Путь на волю – БОЕВИК ПРО МЕНТОВ Путь на волю 2016 криминал русский фильм

Путь воли - Психологос

Фильм "Аватар"

Путь воли - путь прямолинейного, силового преодоления. Женщины предпочитают другие подходы.
скачать видео

​​​​​​​ Путь воли - это путь преодоления, путь войны. Пробить, продавить, заставить. Воля проявляется только там, где есть борьба (война): внешняя или внутренняя. Внешняя война - это противостояние окружающему миру, продавливание своей линии. Внутренняя война - это война, например, тела и ума, души и ума, столкновение Хочу и Надо. Если человек живет в мире с собой и окружающими - ему воля не нужна.

Если же перед человеком встают препятствия, их можно преодолевать силой, прямолинейно, либо гибкостью и хитростью. Путь воли - это развитие способности предолевать силу силой прямо и в лоб. Воля действует прямолинейно, и это чаще мужской подход. Для женщин более характер путь гибкости и хитрости: отвлечь, заинтересовать, переждать.

Путь воли и самосовершенствование

Лучшая стратегия - сочетание пути воли (прямолинейности) и гибкости, сочетание заставления и мотивирования. Тот, кто не умеет себя заставить, для кого существует только его Хочу, едва сможет достичь значимых результатов в развитии собственной личности. С другой стороны, двигать себя только на воле и только на войне с самим собой - спорно и нерентабельно. Война всегда занимает больше ресурсов, чем мирное существование.

Путь воли и влияние на окружающих

Влияя на окружающих, в случае затруднений мужчины предпочитают прямое силовое воздействие, используют свою волю и разум: им проще сказать все открыто, прямо, четко и разумно, а если не понял - надавить. Женщины, влияя на окружающих, чаще используют скрытые и непрямые средства влияния, тяготеют к теплому и мягкому решению вопросов.

www.psychologos.ru

Глава I Единственный путь на свободу

Глава I

Единственный путь на свободу

Лицемерие большевиков — Пожизненные узники — Побег студента Николаева — Провал других попыток

Группам иностранных рабочих, которые приезжают в Москву, Советское правительство дает понять, что само оно, конечно же, против существования Соловков и вполне согласно с ними в том, что Соловки заставляют усомниться в «гуманности» народной власти. «Но, — вопрошают советские руководители, — что же делать?» Контрреволюционеры не прекращают бороться с народной властью, отчего ГПУ в свою очередь настаивает на необходимости концлагерей, и при этом перекладывает всю ответственность на Совет Народных Комиссаров.

А между тем, Совет Народных Комиссаров совместно с ГПУ пожизненно заточает своих пленников на Соловки и в подобные им места. С осени 1924 года, по специальному приказу ГПУ (переданному на рассмотрение во ВЦИК и им утвержденному) каждый заключенный, отбывший срок свой на Соловках, направляется еще на три года на «вольное поселение» в Нарынский район, затем еще на три года в Печерский район, и в итоге получается двенадцать лет. Для тех, кто за это время каким-то образом ухитрился не умереть, припасена последняя «награда»— ссылка на вечное поселение в Восточную Сибирь.

Так что; в каком бы преступлении вас ни обвинили, как бы вы не вели себя на Соловках, вас никогда не освободят. Почти каждый из сосланных советскими властями обречен на гибель во время своих переездов из тюрьмы в тюрьму, из одного места насильственной ссылки в другое.

Ужасающая мысль о том, что осужден он пожизненно, что после Соловков его обрекут на новые страдания, отдадут его в лапы новому Ногтеву, новому Кириловскому, назначат ему новый паек, заставят его выполнять еще более тяжелую работу, бросят в «каменный мешок», сгноят в другой «Секирке», приводит несчастного узника к убеждению, что это бесконечное, беспросветное хождение по мукам должно быть раз и навсегда прервано при помощи бегства.

Но удачный побег с Соловков — это невероятное чудо, Ниспосланное судьбой благосклонной всего лишь к нескольким счастливчикам из десятков тысяч простых смертных.

В мою бытность на Соловках я слышал только об одном случае успешного бегства с острова, при чем, арестант бежал не за границу, а в глубь России. Это был студент — медик по фамилии Николаев (контрреволюционер). Каким-то образом ему удалось устроиться на службу в комендантскую контору и войти в доверие к чекистам, умело изобразив ненависть к контрреволюционерам. Он стал управляющим всеми делами лагеря, имел в своем распоряжении образцы официальных бумаг, а иногда даже без охраны выезжал в Кемь по вопросам конторы. Студент подделал все необходимые для него документы на вымышленное имя: бесплатный железнодорожный билет, удостоверение члена Компартии. Затем Николаев отправился в Кемь, якобы по служебным делам, и долго не возвращался. Много недель спустя мы получили письмо, в котором сообщалось, что Николаев находится в Москве, шлет нам горячий привет и желает наискорейшего выезда на юг.

Все прочие попытки бегства неизменно заканчивались поимкой беглецов и преданием их мучительной смерти. Так было с финном, пытавшимся бежать в марте 1925 года; так было с группой капитана Цхиртладзе.

Шестеро контрреволюционеров во главе с капитаном Цхиртладзе совершили побег из Соловецкого монастыря в лодке, захваченной после убийства часового.

Пять дней их носило по штормовому морю. Они безуспешно пытались пристать к берегу близ Кеми. У них не было ни сил, ни пищи для их поддержания, и несколько раз им приходила мысль совершить самоубийство (опрокинув лодку). Но в конце концов один из несчастных колумбов вдруг воскликнул: «Земля!». Они причалили к берегу и высадились поздней ночью. Беглецы были настолько слабы и истощены, что, разведя в лесу костер, в изнеможении рухнули на землю, забыв про осторожность. Там их и обнаружил соловецкий патруль. Чекисты швырнули в огонь ручные гранаты. Четверо из беглецов были убиты на месте, а двое (один из них капитан Цхиртладзе) захвачены. Капитану взрывом оторвало руку и покалечило обе ноги. Пленников отвезли в больницу, немного подлечили, а потом, после жестокой пытки расстреляли.

Только благодаря чуду, прямому Божьему помыслу, могло свершиться невозможное; и мы — я и четверо моих товарищей — уверовали в чудо и только о нем молили Бога. Он вел нас тридцать пять дней через Карельские болота и приграничные леса, а на тридцать шестой — вывел к Куусамо, в Финляндию.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Послеродовая депрессия. Путь в никуда или путь на волю? — Look At Me

Представьте, что вы молодая актриса, и вас просят изобразить мать, которая в пятый раз за последние полчаса подбегает к своему новорожденному сыну и пытается его успокоить. Что вы будете делать? Даю сто к одному, что если у вас пока еще нет детей, вы представили себе, как будете наклоняться над кроваткой, умилительно сюсюкать, ну или максимум - качать младенца на ручках. А вот если дети у вас уже есть и вы твердо знаете, что такое не спать 9 месяцев подряд, скорее всего лицо ваше исказила болезненная гримаса... Что ж, я вас отлично понимаю.

Тема жестоких матерей и вообще, если так можно выразиться, качества материнства сейчас стала очень модной. О ней пишут журналисты, популярные блоггеры, о ней рассуждают телеведущие и лишь немногие матери решаются говорить на эту тему. Точнее, не так. Лишь немногие матери решаются искренне сформулировать свои мысли на тему качественного материнства.

Говорят, что люди недовольные своим детством появились только в ХХ-м веке, когда уровень жизни качественно вырос и позволил женщинам больше времени уделять детям и более активно о них заботиться. Более того, и термин послеродовая депрессия появился тогда же. Однако в нашей стране, об этом явлении узнали лишь недавно, и никто не торопится относится к этому явлению всерьез.

Более того, большинство представителей старшего поколения ко всем жалобам молодой матери отнесутся со злорадным смешком: "мол, это тебе сейчас тяжело, когда у тебя памперсы и стиральная машина на кухне! а попробовала бы ты растить детей в мокрых пеленках и стоять над тазиком по 6 часов кряду!"  Удивительно, но очень немногие бабушки искренне радуются тому, что сейчас жизнь молодой матери облегчают различные изобретения цивилизации, да и их помощь. Нет, они словно были бы рады, если бы жизнь сейчас была также сложна, как 30 или 50 лет назад. "Родила ребенка? теперь должна жизнь на алтарь положить, чтобы он был счастлив!" - твердят они, и продолжают - "Мать должна страдать и жертвовать! Иначе она не мать!"

Чудесным бабушкам помогает хор прессы, интернета и телевидения. Отовсюду на молодую мать скалится злобная пропаганда грудного вскармливания: "грудь - это лучшая и единственная еда! кормим грудью до школы! никакого прикорма до двух лет! " и прочие чудесные в своем утопизме лозунги. К ним немедленно присоединяются поборники совместного сна, круглосуточного ношения ребенка в слинге, высаживания на горшок с первых часов жизни и прочая, прочая... Поэтому еще во время беременности будущая мать узнает, что если ребенка в родзале не приложили к груди - грудного вскармливания, а значит и здорового ребенка ей не видать. А так же "любая анестезия - зло", "воспоминания первых секунд закладывают характер на всю жизнь" и "все кесарята - безвольные люди, так как не прошли трудности рождения".

А, вру! Идеальная мать начинается даже еще раньше! Она с первого дня беременности безоговорочно радуется всему, что с ней происходит, то и дело слушает Баха вперемешку с Моцартом, смотрит картины эпохи позднего Возрождения и раннего Ренессанса (и не важно, что она не в курсе была до сих пор, что возрождение и ренессанс - суть одно и то же, а классику ненавидит с детства), занимается йогой и, разумеется, никогда не нервничает.

Я думаю, редкой женщине удается выполнить все эти заповеди современного общества на все сто. Более того, я еще не видела ни одной, кому бы было не за что себя винить. Причем каждой - правда, правда, абсолютно каждой кажется - что вот у соседки Нюшки, или подруги Катьки получается гораздо лучше, чем у нее самой. Вон, у ее сына щеки шире (меньше), он пошел раньше (пополз быстрее), заговорил в 8 месяцев!!! А как известно от недовольства собой, несоответствия собственной планке до депрессии - практически рукой подать. И теперь добавьте сюда еще малое количество сна (а какая молодая добропорядочная мать хорошо высыпается?), хроническую усталость (мы же прикладываем к груди на каждый писк, и не отходим, как следствие, от ребенка ни на минуту), желание еще как-то поддерживать порядок в доме и соответствовать ожиданиям мужа (то есть мейк-ап, приличную одежду дома) - и через полгода получите готового клиента клиники неврозов.

Но отправлять наших женщин в клиники никто не спешит. Поэтому они сами ищут для себя пути разрядки. Для начала, снизить планку там, где можно - перестать быть женщиной, перестать воспринимать мужа, как мужчину, постоянно требовать помощи и орать. Не помогает? Отлично, начинаем срываться на ребенке - сначала потрясла в коляске орущего младенца, потом закрыла на час одного в комнате, потом дала затрещину... Я думаю, можно не продолжать. Однако всерьез обсуждать эту тему никто не готов. Мам, которые признаются в своих срывах - единицы, мам, которые все забыли или предпочли забыть - миллионы.

Вот, что пишет молодая мама, ставшая популярной в блоггах, благодаря как раз таки своим довольно жестоким постам о воспитании ребенка:

"речь идет о заговоре молчания вокруг подлинной гаммы чувств женщины, вынужденной большую часть своего времени утешать орущее чадо. Везде промотируется материнская любовь – и полностью табуируется материнская усталость, безразличие, ночное бешенство и желание на хрен бросить дом и семью и "зародить все обратно". Об этом говорить не принято, даже между мамашками. Посмотрите на форумы – какова реакция на подлинные, а не гламурные материнские чувства. Либо "ну как же можно", либо "ну вы же не биоробот", "либо спасибо, что вы нашли в себе смелость честно рассказать об этом"." и еще, она же - "Когда вы говорите с коллегами по несчастью, пардон, детоводству, будь то ровесницы или люди постарше, вам рассказывают истории о неувядающей материнской любви. Столкнувшись с реальностью, вы испытываете страх, злость, чувство вины, депрессию и – замкнутым кругом – снова страх. "

Интересно, что молодые отцы ничуть не более опытны, и испытывают свое давление общества на болевые точки ("ты должен зарабатывать, она не должна работать, ты должен помогать" - и прочая, прочая до бесконечности), что тоже не способствует их спокойному состоянию. Не удивительно, что огромное количество браков и союзов распадаются в первый год жизни ребенка. Более того, я не знаю ни одного союза, где люди хотя бы единожды в первый год не подумали малодушно о том, что поодиночке им будет проще. Но стоит посмотреть правде в глаза: да, не первобытные времена и не каменный век, женщина вполне может вырастить ребенка одна. Но когда рядом есть любимый и любящий человек - делать это в разы проще и приятнее. И вам, и ребенку. А значит, решение проблемы все-таки не в том, чтобы рубить канаты. Да, возможно муж оказался не готов и показал вам спину (то есть читай - не лучшие свои качества), и вместо руки помощи протянул заявление на развод или пачку своих фото с новой женщиной. Но, положа руку на сердце, чаще всего это значит лишь то, что погрузившись в заботы о том, чтобы быть достойной мамой (заметили? я не пишу "в заботы о ребенке", это именно забота о "соответствии планке") - вы забыли о нем и предоставили его самому себе.

И начинать разбираться с ситуацией нужно с себя. Как определить, что вместо заботы о ребенке имеет место забота о достойной планке? Если вашему ребенку больше полугода - а как правило, проблемы остро встают уже после первого полугодия - попробуйте честно ответить на следующие вопросы и поставить крестик, за каждый ответ нет:

  1. Сколько раз в день ест ваш ребенок? Больше 5? (Можете добавить сюда другие вопросы аналогичного плана - сколько времени он спит, и сколько раз в день вы с ним играете)
  2. Есть ли у вас время, которое принадлежит вам и только вам - спорт, релаксация, йога, чтение?
  3. Есть ли у вас время, которое всегда, каждый день принадлежит только вам и мужу? 
  4. Всегда ли у вас дома хотя бы относительный порядок? 
  5. Хватает ли внимания вашим другим детям или другим членам семьи?
  6. Довольны ли вы своим внешним видом? 
  7. Довольны ли вы вашими взаимоотношениями с мужем?

А теперь мы не будем считать крестики и ставить диагнозы. Вы сами уже, наверняка, вычислили свои проблемные зоны. Более того, я уверена, что вы знаете, что нужно сделать для того, чтобы ситуация изменилась к лучшему. И если вы не начинаете это делать - просто спросите себя, чего вы ждете? Когда ситуация ухудшится? Но поверьте, гораздо легче худеть, когда у тебя лишних 5 кг, чем когда их у тебя 40. Даже если послеродовая депрессия - это пока не о вас, всегда стоит подумать о том, как оптимальным образом организовать жизнь с ребенком. Американские исследователи говорят, что рождение ребенка снижает уровень счастья в парах на несколько порядков и лишь желание "быть не хуже других" все еще заставляет нас продолжать род. Однако, мы то с вами знаем, что пара может быть счастливой даже если у нее двое, трое, пятеро детей и быть при этом впятеро счастливее, чем в начале отношений... Главное, установить себе свою личную планку успеха, не подгоняя ее под общественные стандарты, а ориентируясь на свою зону комфорта. И тогда никакая депрессия вам не грозит.

Кому-то для того, чтобы войти в норму, достаточно выделить себе час в неделю на йогу или салон красоты. Кому-то - нормализовать сексуальные отношения с мужем. Кому-то, возможно, придется попросить мужа вставать по ночам, потому что найти замену нормальному ночному сну не получится. Кто-то придумает для себя другой антистресс или вовсе наймет няню и выйдет на работу. Главное понимать, что все это - нормально и вовсе не делает вас автоматически "плохой мамой". Потому что самая хорошая мама - счастливая. И вам обязательно нужно стать именно такой.... Хотя бы потому, что недовольная мама - верный путь к неврозам у ребенка. Но это уже тема для другого текста.

www.lookatme.ru

Б. Седов - Рывок на волю » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Константин Разин по прозвищу Знахарь знал, что осужден по ложному обвинению и материалы следствия подтасованы. Но знал он и то, что апелляции и просьбы о помиловании никак не повлияют на машину «правосудия»: он все равно будет отбывать срок. И тогда Знахарь решился на отважный шаг: побег. Перед ним – четыреста верст тайги, за его спиной – погоня. Спастись невозможно. Но спастись необходимо.

Б. К. Седов

Рывок на волю

Я выбрался из чистилища. Я вернулся из преисподней. Как – не знаю, не ведаю, но случилось такое, что распоганейшее состояние, которое не смог бы описать и Достоевский, вдруг отпустило…

Распоганейшее – действительно. Хотя простреленная автоматной пулей нога почти не болела, зато давали знать о себе отбитые почки и печень. Но и это можно было бы списать со счетов, если бы не жесточайшая депрессия, которая не отпускала ни на миг и долбила меня единственной мыслью: «Я проиграл, меня развели по полной программе, как последнего дилетанта. Я допустил такую кучу ошибок, что не смог ни только пуститься в бега, хотя сделать это казалось элементарным, но мне даже не удалось уйти от мерзкой действительности самым простым путем, а именно потонуть в болоте или подставиться под ментовскую пулю. И вот, в результате мой враг номер один кум ликует и получает поздравления за идеально проведенную операцию, солдатики разъезжаются по отпускам, а я торчу в сыром холодном кичмане, скриплю зубами от боли, выслушиваю насмешки охраны и донимаю себя упадочническими мыслями…»

Три дня назад, когда мы не смогли незаметно уйти из промзоны, зацепили за собой хвост и оказались загнанными в болото, я сумел оторваться от группы преследования метров на сто и был уверен, что сейчас либо провалюсь в непроходимую топь, либо получу в спину автоматную очередь. Но ни то, ни другое. Сволочной кум, возглавлявший погоню, сумел одним-единственным выстрелом прострелить мне бедро, притом все сделал настолько ловко, что пуля прошла навылет, разорвав мышцы в считанных миллиметрах от берцовой кости. И я свалился на мокрый, пропитанный влагой мох между кочек, поросших брусничником. И пока ждал еще одной пули, пока силился сообразить, что происходит, пока безуспешно искал глазами поблизости хотя бы одну бочагу, в которой можно было бы утопиться, до меня успели добраться трое солдат. Трое здоровых лбов, мечтающих отличиться и съездить в десятидневный отпуск. Ну и куда против них было мне, измученному погоней, да еще и с пробитой пулей ногой? При всем том, что с собой у меня не было даже перочинного ножика.

Совершенно не помню, пытался ли я хоть немного порыпаться против этих парней. Наверное, пытался – уж такой я дурак, что и в, казалось бы, безнадежнейших ситуациях готов огрызаться до последнего. Но ясно одно – со мной никто особо не церемонился. И следующее воспоминание, когда я тяжело и мучительно приходил в себя, – это холодная одиночная клетуха ШИЗО с бетонным полом и шершавыми, покрытыми влагой стенами. И кое-как перебинтованная нога. И отбитые внутренности. И давящая на психику депрессия: «Господи, и что я наделал! Провалил так хорошо подготовленную операцию!»

Следующие трое суток прошли в каком-то угаре. Я ничего не ел. Я не общался с иногда совавшимися ко мне в камеру цириками, даже не огрызался на их попытки меня подколоть, объяснить, какое же я дерьмо, и какие кошмары ждут меня впереди. Я не владел совершенно никакой информацией о том, что в эти дни происходит на зоне. Но зато никто меня, доходягу, не трогал, не избивал сапогами и резиновыми дубинками. Никто не пытался задавать мне вопросы. Про меня, казалось бы, все совершенно забыли, если бы не одно «но». Очухавшись в камере, я обнаружил рядом с собой комплект перевязочного материала и антисептики. Неслыханное дело, но зато теперь я мог заниматься своей ногой, чем и не преминул воспользоваться. Как бы мне ни хотелось сдохнуть, но оставаться одноногим в мои планы никак не входило. И все шло к тому, что я даже не охромею, а мое бедро придет в нормальное состояние не позже, чем через месяц. Правда, за этот же месяц в том сыром каземате, где я находился, можно было заработать себе целый букет других недугов, начиная с обычного истощения и заканчивая радикулитом и туберкулезом. И этого я весьма опасался.

Но на четвертый день ситуация изменилась. Вернее, не совсем так – изменилась. Она просто немного улучшилась. И этим, как ни странно, я был обязан куму.

Часть I

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАЙ

Глава 1

ХРОМАТЬ – ТАК ХРОМАТЬ

– Разин, на выход!

Этого прапорщика Смирнова я знал хорошо. Раньше он дежурил в промзоне, потом на КПП, и вот теперь перевелся в ШИЗО. Уж не знаю, что подвигло его на такой шаг, ведь ни особой жестокостью, ни чрезмерной жадностью – а ведь ШИЗО считалось теплым местечком, где можно делать хорошие деньги, – Смирнов не отличался. Это был увалень с фигурой штангиста-тяжеловеса и удивительно спокойным характером. И на зоне над ним подсмеивались, даже складывали про него безобидные анекдоты, но в то же время его глубоко уважали. Две вещи, практически несовместимые, но в этой жизни случается всякое.

– Ну и, как ты считаешь, я это сделаю? «На выход»… – огрызнулся я, сидя прямо на холодном бетонном полу. Ну и черт с тем, что заморожу задницу и стану на всю жизнь инвалидом, но присесть на корточки, как это обычно делают зеки, я не мог из-за своей ноги. – Так как ты себе представляешь подобное?

– А не знаю, – безразлично ответил Смирнов. – А только приказано доставить тебя к нач. оперчасти. Вот. – И он неожиданно достал из-за спины два небольших алюминиевых костыля. – Взял на время у одного доходяги.

Я был поражен! Какая забота! Какая предусмотрительность! Неужели я настолько сильно понадобился куму, что он не поленился пошевелить своей тощей задницей и даже организовал мне средство передвижения. И ему совершенно плевать на то, что вся зона уже через час будет базарить о том, как меня, раненого и избитого, вели из кичмана к нему в кабинет.

– Хм, ну что же… Посмотрим, что из этого выйдет. – Я с трудом поднялся на ноги, покачнулся, облокотился плечом о влажную стену. – Давай, что ли, прапор, свои орудия пыток.

Силенок за последние дни я потерял слишком много. Опыта передвижения на костылях у меня не было совершенно, так что двигал через локалку со скоростью парочки пенсионерок, под ручку гуляющих в парке. Конвойный меня не подгонял, плелся чуть сзади и даже несколько раз предупредительно поддержал меня в тот момент, когда я было собрался шмякнуться наземь. И при этом не произнес ни одного ругательства. Ни единого слова. Весь путь от кичмана до адм. корпуса занял у нас не менее получаса. И лишил меня жалких остатков сил. Но зато разогрел любопытство – и что за интерес у этого козла из оперчасти ко мне инвалиду? – до предела.

Кум встретил меня своей дежурной змеиной улыбочкой, молча кивнул на стул и с нескрываемым интересом наблюдал за тем, как я враскоряку ползу через его кабинет.

– Конвойный, свободны, – первое, что он произнес, когда я уселся, вытянув больную ногу. Потом он дождался, когда Смирнов выйдет из кабинета, и только после этого обратился ко мне: – Вот такие дела, Константин Александрович… Что же ты, дорогой, меня так подвел? Я растерялся. И как же, скажите, я ухитрился его подвести? Наоборот, бежал не тогда, когда сделать это было проще пареной репы – в тот момент, когда по протекции кума выходил за пределы зоны в поселок по расконвойке. Так нет, меня понесло из зоны сложнейшим путем, под водой. Пришлось цепляться снизу за сплавной плот и дышать через трубку. Чуть не загнулся от гипотермии, в результате все же попался, но своего слова, данного куму, не нарушил. Не подставил Анатолия Андреевича. А теперь вот пожалуйста: «Что ж ты меня так подвел!»

– И чего же я сделал такого? – с искренним удивлением спросил я.

– Как так «чего»? – на этот раз поразился кум. – Пошел в бега, устроил администрации неприятности, и в первую очередь мне. И это за все то добро, что я сделал тебе за последнее время. Жил, понимаешь, у меня дома, трахал мою сестру, каждый день сколько влезет разгуливал по поселку. На зоне я закрывал глаза на все твои выкидоны. И по моей просьбе на все твои выкидоны точно так же закрывали глаза и другие. А ты за это время ни дня не работал. Не выходил на разводы. Пил и жрал от пуза так, как, скажем, мне и не снилось. Чего же тебе еще надо?!! – вдруг взорвался кум. Он даже двинул кулаком по столу. – Чем ты был недоволен?!!

Ему, несчастному (или счастливому?), понять этого было, наверное, не дано.

– Анатолий Андреевич, – тяжело вздохнул я. – Я не хочу заниматься пустым словоблудием. Если вы до сих пор не врубились, чего же мне еще надо, в чем я весьма сомневаюсь, то пытаться что-либо вам объяснять бесполезно. Так что, считаю эту тему исчерпанной. Если это единственное, о чем вы хотели меня спросить, то позвольте откланяться. Я устал. Я хочу назад к себе в камеру. Ну а если у вас еще есть вопросы, то задавайте. Я слушаю.

Кум рассмеялся.

– Ну и упрямый же ты… черт, Разин. Впрочем, мне это нравится. Ладно, слушай. Хочу предложить тебе сделку.

– Никаких сделок, – покачал я головой. – Вы знаете.

nice-books.ru

Путь воли и самосовершенствование - Психологос

Лучшая стратегия - сочетание пути воли (прямолинейности) и гибкости, сочетание заставления и мотивирования. Тот, кто не умеет себя заставить, для кого существует только его Хочу, едва сможет достичь значимых результатов в развитии собственной личности. С другой стороны, двигать себя только на воле и только на войне с самим собой - спорно и нерентабельно. Война всегда занимает больше ресурсов, чем мирное существование.

Бывает, когда война и давление - единственный эффективный способ решить ситуацию. Например, человек хочет начать делать зарядку, но тело его с детства ленивое, капризное и привыкло рулить процессом. Человек пробует организовать себя на работу гибко и «по-хорошему», пользуясь системой самоорганизации. Попробовал раз, другой - не вышло, приучить себя не смог. После этого возможны две стратегии:

  1. дальше искать и подбирать себе разные мотивации, заинтересовывать себя - а пока не заинтересовал себя, ничего не делать,
  2. силой и прямо организовывать себя на зарядку, то есть просто сделать, через «Не хочу», «Не понимаю, зачем» и «Не умею». Нередко этот путь, путь воли, оказывается более результативным.

После того, как процесс оказался запущен и зарядку вы делать начали, войну с собой прекращайте: начинайте подбирать себе позитивную мотивацию, занимайтесь развитием и созиданием себя и своей личности.

Итого, общая технология использования воли:

  • Начинаем с системы самоорганизации. Если это помогает, реальные изменения появляются (начал делать зарядку, сотрудник перестал опаздывать) - перестаем как-либо мотивировать, или мотивируем изредка в хаотичном порядке.
  • Если в течении месяца ничего не поменялось, не смотря на все ваши усилия (нашли себе позитивную мотивацию - не сработало. Припугнули страшилкой - не сработало.) - подключаем силовые структуры, а именно волю. Подключаем точечно и прицельно. (утром встал и просто сделал зарядку).

Себя помогает организовать метод счета до трех. Заранее програмируете себя, что вы даете себе возможность посчитать до трех, но если вы назвали три - вы обязаны сделать то, что планировали. Важно не дать себе оправдаться: делать в любом случае, что бы ни случилось. Решили бегать по утрам - хоть на улице минус тридцать, хоть ураган, хоть землетрясение - вы бежите бегать. Ровно столько, сколько запланировали. Поэтому важно заранее составить реалистичный План осуществления требуемого.

  • Как только вы организовали себя на работу и начали делать что-то - волю отключаем и снова ищем систему мотивации, чтобы делать было проще.

Когда и кому полезно подключать волю?

Волю развивать полезно всем, а пользоваться волей - не всегда. Развитая воля - как развитая физическая сила: пусть будет, но в конкретной ситуации может полезнее оказаться не сила, а ловкость или ум. Воля не бывает лишней - она бывает неуместной в данной ситуации.

Метафора: если вы имеете черный пояс по карате, вам не нужно искать специально драку, в которую вы влезете. Но если на вас или на ваших друзей кто-то напал, то проявить свою силу окажется уместным.

Не нужно использовать волю:

  • Силовикам, людям с ярко выраженной негативной мотивацией, мотивом конкуренции - лучше развивать голову, а не волю. Обычно с волей и силой у таких людей все в порядке. Им надо волевым усилием заставлять себя не воевать, а дружить с миром. И учиться экономить силу не для войны, а для созидания. Мало иметь огромную, пробивную силу. Хорошо еще уметь видеть в мире кроме борьбы - радость и мир.
  • Душевно здоровым людям, активно развивающимся, привыкшим жить на позитиве. Для таких людей высокая нагрузка - это нормально и привычно. Они с собой не воюют, а договариваются. Волей они пользуются редко, у них свой арсенал и способы жизни.

Кому необходимо подключать волю:

  • Лентяям и тем, кто не привык себя грузить.
  • Подросткам, поскольку у них чаще всего выражена защитно-агрессивная позиция и соответствующая негативная мотивация.
  • Мотиваторам и тактикам развитие воли полезно с точки зрения общего развития, чтобы была альтернатива поиску мотивации

www.psychologos.ru

единственный выход — пройти напролом

Давайте отправимся в путешествие через Мардум вместе с юной охотницей на демонов и узнаем, что значит быть воином Иллидана. (Осторожно, спойлеры!)


Расколотая Бездна

Передо мной, как огромная оскаленная пасть, раскинулся Мардум. Потоки Скверны здесь текут свободно, как реки. Они одновременно и манят, и отталкивают. Не я одна пустилась в путь по этим пустынным землям. Есть и другие, как я: последователи повелителя Иллидана, который учит нас, что для победы над Пылающим Легионом мы должны принести в жертву... все.

Много эпох назад Саргерас создал Мардум, чтобы держать здесь плененных демонов. Он также создал саргеритовый ключ, чтобы изолировать их от других миров.

Но когда падший титан решил уничтожить все сущее своим пламенем, он расколол Мардум, разбросав его осколки по Круговерти Пустоты. Так появился Пылающий Легион.

Саргерас укрыл свой ключ как раз в этой части Мардума. Это своего рода отмычка, открывающая путь в любой из миров Легиона. С помощью ключа повелитель Иллидан собирается уничтожить Легион.

У нас две задачи: уничтожить демонов в их же цитадели и найти саргеритовый ключ.

Путь через Мардум

Ступая по этой земле, истерзанной Скверной, я убиваю всех демонов, что попадаются мне на глаза. Я знаю, что рождена для этого. Я стараюсь действовать осторожно, чтобы сберечь силы и не получить серьезные раны, но не уверена, так ли это необходимо. Я поглощаю души демонов — они поддерживают меня и дают силы, чтобы убивать снова и снова. Как говорит повелитель Иллидан, мы обращаем силу демонов против них самих.

Открыв врата Легиона, мы сможем призвать себе на помощь пеплоустов, наг и шиварр. Для каждых врат нужна жертва — это плата за победу в нашей войне.

Первым прибыл военачальник Гаардун и принес собой дар Иллидана — саблезуба Скверны, могучего зверя, который способен выжить в этом враждебном мире. Он хорошо мне послужит в бою.

Здесь все пропитано энергией Скверны. Порча повсюду.

Преграда на пути

Некоторые иллидари оказались в плену у Легиона. Чтобы продолжить наступление, нам понадобятся все наши бойцы. Мне нужно действовать быстро: добыть ключи у тюремщиков и освободить моих собратьев, и тогда они снова вольются в наши ряды.

На Раскаленном берегу Джейс Темный Ткач просит меня проследить за лидерами Легиона. Командир стражей ужаса Белиаш и Королева стаи Тиранна вступили в сговор, чтобы помешать нашему продвижению внутрь вулкана, где хранится ключ.

Острая необходимость

Леди С'тено (Lady S’theno) из клана Змеиных Колец передала, что ситуация в Черном храме становится напряженной. Мы должны найти саргеритовый ключ ключ как можно скорее, чтобы прийти им на помощь вовремя.

Беги, охотник на демонов!

На нашем опорном пункте мы решаем, нужно ли штурмовать крепость паукообразных демонов, где прячется Королева стаи Тиранна.

Уничтожители Легиона начинают бомбардировку, и тотемы защиты Джейса оказываются под угрозой. Пора вывести уничтожителей из строя.

Наши бойцы действуют очень быстро, и вскоре уничтожители разбиты разрушительной силой, обращенной против них. Я допустила ошибку и подошла слишком близко к первому противнику, но быстро усвоила урок и от следующего уже держалась подальше.

Время от времени мне встречаются собратья, попавшие в сети адских ползунов. Они повсюду. Я освобождаю иллидари — это не отнимает много времени — и они снова вступают в бой, который, похоже, не закончится никогда.

Просвещение через осквернение

В Нечистом приюте обосновалась мать бесов, которая, как говорят, владеет фолиантом тайн Скверны. Если мы сможем его раздобыть, то получим в свое распоряжение еще большую силу, которая поможет нам в борьбе с полчищами демонов. Победить мать бесов будет непросто, но то же самое можно сказать про каждого демона. Когда мы заберем фолиант, это несколько ослабит ее.

Королеве стаи Тиранне совсем не понравилось то, что я похитила тайны Легиона. Ее крики ясно дают понять, в какое она ввергнута отчаяние. А наши войска тем временем приближаются к месту, где хранится ключ. 

В опорном пункте иллидари я читаю фолиант и еще больше узнаю о той силе, к которой могу прикоснуться — как могут и все, кто следует пути иллидари. Или лучше сказать «одному из возможных путей»... Передо мной лежат два пути: один из них — путь истребления, которому я следовала с самого начала моего путешествия через Мардум. Если я дальше буду следовать по нему, передо мной откроются тайны метаморфозы и демонического присутствия. Другой путь — путь отмщения, который тоже поможет мне постичь метаморфозу, а также способность «Оскверненная кровь». Кроме того, мой пронзающий взгляд станет более «острым»... в моем распоряжении окажутся демонические шипы.

Я выбрала путь истребления, но если пожелаю, смогу освоить премудрости пути отмщения позже. Не каждый сможет совладать со Скверной, поэтому мы делимся друг с другом опытом соприкосновения с ней — это чаша с горько-сладким вином личных переживаний.

Расправляя крылья

Я готова расправить крылья — ну, или пусть это сделает сквернотопырь, на котором я отправлюсь сразиться с Королевой стаи Тиранной. 

У Тиранны припасена пара трюков, но иллидари в этом искусстве ей ничуть не уступают. Я выпущу на волю свою новую силу, что я похитила у демонов, повстречавшихся мне по пути в это проклятое место. Как только она будет повержена, мы заберем саргеритовый ключ.

Раздобыв ключ, мы можем открыть портал в Черный храм, но тут дело приобретает неожиданный трагический оборот...

Годы спустя

Все пошло не так, как мы рассчитывали: мы попали в руки стража Майев Песни Теней и годами томились в ее казематах. Но теперь, в час, когда решается судьба Азерота, она попросила нас о помощи в борьбе против Пылающего Легиона.

Мы вместе с Алтруисом и Кайном освободились из тюрьмы и теперь прорываемся через уровни Казематов Стражей, освобождая других иллидари. Одно дело — сражаться бок о бок с собратьями, но быть по одну сторону со стражами после столь долгого заключения, это, по меньшей мере, необычно...

Гробница Кающегося

Гул'дан нашел путь туда, где стражи хранили тело Иллидана. Теперь Иллидан — пусть даже мертвый — в руках Легиона, и это не предвещает нам ничего хорошего.

worldofwarcraft.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о