизмом.

В своих исследованиях Тинберген продемонстрировал возможность и даже необходимость использования грамотно организованных наблюдений за животными в природе для получения важных научных данных. При этом в своих наблюдениях он широко применял фото- и киносъемку, разнообразные укрытия и средства дистанционного слежения . В экспериментальной работе Тинберген практически впервые начал по-настоящему широко и эффективно использовать макеты, имитирующие самих животных, их яйца и икру, различные стимулы – «релизеры».

Значителен его вклад и в разработку теоретических основ этологии. Упомянутые выше четыре принципа, на которых в значительной мере зиждилась новая наука, были сформулированы в 1963 году Тинбергеном в его статье «Задачи и методы этологии». Им были выявлены многие важные закономерности социального поведения животных, исследована ритуализация поведения, разработаны понятия смещенной активности, мозаичного движения, переадресованной реакции и многие другие.

Несмотря на то, что современная наука о поведении шагнула далеко вперед, по сравнению с периодом зарождения этологии, многие ее положения по-прежнему основываются на трудах Тинбергена и других классиков. Неслучайно само слово «этология» в наше время уже не отождествляется исключительно с классической интерпретацией этой области человеческих знаний о природе, а обозначает науку о поведении в целом независимо от конкретных концепций и парадигм. Кстати, первым использовать слово «этология» в широком смысле начал сам Тинберген.

Выводы по 1-му вопросу:

1. Этология – молодая наука, оформившаяся в середине 20 века. Ее предмет – поведение животных в естестественных условиях, главный метод – наблюдение.

2. Зоопсихология в отличие от этологии опирается на метод эксперимента и изучает поведение и психику животных в лабораторных условиях, в неволе.

3. Основателями этологии считаются австрийский биолог Конрад Лоренц и голландский биолог Николас Тинберген.

Наука о поведении животных, его сложных формах в их естественной среде обитания называется этология (от греч. «ethos» — характер, нрав, обычай). Основателями этологии признаны Нобелевские лауреаты по физиологии и медицине за 1973 г., увенчанные ею именно за работы на данную тему, — Карл фон Фриш (Германия), Конрад Лоренц (1903–1989) (Австрия), Николас Тинберген (1907–1988) (Голландия). Решение Нобелевского комитета на сей счёт гласило: «За создание и использование на практике моделей индивидуального и группового поведения».
Став людьми, наши далёкие предки и их многочисленные копии — потомки, т.е. все представители вида Homo sapiens, тем не менее сохранили важнейшие инстинкты — врожденные программы поведения всех животных, в особенности млекопитающих, прежде всего — приматов. В нашей обычной речи слово «инстинкт» как правило означает что-то низменное, чаще всего дурное, что лучше подавлять в себя и скрывать от окружающих.
Сказать человеку: «Ты животное!», «Ты не контролируешь своих инстинктов» и т.п. означает оскорбить его. Однако в научном смысле слова, как понятие биологии и психологии, инстинкт — никакое не зло, а благо; гигантское, неоценимое завоевание эволюции живой природы. Организм в этом смысле можно сравнить с «компьютером», а инстинкты — с его «про- граммами», «редакторами». Чтобы начать действовать, мозгу, ЦНС, всему организму нужно «разбудить» заложенную в генах рефлекторную про- грамму поведения. Эта программа вбирает в себя огромный опыт приспособления предков данного вида к среде их обитания, борьбы и сотрудничества этих животных со средой, друг с другом и с другими видами животных. Естественный отбор уничтожил тех животных, которые реагировали не вызовы среды неадекватно. Успешные же реакции в своем большинстве сначала бывали просто случайными, но именно они закрепились в потомстве удачливой особи, легли в основу той самой инстинктивной программы выживания вида, которая сегодня выглядит такой целесообразной, гармоничной.
Если человек слишком долго и слишком упорно поступает наперекор инстинктам, формирует у себя неадекватные условные рефлексы (например, проповедует половое воздержание или непротивление злу насилием), это в какой-то степени подрывает его физическое и психическое здоровье, превращается в фанатика или юродивого. Как это выглядит на примере полового инстинкта, показал З. Фрейд в своей теории неврозов бессознательного. Похожий по своим плачевным последствиям результат получается, если, наоборот, целиком и полностью отдаться инстинктам (что художественно изображено Р.Л. Стивенсоном в «Странной истории доктора Джекиля и мистера Хайда»). В этом случае человека «наказывает» культура — через осуждение окружающих, угрызения собственной совести (пушкинский Борис Годунов: «И мальчики кровавые в глазах!»).
К счастью или к несчастью для нас, все инстинкты у людей подверглись мощному преобразованию, своеобразной цензуре. В роли надзирателя за природными влечениями выступают, во-первых, общество, коллективные интересы человеческого общежития; а во-вторых, сама отдельная личность с ее разумом, творческими целями в жизни. Чтобы возвыситься над природой, преобразовать ее в своих целях, увеличить продолжительность и качество своей жизни, наполнить ее особыми смыслами и ценностями, людям потребовалось ограничить инстинкты. В норме, в массовом своем про- явлении ни один инстинкт не действует у людей непосредственно, так, как у животных. Поэтому все аналогии между людьми и животными остаются в той или иной степени условными, нуждаются в оговорках, поправках, добавлениях.
Отдельные научные дисциплины, изучающие людей, акцентируют разные стороны в их поведении. Социобиология занимается животным
наследием в людской активности. Это, можно сказать, этология человека. Основоположником данной дисциплины считается Эдвард Вильсон (1929) (США), который в 1975 г. (2-е, доп. издание 1980) опубликовал книгу «Со- циобиология: новый синтез». Ее предмет он определи как «систематическое изучение биологических основ общественного поведения».

Наука, появившаяся на стыке биологии, социологии, экологии и психологии, в современном потоке информации обросла множеством материалов сомнительного содержания.

В чем проблема?

Этология — это наука, изучающая посредством наблюдения поведение животных в их естественной среде обитания. Именно так ее позиционировали основатели. Современное состояние этой науки, дифференцированное в разных направлениях, представляет широкий спектр возможных определений и механизмов применения.

Если бы детям со школьного возраста преподавали основы этологии, наверняка это стало бы определенным ориентиром в поступках. Ведь понимание биологических мотивов поведения человека как биологического вида свидетельствует, что мы не так далеки, как кажется, от братьев наших меньших, и позволяет совсем по-иному относиться к социальным проявлениям в современном обществе.

Истоки возникновения

Всем известный древнегреческий философ Аристотель в своих трудах «История животных» отмечал различия нравов животных в зависимости от их прирученности, трусости или кротости, а главное, ума или его отсутствия. Можно ли считать его прародителем науки, изучающей поведение животных и людей?

Официальным основателем науки является австралийский зоолог Конрад Лоренц (1903-1995). В 30-х годах XX столетия в своих трудах он обобщил систему предшествующих знаний бихевиористов и зоопсихологов и ввел в международную научную среду термин этология, понимая его как науку о биологии поведения животных, соединяющую физиологическую составляющую поведения, развитие поведения в онтогенезе индивида, межвидовые (сравнительные) модели поведения и поведение адаптивное. За открытия, сделанные в области изучения моделей в индивидуальном и групповом поведении животных и в их внутренней мотивации, в 1973 году ему была присуждена Нобелевская премия.

А в начале прошлого столетия Конрад Лоренц не нашел понимания в среде биологов, занимающихся всеми направлениями зоологии.

Научная среда на этапе становления этологии

В начале XX века в естественных науках происходила революция за революцией. Чарльз Дарвин с теорией происхождения видов и природного отбора как механизма эволюции положил начало развитию целого спектра наук, таких как сравнительная эмбриология, патологическая и сравнительная анатомия, палеонтология и археология.

Естественные знания в этих областях стимулировали направление мысли зоологов, эволюционистов, цитологов, генетиков, нейрофизиологов. В научной среде велись споры о взаимосвязи психики и сознания. Школы классического бихевиоризма и необихевиоризма, классической зоопсихологии, гештальтпсихологии развивали свои направления в изучении инстинктивного поведения, теории стимулов и знаков. Психология человека и изучение нейрофизиологии работы мозга привели научную мысль к принятию биологической составляющей вида Homo sapiens.

Основная понятийная база

Современная популяризация знаний по данному вопросу происходит благодаря средствам массовой информации и в ключе научно-популярных знаний, причем научных гораздо меньше. Это случилось потому, что читать научную литературу в сфере этологии животных или человека невозможно без знания специфической терминологии. А для понимания терминологии необходим хотя бы минимум теоретических знаний. Введем лишь некоторые общие понятия, необходимые для формирования у читателя представления о современной концепции положений традиционной этологии.

Этология — это научная дисциплина, занимающаяся изучением паттернов (моделей) общебиологического поведения животных.

Название дисциплины происходит от греческого ethos — «характер, нрав, привычка, манера поведения», logos — «учение».

Традиционная этология — это наука обо всех проявлениях поведения всех видов живых организмов. В любой отрасли этологии рассматривается четыре главных аспекта изучения: механизмы поведения, биологическая составляющая и функции поведения, онтогенез поведения и эволюционное развитие поведенческих реакций. Главный определяющий фактор — изучение в естественных условиях.

Области этологии

Отдельной областью стала этология человека — наука об изучении человека как представителя биологического вида. Она изучает формирование онтогенетических и видовых особенностей, эволюцию поведения человека в аспекте исторического развития.

Выделяют достаточное количество частных отраслей данной науки в зависимости от объекта, который выбран как предмет этологии. В этом ключе стоит выделить орнитоэтологию (изучение поведения птиц) и когнитивную (предмет изучения — способности познания и обучения). Антропогенная этология — это наука о поведении животных в искусственной среде обитания. Молекулярная этология изучает влияние конкретного гена на поведенческие реакции. Из общей этологии выделилась в отдельную научную дисциплину социобиология, она рассматривает поведение в группах и иерархические стереотипы.

Положения: традиционная этология

Определение науки о поведенческих реакциях претерпевало уточнения и дополнения. Окончательно понятие сформировалось в 1962 году, тогда появилась наука о поведении животных в общебиологическом понимании. Изучить полный обзор основополагающих принципов науки вряд ли получится. Остановимся на тех, что дадут общее понимание и придадут уверенности при прочтении специализированной литературы.

Видоспецифические (характерные для представителей всего вида), врожденные (готовые модели, не требующие тренировки), стереотипные (шаблонные, выполняемые в неизменном порядке и в неизменной форме) единицы поведения в этологии названы фиксированными комплексами действий.

Неспецифические, индивидуальные и лабильные единицы поведения особей названы динамическими стереотипами. Этот вид реакций характерен исключительно для организмов с развитой нервной системой и способностями к научению.

Под научением этологи понимают модификацию поведения, возникающую как результат личного опыта особи и приводящего к появлению абсолютно новых реакций, смене стимула для привычных реакций, изменению формы или вероятности ответа на стимул. Общебиологические законы научения следующие:

  • Повторения возрастают за реакцией, связанной с вознаграждением, и уменьшаются, если вознаграждения за реакцией не следует (закон эффекта Торндайка).
  • Стремление к получению стимула с затрачиванием наименьших усилий (принцип Скиннера).
  • Подкрепления всегда недостаточны по отношению к преодолению врожденных тенденций и замене на выученные стереотипы (закон Бреландов).
  • Оптимальная мотивация обеспечивает успешное научение. Граничные значения мотивации приводят к снижению успешности обучения (закон Йеркса — Додсона).

Научение как потенциальные возможности поведения — одно из основополагающих понятий. Этология человека не принимает закон Торндайка, хотя весь Уголовный кодекс, казалось бы, подтверждает действенность данного закона в человеческом поведении.

Четыре главных вопроса

Какую бы частную область этологии мы ни рассматривали, в дисциплине она изучается в ответе на четыре вопроса. Их сформулировал нидерландский орнитолог, ученик и соратник Конрада Лоренца, разделивший с ним Нобелевскую премию, — Николас Тимберген (1907-1988). И хотя не все этологи соглашаются с методами ответа на эти вопросы, по поводу самих вопросов отмечается завидное единство.

  1. Что стимулирует конкретную модель поведения, является его причиной.
  2. Степень вовлеченности структур и функций животного.
  3. Вариабельность и границы изменения поведения в процессе онтогенеза.
  4. Насколько поведенческая реакция отвечает адаптивной необходимости.

Изучение человека

Человека во все времена интересовало изучение себе подобных. Классификация характеров людей Гиппократа (холерик — флегматик) актуальна и на сегодняшний день.

Расцвет интереса к человеку как объекту изучения неразрывно связан с Зигмундом Фрейдом, итогом работ его сознательного и подсознательного психоанализа стала крылатая фраза: «Я открыл, что человек — это животное». Линней и Дарвин, Уитмен и Крейг, Конрад Лоренц с его многоговорящими трудами «Агрессия: так называемое зло» и «Восемь смертных грехов цивилизованного человечества» не смогли подвести достаточно убедительную доказательную базу под слова Фрейда.

В результате в этологии человека сформировалось два направления: гуманитарное и естественнонаучное.

Естественнонаучный уклон этологии человека

В сфере знаний, подаренных миру Лоренцом и Тимбергеном, двоюродный брат Чарльза Дарвина, антрополог, психолог и аристократ сэр Фрэнсис Гамильтон стал последователем бихевиористов. Он активно изучал возможности передачи по наследству моральных качеств, таланта и способностей. Среди тех, кто поддержал его идею — найти механизмы наследования личностных качеств, были Бернард Шоу, Герберт Уэллс, Уинстон Черчилль и Теодор Рузвельт.

Это направление этологии оформилось в евгенику (в переводе с греческого «рождение лучших») — теорию о наследственном здоровье человека и возможностях его улучшения. Позитивная евгеника (изучала факторы, влияющие на улучшение расовых признаков) очень быстро уступила место негативной, целью которой определялось выведение евгенически ценных популяций. Эта концепция пришлась кстати для автократического режима Германии, что дискредитировало надолго не только саму евгенику, но и сам принцип естественнонаучного подхода.

Гуманитарная этология человека

Гуманитарии ничего не стремились изменить. Гуманитарная этология — это область, где преобладают описательные и классификационные методы изучения особенностей поведения человека, без стремления объяснения причин и механизмов возникновения. Школ, как и различных классификаций, в этом направлении огромное количество. Например, классификация личностей по Леонгарду или по Юнгу. Но все гуманитарные этологи единогласны в следующем:

  • В поведении человека животная часть ничтожна.
  • Характер человека полностью формирует среда (концепция чистого листа).

Современное понятие этологии человека

Современное понятие этологии человека определяется как биология поведения, сформированная в онто- и филогенезе и приведшая к конкретной поведенческой стратегии. Объектами исследования являются традиционные группы в сравнении с неоиндустриальной культурой.

На стыке многих наук сформировалась социобиология. Она изучает поведение как набор преимущественных качеств, эволюционно сформировавшихся.

Существует две школы этологии человека: европейская и американская. Австро-немецкая школа (И. Айбл — Айсфельд, Ф. Саттер) — это последователи К. Лоренца. Голландская и британская школы — последователи Н. Тимбергена (Ф. Шифенхоевель). Американская школа заимствует методы эволюционного подхода и ориентирована на социобиологию.

В России школа этологии развивается под руководством доктора исторических наук М. Л. Бутовской и профессора В. Р. Дольника, доктора биологических наук З. А. Зорина, орнитолога и этолога В. С. Фридмана. Пропагандистом учения стал главред проекта «Интернет-ассоциация лагерей отдыха» К. Ефремов.

Современная этология — это свод дисциплин, призванный помочь человеку разобраться в истоках и мотивах своего поведения. Она помогает найти ключ к познанию себя самого. Этология животных призвана помочь нам в сельскохозяйственной деятельности. Многочисленные публикации и примеры популярной этологии призваны обратить наше внимание на единство всего живого на планете и место человечества в системе органического мира.

Человеку случается наблюдать за поведением животных, пытаться понять и расшифровать их язык. Существует специальная наука о поведении животных. О ней и об объектах ее изучения пойдет речь в статье.

Какая наука изучает поведение животных?

Поведение животных с точки зрения биологических основ, приспособление животного к среде обитания изучает этология. Термин в переводе с греческого означает «изучение характера». Это наука о поведении животных в естественных условиях. Люди, профессионально занимающиеся изучением повадок зверей, этологи, особое внимание уделяют генетически фиксированному поведению. Ими также изучаются те формы поведения животных, которые объясняются накопленным в процессе исторического развития опытом. Со времен своего основания зоологами и Н. Тинбергеном наука о поведении животных ставит перед собой следующие задачи:

  • выявить причины поведенческих актов животных;
  • узнать, как происходит образование поведенческого акта в индивидуальном развитие животного;
  • выяснить, какое оно имеет значение в жизни зверя;
  • понять, как происходила эволюция поведенческого акта.

Вопросы этологии ясны, а по поводу методов исследования возникают споры. Одни ученые считают, и их большинство, что проводить наблюдения можно только в естественных условиях. Точка зрения сторонников антропогенной этологии сводится к признанию права наблюдать за животными в среде деятельности человека. Другие считают, что этология вправе пользоваться методами экспериментальной зоопсихологии: моделирование, эксперименты, опыты.

Поведение животных

Этологи изучают поведение как разностороннее взаимодействие животных с окружающим миром. Поведение подразумевает любую активность, которую проявляет индивид. Оно определяется двумя понятиями: унитарной реакцией и биологической формой поведения. Объединение рефлексов характеризует унитарную реакцию. Биологической формой поведения называют сложное, соответствующее фазам жизни поведение, к примеру, пищевое, оборонительное, исследовательское, родительское и другие.

Благодаря наблюдениям за животными в естественной среде наука о поведении животных определила, что, например, собаки употребляют жидкую пищу и воду стоя, а твердые куски едят лежа, — это пищевое поведение. Забота о своем потомстве в среде белых медведей, когда медведица на несколько месяцев залегает с медвежатами в берлоге, кормит их, истощая свои запасы, — это наблюдения за родительским поведением.

Где применяются наблюдения этологов?

Этологические знания нужны, главным образом, для описания поведения животных. Методы, применяемые этологами в работе, дают возможность детализировать существующие знания о животных, расширить представления об их поведении.

Наука о поведении животных дает знания, необходимые в животноводстве. Этологические наблюдения за самками, носящими приплод, позволяют животноводам определить, когда ожидаются роды.

Например, видя, что корова стала беспокойной, постоянно меняет местоположение, пытается уединиться, животновод понимает, что надо готовиться к появлению нового члена фермы. Наблюдения за поведением лошадей говорят о сложном нраве этих животных. Фермер или дрессировщик должны учитывать этологические знания, которые свидетельствуют о том, что лошади весьма разборчивы в людях. Они отвечают доверчивостью и послушанием только тем, кто проявляет заботу о них, уважает и хвалит их.

Без этологических знаний тяжело дрессировщикам. Данные о пассивной оборонительной реак-ции у животных, которые дает этология (наука о поведении животных), позволяют избежать несчастных случаев. Так, видя оцепенение и неподвижность тигра, дрессировщик успокаивает зверя, чтобы он не напал. При работе с лайками дрессировщик должен учитывать результаты этологии, которые говорят о том, что у этих животных подобная реакция отсутствует — они сразу проявляют злобность — активную оборонительную реакцию.

Некоторые наблюдения за животными являются весьма интересными.

  • Если выдры лежат на воде животом кверху и держатся за лапы, значит, они спят.
  • Щенки-мальчики в играх со щенками-девочками часто специально проигрывают, давая им возможность радоваться победе.
  • Есть животные, к примеру, белки, которые берут на воспитание детенышей другой самки.
  • Коровы являются верными друзьями. Они способны дружить, с другом проводят большую часть своего времени, общаются с ним, заботятся о нем.

ТЕМА 2. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ В ИЗУЧЕНИИ ПОВЕДЕНИЯ ЖИВОТНЫХ

Обратная связь
  • 2.1. Этология
  • 2.2. Физиология Высшей нервной деятельности
  • 2.3. Изучение проблемы «мышления», или рассудочной деятельности, животных
  • 2.4. Экспериментальная психология
  • 2.5. Сравнительная психология и зоопсихология в России

В ХХ в. проблемы, связанные с поведением животных, привлекли к себе внимание ученых самых разных специальностей, и прежде всего зоологов, психологов и физиологов. Его стали активно исследовать при помощи методик, традиционных для одной или другой биологической специальности.
Это привело к тому, что фактически одновременно сформировалось несколько самостоятельных направлений, а точнее, даже отдельных наук о поведении. Так, в 30-е гг. на основе зоологии сформировалась этология — наука о поведении животных в естественной среде обитания. Ее основоположниками были австрийский ученый К. Лоренц (1903-1989) и голландский исследователь Н.Тинберген (1907-1988). Эта наука получила широкое распространение в среде зоологов. Основными методами этологии стало наблюдение за поведением животных в природе и изучение развития естественного поведения у детенышей, выращенных в лабораторных условиях. Таким образом, этологами в основном изучались врожденные, инстинктивные элементы поведения.
На основе экспериментальных исследований поведения человека и животных в лабораторных условиях зародилась экспериментальная психология. Первым из психологов, применившим экспериментальный подход к изучению поведения животных, был американский ученый Э. Торндайк, разработавший так называемый «метод проблемных клеток». Большой вклад в развитие зоопсихологии внесли и российские исследователи: В.А. Вагнер, Н.Н. Ладыгина-Котс, Н.Ф. Левыкина, К.Э. Фабри и др.
Вскоре в экспериментальной психологии сформировалось несколько направлений, претендующих на самостоятельность. Такими направлениями были: зоопсихология, целью которой является экспериментальное изучение психики животных; сравнительная психология, занимающаяся сравнительным изучением психики разных таксономических групп животных и развитием психики в эволюции. Кроме этого, поведение животных стали изучать и приверженцы таких направлений психологии, как бихевиоризм и гештальтпсихология.
Практически одновременно с разработкой в США Торндайком основ экспериментальной психологии, в России И.П. Павловым было создано новое направление в физиологии — учение о высшей нервной деятельности, целью которого было объективное изучение психики животных и человека. В основе учения И.П. Павлова лежал рефлекторный принцип, а элементарной единицей всех проявлений высшей нервной деятельности был признан условный рефлекс. Основной задачей данной науки было изучение физиологических механизмов поведения с использованием электрофизиологических, фармакологических и других методов.
Сложные процессы, происходившие в середине ХХ в. в науке и в обществе, привели к обособлению и даже к определенному антагонизму между этологией, зоопсихологией и физиологией ВНД. Фактически занимаясь изучением одних и тех же процессов, ученые всячески подчеркивали свое отрицательное отношение к методам другой науки. Следствием этого явилось и то, что одни и те же процессы и явления в разных науках часто обозначались совершенно разными терминами. Это еще более усиливало расхождение между направлениями науки о поведении в середине XX в., и они продолжали развиваться параллельно.
К 80-м гг. ХХ столетия стремление к обособлению наук стало постепенно ослабевать. Ученые всех специальностей стали активно применять методы смежных наук. Данный процесс затронул и научные направления, связанные с поведением.
Этологи, кроме исследований в природе, стали использовать и экспериментальные методы, включающие обучение, изучение элементарной рассудочной деятельности, а также электрофизиологические и фармакологические методики.
Зоопсихологи, в свою очередь, стали широко пользоваться физиологическими методиками и изучать поведение животных в природе.
Физиологи, по мере совершенствования технологий, также вышли за пределы экспериментальных установок и приступили к изучению физиологических процессов у животных в «свободном поведении».
Таким образом, круг замыкается, и фактически все направления изучения поведения животных в настоящее время сливаются в единую науку о поведении, пока еще не имеющую определенного названия.
Нередко употребляются такие термины как «нейробиология» или «нейронауки», объединяющие широкий комплекс наук и интегрирующие сведения, полученные в смежных областях знаний о мозге и поведении.
В настоящее время убедительно показано, что каких-либо принципиальных различий в закономерностях формирования поведения животных и человека фактически не существует. Следовательно, психологу, и особенно тому, который занимается детьми и подростками, знание биологических основ формирования поведения совершенно необходимо. Поэтому предмет «Зоопсихология и сравнительная психология» включен в число обязательных курсов всех высших учебных заведений, имеющих специализацию по психологии. Однако при этом необходимо иметь в виду, что на самом деле этот курс значительно шире и фактически включает в себя основы синтетической науки о поведении. Название курса «Зоопсихология» носит, таким образом, достаточно условный характер.



 

Этология

  • 2.1.1. Возникновение этологии как самостоятельной науки
  • 2.1.2. Основные направления этологических исследований
  • 2.1.3. Основные положения этологии

Этология (от греч. ethos — нравы, характер) — биологическая наука, изучающая поведение животных в естественных условиях; уделяет преимущественное внимание анализу генетически обусловленных ( наследственных, инстинктивных) компонентов поведения, а также проблемам эволюции поведения. Термин «этология» был введен в биологию в 1859 г. И. Жоффруа Сент Илером.

 

2.1.1. Возникновение этологии как самостоятельной науки

Поначалу этология возникла как одно из направлений зоологических исследований, которое систематизировало фактический материал о поведении животных в естественных условиях. Постепенно из чисто описательной науки, связанной с изучением инстинктов, этология превратилась в целостную концепцию, включающую анализ поведения в онто— и филогенезе, изучение его механизмов и приспособительного значения. И хотя некоторые конкретные модели и разработки не выдержали проверки временем, влияние классической этологии на современные исследования поведения животных весьма значительно.
Развитие этологии, изучение целостностного поведения животных в естественных условиях имеет длительную историю. В трудах естествоиспытателей XVIII-XIX вв. был собран огромный описательный материал. Это, прежде всего, труды немецкого ученого Г. Реймаруса, французских исследователей Ж. Бюффона, Ж. Фабра и Ф. Кювье, позволившие выделить и четко определить категорию инстинктивного поведения. Непосредственное влияние на развитие этологии оказали труды Ч. Дарвина. Собранные им многочисленные факты о поведении животных в естественных условиях позволили различить основные категории поведения — инстинкт, обучение и способность к элементарному рассуждению. Дарвин указывал, что поведение животного, так же, как его строение, характеризуется изменчивостью и передается по наследству. На примере инстинктов Дарвин показал пути формирования признаков поведения в процессе естественного отбора.
Непосредственное влияние на формирование этологических представлений оказали исследования ученых — английского — Д. Сполдинга, американских — Ч. Уитмена и У. Крэга, немецкого — О. Хейнрота, в которых было экспериментально показано, что некоторые формы поведения животных имеют врожденную и видоспецифическую основу.
Как самостоятельное научное направление, отличное от физиологических и психологических школ исследования поведения, этология оформилась в 30-е гг. ХХ в. Ее признанные основоположники — австрийский зоолог К. Лоренц и нидерландский зоолог Н. Тинберген. В теоретических работах К. Лоренца были обобщены основные взгляды предшественников — американских ученых Ч.Уитмена и У.Крега, немецких Я. Юкскюля и О. Хейнрота и ряда ученых других направлений, например французского ученого Ж. Леба, американских ученых Г. Дженнингса, У. Мак-Дугалла и др.
В работах Лоренца, Тинбергена и их последователей, таких, например, как нидерландский ученый Г.Берендс, немецкие ученые В. Виклер и П. Лейхаузен, а также многих других, были заложены основы теории развития инстинктивного поведения. Основоположники этологии определяли ее как «объективное изучение инстинктивных движений» (Н. Тинберген) или как «морфологию поведения животных» (К. Лоренц).
Начиная с середины 30-х гг. XX в. этология становится одним из главных направлений в изучении поведения.
Этология послужила основой для возникновения ряда самостоятельных направлений, таких как: когнитивная этология, нейроэтология, социобиология, этология человека. Она и по сей день продолжает составлять базу для широкого диапазона работ, в том числе, например, для исследования сложных коммуникативных процессов у животных.

 




3. Какие взгляды на феномен социальности существуют в научном мире? Каковы преимущества и недостатки жизни в группе?

1.Социобиология: определение, предмет изучения, ключевые фигуры.

Социобиология- наука о эволюционно- генетических основах социального поведения. Предмет социобиологии точно не определен.

По мнению одного из основоположников этологии и социобиологии- Э. Уилсона общая социобиология нужна для того, чтобы выделить из традиционной этологии» общественные» формы поведения животных, включая человека и исследовать их в эволюционно- генетическом аспекте. Таким образом предметом социобиологии является социальное поведение животных.

1. Э. Уилсон автор многих работ по этологии и социобиологии, является основоположником науки- социобиология. Наибольшей популярностью пользовалась его книга » Социобиология: новый синтез» в которой внимание уделялось проблемам науки о поведении животных, роли отбора и организации в эволюции сообществ, а так же факторам их поведения.

2. Ричард Докинз— английский этолог, эволюционист, популяризатор науки. Он известен своей книгой «Эгоистичный ген» в которой продвигал идею, что ген является ключевой единицей естественного отбора в эволюции, его роль. И главной чертой гена является эгоизм, который характерен и для современного человека.

3. Десмонд Моррис— британский зоолог и этолог, известен своей книгой «Голая обезьяна». Объяснение поведения современного человека с точки зрения биологии. Сравнение приматов и «голой» обезьяны- человека. По его мнению человек отличается от обезьяны своим поведением и частичным отказом от генетического наследия эволюции, не подчинение гену.

4. Дональд Гамильтон— британский эволюционный биолог. Известен своими работами по теме » альтруизм». Считается предвестником направления науки- социобиология.

5. Конрад Лоренц— австрийский ученый, один из основоположников этологии- науки о животных.

В основном писал работы на тему «агрессии», и исследовал поведение животных.

2. История социобиологии: предпосылки возникновения и причины популярности.

Социобиология возникла в русле интегративных тенденций современной науки, из попыток естествоиспытателей сформулировать единые теоретические принципы, позволяющие синтезировать различные дисциплины, изучающие поведение живых существ. Суть социобиологии как науки состоит в том чтобы объяснить общественное поведение животных и человека в ходе эволюции, описать происходящие процессы. Социобиология тесно связана с такими дисциплинами как дифференциальная психология, социальная психология, генетика, психология восприятия, психология искусства и др.

Социобиология оказалась одной из самых неоднозначных и противоречивых научных дисциплин второй половины XX века, складывается как наука в США в 1970-е годы. Всё началось в 1975 году с публикации книги энтомолога Эдварда Уилсона «Социобиология. Новый синтез». Книга была первой попыткой объяснить такие типы социального поведения животных (в основном, муравьев, так как это была специализация Уилсона) как альтруизм, агрессия и т. п. при помощи эволюционных механизмов. В этой книге лишь последняя глава касалась поведения людей.

В этой работе Уилсон, в частности, утверждал, что такие формы человеческого поведения, как «альтруизм», являются результатом естественного отбора в ходе эволюции человека. Однако такого рода поведение не является результатом «прямого отбора», поскольку человек, жертвующий собой ради другого, уменьшает тем самым вклад собственных генов в генофонд следующего поколения.

Социобиологи концентрируют внимание на более сложных формах социального поведения и организации целых сообществ, привлекая для этого данные не столько анатомии и физиологии (как это делают этологи), сколько обращаясь к популяционной генетике и экологии .

Феномен социальности – предрасположенность и способность индивидов к совместному существованию. Социальность характеризует человека как часть социума, зависимую от него, подчиненную ему, детерминируемую внешними социальными механизмами, формирующуюся в результате воздействия внешней социальной среды. Обладание С. предполагает способность личности играть определенные общественные роли, искусно менять типовые социальные маски, подчиняться требованиям общественного мнения, нормам морали и принципам законности, разрешать возникающие противоречия в пользу индивида, а целого социума. Взгляд на человека как на гражданина, члена

коллектива, «производительную силу», участника производственных отношений, обладателя определенной профессии, должности, звания, титула означает, что во внимание берется прежде всего его социальность. Функционирование С. имеет не инстинктивный, а сознательный характер и предполагает у человека наличие способности мыслить, анализировать, оценивать, принимать решения, переводить при посредстве волевых усилий свои оценки и решения в действия и поступки. Из этого складывается социальная жизнь человека, представляющая собой цепь взаимосвязанных, внешне наблюдаемых поступков в общественной среде, сопровождающаяся соблюдением или нарушением социальных норм. Этот феномен характеризует человеческое общество и изменяется во времени.

Социальность, интересующая социологов сегодня, – это не просто то, что «держит» людей вместе, но и то, что отличает человека от животного. Предметом исследования современной социологии становится специфически человеческая социальность, отличная от «социальностей»

других живых существ, а также ее маркеры и индикаторы.

Речевое взаимодействие служило инструментом влияния на других, в то же время речевое влияние предполагает использование механизмов сознания. Феномен сознательного, вербального влияния в настоящее время описывается как суггестия.

Таким образом, существует интердикция (влияние жестом, позой, феромоном), присущая животным и являющаяся основой для социального взаимодействия животных, существует суггестия (словесное влияние) и существует контр-суггестия (сопротивление речевому влиянию

или критическое, рациональное мышление). Все эти феномены послужили наряду с имитацией основой для возникновения социальных связей нового, неживотного типа.

В группе проще переживать общие катаклизмы, проще добывать еду, больше шансов на выживание, чем по одиночке, у человека жизнь в группе очень важна как социальный фактор- общение с людьми, друзьями. Недостатки жизни в группе в том что, если ты что-то имеешь ты должен делиться со всеми, часто возникают конфликты, в некотором роде отсутствие личного пространства.

4. Как происходила эволюция социальности как общебиологического феномена с точки зрения социобиологического подхода? Модель «эгоистичного стада».

5. Социобиологический подход Д. Морриса, Р. Докинза, К. Лоренца.

Дезмонд Моррис.

Д. Моррис известен своей книгой » Голая обезьяна» в которой рассматривает современного человека с точки зрения биологии в процессе эволюции. Сравнивает приматов и современного человека. По его мнению человек отличается от обезьяны своим поведением и частичным отказом от генетического наследия эволюции, не подчинение гену.

Р. Докинз.

английский этолог, эволюционист, популяризатор науки. Он известен своей книгой «Эгоистичный ген» в которой продвигал идею, что ген является ключевой единицей естественного отбора в эволюции, его роль. И главной чертой гена является эгоизм, который характерен и для современного человека. Репликация этих генов дает индивида, как эгоистичного человека. Так же Докинз рассматривает альтруизм с позиции эгоистического гена, пусть кто-то другой пожертвует ради меня своей жизнью, а я буду сидеть в сторонке . Пример: в сообществе пингвинов, принято одного пингвина толкать в воду, чтобы он жертвуя собой проверил безопасность купания, это конечно повышает сохранность генов во всей популяции, но является эгоизмом по отношению к сородичу.

Этология человека. Что такое этология человека?

Этология человека. Что такое этология человека?

Этология. Этология человека. Человек и его сущность.

Что такое есть человек? Этот вопрос снова и снова обсуждается в научной среде и имеет различные, бывает противоположные, научные концепции на его сущность.

Теория Дарвина привела к оживленной научной дискуссии о природе человека. И эта дискуссия между сторонниками биологической и социальной сущности человека, находит все новых и новых сторонников с обеих сторон.

К началу 1980-х годов, исследователи самых разных областей знания о человеке стали приходить к пониманию необходимости синтеза естественно-научных и гуманитарных знаний для понимания естественной сущности человека и человеческого поведения.

 

 

Этология. История этологии.

Этология. Появление и развитие этологии. Формирование этологии человека.

Этология первоначально ставила целью изучение поведения животных.

Этология. Появление термина и понятия о науке «этология».

Термин «этология» позаимствован из греческого языка, в котором слово «этос» — означает нравы, характер, привычка, обычай.

В 1859 году термин «этология» был предложен французским зоологом Изидором Жоффруа Сент-Илером для наименования учения о жизни и поведении животных в естественной среде.

Изначально научная дисциплина «этология» тесно связана с зоологией, биологией, физиологией, эволюционной биологией, зоопсихологией, сравнительной психологией.

Известный ученый биолог и этолог Конрад Лоренц, лауреат Нобелевской премии, называл этологию «морфологией поведения животного».

Термин «этология» стал упоминаться почти в современном виде и понимании, начиная с 1902 года благодаря работам американского энтомолога Уильяма Мортона Уилера.

Окончательно современная «этология» сформировалась в 1930 годы на базе полевой зоологии и эволюционной теории как наука о сравнительном описании поведения особи в естественной среде.

Становление современной «этологии» как научной дисциплины связывают с работами ученых Конрада Лоренца и Николаса Тинбергена, хотя они сами первоначально не называли себя этологами.

Впоследствии термин «этология» стал дополнительно употребляться для того, чтобы различать специалистов по изучению животных в естественных условиях от сравнительных психологов и бихевиористов, работавших преимущественно в США, и использующих аналитические методы в лабораторных условиях.

Наиболее известные ученые этологи: Конрад Лоренц, Николаас Тинберген, Уоллес Крэг, Леонид Викторович Крушинский, Ричард Докинз, Марина Бутовская, Виктор Дольник, Десмонд Моррис, Карл Фриш, Дайан Фосси.

Современная «этология» является междисциплинарным научным направлением, объединяющим в себе  физиологические, генные, психические и эволюционные закономерности, объясняющие принципы поведения животных и в том числе человека.

 

Этология человека. История этологии человека.

Процесс формирования этологии человека как самостоятельной дисциплины, и его основные исторические вехи.

Безусловно, еще Чарльз Дарвин, своими наблюдениями и выводами, объясняющими биологическую природную сущность человека, заложил основы и для этологии человека.

Этология человека, как самостоятельное научное направление, начала формироваться на базе «этологии» лишь в конце 1960, начале 1970 годов.

В этом формировании, следует отметить роль научных исследований К. Лоренца и Н. Тинбергена, которых считают основоположниками этологии, эти исследования дали возможность распространения гипотез, полученных в результате наблюдения за животными, для изучения человеческого поведения.

К. Лоренц в своей книге «Агрессия» (1966) посвятил целую главу вопросу о роли врожденного поведения в жизни человека.

Далее Лоренц, в своих трудах «По ту сторону зеркала» (1973) и «Восемь смертных грехов цивилизованного человека» (1977) формилирует идею о культурной эволюции и ухудшении генофонда человечества.

Примерно в то же время Н. Тинберген в своей Нобелевской лекции (1974) высказывает идею об ограниченности адаптивных возможностей человека в процессе быстрого изменения условий окружающей среды и значении этологических подходов в изучении возникающих психических нарушений у человека.

В начале 1970 годов, не только сами этологи, но и многие психологи, психиатры, психоаналитики, антропологи, зоологи заговорили о необходимости развития этологии человека. Среди них ставшие теперь известными И. Айбл-Айбесфельдт, Р. Хайнд, У. МакГрю, Д. Фриман, Э. Хесс, Дж. Боулби, Н. Блэртон Джонс, П. Смит, Д. Моррис и многие другие.

Таким образом, к началу 70-х годов, сложилось реальное, достаточно авторитетное научное сообщество, связавшее свои научные интересы с этологией человека.

 

Этология человека.

Своеобразное пограничное положение новой научной дисциплины «этология человека» вызывало и вызывает большие и острые дискуссии в научной среде.

Известный зоолог Д. Моррис одним из первых занялся популяризацией этологии человека в общественном сознании.

В книгах Д. Мориса «Голая обезьяна» (1967) и «Человеческий зоопарк» (1971), предлагался своеобразный, зоологический, взгляд на поведение человека, обсуждались черты сходства невербальной коммуникации и социальной структуры человека с другими приматами.

Книги Д. Мориса были написаны популярно, и интересно для широкого круга читателей, но оказали неоднозначное влияние на общественность.

Присутствующее в книгах крайнее упрощение и грубое экстраполирование при сопоставлении человека и животных вызвали заслуженные протесты равным образом, как со стороны гуманитариев, так и со стороны ученых биологов.

Вместе с тем, работы Д. Морриса нельзя расценивать как некое негативное явление. Именно то обстоятельство, что он предложил широкой публике биологический взгляд на происхождение человеческого поведения, и заставил людей задуматься над своим эволюционным прошлым, несомненно облегчило задачу последующих поколений этологов, и вызвало значительный общественный интерес, и приток студентов и новых исследователей в этологию человека.

Д. Моррис своими работами, безусловно, стимулировал дискуссии между гуманитариями и биологами о филогенетических корнях человеческой сексуальности, родительского поведения, кооперации, агрессии и структурирования социальных Отношений.

Этология человека как наука оформилась в значительной мере и благодаря усилиям И. Айбл-Айбесфельдта.

В 1967 году И. Айбл-Айбесфельдт, ученик К. Лоренца, опубликовал в своей книге «Этология — биология поведения» главу, посвященную человеку.

 

Этология человека.

О реальном формировании новой научной дисциплины «этология человека» свидетельствует также образование в 1970 году в Германии Института этологии человека в рамках научного общества Макса Планка.

Рост практического интереса к «этологии человека» привел в 1978 году к созданию Международного общества этологии человека.

В настоящее время Международное общество этологии человека объединяет специалистов из 37 стран мира, в том числе из США (более 200 членов).

 Международное общество этологии человека проводит ежегодные конференции и выпускает свою газету (Human Ethology Bulletin).

Этологи также активно участвуют в работе другого международного научного общества — Общества по изучению эволюции и поведения человека.

Результаты исследований по этологии человека регулярно обсуждаются на ежегодных конгрессах этих двух обществ, равно как и на секции по этологии человека в рамках всемирных конгрессов по этологии.

Этология человека представлена рядом международных журналов (Human Nature; Ethology аnd Sociobiology, в настоящее время известный как Evolution and Human Behavior), статьи этого профиля публикуются также в журналах по общей этологии (Ethology; Aggressive Behavior; Behaviour: Journal of Nonverbal Behavior; Journal of Personality and Social Psychology; Behavioral аnd Brain Sciences; Chi1d Development; Current Anthropology).

 

Этология человека.

Курс «Этология человека» преподается во многих странах мира для студентов разных специальностей: биологов, психологов, медиков, социологов, антропологов, экономистов, политологов.

В США и Канаде основы этологии человека преподают во многих университетах в качестве отдельного курса, и как составную часть курса по общей этологии и в сочетании с эволюционной психологией.

Этологию человека преподают в университете им. Гумбольта в Берлине.

Аналогичный курс регулярно читают в Венском  университете.

Этология человека как учебная дисциплина широко преподается также в Японии (например: Токийский университет, университеты городов Йокогама, Осоки, Киото и ряд других).

 

Этология человека.

Этология человека: предмет и задачи исследования.

Методологической базой этологии человека являются эволюционная биология, общая этология, когнитивная и социальная психология, психолингвистика, семиотика, культурная антропология.

Однако этология человека не дублирует эти дисциплины и имеет свою собственную сферу компетенции и собственный предмет исследования.

То обстоятельство, что в этологии человека применяется сравнительно-эволюционный подход, делает ее просто незаменимой в общей системе наук о человеке, и определяет ее место в этой системе.

 

Этология. Что такое этология человека?

Существуют самые разнообразные определение этологии человека как науки. Например:

Этология человека есть биология человеческого поведения, так как она изучает основы формирования поведения человека в онто- и филогенезе, функции определенных форм поведения, физиологические механизмы поведения, пытается восстановить селективные процессы, приведшие к формированию конкретной поведенческой стратегии.

Этология человека исследует также и культурно-специфические формы поведения, особенно в тех случаях, когда их проявление входит в реальное противоречие с предсказаниями эволюционной биологии.

Этология человека являет собой поведенческую антропологию — науку, изучающую взаимодействие биологического и социального в поведении человека.

Этология человека это область знаний о поведении человека, которая заполняет, в сущности, лакуны, которые оставались пустыми до последнего времени и были вне поля зрения психологии, культурной антропологии или социологии. Она изучает поведение человека в ином, эволюционном ракурсе.

 

Этология человека. Этология и психология.

Этология и психология как две самостоятельные дисциплины, их различие и роль в изучении человека.

Психология и этология работают над изучением причин поведения человека, и над выявлением определенных закономерностей в этом поведении. Так в чем же собственно разница между этологией и психологией?

Подходы и методы этологии типичны для биологических наук, основным фундаментом этологии является эволюционная теория.

По мнению К. Лоренца «этология может быть кратко определена как применение методов зволюционной биологии к проблемам поведения», он полагал даже, что отцом этологии следует считать Ч. Дарвина.

Соответственно, по мнению к. Лоренца, этология отличается от психологии по тем же пунктам, что и эволюционная биология.

Если психология занимается отражением реальности в сознании или подсознании, или «деятельностью» (поведением), то во всех случаях ее интересует отражение и осмысление этой деятельности субъектом.

Этология изучает реальные проявления поведения, а не его отражение в сознании.

Традиционный объект исследования этологов — универсальные основы человеческого поведения, врожденные поведенческие программы и инстинктивные (бессознательные) формы поведения.

Исследования в этологии в первую очередь ориентированы на выявление общечеловеческих стратегий поведения и анализ механизмов, лежащих в их основе. Традиционно ставятся вопросы об эволюционном происхождении той или иной формы поведения, предлагаются схемы, восстанавливающие пути формирования поведения в филогенезе. Эволюционный подход к анализу поведения дает исследователям новые мощные аналитические инструменты.

Этология и психология развивались исторически в тесном контакте друг с другом, однако, всегда рассматривались как отдельные дисциплины. Основным методом исследования для этологов является наблюдение в естественных условиях и детальное описание поведения, для психологов — экспериментальный анализ в искусственных лабораторных условиях.

Психологи анализируют процессы социализации и интеллектуального развития и влияние раннего опыта на формирование индивидуальных поведенческих различий, избегая детального описания внешних проявлений поведения.

Многие категории, выделенные и использованные психологами для работы, являются искусственными и представляют собой комплексы (за которыми уже исходно ожидается конкретная мотивационная структура). В результате появляется реальная опасность различной интерпретации одних и тех же данных разными исследователями. Часть поведенческих феноменов остается исключенной из анализа, а многие гипотезы, которые можно было бы проверить на базе более подробной классификации поведенческих актов, просто исключаются.

Сложными для естественной интерпретации, с точки зрения этологов, являются вроде бы простые категории, как «улыбается», «хмурится», «стоит возле взрослого», «плачет», если они вырваны из контекста поведенческих действий. Психологи были убеждены, что используемые категории являлись унитарными в плане общности причин и следствий.

Однако, как показали многочисленные наблюдения этологов, унитарность даже таких категорий как «улыбается» или «слушается» далеко не очевидна.

Обе категории можно разбить на составляющие, а последующий анализ поведенческих последовательностей может выявить иные, мотивационно более обоснованные категории поведения. Примером такой крупной категории, игнорируемой долгое время психологами, является грубая игра. Н.Блэртон Джонс описал отдельные элементы поведения грубой игры и доказал, что такие разные паттерны, как смех, улыбка, сопение, борьба, убегание связаны в единое целое и встречаются в комплексе, обосновав, тем самым, правомерность выделенной категории «Этология детства».

Существенной базой этологических работ является анализ цепей действий (или поведенческих последовательностей), учет временных поведенческих кластеров и непосредственного воздействия со стороны среды. Психологи часто оперируют частотными или временными данными без учета их реального ситуативного контекста.

Основой этологического мировоззрения всегда являлся эволюционный подход, поэтому поведение рассматривалось этологами в ином, несопоставимом с психологическими подходами ракурсе. Если этологи были исходно ориентированы на поиск универсальных закономерностей поведения человека и сравнительные межвидовые и кросс-культурые исследования, то психологические работы в таком ракурсе практически никогда не проводились.

Подчас, многие проблемы на пути к взаимопониманию между научными дисциплинами создаются за счет использования сходных терминов, за которыми каждая дисциплина видит совершенно разные феномены.

Например, понятие «бессознательного».

Этология понимает бессознательное как врожденное (речь идет обычно об универсальных основах) поведение.

Такая мысль «что у человека имеются врожденные предпосылки поведения» например  для 3игмунда Фрейда и его последователей глубоко чужда.

Психоаналитики убеждены, что формирование поведения — исключительно результат воздействия среды. Под термином «бессознательное» у них подразумевался ранний детский опыт.

 

Этология. Влияние этологии на современные взгляды на природу и сущность человека.

О таком влиянии говорят простые факты.

К настоящему времени представления о гомологии мимических выражений у человека и шимпанзе не выглядят более шокирующими.

В курсе культурной антропологии можно услышать о филогенетических корнях материнского поведения или о культурных традициях у человекообразных обезьян.

 

 

 

Этология. Что такое этология человека? Формирование «этологии человека» как самостоятельной научной дисциплины. Влияние этологии на современные взгляды на природу и сущность человека.

 

Женский интернет портал Я самая красивая!

Три первых наблюдателя за поведением животных | Спасение Земли

В 1973 году Нобелевская премия по физиологии и медицине была присуждена трем пионерам новой науки, этологии — изучения поведения животных. Это были два австрийца, Карл фон Фриш и Конрад Лоренц, и британский исследователь голландского происхождения Николаас (Нико) Тинберген. Все трое были проницательными наблюдателями, которые, благодаря обширному полевому опыту, стремились определить закономерности и мотивы в поведении животных.
В пресс-релизе Каролинского института, объявляющем о присуждении премий, говорилось, что «В первые десятилетия этого столетия исследования поведения животных застряли в тупике. Виталисты верили в инстинкты как в мистические, мудрые и необъяснимые силы, присущие организму, управляющие поведением человека. С другой стороны, рефлексологи интерпретировали поведение односторонне механически, а бихевиористы были озабочены обучением как объяснением всех поведенческих вариаций.Выход из этой дилеммы был указан исследователями, которые сосредоточили внимание на ценности выживания различных моделей поведения в своих исследованиях видовых различий. Образцы поведения становятся объяснимыми, если их интерпретировать как результат естественного отбора, аналогично анатомическим и физиологическим характеристикам. Лауреаты премий этого года занимают уникальное положение в этой области. Они являются наиболее выдающимися основателями новой науки, получившей название «сравнительное изучение поведения» или «этология» (от этоса = привычка, манера).Их первые открытия были сделаны на насекомых, рыбах и птицах, но оказалось, что основные принципы применимы и к млекопитающим, включая человека ».

В заключение презентации говорилось: «Согласно старинной басне, которую цитирует один из вас, царь Соломон был владельцем кольца, которое обладало мистической силой, дающей ему дар понимания языка животных. Вы были преемниками царя Соломона в том отношении, что смогли расшифровать информацию, которую животные передают друг другу, а также разъяснить нам значение их поведения.Ваша способность находить общие правила, лежащие в основе запутанного многообразия поведения животных, заставляет нас иногда думать, что кольцо царя Соломона на самом деле было доступно и вам. Но мы знаем, что вы работали эмпирическим путем, собирая данные и интерпретируя их в соответствии с жесткими научными правилами.

Помимо ценности самих по себе, ваши открытия оказали далеко идущее влияние на такие медицинские дисциплины, как социальная медицина, психиатрия и психосоматическая медицина.По этой причине, когда медицинский факультет Каролинского института вручил вам Нобелевскую премию этого года, это полностью соответствовало духу воли Альфреда Нобеля ».

Britannica — краткие биографии трех лауреатов Нобелевской премии, а также краткий список работ этих трех мужчин. Эти книги, богатые анекдотами и наблюдениями, рекомендуются всем читателям, желающим исследовать бесконечно увлекательную область поведения животных.

(род. 20 ноября 1886 г., Вена, Австрия — г.12 июня 1982 г., Мюнхен, W.Ger.), Зоолог, чьи исследования коммуникации между пчелами значительно расширили знания о химических и визуальных сенсорах насекомых. Он разделил Нобелевскую премию по физиологии и медицине 1973 года с бихевиористами Конрадом Лоренцем и Николаасом Тинбергеном.

Фриш получил докторскую степень. из Мюнхенского университета в 1910 году. Он был назначен директором зоологического института Ростокского университета в 1921 году, а в 1923 году он принял аналогичную должность в университете Бреслау.В 1925 году Фриш вернулся в Мюнхенский университет, где основал Зоологический институт. Когда это учреждение было разрушено во время Второй мировой войны, он присоединился к сотрудникам Университета Граца в Австрии, но вернулся в Мюнхен в 1950 году, оставаясь там до своей пенсии в 1958 году.

Примерно в 1910 году Фриш начал исследование, которое доказало, что рыбы могут различать различия в цвете и яркости. Позже он также доказал, что острота слуха и способность различать звуки у рыб выше, чем у людей.

Фриш, однако, наиболее известен своими исследованиями пчел. В 1919 году он продемонстрировал, что их можно обучить различать разные вкусы и запахи. Он обнаружил, что, хотя их обоняние похоже на человеческое, их вкусовые ощущения развиты не так сильно. Он также заметил, что это не ограничивается качеством сладости. Он обнаружил, что пчелы сообщают другим членам колонии расстояние и направление корма с помощью двух типов ритмических движений или танцев: кружения и виляния.Танец по кругу указывает на то, что еда находится в пределах 75 м (около 250 футов) от улья, в то время как танец виляния указывает на большее расстояние.

В 1949 году Фриш установил, что пчелы, воспринимая поляризованный свет, используют Солнце как компас. Он также обнаружил, что они способны использовать этот метод ориентации, когда Солнце не видно, очевидно, запоминая модели поляризации, представленные небом в разное время дня, и расположение ранее встреченных ориентиров.

(род. 7 ноября 1903 г., Вена, Австрия — ум. 27 февраля 1989 г., Альтенбург), австрийский зоолог, основоположник современной этологии, изучения поведения животных с помощью сравнительных зоологических методов. Его идеи способствовали пониманию того, как поведенческие модели могут быть прослежены до эволюционного прошлого, и он также был известен своей работой о корнях агрессии. Он разделил Нобелевскую премию по физиологии и медицине в 1973 году с бихевиористами Карлом фон Фришем и Николаасом Тинбергеном.

Лоренц был сыном хирурга-ортопеда. Он проявил интерес к животным в раннем возрасте и держал животных разных видов — рыб, птиц, обезьян, собак, кошек и кроликов — многих из которых он привозил домой из детских экскурсий. Еще будучи молодым, он ухаживал за больными животными из близлежащего зоопарка Шенбруннер. Он также вел подробные записи поведения птиц в виде дневников.
В 1922 году, окончив среднюю школу, он последовал желанию своего отца изучать медицину и провел два семестра в Колумбийском университете в Нью-Йорке.Затем он вернулся в Вену, чтобы учиться.

Во время своих медицинских исследований Лоренц продолжал детально наблюдать за поведением животных; дневник галки, который он вел, был опубликован в 1927 году в престижном журнале Journal für Ornithologie . Он получил степень доктора медицины в Венском университете в 1928 году и был удостоен звания доктора философии. получил степень по зоологии в 1933 году. Ободренный положительным откликом на его научную работу, Лоренц основал колонии птиц, таких как галка и серый гусь, опубликовал серию исследовательских работ о своих наблюдениях за ними и вскоре приобрел международную репутацию.

В 1935 году Лоренц описал обучающее поведение молодых утят и гусят. Он заметил, что на определенной критической стадии вскоре после вылупления они учатся следовать за настоящими или приемными родителями. Процесс, который называется импринтингом, включает зрительные и слуховые стимулы от родительского объекта; они вызывают следующую реакцию у молодых, которая влияет на их последующее поведение во взрослом возрасте. Лоренц продемонстрировал это явление, появившись перед только что вылупившимися утятами кряквы и имитируя крякающие звуки утки, после чего молодые птицы считали его своей матерью и, соответственно, следовали за ним.

В 1936 году было основано Немецкое общество психологии животных. В следующем году Лоренц стал главным соредактором нового журнала Zeitschrift für Tierpsychologie , который стал ведущим этологическим журналом. Также в 1937 году он был назначен преподавателем сравнительной анатомии и психологии животных в Венском университете. С 1940 по 1942 год он был профессором и заведующим кафедрой общей психологии Университета Альберта в Кенигсберге, Германия (ныне Калининград, Россия).

С 1942 по 1944 год он служил врачом в немецкой армии и попал в плен в Советском Союзе в качестве военнопленного. Он вернулся в Австрию в 1948 году и с 1949 по 1951 год возглавлял Институт сравнительной этологии в Альтенберге. В 1950 году он основал отдел сравнительной этологии в Институте Макса Планка в Бульдерне, Вестфалия, став содиректором института в 1954 году. В 1973 году он занимал пост директора Института физиологии поведения Макса Планка в Зеевизене.В 1973 году Лоренц вместе с Фришем и Тинбергеном был удостоен Нобелевской премии по физиологии и медицине за открытия, касающиеся моделей поведения животных. В том же году Лоренц стал директором отдела социологии животных в Институте сравнительной этологии Австрийской академии наук в Альтенберге.

Ранние научные работы Лоренца касались природы инстинктивных поведенческих актов, в частности, как такие действия происходят и источника нервной энергии для их выполнения.Он также исследовал, как поведение может быть результатом двух или более основных побуждений, которые активируются одновременно у животного. Работая с Тинбергеном из Нидерландов, Лоренц показал, что различные формы поведения гармонизируются в одной последовательности действий.

Концепции Лоренца продвинули современное научное понимание того, как поведенческие паттерны развиваются у вида, особенно в отношении роли, которую играют экологические факторы, и адаптивной ценности поведения для выживания вида.Он предположил, что виды животных созданы генетически так, чтобы изучать определенные виды информации, которые важны для выживания вида. Его идеи также пролили свет на то, как модели поведения развиваются и созревают в течение жизни отдельного организма.

В конце своей карьеры Лоренц применил свои идеи к поведению людей как членов социального вида, что имело противоречивые философские и социологические последствия. В популярной книге Das sogenannte Böse (1963; Об агрессии, ) он утверждал, что борьба и воинственное поведение человека имеют врожденную основу, но могут быть изменены с экологической точки зрения путем правильного понимания и обеспечения основных инстинктивных потребностей. людей.Он заметил, что борьба низших животных имеет положительную функцию выживания, такую ​​как рассредоточение конкурентов и сохранение территории. Воинственные наклонности у людей также могут быть ритуализированы в социально полезные модели поведения. В другой работе, Die Rückseite des Spiegels: Versuch einer Naturgeschichte menschlichen Erkennens (1973; За зеркалом: поиск естественной истории человеческого знания ), Лоренц исследовал природу человеческого мышления и интеллекта и объяснил проблемы современная цивилизация во многом ограничена его исследованием.

— Экхард Х. Гесс

(род. 15 апреля 1907 г., Гаага, штат Нет. — г. 21 декабря 1988 г., Оксфорд, Англия), британский зоолог и этолог (специалист по поведению животных) голландского происхождения, который вместе с Конрадом Лоренцем и Карл фон Фриш, получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине в 1973 году.

Тинберген был братом экономиста Яна Тинбергена. После получения докторской степени. получил степень (1932 г.) в Лейденском университете, он преподавал там до 1949 г. Затем он работал на факультете Оксфордского университета (1949–1974 гг.), где организовал исследовательский отдел поведения животных.Он стал гражданином Великобритании в 1955 году.

Вместе с Лоренцем и Фришем Тинберген возродил этологию. Основное внимание уделялось полевым наблюдениям за животными в естественных условиях. Тинберген подчеркнул важность как инстинктивного, так и усвоенного поведения для выживания и использовал поведение животных как основу для размышлений о природе человеческого насилия и агрессии. Он особенно известен своими многолетними наблюдениями за чайками, которые привели к важным обобщениям в отношении ухаживания и брачного поведения.

Среди его наиболее важных работ — Мир сельдевой чайки (1953; ред. 1961), Социальное поведение животных (1953) и Поведение животных (1965). Возможно, его самая влиятельная работа — это Исследование инстинкта (1951), в котором исследуется работа европейской этологической школы до того времени и делается попытка синтеза с американской этологией. В 1970-х годах Тинберген посвятил свое время изучению аутизма у детей.

Книги, которые нам нравятся

Карл фон Фриш
Танцующие пчелы: описание жизни и чувств медоносных пчел
Конрад Лоренц
Кольцо царя Соломона: новый свет на пути животных
Человек встречает собаку
Агрессия

Николаас Тинберген
Исследование инстинктов
Любопытные натуралисты

Project MUSE — Основание этологии

Нам очень повезло, что Ричард У.Буркхардт-младший влюбился в основы этологии. С 1981 года он опубликовал 14 статей в этой области, и здесь он представляет грандиозный синтез: сеть переплетенных биографий ученых, создавших поведенческую биологию. Эта книга представляет собой лучший пример написания истории: поиск соответствующих источников; обзор литературы; сравнение, проверка и взвешивание доказательств; и представление всего в формате, соответствующем современной мысли.

Буркхардт начинает с краткого введения «Теория, практика и место в изучении поведения животных», заканчивая свои теоретические соображения программным заявлением: «Цель этой книги — проанализировать историческое построение этологии как научного дисциплины, уделяя особое внимание тому, как в местных и более широких масштабах основатели этологии генерировали, развивали, оспаривали и переделывали концепции и исследовательские практики в своей недавно появившейся области «(стр.4). Он представляет Конрада Лоренца и Нико Тинбергена как центральных персонажей: «Именно Лоренц в первую очередь отвечал за закладку первых концептуальных основ этой области», в то время как Тинберген «внес экспериментальный и аналитический талант, который прекрасно дополнил раннее построение теории Лоренца» (стр. 4) .

В первых двух главах «Уитмен, У. Крейг и биологическое исследование поведения животных в Америке» и «Британские полевые исследования поведения: Селус, Ховард, Киркман и Хаксли» Буркхард прослеживает основы этологического [End Page 457] мысли предшественников в Соединенных Штатах (особенно Лоренца) и в Великобритании (особенно Тинбергена).Этот выбор показывает его очевидную предвзятость в пользу англо-американских авторов, поскольку он не уделяет равного внимания немецким предкам (Хейнрот, Кюн, Леб, фон Юкскюль и т. Д.); он также обнаруживает предвзятость в пользу натуралистического подхода, тем самым избавляясь от морфологических и физиологических предков, таких как Хохштеттер, Павлов и Шеррингтон, которые имели особое значение для концептуального развития Лоренца.

Центральные главы «Конрад Лоренц и концептуальные основы этологии» и «Нико Тинберген и программа Лоренца» объединяют биографии Лоренца и Тинбергена с краткой историей их этологических концепций.Начиная с предшественника Хейнрота «видоспецифичных действий» (позже известных как «фиксированные шаблоны действий») и «схем» фон Уэкскюлля (развившихся в «врожденный механизм высвобождения»), развитие прослеживается в течение 1930-х годов, вплоть до Второй мировой войны. . Буркхардт описывает статью Лоренца Kumpan (сопутствующую) (1935), в которой предлагался новый подход к концепции инстинкта, и «славную весну» 1937 года, которую Лоренц и Тинберген провели в Альтенберге, экспериментируя с реакцией различных видов птиц на модели летающих хищников и поведение серого гуся при перекатывании яиц.

Не менее важным эпизодом в эволюции этологической мысли было начало дружбы между Лоренцем и Эрихом фон Хольстом, молодым физиологом, который «уже отличился блестящими экспериментальными исследованиями эндогенного производства и центральной координации нервных импульсов». (стр. 208–209), тем самым нанеся смертельный удар по «теории цепных рефлексов» того времени. Как следствие, Лоренц отказался от своего тезиса о том, что паттерны инстинктивных действий основаны на особых сложных системах цепных рефлексов.В результате последующих обсуждений возник его тезис о том, что паттерны инстинктивного действия вызываются спонтанно активными «центрами», контролируемыми тормозными или возбуждающими стимулами. «Когда Тинберген прочитал отчет Лоренца, он написал своему другу:« Ваше обсуждение возможной идентификации автоматизмов Холсти и вашего инстинктивного действия чудесно »(стр. 210). Я уверен, что, если бы фон Холст не умер в 1962 году в возрасте 54 лет, он был бы среди лауреатов Нобелевской премии 1973 года.

Глава 5, «Лоренц и национал-социализм», кажется немного раздутой, учитывая количество труда Буркхардта. вложил средства в несколько оппортунистических замечаний в четырех публикациях и несколько частных писем, написанных за относительно короткий период.Для сравнения: военный опыт Тинбергена, не менее драматичный, чем у Лоренца, занимает всего две страницы. Однако проверка Буркхардта полностью оправдана, учитывая …

Николаас Тинберген FRS — Ученые с ограниченными возможностями

Неохотный студент

Нико Тинберген родился в 1907 году в Нидерландах. В школе он был обычным учеником и успевал сдавать экзамены. В автобиографии он пишет:

«Я считал школу… скорее помехой и… разочаровывающим ограничением моей свободы.Абсолютная скука от необходимости изучать таблицу умножения … »

Тем не менее, учителя его детства увидели бы Нико с другой стороны, пока он прогуливал свой любимый «класс» среди песчаных дюн и сельской местности, окружавших его дом в Гааге. С пяти или шести лет Нико не любил ничего больше, чем находиться на открытом воздухе, наблюдать и интересоваться животными, которых он встретил — как продолжает его автобиография:

«… одно из моих воспоминаний о школе — это тоска, когда я смотрю через немерзую верхнюю часть окна… и вижу голубое весеннее небо с сотнями черно-белых чибисов, спешащих на север, что заставило меня с нетерпением ждать, чтобы найти хоть раз больше их красиво замазанных яиц на сухих замшелых гребнях дюн… »

Заядлый натуралист

Когда он наконец вырвался из школы, Нико не хотел продолжать получать высшее образование.Однако трехмесячной полевой работы в орнитологической обсерватории было достаточно, чтобы изменить его мнение об университете.

«[это] укрепило мою мотивацию натуралиста … хотя меня совсем не привлекала … большая часть учебной программы в Лейдене, я понял, что мне просто нужно было преодолеть это препятствие и пройти через все …»

В Лейденском университете Нико проявил способность мыслить независимо; подвергая сомнению старомодный и субъективный подход к поведению животных. Он предпочитал внимательно наблюдать за существами в их естественной среде обитания, прежде чем разрабатывать и проводить простые и методичные эксперименты, чтобы лучше понять модели поведения.

Его докторская диссертация объемом 32 страницы была самой короткой из когда-либо существовавших в университете; но характерно изящное исследование того, как осы-землекопы возвращались в свои норы в песке после кормления. И снова этого было достаточно, чтобы получить докторскую степень.

Влиятельный подход

В течение следующего десятилетия — 1930-х годов — Нико, ныне исследователь и учитель, опубликовал многочисленные открытия о повседневной жизни многих видов. Некоторые из его самых известных работ посвящены поведению колюшек и снежных овсянок, которых он изучал, живя с удаленным племенем эскимосов в Гренландии, — гусей и чаек.

Но именно его научный подход — самое влиятельное наследие Нико. Вместе с соавтором и другом Конрадом Лоренцем Нико назвал, основал и усовершенствовал область «этологии» как раздел зоологии.

В отличие от предыдущих объяснений поведения, которые часто делались на основе наблюдения за животными в искусственной среде, современная этология Нико отдает предпочтение полевым исследованиям. В него вошли четыре вопроса Нико, опубликованные в 1963 году и используемые до сих пор, для проведения всесторонних исследований поведения животных.Вопросы исследуют непосредственную функцию и вызывают поведения, рассматривают, как поведение развивалось на с возрастом и опытом, а также эволюционную историю поведения .

Распространяется медленно

Несмотря на свою строгость, современная этология медленно распространилась за пределы континентальной Европы. Однако, как он написал в своей автобиографии, во время заключения в немецком лагере для интернированных во время Второй мировой войны Нико решил стать научным миссионером.

«… Я начал думать о себе как о потенциальном экспортере [этих] идей в англоязычный мир… Я намеревался осуществить этот самонадеянный план интернационализации нашей молодой науки путем неоднократных визитов и лекционных туров в Великобританию и Соединенные Штаты. … ‘

Примерно в это время, когда ему было за тридцать, и вплоть до выхода на пенсию в 1974 году, жизнь Нико перемежалась периодами депрессии. Изначально ему удавалось сохранять концентрацию и работать в такие моменты плохого настроения.Действительно, его «пиар-кампания» по этологии была очень успешной, и одним из результатов стало создание журнала « Behavior ».

Принятие этологического подхода в Великобритании стимулировалось принятием Нико на работу в Оксфордский университет в 1949 году для создания Группы исследования поведения животных. Он оставался главой группы до конца своей работы и руководил известными именами в британской науке и научном общении, включая Ричарда Докинза и Десмонда Морриса.

Нико внес важный вклад в развитие своего дела на протяжении 1950-х и 1960-х годов и был избран членом Королевского общества в 1962 году.

Черная собака

В 1960-е годы депрессия Нико стала более изнурительной — он был истощенным, параноидальным, самовлюбленным, а иногда и склонным к суициду. Он почти полностью потерял интерес к своим исследованиям или к более широкой области и изо всех сил старался не отставать от достижений. Это положило начало концу его оригинальной работы по поведению животных.

В 1975 году, всего через два года после того, как он получил Нобелевскую премию по физиологии и медицине, Нико испытал «одну из самых отвратительных депрессий, которые у меня когда-либо были».Следствием этого — из-за чего его не раз госпитализировали — было ощущение незаслуженности приза. В письме другу и коллеге он написал:

«Я сам сделал и до некоторой степени считаю все, что я делал всю свою жизнь, бесполезным… Я могу принимать рациональные аргументы от других и даже могу повторять их и говорить:«… моя работа была стоящей », но на в то же время мое эмоциональное отношение остается отрицательным ».

Десять лет спустя в короткой автобиографии Нико резюмировал свою жизнь несколько ярче:

«Я был… скорее похож на бабочку, весело перебегающую с одного цветка на другой, чем на постоянно работающую медоносную пчелу, которая постоянно работает над цветами.Но такова была моя природа всегда, и если … как следствие [я] и многое упустил, и многое приобрел, я, по крайней мере, остался верен своей природе ».

Несмотря на свои скромные выводы, Нико Тинберген, без сомнения, был одним из отцов современных исследований поведения животных. Он умер в 1988 году в возрасте 81 года в своем приемном родном городе Оксфорде.

Историк Ричард Буркхардт расскажет о современном развитии этологии для сборочной серии — Источник

Ричард Буркхардт представит лекцию Томаса Холла «Конрад Лоренц и Нико Тинберген: наука и политика основания этологии, 1930–1973» на 4 стр.м., 25 октября в Rebstock Hall, комната 215 в рамках Assembly Series.

Буркхардт специализируется на истории эволюционной теории и этологии, которая представляет собой изучение поведения животных с помощью сравнительных зоологических методов. В своем выступлении он рассмотрит научные, социальные и политические аспекты развития этологии как современной науки.

Его текущие исследования сосредоточены на научных и социальных аспектах изучения поведения животных с 1800 года по настоящее время, а также на социальной и культурной истории зоопарков.В своей книге 2005 года «Образцы поведения : Конрад Лоренц, Нико Тинберген и Основание этологии » он исследует работу этих двух зоологов, которым, наряду с другим зоологом Карлом фон Фришем, приписывают возрождение этологии. Лишь в прошлом веке этология стала важной областью наук о жизни. До этого большая часть того, что было известно в науках о жизни, основывалась на изучении мертвых особей. Основное внимание уделялось полевым наблюдениям за животными в естественных условиях.Лоренц и Тинберген разделили Нобелевскую премию по физиологии и медицине 1973 года с фон Фришем.

Буркхард получил степень бакалавра и магистра в Гарвардском университете. Он является почетным профессором истории Иллинойского университета в Урбана-Шампейн, где преподавал в течение трех десятилетий. Он был председателем исторического факультета и директором программы в области науки, технологий и общества. Он получил стипендии от Национального научного фонда, Национального фонда гуманитарных наук и Фонда Гуггенхайма.Он является членом Американской ассоциации развития науки и бывшим президентом Международного общества истории, философии и социальных исследований биологии.

Мероприятие бесплатное и открытое для публики. Rebstock Hall расположен к востоку от Mallinckrodt Center в кампусе Вашингтонского университета на холме.

Для получения дополнительной информации позвоните по телефону (314) 935-4620 или посетите веб-страницу Assembly Series (http://assemblyseries.wustl.edu).

(PDF) 2. Пионеры прикладной этологии

72 Животные и мы: 50 и более лет прикладной этологии

R.К. Ньюберри и В. Сандилендс

Докинз, М.С., 1983. Курицы-батарейки называют свою цену: теория потребительского спроса и измерение этологических «потребностей»

. Поведение животных 31: 1195-1205.

Докинз, М.С., Доннелли, К.А. and Jones, T.A., 2004. На благополучие цыплят больше влияют жилищные условия

, чем плотность посадки. Природа 427: 342-344.

De Jong, D.M., 2015. Onderzoek naar verbeteren varkenswelzijn levert Gerrit van Putten prijs

op.Диренбешерминг, Гаага, Нидерланды. Доступно по адресу: http://tinyurl.com/j8jcv8c.

Дьюсбери, Д., 2001. Жизнь Дж. П. Скотта. Государственный университет Боулинг-Грин, Боулинг-Грин, Огайо,

США. Доступно по адресу: http://tinyurl.com/jyazc4d.

Ewbank, R., Meese, G.B. и Кокс, Дж. Э., 1974. Индивидуальное признание и иерархия доминирования

у домашней свиньи: роль зрения. Поведение животных 22: 473-480.

Совет по защите сельскохозяйственных животных, 2009 г.Пять свобод. Доступно по адресу: http://tinyurl.com/hqwdko9.

Фрейзер А.Ф., 2010. Поведение и благополучие лошади, 2-е исправленное издание. CABI Publishing,

Wallingford, UK.

Фрейзер, Д., 2008. Понимание благополучия животных: наука в ее культурном контексте. Wiley-Blackwell,

Чичестер, Великобритания.

Фрейзер Д. и Цомпсон Б.К., 1991. Вооруженное соперничество между братьями и сестрами среди поросят-сосунков. Поведенческие

Экология и социобиология 29: 9-15.

Галиндо, Ф., Tadich, T., Ungerfeld, R., Hötzel, M.J. и Miguel-Pacheco, G., 2016. e разработка

прикладной этологии в Латинской Америке. В: Brown, J.A., Seddon, Y.M. и Эпплби, М. (ред.)

Животные и мы — 50 лет и более прикладной этологии. Wageningen Academic Publishers,

Wageningen, Нидерланды, стр. 211-225.

Гудолл, Дж., 1971. В тени человека. Уильям Коллинз и сыновья, Глазго, Великобритания.

Гудолл, Дж., 1986. Шимпанзе Гомбе: модели поведения.Издательство Гарвардского университета,

Кембридж, Массачусетс, США.

Грандин, Т. и Джонсон, К., 2005. Животные в переводе: использование тайн аутизма для расшифровки

поведения животных. Скрибнер, Нью-Йорк, Нью-Йорк, США.

Grin, D.R., 1976. Вопрос осведомленности о животных, 2-е издание. Rockefeller University Press,

New York, NY, USA.

Грин, Д. Р., 1984. Животное мышление. Издательство Гарвардского университета, Кембридж, Массачусетс, США.

Гросс, К.Г., 2005. Дональд Р.Грен 1915-2003. Биографические воспоминания 86. Национальная академия наук

, Вашингтон, округ Колумбия, США. Доступно по адресу: http://tinyurl.com/jtlwymh.

Hafez, E.S.E., 1975. Поведение домашних животных, 3

-е издание

. Байер Тиндалл, Лондон, Великобритания.

Харрисон, Р., 1964. Машины для животноводства: новая отрасль промышленного животноводства. Vincent Stuart Publishers,

Лондон, Великобритания.

Хедигер, Х., 1950. Дикие животные в неволе. Научные публикации Баттерворта, Лондон, Великобритания.

Хедигер, Х., 1969. Человек и животное в зоопарке. Delacorte Press, Нью-Йорк, Нью-Йорк, США.

Хемсворт, П.Х., Меллор, Д.Дж., Коулман, Г.Дж., Босолей, штат Нью-Джерси, Фишер, А.Д. и Стейорд, К.Дж.,

2016. Перспективы Австралии и Новой Зеландии. В: Brown, J.A., Seddon, Y.M. и Appleby,

M.C. (ред.) Животные и мы — 50 и более лет прикладной этологии. Wageningen Academic

Publishers, Вагенинген, Нидерланды, стр. 193-209.

Хаупт, К.А., 2011. Поведение домашних животных для ветеринаров и зоотехников, 5-е издание.

Wiley-Blackwell, Эймс, Айова, США.

Hughes, B.O. и Дункан, I.J.H., 1988. Понятие этологической «потребности», модели мотивации и благополучия животных. Поведение животных 36: 1696-1707.

Hurnik, J.F., Webster, A.B. и Сигел, П. Б., 1995. Словарь поведения сельскохозяйственных животных, 2-е издание.

Издательство государственного университета Айовы, Эймс, Айова, США.

$ {протокол}: // www.wageningenacademic.com/doi/pdf/10.3920/978-90-8686-828-5_2 — суббота, 25 августа 2018 г. 14:38:42 — IP-адрес: 176.11.113.203

Обзор: Классическая этология от маэстро маэстро

Питер Спинкс

Наследие Тинбергена под редакцией Мэриан С. Докинз, Тимоти Р. Холлидей
и Ричард Докинз, Chapman & Hall, стр. 146, 25 фунтов стерлингов

Любопытство и стремление к наблюдению лежат в основе практики
как науки, так и журналистики.Без любопытства
мало мотивирует искать ответы. А без знания того, что наблюдение дает
, трудно, если не невозможно, задавать правильные вопросы.

Деятелем любопытства и наблюдательности был, возможно, голландский натуралист
и один из отцов-основателей этологии Нико Тинберген, который вместе с Конрадом
Лоренцем и Карлом фон Фришем получил Нобелевскую премию по биологии и медицине
в 1973 году ». Мне кажется, что никому не нужно стесняться интересоваться
природой », — писал он в« Любопытных натуралистах »в 1958 году.«Можно даже утверждать
, что это то, для чего он получил свои мозги, и что нет большего оскорбления
природы и самого себя, чем быть равнодушным к природе».

Безразличие не было одной из характеристик Тинбергена. Его живой ум и неустанные усилия привели к наступлению эры этологии. Следуя
по гигантским стопам Чарльза Дарвина, теория эволюции которого стала результатом
исследований флоры и фауны Галапагосских островов, новаторский тезис Тинбергена
был основан на предпосылке, что поведение достигает высшей точки
в результате ряда эволюционных компромиссов.

Например, его известная работа по разведению самцов колюшки
продемонстрировала, что их действия, выполняемые во время схватки, зависят от уровня двух независимых
побуждений, агрессии и страха. Когда оба влечения сильно активированы, достигается поведенческий компромисс
, который принимает форму вытесняющей активности
, такой как рытье песка — эквивалент строительства гнезда у птиц — которые кажутся
глупыми, выполненными вне контекста.

Для изучения этих и других явлений, связанных с тем, что обычно называют инстинктом
, Тинберген использовал то, что он и его коллеги-этологи считали
«объективными научными методами».Не все согласятся. Например, более строгие
бихевиористов спорят о том, что этологический метод
является либо полностью объективным, либо научным. Отчасти это могло объяснить отвращение Тинбергена
к бихевиористскому туризму с его ограничением экспериментов лабораторией
, где переменные можно жестко контролировать и манипулировать ими.

Основная слабость этой книги состоит в том, что в ней отсутствует возражение бихевиористов
убеждению этологов, что поле может служить лабораторией для
наблюдений и экспериментов, чтобы раскрыть бесчисленное множество причин и следствий
поведения.Эта слабость проистекает из того, что книга представляет собой рекорд
на конференции, проведенной в 1990 году, когда около 120 из его бывших оксбриджских коллег
и студентов — «маэстро маэстро» — собрались в Оксфорде, чтобы отдать дань памяти
наследию Тинбергена. Таким образом, он включает серию из
хвалебных речей.

Основная сила книги заключается в ее анекдотических и личных отчетах
о Тинбергене в действии в сочетании с академическими отчетами о его идеях,
методах исследования и опроса и их применении в текущих исследованиях
проблем.Его методы включали в себя подробные наблюдения за поведением животных
, которые он анализировал, задавая четыре принципиально разные категории вопросов
, касающихся причинно-следственной связи, функции, развития и эволюции.

Более спорный вопрос о сравнении наблюдений за животными
и людьми он оставил своим более амбициозным преемникам, некоторые из которых попали в горячую воду
, посягнув на тщательно охраняемую территорию других дисциплин.
Проблема сравнительной этологии рассматривается в одной из
самых увлекательных глав книги кембриджским зоологом Робертом Хайндом, который пишет: 1930-1950-е годы не могут быть применены
непосредственно в человеческом случае.’

Нельзя сказать, что работа Тинбергена не имела отношения к более поздним поколениям
социологов, особенно психологов,
некоторых из которых смаковал его анализ группового поведения в животном мире. В своей книге «Социальное поведение
животных», опубликованной в 1965 году, он отмечал, что «результат сотрудничества
индивидуумов постоянно проверяется и проверяется, и, таким образом, группа определяет
, в конечном итоге, через свою эффективность, свойства индивидуума».
Его идея о том, что сотрудничество развивается внутри группы из-за преимуществ
, которые она дает отдельным людям, также привлекает радикальных социологов и марксистов.

Такая мультидисциплинарная привлекательность подходит для замечательного человека,
обширных интересов которого охватывают почти все аспекты дикой природы
и, в отличие от многих преданных своему делу исследователей, не исключают интересы его учеников
и коллег. Его эвристический метод в сочетании со скромностью
приветствует оксфордский зоолог Джон Кребс: «В разговоре с ним
я никогда не чувствовал ничего, кроме коллеги и равного, чьи взгляды
нужно было оценить и оценить. так же, как и у более старших коллег.’

Не менее похвальным было его убеждение в том, что не менее важно, чем проведение исследования
, довести его результаты до общественности. «Наука
— это социальная работа, и ученые должны приспосабливаться к публике», — сказал Тинберген
. «Если люди не хотят читать вашу работу, все ваши усилия и все
денег, вложенных в нее, будут потеряны». То же самое можно сказать и об этой книге
.

Питер Спинкс — научный писатель и бывший психолог-исследователь из
в Нидерландах.

Этология и поведение животных в Латинской Америке

https://doi.org/10.1016/j.anbehav.2019.11.007Получить права и контент

Основные моменты

Латинская Америка сыграла фундаментальную роль в интеллектуальном формировании современной биологии.

Европейское влияние на раннем этапе достигло Аргентины, Бразилии, Мексики и Венесуэлы.

Процветает латиноамериканская научная диаспора (в Европе, США.S.A., Канада, Австралия).

Латиноамериканские ученые проводят междисциплинарные исследования в области этологии.

Этология эндемичных латиноамериканских видов дала ключевые теоретические выводы.

Латинская Америка сыграла фундаментальную роль в интеллектуальном становлении основоположников современной биологии (например, Александра фон Гумбольдта, Чарльза Дарвина, Альфреда Рассела Уоллеса, Генри Бейтса и Уильяма Д. Гамильтона), но эти пионеры направили свои открытия в первую очередь на европейцев. аудитория.Лишь позже европейское этологическое влияние достигло Аргентины, Бразилии, Мексики и Венесуэлы. Оттуда изучение поведения переместилось в Эквадор и Колумбию; На бразильцев и мексиканцев в дальнейшем повлияли сети исследователей из США. Вклад Латинской Америки в этологию и поведение животных широко известен, с несколькими важными центрами, особенно в Бразилии и Мексике. Совсем недавно появилась латиноамериканская научная диаспора, в основном в Европе, США, Канаде и Австралии (среди других стран), причем многие этологи и бихевиористы стали активными членами Общества поведения животных.Латиноамериканские ученые, как те, что остались в Латинской Америке, так и представители диаспоры, добились значительных научных успехов, демонстрируя при этом неизменную приверженность развитию науки в Латинской Америке.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.