Бессознательное это: Бессознательное — Гуманитарный портал

Содержание

Бессознательное - это... Что такое Бессознательное?

Эта статья — о психоаналитическом понятии. О понятии из общей психологии см. Подсознание.

Бессозна́тельное или неосознава́емое — совокупность психических процессов, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным считается всё, что не становится для индивида объектом осознания. Термин «бессознательное» широко употребляется в философии, психологии и психоанализе, а также в психиатрии, психофизиологии, юридических науках, искусствоведении. В психологии бессознательное обычно противопоставляется сознательному, однако в рамках психоанализа бессознательное (Ид) и сознательное рассматривается как понятия разного уровня: многое из того, что относится к двум другим структурам психики (Я и Сверх-Я), также отсутствует в сознании.

Несколько основных классов проявлений бессознательного

  1. Неосознаваемые мотивы, истинный смысл которых не осознается в силу их социальной неприемлемости или противоречия с другими мотивами
  2. Поведенческие автоматизмы и стереотипы, действующие в привычной ситуации, осознание которых излишне в силу их отработанности
  3. Подпороговое восприятие, которое в силу большого объёма информации не осознается.
  4. Надсознательные процессы: интуиция, творческое озарение, вдохновение.

История

Общая идея о бессознательном, восходящая к учению Платона о познании-воспоминании, оставалась господствующей вплоть до нового времени. Иной характер она получила после постановки Р. Декартом проблемы сознания. Идеи Декарта, утверждавшего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологическая, но не психическая, деятельность мозга. Концепция бессознательного впервые четко сформулирована Г. Лейбницем («Монадология», 1720), трактовавшим бессознательное как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном тёмных перцепций (восприятий). Первую попытку строго материалистического объяснения бессознательного предпринял Д. Гартли (Англия), связавший бессознательное с деятельностью нервной системы. Немецкая классическая философия касалась в основном гносеологического аспекта бессознательного. И. Кант связывает бессознательное с проблемой интуиции, вопросом о чувственном познании (бессознательный априорный синтез). Иной характер обрело бессознательное у поэтов-романтиков и теоретиков романтизма, развивавших в противовес рационализму Просвещения своего рода культ Б. как глубинного источника творчества. Иррационалистическое учение о бессознательном выдвинул А. Шопенгауэр, продолжателем которого выступил Э. Гартман, возведший Б. в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В XIX веке началась линия собственно психологического изучения бессознательного (И. Ф. Гербарт, Г. Фехнер, В. Вундт, Т. Липпс — Германия). Динамическую характеристику бессознательного вводит Гербарт (1824), согласно которому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причём более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя своих динамических свойств. Новый стимул в изучении бессознательного дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфические методы воздействия на бессознательное (первоначально — гипноз). Исследования, особенно французской психиатрической школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психическую деятельность патогенного характера, не осознаваемую пациентом.

Бессознательное в работах Фрейда

Экспериментальная разработка понятия бессознательного была впервые проведена Зигмундом Фрейдом, показавшим, что многие действия, в реализации которых человек не отдает себе отчет, имеют неосмысленный характер и не могут быть объяснены за счет действия влечений[прояснить]. Им было рассмотрено, как та или иная мотивация проявляется в сновидениях, невротических симптомах и творчестве. Известно, что главным регулятором человеческого поведения служат влечения и желания субъекта. Будучи лечащим врачом, он столкнулся с тем, что эти неосознаваемые переживания и мотивы могут серьёзно отягощать жизнь и даже становиться причиной нервно-психических заболеваний. Это направило его на поиски средств избавления своих анализантов от конфликтов между тем, что говорит их сознание, и потаенными, слепыми, бессознательными побуждениями. Так родился фрейдовский метод исцеления души, названный психоанализом.

Бессознательное в работах Юнга

В дальнейшем понятие бессознательного было существенно расширено. В частности Карл Густав Юнг в рамках созданной им научной дисциплины — аналитической психологии — ввёл термин «коллективное бессознательное», и существенно изменил его значение по сравнению с психоанализом.

По мнению Юнга, существует не только бессознательное субъекта, но и семейное, родовое, национальное, расовое и коллективное бессознательное. Коллективное бессознательное несет в себе информацию психического мира всего общества, в то время как индивидуальное — информацию психического мира конкретного человека. В отличие от психоанализа, юнгианство рассматривает бессознательное как совокупность статичных паттернов, образцов поведения, которые являются врожденными и лишь нуждаются в актуализации. Также бессознательное делится на латентные, временно неосознаваемые, и подавленные, вытесненные за границы сознания процессы и состояния психики. Принципиально иначе бессознательное понимается в психоанализе.

Бессознательное в работах Лакана

Французский психоаналитик Жак Лакан предложил гипотезу, что «бессознательное структурировано как язык», именно поэтому психоанализ — в отличие от психотерапии и психологии — работает с речью пациента, с его включённостью в мир значений, с его субъективным становлением в языке. Одной из психоаналитических техник, разработанных Лаканом стала «клиника означающего»: в самом основании субъекта лежит его встреча со словом, поэтому и возможен перевод, перезапись внутри психического аппарата, а talking cure может выступать действенным терапевтическим механизмом даже в самых тяжёлых психотических случаях. Вместе с тем, нельзя понимать тезис Лакана буквально и настаивать на том, что бессознательное — это и есть язык, а психоанализ представляет собой своеобразную языковую игру между аналитиком и анализантом. Тезис Лакана представляет собой метафору: бессознательное подобно языку, работает по схожим правилам, но не исчерпывается законами лингвистики, поэтому и «клиника означающего» является лишь одним из возможных методов работы с бессознательным, развиваемых в современных лакановских школах.

Бессознательное в исследованиях советской школы

В советской психологии проблема бессознательного разрабатывается особенно в связи с теорией установки Д. Н. Узнадзе. Психофизиологические аспекты бессознательного, изучавшиеся И. М. Сеченовым и И. П. Павловым, исследуются в связи с анализом сна и гипнотических состояний, корковых и подкорковых образований, явлений автоматизма в трудовой и спортивной деятельности и т. д. В последнее время обсуждаются возможности применения кибернетических представлений и методов моделирования бессознательного.

См. также

Литература

  • Фрейд З. Некоторые замечания относительно понятия бессознательного в психоанализе (1912) // Фрейд З. Психология бессознательного. М., 2006. С. 25-38.
  • Фрейд З. Бессознательное (1915)/ Фрейд З. Психология бессознательного. М., 2006. С. 129—186.
  • Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. — М., 1993.
  • «Фрейд З. Психология бессознательного: сборник произведений», Москва «Просвещение», 1989.
  • Лакан Ж. Семинар «Образования бессознательного» (1958/59) М.: Логос/Гнозис, 2002.
  • Бессознательное в организации: психоанализ социальных систем / Составители: И.Айзенбах-Штангль, М.Эртль / Перевод с немецкого А. В. Логинова, научная редакция О. Б. Кетовой. — М.: Издательство Verte, 2009. — 232 с (Серия «Профессия: консультант») // ISBN 978-5-903631-05-6
  • А. Зачепицкий, Б. Д. Карвасарский. Вопросы соотношения осознаваемых и неосознаваемых форм психической деятельности в свете опыта патогенетической психотерапии неврозов.
  • Общая психология: Учеб. Для студентов пед. ин-тов/ А. В. Петровский, А. В. Брушлинский, В. П. Зинченко и др.; Под ред. А. В. Петровского. — 3-е изд., перераб. и доп. — М., 1986.
  • «Зигмунд Фрейд, психоанализ и русская мысль», сост. В. М. Лейбин, Москва, «Республика», 1994.
  • Роберт Т. Кэррол. Бессознательное // Энциклопедия заблуждений: собрание невероятных фактов, удивительных открытий и опасных поверий = The Skeptic's Dictionary: A Collection of Strange Beliefs, Amusing Deceptions, and Dangerous Delusions. — М.: «Диалектика», 2005. — С. 67-68. — ISBN 5-8459-0830-2
  • Леонтьев А. А. Бессознательное и архетипы как основа интертекстуальности
  • Щербатых Ю. В. Общая психология.(Понятие о бессознательном). -СПб.:Питер,2006.- С. 191—197

Ссылки

Бессознательное или подсознание? Основные идеи о бессознательном

Не особо вдумываясь в смысл термина, частенько заявляют: Фрейд открыл бессознательное. После чего нередко следует заявление, якобы уже давно появились более успешные способы работы с ним, нежели психоанализ, и едва ли не каждый тренинг, мастер-класс или курс психотерапии сегодня обещает учитывать наши подсознательные механизмы. Concepture выясняет: так ли все просто и отвечает на вопрос о том, что именно «открыл» Фрейд: бессознательное или подсознание?

Использование терминов «бессознательное», «подсознание» и концепта «Оно» как синонимов – лучший способ растерять всякую осмысленность в употреблении этих слов. Фрейдовским и, по сути, психоаналитическим является понятие «бессознательное» – даже при многочисленных признаниях аналитиков сколь неудачным является этот термин. Лакан однажды скажет, что «слово это неудобно тем, что представляет собой отрицание, так что вообразить по его поводу можно все на свете», а Жак-Ален Миллер из Новой Лакановской школы даже предложил заменить его в современной клинике неологизмом «парлетр» (parletre – говорящее тело/говорящее существо/говорящее бытие). Подсознание – это термин, отсылающий к совершенно иной традиции понимания психики и ее скрытой стороны.

Краткая история идеи

Здесь уместно сделать небольшое тематическое отступление в историю идей. Когда говорят об открытии Фрейда, то обычно понимают под этим создание первой теоретической концепции о бессознательной части нашей психики. Это совершенно неверно. О том, что человек – отнюдь не целиком разумное существо, было известно еще в архаичных культурах. Античная классическая философия в лице Платона и Аристотеля очень четко делит душу человека на три части, из которых две неразумны [

причем одна отвечает за аффекты и страсти, а другая – за животные потребности – прим. автора]. О неосознанных частях души писали Августин, Декарт, Спиноза и Лейбниц. А немецкие романтики сделают иррациональную стихийную часть души главным объектом своей философии. Так что пока никакого открытия здесь не просматривается.

Однако если мы внимательно посмотрим на то, как философы классической эпохи говорят о бессознательном, то мы обнаружим, что это то, что стоило бы называть «не-осознанное». Базовая предпосылка такой философии сознания такова: наша душа/сознание прозрачны для наблюдения, в них есть лишь то, что еще не попало в свет разума, но никаких принципиальных преград этому нет. Лишь Лейбниц теоретически обосновывает, что в человеческой душе могут существовать столь малые переживания (

теория малых перцепций), что мы никогда их не отследим, но можем видеть лишь некоторые результирующие. Собственно, это и есть то, что можно назвать «подсознанием» или подпороговым уровнем сознания. Такое подсознание изучают психологи экспериментального толка, т. к. оно принципиально строится на идее причинности.

Именно на такой предпосылке в XIX веке появится месмеризм и множество других полумистических практик лечения. Другим вариантом такого бессознательного является иррациональное начало у романтиков. По сути, оно отличается от подсознания Лейбница только заменой строгой причинности на полную свободу, творчество и непостижимость. Однако, оно тоже может быть названо подсознанием, поскольку по мысли романтика это основа, на которой взрастает разум, т. е. оно всегда подспудно присутствует, являясь истиной происходящего в душе человека.

Оригинальность гипотезы Фрейда

Открытие Фрейда если и состоит в чем-то, то в конституировании совершенно нового представления о бессознательном. Оно непрозрачно, в отличие от несознательного классических философов, и даже сопротивляется осознанию. Оно не является врожденным и истинным как стихийная иррациональность романтиков и не строится целиком на малых переживаниях и их причинном взаимодействии как подсознание у Лейбница и

Месмера. Это бессознательное говорящего существа, которое проявляет себя вопреки сознательной воле индивида.

«Поэты и философы раньше меня открыли бессознательное. Я открыл лишь научный метод, с помощью которого бессознательное может быть изучено». З.Фрейд

Гипотеза Фрейда по-своему остроумна. На основании экспериментальных исследований психики человека XIX века он проводит приблизительное равенство между «сознанием» как психической инстанцией и «осознанным вниманием» как его функцией. В самом деле, то, что сейчас не находится в зоне контроля или фокусе внимания, сложно назвать сознательным. Но тогда очевидно, что всё, что не осознается «здесь и сейчас» – это вне-сознательная и гораздо большая по объему часть психики, т. к. она включает в себя память и, возможно, врожденные элементы.

Развивая эту идею, Фрейд предлагает различать «бессознательное» в двух смыслах. Первый смысл он называет дескриптивным, т. е. описательным, – это бессознательное как всё, что не осознанно. Например, воспоминания вчерашнего дня, которые сейчас не актуальны для меня, усилием воли я могу восстановить.

Второй смысл – динамический – это и есть бессознательное, которым занимается психоанализ. В отличие от латентного состояния психики, которое может быть помещено в фокус сознания, бессознательное в динамическом смысле – это то, что вытеснено и сопротивляется осознанию. Именно в этой области Фрейд ищет причины тех действий, которые нам кажутся случайными или нелепыми, и прежде всего причины болезненных симптомов невротиков.

При этом в духе экспериментальной науки он исследует людей, которым под гипнозом даются разные команды и установки, и обнаруживает, что какой-то части сознательных объяснений наших действий мы верить не можем. Эти на вид логичные объяснения, идущие от сознания, на деле скрывают реальные причины действий, лежащие в бессознательном. Фрейд назовет это рационализацией.

«Я умышленно говорю «в нашем бессознательном», ибо то, что мы так называем, не совпадает с бессознательным у философов». З.Фрейд

Основатель психоанализа был хорошо знаком с разными научными и философским теориями [например, идеи о бессознательном есть в теориях К. Каруса, И. Гербарта и Э. Гартмана, которых читал Фрейд – прим. автора], однако вопросы, которые он задает, разительно отличаются от предшественников. Для большей части предшествующей философской традиции бессознательное – это нечто непознанное или вообще непознаваемое. Фрейд же пытается изучить механизмы, благодаря которому возникает и проявляется бессознательное.

Ключевые особенности психоаналитического представления о бессознательном

Концепция бессознательного будет меняться со временем, а для его описания Фрейд использует несколько разных моделей и аналогий: гидравлическая модель, экономико-энергетическая модель, топологическая и другие. Однако относительно неизменными останутся следующие положения.

Во-первых, бессознательное можно анализировать и расшифровывать, оно не непознаваемо, хотя и сопротивляется анализу. Психоанализ не отбрасывает разум, а напротив – сохраняет веру в возможность разума помочь в работе с бессознательным.

Во-вторых, бессознательное по своему содержанию – продукт нашей личной истории, без влияния языка и общества его не существует, а доля врожденных содержаний, пресловутых «инстинктов», в нем незначительна. Фрейд в своих работах четко различал «влечения» (у людей) и «инстинкты» (у животных), а факт их смешения – целиком на совести недобросовестных переводчиков и комментаторов.

В-третьих, бессознательное – это особое состояние психики, которое лишено времени и модальности, а также содержит в себе всё вытесненное, ничего не забывая. Сюда же относится известная идея о том, для бессознательного почти ничего не значит частица «не». При этом бессознательное весьма сложным образом связано с телом. На примере своих пациентов Фрейд обнаружил, что бессознательные влечения могут игнорировать или прямо противоречить потребностям или возможностям организма.

Эту часть нашей психики он назовет «влечением к смерти», хотя многие вдумчивые комментаторы будут отмечать, что формулировка крайне неудачная. Суть этого влечения не в стремлении к разрушению и смерти, а в некотором слепом стремлении, безразличном к жизни и смерти. Впоследствии Жак Лакан сформулирует эту идею более утонченно: бессознательное – это то, что возникает благодаря телу, но ничего не желает знать о его существовании.

Стоит добавить к этому, что бессознательными могут быть любые элементы психики из второй топики («Оно - «Я» - «Сверх-Я»), поэтому его отождествление с термином Id («Оно») в корне неверно. И все же Фрейд, резюмируя свои взгляды на психоанализ, однажды высказал формулу: «Где было «Оно», должно стать «Я».

Многие поняли это слишком прямолинейно, в духе философии – как полное осознание того, что еще не осознанно. Однако такая экспансия не только невозможна в полной мере, но и губительна для субъекта, т. к. только «Оно» является источником хоть какой-то жизненной энергии. Лакан, читая эту формулу в оригинале («Wo Es war, soll Ich werden»), отмечал, что в ней можно услышать не только описание будущего («должно прийти»), но и обещание («обязуюсь прийти»).

В этом смысле статус бессознательного не столько онтологический, сколько этический, а сама фраза указывает на то, что субъект («Я») – это тот, кто еще только должен появиться на фоне бессмысленного симптома («Оно»). Собственно, именно эта вера в возможность (прихода) субъекта и определяет целиком и полностью клинику психоанализа.

Конечно, можно выделить еще целый ряд положений о бессознательном в психоанализе, и к некоторым из них мы еще обратимся в последующих текстах курса.

Подведем итог. Фрейд изобрел совершенно новый концепт «бессознательного», порывающий с логикой «непознанного» и «непознаваемого». И если речь идет о психоанализе, то стоит говорить «бессознательное» и никак иначе. За «подсознанием» стоят совсем иные допущения в духе аутосуггестии, гипноза и других теорий.

 

Для превью взяты работы Misi Szilagyi

 

Бессознательное зрение и мнимая слепота

  • Дэвид Робсон
  • BBC Future

Автор фото, Getty

Подпись к фото,

Пациенты с псевдослепотой не могут сознательно воспринимать зрительные образы, полагают ученые

Люди, потерявшие зрение, иногда сохраняют способность видеть - с помощью сверхъестественного подсознательного чувства. Оно проливает свет на скрытые глубины человеческого сознания, рассказывает корреспондент BBC Future.

Когда Дэниэл впервые появился в Лондонском национальном госпитале, офтальмолог Майкл Сандерс едва ли предполагал, что этот человек изменит наше представление о том, как устроено человеческое сознание.

Дэниэл с порога заявил, что он наполовину ослеп. У него были здоровые глаза, но из-за операции пострадала часть мозга, отвечающая за зрение.

Дэниэл перестал видеть все, что было слева от его носа. Теперь он видел так, как будто пытался рассмотреть мир через наполовину занавешенное окно.

Тем не менее, Сандерс начал проверять его зрение и заметил нечто странное.

Зачем нам сознание?

Дэниэл все равно был способен, протянув руку, дотронуться до руки врача, даже если тот попадал в его "слепое пятно" - как будто им двигало "второе зрение", действующее за пределами сознания.

Сандерса заинтересовал пациент, и он направил его к психологам Элизабет Уоррингтон и Лоуренсу Вейскранцу, которые провели несколько тестов и подтвердили догадку офтальмолога.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Мир зрительных ощущений человека оказывается словно в полутьме

Психологи поместили слева от Дэниэла экран и попросили его показывать на круг, появлявшийся в разных частях экрана.

Дэниэл был уверен, что не сможет ничего увидеть, однако Вейскранц попросил его "сделать предположение".

Ко всеобщему удивлению, испытуемый почти всегда оказывался прав.

Вейскранц и Уоррингтон также показывали Дэниэлу линии - тогда ему предлагалось определить, какая линия появилась на экране, горизонтальная или вертикальная.

Дэниэл снова был уверен, что перед его глазами ничего не появится, однако и на этот раз он давал правильный ответ в 80% случаев, то есть намного чаще, чем если бы он просто говорил наугад.

Очевидно, что, несмотря на слепоту, здоровые глаза Дэниэла продолжали видеть мир и передавать информацию об увиденном в бессознательное, которое и направляло поведение молодого человека.

В 1974 году Вейскранц опубликовал доклад, используя для описания этого фрагментированного состояния сознания новый термин "псевдослепота" (в русском языке также используется термин "зрячая слепота" - прим. пер.).

"Конечно, некоторые были настроены скептически, но термин прижился и стал общепризнанным явлением", - рассказывает Вейскранц.

В течение следующих десятилетий это состояние помогло ответить на некоторые фундаментальные вопросы о человеческом разуме.

Сколько решений в действительности за нас принимает наше бессознательное (даже если при этом мы питаем иллюзию контроля)?

И если сознание не требуется для того, чтобы направлять наши действия, тогда в чем его назначение?

Зачем в нас развилась эта яркая внутренняя жизнь, если на самом деле мы все равно что зомби, действующие бессознательно?

"Такие примеры дают нам возможность увидеть области мозга, которые обычно остаются не замеченными, - говорит Марко Тамиетто из Тилбургского университета. - Они предлагают взглянуть на функции мозга, которые обычно сложно наблюдать, поскольку они не проявляют себя".

Распутывая сознание

Сознание так глубоко связано со всем, что мы делаем, что многие ученые раньше думали, что его невозможно изучить.

Как можно выбрать из богатой ткани нашего разума ту единственную нить, которая дает нам яркое переживание присутствия в мире, проживания чувств и опыта, даруемых внешним миром? Как можно изучать сознание в отрыве от всего, что его окружает?

Пример Дэниэла (кстати, имя молодого человека в этой статье изменено; в научной литературе его обозначают просто как "ДБ") послужил первой подсказкой.

"Вам следует изучать что-то, что настолько близко к сознанию, насколько возможно, но при этом не зависит от субъективного опыта, - говорит Кристофер Аллен из Кардиффского университета. - Например, псевдослепоту. При ней испытуемый все еще воспринимает (информацию), но не знает о восприятии".

Первым делом ученые решили выяснить, что именно могут видеть пациенты с псевдослепотой, которые не могут сознательно воспринимать зрительные образы. Результаты оказались впечатляющими. Особенно интересно то, что такие люди могут считывать эмоции: если им показать лицо, они определят выражение радости и грусти, злости и удивления. Более того, они даже начнут бессознательно копировать выражение лица.

"Даже несмотря на то, что они не могли ничего отметить на сознательном уровне, мы фиксировали изменение эмоций, их синхронизацию с изображениями в слепом пятне", - говорит Тамиетто, много работавший с Вейскранцем.

Помимо копирования эмоций, они также воспроизводили физиологические признаки стресса, когда им показывали испуганное лицо.

Автор фото, Getty

Подпись к фото,

Какую часть мира мы видим на самом деле, и насколько наши действия определяются подсознанием?

"В будущем мы планируем попытаться научить их распознавать реакцию тела", - говорит Тамиетто. Тогда люди понимали бы, что они в опасности.

"По реакции тела они могли бы понимать, что происходит вокруг них - что-то интересное или проблемная ситуация".

В 2008 году команда Тамиетто и Вейскранца провела еще один - самый жестокий - эксперимент над пациентом с псевдослепотой.

В отличие от Дэниэла, новый испытуемый не видел вообще ничего и в обычной жизни передвигался с помощью трости.

Команда ученых забрала у него трость, а затем отвела пациента в коридор, полный предметов мебели, об которые легко можно было споткнуться.

Испытуемому предстояло пройти по коридору от одного конца до другого. "Он говорил, что не может ничего увидеть; тем не менее, он справился с задачей с первой попытки", - говорит Тамиетто.

Важно заметить, что испытуемый не только утверждал, что не знает о том, что он что-то видит; он также не осознавал, что он обходит предметы. Он настаивал на том, что просто идет прямо по коридору.

По словам Беатрис де Гельдер, руководившей исследованием, пациент "затруднился объяснить или хотя бы описать свои действия".

Лишь в очень редких случаях люди с псевдослепотой способны приблизиться к пониманию того, что они видят.

Например, один из испытуемых был в состоянии различить движение в быстрых, контрастных фильмах; увиденное он описал как "черную тень, движущуюся на полностью черном фоне", "ощущение знания", что там что-то было.

Впрочем, даже в этом случае он не мог описать картинку, то есть его опыт был почти полностью лишен всего, что мы, как правило, связываем со зрением.

"Пока нет единой точки зрения по поводу того, отражают ли эти свидетельства реальный визуальный опыт", - говорит Роберт Кентридж из Даремского университета.

Временная слепота

Из всех вопросов, которые ставили перед собой такие исследования, главным остается вопрос "почему?" Что заставляет сознательное и бессознательное так сильно рассоединиться?

Что характерно, у всех испытуемых с псевдослепотой пострадала одна и та же область мозга - так называемая зона V1, первичная зрительная кора, расположенная в задней части мозга.

Отсюда предположение: именно эта область отвечает за отправку потока изображений в наше сознание.

Чтобы проверить свои предположения, ученые использовали неинвазивную стимуляцию мозга. С ее помощью можно "отключать" различные области мозга, таким образом вызывая временную псевдослепоту у зрячих испытуемых.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Люди с псевдослепотой не видят, что находится перед ними, но могут почувствовать окружающее

Желая знать, как ощущается псевдослепота, я поучаствовал в одном из экспериментов в лаборатории Аллена в Кардиффе в Великобритании (видеозапись, сделанную во время процедуры, можно посмотреть в оригинальной статье на английском языке на сайте BBC Future).

Метод, применяемый учеными, называется транскраниальной магнитной стимуляцией (ТМС): сильное магнитное поле воздействует на нейронную активность внутри черепа.

"Преимущество в том, что не нужно никому вскрывать черепную коробку для того, чтобы воссоздать поведенческие характеристики, свойственные псевдослепоте", - объяснил мне перед процедурой Аллен.

Эксперимент начался с того, что Аллен поместил магнит у моего затылка, над зоной V1. Затем он на короткие промежутки времени, каждый раз с возрастающей силой, стал создавать магнитное поле.

Сначала я чувствовал лишь легкое постукивание (воздействие магнитного поля на мою кожу), но потом заметил, что картинку перед глазами пересекла быстро гаснущая черная линия - нечто похожее появляется на экране, когда выключаешь старый телевизор.

Это продолжалось меньше секунды; несмотря на то, что я испытал некоторый шок, я быстро привык к этому ощущению.

После того, как Аллен настроил мощность, я сел перед компьютером, и передо мной начали мигать изображения стрелок.

Я должен был сказать, какую стрелку на долю секунды показали на экране - влево или вправо. Иногда изображения синхронизировались с сигналами ТМС, вызывающими временную слепоту.

Так же как Дэниэл в первых экспериментах, я ничего не видел и думал, что отвечаю наугад.

Тем не менее, когда мы закончили, Аллен сказал, что я дал больше правильных ответов, чем я смог бы, выдавая их случайным образом. Это значит, что в ходе эксперимента получилось вызвать псевдослепоту.

С помощью таких исследований Аллен нашел пока не подтвержденные окончательно доказательства того, что визуальная информация проходит через латеральное коленчатое тело, расположенное глубоко в центре мозга.

Это обходной путь вокруг зоны V1, который допускает бессознательную обработку информации в зонах, ответственных за эмоции и движение.

В будущем ученые, возможно, даже поймут, как именно мозг создает само визуальное сознание, и почему зона V1 так важна. По одной версии, сознание основано на связях между многими областями мозга, и V1 может выполнять роль узла, организующего трансляцию.

Изучение самого опыта псевдослепоты также может дать подсказки о силе бессознательного.

Парадокс внимания

Представьте, что вы участвуете в представлении кукольного театра. Вам завязали глаза, к вашим конечностям привязаны невидимые нити.

Невидимый кукловод очень быстро дергает то за одну нить, то за другую, заставляя вас исполнять сложный танец. Зрителям кажется, что вы полностью контролируете свои действия, но на самом деле вы не имеете ни малейшего представления о том, что вы только что сделали.

Когда человек с псевдослепотой обходит препятствия - это своего рода кукольное представление, в котором бессознательное играет роль кукловода.

"Сознание - это далеко не все, - говорит Тамиетто. - Очень часто мы думаем, что мы что-то решили, но на самом деле наш мозг принял решение за нас еще раньше, многими способами, во многих контекстах".

Юха Сильванто из Вестминстерского университета соглашается: "Сознание всего лишь сводит воедино всю поступающую информацию, но то, что подсознание может направлять наше поведение, означает, что сложная обработка происходит без нашего участия".

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Носители псевдослепоты отрывают новые способы познания мира, изучая собственное бессознательное

В самом деле, даже некоторые философы задавались вопросом, не являемся ли мы чуть более сложными существами, чем зомби, которых к действию побуждают, в основном, бессознательные импульсы.

Это, в свою очередь, ставит под сомнение некоторые устоявшиеся предположения о самой природе сознания и о его назначении.

В конце концов, нет уверенности в том, что животные обладают таким же богатым внутренним миром, как мы, так что по каким-то причинам он должен был появиться [с появлением человека разумного].

Раньше психологи считали, что у нас есть некий "центр внимания"; зрение переводит его на объект, а затем объект попадает в сознание.

Таким образом, наша повышенная включенность помогает выделить наиболее важные части общей картинки и дает нам возможность ответить.

Вот только у Роберта Кентриджа из Даремского университета есть доказательства, что и это может быть совсем не так.

Его предположение родилось во время разговора с испытуемым, страдающим от псевдослепоты. Диалог произошел в перерыве между некоторыми базовыми тестами, в ходе которых в разных зонах слепого пятна показывают различные изображения.

Испытуемый сказал, что, по его мнению, он справился бы с заданием лучше, если бы ему заранее говорили, где именно появится следующее изображение.

"Это показалось очень странным", - говорит Кентридж. Поскольку пациенты с псевдослепотой не знают о том, что попадает в слепое пятно, они не могут фокусировать свое внимание на этих объектах.

"Как если бы вы пытались направить внимание на свой затылок. У вас не должно это получиться", - говорит он.

Тем не менее, он был рад подыграть пациенту и придумать другой эксперимент, в котором испытуемому давали бы подсказку о том, где может появиться изображение.

Результаты оказались парадоксальными: несмотря на то, что участник по-прежнему был не в состоянии увидеть что-либо, его подсознание как будто начало работать быстрее.

Другими словами, испытуемый действительно "уделял внимание", хоть и не знал, чему именно.

Поэтому Кентридж считает, что нам надо переосмыслить наше представление о сознании и внимании. По его мнению, нет центра внимания, усиливающего восприятие, но есть сознание, которое эволюционировало, чтобы усиливать память.

Сознание собирает разные частички информации в единую картину, которую проще запомнить. "Вам нужно закодировать происходящее в мире в один пакет", - говорит он.

Это - всего лишь часть тех многих подсказок, которые однажды помогут разгадать загадки человеческого сознания.

К сожалению, Дэниэл не будет принимать участие в дальнейших экспериментах. "Он скончался в ноябре прошлого года, но он был готов участвовать в исследованиях в течение многих лет", - говорит мне Вейскранц.

Тем самым он указал путь другим и провел нас через самые темные тайны человеческого разума.

как бессознательные процессы формируют нашу личность

Рубрики : Нейронаука, Переводы, Психология

О силе бессознательного психологи говорят уже более века, однако пока нет каких-то серьезных экспериментальных доказательств существования этого пласта психики. Рассказываем вам об одном недавнем исследовании, авторы которого, профессор психологии Дэвид Оукли и профессор нейропсихологии Питер Халлиган, провели ряд экспериментов с использованием фМРТ и пришли к выводу, что сознание не просто не контролирует эмоции, чувства и мысли, оно, наоборот, идет на поводу у них и постфактум создает для этих чувств и мыслей объяснения, создавая таким образом нашу персональную историю. Это проливает новый свет на то, как могут взаимодействовать между собой сознательное и бессознательное.

Часто мы полагаем, что наше поведение, убеждения или мнение о чем либо, – все это результат обстоятельного размышления. Нам кажется, что внутри нашей головы заседает некий «исполнительный комитет», который думает, строит планы, приходит к заключениям и спускает нам готовые решения, которые мы претворяем в жизнь. Эта модель исполнительного контроля «сверху вниз» десятилетиями превалировала в умах и устраивала не только обывателей, но и ученых.

Сегодня большинство экспертов рассматривают человеческое сознание как комбинацию двух различных феноменов. Первый — это личное сознание, которое мы переживаем от одного момента к другому и которое является источником знания о том, кто мы есть в реальном мире и где находимся. Оно помогает в распознавании явлений объективной реальности и позволяет видеть возможности и угрозы. А второй — это содержание сознания: наши мысли, чувства, впечатления, намерения и воспоминания.

В статье «Погоня за радугой: бессознательная природа бытия», опубликованной в ноябре 2017 года во Frontiers of Psychology, приводится «революционное» утверждение о том, что на самом деле наши мысли и чувства не есть результат работы привычной логики, а являют собой производное быстрых бессознательных процессов, и что «сознание» не подразумевает исполнительной, причинной или контролирующей связи с любым из привычных нам психологических процессов, обычно приписываемых ему. Исследователи отмечают, что опыт сознания — это пассивное сопровождение бессознательных процессов «внутреннего вещания» и создание личного повествования.

Проще говоря, мы не сознательно выбираем наши мысли или чувства — мы всего лишь осознаем их и встраиваем в собственную историю.

Психоаналитики, опираясь на свой клинический опыт, говорят об этом уже целый век, но использование магнитно-резонансной томографии мозга во время сессий гипноза позволило привести еще несколько аргументов в пользу главенства бессознательных механизмов нашего мозга в формировании личности человека.

Исследование организовали Дэвид Оукли, почетный профессор психологии университетского колледжа в Лондоне, и Питер Халлиган, профессор нейропсихологии из Университета Кардиффа в Уэльсе. Они использовали метод гипнотического воздействия, который применялся для лечения нейропсихологических и нейропсихиатрических расстройств, и параллельно вели регистрацию активности мозга испытуемых, чтобы проследить наличие сигналов между мозгом и телом.

В результате экспериментов удалось выявить закономерность, показывающую, что в чрезвычайно суггестивных (внушаемых) состояниях люди могут менять свои убеждения, настроение и восприятие. К примеру, участники исследования поднимали руку, даже когда мозг не получал сознательный сигнал об этом, и это выглядело как непреднамеренное действие, а исследователям удавалось внушить испытуемым, что инопланетяне заставляли их делать это.

«В одном эксперименте исследователи записывали мозговую активность участников в трех ситуациях: когда они поднимали руку преднамеренно, когда она была поднята рычагом, и когда она двигалась в ответ на гипнотическое внушение о том, что его поднимает рычаг. Одни и те же области мозга были активны во время непроизвольного и предполагаемого «чуждого» движения, тогда как активность мозга для преднамеренного действия была иной. Таким образом, гипнотическое внушение можно рассматривать как средство передачи идеи или убеждения, которое, когда оно принято, способно изменять восприятие или поведение человека».

The Conversation

Ученые пришли к выводу, что наш мозг в меньшей степени создан для генерации выводов и заключений, а в большей — для распознавания того, что мы чувствуем. Авторы статьи отмечают, что «содержание сознания» не полностью происходит из «опыта сознания», а берет начало в «неосознаваемой деятельности мозга».

Хорошо объясняет данное утверждение метафора радуги:

«Индивидуальное сознание подобно радуге, которая сопутствует физическим процессам в атмосфере, но не оказывает на них никакого влияния».

Английский биолог и популяризатор науки Томас Генри Хаксли (Гексли) сравнивал сознательную часть психики с чем-то вроде парового гудка на поезде, сопровождающего работу двигателя, но не обладающего внутренним влиянием или контролем над ним (Хаксли, 1874).

Таким образом, личная осознанность реальна, она присутствует одновременно с неосознаваемыми процессами жизнедеятельности нашего мозга (или психической сферы), но не является причинной и не оказывает никакого влияния на наши психологические процессы.

Авторы пишут, что бессознательная деятельность генерирует практически все содержание нашего сознания посредством такого механизма, как «непрерывное самореферентное личное повествование ⓘСамореференция (самоотносимость) — явление, которое возникает в системах высказываний в тех случаях, когда некое понятие ссылается само на себя.». За кулисами сознательной деятельности наши мысли, чувства и эмоции относительно того или иного опыта взаимодействуют достаточно быстро и весьма эффективно, экономя наш сознательный ресурс, что необходимо для нашего выживания.

Чем же собственно является непрерывное «самореферентное индивидуальное повествование»? По мнению авторов — это сумма накопленного опыта и тех впечатлений, которые он когда-то вызвал.

Этот «банк данных» не статичен, он постоянно обновляется по мере воздействия на нас нового жизненного опыта. Это скорее процесс, у него текучий и изменчивый характер, поэтому лучше называть это повествованием или нарративом. Благодаря этому процессу мы можем общаться с другими людьми, понимать их, сближаться и сотрудничать для общего блага.


Читайте также Какова ваша история? Психологическая сила нарратива

В связи с вышенаписанным возникает вопрос: так насколько же мы ответственны за наше поведение, а в какой степени оно находится вне контроля нашего сознания?

Учитывая, что большая часть мыслей и чувств не подлежит нашему контролю, можем ли мы быть полностью ответственны за выбор, который делаем, за свое мнение, убеждения или поведение? И если мы не в полной мере за это отвечаем, то кто разделит с нами эту ответственность?

В своем интервью TheConversation исследователи говорят, что считают «свободу воли и личную ответственность идеями, инсталлированными в нас общественным устройством».

Эти идеи лишь выражают общепринятое мнение о том, как все устроено, но могут способствовать ошибочному пониманию того, как и почему мы себя ведем тем или иным образом и по какому пути развивается наше общество.

C другой стороны, такая инсталляция идеи о свободной воле помогает нам говорить о себе как о личности, передавать наш нарратив Другому, обогащать опыт и формировать более тесные связи, способствуя общественной кооперации и эволюции.


Подборка по теме
— Проблема сознания в психологии и философии: кто управляет нашими
— Как возникают эмоции, о существовании которых мы не подозреваем?
— Проблема свободы воли: философия против нейронауки

По материалам: The Conversation, Big Think
Обложка: Hypnos / British museum / Wikimedia Commons

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

Что такое бессознательное и как использовать его могущество для улучшения своей жизни

Ещё не так давно идеи Фрейда о существовании бессознательной части психики были новы и принимались далеко не всеми. Сейчас же понимание и работа с бессознательной частью психики человека стали мейнстримом.

Сегодня мы не только знаем о бессознательном, но и практически можем чувствовать те моменты, когда бессознательное говорит с нами, помогает или мешает нам на нашем пути. Интуиция, медитация, спонтанное творчество, состояние «потока» — все это способы взаимодействия с нашей бессознательной глубиной.

Фрейд писал, что «бессознательное – это истинно реальное психическое, по своей внутренней природе столь же нам неизвестное, как реальность внешнего мира». Существование бессознательного – неоспоримый факт, но что оно содержит, как оно влияет на нас, насколько велика его глубина – все это вопросы, на которые нельзя дать однозначный ответ.

Попробуйте вспомнить, что происходило с вами 1 января 2004 года. Если это не какая-то значимая для вас дата, скорее всего, что вы ничего не сможете вспомнить. Но это не значит, что этого дня не существовало, или вас не существовало. Вся информация об этом дне выпала из области вашего сознания неслучайно: природа устроила нашу память так, чтобы мы помнили ровно столько, сколько можем помнить.

Все, что когда-либо происходило с нами, спрятано в бессознательном. Но бессознательное гораздо шире, чем наш индивидуальный опыт. К.-Г. Юнг продолжил идеи Фрейда и предложил идею коллективного бессознательногоКоллективное бессознательное – это совокупный опыт всего человечества. Коллективное бессознательное знает все о мироустройстве. В коллективном бессознательном содержатся ответы на самые главные экзистенциальные вопросы.


Бессознательное – это не только конгломерат нашего личного и общечеловеческого опыта, но и активная сила, которая позволяет нам творить такую реальность, которую мы осознанно или неосознанно выбираем.


Как же войти в контакт с этой силой и осознанно выбрать свою реалиность? Вот несколько способов взаимодействия и «сотрудничества» с бессознательным для улучшения своей жизни.


Медитация

Если мы хотим обратиться к бессознательному, первое, что стоит сделать, это ограничить активную деятельность сознания, то есть ума. Наш ум находится в непрерывной работе: иногда эффективной, иногда бесполезной. Потоки информации в современном мире настолько велики, что остановка постоянного потока мыслей – задача не из простых.

Остановить ум и подключиться к бессознательной глубине поможет медитация. Существуют разные техники, помогающие успокоить ум, их множество. Мне нравятся те, что предлагают Экхарт Толле и Фрэнк Кинслоу.

И вот, когда ум спокоен, бессознательное открывает нам свои тайны. Например, можно поставить задачу перед бессознательным вспомнить что-то. Или получить ответ на волнующий вопрос. Ошо говорит, что «у медитации есть фокус, и если человек хочет направить ее в определенном направлении, то ею нужно пользоваться как фонариком».


Интуитивное творчество

Это замечательная возможность пообщаться со своим бессознательным напрямую, минуя ум и сознание. Когда мы создаем что-то руками, ум ограничивает свое влияние, поэтому творческий процесс – это медитация.

Другой секрет бессознательного творчества в том, что существуют древние символы, которые являются «языком» нашего бессознательного и которые можно использовать в творчестве. Одним из таких мощных символов является мандала.

Мандала — это древнейший сакральный символ, который существует почти во всех культурах с древнейших времён. Мандала является частью нашего общечеловеческого коллективного бессознательного вне зависимости от нашей веры в это. Это понимают многие психотерапевты, например, Карл Густав Юнг широко использовал рисование мандал как метод работы с бессознательным.

Создавайте мандалу Мечты, Любви, Счастья, создавайте мандалу, чтобы ответить на какой-то волнующий вас вопрос – любые способы творческого взаимодействия с бессознательным будут продуктивными. И наблюдайте за тем, как в вашей жизни происходят позитивные изменения.

Помните, что совместное творчество многократно усиливает результат, поэтому приходите на мои мастер-классы по созданию персональной мандалы, направленной на реализацию определенных задач. Анонсы мастер-классов и галерея волшебных мандал на сайте: www.rushkovskaya.ru


Состояние потока

Каждый раз, делая что-то важное, ставьте задачу перед своим бессознательным помочь вам найти максимально эффективные пути реализации вашего дела. Снимите ответственность за результат с себя, возложите ее на бессознательное, которое знает и умеет гораздо больше, чем вы.

Пишите ли вы отчет на работе, работаете ли над проектом – пусть ваше бессознательное позаботится о результате. Для этого нужно всего лишь осознанно попросить его об этом и попытаться почувствовать его волны, его поток. Не только Менделеев увидел во сне свою таблицу, самая важная информация в высшей степени гениальных людей, таких как Гёте и Гельмгольца, открывалась им внезапно и спонтанно и в готовом виде доходила до их восприятия.


Сон

Сны – самое очевидное проявление бессознательных процессов. Именно со снами работали Фрейд и Юнг, пытаясь расшифровать знаки бессознательного.

Дело в том, что во время сна бессознательное, не ограниченное сознанием вообще, спонтанно и бесконтрольно выбрасывает случайные образы, обусловленные накопленными днем ощущениями. Но ведь мы же можем поставить задачу перед нашим бессознательным, задать ему вопрос или направить на выполнение нашей мечты.

Есть известное упражнение «Стакан воды», которое предложил Хосе Сильва. Выполнять его следует перед сном.

  • Возьмите двумя руками стеклянный стакан чистой питьевой воды
  • Закройте глаза, переведите взгляд с закрытыми глазами «вверх»
  • Сформулируйте вопрос, требующий ответа
  • Мелкими глотками отпейте половину воды из стакана, повторяя фразу: «Это все, что мне нужно сделать, чтобы найти решение проблемы, о которой я думаю»
  • Откройте глаза и ложитесь спать. Бессознательное даст вам ответ на ваш запрос в виде образа или озарения

Когда проснетесь, выпейте оставшуюся воду так же, как пили ее перед сном: направляя взгляд вверх и произнося фразу: «Это все, что мне нужно сделать, чтобы найти решение проблемы, о которой я думаю»


 

www.rushkovskaya.ru

Фото

Нравятся наши тексты? Присоединяйтесь к нам в соцсетях, чтобы быть в курсе всего самого свежего и интересного!

Instagram  Facebook  VK

Институт НеоКода – Новый код НЛП

Бессознательное — то, что в настоящее время не осознается. Внутри бессознательного можно выделить вещи, которые:

  • могут быть осознаны и регулярно осознаются

  • могут, но еще никогда не были осознаны

  • возможно, никогда не будут осознаны

Среди функций бессознательного:

Одно из основных направлений деятельности Института НеоКода – развитие методов коммуникации с бессознательным, сознательно-бессознательного и телесно-бессознательного интерфейса для достижения раппорта, конгруэнтности между этими частями личности.

Представления о не вполне контролируемой части личности сущуствуют уже много веков. Древние римляне и греки часто бывали «одержимы богами», впадая в неконтролируемый гнев, панику или любовь, они приписывали это соответствующим богам: Зевсу, Пану или Афродите. Психолог Джулиан Джейнс полагал, что примерно до 8 века до н.э. люди были просто не в состоянии осознавать себя в привычном для нас смысле и полагали все возникающие внутри голоса или позывы результатом божественного вмешательства.

По мере роста осознанности, способности к интроспекции, эти порывы стали приписывать самому человеку, или, точнее, его части, называемой «душа». Платон в диалоге «Федр» писал: «Уподобим душу соединенной силе крылатой парной упряжки и возничего. […] Во-первых, это наш повелитель правит упряжкой, а затем, и кони-то у него: один прекрасен, благороден и рожден от таких же коней, а другой конь — его противоположность и предки его — иные.»

Примерно таково наше представление о бессознательном и в настоящее время: как о движущей силе нашего поведения, всего хорошего и плохого, что в нас есть. Роль возницы в этой метафоре, конечно, отводится сознанию. С большой вероятностью эта метафора не вполне верна: за сознанием тоже кто-то должен присматривать. Предоставленное самому себе, оно часто впадает в заниматься чрезмерное обдумывание (Luybomirski, 2008), которое плохо отражается на системе в целом.

Термин «бессознательное» (unconscious) появился намного позднее. Впервые это слово в значении «неосознанность относительно наших собственных ментальных процессов» употребил шотландский судья Лорд Каменс в 1751 году.

Но по-настоящему известным термин «бессознательное» стал благодаря книге немецкого философа фон Хартмана «Философия бессознательного», которая была опубликована в 1869 году (за тридцать лет до Фрейда) и пользовалась таким успехом, что в течение десяти лет переиздавалась восемь раз. Хартман являлся последователем Шопенгауэра, истоки философии которого которго лежат, в частности, в восточном мистицизме, в буддизме и Ведах.

Согласно этой философии, под поверхностью индивидуального сознания скрыто космическое сознание, которое у большинства людей является «бессознательным» (das Ubewusste), но может быть пробуждено и полностью реализовано, и это превращение бессознательного в сознательное считалось наибольшим благом для человека.

Детальная

О задаче бессознательного.

«Человек по своей природе не может не улавливать эмоции и устремления окружающих. Эта способность встроена в наш мозг — без тумблера «выкл.». Любой объект или человек, с которым мы сталкиваемся во внешнем мире, уникален, но жить было бы ох как непросто, если бы мы воспринимали их таковыми. Нет у нас ни времени, ни широты диапазона ментального восприятия, достаточных для наблюдения и осмысления каждого фрагмента каждого объекта в поле зрения. Мы выделяем несколько ярких черт, которые как раз вполне пристально рассматриваем, и по ним определяем категорию объекта и дальнейшую оценку выносим, исходя из приписанной этому объекту категории. Обращаясь с системой категорий, мы увеличиваем свою реактивность. Если бы мы не эволюционировали таким образом, если бы наш мозг обращался с каждым встречным объектом индивидуально, то пока мы разбираемся, настолько ли опасен конкретный лохматый зверь, как тот, что съел дядю Боба, медведь нас бы успел сожрать. Нам же довольно один раз увидеть, как парочка медведей уплетает наших родственников, чтобы вся эта разновидность зверей попала в черный список. И дальше, стоит завидеть крупное косматое животное со здоровенными острыми когтями, мы не станем околачиваться поблизости и собирать дополнительные сведения — мы поступим в соответствии с чутьем и унесем ноги. Нам хватит пару раз увидеть стул, чтобы прийти к выводу: объект о четырех ногах и спинке придуман для того, чтобы на нем сидеть. Если водитель впереди закладывает петли, как полоумный, мы сходу понимаем, что лучше держаться подальше.

Мышление общими категориями — «медведи», «стулья», «полоумные водители» — помогает нам обращаться с реальностью быстро и эффективно; мы сначала улавливаем общую суть объекта, а в индивидуальных его чертах разбираемся потом.

Категоризация — одно из самых важных ментальных действий, которым мы владеем и которое применяем постоянно. Во всех этих примерах, когда мы категоризиру ем — мы поляризуем. Все, что по той или иной условной причине определяется нами как принадлежащее одной категории, кажется нам более схожим, чем есть на самом деле, а все, чему мы приписываем разные категории, разнится в наших глазах сильнее, чем в действительности. Бессознательный ум превращает смутные отличия и нюансы в жесткое разграничение.

Задача бессознательного — отмести несущественное и сберечь значимое. Если эта задача выполняется успешно, мы упрощаем действительность, тем самым делая ее проходимее и сподручнее. Если же задача решена с ошибками, наше восприятие искажается, а результат наносит вред и окружающим, и нам самим.

Особенно сильно тенденция категоризировать ударяет по нашему представлению о людях: мы склонны считать врачей определенной специализации, адвокатов из определенной конторы, фанатов определенной спортивной команды или людей из определенной этнической группы более похожими друг на друга, чем на самом деле.

Нам всем хотелось бы думать, что мы оцениваем людей индивидуально, и иногда мы сознательно очень стараемся судить окружающих только на основании их неповторимых качеств. Часто нам это удается. Но если человек нам знаком не близко, наш ум обращается к его социальной принадлежности.

[...] неосознанная часть нашего ума берет неполные данные и при помощи ситуативного контекста и других аллюзий достраивает полную картину, производит эмпирическую оценку и предлагает конечный результат — когда верный, когда ошибочный, но всегда убедительный. Точно так же наш ум заполняет пробелы при оценке других людей, и принадлежность человека к той или иной категории — часть используемых при этом дополнительных данных".

Бессознательное | Noba

Вы когда-нибудь брали шоколадный батончик, жевательную резинку или журнал при покупке продуктов? Эти хорошо известные «импульсивные покупки» поднимают интригующий вопрос: что на самом деле определяет ваши решения? Хотя, с одной стороны, вы можете возразить, что именно ваше сознание решает, что вы покупаете, что едите и что читаете. С другой стороны, вам, вероятно, придется признать, что этих журналов о знаменитостях и соленого шоколада на самом деле не было в вашем списке покупок с яйцами и хлебом.Так откуда же появилось желание их приобрести? Как мы увидим в этом модуле, на ваше мышление и решения влияет ряд сил, о которых вы, возможно, даже не подозреваете; все они обрабатываются бессознательным.

Хотя термин «бессознательное» был введен сравнительно недавно (в XVIII веке немецким философом Платнером, немецкий термин был «Unbewusstsein»), относительная «бессознательность» человеческой природы вызывала как изумление, так и разочарование на протяжении более чем два тысячелетия.Сократ (490–399 до н.э.) утверждал, что свобода воли ограничена, или, по крайней мере, так кажется, после того, как он заметил, что люди часто делают то, что они действительно не хотят делать. Он назвал это akrasia , что лучше всего можно перевести как «отсутствие контроля над собой». Несколько столетий спустя римский мыслитель Плотин (205–270 гг. Н. Э.), По-видимому, был первым, кто сослался на возможность бессознательных психологических процессов в письменной форме: «Отсутствие сознательного восприятия не является доказательством отсутствия умственной деятельности.

Эти две идеи, впервые сформулированные Сократом и Плотином соответственно, были и до сих пор горячо обсуждаются в психологии, философии и нейробиологии. То есть ученые по-прежнему исследуют, в какой степени человеческое поведение (и / или кажется) является (и / или кажется) добровольным или непроизвольным, и ученые по-прежнему исследуют относительную важность бессознательных психологических процессов по сравнению с сознательными или психической деятельности в целом. И, возможно, неудивительно, что оба вопроса до сих пор остаются спорными.

Еще древних греков интересовала загадка кажущегося отсутствия контроля, который мы проявляем при принятии решений.Что бы подумал Сократ, если бы увидел, как современные люди ориентируются в типичном супермаркете? [Изображение: Mtaylor848, https://goo.gl/GhuC6L, CC BY-SA 3.0, https://goo.gl/eLCn2O]

Во время научной революции в Европе наше бессознательное было отнято у нас, так сказать французского философа Декарта (1596–1650). Дуализм Декарта влечет за собой строгое различие между телом и разумом. Согласно Декарту, разум производит психологические процессы, и все, что происходит в нашем сознании, по определению является сознательным.Некоторые психологи назвали эту идею, в которой психические процессы, происходящие вне сознательного осознания, были невозможны, картезианской катастрофой. Науке потребовалось более двух столетий, чтобы полностью оправиться от обнищания, продиктованного Декартом.

Нельзя сказать, что современники Декарта и более поздние мыслители соглашались с дуализмом Декарта. Фактически, многие из них не соглашались и продолжали теоретизировать о бессознательных психологических процессах. Например, британский философ Джон Норрис (1657–1711) сказал: «У нас могут быть идеи, которые мы не осознаем.. . . В нашем сознании запечатлевается бесконечно больше идей, чем мы можем уделить внимание или осознать ». Иммануил Кант (1724–1804) согласился: «Область наших чувственных восприятий и ощущений, которую мы не осознаем. . неизмеримо ». Норрис и Кант использовали логический аргумент, на который до сих пор любят указывать многие сторонники важности бессознательных психологических процессов: В нашем мозгу происходит так много всего, а емкость сознания настолько мала, что должно быть гораздо больше. чем просто сознание.

Самый известный защитник важности бессознательных процессов выступил на сцене в конце 19 века: австрийский невролог Зигмунд Фрейд. Большинство людей связывают Фрейда с психоанализом, с его теорией ид, эго и суперэго, а также с его идеями о вытеснении, скрытых желаниях и мечтах. Такие ассоциации полностью оправданы, но Фрейд также опубликовал менее известные общетеоретические работы (например, Freud, 1915/1963). Эта теоретическая работа звучит, в отличие от его психоаналитических работ, очень свежо и современно.Например, Фрейд уже утверждал, что человеческое поведение никогда не начинается с сознательного процесса (сравните это с экспериментом Либета, обсуждаемым ниже).

Фрейд, а также Вильгельм Вундт указали на еще один логический аргумент в пользу необходимости бессознательных психологических процессов. Вундт выразился так: «Наш ум настолько хорошо оборудован, что дает нам самые важные основы для наших мыслей, при этом мы не имеем ни малейшего знания об этой работе по разработке. Осознаются только его результаты.Этот бессознательный разум для нас подобен неизвестному существу, которое создает и производит для нас, и, наконец, бросает спелые плоды нам на колени ». Другими словами, мы можем осознанно осознавать множество разных вещей - вкус бокала бургундского, красоту Тадж-Махала или острую боль в пальце ноги после столкновения с кроватью, - но эти переживания не меняются. воздух, прежде чем они достигнут нас. Они как-то и где-то подготовлены. Если вы не верите, что сознание причинно не связано с другими телесными и ментальными процессами (например, если предположить, что им руководят боги), сознательные переживания должны быть подготовлены другими процессами в мозгу, которые мы не осознаем.

Немецкий психолог Ватт (1905) в увлекательном эксперименте показал, что мы осознаем только результаты психических процессов. Его участникам неоднократно предлагали существительные (например, «дуб»), и они должны были отвечать связанным словом как можно быстрее. В некоторых случаях участников просили назвать главное слово («дуб» - «дерево»), в то время как в других случаях их просили придумать часть («дуб» - «желудь») или подчиненное («дуб» - «луч») слово.Таким образом, мышление участников было разделено на четыре этапа: инструкции (например, вышестоящие), представление существительного (например, «дуб»), поиск подходящей ассоциации и вербализация ответа (например, «дерево»). »). Участников попросили тщательно проанализировать все четыре этапа, чтобы пролить свет на роль сознания на каждом этапе. Третий этап (поиск ассоциации) - это этап, на котором происходит собственное мышление, и поэтому он считался наиболее интересным этапом.Однако, в отличие от других этапов, этот этап был, как его называют психологи, интроспективно пустым: участники не могли ничего сообщить. Само мышление было бессознательным, и участники осознавали только всплывший на поверхность ответ.

Используя ЭЭГ в психологической лаборатории, экспериментаторы смогли показать, что неосознанная подготовка предшествует сознательному принятию решения. [Изображение: SMI Eye Tracking, https://goo.gl/xFMw5I, CC BY 2.0, https://goo.gl/BRvSA7]

Идея о том, что мы неосознанно подготавливаем действие, прежде чем осознаем это действие, была проверена в один из самых известных экспериментов психологии.Некоторое время назад Корнхубер и Дик (1965) провели эксперименты, в которых они просили своих участников выполнить простое действие, в данном случае согнув палец. Они также измерили ЭЭГ, чтобы выяснить, когда мозг начинает готовиться к действию. Их результаты показали, что первый признак бессознательной подготовки предшествовал действию примерно на 800 миллисекунд. Это серьезный промежуток времени, и это заставило Бенджамина Либета задаться вопросом, появляется ли сознательное осознание решения действовать так же давно или даже дольше.Либет (1985) повторил эксперименты Корнхубера и Дике, добавив еще одну меру: осознанное осознание решения действовать. Он показал, что сознательные решения следуют за бессознательной подготовкой и предшествуют фактическому выполнению действия примерно на 200 миллисекунд. Другими словами, бессознательное решает действовать, затем мы осознаем желание выполнить действие и, наконец, действуем.

Эксперимент Либета вызвал настоящий переполох, и некоторые люди пытались спасти решающую роль сознания, критикуя эксперимент.Некоторые из этих критических замечаний имели смысл, например, идея о том, что последовательность действий в экспериментах Либета начинается не с сигналов ЭЭГ в мозгу, а с момента, когда экспериментатор дает указание согнуть палец. И эта инструкция воспринимается осознанно. Пыль, окружающая точное значение этого эксперимента, до сих пор полностью не улеглась, и недавно Соун и его коллеги (Soon, Brass, Heinze, & Haynes, 2008) сообщили об интригующем эксперименте, в котором они обошли важное ограничение эксперимента Либета.Участникам приходилось неоднократно делать дихотомический выбор (нажимать одну из двух кнопок), и они могли свободно выбирать, какую из них. Экспериментаторы измерили мозговую активность участников. После того, как участники много раз сделали свой простой выбор, экспериментаторы могли, глядя на разницу в активности мозга для двух разных вариантов выбора в более ранних испытаниях, предсказать, какую кнопку участник собирался нажать дальше, за десять секунд до начала - действительно, задолго до того, как участник сознательно «решил», какую кнопку нажать дальше.

В наши дни большинство научных исследований бессознательных процессов направлено на то, чтобы показать, что людям не нужно сознание для определенных психологических процессов или поведения. Один из таких примеров - формирование отношения. Самый основной процесс формирования отношения - это простое разоблачение (Zajonc, 1968). Простое повторное восприятие стимула, например, бренда на рекламном щите, который вы проезжаете каждый день, или песни, которая часто звучит по радио, делает его более позитивным. Интересно, что простое разоблачение не требует сознательного осознания объекта установки.Фактически, эффекты простого воздействия возникают даже тогда, когда новые стимулы предъявляются подсознательно в течение чрезвычайно коротких промежутков времени (например, Kunst-Wilson & Zajonc, 1980). Интересно то, что в таких подсознательных экспериментах с простым воздействием участники указывают на предпочтение или положительное отношение к стимулам, которым они не помнят сознательно, подвергались воздействию.

Исследование бессознательных процессов также значительно улучшило наше понимание предрассудков. Люди автоматически классифицируют других людей в соответствии с их расой, и Патрисия Девайн (1989) продемонстрировала, что категоризация бессознательно приводит к активации связанных культурных стереотипов.Важно отметить, что Дивайн также показал, что активация стереотипов не зависит от уровня явных предубеждений людей. Вывод этой работы был мрачным: мы бессознательно активируем культурные стереотипы, и это верно для всех нас, даже для людей, которые не имеют явных предубеждений, или, другими словами, для людей, которые не хотят стереотипов.

«Опыт Эврики» - это момент, когда идея входит в сознательное осознание. [Изображение: Барт, https://goo.gl/ZMnGFr, CC BY-NC 2.0, https://goo.gl/VnKlK8]

Понимание бессознательных процессов также внесло свой вклад в наши представления о творчестве.Творчество обычно рассматривается как результат трехэтапного процесса. Все начинается с осознанного решения проблемы. Вы думаете и читаете о проблеме и обсуждаете ее с другими. Этот этап позволяет собрать и упорядочить необходимую информацию, но на этом этапе редко возникает действительно творческая идея. Вторая стадия - бессознательная; это инкубационная стадия, во время которой люди думают бессознательно. Проблема на время откладывается, и сознательное внимание направляется в другое место.Процесс бессознательного мышления иногда приводит к «переживанию Эврики», когда творческий продукт входит в сознание. На этой третьей стадии снова играет роль сознательное внимание. Творческий продукт необходимо выразить словами и передать. Например, научное открытие требует подробных доказательств, прежде чем его можно будет сообщить другим.

Идея о том, что люди думают бессознательно, также применялась при принятии решений (Dijksterhuis & Nordgren, 2006). В недавней серии экспериментов (Bos, Dijksterhuis, & van Baaren, 2008) участникам была представлена ​​информация о различных альтернативах (например, автомобилях или соседях по комнате), различающихся по привлекательности.Впоследствии участники выполняли отвлекающую задачу, прежде чем приняли решение. То есть они сознательно думали о другом; в этом случае они решали анаграммы. Однако одной группе перед выполнением задачи отвлекающего воздействия сказали, что позже им зададут вопросы о проблеме принятия решения. Второй группе вместо этого сказали, что с проблемой принятия решения они покончили, и что они больше ни о чем не будут спрашивать. Другими словами, у первой группы была цель дальнейшей обработки информации, тогда как у второй группы такой цели не было.Результаты показали, что первая группа принимала лучшие решения, чем вторая. Хотя они делали то же самое сознательно - опять же, решая анаграммы, - первая группа принимала лучшие решения, чем вторая группа, потому что первая думала бессознательно. Недавно исследователи сообщили о нейробиологических доказательствах таких бессознательных мыслительных процессов, действительно показывающих, что недавно закодированная информация дополнительно обрабатывается бессознательно, когда у людей есть такая цель (Creswell, Bursley, & Satpute, в печати).

Иногда люди удивляются, узнав, что мы можем сделать так много и так много сложных вещей бессознательно. Однако важно понимать, что между вниманием и сознанием нет однозначной связи (см., Например, Dijksterhuis & Aarts, 2010). Наше поведение во многом определяется целями и мотивами, и эти цели определяют, на что мы обращаем внимание, то есть сколько ресурсов наш мозг тратит на что-то, но не обязательно то, что мы осознаем. Мы можем осознавать то, на что почти не обращаем внимания (например, мимолетные мечты), и мы можем уделять много внимания тому, о чем мы временно не осознаем (например, проблеме, которую мы хотим решить, или важному решению, которое мы принимаем. облицовка).Отчасти путаница возникает из-за того, что внимание и сознание взаимосвязаны. Когда человек уделяет больше внимания входящему стимулу, вероятность того, что он осознает его, увеличивается. Однако внимание и сознание различны. И чтобы понять, почему мы можем делать так много вещей бессознательно, внимание является ключом. Нам нужно внимание, но для целого ряда вещей нам не нужна сознательная осведомленность.

В наши дни большинство исследователей сходятся во мнении, что наиболее разумный подход к изучению бессознательных и сознательных процессов - это рассматривать (высшие) когнитивные операции как бессознательные и проверять, что (если что-либо) добавляет сознание (Dijksterhuis & Aarts 2010; van Gaal, Lamme , Fahrenfort, & Ridderinkhof, 2011; для исключения см. Newell & Shanks, в печати).Однако исследователи по-прежнему расходятся во мнениях относительно относительной важности или вклада сознательных и бессознательных процессов. Некоторые теоретики утверждают, что причинная роль сознания ограничена или практически отсутствует; другие до сих пор верят, что сознание играет решающую роль почти во всем человеческом поведении любых последствий.

Примечание. Исторический обзор того, как люди думали о бессознательном, в значительной степени основан на Кестлере (1964).

Как бессознательные силы контролируют наши действия

Захватывающие заголовки научные открытия в психологии часто не помогают, потому что они добавляют к некоторым крайним интуициям, что мы, по сути, управляемы нашим бессознательным.Но более надежные научные данные показывают, что нами скорее управляет сознательное мышление, чем бессознательное. У нас может возникнуть ощущение, что мы не всегда полностью осознаем, почему мы делаем то, что делаем. Это может быть потому, что мы не всегда обращаем внимание на наши внутренние мысли и мотивации. Но это не эквивалентно тому, что наше бессознательное управляет каждым нашим решением.

Я так не думаю, но допустим, что нами действительно управляет бессознательное. В этом случае есть преимущество в том, чтобы поддерживать веру в то, что у нас есть более сознательный контроль, чем нет.В случаях, когда что-то идет не так, вера в то, что мы можем научиться и что-то менять к лучшему, зависит от того, что мы принимаем определенный уровень контроля и ответственности.

В тех случаях, когда дела идут хорошо, вера в то, что мы можем повторить или улучшить наши успехи, зависит от признания того, что мы должны сыграть в них свою роль. Альтернатива - подчиниться идее, что либо случайные, либо бессознательные силы диктуют все, что мы делаем, и в конечном итоге это может иметь разрушительные психологические последствия.

Так почему вы влюбились в своего партнера? Может быть, они заставили вас почувствовать себя сильным или защищенным, каким-то образом бросили вам вызов или приятно пахли.Как и любой другой важный вопрос, он многогранен, и на него нет однозначного ответа. Я бы сказал, что маловероятно, чтобы ваше сознательное «я» вообще не имело к этому никакого отношения.

* Магда Осман изучает экспериментальную психологию в Лондонском университете королевы Марии.

Эта статья является частью серии Life's Big Questions, выпущенной The Conversation , которая публикуется совместно с BBC Future.Он пытается ответить на насущные вопросы наших читателей о жизни, любви, смерти и Вселенной. Мы работаем с профессиональными исследователями, которые посвятили свою жизнь открытию новых взглядов на вопросы, которые формируют нашу жизнь. Если у вас есть вопрос, на который вы хотите получить ответ, отправьте нам сообщение по электронной почте на номер Facebook или Twitter или по электронной почте [email protected]

Присоединяйтесь к одному миллиону будущих поклонников, поставив нам лайк на Facebook , или подписывайтесь на нас на Twitter или Instagram .

Если вам понравилась эта история, подпишитесь на еженедельную рассылку новостей bbc.com , которая называется «Основной список». Тщательно подобранная подборка историй из BBC Future, Culture, Worklife и Travel, которые доставляются на ваш почтовый ящик каждую пятницу.

Бессознательные причины, по которым мы делаем то, что делаем: Барг, доктор философии, Джон: 9781501101229: Amazon.com: Книги

Прежде чем вы это узнаете

ВВЕДЕНИЕ

Давайте снова сделаем временную деформацию


Различие между прошлым, настоящим и будущим - всего лишь упорно сохраняющаяся иллюзия.

—Альберт Эйнштейн

В колледже я специализировался на психологии, а второстепенно - на Led Zeppelin. А может быть, все было наоборот.

Это была середина 1970-х, я учился на бакалавриате в Университете Иллинойса в Шампейн-Урбане. Когда я не работал в исследовательской лаборатории на факультете психологии, я проводил время на управляемой студентами FM-радиостанции WPGU, где я был ночным диск-жокеем. Вращение пластинок требует большего, чем простая техника, и это было особенно актуально в доцифровые времена, когда играли на виниле.Это искусство, которое требует как интуиции, так и опыта, и мне потребовалось немало неудач в эфире, прежде чем я наконец почувствовал себя расслабленным в своей звуконепроницаемой коробке с окнами на станции. Чтобы правильно вставить новую песню, вы должны согласовать ее ритм и даже тональность с ритмом песни, которую вы затухаете. Как два человека встречаются в дверях ресторана, когда один уходит, а другой приходит, две песни перекрываются на несколько секунд, и это создает приятное ощущение непрерывности. Одна из вещей, которые мне больше всего нравились в Led Zeppelin, это то, что часто странные и затянутые концовки их песен побуждали меня быть более креативным в переходах, которые я спроектировал.По мере того как "Ramble On" уходил прочь, а "Mah baby, mah baby, mah baby" Роберта Планта становилась все мягче и мягче, я перекрывал гром и дождь, открывающие "Riders on the Storm" Doors.

Как парень со Среднего Запада, который только начинал понимать, что он хочет делать со своей жизнью, меня тянуло к психологии, потому что она обещала будущее объяснений: почему люди делают то, что они делают, как хорошие, так и плохие; какие компоненты нашего разума определяли наши мысли и чувства; и, что самое интригующее, как мы можем использовать этот углубляющийся колодец знаний, чтобы изменить себя и наш мир.Напротив, причина, по которой я был настолько одержима музыкой, заключалась в том, что она не поддалась объяснению. Почему мне понравились группы, в которых я играл? Почему в одних песнях волосы на руках встали дыбом или непроизвольно подпрыгивали, в то время как другие вызывали абсолютное безразличие? Почему музыка так сильно повлияла на мои эмоции? Он говорил с каким-то скрытым резервуаром во мне, которого я не понимал, но который явно существовал и был важен. В 1978 году, когда я переехал в Анн-Арбор, штат Мичиган, чтобы работать над своей докторской диссертацией, мой советник Роберт Зайонц звонил мне в свой кабинет, показывал две музейные открытки с картинами современного искусства на них, а затем спрашивал меня, какая из них мне нравится. лучше.Он сделал это, может быть, для четырех или пяти наборов картин. Каждый раз я сразу понимал, какой из них мне больше нравится, но всегда пытался понять, почему.

Боб улыбнулся и кивнул от моего дискомфорта. «Совершенно верно, - сказал он.

Психологи начинали понимать, что существуют скрытые, лежащие в основе механизмы, которые направляли или даже создавали наши мысли и действия, но мы только начинали понимать, что они собой представляют и как работают. Другими словами, важная часть того, что делает нас такими, какие мы есть, все еще не поддалась объяснению, но она была источником ключевой части нашего опыта.

Примерно в то же время, в конце 1970-х, человек по имени Майкл Газзанига ехал по Новой Англии в 26-метровом доме на колесах GMC. Газзанига, один из отцов современной нейробиологии, отправился в путешествие не просто ради развлечения. Целью его путешествия было посещение пациентов с «расщепленным мозгом» - людей, у которых было перерезано мозолистое тело, связка волокон, соединяющая правое и левое полушария мозга, чтобы уменьшить эпилептические припадки. Газзанига надеялся узнать что-то новое о том, как взаимодействуют различные области мозга.Он подъезжал к своему дому на колесах и усаживал пациента перед визуальным дисплеем, который мог отображать некоторые стимулы для его правого полушария мозга и другую информацию для его левого полушария. Обычно пациент не осознавал, что было представлено в правой части его или ее мозга, только то, что было представлено в левой части. В некоторых исследованиях исследователи представляли визуальные команды, такие как «пройти» к правому полушарию мозга, и пациент немедленно отодвигал свой стул от компьютерного стола и покидал комнату для тестирования.На вопрос, куда он идет, он отвечал что-то вроде: «Иду ко мне домой за содовой». Объяснения казались разумными, но были совершенно неверными. Газзанига был поражен тем, насколько быстро и легко его пациенты могли интерпретировать и давать разумные объяснения поведения, которое они не имели намерения или инициировали сами по себе.

Прорывное понимание, которое Газзанига извлек из своих экспериментов, заключалось в том, что импульсы, которые управляют нашим повседневным, ежеминутным поведением, возникают в мозговых процессах, которые находятся вне нашего понимания, даже если мы быстро их понимаем.Все мы ощущаем субъективное переживание воли, но это чувство не является достоверным свидетельством того, что мы сами желали вести себя определенным образом. Нас можно заставить совершать движения, даже не желая этого, как показал доктор Уайлдер Пенфилд на примере пациентов, перенесших операцию на головном мозге в Монреальском университете Макгилла в 1950-х годах. Он стимулировал область моторной коры, и рука человека двигалась. Затем он предупреждал пациента, что это должно было произойти, и пациент даже пытался остановить это левой рукой, но, тем не менее, она двигалась.Сознательная воля, конечно, не была необходима для движения руки; сознательная воля не могла даже предотвратить это. Газзанига утверждал, что сознательный разум придает смысл нашему бессознательно генерируемому поведению постфактум, создавая позитивное правдоподобное повествование о том, что мы делаем и почему. Очевидно, что нет никакой гарантии, что эти постфактум точны. Понимание Газзаниги представило дельфийскую пословицу «Познай себя» в поразительном новом свете и подняло новые вопросы о понятии свободы воли.

В любой день, сколько из того, что мы говорим, чувствуем и делаем, находится под нашим сознательным контролем? Что еще важнее, сколько нет? И самое важное: если бы мы поняли, как работает наше бессознательное, - если бы мы знали, почему мы делаем то, что делаем, - смогли бы мы, наконец, фундаментально познать самих себя? Может ли понимание наших скрытых движущих сил открыть различные способы мышления, чувств и действий? Что это может означать для нашей жизни?

Before You Know It исследует эти, а также десятки других, столь же сложных и неотложных вопросов.Однако для начала нам нужно посмотреть, почему человеческий опыт работает именно так. Как только мы обретаем правильную основу для понимания взаимодействия между сознательными и бессознательными операциями нашего разума, перед нами открываются новые возможности. Мы можем научиться лечить раны, ломать привычки, преодолевать предрассудки, восстанавливать отношения и открывать спящие способности. Это, чтобы вызвать еще две песни Led Zeppelin, происходит, когда трансформирующие возможности перестают быть «Over the Hills and Far Away» и начинают проявляться «In the Light.

Мы знаем то, чего не знаем


Мой зять Пит - ученый-ракетчик. В прямом смысле. Мы с ним вместе выросли в маленьком городке Шампейн, а потом он, моя сестра и я вместе учились на бакалавриате в Университете Иллинойса. Когда я поступил в Мичиганский университет для работы в аспирантуре, он поступил на военно-морской флот и стал экспертом по ракетным системам с антенным наведением. Он очень умен.

Я преподавал в Нью-Йоркском университете в течение нескольких лет в 1980-х, когда я поехал на пару недель со своей семьей в нашу маленькую хижину в округе Лиланау, штат Мичиган, которую в народе называют «мизинцем» штата.Зимой эта часть страны представляет собой холодное, неприступное пространство заснеженных полей и серого неба, но летом это мерцающие озера с водой карибского цвета, песчаные дюны, катящиеся с веселыми детьми, и дымные барбекю и рыба. кипения на фоне закатов над ярко-зелеными деревьями. Мой папа купил нашу маленькую неотапливаемую хижину, когда мы были детьми, и мы проводили там все лето в течение многих особенных лет.

В один прекрасный день поверхность озера была спокойной, за исключением редких волн, вызванных тихим, неощутимым ветром.Это была прекрасная передышка от шумного Нью-Йорка, где я провел остальные пятьдесят недель в году. Мой шурин и я рано вставали, поэтому мы сидели в закрытой гостиной, пили кофе и наслаждались утренним светом.

«Итак, расскажите мне о последних и величайших открытиях в вашей лаборатории», - сказал он.

Я объяснил, как мы обнаружили, что сознательное осознание и намерение не всегда были источником наших реакций на окружающий мир. «Например, - сказал я, - есть такая штука, которая называется эффектом коктейльной вечеринки.Допустим, вы на вечеринке, и внезапно слышите, как кто-то произносит ваше имя в другом конце комнаты. Вы не слышали ничего, что она сказала, прежде чем она назвала ваше имя, и вы могли даже не знать, что она была на вечеринке. Среди всего шума вы отфильтровывали все, кроме того, что говорил с вами человек, но все же ваше имя все же проходило через фильтр. Почему ваше имя и ничего больше? Это было первое исследование, которое мы провели, показав, что мы автоматически обрабатываем свое имя и другие важные сведения о нашей самооценке, даже не подозревая об этом.

Мой шурин тупо посмотрел на меня. Я решил, что ничего не понял, поэтому продолжил. Я объяснил, как на наше мнение о других людях - например, на наши первые впечатления - может неосознанно влиять или даже манипулировать нашим опытом прямо перед встречей. Я видел это воочию в экспериментах, которые проводила моя лаборатория, и это было весьма поразительно. «По сути, - сказал я, - мы продолжаем обнаруживать, что большая часть того, как работает разум, скрыта от нас и что он формирует наш опыт и поведение способами, о которых мы ни капли не осознаем.Интересно то, что в ходе наших экспериментов мы начинаем обнаруживать эти бессознательные механизмы, видеть эти невидимые закономерности в нашем сознании ».

В этот момент Пит прервал меня, покачивая головой. «Этого просто не может быть, Джон, - выпалил он. «Я не могу вспомнить один раз, когда на меня оказали влияние бессознательно!»

Совершенно верно, подумал я. В том-то и дело, не правда ли? Вы не можете вспомнить ни одного, потому что никогда не осознавали их.

Мой зять, ученый-ракетчик, не мог поколебать своего твердого убеждения - основанного на его личном опыте всей жизни, - что все, что он делал, было продуктом его сознательного выбора.Это совершенно понятно. Наш опыт по определению ограничен тем, что мы знаем. Вдобавок ко всему странно и даже немного пугающе допускать возможность того, что мы не так твердо контролируем свои мысли и действия, как наше сознание заставляет нас верить. Трудно согласиться с тем, что помимо сознательного капитана у руля есть силы, управляющие кораблем самости.

Чтобы по-настоящему понять, как бессознательные влияния действуют внутри нас в каждый момент каждого дня, мы должны признать, что существует серьезное несоответствие между тем, что мы осознаем в любой данный момент, и тем, что еще происходит в уме в то же время. .Происходит гораздо больше, чем мы думаем. Это похоже на графики длин электромагнитных волн в физике, от наименьшей к наибольшей - мы можем видеть только небольшую часть этих длин волн, называемую видимым спектром. Это не значит, что нет других длин волн - просто они невидимы для нас: инфракрасное, ультрафиолетовое, радио, рентгеновское и многие другие. Хотя мы не можем увидеть эти невидимые длины волн энергии невооруженным глазом, теперь у нас есть устройства и технологии для их обнаружения и измерения их воздействия.То же самое и с нашими невидимыми ментальными процессами: мы можем не осознавать их напрямую, но наука теперь способна их обнаруживать, и мы можем научиться обнаруживать их тоже - и, научившись видеть то, что скрыто, мы приобретаем новое набор глаз. Или, может быть, просто новые очки по рецепту, которые мы еще не осознали, что нам нужны. («Посмотрите на все, что мне не хватало!») Более того, вам не нужно быть ученым-ракетчиком, чтобы их использовать.

Три часовых пояса


До недавнего времени было невозможно систематически и строго проверять, как бессознательное влияет на наши мысли и действия.У ученых были только теории, тематические исследования клинических пациентов и разрозненные экспериментальные данные, которые, естественно, подпитывали непрекращающиеся споры. Идея бессознательных частей разума, психических процессов, действующих без нашего осознания, существовала задолго до Фрейда. Дарвин, например, неоднократно использовал его в своем произведении 1859 года «О происхождении видов», чтобы указать на то, как фермеры и селекционеры его времени бессознательно использовали принципы естественного отбора для выращивания более крупных початков кукурузы и разведения более толстых и более шерстистых коров. овец.Он имел в виду, что фермеры и селекционеры не знали, почему то, что они делали, работало, или о лежащем в основе механизме, лежащем в основе этого, - и особенно они не знали о более широких последствиях механизма естественного отбора в отношении религиозных убеждений о сверхъестественном сотворении животных. мир, включая всех его животных и растений. Позже, в девятнадцатом веке, Эдуард фон Хартманн опубликовал книгу под названием «Философия бессознательного», которая представляла собой не что иное, как безудержные рассуждения о разуме и его внутренней работе, без каких-либо данных и с недостатком логики и здравого смысла.Эта книга стала очень популярной и к 1884 году уже девять раз переиздавалась. Уильяму Джеймсу, одному из отцов современной психологии, не понравился совершенно ненаучный анализ бессознательных областей разума фон Хартманном, так что это вызвало его знаменитое отвержение этой теории. бессознательное как «площадка для прихотей». Однако двадцать лет спустя, впервые встретившись с Зигмундом Фрейдом и услышав, как он рассказывает о значении снов, Джеймс был приятно впечатлен медицинским подходом к бессознательному и сказал Фрейду, что его работа - это будущее психологии.Джеймс ценил усилия Фрейда выйти за рамки простых домыслов в кресле и перейти к подробным клиническим наблюдениям и вмешательствам, направленным на облегчение страданий и симптомов его пациентов.

Но затем, всего через несколько лет после этой первой и единственной встречи между этими двумя титанами психологии, Джеймсом и Фрейдом, со стороны научного истеблишмента того времени возникла сейсмическая реакция против изучения разума. Сознательные отчеты участников психологических исследований об их внутреннем опыте, называемые интроспекцией, не считались надежными источниками доказательств, потому что один и тот же человек сообщал о разных вещах в разное время, когда сталкивался с одними и теми же обстоятельствами.(Действительно, одна из тем этой книги - отсутствие у людей точного интроспективного доступа и знаний о том, как работает наш разум, - тем не менее, ученые того времени полагались на участников своих исследований, чтобы они могли точно сообщить о том, как работает их разум. В 1913 году Джон Б. Уотсон заявил, что научная психология вообще не должна пытаться изучать мышление и сознательный опыт. Последствия этого были катастрофическими. Как писал Артур Кестлер в своей разрушительной критике бихевиоризма в 1967 году «Призрак в машине», Ватсон и бихевиористы допустили колоссальную логическую ошибку, из-за которой изучение разума - сознательного или бессознательного - было исключено из научной психологии на следующий год. пятьдесят лет.Как отмечает Кестлер, это было время, когда другие науки, напротив, делали огромные успехи. Доминирующая «бихевиористская» школа психологии, основанная Уотсоном, яростно утверждала, что мы полностью являемся продуктом окружающей среды. То, что мы видели, слышали и трогали - и мало что еще - определяло то, что мы делали. Мы прошли жизнь во многом как крысы, которые могли научиться нажимать на планку, чтобы добыть еду. Сознание было иллюзией, эпифеноменом, который мог казаться нам реальным, но не играл активной роли в нашей жизни.Эта крайняя точка зрения, конечно же, ошибочна. В 1960-е годы вошла в моду новая парадигма - когнитивная психология. Когнитивные психологи стремились развенчать представление о том, что мы не более чем изощренные лабораторные крысы, и утверждали, что наш сознательный выбор имеет значение. Однако, вернув нам свободу воли и так упорно борясь с могущественным, укоренившимся бихевиористским истеблишментом, когнитивные психологи перешли в другую крайность. Они утверждали, что наше поведение почти всегда находится под преднамеренным и сознательным контролем и редко, если вообще когда-либо, вызвано сигналами окружающей среды.Эта другая крайняя позиция также неверна. Истина находится где-то между этими двумя полюсами, и ее можно понять только после того, как мы рассмотрим самое основное условие существования всей жизни на нашей планете - время.

Основная посылка этой книги состоит в том, что разум - как утверждал Эйнштейн, верно для всей вселенной - существует одновременно в прошлом, настоящем и будущем. Наш сознательный опыт - это сумма этих трех частей, поскольку они взаимодействуют внутри одного индивидуального мозга.Однако то, что составляет сосуществующие часовые пояса ума, менее однозначно, чем может показаться. Вернее, один слой довольно легко идентифицировать, а другие нет.

Незримое прошлое, настоящее и будущее присутствуют в нашем повседневном опыте. В любой момент мы можем добровольно извлечь воспоминания из огромного архива, хранящегося в мозгу, некоторые из которых сохраняют необычайную яркость. Воспоминания также иногда ищут нас, вызванные какой-то ассоциацией, которая вызывает у нас прошлое, как если бы перед нашим мысленным взором развернулся киноэкран.И если мы найдем время, чтобы поразмыслить - или иметь любознательного партнера, или пойти на терапию, - мы способны раскрыть то, как прошлое формирует наши нынешние мысли и действия. Между тем, мы по-прежнему осознаем непрекращающееся настоящее. Каждую секунду бодрствования мы переживаем жизнь так, как она соответствует нашим пяти чувствам - взглядам, запахам, вкусам, звукам, текстурам. Человеческий мозг эволюционировал таким образом, чтобы мы могли с пользой реагировать на то, что происходит вокруг нас, так, как они происходят в настоящем. Поэтому мы тратим огромное количество нейронных ресурсов на принятие разумных поведенческих решений в меняющемся мире, который мы не можем контролировать.Эоны эволюции превратили серое вещество между нашими ушами в невероятно сложный командный центр. Подумайте об этом: человеческий мозг составляет в среднем 2 процента от общей массы тела человека, но потребляет около 20 процентов энергии, которую мы используем во время бодрствования. (Теперь, когда вы подумали об этом, вы можете захотеть что-нибудь поесть.)

Однако наше воображаемое будущее мы можем контролировать. Мы активно реализуем амбиции, желания и вехи - это ценное продвижение по службе, отпуск нашей мечты, этот дом для нашей семьи.Эти мысли, играющие в нашем сознании, не более скрыты, чем прошлое или настоящее. Как они могли быть? Мы сами их придумали.

Таким образом, бесспорно, что наше сознательное осознавание кормит нас существенной и значимой едой опыта. Но в сознании происходит гораздо больше, чем сразу видно в этих трех часовых поясах. У нас также есть скрытое прошлое, скрытое настоящее и скрытое будущее, которые влияют на нас еще до того, как мы это узнаем.

Человеческий организм эволюционировал с целью оставаться в живых и, таким образом, продолжать воспроизводиться.Все остальное - религия, цивилизация, прогрессивный рок 1970-х - пришло позже. Трудно усвоенные уроки выживания нашего вида составляют наше скрытое прошлое, наделяя нас автоматическими «протоколами», которые сохраняются и сегодня, хотя у нас, естественно, нет личной памяти об огромной истории предков, породившей такие черты. Например, если автобус приближается к вам, вы знаете, что нужно отпрыгнуть с дороги, и ваша нервная система помогает вам сделать это, не требуя от вас приказа начать накачивать адреналин. Точно так же, если кто-то, кто вас привлекает, наклоняется, чтобы поцеловать вас, вы знаете, что встретите этот поцелуй.Полвека назад принстонский профессор Джордж Миллер заметил, что если бы нам пришлось делать все осознанно, мы бы никогда не смогли встать с постели по утрам. (Часто это бывает достаточно сложно.) Если бы вам пришлось кропотливо решить, какую мышцу двигать, и делать это в правильном порядке, вы были бы ошеломлены. В суматохе повседневной суеты у нас нет роскоши, чтобы тщательно обдумывать наилучший ответ в каждый момент, поэтому наше бессознательно действующее эволюционное прошлое обеспечивает отлаженную систему, которая экономит нам время и энергию.Однако, как мы вскоре выясним, он также направляет наше поведение другими важными, менее очевидными способами - например, в таких вещах, как свидания и иммиграционная политика.

Настоящее в том виде, в каком оно существует в сознании, также содержит гораздо больше, чем то, что мы сознательно воспринимаем, когда едем на работу, проводим время с семьей или смотрим в свои смартфоны (а иногда, как мы делаем все три сразу, хотя я не не советую). Мои исследования на протяжении многих лет, а также исследования моих коллег, показали, что существует скрытый подарок, который влияет почти на все, что мы делаем: на продукты, которые мы покупаем (и их количество) во время покупки продуктов, на наши выражения лица и жесты, когда мы добираемся до узнать новых людей, нашу работу на тестах и ​​собеседованиях.Хотя может показаться иное, то, что мы думаем и делаем в таких ситуациях, не полностью находится под нашим сознательным контролем. В зависимости от скрытых сил, действующих на наш разум в данный момент, мы покупаем разные продукты (и в разных количествах), по-разному взаимодействуем с другими и действуем по-разному. У нас также есть свои верные предчувствия, инстинкты и инстинктивные реакции, о которых Малкольм Гладуэлл написал в своей книге «Моргание». Податливость нашего разума в настоящем означает, что реакции на «моргание» на самом деле гораздо более подвержены ошибкам, чем многие из нас думают.Однако, узнав, как они на самом деле работают в нашем мозгу, мы можем укрепить нашу способность распознавать хорошие и плохие предчувствия.

Тогда есть скрытое будущее. У нас есть надежды, мечты и цели, на которые мы ориентируем наш разум и жизнь, а также страхи, тревоги и беспокойства о будущем, которые мы иногда не можем изгнать из наших мыслей. Эти идеи, проходящие через наши нейронные пути, оказывают на нас заметное невидимое влияние. То, что мы хотим и что нам нужно, во многом определяет, что нам нравится, а что нет.Например, один примечательный эксперимент показал, что, когда женщинам предлагается подумать о поиске спутника жизни, с которым можно было бы остепениться, их неодобрение соляриям и таблеткам для похудания (мнимым способам усиления влечения) уменьшается. Почему? Потому что мы бессознательно смотрим на мир через очки цвета цели. Солярии и таблетки для похудения внезапно становятся хорошей вещью, когда наш ум бессознательно сосредоточен на том, чтобы стать более привлекательным, чтобы найти себе пару. Это невидимое будущее также влияет на то, кого мы любим и не любим.Если вы сосредоточены на своей карьере, вы чувствуете большую эмоциональную связь с людьми, которых вы связываете со своими профессиональными целями. И наоборот, если вас больше интересует развлечение, вас привлечет другой человек. Другими словами, друзья - как и другие аспекты жизни - часто являются функцией наших бессознательных целей, нашего скрытого будущего. Изучение того, как наши желания могут незаметно влиять на нашу жизнь, позволяет нам лучше расставить наши истинные приоритеты и ценности.

Прошлое. Подарок. Будущее.Ум существует во всех часовых поясах одновременно, как в его скрытых, так и в видимых операциях. Это своего рода многомерная деформация времени, даже если она дает нам ощущение плавного, линейного переживания. Никто из нас, даже самые искусные практикующие медитацию, никогда не бывает только в настоящем. И мы бы не захотели.

По сути, разум работает так же, как стереооборудование, которое я использовал во время ди-джея в WPGU в 1970-х, за исключением того, что наложения намного сложнее, а звуковые микшеры имеют более активные входы.Это как если бы всегда играли три песни. Основная песня (настоящая) играет самую громкую - скажем, Heartbreaker, потому что это Zeppelin в лучшем виде, - в то время как две другие (прошлое и будущее) постоянно затухают и затихают и хитро меняют общее звучание. Ускользающий нюанс заключается в следующем: в скрытых глубинах вашего ума есть важные тексты, мелодии и ритмы, о которых вы не подозреваете. Даже когда они наиболее сильно меняют общий характер песни, которую вы слушаете, вы редко можете их послушать.

Цель этой книги - погрузить вас в диджейскую будку вашего разума, чтобы вы лучше слышали, что на самом деле происходит, и могли сами начать управлять музыкой.

Новое бессознательное


Долгий путь человечества к пониманию подсознательного разума привел нас по ряду ошибочных, хотя и весьма изобретательных направлений. В средние века, когда люди проявляли какое-либо странное поведение, например разговаривали с самим собой или видели видения, считалось, что ими овладел дьявол или злой дух.В конце концов, религии учили, что люди созданы по образу и подобию Бога, и что Бог не болтает сам с собой. В начале семнадцатого века философ Рене Декарт (известный афоризмом «Я мыслю, следовательно, существую») поместил человеческую душу - наше сверхъестественное, богоподобное качество - в наш сознательный разум. Следовательно, причиной социально неприемлемого поведения не могло быть божественное сознание человека; это должна была быть внешняя сила, которая овладела физическим телом человека.

Почти три столетия спустя, примерно в 1900 году, ученые Пьер Жане в Париже и Зигмунд Фрейд в Вене независимо друг от друга утверждали, что психологические болезни имеют естественные, физические причины. Первыми психиатрами были Фрейд и Джанет. В своих больницах и отделениях они лечили пациентов с психопатологическими заболеваниями, такими как расстройство раздвоения личности, и пытались сформулировать объяснение того, откуда эти нарушения возникли в физическом сознании. Джанет приписывала психическое заболевание просто ненормальному функционированию мозга, тогда как Фрейд пришел к выводу, что эти патологии были вызваны отдельным, бессознательным «я», живущим внутри этих психических пациентов.Но затем он пошел намного дальше и настаивал - и весьма догматично, - что это отдельное бессознательное сознание существует внутри каждого из нас, а не только у душевнобольных. Фрейд потребовал, чтобы его помощник Карл Юнг и другие принимали его теории как догму, почти как открытую истину, а не как гипотезы, подлежащие научной проверке (как Юнг тогда все равно продолжил). Итак, в то время как его акцент на бессознательных влечениях был, без сомнения, потрясающим пониманием, по сути, Фрейд демонизировал бессознательные операции нормального разума, утверждая, что каждый из нас таит в себе отдельный бессознательный преисподнюю из темных, извращенных побуждений, которые мы могли изгнать только через психотерапию.Джанет, изучавшая те же явления, категорически не соглашалась, но, как мы знаем, именно теории Фрейда вошли в массовую культуру, где они в значительной степени остаются.

В своих обширных и подробных теоретических рассуждениях Фрейд представил бессознательный разум как кипящий котел дезадаптивных комплексов, склонных причинять нам неприятности и горе, которые можно преодолеть только посредством вмешательства нашего сознательного разума (с помощью хорошего психиатра, конечно). А Декарт считал, что наш сознательный разум - это наше божественное качество, а физическое бессознательное - олицетворение нашей базовой, животной природы.Наследие Декарта и Фрейда сохранилось до сих пор, даже в некоторых областях научной психологии. Короче говоря, то, что сознательно, хорошо, а то, что не осознается, плохо. Это удобное упрощение, которое также совершенно неудобно неверно.

Почему мы так цепляемся за эту веру и дорожим ею? Я думаю, что во многом это потому, что мы так хотим в это верить; в конце концов, сознание - это наша собственная сверхдержава, которая отличает нас от всех других животных Земли.Просто найдите момент, чтобы взглянуть на сюжет и персонажей (Мстители, Бэтмен, Человек-паук) в детских телешоу или голливудских фильмах, не говоря уже обо всех телешоу для взрослых, в которых главный герой обладает особыми умственными способностями или способностями. Мы стремимся быть похожими на этих героев фильмов и телесериалов, иметь особое преимущество перед другими, обладать способностями исправлять ошибки, мстить, приходить на помощь своей семье и друзьям, а также угнетенным в обществе. Это чудесные, удовлетворяющие нас побеги от реалий нашей жизни, и мы тратим хорошие деньги и большую часть своего драгоценного времени на то, чтобы регулярно развлекаться этими медийными фантазиями.Мы так сильно хотим этих сверхспособностей, что по понятным причинам не хотим отказываться от веры в то, что у нас есть (сознание), чего нет у других животных.

Итак, мы мотивированы верить, что наш сознательный разум является источником добра, а также мотивированы обвинять бессознательную работу разума в том, что идет не так, что плохо. Когда мы делаем что-то, что другие не одобряют, мы говорим «Я не имел этого в виду» или «Я не имел в виду» и придумывали смягчающие причины или причины нашего поведения, кроме «Да, я хотел это сделать, и мне жаль, что меня не поймали.Один из способов показать себе, что вы часто признаете другие причины своего поведения, помимо своего сознательного намерения, - это понять, что вы ссылаетесь именно на эти другие причины, когда не хотите брать на себя ответственность (винить) за свои действия. Внезапно вы действительно верите, что ваши действия могут быть вызваны чем-то другим, кроме ваших сознательных намерений. Но если вы будете честны с собой, вы поймете, что этот принцип следует применять как к вашему положительному поведению, так и к тому, от чего вы бы предпочли отказаться.

Но сегодня, в основном благодаря появлению когнитивной науки и новых методов, которые она сделала, мы вступили в эру нового бессознательного. Теперь мы знаем, что бессознательное - это не второй разум внутри нас, играющий по своим собственным правилам. У нас есть научные теории о том, как работает разум среднего человека, и мы проверяем эти гипотезы с помощью экспериментальных данных, основанных на ответах обычных людей, так что мы можем более безопасно делать обобщения о среднем человеческом разуме, чем Фрейд, который основывал свои теории на данные тематического исследования от гораздо меньшего числа атипичных пациентов, у которых были серьезные психические и эмоциональные проблемы.Исследования изображений мозга показали, что бессознательные психологические процессы задействуют те же самые области и системы мозга, что и сознательный разум: «Песня остается той же», так сказать. У нас есть единый, объединенный разум, который действует как в сознательном, так и в бессознательном режимах, всегда используя один и тот же набор основных механизмов, тонко настраиваемых в течение эволюционного времени. Скрытый разум - ментальные процессы, действующие за пределами нашего знания и намерений - существует, чтобы помочь нам, хотя он имеет ряд сложных эффектов, понимание которых нам будет полезно.Эти, по сути, бессознательные психические процессы - вот то, чему я посвятил свою сорокалетнюю карьеру.

* * *

Летом 2003 года я переехал из Нью-Йоркского университета в Йель. Когда я приехал, мы с коллегами назвали нашу лабораторию «Лаборатория автоматизма в познании, мотивации и оценке» - сокращенно ACME. Акроним очень красноречив (хотя я признаю, что сначала хотел назвать лабораторию ACME по причинам, которые вскоре стали ясны, и только потом придумал, что означают инициалы). Слово acme означает «пик» или «зенит», и многие из нас думают, что наш сознательный разум - это высшая точка совершенства, «Корона творения» (песня о самолетах Джефферсона, а не о Led Zeppelin). .Хотя это действительно кульминация эволюции жизни за 3,6 миллиарда лет, это не было настоящей причиной, по которой я хотел назвать ее лабораторией ACME.

Многие из вас, возможно, помнят старые мультфильмы Road Runner, в которых хищно голодный Хитрый Э. Койот гнался за невинным Road Runner по бесконечным пустынным шоссе. Корпорация Акме была поставщиком всех необычных приспособлений и взрывчатых веществ, которые Уайл Э. использовал для охоты на свою добычу. (Действительно, на веб-сайте нашей лаборатории есть ссылка на каталог всех этих прекрасных продуктов Acme.В конце концов, однако, эти хитрые устройства всегда удавалось взорваться или иным образом дать обратный эффект. В определенном смысле Road Runner - это наш быстрый и умный, чем мы думаем, бессознательный разум, а Хитрый Э. Койот - это наш коварный и не такой умный, как он думает, сознательный разум. Мы часто совершаем ошибку Хитрого Койота, полагая, что мы такие хитрые и сообразительные, и в результате наши сознательные планы часто разбиваются вдребезги. Дело в том, что в жизни редко бывает так смешно, как в мультиках. Точнее, часто бывает забавно, когда это происходит с кем-то еще в реальной жизни, но не так, когда это происходит с нами.

Говоря о реальной жизни, при разработке экспериментов, которые я проводил в своей лаборатории, я стремился сделать экспериментальную ситуацию как можно более естественной и реалистичной. Участие в психологическом эксперименте - странный опыт, поскольку вы знаете, что вас оценивает психолог, специалист по человеческому мышлению и поведению. (В колледже я сам участвовал в десятке психологических экспериментов и всегда ожидал, что кто-то в белом лабораторном халате выйдет и уставится на меня после того, как я закончу, качая головой и стоная, как Крэнч в Семейке Аддамсов.Это может вызвать у людей некоторую настороженность, заставляя их думать больше, чем обычно, о том, что они делают, и пытаться представить себя в наиболее благоприятном свете. Но как психологи мы не хотим изучать, как люди действуют, когда они настороже. Мы хотим знать, что происходит в реальном мире, когда люди не изменяют свое поведение сознательно. Поэтому за эти годы мы разработали множество наших исследований для сбора информации способами, которые наши участники даже не осознают, как часть реального исследования.

Например, мы изучили эффекты силы и бессилия, пригласив добровольцев в кабинет профессора (мой), где я небрежно порекомендовал им сесть либо в большое кожаное кресло профессора за большим столом (высокая мощность), либо в перед ним шаткое студенческое кресло (малая мощность). В другом исследовании мы рассчитали, сколько времени нужно людям, чтобы пройти по коридору, выходя из эксперимента, после того, как они думали, что эксперимент уже закончился. И в третьем случае экспериментатор небрежно просил участников подержать свой горячий или холодный кофе на мгновение, чтобы он мог достать папку и получить анкету для заполнения: он давал им ощущение тепла или холода, а они не заметили, что это было часть фактического исследования.Таким образом, мы увеличиваем то, что называется «экологической достоверностью» эксперимента, то есть вероятность того, что наши результаты также будут иметь место в реальном мире за пределами лаборатории. И после десятилетий таких исследований, эксперимент за экспериментом показали, что бессознательное - это не непроницаемая стена, а дверь, которую можно открыть, и от которой наука держит ключ.

Как и мой зять, люди, которые впервые слышат о силе бессознательных влияний, часто опасаются, что у них нет свободы воли или контроля над своей жизнью.Но по иронии судьбы отказ верить свидетельствам только для того, чтобы поддерживать веру в свободную волю, на самом деле снижает истинное количество свободы воли, которым обладает этот человек. Именно те люди, которые отрицают механизм внушаемости или возможность влияния, о котором они не подозревают, наиболее уязвимы для манипулирования. И, как это ни парадоксально, возможно, именно через признание существования бессознательных сил и ограничений нашей свободной воли мы действительно можем увеличить свободную волю, которая у нас есть.Если я знаю, например, как события моего дня в офисе могут повлиять на мою реакцию на моего пятилетнего ребенка, подбегающего ко мне, когда я вхожу в дверь дома, я могу предпринять шаги, чтобы контролировать это влияние. и отреагирую на это радостное, хотя и приземленное событие, как я искренне хочу. Если я не осознаю этого, я вполне могу принять свою ворчливую реакцию за то, что она вызвана ею, и вскоре пожалею о своей реакции. У нас, как у людей, есть реальная и значимая потребность чувствовать, что мы - капитаны своей души и что мы контролируем результаты своей жизни.Если бы мы думали, что у нас нет свободы воли, зачем нам вообще пытаться? Тот факт, что на нас могут быть влияния, о которых мы не знаем, означает лишь то, что у нас меньше преднамеренного контроля, чем мы привыкли полагать, а не то, что у нас нет контроля. Подумайте, насколько больше контроля вы можете получить, распознавая и принимая во внимание эти влияния, вместо того, чтобы притворяться, что их не существует (и тем самым позволять им контролировать вас).

В конце концов, настоящие капитаны кораблей не имеют полного контроля над тем, куда направляется их корабль.Они должны учитывать другие силы, такие как океанские течения и направление ветра. Они не просто направляют нос в сторону дальнего порта и плывут по прямой. Если бы они сделали это, то врезались бы в скалы или уплыли бы дальше в море. Скорее, капитан приспосабливается и приспосабливается к работе вместе с этими мощными элементами, которые влияют на курс корабля. Игроки в гольф тоже делают это постоянно. При сильном боковом ветре они не целятся прямо в лунку, а учитывают ветер.Если вы научитесь приспосабливаться к бессознательным течениям и боковым ветрам, действующим на вас, тогда вы будете играть своей жизнью лучше, чем я играю в гольф, что совсем не очень хорошо.

Эта книга об обнаружении этих течений и боковых ветров. В первом разделе мы рассмотрим наше скрытое прошлое и увидим, как сегодня на нас влияет наша древняя эволюционная история, наше в значительной степени забытое раннее детство и культура, в которой мы выросли. Это долгое прошлое, большая часть которого у нас нет воспоминаний о ... поразительным образом влияет на наше сознательное восприятие настоящего.Это может повлиять на то, как мы голосуем в политических гонках, сколько у нас друзей в начальной школе и даже на то, насколько хорошо мы сдаем тест по математике. Наше краткосрочное прошлое, то, что мы делали за последние час или два, также может незаметно изменить то, что мы делаем в различных обстоятельствах, заставляя нас тратить больше денег, чем мы хотим, есть больше или несправедливо оценивать чью-то работу. Скрытое прошлое может даже повлиять на вашу будущую работу и зарплату, о которой вы можете договориться - все зависит от того, какой напиток ваш потенциальный работодатель держит в руке, или от типа стула, на котором они сидят.

Во втором разделе мы рассмотрим наше скрытое настоящее - способы, которыми на нас влияют наши поспешные суждения и «тонкие срезы». Мы узнаем, когда мы можем доверять своей интуиции, а когда лучше спать, когда мы моргаем. Мы узнаем, почему почти невозможно сохранять нейтралитет в своих суждениях о других (или о чем-то еще), но как эту же тенденцию делить мир на «хороший» или «плохой» можно использовать для значительного снижения частоты рецидивов алкоголизма. . Наш подарок шокирующе податлив, и мы увидим, как вид граффити может превратить законопослушного гражданина в мусорщика, и почему чем дольше вы живете со своим супругом или партнером, тем больше вы будете выглядеть на них похожими.Мы также исследуем, как простое обновление статуса с вашей стороны может повлиять на настроение ваших друзей в Facebook на срок до трех дней и почему вы можете захотеть записать футбольный матч в воскресенье днем, который вы смотрите с детьми, вместо того, чтобы смотреть его вживую. .

В третьем и последнем разделе мы рассмотрим скрытые последствия наших планов на будущее и сосредоточимся на последних исследованиях бессознательной мотивации. Наши цели и желания оказывают на нас сильное влияние, поэтому нам нужно быть осторожными в том, чего мы желаем, но они также могут подстегнуть нас неожиданным образом.Мы увидим, как можно побудить учеников лучше выполнять вербальные тесты, просто подумав о своих матерях. Мы также узнаем, как заставить наш разум работать бессознательно, чтобы помочь решать проблемы за нас (даже во время сна), и как использовать наши новообретенные знания о скрытом разуме, чтобы помочь нам достичь неуловимых целей. Мы научимся искусству воплощать в жизнь намерения, которые, как было показано, помогают пожилым людям не забывать принимать лекарства, поднимать людей с дивана, чтобы начать тренироваться, и побуждают молодых людей без смущения исповедовать свою любовь к отцам.

Когда я говорю с неучеными о своей работе, они, как правило, задаются вопросом, кто они «настоящие», их сознательное или бессознательное я. Некоторые люди думают, что сознательное «я» - это истинное «я», потому что оно отражает намерения человека и то, что он осознает, что делает. Другие думают, что бессознательное «я» - это настоящее «я», потому что оно отражает то, во что человек действительно верит в глубине души, а не только версию себя, которую они хотят представить миру. Но настоящий ответ - «и то, и другое.«Нам нужно расширить наше представление о том, кто такое« Я ». Как и Декарт, многие из нас идентифицируют себя только со своим сознательным разумом, как если бы адаптивное бессознательное, которое так хорошо нам служит в большинстве обстоятельств, является какой-то инопланетной формой жизни, вторгшейся в наше тело. Бессознательное может сбить нас с пути, если мы не осознаем его влияние, но помните, что оно развивалось и существует, потому что помогло нам выжить и процветать. (Один из самых больших ударов по фрейдовской версии бессознательного заключается в том, что очень трудно понять, как такая неадаптивная система могла развиться в результате процессов естественного отбора.Аналогичным образом, наш сознательный разум также превратился в своего рода рулевое колесо, позволяющее осуществлять дополнительный стратегический контроль над бессознательными механизмами. Только когда мы активно объединяем сознательную и бессознательную работу разума, прислушиваемся к обоим и эффективно их используем, мы можем избежать ловушек слепоты к половине разума.

Другими словами, вопрос не в том, кто мы на самом деле, потому что они оба. Мы не можем по-настоящему познать себя, не зная подсознательной части и не понимая, как она формирует наши чувства, наши убеждения, наши решения и наши действия.Бессознательное постоянно направляет наше поведение, хотя, как и пациенты с расщепленным мозгом Газзаниги, мы можем твердо верить в обратное. Обычно это помогает, иногда мешает, но в конечном итоге его основная цель - защитить нас, и для этого он никогда не спит и никогда не отдыхает. Мы не можем выключить подсознание и никогда не захотим этого. Когда вы приходите к пониманию увлекательных, но простых причин, по которым вы делаете то, что делаете, и как ваши прошлые, настоящие и будущие умы влияют на вас, прежде чем вы об этом узнаете, - что ж, скрытый разум больше не так скрыт.

Роберт Плант поет в одной из первых песен Zeppelin: «Так долго был ошеломлен и сбит с толку. . . » Я мог относиться к этому чувству тогда, и, полагаю, именно поэтому я выбрал свой карьерный путь и исследования, которые провожу. Именно сюда и Led Zeppelin, и психология привели меня - к пониманию сил, которые так глубоко движут нами здесь, прямо под нашим сознанием. Иногда я все еще чувствую себя ошеломленным - это часть жизни, - но меня гораздо меньше смущает, особенно после того, как десять лет назад я столкнулся с одним зеленоглазым аллигатором.

без сознания, в сознании


вуаль

Nosce te ipsum (Познай себя) [1]
- Цицерон

В уме существуют процессы и цели, о которых человек вообще ничего не знает, имеет ничего не знал в течение долгого времени, а может быть, даже что-то знал. [2]
- Зигмунд Фрейд

Чтобы понять бессознательное, необходимо сначала рассмотреть сознание. Слово «сознание» происходит от латинского слова «совесть», этимология которого состоит из две морфемы: латинское значение con (с или вместе) и sci значение знание (от scire к понятию знания).[3] Таким образом, этимологически термин сознание / сознание означает идею совместного знания, совместного знания или коммунальная уединенность. Это использование термина стало устаревшим, как мы обычно считаем сознание - качество, к которому человек приходит индивидуально. OED поставляет современное определение сознания как состояния или факта психического осознает или осознает что-либо, особенно себя, и включает в свое определение признание мыслящим субъектом своих действий или привязанностей (цитируется извлечено из слов сэра У.Гамильтон). [4] Таким образом, бессознательное в наиболее первичный смысл, можно понимать как отсутствие или отсутствие качества сознания, общего знания и собственного признания своих действий и привязанностей. Таким образом, понятие бессознательного неразрывно связано с понятием бессознательного. знания, а состояние бессознательности можно понимать как состояние Nosce non т. е. не зная самого себя.

На наше современное понимание термина «бессознательное» во многом повлияли основополагающие принципы Фрейда. психоаналитическая работа, в которой это понятие играло центральную роль.Фрейды сосредотачиваются на деятельность бессознательного в психической жизни человека расширила значение термина от описания состояния к действительному механизму в психике человека или ум. Фрейд первым поднял серьезный спор с преобладающим пониманием того, что ментальное сознательно. [5] Он считал, что сознание составляет лишь часть психических процессов, и что гипотеза о существовании бессознательные психические процессы проложат путь к решительной новой ориентации в мире и в науке.[6] Фрейд считал, что в сознании существуют процессы и цели, о которых никто ничего не знает, ничего не знал в течение долгого времени, и даже, возможно, никогда ничего не знал, [7] те самые процессы, служащие телу, или прочее, бессознательной психической жизни, или просто бессознательное.

Фрейд считал, что бессознательное существует как одна из граней трехчастной системы сознание, две другие грани - предсознательное и сознательное. Фрейд использовал пространственную аналогию для описания отношений внутри этого система; он описывает бессознательное как большой холл, где летают разные мыслительные импульсы. вокруг в автономии, ведущей во вторую, более узкую комнату, в которой находится сознание.Но на этом пороге между двумя комнатами сторож выполняет свою функцию: он исследует различные психические импульсы, действует как цензор и не допускает их гостиной, если они ему не нравятся Если они [импульсы] уже подтолкнули их путь к порогу и сторож повернул их назад, то они недопустимое для сознания; мы говорим о них как о репрессированных [8], - писал он в своем Вводные лекции . Этот порог, или интерфейс, где стоит сторож. охранник, это предсознательный уровень сознания.Это, пожалуй, самое главное место посредничества внутри всей системы, так как именно на предсознательном уровне импульсы либо подвергаются цензуре и отправляются обратно в бессознательное (подавляются), либо допускаются перейти к сознанию.

Эта схема позволяет лучше понять бессознательное Фрейда в его отношении к СМИ. Характеристика бессознательного по Фрейду в этой аналогии подчеркивает его функционировать не как сам носитель, а как запоминающее устройство для других носителей, а именно умственные импульсы.Бессознательное не за пределами тела, но внутри психики, и как таковая, она не служит для расширения тела как так как он действует, чтобы накапливать и даже сдерживать свои импульсы. Бессознательное можно сказать быть средой, в которой вложены мыслительные импульсы. Если мы рассмотрим Описание Маклюхансом функции СМИ как настройки осведомленности и опыта каждого из нас, [9] то не бессознательное напрямую взаимодействует с этим процесс, но предсознательный. Как сторож на стыке бессознательного и сферах сознания, предсознательное буквально определяет, как и осознаем ли мы что мы переживаем.Итак, пока бессознательное (в отличие от предсознательного и сознательное) нельзя рассматривать как среду как таковую, чем бессознательное с его коррелятивные системы предсознательного и сознательного могут, как большая сети, считаться средой для умственных импульсов, мыслей и желания, в которых предсознательное в конечном итоге играет наибольшую роль как посредник. Именно взаимодействие этих трех систем определяет нашу понимание и осознание феноменологического опыта, что позволяет нам либо знать или не знать самих себя.

Если мы возьмем утверждение Маршалла Маклюханса о том, что среда - это сообщение [10], то психические импульсы системы сознания Фрейда можно буквально понимать как сообщения к себе, которые осознаются или неосознанно. Ментальный импульс во всей его нестабильности и абстрактности быстро быть подхваченным другими средствами массовой информации, когда он входит в сознательную сферу, кроме того влияет на форму сообщения. Как полиморфные сущности, импульсы не могут существовать вне тела без дальнейшего посредничества, но должны принимать формы таких медиа, как: мысль, речь, слова, рисунок, живопись, или любой другой семиотический код или форма визуализация (даже сны).Импульс (часто вложенный в памяти), однажды изгнанный из бессознательного, нуждается в каком-то агент, который в большинстве случаев является типом среды, а с помощью методов Фрейда, были слова. Исследователь Фрейда Норман О. Браун перефразирует размышления Фрейда по этому поводу следующим образом: «он [Фрейд] говорит, что бессознательное становится сознательным, когда соединяется со словами словесный изображения, которые ему соответствуют; эти словесные образы остатки памяти внешнего восприятия; работа анализа предоставляет словесные образы такого рода, которые действуют как связующие звенья между бессознательным и сознательным.[11] Фрейд считал психоанализ, который в значительной степени полагался на опосредование бессознательных импульсов вербальными высказываниями, успешное метод помощи пациентам в раскрытии подавленного материала, который, по его мнению, сыграл участвуют в их явных симптомах истерии и неврозов. Он стремился, по сути, к разоблачать послания, стоящие за его пациентами во внутренних психических средствах массовой информации. Но акцент Фрейда о возможностях психоанализа в доступе и раскрытии бессознательного. быстро освоили мыслители из других областей и дисциплин, адаптировавшие Фрейда находки для развития психологической теории в соответствии с их собственными интересующими СМИ.

Многие художники и литературные деятели, современники Фрейда, исследовали оба способа своей работы. может опосредовать бессознательное и как бессознательное может посредничать в их работе. Наиболее заметные проявления бессознательного внутри изобразительное искусство имело место в первой половине двадцатого века как авангард такие движения, как дадаизм, а затем сюрреализм и арт-брют, полагались на роль бессознательное как руководящий источник эстетического производства. Освобождение доктора Ганса Публикация Prinzhorns Artistry of the Mentally Ill в 1922 году, сборник более 5000 работ больных шизофренией вдохновили многих художников на поиски пути в которых визуальные средства массовой информации могут выражать бессознательные импульсы и даже нестабильности.Пока отношения авангарда 20-го века с представлениями о современности в высшей степени сложное, освобождение бессознательного, казалось, многими рассматривалось как анекдот удушающие аспекты современности, которые, как считалось, подавляли этот материал на первом месте. Психически невменяемые играли аналогичную роль в начале 20 века. авангардом, как и примитивное и инфантильное: все эти другие типы были считается существующим со свободными, неопосредованными состояниями сознания и представленным, а значит, идеальный источник выхода из современных репрессивных трудностей.

Макс Эрнст, ключевая фигура сюрреалистического движения, писал о своих художниках, эти художники двигаться свободно, смело и уверенно на границе между внутренним и внешним мир, граница, физически и психологически полностью реальная (сюрреалистическая) даже если это еще не было адекватно определено и определено [12] Эрнст описывает художник-сюрреалист как человек, который мог обитать в пороговых пустотах бессознательного и сознательных сфер, и даже пересекать и переводить эти границы с помощью картина.Жан Дюбюффе, главная фигура в Art Brut или Crude Art писал, что искусство должно отказаться от опоры на идеи и искать альтернативу, антиакадемические источники вдохновения: когда оно смешивается с идеями, искусство становится окисленный и бесполезный. Пусть будет как можно меньше идей! Идеи не питают искусство! [13] Дюбюффе считал Art Brut новым способом доступа к чистым, и он объяснил, что художники берут все (предметы, выбор материалы, способы транспонирования, ритмы, стиль письма) из их собственного внутреннего существа, а не из канонов классических или модное искусство.Мы занимаемся творчеством, которое является абсолютно чистым, базовым; полностью руководствуясь на всех этапах исключительно собственными порывами создателей. [14] Эти два ключевых фигуры очень разных движений свидетельствуют о том, как бессознательное заглавными буквами как источник нового эстетического исследования и средство отказа от традиционная академическая эстетика.

В то время как сюрреализм и Art Brut были двумя авангардными движениями, которые наиболее явно присоединились к психоанализу и освобождению бессознательного, многие другие модернистские движения, включая постимпрессионизм, фовизм и экспрессионизм можно сказать, что он имеет сложные связи с представлениями о бессознательном.Эти увлечения заставляют многих осуждать модернистское искусство как дегенеративное (которое имеет свои психоаналитические резонанс) или, как наиболее четко сформулировал Адольф Гитлер, Этот поток слизи и нечистот которые 1918 год изрыгнул в нашу жизнь. [15] Но хотя некоторые не согласились с модернистское изображение гротескных образов снов, нелогичных и неотесанные ментальные ассоциации или анти-традиционные темы в целом, прочее критика авангарда была более аналитической и менее реакционной.Сам фрейд с подозрением относился к модернистской художественной деятельности, якобы связанной с бессознательное, так как любые попытки освободить бессознательное неизбежно возвращались в царстве несвободных умственных и материальных посредничество. Как предлагает группа Oktober в своих коллективное произведение искусства 1900 года, чтобы предложить искусство, свободное от репрессий или, по крайней мере, условности, заключалась в риске психопатологии (вот почему Фрейд однажды назвал сюрреалистов абсолютные чудаки). [16]

Художественное взаимодействие с теориями бессознательного отражается далеко за пределами Модернистский авангард.Яркая революционная привязанность к бессознательному в 60-е годы. поощрял дальнейшее рассмотрение опосредствования бессознательного и даже социального роль бессознательного через различные медиа (юнгианское понятие коллективного сознание становилось все более популярным). Такие артисты, как Джексон Поллок и другие Абстрактные экспрессионисты возродили определенные методы опосредствования бессознательного. как засвидетельствовано авангардом, включая автоматизм и неуправляемый импульс в их творческих методах.Однако новые теории психоаналитического радикализм переосмыслил бессознательное не только через культурное производство (художественное посредничество), но с точки зрения культуры, как сформулировал Норман О. Браун, психоаналитическая теория терапии должна быть теорией культуры, потому что осознание бессознательного - это культурный феномен. [17] Принимая во внимание мышление 20-го художественный авангард века - шаг вперед (не только в крайности, но и в техническом отношении), Браун пишет: «Человеческая культура - это набор проекций подавленного бессознательного».[18] Представление о бессознательном во второй половине 20 века стало рассматривается в меньшей степени как источник культурного опосредования (через слова, речь, краска) и многое другое в составе или влияние самой культуры. Историзация понятия бессознательного показывает, насколько значимо вписан термин находится как в социальном, так и в технологическом контексте. Если Фрейд представил понятие бессознательного как техническую модель, то многие другие ухватились за него. эту модель и сравнили или адаптировали к реальным технологическим средствам.В произведении искусства В эпоху механического воспроизводства Уолтер Бенджамин пишет, что камера знакомит нас с бессознательной оптикой, как и психоанализ с бессознательными импульсами. [19] Это значение технологического устройства, камеры, как своего рода бессознательное воздействие не отличается от более позднего утверждения Маршалла Маклюэна о том, что преобладание электрических средств массовой информации над механическими работает, чтобы направить человечество к единое сознание. [20] Эти два теоретика показывают, каким образом понятие бессознательное полностью интегрировалось в представления о технологиях и их неотъемлемых средствах массовой информации.И Бенджамин, и Маклюэн озабочены тем, как разные СМИ организуют и определяют способы восприятия, как СМИ передают реальность, или преобразовать это в конкретное сообщение. Для Бенджамина фотография экспозиции Оптика бессознательного позволяет человечеству стать объектом созерцания для самого себя. [21] В то время как с Маклюэном электрические СМИ поразительно век сознания бессознательное, где человек стратегически использует онемение и апатию и низводит сознание к его психической жизни, как тактика принятия технологии как расширение его физического тела.[22] Понятие бессознательного с Бенджамин откровенен, даже революционен, в то время как бессознательное Маклюэна заметно искусственный, поскольку он используется сознательно.

Реклама - одно из основных направлений использования концепции Маклюэна бессознательное, бессознательное как форма стратегии. Теоретик современной культуры Стюарт Юэн пишет о маркетинговых стратегиях: стратегическое мышление, однако, пошло не так. помимо рациональных апелляций к стремлению потребителей к удовольствию.Стиль был все более спорный, должен говорить с бессознательным, с этими первобытными побуждениями и ощущениями которые подавляются в повседневных рамках цивилизации. [23] Юэн пишет, что работы Фрейда, Юнга, Альфреда Адлера, Павлова и других предоставили бизнесу инструменты, которые можно было бы использовать в свою пользу. [24] Это взаимодействие с бессознательным знаменует исторический сдвиг в отношениях СМИ / бессознательного, поскольку СМИ использовали взаимодействовать с бессознательным в рекламе не с первой попытки способствовать самопониманию, а скорее поощрять чахоточные действия.Однако, как и многие из вышеупомянутых попыток опосредовать бессознательное (например, психоанализ, искусство,) реклама тоже использует различные средства массовой информации, чтобы преодолеть пороговые границы между бессознательным и сознанием и выявить скрытые импульсы. Но что реклама стремится к достижению - это конкретный доступ к бессознательному желанию и перевести это в сознательное активное желание, которое связывает к актуальным потребительским товарам.

Заключение

Слово бессознательное особенно интересно в связи с теорией медиа в что считается ли оно метафизическим состоянием незнания, психологическое аппарат в теории сознания Фрейда или любое их сочетание метафизические / психологические резонансы, бессознательное - это нечто без физического заземление.Кроме того, эти средства массовой информации вложены в бессознательные мысли, импульсы, воспоминания, сны, образы одинаково невесомы с точки зрения их отсутствия [ссылка] физическая форма. [25] Эта сверхъестественная онтология бессознательного, кажется, поддается плодотворное занятие в области теории медиа, потому что единственный способ рассмотреть вещество бессознательного - это, в частности, рассматривать его как вещество или через определенные аспекты посредничества. Чтобы перейти в сферу сознания, мысли, импульсы, воспоминания и сны бессознательного нуждаются в какой-то метафизической, но возможно даже физическое преобразование.Пока существуют сознательные мысли, импульсы, воспоминания и сны, эти средства восприятия не могут быть признаны или поняты без репрезентативные и семиотические вторичные медиа, которые организуют и делают их социальными, но даже индивидуально приемлемо. Следовательно, словесное / лингвистическое высказывание, написанное слово, нарисованное изображение и нарисованная сцена кажутся если не логичными, то, по крайней мере, интуитивно понятными шаги в попытке схватить бессознательное. И пока врожденная неоднозначность и необоснованность бессознательного как концепции не полностью объясняет различные способы, которыми он был вызван и сформулирован по отношению к различным средствам массовой информации, там это что-то присущее бессознательному, которое, как призыв к оружию, взывает к опосредованное вмешательство и участие.

Kaitlin Pomerantz
Winter 2007

Бессознательная предвзятость | iversity.ucsf.edu

Рене Наварро, фармацевт, доктор медицины, вице-канцлер по вопросам разнообразия и информирования приветствует вас в инициативе UCSF по борьбе с неосознанной предвзятостью. (Стенограмма)

Что такое неосознанная предвзятость?

Предубеждение - это предубеждение в пользу или против одного предмета, человека или группы по сравнению с другим, обычно считающееся несправедливым.Предвзятость может быть у человека, группы или учреждения и может иметь отрицательные или положительные последствия.

Есть виды предубеждений

  1. Сознательное смещение (также известное как явное смещение ) и
  2. Бессознательное смещение (также известное как неявное смещение )
Важно отметить, что предубеждения, сознательные или бессознательные, не ограничиваются этнической принадлежностью или расой. Хотя расовые предубеждения и дискриминация хорошо задокументированы, предубеждения могут существовать в отношении любой социальной группы.Возраст, пол, гендерная идентичность, физические способности, религия, сексуальная ориентация, вес и многие другие характеристики могут быть предвзятыми.

Бессознательные предубеждения - это социальные стереотипы об определенных группах людей, которые люди формируют вне их собственного сознательного понимания. У всех есть подсознательные представления о различных социальных группах и группах идентичности, и эти предубеждения проистекают из склонности человека организовывать социальные миры путем категоризации.

Бессознательные предубеждения гораздо более распространены, чем сознательные предрассудки, и часто несовместимы с сознательными ценностями.Определенные сценарии могут активировать бессознательные установки и убеждения. Например, предубеждения могут быть более распространенными, когда вы выполняете несколько задач одновременно или работаете в условиях нехватки времени.

Этот веб-сайт поддерживался Национальным центром развития трансляционных наук, Национальными институтами здравоохранения через номер гранта UCSF-CTSI UL1 TR000004. Его содержание является исключительной ответственностью авторов и не обязательно отражает официальную точку зрения NIH.

Сила и тайна бессознательного

Уильям Джеймс, которого многие считают отцом современной психиатрии, в 1890 году произнес знаменитую речь о бессознательной системе в нашем мозгу / теле.

Он предположил, что, если бы он взял эскимоса и посадил его на равнины Серенгети, никогда раньше не видевший льва и даже не слышавший о нем, немедленно испугался бы, что его жизни угрожает опасность, и бросился бы бежать.

О чем размышлял Джеймс?
Он разрабатывал модель бессознательного восприятия. Его эскимос сознательно воспринимал этого льва через его зрительную систему. Изображение будет отображаться на его зрительной коре после прохождения через миндалину.Сразу после проникновения в миндалевидное тело сигналы будут посылаться по симпатической нервной системе в его тело.

Его тело начинало реагировать учащенным сердцебиением, возможно, обильным потоотделением, учащенным дыханием, снижением пищеварительной системы, и его мышцы немедленно становились активными. Эскимос начал бы спасаться бегством, хотя сознательно не знал, почему.

Сейчас мы знаем, что бессознательно он также в процессе интероцепции будет реагировать на сигналы в своем теле, которые в ходе эволюции указали на необходимость бежать.Только после этого его сознательный мозг смог начать оправдывать его реакцию и его действия по бегу, предполагая, что это, должно быть, было опасное существо. Тело нашего эскимоса могло говорить его разуму то, что он сознательно не мог понять.

Это было критически важным началом связи между мозгом и телом, а также постулатом о том, что бессознательный мозг отвечает за восприятие, эмоции и воспламеняющее поведение, слишком быстро для того, чтобы сознательный мозг мог их обработать.

Изучение концепции бессознательного
Концепция бессознательного была воспринята и исследована, а затем популяризирована Зигмундом Фрейдом, австрийским неврологом и отцом психоанализа. Ему приписывают большую часть революционной психологической работы, направленной на понимание бессознательного. Частью этой работы было выявление того, что психические состояния, симптомы и физические состояния были вызваны бессознательными конфликтами. В основе этих конфликтов лежали телесные влечения, ищущие выражения в виде идей, импульсов, желаний и поведения, но которые считались неприемлемыми.

Он видел, что сознание, часть айсберга над водой, постоянно находится под влиянием бессознательного. Частью функции сознания было попытаться получить какое-то выражение этих подавленных бессознательных влечений, но социально приемлемым способом.

Все это было доступно сознанию только через работу сновидений, гипноз, сосредоточенное внимание в психотерапии, оговорки, юмор и симптомы. Другими словами, требовались физические действия, прежде чем осознание могло быть доведено до содержания бессознательного.Только действия и последующее осознание могут позволить размышлять.

Несмотря на то, что на основе работ Фрейда в психологической сфере было разработано множество новаторских работ, он никогда не отказывался от убеждения, что источник побуждений также находится в теле, - вывод, который часто забывают, но который имеет решающее значение для понимания

Ошибочный взгляд психиатрии на психическое здоровье
По мере развития 20-го века психологи сделали Фрейда постом для порки, ссылаясь на женоненавистничество, неосведомленность о женщинах и разоблачение детских влечений.В довольно постыдной с академической точки зрения попытке оспорить или опровергнуть определенные идеи, все его работы были отброшены. Вмешалась психиатрия, отрекшись от Уильяма Джеймса, отделив мозг от тела и приписав все «химическому дисбалансу». Вдохновленная страховыми компаниями и крупной фармацевтикой, психиатрия взяла чрезвычайно узкий, а теперь совершенно ошибочный взгляд на психическое здоровье.

Только когда когнитивные психологи начали использовать фМРТ, научное доказательство бессознательного было пересмотрено.В статье, опубликованной в Nature Neuroscience в 2008 году, было обнаружено, что субъективно «свободные» решения определяются активностью мозга на 10 секунд раньше, чем сознание и осведомленность. С тех пор последовало множество исследований, расширяющих эту тему.

За последние 10 лет нейробиология внесла большой вклад в существование бессознательной обработки информации. Долговременная память состоит из явной памяти и неявной или бессознательной памяти. Неявная память состоит из привычек, навыков, бессознательных реконструкций отношений и прайминга.Вождение, танцы, спорт и т. Д. - все это закодировано бессознательно.

Открытие интероцепции
Еще большее значение имело открытие интероцепции - процесса, с помощью которого нервная система воспринимает, интерпретирует и интегрирует сигналы, исходящие из тела. Эта сигнализация обеспечивает мгновенное отображение внутренней работы тела на сознательном и бессознательном уровнях.

Интероцептивная передача сигналов является важным компонентом рефлексов, побуждений, чувств, побуждений, адаптивных реакций, а также когнитивных и эмоциональных переживаний, глубоко вовлеченных в аллостаз, регуляцию тела и выживание.

Фрейд и Джеймс были интуитивно более правы, чем кто-либо мог представить. Следующие шаги: как мы можем прочитать собственное бессознательное, понять его влияние на наше поведение и благополучие и использовать силу бессознательного, чтобы сделать нашу жизнь лучше? Еще не все.

Риторика и бессознательное | SpringerLink

  • Антаки, С .: 1994, Объясняя и аргументируя , Сейдж, Лондон.

    Google Scholar

  • Биллиг, М.: 1991, Идеология и мнения , Sage, Лондон.

    Google Scholar

  • Биллиг, М .: 1992, Разговоры о королевской семье , Рутледж, Лондон.

    Google Scholar

  • Биллиг, М .: 1996, Спор и мышление, , Cambridge University Press, Кембридж.

    Google Scholar

  • Биллиг, М.: 1997a, «Диалогическое бессознательное: психоанализ, дискурсивная психология и природа вытеснения», , Британский журнал социальной психологии, . 36 , 139-159.

    Google Scholar

  • Биллиг, М .: 1997b, «Фрейд и Дора: подавление угнетенной идентичности», Теория, культура и общество 14 , 29-55.

    Google Scholar

  • Биллиг, М.: 1997c, «Держим белую королеву в игре», в М. Файн, Л. Вейс, Л. С. Пауэлл и Л. М. Вонг (ред.), Off White , Routledge, Лондон.

    Google Scholar

  • Биллиг, М .: в печати, «Диалогическое подавление и Эдипов комплекс: переосмысление дела Маленького Ганса», Культура и психология .

  • Борх-Якобсен, М .: 1996, Вспоминая Анну О , Рутледж, Лондон.

    Google Scholar

  • Коричневый, П.и С. С. Левинсон: 1987, Вежливость: некоторые универсальности использования языка, , Cambridge University Press, Кембридж.

    Google Scholar

  • Decker, H.S .: 1991, Freud, Dora and Vienna 1900 , Free Press, New York.

    Google Scholar

  • Данн, Дж .: 1988, Начало социального понимания , Блэквелл, Оксфорд.

    Google Scholar

  • Эдвардс, Д.: 1996, Дискурс и познание , Sage, Лондон.

    Google Scholar

  • Эдвардс, Д. и Дж. Поттер: 1993, Дискурсивная психология , Сейдж, Лондон.

    Google Scholar

  • Фрейд, М .: 1957, Отражение славы: Зигмунд Фрейд - Человек и отец , Ангус и Робертсон, Лондон.

    Google Scholar

  • Фрейд, С.: 1976, Шутки и их отношение к бессознательному , Penguin, Harmondsworth.

    Google Scholar

  • Freud, S .: 1990a, «Анализ фобии у пятилетнего мальчика (« Маленький Ганс »)», in The Penguin Freud Library , Volume 8. Penguin, Harmondsworth.

    Google Scholar

  • Freud, S .: 1990b, «Фрагмент анализа случая истерии (« Дора »)», в The Penguin Freud Library , Volume 8.Пингвин, Хармондсворт.

    Google Scholar

  • Freud, S .: 1991, Вводные лекции , Penguin, Harmondsworth.

    Google Scholar

  • Freud, S .: 1995a, 'Repression', in P. Gay (ed.), The Freud Reader , Vintage, London.

    Google Scholar

  • Freud, S .: 1995b, «Автобиографическое исследование», в P.Гей (ред.), Читатель Фрейда , Винтаж, Лондон.

    Google Scholar

  • Гарфинкель, Х .: 1967, Исследования по этнометодологии , Прентис-Холл, Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси.

    Google Scholar

  • Харре Р. и Дж. Джиллетт: 1994, Дискурсивный разум , Сейдж, Лондон.

    Google Scholar

  • Массон, Дж.: 1990, Against Therapy , Penguin, Harmondsworth.

    Google Scholar

  • Миддлтон, Д. и Д. Эдвардс: 1990, «Разговорная память: социальный психологический подход», в Д. Миддлтон и Д. Эдвардс (ред.), Коллективное воспоминание , Sage, Лондон.

    Google Scholar

  • Nofsinger, R.E .: 1991, Everyday Conversation , Sage, Newbury Park.

    Google Scholar

  • Паркер, И .: 1992, Discourse Dynamics , Routledge, London.

    Google Scholar

  • Поттер, Дж .: 1996, Представление реальности: дискурс, риторика и социальный конструктивизм , Sage, Лондон.

    Google Scholar

  • Potter, J. and M. Wetherell: 1987, Discourse and Social Psychology , Sage, London.

    Google Scholar

  • Sampson, E.E .: 1993, Celebrating the Other , Sage, London.

    Google Scholar

  • Шафер, Р .: 1976, Новый язык для психоанализа , Издательство Йельского университета, Нью-Хейвен.

    Google Scholar

  • Шоттер, Дж .: 1993a, Культурная политика повседневной жизни , Open University Press, Милтон Кейнс.

  • Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *