Архетипическая психология: Книга: «Архетипическая психология» — Джеймс Хиллман. Купить книгу, читать рецензии | Archetypal Psychology | ISBN 5-89353-186-8

Содержание

Архетипическая психология Хиллмана

Продолжение текста. Начало здесь,

здесь и

здесь.

По словам самого Хиллмана, определяющего область своей исследовательской деятельности,

«архетипическая психология «изначально стремилась выйти из пределов психоаналитического исследования в приемной психотерапевта и обосноваться в культуре западного мышления и представляет собой психологию, явно присутствующую в искусстве, культуре и истории идей»

Архетипическая психология возникает, по его словам, по мере того, как соответствующие образы возникают из сферы воображения. Данный термин — «архетип» — для обозначения этого учения избран для того, чтобы обозначить генетическую связь с работами Карла Юнга, а также в связи с тем, что термин «архетипическая» обозначает принадлежность всей культуре, всем видам человеческой деятельности, не ограничиваясь рамками профессиональной деятельности терапевтов.

Aрхетипы , согласно традиционному определению, представляют собой первичные формы, определяющие жизнь психического.

Став директором Института К.Г. Юнга в довольно юном возрасте, Джеймс Хиллман продолжил дело великого психолога — своего наставника, направленное на пересмотр сложившихся фрейдистских традиций в терапии. Хиллман полагал, что ключевым для понимания разума человека является изучение процесса таких явлений как #воображение и #мифология. Представляется интересным, что процессам воображения в архетипической психологии отводится особое место.

Архетипы, концепция которых была разработана К.Г. Юнгом, оказываются неразрывно связаны с творческой деятельностью воображения. Предоставлю слово Джеймсу Хиллману:

«Мир архетипов также является миром воображаемым. Это особый мир воображаемых реальностей, для исследования которого требуются иные методы и способности восприятия <…> Мир воображаемый предлагает онтологический способ определения архетипов психического как фундаментальных структур воображения или как существенно имагинативных явлений трансцендентных миру ощущений если не по виду, то по своей ценности. Их значимость заключена в их теофанической (в переводе буквально «являющий бога» — М.О.) природе, в их виртуальности или потенциальности, которая онтологически неизменно выходит за пределы актуальности. (В качестве феноменов они должны являться, но являются они воображению или в воображении.)»

“Red Book” (C.G. Jung) https://jungchicago.org/store/index.php?route=product/product&product_id=324

Мир воображаемый дает архетипам (при необходимости) оценочно-космическое начало, отличное от таких основ, как: биологический инстинкт, вечные формы, числа, социально-лингвистическая передача, биохимические реакции, генетическое кодирование и т. д. Ее изложение должно быть поэтическим и риторическим, а рассуждения не обязаны носить логический характер. Поэтому ее терапевтическая задача состоит не столько в социальной адаптации и личностной индивидуализации, сколько в работе над возвращением пациента к имагинальным реальностям (миру воовраженного). Психотерапия ставит своей целью развитие чувства души, срединной области психических реальностей. Поэтому метод психотерапии заключается в развитии воображения.

Литерату́ра

Архетипическая психология, Джеймс Хиллман, M., 2013

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Читать книгу Архетипическая психология Джеймса Хиллмана : онлайн чтение

Джеймс Хиллман


Архетипическая психология
Красота содействует справедливости

Данная публикация завершает цикл серии «Юнгианская психология» (4 тома), знакомящий русскоязычного читателя с основными работами (60 – 80-х годов XX в.) выдающегося американского психолога и аналитика Джеймса Хиллмана, признанного рядом специалистов Фрейдом XXI века. Напомню читателям, что ранее вышло три тома работ Хиллмана: «Самоубийство и душа», «Внутренний поиск», «Миф анализа». Это всего лишь часть созданного Хиллманом в те годы, но часть принципиально важная, так что главное, похоже, состоялось: труды «великого реформатора» глубинной психологии стали известны в России.

В предисловии к тому «Самоубийство и душа» приведена краткая биографическая справка о Хиллмане, здесь же я только коснусь основных вех его деятельности и некоторых принципиальных моментов его «архетипической психологии».

Общественная деятельность Джеймса Хиллмана длится уже более полувека. После окончания Тринити-колледж в Дублине он с 1955 г. начал вести частную психотерапевтическую практику. В 1959 г. он стал деканом Института Юнга в Цюрихе и оставался в этой должности до 1978 г. В 1960 г. опубликовал в Лондоне свою первую большую работу «Emotion: A Comprehensive Phenomenology of Theories and Their Meanings for Therapy» (переиздана в 1962, 1972, 1992, 1997 гг.). В 1969 г. защитил докторскую диссертацию в Цюрихском университете. Начиная с 1966 г. участвовал в ежегодных встречах в Эраносе (см. статьи об Эраносе в альманахе «Новая Весна». 1999. № 1) в качестве докладчика и за 23 года завершил 15 работ, составивших основу опубликованных затем книг и статей.

В 1970 г. Хиллман возглавил издательство «Spring» и стал вдохновителем интеллектуального движения в аналитическом сообществе, центром интересов которого были исследования, нацеленные на то, чтобы вывести психотерапию из ограниченных пределов консультационного кабинета. Состоявшееся «прощание» с царствовавшей в те годы медицинской моделью психического вовсе не означало расставания с индивидом, которому было указано, что перед ним «зеркало, а не окно», это означало включение в психотерапевтическую сферу самых разнообразных общественных «организмов» – семьи, улицы, города, планеты. Это была «архетипическая психология», психотерапия идей, а не только личностей в отличие от психоанализа и аналитической психологии, фокус которых был нацелен преимущественно на отдельную личность и на клинические аспекты анализа. Это направление психологической работы доказало свою оригинальность, состоятельность и плодотворность, о чем свидетельствуют многие ученые, практические психологи и психотерапевты, художники, литераторы, экологи, политологи, философы, которые используют идеи этого подхода в своей работе. Достаточно упомянуть о Фестивале архетипической психологии, организованном в 1992 г., на который съехалось свыше 500 участников и который продолжался шесть дней в Университете Нотр Дам в штате Индиана в США.

В 1978 г., после более чем 30-летнего пребывания в Европе, Хиллман возвращается в Америку, сначала в Даллас, где он основывает Гуманитарный институт культуры, а затем в 1984 г., в штат Коннектикут и целиком уходит в преподавательскую и издательскую деятельность, стремясь повернуть аналитическую психологию «лицом» к внешнему миру, уйти от индивидуальной «патологии» к общественной «норме».

Работая в Далласе, Хиллман концентрирует свое внимание на вопросах экологии и дизайна городской жизни, общественного образования и гражданского сознания.

Его интерес к художественной жизни Америки проявился в разработке ряда учебных программ в области арт-терапии и совместных семинаров (воркшопов) с хореографами по теме «Миф и движение», а также в многочисленных публикациях в художественных журналах. В те годы он представлял свои идеи о психологии души, эстетике и экологии в разных программах на телевидении, в частности, он провел цикл передач «Архитектура и воображение». В апреле 1995 г. Хиллман был отмечен Нью-Йоркским журналом «Times» за роль в деле «возвращения души» в американскую психологию. В 1996 г. он выпустил свой первый бестселлер «Кодекс души: В поисках характера и призвания».

Изыскательские работы Хиллмана отражают многообразие его интересов. В ранней работе 1964 г. «Самоубийство и душа» (М.: Когито-Центр, 2004) он вернул в психологию понятие «душа». Следуя за Ницше, Фрейдом и Юнгом, Хиллман воспроизвел природу различных психопатологий в их мифических рамках. Он значительно расширил наши представления о психотерапии, обосновав свой подход, главной метафорой которого является душа, на примере ренессансной модели психического (см. «Миф анализа»). Представляется, что «коллективная душа» россиян, взращенная на культурных дрожжах иудео-христианского мифа с мощной прививкой византийской модели мироустройства, вполне созвучна многим рассуждениям Хиллмана о взаимоотношениях религии и психологии, высказанным им в работе «Внутренний поиск». А в предлагаемой ниже работе, соименной всему движению, Хиллман пишет об этом так: «В отличие от “основных” психологий XX в., истоки которых находятся в северной Европе (немецкий язык и протестантско-еврейское монотеистическое мировоззрение), архетипическая психология берет начало на юге. Ни греческая цивилизация, ни эпоха Возрождения не развивали “психологии” как таковой. Слово “психология” и большинство современных психологических терминов не находили здесь активного употребления вплоть до XIX в. Признавая эти исторические факты, архетипическая психология строит свою работу на допсихологической географии, в которой культура образного мышления и жизненный стиль содержали в себе то, что на севере было сформулировано как “психология”. “Психология” составляет неотъемлемый атрибут постреформационной культуры, лишенной поэтической основы».

Добавлю, что в рамках архетипической теории Хиллмана получает свое оригинальное психологическое истолкование феномен культуры русской средневековой иконописи, в частности культура «образного мышления».

Основы архетипической психологии изложены Хиллманом в знаменитых лекциях Терри, которые были опубликованы в 1975 г. в книге под названием «Пересмотр психологии» (готовится русское издание): это персонификация, а не абстрактная концептуализация психических доминант; литературный, а не научный стиль изложения; политеистическая конфигурация психического, а не единая монотеистическая самость; смещение фокуса внимания с одного субъекта (страдающей личности) на психологию окружающей среды и культурного мира.

Не следует забывать, что хотя на создание архетипической психологии Хиллмана вдохновили идеи аналитической психологии Юнга, а в некоторой степени и психоанализа Фрейда, вместе с тем архетипическая психология отличается от этих направлений радикальным образом. Идеологический центр юнговской психологии концентрируется вокруг самости, вокруг ее динамики в образных воплощениях архетипических фигур и констелляций – Эго, анимы, анимуса, персоны, тени и др. Хиллман в своих работах «стаскивает» Эго с «папского балкона» и делает его соотносимым с другими субличностными компонентами живого, конкретного человека, наполняет его метафорическим измерением и фокусируется на самом психическом или на его констелляции, именуемой душой (в царстве психического можно оставаться бездушным; напротив, душевное, – всегда и психическое), и на архетипическом – глубиннейших структурах психического функционирования, базовых фантазиях, одушевляющих всю жизнь. Архетипическая психология – политеистическая психология (см. «Внутренний поиск», с. 155–178), стремящаяся распознать мириады фантазий и мифов – богов, полубогов, смертных, животных, камней, воды, города, которые формируют нашу психологическую жизнь и формируются ею. Эго в этом пантеоне – всего лишь одна, хотя и крайне важная, психологическая фантазия из множества других.

Современный культурный мир обязан Хиллману введением в психологический оборот и таких понятий, как «психическая экология» и «психологический урбанизм», вытекающих из его доктрины об anima mundi (душе мира и душе в мире) и необходимых при решении самых разных вопросов экологии души, семьи, города, архитектуры, городского планирования, общественных форм и структур и эстетического измерения психического.

Его работы стали сегодня частью культурной истории западной цивилизации и все более и более оказывают свое влияние на общественное сознание наших современников в самом широком спектре психологического знания. Имя Джеймса Хиллмана все чаще встречается не только на страницах международных профессиональных изданий, но и в массовых средствах информации разных стран Европы и Америки. Интернет содержит буквально десятки тысяч ссылок на его имя. В последнее время оно стало чаще появляться и на русских страницах всемирной паутины.

За свое творческое подвижничество и оригинальность идей Хиллман много раз завоевывал призы, награды и титулы, включая и Медаль Президента Итальянской Республики, врученную ему в октябре 2001 г. бывшим Президентом Советского Союза М. С. Горбачевым. Вот что, в частности, сказал Горбачев, объявляя о присужденной награде:

«Все последние десятилетия XX в. Джеймс Хиллман создавал новое видение психологии, при котором последняя могла бы осознать себя “главенствующей наукой”, изучающей не только психику человека, но и его “душу”, равно как и душу всего живущего, являющуюся средоточием мира.

Зарождение психоанализа в начале прошлого века совпало, по словам его создателя, с попыткой развенчать тогдашний миф о психическом и выразилось в трансформации метафизики в метапсихологию, о чем и говорится в «Психопатологии обыденной жизни», (книге, опубликованной Зигмундом Фрейдом в 1904 г.). Развитие психоаналитической мысли в XXI в. привело к новым размышлениям по поводу всех тех основанных на мифологии базовых мотивов психического, которые традиционный психоанализ уже давно развеял по всем «четырем ветрам».

Несмотря на почти вековое блуждание по пустынной местности, сегодня мы являемся свидетелями постепенной и неотвратимой консолидации сил, которые накапливаются и все более привносятся на алтарь глубинной психологии имагинативной активностью самого индивида, его творческой мобильностью. В отдельной скорлупе своей духовной жизни этот индивид все явственней осознает теперь ту огромную цену, которую ему пришлось заплатить критическому «сознательному» разуму с его истощенным психическим языком, лишенным корневой метафоры – бессознательного, из которого к тому же была изгнана душа. Речь идет о неомифическом восстании в аналитической психологии, которое было поднято в 70-е годы, организатором и вдохновителем его и был Джеймс Хиллман – самый впечатляющий теоретик и реформатор, создатель нового направления, именуемого архетипической психологией.

С его исключительной способностью к демонтажу исполненных самодовольства и интеллектуального чванства моноцентрических, персоналистических и нигилистических моделей редуктивистского западного знания, Хиллман подверг жесткой критике традиционные понятия психологии и психотерапии. Он по-новому обосновал классический ренессансный маршрут как на пути персонифицированной реанимации мира вещей и мест (топосов), так и в отношении к архетипическому миру мифа, – имагинативного, нарративного и богообразного измерения психического. Тем самым он вывернул наизнанку традиционную аналитическую технику и преобразовал ее в форму душевной психодрамы (драматизации), выведя за пределы субъективного эмпиризма изолированного индивидуального разыгрывания «мифа анализа». За выдающиеся заслуги, сделавшие его одним из великих преобразователей психологического направления в познании в период перехода между двумя эпохами итальянская нация чествует Джеймса Хиллмана этой наградой».

Вот, что ответил награжденный:

Справедливость и красота
Основы экологической психологии

«Огромное единодушие царит в мире бытия среди его различных форм (вне зависимости от их совещательных способностей и лингвистических навыков) в ощущении того, что эта планета – их дом и изначальный дом их предков – подверглась сегодня серьезной угрозе в плане своей жизнеспособности и жизнестойкости, и, соответственно, это непосредственная угроза и их существованию на Земле – может не дожить до следующего века.

Какую роль здесь в самом широком смысле играет наука психология, играет в прогрессе этого ускоряющегося процесса порчи планеты и ухудшения ее природного состояния, и что она может сделать в плане замедления этого прогресса или, лучше сказать, изменения его курса? Я глубоко убежден, что это единственный важнейший вопрос для сегодняшней психологии – психологии, которая все еще привлекает сотни тысяч, если не миллионы по всему миру ярких умов молодых студентов из университетских аудиторий, экспериментальных лабораторий и еще большее число людей всех возрастов, ищущих помощи в клиниках, консультационных центрах и частных консультационных кабинетах психотерапевтов всех мастей и направлений. Какое отношение может иметь психология к окружающей среде и может ли психология стать экологически эффективной?

Официальные свидетельства на этот счет выглядят не очень ободряющими. Нам следует признать, что психология, начавшаяся в немецких университетах, во французских приютах для умалишенных и венских консультационных кабинетах, с самого своего зарождения имела свищеватый вид. Она родилась с родовым дефектом, наследственным проклятием картезианского рационализма, который разделил мир на субъекты и объекты, на сознательный человеческий разум и мертвые материальные предметы. Действительный окружающий мир не был сферой деятельности психологии.

Сложносоставное слово психо-логос указывает, что психология есть изучение души, однако с самого зарождения этой дисциплины психическое всецело отводилось человеческому, помещалось внутрь человеческой кожи, и ему отказывалось в существовании где бы то ни было за пределами человеческого сообщества. Психическое не только отождествлялось с человеческой субъективностью и внутренностью, но в равной степени логос психического, методы его изучения, ограничивались научным методом и сводились к нему. Ранняя аксиома любой научной дисциплины гласила: «Все, что существует, существует в определенном количестве и поэтому может быть измерено». В этом плане, все, что не поддавалось измерению, лишалось права на существование и сам метод, применимый к картезианскому широкому миру материальных объектов, становился единственным методом, разрешенным при исследовании души. Ограниченная, таким образом, наукой о персонализованном индивидуальном субъекте психология в качестве постигаемой и практикуемой, поместила себя за пределы мирских проблем. Изолированная самоотражающим зеркалом своего мировоззрения, психология оказалась совершенно несоответствующей (иррелевантной) страданиям и боли того великого единодушия, о котором я упомянул в самом начале. И все муки, и страдания оказываются заключенными в личные психологические «проблемы», разрешить которые стремятся в отрыве от своего источника в безобразном, несправедливом, опасном и нездоровом мире. Экологический результат такого наследства носит двойственный характер. Во-первых, психология антропоцентрична. В большинстве соответствующих учебников и словарей при определении сознания, например, утверждается, что только люди обладают сознанием. Самость все еще воображается наподобие шишковидной железы, замкнутой на себе атомистической единицы, отдельного образования, ни по сути, ни по необходимости не принадлежащей общему. Планета воспринимается как чужеродное, в высшей степени безразличное ко всему живущему на ней место, куда по прихоти судьбы был заброшен человек и оставлен без внимания, обреченный на физическое угасание и моральное разложение. Во-вторых, психология центрирующаяся на человеке, воспитывает и поощряет создание образа планеты, которая неупорядоченна, бесчувственна, и которую надо покорять, подчинять, делать покорной и послушной воле человека. Вырывая человеческую душу из ее лона в душе мира (anima mundi), она превращает нашу планету – мать всех явлений – в труп, пригодный для измерения, экспериментального расчленения и каннибалистского поедания частей ее тела. Реки и скалы, цветы и рыба объявляются бездушными сами по себе и способными обрести свою ценность лишь путем человеческой оценки. На протяжении многих веков нашей истории и в большинстве других культур идея мировой души наделяет все явления значением и вполне вразумительным смыслом, наделяет природные явления их собственной индивидуальной сущностью. Глубина души наличествует не только и не столько в нас; она пребывает в собственной природе (в самом существе) планеты.

Ясно, что нам необходимо начинать снова. Нам нужны принципы, которые начинаются не в человеческом разуме, но которые даются ему вместе с миром. Нам необходимо представить экологическую психологию, которая берет свое начало не в одном лишь человеческом интересе, а в интересах планеты и в интересах всех живущих на ней существ, которым мы, люди, служим в равной степени, как и другие, со всеми способностями нашего разума, т. е. мы не роемся в своей философии, науке или теологии в поисках основополагающих принципов, и не взываем только к своему человеческому переживанию; скорее мы можем попытаться сформулировать эти принципы, уже действующие в масштабах космоса, на базе признания ценности всех его участников.

Я полагаю, что Справедливость и Красота являются такими сформулированными как всеобщие принципами, из которых и должна произрасти экологическая психология. Справедливость и Красота предлагают универсалии архетипической силы, потому что они рекуррентны (постоянно воспроизводятся) во времени и повсеместны, транскультуральны, чрезвычайно плодородны. Они заключают в себе насыщенное эмоциями, волнующее и символическое выражение и мгновенно распознаются в повседневной жизни – не только людьми. Справедливость и Красота являются теми универсалиями, на которых основываются культурные сообщества и человеческое достоинство, нацеленные на дальнейшее развитие. Без них любое существование делается отвратительным и жестоким. С ними психическое обретает себя в космосе с его определяющими ценностями, а психология становится изучением путей, на которых любое явление определяет свое место в мире.

Идея Справедливости едва ли представляется важной для такой психологии, в которой идею Справедливости можно было бы игнорировать. Однако Справедливость является принципом, управляющим жизнью общества и природного мира, и формулируется в качестве естественного закона. Греки рассматривали Справедливость (Фемиду), как и Гею, как великих земных богинь, которым должен был повиноваться сам Зевс. Справедливость является основательницей полиса, города, обеспечивая ему возможность гражданского единения и сплоченности, обеспечивая каждому подобающее ему место и предостерегая каждого от попыток нарушения пределов, определяемых законами и нормами.

Справедливость делает возможным, по сути, создание общества всех живущих на Земле существ, толерантных друг другу, в котором господствует кооперативное начало, которое основано не на взаимной выгоде и экономическом обмене, а на голом факте соучастного существования. В сопринадлежности всему живому мы оказываемся нужными и полезными, и справедливость господствует над всем и над каждым. Справедливость залегает настолько глубоко, ощущается настолько врожденно, что работает на инстинктивном уровне. Любые проступки или грехи тотчас же бросаются в глаза; несправедливость воняет и долго мучает и терзает. Чувство справедливости приходит с каждой новой душой; совсем крохотный малыш кричит: «Это не честно!»

Подобно этой врожденной реакции на несправедливость, существует и врожденная эстетическая реакция. Все живые существа представлены, прежде всего, друг другу эстетически, как видимые формы, текстуры, характеры, ткани, плоть, склад, фактура, запах, аромат, структуры, ритмы. Мир постигаем путем этих презентаций, разыгрываний, позволяющих всем существам распознавать друг друга. Старым латинским словом для обозначения демонстрации явления было osten-tatio – перевод с греческого слова «фантазия»: явления показывают себя как образы фантазии, давая импульс к воображению и запрашивая имагинативную ответную реакцию. Искусства, таким образом, являются первичной формой бытия в мире и, своего рода, ответной реакцией на подобные презентации. Красота и уродство (безобразие) проистекают не из личного вкуса, общественных норм или объективных правил формы, а задаются феноменальным космосом в его собственной презентации. Изначальный смысл слова «космос» – прилаживание, подгонка, настройка, монтаж, украшение, декорирование и гораздо ближе по смыслу нашему нынешнему слову «косметика», чем к пустому космосу бескрайнего газообразного пространства, в котором дрейфуют невесомые космонавты, не подчиняющиеся гравитации. И поскольку космос означает также нужный порядок, красота содействует справедливости.

Я полагаю, что эти принципы являются основополагающими для любых культур, где бы те ни располагались, поточу что они даны самим космосом, и как изначально данные они выступают в качестве экологических гарантов. Задача психологии – перестроить свое обучение и свою терапию с учетом этих экологических архетипий таким образом, чтобы огромный разнообразный мир и все живое в нем и на нем никогда не были упущены из вида, потому что Справедливость и Красота являются не просто гуманистическими, религиозными, научными или региональными категориями, они могут являться нам в самых разных формах, однако, превосходят всякую форму, как бы та ни заявляла о себе в плане наивысшей ценности, художественного вдохновения, достоинства и почитания и устойчивого побуждения к исправлению всякого безобразия и уродства, так как именно уродство и безобразие являются главными причинами страдания планеты, этого голубого шарика, окутанного ураганами, объятого вихрями и столь хрупкого на своем плаву в океане звезд».

Проект публикации основных сочинений Хиллмана осуществлялся в рамках издательской программы Информационного Центра психоаналитической культуры в Санкт-Петербурге. Хочу выразить благодарность своим коллегам-переводчикам, а также директору и сотрудникам издательства «Когито-Центр» за помощь в реализации этого проекта. Желаю всем приятного и внимательного чтения.

Валерий Зеленский

Санкт-Петербург,

январь 2006 г.

→ %d0%90%d1%80%d1%85%d0%b5%d1%82%d0%b8%d0%bf%d0%b8%d1%87%d0%b5%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%8f%20%d0%bf%d1%81%d0%b8%d1%85%d0%be%d0%bb%d0%be%d0%b3%d0%b8%d1%8f

90 И тот, кто кормит вас или одевает вас, или даёт вам денег, ни в коем случае не апотеряет своей награды.

90 И този, който ви храни или ви облича, или ви дава пари, по никакъв начин няма да аизгуби наградата си.

LDS

Глава 33 У нас остается 90 секунд.

Трийсет и трета глава 90 секунди.

Literature

Когда мы помогаем другим, мы и сами в какой-то мере испытываем счастье и удовлетворение, и наше собственное бремя становится легче (Деяния 20:35).

Когато даваме от себе си за другите, ние не само им помагаме, но и изпитваме щастие и удовлетворение, които облекчават собствените ни товари. (Деяния 20:35)

jw2019

Речь и обсуждение со слушателями, основанные на «Сторожевой башне» от 15 июля 2003 года, с. 20.

Доклад и обсъждане със слушателите, основани на „Стражева кула“ от 15 юли 2003 г., 20 страница.

jw2019

К 18:20 Флот открытого моря вышел на основные силы Гранд-Флита.

Към 18:20 Флота на откритото море излиза срещу основните сили на Гранд Флийт.

WikiMatrix

Ну, в то время, мы говорим о 80-х, в то время это было модно.

През 80-те бяха модерни.

OpenSubtitles2018.v3

Он уехал 20 минут назад.

Тръгна преди 20 минути.

OpenSubtitles2018.v3

Я был женат 20 лет.

Бях женен 20 години.

OpenSubtitles2018.v3

Крейсера должны были повторять предыдущий тип с одним изменением: мощность силовой установки должна была возрасти с 75 000 л. с. до 82 500 л. с., что обещало заметный прирост скорости, ценой 70-тонного увеличения водоизмещения.

Крайцерите повтарят предходния тип с една промяна: мощността на силовата установка трябва да нарасне от 75 000 к.с. до 82 500 к.с., което обещава чувствителен прираст в скоростта, с цената на 70-тонно увеличение на водоизместимостта.

WikiMatrix

Когда в 80-х годах люди якудзы увидели, как легко брать ссуды и «делать» деньги, они создали компании и занялись операциями с недвижимым имуществом и куплей-продажей акций.

Когато през 80–те години членовете на якуза видяха колко е лесно да се вземат пари назаем и по този начин да се печели, те основаха фирми и навлязоха в спекулациите с недвижими имоти и акции.

jw2019

20 Даже преследование или заключение в тюрьму не может закрыть уста преданных Свидетелей Иеговы.

20 Дори преследване или затвор не могат да затворят устата на преданите Свидетели на Йехова.

jw2019

Этим утром пробки на шоссе N 85 ужасные.

Тази сутрин трафикът по Шосе 85 е брутален.

Literature

Ты был в отключке минут 20.

Бил си в безсъзнание около 20 минути.

OpenSubtitles2018.v3

Есть ещё кое- что в начале 20— го века, что усложняло вещи ещё сильнее.

Има и още нещо в началото на 20- ти век, което усложни нещата дори още повече.

QED

Было ясное утро, время —6:20, видимость сто миль во всех направлениях.

Беше ясна сутрин, 06:20 часа, видимостта бе сто мили във всички посоки.

Literature

20 О братья мои, разве я жесток?

О, братя мои, нима съм аз жесток?

Literature

Вы знаете, что среди 1,3 млрд китайцев более 90% считают, что они принадлежат одной и той же этнической группе — хань.

Знаете ли, от 1.3 милиарда китайци, над 90 процента от тях мислят, че принадлежат към една и съща раса, Хан.

ted2019

Большинство местных органов при планировании развития на следующие 5, 10, 15, 20 лет начинают с предпосылки, что можно ожидать больше энергии, больше автомобилей, больше домов, больше рабочих мест, больше роста и т.д.

Повечето от нашите местни власти, когато седнат да планират за следващите 5, 10, 15, 20 години на една общност, все още започват, като приемат, че ще има повече енергия, повече коли, повече жилища, повече работни места, повече растеж и така нататък.

ted2019

Именно это приводит к счастью, как было сказано царем Соломоном: «Кто надеется на Господа, тот блажен [счастлив, НМ]» (Притчи 16:20).

Това допринася за щастието, както обяснил цар Соломон: „Щастлив е този, който разчита на Йехова.“ — Притчи 16:20.

jw2019

20 Тогда Ио́в встал, разорвал+ на себе верхнюю одежду, остриг свою голову+, упал на землю+, поклонился+ 21 и сказал:

20 Тогава Йов се изправи, раздра+ горната си дреха, отряза косата+ си, падна по очи на земята+ и се поклони,+ 21 като каза:

jw2019

Будьте щедрыми и заботьтесь о благополучии других (Деяния 20:35).

Да сме щедри и да се стремим да правим другите щастливи. (Деяния 20:35)

jw2019

Два важнейших события 20 века:

Две са събитията на 20 век — победата на Съюзниците и това.

OpenSubtitles2018.v3

Последние 20 лет — я.

През последните 20 години, мен.

OpenSubtitles2018.v3

И вы можете найти стороны треугольника с углами 45- 45- 90.

И можете да разрешите един 45 45 90 триъгълник.

QED

Это забавно, когда тебе 20 лет.

Странно е колко наивен може да си на 20г.

OpenSubtitles2018.v3

Архетипическая арт-терапия – работа с архетипами

Художественные материалы и все необходимое для проведения занятий входит в стоимость обучения

Семинар проходит в учебно-психотерапевтическом ключе

Архетипы являются важными структурными со­ставляющими психики любого человека,  и создают основу инстинктивных (не формирующихся че­рез научение) паттернов поведения.  Эти паттерны  являются общими для всего человечества и типично про­являются в человеческом сознании. Если нечто имеет архетипическую природу, то, значит, оно типично.

Архетип — от греч.  — первообраз, проформа; arche – начало, typos — образ.

В аналитической психологии К. Г. Юнга, архетипы — это универсальные изначальные врождённые психические структуры, составляющие содержание коллективного бессознательного.

Это универсальные паттерны, являющиеся основным содержанием религий, мифологий, легенд и сказок. Архетипы  распознаются в индивидуальном  опыте человека и являются, как правило, в образах и  мотивах сновидений и фантазий.

Юнг выделяет архетипы высшего порядка (духовный рост)  и низшего порядка (теневые качества).

Архетипическая арт-терапия – это глубинный уровень исследования и коррекции внутрипсихических  процессов, т. к. часто причины проблем имеют свои истоки глубже индивидуального (биографического) и культурального (родового, национального) опыта.

Вместе с тем архетипическая арт-терапия помогает человеку найти ответы на вечные вопросы «Кто я?», «Где я?» «Как я могу найти свою подлинную сущность?», «В чём заключается моё предназначение?», «Куда я держу свой путь?»

Архетипическая арт-терапия дает возможность соприкоснуться  с опытом, ранее не доступным знанию человека, ощутить сопричастность к чему-то сакральному, ценному, получить мощный ресурс, ощутить веру в себя.

Техники и упражнения архетипической арт-терапии способствуют связи и диалогу с коллективным бессознательным, в отличие от большинства подходов психотерапии, которые нацелены на контакт с индивидуальным бессознательным.

На архетипическом уровне работы человек получает возможность:
  • получить ответы на все интересующие вопросы;
  • научиться быть честным и откровенным с самим собой – принять реальность такой, какая она есть;
  • достичь лучшего понимания самого себя и своей жизни;
  • развить способность адекватно реагировать на множество изменяющихся жизненных обстоятельств, смело и решительно справляться с ними;
  • взять, как опыт, энергию, качества архетипа, которые необходимы для воплощения  желаемого в свою жизнь;
  • при необходимости, осознанно освободиться от разрушающего влияния архетипа;
  • осознать влияние энергии архетипа и начать использовать эту энергию, как энергию достижения, интуитивного знания.
На семинаре предполагается знакомство с архетипами:

«Персона», «Тень», «Дитя», «Герой», «Смерть — Возрождение» и работа с духовными составляющими психики, а также трансформация деструктивной личностной метафоры с помощью арт-терапевтических упражнений, техник, медитаций, направленных на осознание и изменение внутренних процессов.

Технологии и упражнения, используемые на семинаре: 
  • Работа с архетипической маской – «Изготовление маски Героя-союзника».
  • «Встреча с архаичной энергией маски».
  • «Изготовление куклы-марионетки» – для осознания и принятия своих теневых качеств.
  • Медитация «Встреча с Божественным Ребенком» – для осознания и принятия собственной чистоты и уникальности.
  • «Путешествие Героя» – диагностика этапа жизненного пути с помощью мандал юнгианского Таро.
  • «Прохождение этапов жизненного пути – прошлое, настоящее, будущее»; «Отпускание и подарок».
  • Техника фильмотерапии «Смерть — возрождение», создание коллажа.
Показания для работы:
  • кризисные, невротические состояния,
  • психосоматические расстройства,
  • зависимости, созависимость,
  • ситуация выбора,
  • постановка целей,
  • личностный и духовный рост.

Техники «возвращения к истокам» в психологии: архетипическая психология (продолжение): lana_artifex — LiveJournal

В предыдущем посте рассказывала об основах архетипической психологии — одном из направлений аналитической психологии К. Г. Юнга. Каким же образом артетипотерапия позволяет «вернуться к истокам», по принципу ритуалов и техник различных духовных учений? В этом и последующих постах попробую в общих чертах расказать об этом…

«Архаичные боги языческого пантеона, а также боги монотеистических религий до сих пор сохраняют своё влияние и силу, и эта сила может работать, при грамотном с ней обращении (молитвы, медитации, заговоры, ритуалы и т.д.). Боги, как и другие (может быть, менее намоленные) архетипы коллективного бессознательного стали совершенно реальными существами, наделёнными могуществом и силой, в большинстве своём — слепой и неподчиняющейся человеку. Игры богов — это то, что мы называем слепым инстинктом; или же состоянием аффекта, когда на следственном эксперименте убийца своей жены, запинаясь, говорит, что не понимает, «что на него нашло».. Исключение — это жрецы, шаманы, в меньшей степени — священники. — Это люди, способные отчасти управлять этими слепыми силами и направлять их в нужное русло, используя различные практики и ритуалы.» (Основатель архетипической психологии Дж. Хиллман )

В своём романе «Американские боги» Нил Гейман ставит богов в прямую зависимость от человека, наделяет богов чертами их создателей, с присущими человеческой цивилизации качествами силы и слабостей. Новые боги воюют с богами предыдущих эпох за своё выживание, «за место под солнцем». Их основная цель — это получение внимания и эмоций человека (см. мой предыдущий пост «Как возникают культы поклонения духам природы? Истоки шаманизма»: https://lana-artifex.livejournal.com/69970.html).
«В настоящее время, при умелом контакте с этими богами-архетипами, с помощью архетипотерапии возможно установить с силой богов и другими персонажами психического пространства сознательный контакт. Причём, не только с силой, так как люди проецировали на богов и свои эмоции, и мотивы, и желания, и помыслы. Архетипотерапия позволяет получить доступ к этим слоям коллективного бессознательного, где «обитают боги», и «вернуться к истокам» с их помощью. » (Дж. Хиллман)
Таким образом, ка кподчёркивал Хиллман, мы вынуждены признать, что в психическом пространстве обитают сущности (боги, музы, гении, демоны), живущие как бы независимой от Эго (человека) жизнью, имеющие свои цели, мотивы и задачи. Воплотить эти задачи в материальном мире эти сущности могут только посредством деятельности человека, на которую они могут опосредованно влиять, «сталкивая по закону синхронии (см. исследование К. Г. Юнга  «Сихроничность») человека с необходимостью решить те или иные личностные, политические, культурные, исторические задачи».
Тема очень необычная и тонкая..Ею хорошо проникаться даже не через сухие труды психологов, а через литературные произведения, т.к. у творчесикх людей «портальчик открыт» часто. Как уже упоминала ранее, это произведения Борхеса («Евангелие от Марка», «Рагнарёк», «Круги руин»), Сомозы («Дама № 13»), Достоевского, Гоголя, Чехова, Шекспира,
Гёте, Пушкина..
Эту тонкую грань взаимодействия с коллективным бессознательным, с трансцендентной реальностью особенно ярко отражают мифы, произведения античных авторов: Гомера, Гесиода, Аристофана, Софокла и др. Эту грань некогда прозревали Сократ, Платон и неоплатоники, мастреа эпохи Возрождения: Пико делла Мирандола, Марселино Фичино, Джордано Бруно..
Однако, на мой взгляд, современный человек во многом утратил понятийные ключи поэтических метафор и античных авторов, и мастеров эпохи Возрождения. Все говорят о «поколении ютуба», порталы если и открываются, то уже другими путями, не через книги и часы в музее перед оригиналом какого-нибудь Мастера.
Язык самовыражения авторов античных произведений и классической литературы слишком «мифологичен» и граничит с зашифрованными текстами разведслужбы, тогда как современное восприятие, по меткому выражанию Михаила Задорнова, страдает от «клипового мышления», больше склонного к упрощениям современных комиксов и видео на ютубе.

Языческая природа души. Архетипическая психология Хиллмана-VI | m40r

Называя источниками «основных» психологических учений XX века немецкий язык, протестантско-еврейское монотеистическое мировоззрение и территориально — Северную Европу, Хиллман подвергает их критике и предлагает иную психологию, обозначая ее как политеистическую. Сходные идеи высказывал Юнг: его модель личности имеет, по сути, сложную структуру, и он соотносил ее архетипическую множественность с политеистической стадией развития культуры. Более того, еще Гегелю приписывают следующее высказывание:

«То, что требуется, это — монотеизм разума и сердца, политеизм творческого воображения и искусства»
Илюстрация Карла Юнга к собсрвенной книге (https://junginla.org/max-lore-zeller-library/)

Илюстрация Карла Юнга к собсрвенной книге (https://junginla.org/max-lore-zeller-library/)

Политеистическая аналогия имеет одновременно религиозный и нерелигиозный характер. Боги, по существу, рассматриваются как основы, и поэтому психология выходит за пределы души и никогда не может быть только агностической. Духовному, жертвенному аспекту — религиозному инстинкту по определению Юнга — отводится место основной ценности. Действительно, благодаря обращению к богам ценность появляется в сфере психологии, предъявляя требования к жизни каждого человека и придавая поступкам человека значение, которое выходит за рамки данной личности. Поэтому #боги являются богами #религии, а не просто названиями, категориями, механизмами. Им оказывают уважение как энергиям, личностям и творцам ценностей.

========================================

Тем не менее между политеизмом как психологией и политеизмом как религией сохраняется определенное различие. Это различие с трудом поддается определению, поскольку

«глубинный анализ приводит к душе, которая неизбежно вовлекает анализ в религию и даже в теологию, тогда как живая, представленная в переживании религия зарождается в человеческой психике и как таковая составляет психологический феномен».

Если #душа является первичной метафорой, тогда #психология и #религия должны переплетаться, а их различие оказывается произвольным и неоднозначным. Душа сама ставит вопрос политеизма, как только начинает воспринимать мир как нечто живое, а свою природу насыщенной изменчивым разнообразием.

Другими словами, вопрос политеизма возникает тогда, когда душа освобождается от господства эго.

Политеизм психолога в данном случае аллегоричен. В психологии боги не составляют предмет веры, не рассматриваются в буквальном или теологическом ракурсе. «Религия обращается к богам с помощью ритуала, молитвы, жертвоприношения, поклонения, вероисповедания… В архетипической психологии боги составляют предмет воображения; они рассматриваются с помощью психологических методов персонификации, патологизирования и психологизации. Они находят неоднозначное выражение в виде метафор для описания форм переживания и как нуминозные (священные) личности, находящиеся на грани двух миров. Они составляют космическую панораму, в созерцании которой участвует душа» . Считая себя преемницей традиций греческой культуры, Возрождения, Романтизма, архетипическая психология погружена в политеистическое мировоззрение так же, как и они.

(«Энциклопедия 900»)

=====================

Начало текста

I

II

III

IV

V

«Архетипическая теория» Хиллмана. Здравствуй, Душа! [Раздел I]

«Архетипическая теория» Хиллмана

Впервые термин «архетипическая психология» был введен Хиллманом в 1970 году в редакторском послесловии к журналу «Spring» (Hillman, 1975a, р. 138–145).

Теорию Юнга о доминантах или архетипах, сформулированную им в 1919 году, Хиллман считает наиболее фундаментальной областью работы великого швейцарца.

Архетип пронизывает психическую жизнь человека; в юнговских разработках это понятие, по определению Хиллмана, «и точно, и вместе с тем отчасти неопределимо и открыто» (Там же, р. 142). Так что, заключает Хиллман, психологии Юнга более соответствует термин «архетипическая», нежели «аналитическая», поскольку он «более точно описывает юнговский подход к основам психического» (Хиллман, 1996, с. 20).

В современном изложении архетипическая психология представляет постъюнгианскую психологию (Самуэлс, 1997), критическую разработку юнгианской теории и практики.

Архетипическая психология отвергает существительное «архетип», хотя и сохраняет прилагательное «архетипический». С точки зрения Хиллмана, различие между архетипами и архетипическими образами является несостоятельным (Hillman, 1983). По его мнению, все, с чем все индивиды когда-либо сталкиваются на психическом уровне, есть образы или, иначе говоря, явления, феномены. Хиллман в этом смысле — феноменолог:

«Я просто следую имагистическим, феноменологическим путем: беру вещь такой, какая она есть, и даю ей говорить» (Там же, р. 14).

Для архетипической школы архетипов как таковых не существует. Существуют только феномены, или образы, которые могут быть архетипическими. Для Хиллмана архетипическое есть не категория, а лишь рассмотрение — перспективистская операция, выполняемая индивидом с образом. Поэтому Хиллман говорит, что «любой образ можно считать архетипическим». Архетипическое — это «действие, совершаемое индивидом, а не вещь как таковая» (Hillman, 1975b).

Рассматривать образ как архетипический — значит рассматривать образ как таковой в определенной перспективе, операционально наделять его типичностью или, по определению Хиллмана, «ценностью» (Хиллман, 1996, с. 69). И далее:

«…наш эмоциональный посыл направлен на такое восстановление всей глубины и богатства психологии, при которых она резонировала бы с душой, описываемой как необъяснимая, множественная, априорная, порождающая и неотъемлемая. В той мере, в какой каждый образ может получить свое архетипическое значение, вся психология оказывается архетипической… В данном случае термин „архетипический“ относится не к объекту, а к движению, совершаемому субъектом» (там же).

Фактически, архетипическая психология включает в себя то, чего старался избежать Юнг— «метафизический конкретизм» (Jung, СW, vol. 9i, par. 119). Юнг говорит, что «любая попытка дать графическое описание» архетипу неизбежно уступает метафизическому конкретизму «до определенного момента», так как качественный аспект, «в котором он проявляется, всегда облекает его, и поэтому описать его можно только в терминах специфической для него феноменологии» (там же). Хиллман не постулирует и не выводит метафизическое существование архетипов как предшествующее существованию образов. По мнению архетипических психологов, любой и каждый образ, даже самый бесспорно банальный, можно рассматривать как архетипический.

Это постъюнгианское употребление термина «архетипический» вызывает оживленную полемику. Большинство юнгианцев сохраняют термин «архетип» и определяют его так, как это делал Юнг. Юнгианский аналитик В. Одайник вообще критикует Хиллмана за употребление названия «архетипическая психология» (Odajnyk, 1984). По мнению Одайника, во избежание терминологической неоднозначности ему следовало бы назвать школу «имагинальной психологией» или «феноменальной психологией». «Архетипическая психология, — говорит Одайник, — звучит так, словно она базируется на юнгианских архетипах, когда в действительности это не так» (Odajnyk, 1984, р. 43).

Пример архетипической психологии довольно наглядно демонстрирует различие между академической психологией, академическим подходом к практической психологии и глубинной психологией. Последняя берет начало в реальном погружении в глубины психического — будь то личная несостоятельность, отсутствие каких-либо свойств или качеств, признание собственного поражения, фрагментация психического материала… Там, где непосредственно сам психопатологический кризис, медленный и затяжной упадок духа приводят к изменению в эго-сознании, теряются привычные координаты поступков и мыслей, предшествующее осознавание внешнего мира и себя затемняется и дезориентируется, а то, что ранее пребывало втуне и было, что называется, прочно забыто или вовсе неведомо, возвращается и всплывает вновь на поверхности сознания. Остается напомнить, что подобное «реальное погружение» в свое время осуществил и сам Юнг, весьма впечатляюще описав это состояние в своей автобиографической книге «Воспоминания, сновидения, размышления» (в частности, в главе «Стычка с бессознательным»).

«В начале был образ» — так в форме программного заявления звучит в переводе на немецкий язык название книги Хиллмана о мире сновидений.[5] В начале архетипической психологии тоже лежит образ. Он рассматривается как данность, ничем другим не обусловленная и имеющая центр в самой себе. Источником всех образов является душа, которая, с одной стороны, создает образы, а с другой — сама из них состоит.[6]

Непосредственной эманацией этой стороны психической деятельности являются сновидения, и, поскольку в архетипической психологии все «вращается» вокруг «soul-making» — самопроизвольного процесса создания души, сновидения оказываются в центре внимания. Душа при этом выступает в роли связующего звена между телесным и ментальным, она есть нечто третье, служащее мостом, между тем и другим.[7] Данный канал связует миры, подобно вестнику богов Гермесу. Поэтому Рафаэль Лопес-Педраса назвал его «герметическим сознанием».[8]

Таким образом «душу», взятую в контексте или в терминах архетипической психологии, ни в коем случае нельзя смешивать с тем, что понимается под душой в художественной литературе, христианстве или вообще в психологии. Понятие души у Хиллмана не ограничивается рамками человеческого бытия и простирается гораздо дальше, вплоть до отождествления с мировой душой неоплатоников, а потому остается достаточно размытым. В свете подобного подхода душа перестает быть узницей человеческого тела, а, напротив, становится полем возможного проявления индивида.

С точностью до наоборот меняется и отношение к сновидению: оно уже не представляется процессом, протекающим внутри человеческого тела, напротив, человек сам оказывается вовлеченным в сновидческую реальность. Хиллман снимает противоречие между фантазией и действительностью — более того, они меняются местами. Благодаря способности фантастического образа к воплощению в свое точное подобие в реальной жизни, он сам становится реальностью. Мир «суровой действительности», мир «неоспоримых фактов» одновременно всегда является материализованной манифестацией (буквально «телесным выражением») определенного фантастического образа.

Между образом, рожденным в сознании отдельного индивида, и образом, рождаемым в недрах коллективного бессознательного, существует связь, действующая по принципу резонанса, поэтому образ на отдельного человека не замкнут. Тем самым событие, значимое для человека в личном плане, находит отзвук во вселенском масштабе. То, что является истинным с позиций пространства (поля) души, проявляющегося в отдельном конкретном человеке, обладает не меньшей степенью достоверности и для мировой души. Как наверху — так внизу. Как внутри — так и снаружи (Зеленский, 2008, с. 114–158).

То, что в данной системе мышления мифу отводится центральное место, совершенно естественно. Это, однако, вынуждает архетипическую психологию выйти за рамки, традиционно отводимые психологии, и от концентрации на проблемах индивидуума перейти к погружению в необъятный мир культуры, литературы, искусства, политики и социологии. Следуя вышеизложенному, Хиллман считает, что перед ним поставлена задача «одушевления» и ре — «анимации» окружающей нас действительности.

Так же как в философских системах Востока, например Адвайте-веданте или Дзэне, речь здесь идет о преодолении границ между субъектом и объектом, о растворении индивидуального «Я» и телесной «субстанции» в мировом разуме и о «преодолении» западного позитивизма.

Другая особенность архетипической психологии — отказ от окончательного закрепления своих постулатов в догматической форме. Это отличает ее от всех других направлений в психологии. Определенная психологическая «идеология» уступает место постоянному процессу «ревизии», непрекращающемуся созерцанию и имагинации.[9]

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Что такое архетипическая психология? — Изучение своего разума

Последнее обновление: 10 мая 2021 года

Человеческие существа уже сделали первый шаг, поверив в богов, в те сверхъестественных сущностей, которые олицетворяли универсальные атрибуты, силы и такие ценности, как ночь, справедливость , время и моря. Они позволили нам представить космос как театр, где эти силы придали смысл реальности и самой жизни.

Теоретическое предположение архетипической психологии состоит в том, что наша близость к этим персонификациям не исчезла, когда политеизм начал обращаться к монотеистическому культу.

Платон, как и его учитель Сократ, твердо верил, что «величайшая достоверность находится в величайшей абстракции», и решил дать этим универсалиям название «архетипы». Однако его собственный ученик Аристотель инициировал поворот к конкретному, изменение, которое, очевидно, сформировало научное мышление.

Спустя столетия Зигмунд Фрейд заново открыл тот факт, что наше бессознательное выражается через интерпретируемые (и значимые) символы. Отсюда его ученик Карл Юнг обнаружил параллелизм между этими символическими изображениями и изображениями из древних мифов.

«Я как сущность индивидуальности неповторимо и неповторимо. Как архетипический символ, это образ Бога, поэтому он универсален и вечен ».

-Карл Юнг-

Юнг также создал теорию, согласно которой существование было «коллективным бессознательным» . Он понял, что символы проявляются даже у пациентов, которые ничего не знали о древней мифологии. Школа аналитической психологии Юнга провела исследование того, как архетипические фигуры в мифах влияют на нашу жизнь.

Архетипическая психология

За два года до смерти Юнга в 1961 году молодой психолог по имени Джеймс Хиллман руководил исследованиями в C.G. Институт Юнга в Цюрихе. В последующие годы небольшое сообщество исследователей и последователей Юнга разрушило аналитическую школу. После этого они приступили к основанию архетипической психологии.

«Коллективное бессознательное — насколько мы можем вообще что-либо о нем сказать, похоже, состоит из мифологических мотивов или изначальных образов, по этой причине мифы всех народов являются его реальными выразителями.”

-Carl Jung-

Архетипическая психология дистанцируется от приоритетов аналитической психологии. Вместо этого он фокусируется на воображаемом контроле , который «я» имеет над нашей жизнью , и на том факте, что существует «множество архетипов», которые формируют нашу психику. Источником знания больше не картезианское «я», а скорее тот мир, полный образов, в котором обитает «я».

Архетипическая психология критиковала основные школы психологической мысли (такие как бихевиоризм или когнитивная психология).Он обвиняет их в редукционизме, поскольку они принимают философию / практику естественных наук и являются «психологией без психики».

Для Хиллмана, психика проявляется через воображение и метафоры: «Каждая жизнь сформирована своим уникальным образом, образом, который является сутью этой жизни и призывает ее к судьбе (…) Это имеет много общего с чувство уникальности, величия и беспокойство сердца, его нетерпение, его неудовлетворенность, его тоска. Ему нужна своя доля красоты.Он хочет, чтобы его видели, видели свидетелем и признавали, особенно со стороны человека, который за ним ухаживает. Метафорические образы — это ее первый неизученный язык, который обеспечивает поэтическую основу разума, делая возможным общение между всеми людьми и всеми вещами посредством метафор ».

Боги и фантастика

Архетипическая психология имеет политеистический аспект. Фактически, некоторые авторы символически говорят о «богах», имея в виду «множественность архетипов».

Архетипическая психология основывает свое терапевтическое предложение на исследовании образов, а не на их объяснении. Он говорит об осознании и внимании к этим изображениям, пока они не станут настолько ясными, насколько это возможно, и о тщательном их созерцании, пока наше наблюдение не создаст смысл. Все это уступает место терапевтическому процессу, который Хиллман назвал «творением души».

«Психология, столь стремящаяся пробудить человеческое сознание, должна пробудиться к одной из самых древних человеческих истин: нас нельзя изучать или вылечить отдельно от планеты».

-James Hillman-

Это может вас заинтересовать…

M.A./Ph.D. Юнгианская психология и архетипические исследования

Требования к выпускным

Требования к получению степени

  1. Студенты должны завершить в общей сложности 90 квартальных единиц для получения степени доктора философии. чтобы выполнить требования к получению степени. Минимальная оценка C требуется на каждом завершенном курсе. Необходимо поддерживать совокупный средний балл 3,0.
  2. Студенты должны посещать не менее 2/3 каждого курса.
  3. В течение второго года курсовой работы студенты должны сдать письменный комплексный экзамен.Степень MA присуждается после сдачи экзамена и выполнения 48 единиц первого и второго года курсовой работы.
  4. Студенты должны подготовить и представить научную статью, подходящую для публикации.
  5. Студенты должны сдать устный экзамен в конце третьего года курсовой работы.
  6. Студенты должны подать и защитить оригинал диссертации, принятой факультетом.

Глубинная психология — комплексный письменный экзамен

По специальности «Юнгианские и архетипические исследования» программы «Глубинная психология» письменный экзамен сдается после успешного завершения не менее шести кварталов первых двух лет курсовой работы.Этот экзамен представляет собой оценку понимания студентом основ глубинной психологии Юнга и архетипической психологии, изучаемых в течение первых двух лет программы, в соответствии с конкретными результатами обучения по программе. Экзамен служит двум основным целям:
  1. Для проверки готовности и способности студента продолжить обучение на третьем курсе курсовой работы, а после этого выполнить диссертационную работу для успешного завершения докторской степени.
  2. Предоставить студентам возможность интегрировать и закрепить первые два года курсовой работы.

Глубинная психология — канд. Устный экзамен

Докторанты юнгианских и архетипических исследований, сдавшие письменный комплексный экзамен, имеют право сдать устный экзамен в последней четверти третьего года обучения (летом или зимой, в зависимости от курса). Устный экзамен — это окончательная оценка способности студентов интегрировать академические курсовые работы, и он служит частичным выполнением требований степени. Цель этой оценки — поднять критические вопросы, относящиеся к предлагаемому диссертационному проекту.Студенты должны успешно включить критику этой консультации в свои концептуальные документы диссертации, чтобы выдвинуться в кандидатуру.

Докторантура

Студент получит звание «докторант» после того, как он или она успешно завершит все курсовые работы, сдал письменные и устные комплексные экзамены, а концептуальная работа диссертации была принята Институтом.

Диссертация

Программа «Глубокая психология» имеет Справочник по диссертациям, который включает в себя набор руководящих принципов и форм для диссертационного процесса.Студенты должны сдать письменный комплексный экзамен и утвержденный концептуальный документ, чтобы зарегистрироваться для написания диссертации. После утверждения программы студенты могут зарегистрироваться для написания диссертации одновременно с другими курсами. Чтобы работать с диссертационным комитетом, студент должен официально зарегистрироваться на два последовательных академических года для написания диссертации. Это часто называют «часами» на двухлетнюю диссертацию. Чтобы начать работу над диссертацией, студент должен: а) закончить свой третий год курсовой работы, б) иметь утвержденную концептуальную работу, в) иметь хорошую академическую успеваемость и не иметь невыполненных оценок, г) отправить форму регистрации диссертации по адресу диссертационный офис к крайнему сроку регистрации, и e) иметь хорошее финансовое положение в бизнес-офисе.Полное описание всех требований см. В текущем издании Справочника для учащихся Pacifica.

ПРИМЕЧАНИЕ. Программа глубинной психологии и ее специализации предназначены для предоставления студентам знаний о теоретических традициях глубинной психологии и ее современных приложениях к личному, культурному, общественному и экологическому здоровью и благополучию. Программа не готовит студентов к получению лицензии или практике психотерапии. Хотя некоторые студенты могут пожелать получить лицензию после получения докторской степени по этой программе, учебный план не содержит конкретных курсовых работ, направленных на получение лицензии любого типа, а также не организует и не поддерживает административные стажировки, стажировки до или после докторантуры или другую практику. требования, связанные с лицензированием.

Критика архетипической психологии

Реферат : Сегодня наблюдается сильная тенденция к делая юнгианскую психологию общим названием для множества систем, которые, хотя на первый взгляд они кажутся родственными из-за схожей терминологии, их ядра и идеалы полностью отличны от идей Юнга. Один из эти теории и есть «архетипическая психология» Хиллмана, которая радикально переосмысливает юнговскую концепцию архетипа , отвергает важные представление о Самости, отказывается от процесса индивидуации, обесценивает метод интроверсия, опровергает представление Юнга о моральном обязательстве схватывания бессознательное и заменяет это аморальным, эстетическим отношением puer aeternus (вечная молодость).Несмотря на это грубое отрицание юнгианского психологии, Хиллман воспринимается издателями как «юнгианский» или «постъюнгианский» психолог. Но правильное название было бы «антиюнгианским».

Ключевые слова : создание души, puer aeternus, феноменологизм, анимизм, субъективный идеализм, архетипическая психология, Джеймс Хиллман, Карл Юнг, Дэвид Тейси.

Введение

Американский психолог Джеймс Хиллман в своих трудах исключил юнгианскую концепцию архетипа как объективную. унаследованный образец и заменил его архетипическим изображением как существует в естественном мире.Якобы от чего зависит, является ли изображение архетипический или нет уровень оценки предмета изображение. Таким образом, если субъект «использует» изображение с большой буквы, т. Е. Решает, что Если ценит образ , то его следует считать архетипическим. Теория Хиллмана принадлежит к причудливой категории феноменологической теории. Неоплатонизм, , что означает, что только то, что мы видим, должно считаться реальным, то есть существует только то, что очевидно сознанию.Хиллман говорит:

[Фантастические изображения] оба необработанные материалы и готовые продукты психики, и являются привилегированным способом доступ — к познанию души. Нет ничего первичнее. (Хиллман, 1992a, xi.)

[Душа] состоит из образов, [и] душа — это прежде всего деятельность воображения… (Hillman, 1997, стр.14)

Истории, которые рассказывают мифы, не могут быть задокументировано в истории; боги и богини, и герои и их о врагах рассказывается в историях, начертанных на глине и высеченных в статуях, но видели ли они их когда-нибудь физически? Сказочные места мифа не в этом мир — все выдумано, только небылицы.Длительная и постоянно обновляющаяся жизненная сила мифов не имеет за собой ничего фактического. (Hillman, 1996, стр.95)

Само собой разумеется, что такие убеждения бросает вызов эмпирической психологии. Х. отвергает фактические существование унаследованного архетипа как основного мифического содержания и утверждает, что последние — всего лишь басни, придуманные воображением. Тем не менее, согласно Хиллмана, образы, нарисованные фантазией, следует рассматривать как автономные и богоподобный.Это, мягко говоря, ненаучное представление о том, что обесценивает юнгианское представление о независимой реальности психики. В архетипы не только сокращаются до изображений , но также, как говорят, имеют их прототип не в психике, а в трансцендентной сфере, вне природа. Кроме того, согласно Х., современные психологические теории (т. Е. Другие теории, чем его собственная) потеряли свою ценность, поскольку он сам не может вывести никаких чувство «прекрасного» с научной точки зрения.Х. пренебрежительно относится к другим психологические школы и говорит:

Опять же психология терпит неудачу в том, что изучает. Ни социальная психология, ни экспериментальная психология, ни терапевтическая психология. найти место для эстетической оценки истории жизни. (Hillman, 1996, стр.35)

Как свидетельство попытки этой книги выход из морга — это отсутствие на этих страницах современного языка психологии. За исключением случаев, выделенных кавычками, которые следует избегать заражая приговор психологическими недугами, вы не найдете ни одного этих инфекционных агентов […] Немногое упоминание об «эго», «сознании»,… (там же.)

… «материал корпуса», «эго» развитие »,« психотерапия », даже« одержимые анимусом »и «Негативная мать» — умрут на наших губах. Мы больше не можем им дать вера; они потеряли убежденность; они больше не являются речью, несущей душу. Этот язык мертв […] Из-за своего собственного языка психология становится антитерапевтический, инструмент нового мещанства, называемого «общественное мышление». здоровье, распространяющее психическое заболевание […] Мы больше не верим, что психология говорит за душу.(Hillman, 1998, стр.122-23)

Феноменологический Неоплатонизм

Поскольку встречаются противоположные крайности, Hillman’s сильный феноменологическая точка зрения сама по себе сочетается с неоплатоническими концепциями, тем самым создавая непонятную солянку, характерную для эстетическая парадигма . Хиллман утверждает, что изображения приобретают автономию и действуют по собственной воле, подобны богам. Боги и богини на самом деле часть «архетипической психологии» Хиллмана.”Х. говорит:

Предоставляя божественный фон персонажей и силы для каждого комплекса, это [политеистическая психология] будет стремиться меньше собирать их в единое целое… (Hillman, 1981, p.197)

[The] архетипы психики, как фундаментальные структуры воображения или как фундаментально образные явления [являются] трансцендентными для чувственного мира по своей ценности, если не их появление. (Hillman, 1997, с.12)

Hillman заново представляет концепцию анимы mundi, мировая душа неоплатонизма, и говорит:

[Психология] — это слышать психику говоря через все вещи в мире, тем самым восстанавливая мир как место души.(там же, стр.25)

Исцеляющее или спасительное видение архетипическая психология фокусируется на душе в мире, которая также является душой мира ( anima mundi ) […] Искусственное напряжение между душой и мир, частный и общественный, внутренний и внешний, таким образом, исчезает, когда душа as anima mundi , и его создание находится в мире. (там же. стр.35)

Феноменологам не только естественным объекты, но также психологические объекты (содержание) или «идеальные» объекты, как любой вид абстрактного принципа, их можно сделать осознанными, то есть они могут становятся полностью воспринимаемыми.Таким образом, это не просто представление психический объект — это — это , на самом деле явный психический объект.

Такой феноменологической точки зрения нет. созвучна аналитической психологии. Юнгианские теоретики подчеркивают, что архетип, как нуминозное существо, не может быть полностью осознан. Архетипический чувство не может быть точно определено на изображении, которое всегда будет оставаться точным и убедительно со временем. Образ манифеста не может считаться психическим содержанием, полностью интегрированным с сознание.Но, согласно психологии Хиллмана, это действительно так.

H. Говорят, что снижает важность осознанного понимания. И все же Hillman’s сведение психического содержания к метафорическому образу имеет обратный эффект, поскольку метафорический образ полностью воспринимается сознанием. В противоположность этому юнгианское представление о Символ более глубокий. Символ нельзя полностью понять, прибегая к абстрактные сознательные категории. Это должно быть испытано и дифференцировано, используя активное воображение и усиление.Вопреки тому, что говорит Х., контент никогда не бывает просто изображением. Фактически, это можно понять символически. Символ всегда связаны с другим содержанием, лежащим за пределами сознания. Hillman’s феноменология подразумевает обесценивание бессознательного. Сегодня многие люди приобрели глубокий опыт бессознательного. Они могут проверить, что изображения расширяемы и имеют трансцендентный символический характеристики.

Демониак владение

Неоплатонические концепции Хиллмана являются усилен в Код души , где он, среди прочего, утверждает, что преступность проистекает из плохих семян, i.э., чрезмерно сильный демонический сила потустороннего происхождения, с которой не справляется слабая личность. Хиллман исповедует примитивистскую психологию («теорию желудей»). это можно приравнять к дохристианским представлениям о демонической одержимости. Если люди должны были воспринимать Х. всерьез, это означало бы возвращение охоты на ведьм. ЧАС. говорит:

Наконец, предотвращение демонической необходимости базироваться на невидимой земле «над миром», превосходя сама идея предотвращения….Мои представления о ритуале подсказывают способы уважая силу призыва. Они предлагают дисциплины, проникнутые более чем человеческие ценности, ритуалы которых будут затронуты красотой, трансцендентностью, приключения и смерть. Как лечит подобное — опять старая пословица. Мы должны идти навстречу откуда берет начало семя, и попытайтесь следовать его глубочайшей интуиции. Общество должен иметь ритуалы экзорцизма для защиты от Плохого Семени. Все же это должны также иметь ритуалы признания, которые дают демоническому место — другое чем тюрьмы — как Афина нашла почетное место для разрушительных, разъяренные кровью фурии посреди цивилизованных Афин.(Хиллман, 1996, с. 246)

Это подразумевает попытку примириться с демон , достигнув трансцендентной сферы с помощью ритуала чары. Х. говорит:

Пока наши теории отрицают даймона как зачинщик человеческой личности, и вместо этого настаивает на построении мозга, социальные условия, поведенческие механизмы, генетическая среда, даймон не уйдет в безвестность. (Там же, стр.243)

H.отвергает современные выводы психология, такая как важность воспитания, генетическая детерминация и т. д. cetera, и называет их «родительской ошибкой» и «материнским мифом». Х. открыто признает свою субъективистскую и ненаучную позицию:

Если мы с такой готовностью примем Мать-миф, тогда почему бы не другой миф, другой миф, платонический миф? книга предлагает? Не может быть сопротивление мифу, которое заставляет нас сопротивляться теория желудя, поскольку мы так легковерно проглатываем миф о Матери.Причина, по которой мы Я считаю, что сопротивление мифу о даймоне заключается в том, чтобы он стал чистым. Нет замаскированный под эмпирический факт. Он открыто заявляет о себе как о мифе. (Hillman, 1996, стр.67-68)

[Архетипическая психология] не начинается ни с того ни с сего. в физиологии мозга, строении языка, организации общество, ни анализ поведения, а в процессе воображения … (Hillman, 1997, стр.19 и 1992a, xi.)

Теория, вдохновленная пуэрами, тоже будет хромать среди фактов, даже потерпеть крах, когда встретятся с допросами так называемая реальность […] архетипическая психология обязана показать свою собственную мифические предпосылки… (Hillman, 1996, p.283)

Создание душ

Х. постоянно оспаривает юнгианский метод интроверсия. Способность разума создавать мир, то есть идея, что образы, нарисованные фантазией, становятся автономными и богоподобными, называется создание души, используя словарь Хиллмана.

Политеистическая аналогия и религиозный, а не религиозный […] Боги воспринимаются по существу, как основы, так что психология указывает за пределы души и никогда не может быть просто агностик […] Следовательно, Боги — это Боги религии, а не просто номинация, категории, устройства без машины.Их уважают как силы и личности и создатели ценностей […] В архетипической психологии воображаются Боги. Они есть подходили с помощью психологических методов персонификации, патологизации и психологизация. Они сформулированы неоднозначно, как метафоры способов опыт и как сверхъестественные пограничные личности. Это космические перспективы в в котором участвует душа. (Hillman, 1997, стр. 44-46)

Автохтонное качество изображений как независимо от субъективного воображения, которое воспринимает Идея Кейси на шаг впереди […], но затем приходит осознание того, что изображения независимо от субъективности и даже от самого воображения как умственной деятельности.(там же, стр.15)

Такого творения души, якобы, быть не должно. путают с интроверсией:

Вы создаете душу, живя жизнью, а не уход от мира во «внутреннюю работу» или за пределы мира в духовном дисциплины и медитация… (Hillman & Ventura, 1992b, p.50)

[Терапия,] подчеркивая внутреннюю душу и игнорирование внешней души поддерживает упадок реального мира. (там же, стр.5)

H.рассматривает интровертную точку зрения как отрицающий жизнь. Это противоречит Юнгу, который рассматривал интровертную жизнь как имеющий такую ​​же значимость, как экстравертная жизнь. Он подчеркивает снова и снова, что бессознательное должно быть прожито, не просто проанализированы. Анализ — подходящий инструмент до определенного момента, но поскольку бессознательное также содержит будущее — а не только прошлое — нужно найти миф о принадлежат и позволяют бессознательному развиваться вместе с сознанием посредством активное воображение и с помощью различных средств выражения, таких как живопись, для пример.Однако это не , а не , подразумевающее, что окружающий мир и своих собратьев следует раскрасить в субъективистские цвета и сделать так, чтобы красиво по собственным меркам, как утверждает Х. Существование с научной точки зрения это лучшее средство защиты окружающей среды и товарищи мужчины. «Мир, любовь и понимание» проистекает из способность быть объективным; видеть вещи и людей такими, какие они есть на самом деле. От при таком объективном понимании можно встретить реальность и других людей в адаптивная мода, тем самым оказывая реальное влияние на окружающее.

Наши сознательные способностей недостаточно, чтобы контролировать реальность. В современном мире мы балансируя на грани катастрофы. Однако есть мощная мудрость. к которому мы можем обратиться за советом. Самость обладает всеми силами психики. в его распоряжении, включая вековую мудрость коллективного бессознательного. Однако Хиллман отвергает понятие Самости и представляет свою так называемую «психологический политеизм». Он утверждает, что представление Юнга о интеграция личности — это выражение монотеистической «теологической темперамент »и вместо этого исповедует диссоциацию личности.ЧАС. говорит:

Предоставляя божественный фон персонажей и силы для каждого комплекса, это [политеистическая психология] будет стремиться меньше собирать их в единое целое и больше объединять каждый фрагмент согласно своему собственному принципу, отдавая каждому Богу [и Богиню] должное перед этим пропорция сознания, тот симптом, комплекс, фантазия, требующая архетипический фон. Он принял бы множество голосов … без настаивая на объединении их в одну фигуру, а также принять разобщенность процесс в разнообразие как равный по ценности процессу коагуляции в единство.Языческие боги и богини будут возвращены в психологическую сферу. (Хиллман, 1981, с.197)

Это, конечно, вряд ли целесообразно, когда лечение психических заболеваний, поскольку неврозы и психозы являются выражением диссоциация личности. Есть один правильный способ добиться исцеления мир и личность. Это добраться до источника мудрости, т.е. внутрь к единству бытия — Самости. Больше экстраверсии в сегодняшнем мир, следуя повестке дня Хиллмана, никоим образом не рекомендуется, поскольку народы сознательные способности вряд ли смогут справиться с ситуацией.Сознание могло двигаться в неправильном направлении. Поворачивая внутрь к «анима мунди» человеку дается голос, который эффективен в изменении внешнего мира. В противном случае люди будут иметь только при их избавление от старых истин и старых инструментов коллективного сознания. Они становятся неэффективными.

Открытость коллективному бессознательному волеизъявлению предоставить людям картину будущего и стоящих перед ними проблем. Без мудрости Самости мы путешествуем в будущее с завязанными глазами.В этих дней это довольно опасно. Согласно Юнгу, ядовитые коллективные идеи компенсируется бессознательными образами. Таким образом, при рассмотрении коллективных представлений необходимо учитывать индивидуальную психологию. Вопреки аргументу Хиллмана, невозможно исцелить и исправить коллективные сознание, не заглядывая в бессознательное человека. Этот потому что компенсаторное содержание возникает из бессознательного физическое лицо. Исцеляющая сила проявляется (1) в человеке посредством интеграция бессознательного содержания и (2) последующее рассредоточение компенсаторные идеи и образы (в сознательно дифференцированной форме) в коллективное сознание.Следовательно, отказ Хиллмана от метода интроверсия контрпродуктивна.

Тенденция делать богиню из anima mundi основывается на аргументе, что психология отдаляет людей от мира. Удаляя смысл и истину из психики и объективируя ее в анимистической манере, Х. считает, что люди будут смотрите наружу и относитесь к миру как к великодушной богине. Юнг возражал против создания богов и богинь из бессознательных фигур, потому что мы не должны становиться воланом бессознательных сил (ср.Юнг, 1972, пар. 395). это контрпродуктивно.

Ошибочно рассматривать интроверсию как угроза обществу, то есть сделать вывод о том, что люди будут воздерживаться от участия в предметы первой необходимости. Интроверсия — это не то же самое, что регресс. Он не порождает отчужденных людей, которым не хватает заботы. для мира и других людей. Интроверсия — необходимый инструмент в обучении познать себя. Таким образом преодолевается отчуждение, что позволяет людям лучше адаптироваться к миру.Надеемся, что в бессознательном они смогут найти ключ к будущее. Вопреки тому, что говорит Хиллман, интроверсия — действительно лекарство от отчуждение.

эстетическая парадигма

Также неверно то, что делает вывод Х. о том, что Психология навязывает идеи целенаправленности пациента, например, «анима должна быть интегрирована» и так далее. Это преувеличение. Юнг подчеркивает, что необходимо смотреть на компенсирующее содержание в без сознания.Если бессознательное не сочувствует анализу в традиционная форма, надо признать. Например, если пациенту-трудоголику необходимо немного поваляться на солнышке на пляже, тогда необходимо прислушивайтесь к бессознательному и не навязывайте пациенту какие-то жесткие концепции. Бессознательное компенсирует сознательное точка зрения — это ключ предложение к пониманию аналитической психологии.

Для сравнения: Hillman’s психологию следует заклеймить как догматическую, поскольку она ведет к переоценка экстрасенса образов. Характерен для пуэра aeternus (вечная молодость), которому сложно адаптироваться к повседневной реальности. В Душа Код H. говорит о художественном демоне в каждом из нас и о том, как мы должны стараться и находить красоту вокруг нас, пытаясь любить то, что мы видим. Но в этом нет ничего нового. Это — всем известная концепция художника и поэта. Западное общество всегда кишел мечтателями, которые имели субъективистский и романтический взгляд на мир.Многие из них всю жизнь продолжают жить как пуэров, сидит под дубом, пишет стихи. В этом нет ничего плохого при условии, что делается в унисон с бессознательным. Однако в психологии есть не существует явных истин. Всегда нужно рассматривать бессознательное как компенсацию. сила. Необходимо беспристрастно подходить к жизни, пытаться обнаружить, что есть в бессознательном. подготовлено заранее.

Хиллман избегает этого опасения по отношению к без сознания.Вместо этого он строит догму на основе конкретного случая; эстетика зачатие. Но это средство только в особых случаях и, возможно, во время определенный период в течение жизни человека. Подход Хиллмана догматичен, то, что Юнг категорически отвергает. На самом деле, взгляды Хиллмана политически зловещие и сопоставимы с взглядами Ланца фон Либенфельса, который воспитывал Гитлера на понятиях «прекрасного». и субъективистский мир, который будет следовать разрушение существующего общества.Хиллман говорит:

Призыв из вечного мира требует, чтобы этот мир был перевернут, чтобы восстановить его близость к Луна; безумие, любовь, поэтика. (Hillman, 1996, стр.282)

Как следствие, представление Хиллмана о поэтическом основа разума, который смотрит на все глазами воображения, — это потенциально довольно злой. Это ненаучная точка зрения, согласно которой все мировоззрения и человеческие действия являются выражением субъективных фантазий.Мы живем в большая фантасмагория, так сказать. Это привлекательно для артистической личности. Художник-фанатик хочет создать свой собственный фантастический мир, а не относящиеся к объективной серой реальности. Фактически, Хиллман стремится архетипическая психология «на улице», что делает ее коллективной догма. Каждый мужчина должен стать поэтом, который создает себе фантастический мир, тем самым делая мир «красивым и приятным». Это было на самом деле случай во времена Третьего рейха.Среди нацистских воротил было много художников, чьи взгляды на мир были полностью субъективистскими. Новый мир, который они хотели создать, состоящий из красивой арийской расы, величественной архитектуры в «Чаушеску» стиль », странные языческие ритуалы с элементами скандинавской мифологии и масонства, и так далее.

Анимизм

Представление Хиллмана о мировой душе независимость от человеческой души представляет собой возврат к дохристианскому мировоззрение, включающее магические средства исцеления, вызывающие проливной дождь танец дождя и так далее.Это древнее религиозное отношение, известное как анимизм , несовместимо с современной наукой. Вызывает недоумение то, что человек вроде Хиллмана, обвиняющего Юнга в «метафизизме», сам присоединяется к таким архаичным представлениям. Если бы такой регресс произошел, он бы пагубные последствия. У людей разовьется детская отношения к миру, что опровергло бы понятие интроверсии как ключ к исцелению коллективного сознания.Предотвращение засухи из-за дождя танец гораздо менее эффективен, чем представление Юнга об интроверсии. Интроверсия представляет собой зрелое отношение, потому что человек понимает, что Я сам несут ответственность за интеграцию компенсирующего содержания, поступающего из без сознания. Если бы больше людей последовало этому призыву, можно было бы справиться с экологическими угрозами, такими как засуха, за счет повышенная ответственность за окружающую среду. Мы бы научились предвидеть сложные проблемы, а также рождают компенсирующие образы и идеи внутри коллективное сознание.Как следствие, больше людей примет новые идеи экологического форсайта.

«Архетипическая психология» представляет собой возвращается к наивному анимизму и трагически устраняет господство психики. Своими ненаучными концепциями он порождает примитивный моральный дух. Х. принадлежит устаревшая философская школа субъективизма. Он говорит нам посмотреть мир как имеющий независимую душу, подобную душе человека. Но на самом деле anima mundi есть в каждом человеке.В каждом из нас есть вечность. Юнгианский Психология отстаивает господство психики. Анима мунди должна быть понимается как независимая экстрасенс реальность. Если мы решим его овеществить, рассматривая его как туман, окружающий землю, равносилен проекции. Анима Средневековые алхимики приравнивают mundi к Меркурию. Меркурий экстрасенс реальность, и может считаться архетипом бессознательного. Если мы решим просмотреть Анима мунди как полностью независимая реальность, мы делаем из нее богиню.Это равносильно регрессу к язычеству. Поскольку современным людям трудно переваривать тот факт, что они сами содержат все, чего можно желать, они часто очарованы модернизированными языческими идеями. Таким запутанным способом психологические представления сохраняются в размытой форме, но в то же время моральное обязательство избегается совладания с внутренней реальностью. Это просто современная форма язычества в психологическом условия. Он представляет собой возврат к языческой вере в духов, которую мы сегодня считаем. как психологические проекции.С другой стороны, современная точка зрения предполагает возвышение психики.

Стоит ли придерживаться классической Юнгианской психологии и заявляют о существовании психики как в значительной степени независимая реальность, и что психика индивида содержит дух мир, то мы говорим в пользу психики. Так психика приобретает надлежащий статус. Если бы сегодняшняя потерянная индивидуальная душа осознала, что психика вполне реальна и неизмеримо, он перестанет несколько раз путешествовать вокруг Земли ищу анима мунди . Средневековые алхимики непрестанно объяснил, что prima materia можно найти непосредственно за пределами вашего порог. Считается, что prima materia содержит в себе anima mundi. Таким образом, уже в средние века люди интуитивно понимали реальность психики.

Феноменология

Сегодня наблюдается сильная тенденция к делая юнгианскую психологию общим названием для совершенно разных систем, которые, хотя на первый взгляд они кажутся родственными (из-за схожей терминологии), их ядра совершенно не похожи.Устранение концепции врожденный архетип поражает суть психологии Юнга. Это можно сравнить с экономистом, изобретающим новый «капиталистический» экономическая система, устраняющая бесплатную фиксацию цен. Конечно, удаление бесплатное установление цен и замена его институционализацией этой функции это откровенный коммунизм.

Подобным образом Хиллман указывает в совершенно ином направлении, чем Юнг. Утверждение, что архетип бессознательного и любое явление может быть фиксируется сознанием, влечет за собой, что сознательный разум предназначен превзойти весь космос.Таким образом, когда Хиллман утверждает, что Юнг метафизический, на самом деле все наоборот. Хиллман имеет охватывающий космос взгляд на мозг и его сознательные возможности. Можно утверждать, что Хиллманианцы сводят все к изображениям, но сокращение любого содержания к изображение требует вывода Хиллмана о том, что цель состоит в том, чтобы просто сделать осознает то, что существует в бессознательном.

Однако, по данным аналитических психологии, целостный человек одновременно сознателен и бессознателен, то есть баланс должно быть достигнуто.Сознательный разум не может вместить в себя все, что противоположно психика и космос. Поскольку сознание не предназначено для этого (это не Бог) цель состоит, скорее, в достижении некоторого чувства единства сознания и бессознательное за счет обращения к трансцендентной функции (здесь). В Фактически, в этом отношении юнгианская психология сродни восточной философии Даосизм и дзен-буддизм, которые защищают форму «сознательного бессознательное состояние ». Например, в дисциплинах дзен чайной церемонии и стрельбу из лука адепт выполняет бессознательно с большим мастерством, почти как Кот.Сознательной решимостью он приобрел объединение сознательных и без сознания, так что он может действовать без колебаний. Это зависит от того, что исполнитель не осознает эго и воздерживается от взгляда. на его движения сознательным взглядом, так сказать, «над собой». В в эти «святые моменты» он переживает это единство, которое в чувство, родственное юнгианскому идеалу. Возможно, Хиллман оспаривает духовную мудрость мира.

Puer Aeternus

Психология Хиллмана, которая является версией эстетическая парадигма привлекательна для человека, которому не хватает моральной силы соответствовать внешним требованиям жизни и внутренним требованиям бессознательного.Отказ от прогнозов — болезненный процесс, поскольку влечет за собой потерю импульс и смысл жизни. Тем не менее, согласно Юнгу, необходимо отозвать прогнозы, даже если это приведет к nigredo , средневековому алхимическому термину, обозначающему своего рода психический опыт смерти. Из этого рождается новое ощущение мира в альбедо . Когда Гаутама Будда отказался от всех своих проекций и был готов войти нирвана , он был удивлен, обнаружив, что в нем возникла новая любовь к миру.Джеймс Хиллман уклоняется от морального обязательства уйти прогнозы. Вместо этого он поддерживает их искусственно живыми с помощью своего puer aeternus . психология, согласно которой мир — детская площадка для индивидуальное воображение. Х. продвигает психологию puer aeternus, такое же отношение, о котором предупреждают Юнг и М.Л. фон Франц. ЧАС. говорит:

Я связал теорию желудей с ее образ основания и связал образ основания еще дальше с мифическим конфигурация называется puer eternus.(Хиллман, 1996, стр.285)

Желудевая теория биографии кажется возникли и говорят на языке puer eternus, архетипе вечная молодость, олицетворяющая вневременную, вечную, но хрупкую связь с невидимым потусторонним миром… (там же с.281)

Теория, вдохновленная пуэрами, тоже будет хромать среди фактов, даже потерпеть крах, когда встретятся с допросами так называемая реальность, которую занимает классический противник пуэра, фигура серолицого царя Сатурна, старый твердолобый, твердолобый, в каске.Он хочет статистика, примеры, исследования, а не изображения, видения, рассказы […] Этот вид саморефлексия относится к психологическим методам. В отличие от методов, используемых другие дисциплины, постулируя свои идеи, архетипическая психология обязана показать свои мифические предпосылки, как он задает свой первый вопрос в этом дело миф о желуде. (Там же, стр.283)

Х. признает, что его взгляды являются фантазиями, которые не могут быть подтверждены фактами. Однако он предупреждает любые критику в довольно детской манере puer aeternus , говоря, что любой Оппонентов его субъективных взглядов следует рассматривать как «крутых».” Удивительно, но он ожидает своих собственных фантазий, несомненно, вытекающих из его собственных. личный темперамент, который следует воспринимать как истину. Должны ли тогда быть другие мыслители рассматриваются как «хардеры», если они решат определить свои собственные субъективистские фантазии и в конечном итоге противоречат идеям Хиллмана?

C.G. Юнг предостерегает от позволения личный темперамент человека определяет его теории. Он также отвергает односторонняя «платоническая» интерпретация архетипа. Юнг говорит:

В прежние времена, несмотря на некоторые несогласные мнение и влияние Аристотеля, понять было не так уж сложно. Платоновская концепция Идеи как надстройки и предсуществующей для всех явления.«Архетип» — это далеко не современный термин. использовались до времен святого Августина и были синонимом слова «идея». в платоническом употреблении. Когда Corpus Hermeticum, который, вероятно, датируется из третьего века, описывает Бога как […] «архетипический свет», он выражает идею о том, что он является прообразом всего света; то есть предсуществующий и сверхъестественный по отношению к явлению «свет».
Был ли я философ, я должен продолжить это платоническое направление и сказать: где-то в место за пределами небес », существует прототип или изначальный образ мать, которая предсуществует и выше всех феноменов, в которых «Материнский» в самом широком смысле этого слова проявляется.Но я эмпирик, а не философ; Я не могу позволить себе предположить, что мои своеобразный темперамент, собственное отношение к интеллектуальным проблемам, повсеместно действительный. По-видимому, это предположение, в котором только философ может потакать, который всегда считает само собой разумеющимся, что его собственный нрав и отношение универсальны и не признают того факта, если он сможет этого избежать, что его «личные уравнение »определяет его философию. (Юнг, 1969, пар.149)

Юнг отвергает наивное «платоническое» интерпретации архетипа, и он отвергает «философов», которые мыслить таким субъективистским образом.Юнг называет себя эмпириком и, по его мнению, архетипы принадлежат психике. (Тем не менее, позже Юнг поддержал неоплатоническую интерпретацию, согласно которой архетип как таковой лежит в основе как материи, так и психики. Тем не менее, это сильно отличается от точки зрения Хиллмана.)

В этой связи заслуживает внимания еще один автор. упоминание. Это Эдвард Ф. Эдингер, который тоже потустороннее толкование архетипа.Он утверждает, что Самость создана эго, и ему удается свести индивидуацию к «формированию эго» (Edinger, 1985, p.218). Его понятие «воплощение» подразумевает, что индивидуум, как и актер, должен пройти разные стадии (анима этап и т. д.) метафорически. Это тоже эстетическая концепция, но это человек, который сам является произведением искусства, как актер театра. Итак, Эдингер примерно та же техника уклонения от морального долга, что и Хиллман. Когда Самость «воплощается» в эго, индивид совершает акт полностью индивидуализированный человек.Это «имитация» Себя. Цель состоит в том, чтобы убедить себя, что вы прошли через все «алхимические» процессы и достигли конечной цели. Согласно эстетической парадигме нет необходимости проходить процесс по-настоящему — вместо этого должен имитировать. И Хиллман, и Эдингер исповедуют «имитацию жизни». Соответственно, Эдингер произвел «сверхъестественное впечатление», и впечатление о «подавляющей психике», по словам одного из его коллеги.Другой известный человек, который также придерживался подражательной парадигмы, был император Нерон, считавший себя самым красноречивым актером. Он также был образец зла.

Вампиризм

Хиллман отвергает психоанализ. Он даже написал книгу под названием «У нас было сто лет психотерапии и мир становится хуже «. Он говорит, что мы должны перестать говорить о росте вверх и вместо растут вниз (всем известный puer aeternus устройство).Х. говорит, что другие психологи детерминированы и что они всегда говорят о врожденных качествах, которые формируют будущее личности, придание веса комплексу, приобретенному с детства, и т. д. Hillman упраздняет все это и вместо этого стремится поднять воображение. Якобы человек должен жить, создавая фантазии, избегая морального испытания сила, которая приходит с бессознательной встречей. Х. использует все возможности, чтобы осудить христианство. Он хочет вернуться к обожествленному миру, политеистическому мир, и отвергает психологическую необходимость роста эго сознание.Индивид должен оставаться ребенком, коллективным существом. ЧАС. говорит:

[Когда] идея прохождения через иерархические этапы приостановлены, будет больше терпимости для нерастущие, не восходящие и неупорядоченные компоненты психики … Тогда мы можем обнаруживают, что многие из судебных решений, которые ранее назывались психологические были скорее теологическими. (Хиллман, 1981, с.198)

[Когда] монотеизм сознания больше не в состоянии отрицать существование фрагментарных автономных систем и больше не в состоянии иметь дело с нашим настоящим психическим состоянием, тогда возникает фантазия о возвращении к греческому политеизму.(Хиллман, 1992a, стр. 27)

Рост предлагает спасение от чего теория развития догматически объявила нашей основной природой, беспомощное и исполненное надежд состояние, называемое «мое внутреннее дитя» … Рост равен светскому спасение. (Hillman & Ventura, 1992b, стр.70)

Однако индивидуация в истинном смысл, зависит от отрешенности от коллективного сознания. Из этого следует также освобождение от коллективной тени. Образно говоря, это могло быть рассматривается как вампир ; подражатель жизни, лишенный внутренней жизни источник, который должен черпать энергию (кровь) из окружающей среды, в том числе другие люди.Популярность и актуальность мифа о вампирах проистекает из реальных природа сегодняшней коллективной тени. Отношение к подражанию жизни отстаивает Джеймс Хиллман, который исповедует общительный характер кто должен быть полностью субъективистом при взаимодействии с окружающей средой. В окружение должно подчиняться собственным субъективистским взглядам и желаниям, игнорирование объективных поз других людей. Даже слова и предложения неприемлемо, если они некрасивы.Х. говорит:

… «материал корпуса», «эго» развитие »,« психотерапия », даже« одержимые анимусом »и «Негативная мать» — умрут на наших губах. Мы больше не можем им дать вера; они потеряли убежденность; они больше не являются речью, несущей душу. Этот язык мертв […] Из-за своего собственного языка психология становится противной. терапевтический инструмент нового мещанства, называемого «общественная психология». здоровье, распространяющее своего рода психическое заболевание […] Где диалог? Тем более, где психологический диалог? Мы еще жаждем психических переживаний сомневаюсь в психологическом языке.Что случилось с этим языком психологии во времена безупречной коммуникативной техники и демократического образования? Почему его языковая игра отошла от игры души? Мы больше не верим в это психология говорит за душу. (Hillman, 1998, стр.122-23)

Якобы по Хиллману нужно рисовать энергия от слов и внешней реальности, и если никто не получает «толчок» от них они должны считаться бесполезными. Если из слов Юнга или М.Л. фон Франца больше нельзя извлекать какие-то чувства, то они, как утверждается, не имеют никакого значения. ценность.Он постоянно исповедует субъективистскую эстетическую парадигму, согласно которой мир раскрашен в субъективные цвета, чтобы можно было наслаждаться за чужой счет. Но у такого человека нет внутреннего солнца. Он живой мертвец; образно говоря, вампир. Эта темная фигура — ужасающая тень Hillman’s puer aeternus.

тень пуэра Aeternus

Присмотримся к тени пуэра. aeternus, используя мифологический язык. Опираясь на миф о вампире, мы может сделать вывод, что такой человек не ведет настоящую жизнь.Его душа мертва, так как он отверг интроверсию, то есть внутреннюю жизнь. Вместо этого он идет подражая жизни как актер, рисуя субъективистское мировоззрение. Такой подражатели духовной жизни соглашаются с Хиллманом и осуждают интроверсию как нарциссизм (это проекция). Вместо этого они пытаются сделать религию из всего внешняя реальность. Вампир — коллективистский массовый человек, всегда склонный к издевательства, как только он обнаруживает какие-либо признаки индивидуального сознания.Он возвышает поэзию до истинной реальности и даже относится к словам авторов как если бы они были поэзией и никогда до конца не понимали, что такое аналитическая психология все о. Он хочет, чтобы психология стала предметом религиозного рвения, и если психологические термины утратили религиозное значение, то они не имеют никакого смысла. ценность.

Вместе с искренними прихожанами христианство подобного рода подражателям духа, утоляющим их кровожадность, позволяя им кровь Христа в Евхаристии.Но когда христианство потеряло свою хватку, духоподражатели, так сказать, излились из Церкви и начали творить вся реальность в религиозное пространство; место для имитации жизни как все. Это вампиризм , дьявольское зло, которое есть у Церкви. до сих пор держался в страхе. Хиллман выступает за то, чтобы сделать весь внешний мир религиозным. пространство, раскрашивая его в субъективистские краски, имитируя жизнь актером. Хотя Хиллман не особенно важен, его идеи убедительны для всех. подражатель жизни, который в этих идеях может найти способ уклониться от моральных обязательств даровано человеку самой жизнью.

Проблема коллективизма психология сегодня необъятна. Обращаясь к интроверсии, мы действительно сможем понимать и ценить других людей. Однако подражатель жизни отвергает истину. интроверсия. Солнце коллективного сознания сегодня светит так сильно, что большинство людей не знают альтернативы имитированной жизни. Таким образом, они видят любые выражение индивидуального сознания как патологического. Последователи этого злая и устаревшая парадигма превращается в духовных карликов в процессе индивидуации определенно тормозит до полной остановки.Любой человек, идущий по истинному пути индивидуации сразу же определяется как изгой. Вот почему путь индивидуации так громоздко в современную эпоху нарциссизма.

Заключение

Психология Хиллмана не должна упоминаться как юнгианская психология, ни как постъюнгианская психология. Нужно давать вещи свое собственное имя, иначе все станет неясным, и студенты сбит с толку. Х. придерживается совершенно иной парадигмы, родственной к религиозным дуалистическим концепциям, опираясь на телеологию, тогда как Юнг (или пытается быть) научно эмпирическим.Юнг и Хиллман указывают на разные направления, ведущие к совершенно разным взглядам на человека и, следовательно, к разные виды морали. Философия Хиллмана подвергается резкой критике и полностью устаревший субъективный идеализм. Х. отвергает научный метод, вместо этого пропагандируя метод субъективистской фантазии, побуждая людей оставаться в ребяческое отношение к миру. Несмотря на отрицание Хиллмана научной парадигмы, тем не менее, он доказал свою эффективность в лечении люди в традиционной психотерапии, иногда с помощью психофармакологическая медицина.Хотя существует потребность в обновлении сегодняшнего научная парадигма, это все равно что прыгнуть со сковороды в огонь, если мы примем устаревший политеизм Хиллмана. Что желаю сегодня — новая парадигма , но не устаревшая.



© Матс Винтер, 1999.

Дополнение

Архетипическая психология — это разновидность юнгианской психологии быстрого питания. Это поверхностно и не имеет питательной ценности.Следующий сон, снятый мне чуть ли не за двадцать, иллюстрирует то, что я имею в виду.

Я посетил какое-то собрание нью-эйдж среди ночи. Вместе с другими людьми я вошел в летающую тарелку, которая резко подбрасывала нас в воздухе. Во время этого опыта я на какое-то время пришел в сознание. Когда я вернулся домой с праздника, я почувствовал себя равнодушным и немного разочарованным. Пробираясь через темный лес, я миновал небольшой мост через ручей.Моя штанина коснулась одинокого маленького цветочка, зимородки песчанки (это маленький цветок, который растет в северной Европе, Trientalis europaea L. , «Skogsstjärna» — лесная звезда). Это был любимый цветок Линнея. При прикосновении лесная звезда тут же распускала лепестки, что произвело на меня сильное впечатление.

Эта формально незначительная лесная звезда казалась гораздо более значимой, чем великое духовное собрание с летающими тарелками и т. Д.Значит, коллективная духовность сыграла свою роль, и мне нужно искать одинокую лесную звезду. Возможно, Хиллман играет роль в духовном развитии человека на начальной стадии духовности, но в какой-то момент нужно уйти. Это языческая и политеистическая духовность, потому что она представляет собой второстепенную форму духа, которая соответствует стадии духовного роста. Переход на более высокий духовный уровень не означает коллективного осознания духовной истины.Все наоборот. он находит в темном лесу забытую лесную звезду, ожидающую прикосновения. Лесная звезда означает личную форму духовности, способствующую индивидуализации. Духовная тайна — это «маленькая тайна», которую легко недооценить и упустить из виду. Это понятие занимает центральное место в средневековой алхимии и мистицизме. Этим он отличается от общего духа религии.

Драгоценный Камень ( ляпис ) — ничтожная вещь, которую можно найти за порогом дома.Если бы это осознание укоренилось в психологии, это принесло бы большую пользу здоровью пациента. Поскольку психотерапия компенсирует упадок религиозной формулы психического исцеления, необходимо, чтобы она использовала ее особую силу, которой сегодня не хватает религии, а именно личный духовный путь. Хиллман и архетипическая психология поддерживают лицевую форму духовности, уходящую корнями в грандиозные и воздушно-сказочные идеи. Это регрессивное решение, которое Хиллман с готовностью признает:

[Когда] монотеизм сознания больше не может отрицать существование фрагментарных автономных систем и больше не может иметь дело с нашим фактическим психическим состоянием, тогда возникает фантазия о возвращении к греческому политеизму.(Хиллман, 1992а, стр.27)

Однако возвращение к устаревшей религиозной точке зрения не является долгосрочным решением. С точки зрения психологии, единственный правильный путь — это личный духовный путь, по линии мистика, обращенного внутрь себя. Однако проблема усложняется тем, что многие люди в западном мире и большинство людей в мире не имеют склонности идти индивидуальным путем. Поэтому религия остается для них существенной. Индивидуация — это не выбор для большинства человечества, потому что они должны принадлежать к группе и оставаться частью коллектива.Факторы местной психической экономики опровергают понятие индивидуации, которое проблематично с теоретической точки зрения. Индивидуация, которая является центральной темой психологии, является альтернативой только части населения. Тем не менее, возврат к античному образу мышления, по словам Хиллмана, оборачивается катастрофой, как это видно из эксперимента «Сила цветов» шестидесятых годов. Можно утверждать, что юнгианская психология имеет романтический уклон. довольно вредно. Но это именно то, на чем Хиллман извлекает выгоду и увеличивает до чудовищных размеров.Эффект таков, что романтическая перспектива становится основа его психологии.

Призыв из вечного мира требует, чтобы этот мир здесь был перевернут, чтобы восстановить его близость к луне; безумие, любовь, поэтика. (Хиллман, 1996, стр.282)

Хиллман обращается к философам-романтикам XIX века, таким как Дж. Фихте (1762-1814). По словам Поля Рубичека (1898-1972), романтизм XIX века ответственен за за безумие, постигшее современный мир, с точки зрения тоталитарного идеологии и безудержный материализм (отрывок здесь).Хотя Хиллман выступает за возвращение к древнему политеизму, он кажется не иметь представления об исторических фактах. Люди в ту эпоху потеряли веру в традиционная форма религии. Христианство оказалось в религиозном вакууме и не имело реальных конкурентов. Римляне пытались пропагандировать культ императора, но это не сработало. Столетиями ранее Элевсинские мистерии были вынуждены вербовать прозелитов из проституток и бомжей, потому что люди потеряли интерес в тайнах.Они интересовались ими так же, как и мы, современные люди. Масонские тайны.

Примерно во времена Рождества Христова люди были довольно скучными и мрачными, как если бы они потерял всякую веру в жизнь. Они писали ужасные вещи на надгробиях, эффект, что их жизнь была совершенно бессмысленной. Римляне компенсировал это уныние поверхностными культовыми практиками, империалистическим экспансионизмом, карьеризмом, деньгами и богатством, богатством и оргии.Конечно, это не могло не иметь пагубных последствий. В «Сатириконе» Федерико Феллини изображает эпоху, лишенную надежды, опустошенную. развратом. Ему не хватало духовного направления, как будто он ждал Искупитель появится. Мы не желаем повторения этой эпохи. На ужин ключ Auditorium в Coconut Grove в марте 1969 года, Джим Моррисон, певец в The Двери, призывавшие посетителей заниматься сексом друг с другом, что многие из них ответил на. Прошло всего несколько лет, после возвращения романтического пуэра. aeternus в форме Цветочной Силы, пока не превратится в такой же разврата вкупе с мрачностью, которыми владел народ в начале нашей эры.Хиллман пытается найти регрессивное решение. Это тупик в духовном и психологическая теория. Он уже опробован и не работает. Не поддавайтесь этой химере.

М. Винтер, 2012.

Отзыв о Senex & Puer

Книга Хиллмана «Сенекс и пуэр» представляет новый архетип, а именно «сенекс-пуэр». Эмпирических данных мало. Можно было бы ожидать теоретического обоснования в виде снов, клинических примеров или идей других авторов, но Хиллман отверг научные понятия, такие как «факты».Он также не считает необходимым опираться на фундамент старых теорий. Таким образом, это теоретическое здание, возведенное на облаках в типичном стиле пуэр .

Он говорит, что senex является «корнем формирования эго», создавая архетипическую основу эго, которая является «senex-et-puer». В то время как положительное отношение и поведение отражают его единство, отрицательное отношение возникает из разделения архетипа на два архетипа, а именно сенекс и пуэр. Поддержание единства архетипа равносильно поддержанию целостности эго, потому что сенекс-пуэр является конститутивным элементом эго.Единство сохраняется за счет сокращения эго посредством бесконечного монолога или, скорее, диалога между составными частями архетипа:

Отвечая на свой вопрос, каждый — пуэр и сенекс. Когда сомневаешься в собственном ответе, — senex-et-puer. Два лица повернулись друг к другу в диалоге. Этот бесконечный диалог с самим собой и между собой и миром — это то, что держит человека в значении […] Любое решение, исходящее из обычного ума, было бы односторонним; это было бы решение, навязанное либо сенексом, либо пуэровским компонентом эго.Таким образом, эго сначала должно пройти архетипическую терапию расколотого корня. (Hillman, 2013, Kindle loc. 1001-28)

Заменив таким образом традиционную психологическую теорию зданием, основанным на его собственной невротической конституции, Хиллман продолжает отвергать «психологическую максиму интеграции тени». Вместо этого необходимо позволить тени опускаться вниз и загрязнять другие архетипы («сизигические тандемы»), такие как Аид, Зевс, Афина, Афродита и Дионис: «Именно в этих тандемах тень может быть интегрирована, а не нами, но в них »(там же.Kindle loc. 1818-19). Это, конечно, бросает вызов теории Юнга. Поскольку тень больше не является проблемой для эго, он приходит к выводу, что нужно дать волю пуэровскому оппортунизму и лжи:

В сознании пуэров склонность лгать, поступать коварно, отказываться от системы и обходить ее стороной кажется моральной проблемой. Аналитики считают, что оппортунизм принадлежит тени и является результатом слабого эго, которое не может встать на ноги и столкнуться с последствиями (как должен герой).Но если у оппортунизма есть архетипический субстрат, имеющий архетипическую необходимость в структуре пуэра, тогда мы должны переоценить психологическую функцию пуэрской хитрости и оппортунистической двуличности независимо от наших предубеждений о добре и зле […]
Теперь мы можем вернуться к оппортунизму с другой точки зрения. Это не просто случайность пуэровского существования. Оппортунизм — это способ жить в мире, создавая Меркуриальный космос […]
Дух пуэра — это голос момента, и дух пуэра мгновенно захватывает ситуацию.Этика ситуативна. Ситуационалистская этика позволяет человеку двигаться в соответствии с созвездием, как оно есть (а не так, как должно быть), так что для пуэровского сознания никакая ситуация никогда не становится «неправильной» или «невозможной». Всегда есть выход или выход. Каждая человеческая сложность и каждый психологический комплекс, воспринимаемый с точки зрения пуэра, представляет собой ситуацию, служащую своим собственным целям. Во всей психической жизни присутствует интенциональность, если ее воспринимать в терминах пуэра. Каждая ситуация всегда куда-то направляется.(Там же. Kindle loc. 1788-1838)

Как я могу оценить книгу Хиллмана «Сенекс и пуэр»? Он усложнил свою теорию, вдохновленную пуэром, но, по сути, это та же идея возведения невротической структуры личности в качестве идеала для психического здоровья. Фактически, если эго отождествляется с архетипом, это имеет невротические или психотические последствия. Не имеет значения, анима это, Самость или «сенекс-пуэр». Очевидно, что это невротическое решение, поскольку Хиллман регрессирует в книге и начинает пропагандировать ребяческие способы отношения к миру: нужно лгать и быть оппортунистом.Благородный характер героя отвергается. Герой больше не имеет ценности, потому что он предвестник нового сознания. Вместо этого бессознательное должно быть отключено посредством бесконечного невротического монолога.

Также отказывается от ответственности интегрировать тень (темные аспекты личности). Но тень не принадлежит «сизигическим тандемам». (Между прочим, это довольно нелепая идея.) Они даже не существуют как собственно архетипы. Хиллман не приводит никаких доказательств существования архетипа сенекс-пуэр.Если сенекс-пуэр является составной частью эго, почему я не испытываю его? И почему другие теоретики не открыли эту основу эго-сознания? Это ужасная книга: аморальная, нелогичная и полная специальных предложений, которые мы должны принимать за чистую монету.

М. Винтер, 2014.

Комментарий к критике Хиллмана Тейси

М-л фон Франц относится к отождествлению с «puer aeternus» (вечным молодежь) как невроз, принадлежащий к нарциссическому спектру (ср.фон Франц, 2000, стр.65; 148; 231). Джеймс Хиллман, однако, возвысил его как идеал, что привело его к столкновению с фон Францем. Дэвид Тейси в двух статьях в JAP сформулировал похвальный критика Хиллмана (Журнал аналитической психологии, том 59, выпуск 4, 2014).

Пора было! Хиллман — крайне противоречивый автор и очень разрушительно, в придачу. В конце концов, он отверг все основные постулаты. психологии. Индивидуация обесценивается как способ построения «Эго», а не «душа».Самость и стремление к целостности рассматриваются авторитарный и монотеистический идеал, обесценивающий «множественность душ ». Архетип переосмысливается как простой образ, нарисованный сознание, и поэтому утратило свою метафизическую основу в бессознательное. В своих более поздних работах он также оспаривает метод интроверсии и рассматривает интровертную точку зрения как отрицающую жизнь. Он даже выступает против самой дисциплины психотерапии.

Тем не менее, отрицать понятие Самости контрпродуктивно, потому что необходимо сохранять чувство целостности перед лицом разнообразное бессознательное и жизнь в целом.Именно этот фактор что позволяет нам держать поводья, тем самым позволяя нам выполнять «Множественность душ» в конструктивном смысле. Самость не исключает множественность, но позволяет нам относиться к ней.

Тейси показывает, что Хиллман, по всем данным, застрял в невроз детства, основанный на хорошо известном образце отсутствующего отца, властной матери. Невроз пуэр имел как следствие, что Хиллман выбросил все по-отечески и упорядоченно, включая научную строгость.Он не мог получить никакого чувства «красоты» с научных терминов. Вместо этого Хиллман выступал за аморальное и эстетическая установка puer aeternus. Тейси говорит:

Хиллман выступал за то, против чего предупреждал Юнг: увлечение анимой. и увлечение бессознательным за счет сознательного разработка. Позволить править аниме означало отказаться от целей развитие, социальная адаптация, нормативная мораль и разрешение Дионисийский экстаз диктовать условия жизни — и клинической практики. упражняться.Это дионисийское либидо и привело Хиллмана в беду. (Тейси, 2014a)

Интеллектуальная интерпретация и понимание были не в его вкусе, потому что это путь «серолицого царя Сатурна, старого твердолобый, упорный, твердолобый [кто] хочет статистику, примеры, исследования, не образы, видения, рассказы »(Hillman, 1996, с.283). Тейси говорит:

Хиллман хотел, чтобы мы наблюдали и наслаждались изображениями как эстетическими произведениями, и не интегрировать их значение.Юнг утверждал, что смысл психологическая жизнь должна была понять продукты бессознательного, и не восхищаться ими. Юнг думал, что понимание изображений построили сознание и душу, тогда как Хиллман думал, что это только построило эго. и контроль. (Тейси, 2014a)

Тем не менее, кредо Хиллмана о фантазии и эстетизме, как правило, не соответствует действительности. одобряется бессознательной психикой. Приведу собственный пример. в В начале двадцатых годов мое бессознательное проинструктировало меня интерпретировать мои сны.За Например, меня посоветовали решать ребусы. Итак, во сне я нашел Я перевожу изображения в слова. В другом сне я слушал Боб Дилан. Голос сказал мне, что «ты не должен только слушать музыка — внимательнее относись к словам! » Таким образом, сны меня ободрили преодолеть свое эстетическое отношение, характерное для мечтателя. Пока Я был очарован песней Сирены, бессознательное направило меня к скучный интеллектуальный анализ седовласого старого хардкара.Хиллман, однако редко, если вообще когда-либо, интересовался такими клиническими вопросами, и ни в одной из его работ нет тематических исследований. Тейси говорит:

На волне интереса, вызванной «Красной книгой», адвокаты забыл, что Юнг осудил эту работу как принадлежащую его Фаза «эстетизации»: «Я полностью отказался от этой тенденции эстетизации. время в пользу строгого процесса понимания »(Jung, MDR, стр.213). Этот аспект опыта Юнга не фигурирует в культе Красная книга, потому что ее промоутеры больше заинтересованы в эстетике чем понимание.(там же)

Примечательно то, как «отцовские аспекты» Психология воспринимается как препятствие среди постъюнгианцев, в целом. Конечно, архетипы — это «доминанты» без сознания; индивидуация — это «предписанный путь»; Самость — это «Требовательная цель». Таким образом, эти аспекты воспринимаются как нормативные веления как бы отцовского духа. В наши дни многие интеллектуалы принимают релятивизм во всех его формах и возражают против научный подход, который является очень аналитическим, регулирующим и законным, верно.

Я считаю, что есть стремление достичь превосходства. от потребностей жизни. Юнг усугубляет положение добавляя еще больше «предметов первой необходимости». Таким образом, они хотят Юнга без «Предметы первой необходимости». Тейси показывает, что именно это и сделал Хиллман: он сохранил эстетический, причудливый, экзотический Юнг и удалил отцовское боковая сторона. Поступая так, он беззастенчиво присвоил некоторые юнговские мысли как свои собственные, такие как идеи вокруг «anima mundi».По факту, Хиллман не очень-то был оригинальным мыслителем — он также много копировал из романтический идеализм и его потомок, а именно феноменологический философия. Тейси говорит:

Хиллман был Юнгом без индивидуации, без развития и без мужское начало. Был ранний этап карьеры Юнга, когда он был очарован чудесами бессознательного и соблазнами об аниме и ее способности увести мужчину в неизмеримые глубины. (там же.)

Хиллман возражает против идеи развития, то есть осознания сил бессознательного с целью сознательной интеграции. Тейси говорит:

«Верность» Хиллмана изображениям была впечатляющей. Однако результат был идеологическим отказом «интерпретировать» бессознательное, потому что он чувствовал, что это было слишком героическим. Это сторона его работы, которой я меньше всего занимаюсь. впечатлен, как если бы «придерживание образа» Юнга стало для Хиллмана «придерживаться бессознательного» или, скорее, «оставаться в без сознания’.Хиллман хотел, чтобы мы наблюдали и наслаждались изображениями как эстетическими. постановки, а не интегрировать их смысл. (там же)

Я считаю, что стремление к трансцендентности, включая уклонение от жизненных обязательств и ответственности, становится хуже в развитие невроза puer aeternus. Это невротическое решение к проблеме трансцендентности, которую действительно следует понимать в термины восточной философии, христианского мистицизма, медитации и созерцание.Если бы это было так, то постъюнгианцы не испытывали этого побуждения отбросить требовательные идеалы психология.

Классическая юнгианская психология интерпретирует трансцендентность, «смерть». voluntaria »и« nigredo »как погружение в бессознательное. Однако это предприятие не менее требовательное, чем следование диктат общества. Юнгианское Я — возвышающийся идеал, требовательный адаптация как к внешнему, так и к внутреннему миру. Возможно, это то, что вызывает теоретическое ухудшение постъюнгианской психологии.Там не является собственно понятием трансцендентности, способным отвлечь регресс к эстетическому и мечтательному отношению пуэров aeternus.

Юнг занимается «интеграцией», и именно поэтому он утверждал, что «Бог хотел стать мужчиной и все еще хочет ». Но это вся правда о христианском мифе? В Библии Отец и Сын имеют тоска друг по другу, и их союз — это тоже то, что достигается. Мы склонны рассматривать это как миф о воплощении, но в первую очередь это миф апофеоза , то есть превосходства человека.Юнг игнорирует это.

Я предложил дополнить «Имманентное Я» Юнга «Самость трансцендентности» (см. Winther, 2011, здесь). Поскольку не существует трансцендентного идеала Самости, Puer aeternus стремится выполнять эту роль в современной культуре. Это по сути, что сделал Хиллман; он заменил puer aeternus для Самости.

В конце жизни Хиллман пережил значительный поворот, который Тейси аккаунты для.Отстаивая женские идеалы анимы, mundi ‘его ценности внезапно становятся чрезмерно мирскими и маскулоидными, сосредоточены вокруг социальной активности и злости, напористости, мужественности, в путь Джона Уэйна. Фон Франц говорит, что это развитие характеристика невроза:

Тогда, вместо того, чтобы быть блестящим пуэром, такой человек внезапно становится циничный, разочарованный старик. Блеск превратился в цинизм а этот человек слишком стар для своего возраста.У него нет ни веры, ни интереса ни в чем больше. Он полностью и полностью разочарован и тем самым теряет все творчество и жизненный тонус, всякую связь с дух. Тогда деньги, амбиции и борьба с коллегами становятся первостепенное, а все остальное исчезает с романтикой юности. На лице такого человека очень часто бывает озлобленное выражение. (фон Франц, 2000, стр 135-136)

Вероятно, поэтому он в книге «Сенекс и пуэр» создал дихотомия его раннего ребяческого идеала Самости, теперь утверждающего, что «Senex-et-puer» конституирует личность.(Сенекс серолицый old hardass, hardhat.) Более того, senex-et-puer является основополагающим для сознательная жизнь, состоящая из бесконечного диалога между двумя аспекты нашей психологии. Тем не менее, в книге он вскоре возвращается к пропагандируя методы puer aeternus: быть оппортунистом, лгать, делать хитрые вещи, вырезать и обходить систему (см. Hillman, 2013, Kindle loc. 1788-1838).

Модель senex является дополнением к пуэру puer от компании Hillman’s ранее. Работа.Сам Хиллман назвал эти сочинения «продолжительными и все еще неполная защита моих черт и поведения »(Hillman, 1992a, xiii.). Тем не менее архетипы относятся к коллективным чертам. Невозможно утверждать, что собственные черты и поведение человека архетипичны. Таким образом, получается, что его теоретическое здание основано на его собственной невротической конституции, потому что это единственный эмпирический источник его теории.

Вопреки мнению фон Франца, Хиллман утверждает, что пуэр не подпадает под влияние материнского комплекса, но это лучше всего видно в отношении сенекс или архетип отца.Однако Тейси говорит, что пуэр не может быть отделился от матери в результате интеллектуальной реконфигурации. «Если эти фигуры архетипически связаны, почему интеллектуальный обман разделяет их?» Передача пуэра от матери к отцу — это « демонстрация интеллектуального обмана в корыстных целях »(ср. Tacey, 2014b).

Я считаю, что Тейси права. Для сравнения, Винникотт объясняет собственное ужасные невротические симптомы, которые точно совпадают с его теоретическими понятия, которые были выдвинуты как нормальная психология.Таким образом, можно было утверждать, что теория Винникотта — это действительно невротическое сооружение, которое может помочь понять нарциссическую патологию в том, что касается выражения в себе и в своем коллеге Масуде Хане. Хан признал себя виновным в многие проступки привели к его изгнанию из Британии. Психоаналитическое общество и Международная психоаналитическая Ассоциация (см. Кар, 2003).

Психология Хиллмана даже не в этом. Это не может помочь нам понять puer aeternus невроз, потому что дихотомия сенекса и пуэра интеллектуальная фабрикация.Я считаю, что это основано на алхимической теме крылатый и бескрылый дракон, образуя круг, кусая друг друга хвостик. Однако на самом деле этот символ указывает на совсем другое.

Интеллектуальный обман и любая форма обмана характерны для puer aeternus. В этом смысле теория Хиллмана полностью основана на его невроз. Для пуэра характерны «ложные притязания», говорит фон Франц. Хиллман насквозь фальшивый.

Думаю, что его выступление на симпозиуме «С.Дж. Юнг и Красная книга »(здесь) очень красноречиво. Он не очень способствует пониманию Красной книги, но говорит только о собственном сведении психики к «фантазии». Можно было бы ожидайте, что Юнг будет в центре внимания здесь, но все вращается вокруг Хиллмана сам. Он принес белую лилию на бдение Юнга, что должно доказать, что теперь он был готов отказаться от интеллектуальных достижений Юнга. Якобы, Красная книга подтверждает, что концепции психологии, такие как эго, анима, и тени, недостоверны, и что психика не может производить такие содержание — лишь мимолетная фантазия.

Очевидно, он не сомневается в своей эгоцентричности, потому что там во всяком случае, это не эго. Хотя он совершенно непонятен (и вполне скучно) он получает аплодисменты. Осталось объяснить его популярность. Тейси утверждает, что американцы из-за культурного комплекса очарованы идеалами puer aeternus. Я бы добавил, что они, и европейцы все больше одержимы его тенью, а именно деньги, статус и богатство, потому что senex и puer идут рука об руку рука.(С другими выступающими на симпозиуме можно посмотреть здесь.)

Вопрос в том, почему люди покупают этот обман, когда он не выдает интерес к Красной книге как таковой, но просто воспринимает это как извините за разговоры о себе. Для сравнения Масуд Хан обнаружил, что Идеи Винникотта совпадали с его собственными чертами и поведением, которые следствие, что он пережил свой невроз в полной мере, думая что это совершенно нормально.

Можно утверждать, что популярность Хиллмана объясняется распространенность симптома puer aeternus, особенно в Америке.Hillman дает pueri aeterni повод пережить свой невроз перед полные, и тем самым снимают с них ответственность укореняться в сером реальность. Однако, по мнению Юнга, единственное лекарство — это посвятить себя к жизненным обязательствам и потребностям, особенно в форме трудных Работа.

Вместо этого их убеждают использовать обман как средство переносить по жизни, что-то, чем сам Хиллман был очень успешно в.Этим объясняется низкое качество интеллектуального продукты в этой области. Puer aeternus может плыть по жизни восседая на рассеянном облаке архетипического или юнгианского психология. Это очень удобно, но не сильно мешает выпускается качественная литература, способная произвести неизгладимое впечатление. Юнгианский пузырь. Выпустить такие книги, как Hillman’s, поскольку нет требований к требовательным и изнурительный исследовательский труд, научная строгость и логическая последовательность.Достаточно хорошо, чтобы лепетать чепуху.

Хиллман утверждает, что юнгианские концепции не основаны ни на чем фактах. Тем не менее, люди делают испытайте аниму и теневые проекции. (По крайней мере, я были такие прогнозы. Я не могу объяснить, почему фрейдисты не испытать это, однако.) Он объясняет, что есть нет такой вещи, как эго, потому что он никогда не встречал ни одного! (Я не понимаю, что он имеет в виду, потому что я встречал эго больше, чем дом.) Таким образом, кажется, что он приобрел некоторую восточную мудрость, но это не так.Осознание того, что эго — это иллюзия, — это то, что можно приобретайте во время медитации на вершине горы.

Тем не менее, в наших жизненных трудностях эго — очень полезная химера, которую мы не мог обойтись без. Тот факт, что мы ощущаем себя отдельными существ, составляет наш успех как вида, так и как индивидов. Обособленность и непривязанность — необходимые составляющие жизни. Это почему психика создала эту иллюзию, потому что она увеличивает наши ценность выживания и облегчает общение.Без эго не было бы нет Другой. Фактически, «заблуждение Бога» также связано с высшим ценность выживания. Это приводит к «усилению положительного эффекта, более высокому здоровью. восприятия и повышение статуса психического здоровья »(см. Smith, 2012, здесь).

Я считаю, что преодоление эго — центральный аспект индивидуации, но это может быть достигнуто, только если мы будем стоять в стороне от жизни, что не всегда возможный. Таким образом, существуют два противоречащих друг другу требования индивидуации. с чем нам приходится справляться: с одной стороны, есть развитие и сознательное улучшение; с другой стороны, есть выход за пределы эго.Но мы не сможем добиться ни того, ни другого, следуя призыву Хиллмана отвергнуть все интеллектуальные концепции психологии. Для получения дополнительной информации о трансцендентной концепции, которая в той или иной форме должна быть к психологии, послушайте, пожалуйста, Алан Уоттс: «Природа Сознание »(YouTube, здесь).

М. Винтер, 2014.



Каталожные номера

«Карл Густав Юнг и Красная книга (часть 1)». (2010) (YouTube, здесь)

Эдингер, Э.F. (1985). Анатомия психики. Открытый суд.

Франц, М. Л. фон (2000). Проблема Puer Aeternus. Книги Внутреннего города.

Hillman, J. (1997). Архетипическая психология: краткий отчет. Весенние публикации.

——— (1992a). Психология переосмысления. Харпер Коллинз.

——— (2013). Сенекс и пуэр. Весенние публикации (издание Kindle).

——— (1996).Код души. Случайный дом.

——— (1998). Миф об анализе. Издательство Северо-Западного университета.

——— (1981). «Психология: монотеистическая или политеистическая?» в D.L. Миллер : Новый политеизм (исправленное издание). Весенние публикации.

Hillman, J. и Ventura, M. (1992b). У нас была сотня лет психотерапии — и мир становится все хуже.Харпер Коллинз.

«Джеймс Хиллман в Красной книге Карла Густава Юнга». (YouTube, здесь)

Юнг, К.Г. (1972). Два очерка по аналитической психологии. Нью-Йорк: Издательство Принстонского университета. (CW 7)

——— (1969). Архетипы и коллективное бессознательное. Принстон / Боллинген. (CW 9)

Кар, Б. (2003). «Анализ Масуда Хана с Дональдом Винникоттом». Свободные ассоциации, 10B: 190-222.

Шарп, Д. (1991). Лексикон Юнга. Книги Внутреннего города. (здесь)

Смит, Дж. Ф. (2012). «Исследование психологических основ и преимуществ религиозности и духовности». Техасский университет A&M. (здесь)

Тейси, Д. (2014a). «Джеймс Хиллман: Крушение психолога. Часть первая: его наследие ». Журнал аналитической психологии. Volume 59, Issue 4, pp.467-85.

——— (2014b). «Джеймс Хиллман: Крушение психолога.Часть вторая: проблема пуэра. Журнал аналитической психологии. Том 59, Выпуск 4, стр 486-502.

Ватт, A. «Природа сознания». (YouTube, здесь)

Винтер, М. (1999). «Критика романтизма и феноменологизма Полом Рубичеком». (здесь)

———- (2011). «Комплементарное Я». (здесь)

См. Также:

Винтер, М. (2000). «Критика идеалистического феноменологизма».(здесь)

———- (2000). «Критика неогегельянства». (здесь)

———- (2002). «Пластические проповедники» — о низшей психологии и религии ». (здесь)

ПРУЖИННЫЕ ИЗДАНИЯ

ВЕСЕННИЕ ИЗДАНИЯ
АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ
Униформа Издание Том.1

Clothbound, $ 32 *
160 страниц, новое издание, четвертое издание
ISBN: 978-0-88214-999-8

Kindle / iBooks edition, 9,99 долларов США
eISBN: 978-0-88214-998-1

ТЕМА: Архетипическая психология

Первоначально написанная для итальянской Enciclopedia del Novecento, эта незаменимая книга представляет собой краткое и поучительное введение в политеизм, греческую мифологию, различие души и духа, anima mundi, психопатологию, создание души, воображение, терапевтическую практику и писания. С.Дж. Юнг, Генри Корбин и Адольф Портманн в формулировке области архетипической психологии.
Это новое издание включает три дополнительных текста, которые Хиллман долгое время считал частью этого вводного отчета об архетипической психологии: «Почему« архетипическая психология »?»; «Психология: монотеистическая или политеистическая?»; и «Психология: монотеистическая или политеистическая? — Двадцать пять лет спустя ».

РАБОТА С ИЗОБРАЖЕНИЯМИ
Теоретическая база архетипической психологии
Под редакцией BENJAMIN SELLS

Оригинал в мягкой обложке, 19 долларов.50
207 страниц
ISBN-10: 0-88214-376-X
ISBN-13: 978-0-88214-376-7
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

ИСЦЕЛЕНИЕ
ДЖЕЙМС ХИЛЛМАН

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
148 страниц
ISBN-10: 0-88214-363-8
ISBN-13: 978-0-88214-363-7
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

Эта книга является основным анализом Хиллмана.Он задает основной вопрос: «Чего хочет душа?» Проницательно и с юмором он отвечает: «Ему нужны исцеляющие вымыслы».

МЫСЛЬ СЕРДЦА И ДУШИ МИРА
ДЖЕЙМС ХИЛЛМАН

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
144 страницы
ISBN-10: 0-88214-353-0
ISBN-13: 978-0-88214-353-8
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

Два революционных эссе, открывающих архетипическую психологию в новом направлении: к миру.Хиллман называет это «глубинной психологией экстраверсии».

ПОИСК
Психология и религия
ДЖЕЙМС ХИЛЛМАН

Оригинал в мягкой обложке, 17,50 долл. США
144 страницы
ISBN-10: 0-88214-512-6
ISBN-13: 978-0-88214-512-9
ТЕМА: Архетипическая психология

Этой книгой Хиллман возвращает психотерапию к ее основному призванию — заботе о душе.

САМОУБИЙСТВО И ДУША
ДЖЕЙМС ХИЛЛМАН

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
204 страницы
ISBN-10: 0-88214-227-5
ISBN-13: 978-0-88214-227-2
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

Этой книгой Хиллман положил начало «движению души» в психотерапии сорок лет назад.

ЯЗЫЧНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ
Миры Афродиты, Артемиды и Гестии
от GINETTE PARIS

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
214 страниц
ISBN-10: 0-88214-330-1
ISBN-13: 978-0-88214-330-9
ТЕМА: Архетипическая психология / феминизм

Эта книга — вклад Парижа в «творческий» феминизм.

PAGAN GRACE
Дионис, Гермес и память богини в повседневной жизни
от GINETTE PARIS

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
160 страниц
ISBN-10: 0-88214-342-5
ISBN-13: 978-0-88214-342-2
ТЕМА: Архетипическая психология / феминизм

Этой книгой Париж продолжает работу языческих медитаций по возрождению индивидуальной, культурной и социальной жизни, пробуждая их архетипические корни.

НОВЫЙ ГНОЗИС
Хайдеггер, Хиллман и ангелы
Робертс Авенс

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
160 страниц
ISBN-10: 0-88214-327-1
ISBN-13: 978-0-88214-327-9
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология / Философия

Гнозис в руках Робертса Авенса — это вечная философия сердца.Эта книга представляет собой удобочитаемое, незамысловатое и надежное введение в гностическую мысль в трудах Мартина Хайдеггера и Джеймса Хиллмана.

НЕВИДИМЫЕ ГОСТИ
Развитие воображаемых диалогов
МЭРИ УОТКИНС

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
216 страниц
ISBN-10: 0-88214-380-8
ISBN-13: 978-0-88214-380-4
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология / Социальная антропология

Мэри Уоткинс представляет разумный аргумент в пользу принятия «воображаемых других» в повседневной жизни и психологической необходимости этого.

НАСЫЩЕННЫЕ СНЫ
МЭРИ УОТКИНС

Оригинал в мягкой обложке, 19,50 долл. США (распродано)
174 страницы
ISBN-10: 0-88214-324-7
ISBN-13: 978-0-88214-324-8
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

Уоткинс восстанавливает неизмеримые богатства фантазийной жизни, сновидений наяву, активного воображения и других воображаемых, демонстрируя с ясной ясностью и удивительной тщательностью значение фантазии для практики психотерапии, образования и драмы индивидуальных жизней.Эта книга, одновременно историческая, критическая и клиническая, описывает американские и европейские подходы к изображению, наконец знакомя читателей с их собственными отношениями к воображаемому миру.

ИСКУССТВО И ДУША
Автор: ХОВАРД МАККОНЕГИ,
. Предисловие Томаса Мура

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
160 страниц
ISBN-10: 0-88214-383-2
ISBN-13: 978-0-88214-383-5
ТЕМА: Архетипическая психология / Арт-терапия

Эта книга опирается на древнее представление о том, что душа всегда «видит» и создает образы, а образы являются естественной функцией глаза психики.Излагаются пять принципов, как естественные глаз и рука могут высвободить уникальность собственного видения и радость души в его выражении. Иллюстрации к картинам из истории терапии и искусства позволяют увидеть принципы по мере продвижения по книге.

ТЕМНЫЙ ЭРОС
Воображение садизма
Автор THOMAS MOORE
Предисловие Адольфа Гуггенбюля-Крейга

Оригинал в мягкой обложке, $ 20
160 страниц
ISBN-10: 0-88214-365-4
ISBN-13: 978-0-88214-365-1
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология / Сексология

Здесь Мур обращается к темной стороне любви: ее жестокости, извращениям и ужасным пыткам.Смело и с блестящей проницательностью он раскрывает отталкивающие выдумки маркиза де Сада, чтобы узнать, чему они могут научить об ужасах, скрытых глубоко внутри человеческой души, раскрывая неожиданные поэтические и творческие силы в насилии и сексуальной виктимизации.

ИНТЕРВАЛЫ
Беседы с Лаурой Поццо о психотерапии, биографии, любви, душе, мечтах, работе, воображении и состоянии культуры
ДЖЕЙМС ХИЛЛМАН

Оригинал в мягкой обложке, 20 долларов (распродано)
198 страниц
ISBN-10: 0-88214-348-4
ISBN-13: 978-0-88214-348-4
ПРЕДМЕТ: Архетипическая психология

Психология архетипов — Введение

Термин «архетип» был придуман швейцарским психоаналитиком и психиатром Карлом Густавом Юнгом.

Работы Юнга оказали влияние не только на психологию, но и на антропологию, археологию, литературу, философию и религиоведение.

Архетипы, утверждал Юнг, влияют на развитие человечества, являются источниками наших мечтаний и воплощены в мифах и ритуалах почти каждой культуры, когда-либо существовавшей в истории человечества.

Таким образом, понимание архетипической природы ума может повысить ваше самосознание и сделать вас более эмоционально разумным.

В этом посте мы более подробно исследуем психологию архетипов.

Что такое архетипы?

Архетипы — это универсальные системы мотивации и модели поведения, которые «заранее запрограммированы» в человеческой психике.

Точно так же, как лосось без какой-либо подготовки или знаний имеет «предварительно запрограммированную» способность возвращаться к своему потоку рождения , бобры могут строить плотины , а муравьи могут перемещаться, используя звездочку системы , люди развили заранее запрограммированные системы мотивации для социальных отношений и существуют в группах.

Д-р Кевин Лу — ведущий юнгианский ученый и приглашенный преподаватель Университета выходного дня, утверждает, что можно подумать об архетипе как о «кувшине».

Сам архетип (кувшин) — это универсальный опыт, поведение или мотив, разделяемый всем человечеством. То, что идет в кувшин (содержимое), определяется культурным контекстом человека, окружающей средой и жизненной ситуацией.

Другими словами, архетип существует в психике только потому, что потенциал , предварительно связанный с , имеет конкретный опыт , и культура, в которой находится человек, будет определять форму опыт берет.

Возьмем для примера архетип героя «кувшин».

Если бы вы жили в средневековье, архетип героя (содержимое кувшина) выразился бы в форме рыцаря. Если бы вы жили в Европе в 1939–1945 годах, архетип героя мог бы быть выражен в том, что он сражался во Второй мировой войне. Если вы живете сейчас, архетип героя может быть выражен в форме превосходства в спортивной команде.

Другой пример — ритуал «взросления».

В племени масаи в Кении старейшины приносят в жертву быка и брызгают смесью молока и пива на лица мальчиков.На тихоокеанском острове Вануату, чтобы стать мужчиной, вы должны прыгнуть на 100 футов с деревянной башни , привязав к лодыжкам лишь лозу. В Эфиопии вы участвуете в прыжках коров , а в США — сладких 16.

Итак, мы видим, что сам архетип — это просто способность или мотив иметь определенный опыт, а также культуру и время, в которое вы попадаете, определит конкретную форму и , которую приобретет опыт.

Почему важно знать архетипы?

Важно осознавать архетипическую природу нашего разума по трем основным причинам.

Во-первых, потому что архетипы существуют только на уровне потенциала .

Каждый архетип подобен дремлющей мотивационной системе, которая включается или выключается в зависимости от того, что происходит во взаимоотношениях, культуре и окружающей среде человека.

Бизнес-концепция, бизнесмен и предприниматель, перепрыгивая через препятствия.

Например, у человека, который только что присоединился к высоко конкурентной программе стажировки в крупной корпорации, будут активированы другие архетипические потенциалы, чем у кого-то на ферме Харе Кришна в сельской местности. Если культура чрезмерно конкурентна, то таким может стать и человек. И наоборот, если культура эгалитарна и группа разделяет ценности, тогда у людей в группе будет больше мотивации для выражения этих ценностей.

Следовательно, если вы хотите предпринять шаги для улучшения своего благополучия, очень важно выбрать жилую и рабочую среду, способствующую достижению этой цели.

Во-вторых, важно осознавать архетипическую природу человеческого разума, потому что каждый архетип также может стать чрезмерно развитым, а когда это происходит, это приводит к тому, что другие становятся недоразвитыми.

Юнг использовал идею «инфляция» для обозначения ситуации, когда человек становится чрезмерно отождествленным с одним архетипом.

Это может помочь думать об архетипах как о воздушных шарах, существующих в человеческой психике — каждому из которых выделено равное количество места.

Человек хорошо себя чувствует, когда все шары одинакового размера. Но проблемы начинают возникать, если один воздушный шар становится чрезмерно надутым и занимает пространство других, не менее важных «архетипических воздушных шаров».

Например, люди с раздутым архетипом героя, как правило, обладают недооцененным чувством сочувствия и сострадания к другим, а также склонностью к эксплуатации и манипуляциям.

Лица с раздутым архетипом «личности» в первую очередь заботятся о себе и получении одобрения других.Все мы знаем, по крайней мере, одного «социального альпиниста» — человека, который пожертвует своими глубочайшими ценностями или даже существующей дружбой, чтобы улучшить свое социальное положение.

В-третьих, важно осознавать наши архетипические тенденции, потому что инфляция какого-либо одного конкретного архетипа может привести к тому, что вы почувствуете побуждение целенаправленно преследовать определенные цели.

Если цели не достигнуты, вы чувствуете глубокое разочарование и несостоятельность.

Думайте об этом, как о том, что складываете все свои эмоциональные яйца в одну корзину.

Если корзина упадет, у вас ничего не останется.

В самом прямом смысле слова раздутые архетипы обладают потенциалом овладеть вами, захватить вашу операционную систему и полностью вывести из равновесия другие важные области вашей жизни.

Следовательно, очень важно знать, что это за архетипы, чтобы вы могли знать, надуваются ли какие-либо из ваших «архетипических воздушных шаров», а затем предпринять необходимые шаги для восстановления баланса.

Но что это за архетипы?

Почему они эволюционировали?

Выдержала ли концепция Юнга испытание временем с учетом того, что недавние достижения нейробиологии и психологии показали, что такое человеческий разум?

В следующем посте мы исследуем эволюционную психологию архетипов — почему они возникли, ключевые архетипы, о которых нам следует знать, и актуальна ли эта юнгианская концепция в 21 веке.

Архетипическая психология — Мишель Ринкон

«Сон — это маленькая потайная дверь в самое глубокое и сокровенное святилище души, которая открывается той первозданной космической ночи, которой была душа, задолго до того, как появилось сознательное эго».

~ Карл Юнг

Архетипы — это тайные силы, стоящие за человеческим поведением .

Поскольку архетипы находятся в бессознательном — той части нашего разума, о которой мы не подозреваем, — они влияют на нас без нашего ведома.

«Архетипы, — пишет Мария-Луиза фон Франц в« Архетипических измерениях психики », — это унаследованные предрасположенности, которые заставляют нас реагировать типичным образом на основные человеческие проблемы, внутренние или внешние».

Архетипы влияют на все, вы делаете, думаете и чувствуете. И они одинаково влияют на всех окружающих.

Когда вы можете наблюдать архетип, действующий внутри вас, вы отделяете себя от архетипа.

Это различие важно, потому что, когда вы можете отделить себя от архетипа, меньше шансов повлиять на ваше поведение пагубным образом.

Примеры общих архетипов:

Мать
Отец
Воин
Мудрец
Слуга
Диверсант
Герой
Хулиган
Слабый
Монах
Манипулятор

Опекун
Ребенок
Король
Королева
Преступник
Волшебник
Наставник
Волшебник
Художник
Авантюрист
Артист

Актер
Атлет
Тиран
Обманщик
Миротворец
Проститутка
Психопат
Злодей
Вампир
Злодей
Оборотень

Но в конечном итоге каждое слово или изображение представляет собой архетип.Их везде .

Как архетипы влияют на наше поведение?

Юнг описал архетипы как «формы, которые принимают инстинкты».

Инстинкты подобны биологическим побуждениям. Когда мы запускаем инстинкт, он активирует образец поведения, такой как запуск программного обеспечения на вашем компьютере.

Поскольку эти шаблоны существуют заранее, архетипы предсказуемы. Независимо от того, какой образ Героя вы держите в голове, например, возникают определенные модели поведения и черты личности, такие как храбрость, доблесть, настойчивость и действия.

Итак, когда вы думаете об архетипах, думайте, , набор шаблонов поведения, общих для всего человечества .

В книге «Человек и его символы» Юнг объясняет, что архетипы «являются частями самой жизни — образами, которые неразрывно связаны с живым человеком мостом эмоций».

Когда вы испытываете эмоцию, это эмоция архетипа.

Различные архетипы вызывают разные эмоции. Влюбленные страстные. Короли великодушны. Воины смелы.Садисты ненавистны.

У каждого человека есть внутренний мир. Это дом наших фантазий, воображения и эмоциональной жизни. Этот внутренний мир — источник личного смысла.

Архетипы отражают эмоции нашего внутреннего мира и придают жизни смысл личного смысла.

Архетипы дают мощный способ понять наш разум.

Мы склонны думать о разуме как о единой единице. «Мой разум» предполагает единое чувство себя (или меня).

Но внимательное изучение ума показывает, что эта точка зрения неверна.Ум не единственен, а множественен. В нашем сознании существует пантеон архетипических персонажей.

Различные формы терапии стремятся интегрировать этих архетипических персонажей. У каждого из них есть свой язык для их описания.

В психосинтезе их называют субличностями. Во внутренних семейных системах они являются частями.

Психолог Джон Роуэн определяет субличность как «полупостоянную и полуавтономную область личности, способную действовать как личность.”

Каким бы ни было имя, мы начинаем видеть наш разум как совокупность этих полуавтономных личностей или архетипов.

Мы начинаем видеть, насколько сложен наш разум и какие скрытые, часто противоположные силы влияют на наше поведение.

Наша цель в работе с архетипами — привести силы бессознательного в равновесие с нашим сознательным умом — интегрировать архетипы, чтобы прийти к психической целостности .

Архетипическая психология — мощный способ познать свою психику.Это также способ понять мотивы других.

Чем больше вы сможете идентифицировать архетипы в других, тем больше вы сможете увидеть шаблоны поведения внутри себя.

И наоборот, чем больше вы будете свидетелями этих поведенческих паттернов на себе, тем больше вы будете понимать других.

Древние греки были последней цивилизацией, которая оценила силу архетипов. Греки называли их богами и богинями.

Приглашение от души — Dr.Эд Сантана

Понимание глубинной психологии: приглашение от души

Я пришел к глубокой психологии благодаря моей любви к типологии. Как корпоративный консультант, каждый раз, когда я проводил семинар по оценке Майерс-Бриггс, я обнаруживал, что люди находят новые способы видеть себя и других. Налаживались мосты понимания, и те, кого я обучал, получали доступ к новому пониманию парадигм, в которых они действовали.

По мере того, как я углублялся в работу, я провел год, выполняя программу трансформационного лидерства в Джорджтаунском университете.Он был богатым, воображаемым и глубоким. Это был мой первый прямой опыт с К.Г. Юнг, Джеймс Хиллман и Роберт Джонсон. Благодаря архетипам моя работа углубилась в поиск новых способов увидеть и понять мир. Вскоре после этого изучение архетипов привело непосредственно к первоисточнику — классической греческой мифологии и работам Джозефа Кэмпбелла.

С самых ранних дней Древней Греции мифы были выразительным и символическим способом понимания человеческой природы и взаимоотношений, включая любовь, конфликты и проблемы личного и коллективного опыта.На протяжении всего Возрождения и более поздних веков художники и писатели поддерживали греческую мифологию с помощью суперпсихологических изображений чрезвычайно могущественных и сложных богов. Объясняя мифологию с психологической точки зрения, Юнг сказал: «Мифы — это оригинальные откровения предсознательной психики, непроизвольные утверждения о бессознательных психических событиях» (1951).

Область психологии и работа психотерапии, с самого начала работы с Фрейдом, Юнгом и их предшественниками, понимали важность применения мифологических тем к рассказам и симптомам пациентов.Сегодня психология слишком далеко ушла от своих традиционных и глубоко укоренившихся связей с греческой мифологией, в результате чего упускается из виду диапазон и глубина человеческого опыта, а также значительно усиливается патологизация пациентов. Юнг сказал: «Мы все еще настолько одержимы автономным психическим содержанием, как если бы они были олимпийцами. Сегодня их называют фобиями, навязчивыми идеями и так далее; одним словом, невротические симптомы »(1954). Боги древнегреческой мифологии занимали центральное место в наших патологиях.

Но греки оставили место для гораздо более широкого диапазона психологических вариаций в своей культуре. Чарльз Бур, переводчик древнегреческих текстов, несколько десятилетий назад писал о ценности мифологической точки зрения (1970): «В наши дни, когда наша собственная страна все больше сужает свое сосредоточение на вещах, каждый снова понимает, почему то, что есть у греков, данный нам — «классический» и на все времена. Каким образом в их дни, должно быть, было полезно иметь эту сеть богов и гимнов, знать, что человек не был сумасшедшим, одиноким или странным в своих фантазиях и мечтах, как всегда нужно чувствовать в монотеистической системе, когда Бог этого система не санкционирует то, как кто-то хочет видеть вещи.

Сегодня эти более широкие взгляды заново представляются и отстаиваются архетипическими и глубинными психологами по всему миру. Покойный психолог Джеймс Хиллман выразился буквально: архетипическая психология может изложить свою идею психопатологии в нескольких словах, одна в другой: внутри недуга — комплекс, внутри комплекса — архетип, который, в свою очередь, относится к Богу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.