Бихевиоризм основные идеи – 23. Основные идеи и представители бихевиоризма. И развитие их взглядов в социальной практике

Основные идеи современного бихевиоризма.

Основные понятия современного бихевиоризма.

107

сутствия более глубоких объяснительных теорий. Сегодня процесс научения во многом строится на принципах подкрепления, впрочем, как и процесс воздействия, представленныйврекламе, пропагандеит.п.

Представленный обзор основных понятий бихевиористской социальной психологии, конечно же, не отражает всего богатства ее категориального аппарата, но все же дает возможность разобраться в сути разрабатываемых им теоретических построений. Обладание культурой бихевиористской психологической ментальности создает предпосылки для конструктивногоиспользованиядостиженийданнойтрадициивпределахразвитиядругих психологическихпостроений.

Рассмотримидеи, лежащиевоснованиисоциальногоповедениячеловека.

1.Человеческий организм динамичен в социальном взаимодействии – положение, являющееся центральным для понимания современной бихевиористской социальной психологии. В отличие от ортодоксального бихевиоризма Уотсона, рассматривающего первичность стимулов по отношению к реакциям, современный бихевиоризм предполагает первичность реакций по отношению к стимулам, т.е. человек воспринимается не как пассивнореагирующийнавоздействующиеизвнестимулы, акакдинамичноактивнывсвоем отношениикнимикизменениямвокружающемегосоциальноммире.

2.Оперантыпродуцируютстимульныесобытия, создаваявозможностьихбудущего повторения. Социальные действия, совершаемые людьми, рассматриваются как способные влиять на окружение, вызывать позитивные, негативные или нейтральные последствия, которые, в свою очередь, увеличивают, уменьшают или вовсе не оказывают никакого влияния на будущую актуализацию определенных поведенческих действий. Без этого не только трудно объяснить формирование поведения, но и обсуждать вопрос о сохранении поведенияилиснижениивозможностейегопроявления.

3.Поддержание активного поведенческого репертуара является функцией подкрепления, обретенное поведение будет актуализироваться только при соответствующих стимульных условиях. Несмотря на достаточную гибкость обсуждаемого положения, оно все женедаетответанавопрос, почемучеловекприопределенныхобстоятельствахсовершает определенные действия. Разве что подкрепление увеличивает вероятность актуализации операнта, илиутверждениеофункциональныхотношениях, окотороммыскажемниже.

4.Повторяемость активности всходных обстоятельствах. В своей работе «Поведенческая модель человека: предположения и применение» Кюнкель и Нагасава приходят к выводу, что стимулы не только генерализуются, но и, будучи представленными в ситуации, могут сигнализировать о возможном проявлении определенной активности (закон дискриминациистимулов), примеромчемуявляетсяповедениетех жестудентов ваудитории, сигнализирующее о необходимости следования определенным социальным нормам. Короче, «если активность следует за подкреплением, вполне вероятно, что она будет повторновоспроизведенаприсходныхобстоятельствах» (с. 534).

5.Депривация (лишение). Если человек какое-то время лишен желаемого объекта, этот объект начинает со временем проявлять тенденцию к обладанию. потенциалом подкрепления; если человек не лишен объекта, он не обладает подкрепляющей силой. Это

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

108

положение является существенным для бихевиоризма прежде всего потому, что депривация проявляется в поведении человека значительно более эффективно, нежели принцип подкрепления. Реальная практика социальной жизни демонстрирует достаточно большое число примеров «сладости запретного плода». Однако не вызывает сомнений, что данное положениеноситотнюдьнеуниверсальныйхарактер.

Эффективность подкрепления остается предметом дискуссии и сегодня. Так, устанавливают, что «свойства подкрепления многих стимулов (не всех) зависят от их пригодностиилиприемлемостинадостаточнодлительныйпериод» (1978, с. 26–27).

6. Моделирование и научение. Актуальным для современной бихевиористской со- циальнойпсихологииявляетсяиположениеомоделировании–процессенаучения, вкотороминдивид актуализирует реакции, полученные посредством наблюдения задействиями и их последствиями со стороны других людей. Продолжающаяся актуализация определенного поведения в данной логике рассуждений является производной от того, в какой степени наблюдаемое поведение подкреплено (Kunkel и Nagasawa, с. 534). Общий вывод сводитсякследующему– еслиактивностиможнонаучитьчерезмоделирование, товполне вероятно, что она будет воспроизведена наблюдающим в сходных обстоятельствах (при условии, чтоповедениенаблюдаемогобылоподкреплено).

Особый вклад в разработку научения через моделирование внес А. Бандура. Автор утверждает, что результаты наблюдения за действиями других помогают определить природу и возможную эффективность непосредственно воспринимаемых действий, делать оценкипоследствийнаблюдаемыхдействий– пригодных, полезных, илинаоборот.

Конечно, когнитивная революция впсихологии немогла неоказать влияния на теоретические построения бихевиористов. Игнорирование таких категорий, как мышление, сознание, самость, социальный опыт, внутренняя активность и т.п., не могло не сказаться здесь. Поэтому в современных теоретических построениях бихевиористов все больше представлены элементы внутренней активности человека. В то же время, вполне естественно, отказ от фундаментальных постулатов происходит не так легко, как хотелось бы. В 90-ые годы обозначились кризисные тенденции и в когнитивной, и в гуманистической со- циально-психологических традициях. Наблюдается интерес ко многим наработкам в рамках бихевиористской и психодинамической традиций, возврат к анализу поведения человеканаметатеоретическомуровне.

Специфика бихевиористского подхода к рассмотрению социальнопсихологической феноменологии

В соответствии с логикой рассуждений Биджоу и Байера, анализ поведения должен строиться на следующих основополагающих представлениях: 1) детерминизме окружающей среды, включающем взаимодействие между организмами (в том числе генетическую одаренность) иихсоциальным окружением; 2) принципеэволюционности, всоответствии с которым поведение осуществляется на основе соответствующих механизмов в процессе эволюции; 3) объективном наблюдения как инструменте познания действительности; 4) функциональностианализавзаимодействийиобъяснений.

Специфика бихевиористского подхода в социальной психологии.

109

Отличительной особенностью анализа поведения является подчеркивание влияния окружения, среды на человеческий организм, генетических данных организма, чувствительностикподкреплениювсоответствиисегорольюдлявыживания.

Биджоу и Байер определяют анализ поведения человека, как его психологическое развитие, включающее прогрессивные изменения в ходе взаимодействия с событиями и фактами реальной жизни. Пытаясь оставаться в рамках естественнонаучного подхода, авторы пытаются избежать включения ненаблюдаемых гипотетических построений – причин поведения – и, наоборот, придерживаются идеи о том, что человеческое поведение представляет собой некоторую функцию специфических характеристик биологического созреванияорганизмавеговзаимодействиисокружающиммиром.

Поведение разграничивается на две категории – респондентное и оперантное. Расширение значения понятия «реакция» достигается за счет введения понятия «класс реакций», основывающегося на суждении о том, что реакции человека изменчивы во времени. Класс реакций относится к тем варьирующимся формам реагирования, которые выполняют сходную функцию. Одни представители класса реакций сходны, другие весьма отличны, и лишь одно остается неизменным – влияние на окружение или одинаковое реагированиенасходныесобытиявокружении.

Человек рассматривается не только как источник респондентных и оперантных реакций, но и как источник стимулов, как своего рода окружение внутри собственной самости. Представленность окружения в индивиде может измеряться по косвенным проявлениям: либочерезпредшествующиенаблюдавшиесявзаимодействия, генерируемыебиологическими структурами и их функционированием (например, желудочная боль от перенасыщения), либо собственно поведением (например, речью, мускульным напряжением и т.д.). Таким образом, индивид может быть источником стимулов, которые обусловливают респондентное поведение, источником стимулов усиливающих, ослабляющих, либо не оказывающих никакого влияния на существующие условия. Именно по этой причине анализ поведения рассматривает индивида как «группу взаимосвязанного оперантного и респондентного поведения и как источник стимулов, приобретающих специфические функциональные качества для этого поведения». Большинство же стимулов, влияющих на поведение человека обладают внешними источниками, и каждый должен быть измерен с помощьюинструментовилипосредствомизмененийвповедениииндивида.

Окружениеиндивидавключаетдвакомпонента: «специфическиестимульныесобытия», интегрирующие физические объекты (дома, машины и т.д.), химические объекты (аромат цветов, пищи, парфюмерии и т.д.), организмы и социальные объекты (действия и взаимодействия других), «обрамляющие объекты», или контекст, в котором происходит стимульно-реактивное взаимодействие. Обрамляющие объекты включают в свою очередь физическиеихимическиеобрамления(земля– вода, чистыйвоздух– загрязненныйвоздух и т.д.), организмические (насыщенное, ограниченное, опасное поведение, присутствие наркотиков в организме, физиологический цикл и т.д.), социальные (культура, дом, церковь, присутствиезначимыхдругихит.п.)

Специфические стимульные события, как компоненты окружения, могут анализироваться в характеристиках их физических измерений и \ или функциональных аспектов. Когда они описываются в характеристиках их физических атрибутов (красный автомобиль, высокий голос и т.п.), конкретизируются физические характеристики стимулов.

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

110

Стимулы могут измеряться изменениями в поведении индивида, и это составляет их функциональный аспект (функция стимулов). Если поведение показывает наличие значимой связи между стимулом и реакцией, для анализа становится значимой и функция стимула. Понятие стимульной функции позволяет организовать многообразие стимульных событийинаэтойосновеизбежатьсубъективизмапонятий.

Класс стимулов позволяет систематизировать сходные стимулы, проявляющиеся в разных обстоятельствах. В рамках одного класса они могут существенно различаться физически или быть схожими, однако их эффект по отношению к поведению должен быть одинаков ( так, сцена из телепередачи, картина, запах из кухни могут приводить к одному итомужеэффекту– желаниюпоесть).

Обрамляющие факторы раскрывают характеристики конкретных стимулов функции реакции в их взаимодействии. Природа обрамляющих факторов может быть физической, химической, органической или биологической, социальной или культурной, а в повседневной жизни они могут представать в различных комбинациях, что повышает вероятностьактуализацииповедениячеловека, усиливаетегостимульно-реактивныефункции.

Наконец, в качестве решающих аспектов анализа поведения выступает продолжительностьвзаимодействиямеждуиндивидомиокружением.

Поведенческий анализ устанавливает, что утверждение функциональных отношенийадекватноотвечаетнавопрос«почему?» иякобыгипотетическиотрицаетобъяснение, таккакононарушаетсоответствиемеждутеоретическойиэмпирическойдеятельностьюв науке. В любом случае система современного анализа поведения рассматривает стимульные условия, предшествующие или следующие, не как причину реакций, а как один из факторов множественного поля, и строится она на понимании всевозможных взаимодействийчеловеческогоповеденияиокружения.

К числу заслуг бихевиористского направления в социальной психологии следует отнести привнесение аспектов научности, строгости теоретических построений, их обязательного подтверждения в эксперименте, детальной проработки вопросов формирования, проявленияиизмененияповедения.

Следуеттакжеотметитьвсебольшуюегоконвергенциюскогнитивнойтрадициейв социальной психологии, однако после кризиса когнитивизма начала 80-х годов стала очевидной необходимость новой спирали в построении интегративной социальной психологии, вкоторойрольбихевиористскойтрадициибудетпо-прежнемурасти.

Глоссарий

Вероятность подкрепления – условия проявления определенных оперантных действий в соответствующих обстоятельствах. Обстоятельства проявления определенных оперантов часто определяются как схемы подкрепления.

Генерализация стимулов – имеет место тогда, когда стимул (стимулы) в силу их повторных ассоциаций с подкреплением становятся подкрепляющими и \ или дискриминантными стимулами, а другие стимулы, имеющие сходство сними также приобретают подкрепляющие и \ или дискриминантные свойства.

Депривация – состояние лишенности желаемого объекта, выражающееся в обретении со временем объектом тенденции обладания потенциалом подкрепления, становление «запретного плода» сладким.

Основные отличия психодинамического подхода.

111

Дискриминантные стимулы – индикаторы проявления определенных оперантов, сигнализирующие об обстоятельствах вызывания стимула. Дифференциальное подкрепление – имеет место в тех социальных ситуациях, в которых человеку предстоит выбор между двумя или несколькими альтернативными линиями поведения, приводящими к одному и тому же результату. Затухание – процесс возвращения операнта в свое исходное состояние при неподкреплении условий проявления операнта.

Моделирование – процесс научения в котором индивид (индивиды) актуализирует реакции, наученные посредством наблюдения за действиями и их последствиями со стороны других людей.

Негативное наказание – сокращение или устранение событий, последствий или изменений в окружении, приводящее к сокращению проявлений нежелательного поведения.

Негативное подкрепление – стимулы, способствующие устранению проявления определенных оперантов. В случае негативного подкрепления речь идет о сокращении окружения, способствующем прекращению проявлений нежелательного поведения.

Нейтральные подкрепления – события и последствия, следующие за некоторым оперантом и не оказывающие влияния на вероятность его проявления в будущем.

Оперант – поведение (реакция) личности вызывающая изменение в его окружении.

Поведение – родовой термин, охватывающий действия, деятельность, реакции, движения, процессы, операции и т.д., т.е. любые измеряемые реакции. Позитивное наказание –сокращение или устранение событий, последствий или изменений в окружении индивида, приводящее в случае применения после их проявления к повышению вероятности будущих проявлений желательного поведения. Позитивное подкрепление – события, последствия или изменения в окружении индивида обусловленные некоторым оперантом, повышающим вероятность его проявления.

Респондент – реакция организма на определенного рода стимуляцию. Основное различие между оперантом и респондентом заключается в отношении поведения к стимулу. Операнты контролируются своими последствиями (стимулами, следующими за ними), в то время как респонденты контролируются стимулами, предшествующими им.

Стимул – события, последствия или изменения в окружении индивида, оказывающие воздействие на его поведение.

Вопросы для обсуждения

1.В чем своеобразие бихевиористского подхода к анализу социальнопсихологической феноменологии?

2.В чем причины избрания естественнонаучного подхода (позитивистского) как ведущей методологии исследования?

3.Каковы основные тенденции развития современного бихевиоризма в соци-

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

112

альной психологии?

4.Почему бихевиористы избегают рассмотрения внутренней активности личности как детерминанты поведения?

Для дополнительного чтения

1.Первин Л., Джон О. Психология личности: Теория и исследования. М.: Аспект Пресс, 2000.

2.Хьюстон, М. Введение в социальную психологию. Европейский подход: учебник для студентов вузов / М. Хьюстон, В. Штребе. – М.: ЮНИТИ-

ДАНА, 2004.

Основной источник

Современная зарубежная социальная психология. Тексты. – М.: Изд-во Моск. ун-

та, 1984.

studfiles.net

35. Возникновение, основные идеи бихевиоризма (Дж. Уотсон)

После защиты диссертации по психологии в университете Чикаго Уотсон стал профессором университета Джона Гопкинса в Балтиморе (с 1908 года), где заведовал кафедрой и лабораторией экспериментальной психологии. В 1913 году он публикует статью "Психология с точки зрения бихевиориста", оцениваемую как манифест нового направления. Вслед за тем он публикует книгу "Поведение: введение в сравнительную психологию", в которой впервые в истории психологии был решительно опровергнут постулат о том, что предметом этой науки является сознание. Девизом бихевиоризма стало понятие о поведении как объективно наблюдаемой системе реакций организма на внешние и внутренние стимулы. Это понятие зародилось в русской науке в трудах И.М.Сеченова, И.Л.Павлова и В.М.Бехтерева. Они доказали, что область психической деятельности не исчерпывается явлениями сознания субъекта, познаваемыми путем внутреннего наблюдения за ними (интроспекцией). В результате сознание отъединялось от внешней реальности, замыкалось в кругу собственных явлений (переживаний), ставящих его вне реальной связи земных вещей и включенности в ход телесных процессов. Находясь под влиянием позитивизма, Уотсон доказывал, будто реально лишь то, что можно непосредственно наблюдать. Поэтому, по его плану, все поведение должно быть объяснено из отношений между непосредственно наблюдаемыми воздействиями физических раздражителей на организм и его так же непосредственно наблюдаемыми ответами (реакциями). Отсюда и главная формула Уотсона, воспринятая бихевиоризмом: "стимул – реакция" (S-R). Из этого явствовало, что процессы, которые происходят между членами этой формулы – будь то физиологические (нервные), будь то психические, психология должна устранить из своих гипотез и объяснений. Поскольку единственно реальными в поведении признавались различные формы телесных реакций, Уотсон заменил все традиционные представления о психических явлениях их двигательными эквивалентами. Всеми реакциями, как интеллектуальными, так и эмоциональными, можно, по мнению Уотсона, управлять. Психическое развитие сводится к учению, т. е. к любому приобретению знаний, умений, навыков – не только специально формируемых, но и возникающих стихийно. С этой точки зрения, научение – более широкое понятие, чем обучение, так как включает в себя и целенаправленно сформированные при обучении знания. Таким образом, исследования развития психики сводятся к исследованию формирования поведения, связей между стимулами и возникающими на их основе реакциями (S-R).

36. Основные идеи необихевиоризма (э.Толмен, к. Халл, б. Скиннер)

Толмен отстаивал положение, что исследование поведения должно вестись строго объективным методом, без всяких произвольных допущений о недоступном этому методу внутреннем ми ре сознания. Однако Толмен возражал против того, чтобы ограничиваться в анализе поведения только формулой "стимул – реакция" и игнорировать факторы, которые играют незаменимую роль в промежутке между ними. Эти факторы он назвал "промежуточными переменными". Толмен доказывал, что и внутренние процессы можно "вывести наружу" и придать их исследованию такую же точность, как исследованию любых физических вещей. Для этого поведение следует рассматривать не как цепочку отдельных реакций, а с точки зрения его целостной организации. Такое целостное поведение Толмен описывал как систему, связанную со своим окружением сетью познавательных отношений. Толмен настаивал на том, что поведение не сводится к выработке двигательных навыков. Толмен выделил особый тип научения, которое было названо латентным (скрытым). Это скрытое, ненаблюдаемое научение играет роль, когда подкрепление отсутствует. Оно способно изменять поведение.

Халл опирался в основном на учение И.Л.Павлова об условных рефлексах, считая, что важнейшую роль при использовании этого понятия следует придать силе навыка. Для того чтобы эта сила проявилась, необходимы определенные физиологические потребности. Из всех факторов решающее влияние на силу навыка оказывает редукция потребности. Чем чаще она редуцируется, тем больше сила навыка. Величина редукции потребности определяется количеством и качеством подкреплений. Кроме того, сила навыка зависит от интервала между реакцией и ее подкреплением, а также от интервала между условным раздражителем и реакцией. Халл разделил первичное и вторичное подкрепление. Первичным подкреплением является, например, пища для голодного организма или удар электрическим током, вызывающий прыжок у крысы. Потребность соединена с раздражителями, реакция на которые, в свою очередь, играет роль подкрепления, но уже вторичного.

Скиннер разрабатывает его особый вид оперантное поведение. Условный рефлекс он называл стимульным поведением, так как его формирование связано с ассоциацией между разными стимулами и не зависит от собственной активности субъекта. Однако такая реакция быстро формируется, но и быстро исчезает без подкрепления: она не может быть основой постоянного поведения субъекта. В противовес этому подходу, при оперантном обучении подкрепляется только поведение, операции, которые совершает субъект в данный момент. Большое значение имеет и тот факт, что сложная реакция разбивается на ряд простых, следующих друг за другом и приводящих к нужной цели. Это поведение было намного устойчивее, оно очень медленно угасало даже при отсутствии подкрепления. Скиннер обратил внимание на то, что даже одноразовое подкрепление может иметь значительный эффект, так как устанавливается хотя бы случайная связь между реакцией и появлением стимула. Если стимул был значимым для индивида, он будет пытаться повторить реакцию, которая принесла ему успех. Такое поведение Скиннер называл "суеверным", указывая на его большую распространенность.

studfiles.net

Основные идеи современного бихевиоризма.

Основные понятия современного бихевиоризма.

107

сутствия более глубоких объяснительных теорий. Сегодня процесс научения во многом строится на принципах подкрепления, впрочем, как и процесс воздействия, представленныйврекламе, пропагандеит.п.

Представленный обзор основных понятий бихевиористской социальной психологии, конечно же, не отражает всего богатства ее категориального аппарата, но все же дает возможность разобраться в сути разрабатываемых им теоретических построений. Обладание культурой бихевиористской психологической ментальности создает предпосылки для конструктивногоиспользованиядостиженийданнойтрадициивпределахразвитиядругих психологическихпостроений.

Рассмотримидеи, лежащиевоснованиисоциальногоповедениячеловека.

1.Человеческий организм динамичен в социальном взаимодействии – положение, являющееся центральным для понимания современной бихевиористской социальной психологии. В отличие от ортодоксального бихевиоризма Уотсона, рассматривающего первичность стимулов по отношению к реакциям, современный бихевиоризм предполагает первичность реакций по отношению к стимулам, т.е. человек воспринимается не как пассивнореагирующийнавоздействующиеизвнестимулы, акакдинамичноактивнывсвоем отношениикнимикизменениямвокружающемегосоциальноммире.

2.Оперантыпродуцируютстимульныесобытия, создаваявозможностьихбудущего повторения. Социальные действия, совершаемые людьми, рассматриваются как способные влиять на окружение, вызывать позитивные, негативные или нейтральные последствия, которые, в свою очередь, увеличивают, уменьшают или вовсе не оказывают никакого влияния на будущую актуализацию определенных поведенческих действий. Без этого не только трудно объяснить формирование поведения, но и обсуждать вопрос о сохранении поведенияилиснижениивозможностейегопроявления.

3.Поддержание активного поведенческого репертуара является функцией подкрепления, обретенное поведение будет актуализироваться только при соответствующих стимульных условиях. Несмотря на достаточную гибкость обсуждаемого положения, оно все женедаетответанавопрос, почемучеловекприопределенныхобстоятельствахсовершает определенные действия. Разве что подкрепление увеличивает вероятность актуализации операнта, илиутверждениеофункциональныхотношениях, окотороммыскажемниже.

4.Повторяемость активности всходных обстоятельствах. В своей работе «Поведенческая модель человека: предположения и применение» Кюнкель и Нагасава приходят к выводу, что стимулы не только генерализуются, но и, будучи представленными в ситуации, могут сигнализировать о возможном проявлении определенной активности (закон дискриминациистимулов), примеромчемуявляетсяповедениетех жестудентов ваудитории, сигнализирующее о необходимости следования определенным социальным нормам. Короче, «если активность следует за подкреплением, вполне вероятно, что она будет повторновоспроизведенаприсходныхобстоятельствах» (с. 534).

5.Депривация (лишение). Если человек какое-то время лишен желаемого объекта, этот объект начинает со временем проявлять тенденцию к обладанию. потенциалом подкрепления; если человек не лишен объекта, он не обладает подкрепляющей силой. Это

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

108

положение является существенным для бихевиоризма прежде всего потому, что депривация проявляется в поведении человека значительно более эффективно, нежели принцип подкрепления. Реальная практика социальной жизни демонстрирует достаточно большое число примеров «сладости запретного плода». Однако не вызывает сомнений, что данное положениеноситотнюдьнеуниверсальныйхарактер.

Эффективность подкрепления остается предметом дискуссии и сегодня. Так, устанавливают, что «свойства подкрепления многих стимулов (не всех) зависят от их пригодностиилиприемлемостинадостаточнодлительныйпериод» (1978, с. 26–27).

6. Моделирование и научение. Актуальным для современной бихевиористской со- циальнойпсихологииявляетсяиположениеомоделировании–процессенаучения, вкотороминдивид актуализирует реакции, полученные посредством наблюдения задействиями и их последствиями со стороны других людей. Продолжающаяся актуализация определенного поведения в данной логике рассуждений является производной от того, в какой степени наблюдаемое поведение подкреплено (Kunkel и Nagasawa, с. 534). Общий вывод сводитсякследующему– еслиактивностиможнонаучитьчерезмоделирование, товполне вероятно, что она будет воспроизведена наблюдающим в сходных обстоятельствах (при условии, чтоповедениенаблюдаемогобылоподкреплено).

Особый вклад в разработку научения через моделирование внес А. Бандура. Автор утверждает, что результаты наблюдения за действиями других помогают определить природу и возможную эффективность непосредственно воспринимаемых действий, делать оценкипоследствийнаблюдаемыхдействий– пригодных, полезных, илинаоборот.

Конечно, когнитивная революция впсихологии немогла неоказать влияния на теоретические построения бихевиористов. Игнорирование таких категорий, как мышление, сознание, самость, социальный опыт, внутренняя активность и т.п., не могло не сказаться здесь. Поэтому в современных теоретических построениях бихевиористов все больше представлены элементы внутренней активности человека. В то же время, вполне естественно, отказ от фундаментальных постулатов происходит не так легко, как хотелось бы. В 90-ые годы обозначились кризисные тенденции и в когнитивной, и в гуманистической со- циально-психологических традициях. Наблюдается интерес ко многим наработкам в рамках бихевиористской и психодинамической традиций, возврат к анализу поведения человеканаметатеоретическомуровне.

Специфика бихевиористского подхода к рассмотрению социальнопсихологической феноменологии

В соответствии с логикой рассуждений Биджоу и Байера, анализ поведения должен строиться на следующих основополагающих представлениях: 1) детерминизме окружающей среды, включающем взаимодействие между организмами (в том числе генетическую одаренность) иихсоциальным окружением; 2) принципеэволюционности, всоответствии с которым поведение осуществляется на основе соответствующих механизмов в процессе эволюции; 3) объективном наблюдения как инструменте познания действительности; 4) функциональностианализавзаимодействийиобъяснений.

Специфика бихевиористского подхода в социальной психологии.

109

Отличительной особенностью анализа поведения является подчеркивание влияния окружения, среды на человеческий организм, генетических данных организма, чувствительностикподкреплениювсоответствиисегорольюдлявыживания.

Биджоу и Байер определяют анализ поведения человека, как его психологическое развитие, включающее прогрессивные изменения в ходе взаимодействия с событиями и фактами реальной жизни. Пытаясь оставаться в рамках естественнонаучного подхода, авторы пытаются избежать включения ненаблюдаемых гипотетических построений – причин поведения – и, наоборот, придерживаются идеи о том, что человеческое поведение представляет собой некоторую функцию специфических характеристик биологического созреванияорганизмавеговзаимодействиисокружающиммиром.

Поведение разграничивается на две категории – респондентное и оперантное. Расширение значения понятия «реакция» достигается за счет введения понятия «класс реакций», основывающегося на суждении о том, что реакции человека изменчивы во времени. Класс реакций относится к тем варьирующимся формам реагирования, которые выполняют сходную функцию. Одни представители класса реакций сходны, другие весьма отличны, и лишь одно остается неизменным – влияние на окружение или одинаковое реагированиенасходныесобытиявокружении.

Человек рассматривается не только как источник респондентных и оперантных реакций, но и как источник стимулов, как своего рода окружение внутри собственной самости. Представленность окружения в индивиде может измеряться по косвенным проявлениям: либочерезпредшествующиенаблюдавшиесявзаимодействия, генерируемыебиологическими структурами и их функционированием (например, желудочная боль от перенасыщения), либо собственно поведением (например, речью, мускульным напряжением и т.д.). Таким образом, индивид может быть источником стимулов, которые обусловливают респондентное поведение, источником стимулов усиливающих, ослабляющих, либо не оказывающих никакого влияния на существующие условия. Именно по этой причине анализ поведения рассматривает индивида как «группу взаимосвязанного оперантного и респондентного поведения и как источник стимулов, приобретающих специфические функциональные качества для этого поведения». Большинство же стимулов, влияющих на поведение человека обладают внешними источниками, и каждый должен быть измерен с помощьюинструментовилипосредствомизмененийвповедениииндивида.

Окружениеиндивидавключаетдвакомпонента: «специфическиестимульныесобытия», интегрирующие физические объекты (дома, машины и т.д.), химические объекты (аромат цветов, пищи, парфюмерии и т.д.), организмы и социальные объекты (действия и взаимодействия других), «обрамляющие объекты», или контекст, в котором происходит стимульно-реактивное взаимодействие. Обрамляющие объекты включают в свою очередь физическиеихимическиеобрамления(земля– вода, чистыйвоздух– загрязненныйвоздух и т.д.), организмические (насыщенное, ограниченное, опасное поведение, присутствие наркотиков в организме, физиологический цикл и т.д.), социальные (культура, дом, церковь, присутствиезначимыхдругихит.п.)

Специфические стимульные события, как компоненты окружения, могут анализироваться в характеристиках их физических измерений и \ или функциональных аспектов. Когда они описываются в характеристиках их физических атрибутов (красный автомобиль, высокий голос и т.п.), конкретизируются физические характеристики стимулов.

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

110

Стимулы могут измеряться изменениями в поведении индивида, и это составляет их функциональный аспект (функция стимулов). Если поведение показывает наличие значимой связи между стимулом и реакцией, для анализа становится значимой и функция стимула. Понятие стимульной функции позволяет организовать многообразие стимульных событийинаэтойосновеизбежатьсубъективизмапонятий.

Класс стимулов позволяет систематизировать сходные стимулы, проявляющиеся в разных обстоятельствах. В рамках одного класса они могут существенно различаться физически или быть схожими, однако их эффект по отношению к поведению должен быть одинаков ( так, сцена из телепередачи, картина, запах из кухни могут приводить к одному итомужеэффекту– желаниюпоесть).

Обрамляющие факторы раскрывают характеристики конкретных стимулов функции реакции в их взаимодействии. Природа обрамляющих факторов может быть физической, химической, органической или биологической, социальной или культурной, а в повседневной жизни они могут представать в различных комбинациях, что повышает вероятностьактуализацииповедениячеловека, усиливаетегостимульно-реактивныефункции.

Наконец, в качестве решающих аспектов анализа поведения выступает продолжительностьвзаимодействиямеждуиндивидомиокружением.

Поведенческий анализ устанавливает, что утверждение функциональных отношенийадекватноотвечаетнавопрос«почему?» иякобыгипотетическиотрицаетобъяснение, таккакононарушаетсоответствиемеждутеоретическойиэмпирическойдеятельностьюв науке. В любом случае система современного анализа поведения рассматривает стимульные условия, предшествующие или следующие, не как причину реакций, а как один из факторов множественного поля, и строится она на понимании всевозможных взаимодействийчеловеческогоповеденияиокружения.

К числу заслуг бихевиористского направления в социальной психологии следует отнести привнесение аспектов научности, строгости теоретических построений, их обязательного подтверждения в эксперименте, детальной проработки вопросов формирования, проявленияиизмененияповедения.

Следуеттакжеотметитьвсебольшуюегоконвергенциюскогнитивнойтрадициейв социальной психологии, однако после кризиса когнитивизма начала 80-х годов стала очевидной необходимость новой спирали в построении интегративной социальной психологии, вкоторойрольбихевиористскойтрадициибудетпо-прежнемурасти.

Глоссарий

Вероятность подкрепления – условия проявления определенных оперантных действий в соответствующих обстоятельствах. Обстоятельства проявления определенных оперантов часто определяются как схемы подкрепления.

Генерализация стимулов – имеет место тогда, когда стимул (стимулы) в силу их повторных ассоциаций с подкреплением становятся подкрепляющими и \ или дискриминантными стимулами, а другие стимулы, имеющие сходство сними также приобретают подкрепляющие и \ или дискриминантные свойства.

Депривация – состояние лишенности желаемого объекта, выражающееся в обретении со временем объектом тенденции обладания потенциалом подкрепления, становление «запретного плода» сладким.

Основные отличия психодинамического подхода.

111

Дискриминантные стимулы – индикаторы проявления определенных оперантов, сигнализирующие об обстоятельствах вызывания стимула. Дифференциальное подкрепление – имеет место в тех социальных ситуациях, в которых человеку предстоит выбор между двумя или несколькими альтернативными линиями поведения, приводящими к одному и тому же результату. Затухание – процесс возвращения операнта в свое исходное состояние при неподкреплении условий проявления операнта.

Моделирование – процесс научения в котором индивид (индивиды) актуализирует реакции, наученные посредством наблюдения за действиями и их последствиями со стороны других людей.

Негативное наказание – сокращение или устранение событий, последствий или изменений в окружении, приводящее к сокращению проявлений нежелательного поведения.

Негативное подкрепление – стимулы, способствующие устранению проявления определенных оперантов. В случае негативного подкрепления речь идет о сокращении окружения, способствующем прекращению проявлений нежелательного поведения.

Нейтральные подкрепления – события и последствия, следующие за некоторым оперантом и не оказывающие влияния на вероятность его проявления в будущем.

Оперант – поведение (реакция) личности вызывающая изменение в его окружении.

Поведение – родовой термин, охватывающий действия, деятельность, реакции, движения, процессы, операции и т.д., т.е. любые измеряемые реакции. Позитивное наказание –сокращение или устранение событий, последствий или изменений в окружении индивида, приводящее в случае применения после их проявления к повышению вероятности будущих проявлений желательного поведения. Позитивное подкрепление – события, последствия или изменения в окружении индивида обусловленные некоторым оперантом, повышающим вероятность его проявления.

Респондент – реакция организма на определенного рода стимуляцию. Основное различие между оперантом и респондентом заключается в отношении поведения к стимулу. Операнты контролируются своими последствиями (стимулами, следующими за ними), в то время как респонденты контролируются стимулами, предшествующими им.

Стимул – события, последствия или изменения в окружении индивида, оказывающие воздействие на его поведение.

Вопросы для обсуждения

1.В чем своеобразие бихевиористского подхода к анализу социальнопсихологической феноменологии?

2.В чем причины избрания естественнонаучного подхода (позитивистского) как ведущей методологии исследования?

3.Каковы основные тенденции развития современного бихевиоризма в соци-

Многообразие парадигмальных координат современной социальной психологии

112

альной психологии?

4.Почему бихевиористы избегают рассмотрения внутренней активности личности как детерминанты поведения?

Для дополнительного чтения

1.Первин Л., Джон О. Психология личности: Теория и исследования. М.: Аспект Пресс, 2000.

2.Хьюстон, М. Введение в социальную психологию. Европейский подход: учебник для студентов вузов / М. Хьюстон, В. Штребе. – М.: ЮНИТИ-

ДАНА, 2004.

Основной источник

Современная зарубежная социальная психология. Тексты. – М.: Изд-во Моск. ун-

та, 1984.

studfiles.net

9.4 Бихевиоризм:история возникновения и основные идеи

Во втором десятилетии 20 века наука пережила момент коренного пересмотра своих основ. Психологи больше не превозносили возможности интроспекции, сомневались в существовании психических элементов и не соглашались с тем, что психология должна оставаться чистой наукой. Психологи - функционалисты переписывали правила, используя психологию в том виде, в котором она врядли могла быть принята в Лейпциге и Корнелле.

Движение функционализма было не столько революционным, скольком эволюционным. Функционалисты не стремились намеренно изничтожать концепцию Вундта и Титченера. Вместо этого они внесли в нее некоторые коррективы , и вот с течением времени возникла новая форма психологии. Это была скорее тихая перестройка изнутри, а не мощная атака извне. Лидеры функционалистов видели свою роль не столько в разрушении прошлого, сколько в построении нового на основе старого. Поэтому переход от структурализма к функционализму в самый момент своего осуществления не был очевиден.

Такова была ситуация в области психологии в США во втором десятилетии ХХ века: развивался функционализм, но структурализм все еще удерживал свои сильные позиции.

Новоетечение получило название бихевиоризма, а его лидером стал Джон Уотсон. Основные положения бихеоваризма был просты, смелы и прямы. Он признавал научную психологию заниматься только наблюдаемым поведением, которое можно объективно описать в терминах "стимул - реакция". Позднее психология Уотсона отвергнет все концепции и термины, касающиеся процесса мышления. Такие слова, как "образ", "разум", "сознание", которые традиционно использовались еще со времен ранней философии, - для науки о поведении потеряли всякий смысл.

Уотсон особенно упорствовал в опровержении концепции сознания. Он говорил, что еще никогда и никто " не видел, не трогал, не нюхал, не пробывал на зуб, и не двигал" сознания. Сознание - "это не более, чем научное допущение, столь же не доступное для опытной проверки, как старое понятие души". Методы итроспекции, которые предпологают существование сознательных процессов, оказались, таким образом, совершенно неуместными и не имеющими отношения к науке о поведении.

Основные идеи движения бихевиоризма не были порождены Уотсоном - они развивавлись в психологии и биологии в течении многих лет. Уотсон, как и все основатели учений, развил идеи и положения, которые соответствовали интелектуальному духу времени. Здесь мы рассмотрим те основные силы, которые Уотсон столь успешно свел воедино, чтобы сформировать основную систему психологии: 1.филосовские традиции объективизма и механицизма, 2.зоопсихологию, 3.функциональную психологию.

Настойчивое требование Уотсона большей объективности в психологии для 1913 года было чем -то необычным. Такой подход имел длинную предысторию. Наиболее важной фигурой в истории объективизма был французский филосов Огюст Конт, основатель учения получившего название позицивизма и ставившего во главу угла только позитивное знание (факты), истинность которых не вызывает сомненией. Уотсон редко обсуждал положения позитивизма - как и большинство американских психологов, но все они действовали, как позицивисты, даже если отказывались навешивать ярлыки.

Таким образом, к тому времени, когда Уотсон начал работать над бихевиоризмом, объективисткие, материалистические и механистические влияния были достаточно сильны. Их воздействия были настолько сильны, что неизбежно приводило к появлению нового вида психологии, в которой не упоминалось ни душа, ни сознание, ни разум, - психологии, которая принимала во внимание только то, что можно увидеть, услышать или потрогать. Неизбежным результатом этого подхода стало появление науки о поведении, которое рассматривает людей как некие машины.

9.5 Рефлексология как наука о поведении человека: история формирования и ключевые положения.

Рефлексолгия- это естественно-научное направление в психологии, получившее развитие в начале 20 века главным образом в России. Основоположником рефлексологии был В.М.Бехтерев.

В основе рефлексологической теории находилось положение о том, что нет ни одного сознательного или бессознательного процесса мысли, который рано или поздно не проявлялся бы внешне, т.е. в поведении.

По определению Бехтерева, рефлексология представляет собой дисциплину, изучающую человеческую личность со строго объективной, био-социальной точки зрения. Она рассматривает все прояления психической деятельности с объктивной стороны, ограничиваясь только внешними особенностями действий человека, его мимики и жестов, голоса и речи и т.д. с точки зрения рефлексологии человек является не только живым организмом, но и "биосоциальным существом" , действующим не только в зависимости от окружаюшей его природы, но также и в зависимости от социальной среды. Отделы прежней психологии об интеллекте, чувстве, памяти ,воли, внимании Бехтерев в рефлексологии заменяет новыми главами о личных и высших рефлексах, о мимико-соматических рефлаксах, о рефлексах сосредоточения, о репродуктивных рефлексах и т.д.

Рефлексология стремилась использовать исключительно объективные методы как твердую точку опоры для научных выводов. При этом имелась ввиду не только регистрация рефлексов, но и соотнесение их с теми внешними раздражениями, которые послужили первоначальным источником реакций. Рефлексологи стремились устранить термины, которые употреблялись в субъективной психологии( вместо "внимания" применялось понятие "сосредоточение", вместо "память"-"следы" ).

В противоположность субъективной психологии, отрывавшей психические процессы от мозга, рефлексология рассматривала психическую деятельность в связи с нервными процессами, широко используя материалы физиологии.

Рефлексология разрабатывалась большим коллективом научных работников, учениками и сотрудниками Бехтерева в Государственнойпсихоневрологической академии, где он являлся президентом, в институте по изучению мозга, где он был директором, в ряде высших учебных заведений Ленинграда(Государственный институт медицинских знаний, Ленинградский медицинский институт, Институт педологии и дефектологии и др.), где он читал лекции и руководил научной работой, а также группой харковских психологов, физиологов и психиатров-сотрудников Украинского психоневролоческого института и других научных учреждений столицы Украины. Значение теоретического содержания "рефлексологии", а также критики по ее адресу весьма велико для понимания процесса развития психологической мысли в рассматриваемый период.

По своему происхождению рефлексология человека восходила к разрабатываемой Бехтеревым еще до революции так называемой "объктивной психологии", или "психорефлексологии".Первая обощающая статья по объективной психологии была помещена в 1904 году в редактируемом В.М.Бехтеревым журнале "Вестник психологии, криминальной антропологии и гипнотизма" и называлась "Объективная психология и ее предмет". Основные принципы объективной психологии сохранились и в "психорефлексологии". В предисловии к книге "Общие основания рефлексологии"(1918) Бехтерев считает нужным специально оговорить употребление нового термина "рефлексология" вместо "психорефлексология" и "объективная психология", подчеркивая вместе тем приемственность рефлексологии по отношению к двум первым вариантам его учения. Рассматрение основных положений рефлексологии человека свидетельствует, что , добавляя на протяжении 20ти слишним лет новые факты и положения в свою психологическую систему, Бехтерев оставил вне прикосновенности основное ядро объективной психологии, как он сложилось в 1904-1908 годах.

Бехтерев стремился ухватить единой цепью закономерности все процессы мертвой и живой природы, в том числе все проявления человеческого обшества и человеческой личности. Вульгаризаторские тенденции в оценке и разработке проблем социальной психологии получили свое завершение в "Коллективной рефлексологии"(1921).

в последний период жизни Бехтерев обнаружил стремление распространить свои взгляды далеко за пределы собственно психологических областей знаний. рефлексология вторгается не только вобласть педагогики, патологии личности, биологии, зоолгии("патологическая рефлексология","рефлекксологическая педагогика и ортопедия","генетическая рефлексология", "зоорефлексология"),но и в сферу социологии, искусствоведения и других гуманитарных наук.

9.6 Теория оперантного научения Скиннера как вариант бихевиоризма

Оперантное поведение возникает без воздействий каких-либо внешних наблюдаемых раздражителей. Реакция организма кажется спонтанной в том смысле, что внешне она никак не связана с каким-либо внешним раздражителем. Это вовсе не означает, что стимула, вызывающего ту или иную реакцию , не существует; это значит, что при возникновении данной реакции ни один стимул не является наблюдаемым. С эксперементальной же точки зрения, если стимул отсутствует, то он не применялся, а значит, и не наблюдается.

В отличие от респондентного поведения, оперантное поведение воздействует на окружающую организм среду.

Оперантное поведение крысы в ящике Скиннера является инструментальным в том смысле, что крыса достигает своего стимула (пищи). Когда крыса нажимает на рычаг, она получает пищу; а если не нажимает, то не получает. Таким образом крыса воздействует на среду.

Скиннер считал, что оперантное поведение характерно для повседневного научения. Поскольку поведение, как правило, носит оперантный характер, то наиболее эффективным подходом в науке о поведении является изучение обуславливания и угасания оперантного поведения.

Классическая эксперементальная демонстрация заключалась в нажатии на рычаш в скиннеровском ящике. В этом экперементе крыса, лишенная пищи, помещалась в ящик и получала полную возможность исследовать его . В ходе исследования она енизбежно должна была задеть рычажок, который приводил в действие механизм, выдвигающий полочку с пищей. После получения нескольких порций пищи, которые должны были служить подкреплением, у крысы довольно быстро формировался условный рефлекс. обратите внимание, что поведение крысы (нажатие на рычаг) оказывает воздействие на окружающую среду и является инструментом приобретения пищи. Зависимая переменная в этом эксперементе проста и понятна: это скорость реакции.

На основании этого эксперемента Скиннер сформулировал свой закон подкрепления, который гласит, что сила оперантного поведения возрастает, если поведение сопроваждается подкрепляющим стимулом. Несмотря на то, что для формирования быстрой реакции нажатия на рычажок требуется практика, ключевым параметром все-таки является подкрепление. Практика сама по себе ничего не дает: она только предоставляет возможность возникновения дополнительного подкрепления.

Закон подкрепления Скиннера отличается от положений о научении у Торндайка и Халла. Скиннер вообще не касался таких последствий подкрепления , как боль-приятное ощущение или удовольствие- неудовлетворение, как это делал Торндайк. скиннер также не пытался интерпретировать подкрепление в терминах снижения воздействия побуждений, как это делал Халл. системы Халла и Торндайка были объяснительными, система Скиннера- строго описательной.

Синнер и его последователи провели огромную исследовательскую работу по проблемам научения - таких, как роль наказания в приобретении навыков, воздействий различных систем подкрепления, мера угасания оперантного обуславливания, наличие вторичного подкрепления и т.д.

Кроме крыс они работали и с другими подопытными животными, и с людьми, используя в качестве основного подхода тот же самый принцип "скиннеровского ящика". Если в качестве подопытных животных использовались голуби, то они должны были клюнуть в определенную точку или пятно;подкреплением являлась пища. Оперантное поведение людей включало в себя такие аспекты, как решение задач, подкрепленное похвалой или осознанием того, что был дан правильный ответ.

9.7 У истоков психоанализа.История науки о бессознательном

Становление психоанализа по времени совпадает с развитием других известных школ в психологии. Так , например, в 1885 году, т.е. в год выхода в свет первой кнтгт Фрейда и формального начала этого движения , ситуация была следующей: Вундту исполнилось 63 года, Титченеру было всего 28. Он только приступил к кразработке своей структурной психологи. Дух функционализма господствовал в США, еще не было ни бихевиоризма, ни гештальт-психологии, Уотсону исполнилось 17 лет, а Вертгеймеру 15.

Однако, ко времени смерти Фрейда(1939) ситуация существенно изменилась. Вундтовская психология, структурализм Титченера, функциональная психология- достояние истории. Гештальт- психология быстро завоевывала популярность, но безраздельным лидером американской психологии был бихевиоризм.

Все рассмотренные выше школы черпали вдохновение в основном из работ вундта, а психоанализ, напротив, не имел никакого отношения ни к университетским знаниям, ни к идеалу чистой науки. Он произростал в недрах психиатрической традиции, видевшей свою задачу в том, чтобы помогать тем людям, которых общество отвергло как психически больных. Именно поэтому психоанализ никогда не был психологической школой.Точнее не был школой, сопоставимой с другими школами.

Психоанализ с самого начала выбивался из основного русла психологической мысли по свои целям, интересам и методам. Его предметом было аномальное поведение, что сравнительно мало интересовало остальные школы. Исходным методом- клиническое наблюдение, а не контролируемый лабораторный эксперимент. И, кроме того, психоанализ преимущественно интересовался безсознательным- темой , которая практически игнорировалась остальными школами.

На развитие психоаналитического движения существенное влияние оказали 2 источника:

1.философские концепции бессознательных психических феноменов

2.работы в сфере психопатологии

В самом начале 18 века Лейбниц разработал концепцию, названную им монадологией.Спустя столетие Иоганн Фридрих Гербарт развил эту теорию и сформулировал крнцепцию порога сознания. Густав Фехнер также оказал огромное влияние на развитие теории бессознательного. Как и Гербарт, он использовал понятие порога, это ему принадлежит образ психики как айсберга, который произвел такое сильное впечатление на Фрейда.

Таким образом, Фрейд не был первым, кто заговорил о бессознательном в человеческой психике. Напротив, он сам полагал, что философы до него уже много сделали в этой области. То новое , на что претендовал именно он , касалось способов исследования бессознательного.

Психоанализ был Своеобразным протестом против соматической ориентации. по мере достижения успешных результатов в области лечения душевнобольных многие ученые все более приходили к убеждению, что эмоциональные факторы играют в развитии болезни не меньшую, а зачастую и большую роль, чем поражение мозга или какие-то иные физические причины.

studfiles.net

Бихевиоризм

Значительное влияние на мировую психологию оказало отечественное научное направление, получившее название РУССКАЯ РЕФЛЕКСОЛОГИЯ, наиболее известным представителем которой был И. П. Павлов (1859-1936). Он открыл условные рефлексы (УР)

Принцип образования УР состоит в следующем: действие какого-либо нейтрального (или индифферентного) для животного раздражителя совместно со стимулом, вызывающим у него определенную реакцию (например, отдергивание конечности при болевой стимуляции), приводит к тому, что постепенно этот ранее нейтральный стимул начинает вызывать такую же реакцию.

Предъявление безусловного стимула (например, еды) вслед за условным в процессе выработки УР называется его подкреплением. Если при выработке УР применяется подкрепление, соответствующее имеющейся у животного мотивации (например, пищевое подкрепление в состоянии голода), то оно называется положительным и вырабатываемый УР также называется положительным. Можно выработать УР и с применением отрицательного подкрепления (наказания), т.е. такого воздействия, которого животное стремится избежать. В эксперименте в качестве отрицательного подкрепления чаще всего применяют удар электрического тока, вызывающий отдергивание конечности или перебегание в безопасное отделение камеры. Используют также действие воздушной струи, направленной на роговицу глаза и вызывающей мигание.

Подкрепление, которое используется для выработки УР, оказывается эффективным, если оно применяется в период достаточно сильного мотивационного возбуждения. Так, удар воздушной струи, направленной на роговицу глаза, может стать отрицательным подкреплением, только если он действительно неприятен животному.

На основе изучения слюнных УР у собак И. П. Павлов сформулировал основные общие правила образования УР:

  1. условный сигнал должен предшествовать безусловному раздражению, но не наоборот;

  2. действие условного и безусловного раздражителей должно частично перекрываться во времени;

  3. сочетание условного и безусловного раздражителей должно повторяться многократно.

Работы Павлова легли в основу бихевиоризма (от англ, behavio).

Бихевиоризм (от англ, behaviour— поведение) — направление в американской психологии XX века, отрицающее возможность изучения сознания научными методами и сделавшее предметом своего изучения поведение живого организма. Под поведением при этом понималась совокупность реакций организма на стимулы внешней среды.

Его основателем был американский ученый Джон Уотсон (1878-1958)

В 1913 году была опубликована его программная статья «Психология с точки зрения бихевиориста», в которой сформулированы задачи бихевиоризма в противоположность интроспективной психологии как науки о «содержании сознания».

Д. Уотсон выдвинул радикальную для своего времени (начало XX века) идею о том, что предметом психологии животных и/или человека должно быть только такое поведение, проявления которого можно зарегистрировать и оценить количественно. Этот подход исключал применение интроспекции к изучению психики.

Он утверждал:

1 - Психология есть чисто объективная отрасль естественной науки; ее теоретической целью является предсказание поведения и контроль за ним;

2 - Психология - эксперим. наука – необходимо отбросить субъективные методы – Интроспекцию – Разделить наблюдаемого и наблюдателя. ( основные методы : наблюдение, условные рефлексы, тестирование). Анализ поведения следует проводить строго объективно, ограничиваясь регистрацией внешне проявляющихся феноменов;

3 - поскольку при объективном изучении человека бихевиорист не наблюдает ничего такого, что он мог бы назвать сознанием, чувствованием, ощущением, воображением, волей, постольку он больше не считает, что эти термины указывают на подлинные феномены психологии. Уотсон приходит к заключению, что все эти термины могут быть исключены из описания деятельности человека. Другими словами, этими терминами старая психология пользовалась потому, что эта старая психология, начавшаяся с Вундта, выросла из философии, а философия, в свою очередь, из религии.

Сознание – фикция, т. к. не поддается наблюдению – объективно невозможно найти что-то такое, что можно было бы связать с сознанием. Сознание необходимо вычеркнуть из предмета психологии Нужно изучать только наблюдаемое – ПОВЕДЕНИЕ. Основным содержанием экспериментальной психологии является регистрация реакций в ответ на строго дозированное и контролируемое раздражение.

4 – поведение построено из секреторных и мышечных реакций организма, которые в свою очередь детерминированы действующими на животное внешними стимулами. Поведение человека во всем своем совершенстве и сложности образует лишь часть схемы исследования бихевиориста. Человек представляет собой животное, отличающееся словесным поведением;

5 – наблюдения за поведением могут быть представлены в форме стимулов (S) и реакций (R). Определение зависимости S R в ее различных вариантах является задачей психолога;

Пары S R основа поведения, единица, ЭЛЕМЕНТАРНЫЙ АКТ.

Путем анализа совокупности пар СР и разложения их на элементарные составляющие можно разработать опр. законы Поведения. Задача психологии - зная внешний стимул (раздражитель), можно судить об ответной реакции человека.

6 Научение – ключ к пониманию всего поведения. Манипулируя внешними воздействиями, можно изготовить человека любого склада с любыми константами поведения, нужного обществу.

Обучение происходит путем «обусловливания»: мышечная реакция в результате повторных сочетаний связывается с определенным стимулом, который в дальнейшем начинает ее вызывать.

Дети не рождаются со способностями – все – результат воспитания

Бихевиоризм быстро завоевал популярность в Америке

Эти положения произвели настоящий переворот в экспериментальной психологии. Впоследствии они были дополнены и расширены другими исследователями. Наиболее сильно течение бихевиоризма затронуло развитие американской психологии.

Они активно отстаивали тезис, что исследования психики должны сводиться к изучению поведения, прежде всего к анализу связей между стимулами и возникающими на их основе реакциями (принцип «смежности» (contiguity) стимула и реакции). На долгие десятилетия формула «стимул-реакция» (S-R) - точнее SRподкреплениестала рассматриваться как универсальная основа для интерпретации поведения.

Бихевиористы (последователи Дж. Уотсона) сознательно отбрасывали возможность того, что какие-то «промежуточные переменные», например процессы переработки информации в нервной системе, можно оценить путем регистрации поведения. Сформулированные Уотсоном принципы получили очень широкое распространение и дальнейшее разноплановое развитие.

Однако методика выработки условных рефлексов неприменима для освоения более сложных форм поведения, таких как вождение автомобиля, игра в бейсбол или декламация стихов. Все это примеры преимущественно произвольного или оперантного поведения. Этот вид не вызывается стимулами, а строится на основе активных проб – хаотичных движений, реакций, которые производятся («испускаются») самим организмом (оперантных ревкций), некоторые из которых могут случайно привести к полезному результату – метод проб и ошибок. Положительные пробы закрепляются в поведении, происходит научение.

Главным средством формирования нового поведения выступает подкрепление. Поведение человека в конкретной ситуации или в ответ на конкретные действия (события) приводит к определенному результату. Если результат положительный, то человек имеет тенденцию к повторению своего поведения в подобной ситуации в будущем. Если результат отрицательный, то человек будет избегать подобных ситуаций (событий) или вести себя в будущем по-другому.

Главное различие между условнорефлекторным и оперантным научением заключается в то, что при оперантном научении поведение нельзя вызвать автоматически. Поведение должно иметь место до того, как оно может быть подкреплено, то есть до того, как оно может быть связано с вознаграждением.

Э. Торндайк (Thorndike, 1911) провел классические эксперименты по изучению произвольного поведения кошек. Кошки, помещенные в так называемую проблемную клетку, самостоятельно научались выбираться из нее или получать пищу, манипулируя щеколдой, которая открывала дверцу.

В этом явлении научения Торндайк увидел то, что он назвал законом эффекта: последствия поведения определяют вероятность его повторения. Впервые попав в клетку, кошки обычно изучали ее и нажимали на педаль, связанную со щеколдой, только случайно. Однако подкрепление в форме пищи усиливало это поведение, и в конце концов кошки начинали открывать дверцу сразу же, как только попадали в клетку.

Учение об оперантном поведении создал американский исследователь Беррес Фредерик Скиннер (1904-1990). Основные положения учения Скиннера

Скиннер стремил­ся не только предсказывать поведение человека, но и изу­чал возможность управления им. Скиннер не сомневался в том, что человеческим поведением можно управлять. Он не видел в этом факте ничего предосудительного. На протяжении всей истории цивилизации человек был управляем случайностями либо тиранами. Защита челове­ка состоит не в отрицании возможности управления, а в обнаружении его механизмов.

В своих исследованиях Скиннер приходит к двум важным результатам: «Поведение... может быть изучено посредством моделирования окружений»; «окружением можно манипулировать». Окружение чело­века не столько толкает и принуждает его к определенному типу поведения, сколько отбирает наиболее приемлемые, жизнеспособные образцы поведения (паттерны) в соответ­ствии с законом естественного отбора. Скиннер полагал, что для предупреждения краха цивилизации «мы нуждаем­ся в крупномасштабных изменениях человеческого пове­дения»

Скиннер разработал концепцию программированного обучения, в соответствии с которой учебный материал расчленяется на мелкие порции (шаги), доступные для овладения учащимися. Каждый правильный шаг подкрепляется воздействием специальных технических средств (например, получением флажков, количество которых высвечивается на экране и доступно для наблюдения окружающими).

Действия руководителя по управлению подчиненными может включать положительное подкрепление (например, поощрение), отрицательное подкрепление (например, наказание), использование «эффекта тушения», то есть когда не совсем правильное поведение подчиненного остается без желаемого вознаграждения. Контроль за режимом подкреплений позволяет манипулировать людьми. Культура, созданная человеком, — это хитроумно продуманная система подкреплений.

Развитие Б. Скиннер отождествляет с обучением, указывая лишь на единственное их различие: если обучение охватывает небольшие отрезки времени, то развитие — относительно продолжительные периоды. Иначе говоря, развитие есть сумма обучений, растянутая на большие временные дистанции. По Б. Скиннеру, поведение целиком и полностью определяется влиянием внешней среды и так же, как поведение животных, может быть «сделано» и проконтролировано.

Были разработаны многочисленные педагогические и терапевтические программы для обучения или переучивания отдельных лиц с целью коррекции их поведения. Программы, формирующие человеческое поведение в терапевтических целях называют модификацией поведения.

Одним из эффективных способов модификации поведения является использование жетонной системы. Представьте себе колонию для подростков-правонарушителей. В этом жестко контролируемом мире награды, такие как вкусная еда, время для тренировок в спортивном зале, отдельная спальня, свежие журналы и наконец отпуск на выходные, покупаются за жетоны. Эти жетоны можно заработать за точное выполнение четко определенных правил поведения в классе и на работе. Таким образом, жетоны становятся эффективным подкреплением прилежания и успехов в учебе, следования правилам и продуктивной работы. Но они эффективны только в том случае, когда воспитатель следует принципам оперантного обусловливания, например вознаграждает маленькие последовательные шаги на пути к достижению конечной цели.

Многочисленные исследования показали, что жетонные системы могут быть успешно использованы при работе с умственно отсталыми и больными аутизмом, с детьми в школьной и домашней обстановке и с пациентами психиатрических клиник. Целью обучения с помощью жетонов является развитие умений обучаемого до такой степени, когда эти умения становятся настолько полезными в реальном мире, что жетоны больше не требуются. Для достижения такого результата любая жетонная система должна быть спланирована таким образом, чтобы обучаемые как можно раньше смогли обходиться без жетонов. Иначе они могут стать столь зависимыми от жетонов, что эффективность программы модификации поведения будет сведена на нет.

К 30-м г. произошло осознание механистичности бихевиоризма, появилось стремление учитывать наличие сознания, внутренней мотивации, что стало основой нового направлдения - необихевиоризма.

Необихевиористы считают, что на поведение живого существа оказывают влияние процессы, протекающие внутри организма (organism), то есть формула S  R преобразовывается в формулу S  О  R;

По их мнению к внутренним процессам организма относятся:

а) результаты предшествующего научения или навыки;

б) производные режима депривации (то есть состояния неудовлетворенности потребностей) — драйвы;

в) последствия инъекции лекарств и др.;

Поведение инициируется либо стимулами из внешнего мира, либо состояниями потребностей и заканчивается реакцией. От силы потребности зависит сила (потенциал) реакции.

Джордж Мид американский философ, социолог, психолог, сотрудник Чикагского и Калифорнийского университетов, заложил основы символического интеракционизма в психологии.

По мнению Дж. Мида люди всегда интерпретируют или определяют действия друг друга, а не просто реагируют на них. Их реакции не вызываются непосредственными действиями другого, а основываются на значении, которое они придают подобным действиям. Таким образом, интеракция (взаимодействие) людей опосредуется использованием символов, их интерпретацией. Это опосредование эквивалентно включению процесса интерпретации (I) между стимулом (S) и реакцией (R), то есть S  I  R.

Интерпретировать действие другого (формирование значений) это определить для себя, что действие имеет то или иное значение, тот или иной характер. Это необходимо по двум причинам:

а) сформировать значение чего-то — значит выделить это из окружения, отделить, придать этому смысл или превратить это в объект и тем самым отделить от стимула.

б) сконструировать свои действия, приняв во внимание обозначение тех или иных вещей.

формирование значений — это развивающийся коммуникативный процесс, в ходе которого индивид замечает предмет, оценивает его, придает ему значение и решает действовать на основе данного значения; процесс формирования значений всегда происходит в социальном контексте;

Таким образом, социальный бихевиоризм Дж. Мида вводит новые объяснительные категории в схему S  I  R, подчеркивающие социальную детерминацию поведения человека: символы, значения, интерпретации, роли, стереотипы..

Альберт Бандура (Bandura, 1977), ведущий теоретик социального научения, утверждает, что в повседневной жизни люди осознают последствия своих действий, то есть они замечают, какие действия приводят к успеху, а какие — к неудаче, какие не дают никакого результата, и соответственно регулируют свое поведение. Наблюдая за последствиями реакций, они получают информацию, побуждение к действию и сознаваемое подкрепление. Люди способны предполагать, какое поведение является правильным в определенных условиях, и предвидеть, что может случиться в результате определенных действий. В отличие от более механистической теории научения, теория социального научения отводит сознательному мышлению большую роль в руководстве поведением.

По мнению бандуры Люди учатся не только на непосредственном опыте последствий своего поведения, но и наблюдая за поведением других людей и последствиями их поведения.

Все мы научаемся самым разнообразным формам поведения путем наблюдения за действиями окружающих нас людей, подражая этим действиям или избегая их. В раннем детстве дети усваивают многие аспекты соответствующих половых ролей и нравственные ожидания своего окружения. Они научаются формам выражения агрессии и подчинения, равно как и просоциальному поведению (усваивают, например, что надо делиться с окружающими). В ходе взросления они усваивают ценности и установки тех профессиональных, социальных и этнических общностей, к которым принадлежат, а также общечеловеческие моральные ценности.

Широко известной демонстрацией следования поведению модели является серия экспериментов Бандуры (Bandura, 1977), в которых дети наблюдали в коротких фильмах поведение различного уровня агрессивности. Одна группа детей смотрела фильм, в котором агрессивное поведение вознаграждалось; другая — фильм, в котором оно наказывалось; третья группа видела фильм с неагрессивным игровым поведением; четвертая группа вообще не смотрела фильма. Дети, которые видели вознаграждение агрессии, после просмотра фильма вели себя значительно более агрессивно в своих играх, в то время как те дети, которые видели пример наказанной агрессии, были менее агрессивны в своем поведении. Не вызывает сомнений тот факт, что дети могут научиться выражать агрессию определенным способом в результате просмотра телевизионных передач, где показаны такие формы поведения.

studfiles.net

9. Бихевиоризм и необихевиоризм. Основные методологические установки.

Экспериментальные результаты и их критический анализ.

Данное течение возникло в противовес психоанализу и структурализму. В основе бихевиоризма лежат функционалисткие традции(механицизм, объективизм) и зоопсихология. В бихевиоризме радикально сравнивали поведение животного и человека

Возник Как реакция на кризис, когда психология искала объективный метод изучения психик.

Предметом психологии бихевиоризм считает не сознание, а поведение. Под поведением понимаются ответные движения организма на раздражения среды. Внешние раздражители, простые или сложные ситуации - это стимулы; ответные движения - реакции.

Задача психологии – установить однозначные отношения между стимулами и реакциями.

К поведению относят все внешне наблюдаемые реакции организма (в т.ч. отдельных его органов) на внешние воздействия (стимулы), которые можно объективно зафиксировать невооруженным глазом либо с помощью специальных приборов.

Единицей анализа поведения, таким образом, объявляется конкретная связь стимула (S) и реакции (R).

Предпосылки возникновения бихевиоризма:

  1. требования практики, которым не могла удовлетворить "академическая" интроспективная "психология сознания",

  2. философия позитивизма и прагматизма, нашедшая себе благодатную почву в США,

  3. исследования поведения животных (Э.Торндайк и др.),

  4. физиологические и психологические идеи русских ученых (И.П.Павлов, В.М.Бехтерев)

Павлов Разработал метод условных рефлексов. Предложил базовый элемент для психологии –реакцию. Его исследования подтвердили теорию Уотсона

"Манифестом" бихевиоризма считается статья его основателя, американского психолога Дж.Уотсона, "Психология с точки зрения бихевиориста" (1913),

Уотсон пришел к мнению о том, что прямого и объективного метода исследования внутреннего содержания психики, содержания сознания не существует.

Предлагал изменить предмет психологии, заменив его тем, который будет связан с психической сферой человека и одновременно доступен объективному наблюдению и экспериментальному исследованию. Именно поведение яв-ся частью психики, как и сознание. Поэтому исключает сознание из предмета исслед-я, оставляет поведение. Осн ме – эксп-нт и объектив наблюд

Психические процессы рассматриваются Дж.Уотсоном исключительно в рамках схемы С-Р. Эта схема распространяется на взрослых, детей и животных.

Все реакции Уотсон делит на:

  1. наследственные (их небольшое количество: это некоторые рефлексы, физиологические реакции и элементарные "эмоции")

  2. приобретенные (привычки, мышление, речь, сложные эмоции, социальное поведение и т.п.).

Развитие поведения заключается в приобретении новых реакций на основе имеющегося репертуара наследственных реакций на безусловные стимулы, которые в опыте индивида связываются с другими, условными (обусловливание), и впоследствии уже эти условные стимулы вызывают соответствующие реакции. Так, например, эмоцию страха (замирание на мгновение, затем громкий плач), по наблюдениям Уотсона, вызывают у младенца всего два безусловных стимула: резкий звук и потеря опоры. Если сочетать этот стимул с другим (например, показом белого пушистого кролика), то вскоре реакцию страха может вызвать только один показ кролика (произошел процесс обусловливания).

Элементарные реакции связываются в опыте друг с другом, и образуются сложные системы реакций (привычки, память).

Развитие психики – развитие цепочек связей, поэтому не выделяет периодизации развития человека, есть периодизация развития связей.

Другое основание классификации реакций - степень их "скрытости". Здесь выделяются:

  1. доступные для простого наблюдения - внешние реакции (речь, эмоции, рефлексы)

  2. доступные для "опосредствованного" наблюдения с помощью специальных приборов - внутренние реакции (речевое мышление рассматривается, например, как речь при скрытых мускульных движениях; к внутренним реакциям относятся также физиологические и химические изменения в организме как реакция на определенные стимулы).

Он ратовал за прикладную психологию.

Как задачи психологии видел:

  1. Прогнозирование поведения и управление человеком

  2. Пользоваться только естественно научными методами

Предложил

Метод дословной записи

Метод наблюдения

Метод условных рефлексов

Метод тестирования( в основном скорости реакции)

Бихевиоризм популизировало то, что уотсон говорил, что если подобрать SR можно избавится от любых психических проблем

Бихевиоральная терапия хорошо применима при страхах.

Критика Бихевиоризма

  1. Чрезмерный редукционизм

  2. Полная детерминация поведением, не оставляет человеку свободу воли

Одним из пионеров бихевиористского движения был Торндайк (1874-1949). Функция Торндайка определялась тем, что его работы открыли первую главу в летописи бихевиоризма. Торндайк увлекся психологией под впечатлением Джемсовых "Основ...".

Торндайк принимал за исходный момент двигательного акта не внешний импульс, запускающий в ход телесную машину с предуготованными способами реагирования, а проблемную ситуацию, т.е. такие внешние условия, для приспособления к которым организм не имеет готовой формулы двигательного ответа, а вынужден ее построить собственными усилиями.

studfiles.net

Формулировка основных принципов бихевиоризма,


ТОП 10:

⇐ ПредыдущаяСтр 36 из 58Следующая ⇒

1930-1950

К 1930 г. бихевиоризм прочно утвердился как доминирующая точка зрения в экс­периментальной психологии. Идеи Уотсона восторжествовали, а термин «бихевио­ризм» стал общепринятым, хотя большинство психологов признавали, что это на­правление имеет множество форм (К. Williams, 1931). Сцена для того, чтёбы раз­работать конкретные бихевиористские теории поведения, уже была подготовлена. Основной исследовательской проблемой следующих десятилетий стало научение (J. A. McGeoch, 1931). Функционалисты считали способность к научению крите­рием разума животных, а развитие бихевиоризма лишь увеличило его важность. Научение — это процесс, с помощью которого люди и животные приспосаблива­ются к окружающей среде, обучаются и могут изменяться в интересах социального контроля или терапии. Поэтому неудивительно, что период 1930 — 1940-х гг., впослед­ствии названный золотым веком теоретической психологии, стал периодом расцве­та именно для исследований научения, а не перцепции, мышления, групповой ди­намики и чего-либо еще.

Другим важным достижением экспериментальной психологии на протяжении этих десятилетий стал рост самосознания психологов относительно надлежаще­го научного метода. Психологи, как мы уже часто отмечали, всегда испытывали неопределенность по поводу научного статуса их дисциплины и, естественно, жаждали найти методологический рецепт, следуя которому они смогли бы навер­няка превратить психологию в науку. Отвергая ментализм, Уотсон видел его ро­ковую ошибку в «ненаучности» метода интроспекции и объявил объективный метод, позаимствованный из исследований животных, спасением для научной психологии. Сообщение Уотсона потрясло основы, но его собственный рецепт был слишком туманным и запутанным, чтобы породить что-нибудь иное, чем просто точку зрения. В 1930-е гг. узнали очень специфический, престижный ре­цепт сотворения науки — логический позитивизм. Философия науки позитиви­стов привела в систему то, что психологи уже желали сделать, поэтому они при­няли рецепт, что и определило цели и язык психологии на грядущие десятиле­тия. В то же самое время логический позитивизм настолько мягко формировал собственные оригинальные идеи, что только сегодня мы видим эти формирую­щие процессы в работе.

Психология и наука о науке. Мы уже отмечали, каким образом бихевиоризм стал отражением образа науки, нарисованного позитивизмом О. Конта: его целью было описание, предсказание и контроль поведения, а его методики предполага­лось использовать как орудие социального контроля в рационально управляемом обществе. Но ранний, простой позитивизм О. Конта и Э. Маха (1838-1916) пре­терпел изменения. К началу XX в. стало ясно, что более нельзя поддерживать выраженный акцент позитивизма на обсуждение только того, что можно непос­редственно наблюдать, ведь это исключало из науки такие понятия, как атом и электрон. Физики и химики обнаружили, что их теории не работают без этих тер­минов, а результаты исследований подтверждали, хотя и косвенно, реальность атомов и электронов (G. Holton, 1978). Итак, позитивизм изменился, а его приверженцы нашли способ открыть путь в науку таким терминам, которые явно обозначали ненаблюдаемые сущности, и при этом не отказаться от основного желания позитивизма вычеркнуть метафизику из человеческой или, по меньшей мере, из научной, речи.

Новый позитивизм стал тем, что получило название «логический позитивизм»,поскольку он объединял преданность позитивистов эмпиризму и логический ап­парат современной формальной логики, которая является наиболее эффектив­ным способом для понимания реальности. По мнению позитивистов, задачей гно­сеологии должно стать объяснение и формализация научного метода, повышение его доступности для новых дисциплин и улучшение его применения в работе ученых. Таким образом, логические позитивисты намеревались составить фор­мальный рецепт для занятий наукой, предлагая как раз то, в чем, по их собствен­ному мнению, нуждались психологи. Начало логическому позитивизму было положено в узком кругу философов в Вене сразу же после Первой мировой вой­ны, но вскоре он стал всемирным движением, которое ставило своей целью уни­фикацию науки согласно единой схеме исследований под руководством самих позитивистов. У логического позитивизма было много аспектов, но два из них обладали особой важностью для психологов, искавших «научный путь» для сво­ей дисциплинвк формальная аксиоматизация теорий и операциональное опреде­ление теоретических терминов.

Логические позитивисты объясняли, что научный язык содержит термины двух типов. Самые основные — термины наблюдения,относящиеся к непосредственно наблюдаемым свойствам природы: цвету, длине, весу, протяженности, времени и т. д. Более ранний позитивизм подчеркивал значение наблюдения и настаивал на том, что наука должна содержать только термины наблюдения. Логические позитивис­ты соглашались с тем, что наблюдения являются костяком науки, но также при­знавали, что и теоретические терминыслужат необходимой частью научного сло­варя, добавляя объяснение к описаниям природных явлений. Наука просто не мо­жет обойтись без таких терминов, как сила, масса, поле и электрон. Проблема заключалась в том, чтобы сделать теоретический словарь науки легитимным, исклю­чив все метафизическое и религиозное. Решение, которое нашли логические пози­тивисты, заключалось в том, чтобы тесно связать теоретические термины с костяком терминов наблюдения, таким образом гарантируя их осмысленность.

Логические позитивисты утверждали, что понимание значения теоретическо­го термина должно заключаться в процедурах, связывающих его с терминами на­блюдения. Так, например, массу следует определять как вес объекта над уровнем моря. Термин, который нельзя определить таким образом, следует отбрасывать как метафизическую чепуху. Такие определения получили название операциональных (термин принадлежит физику Перси Бриджмену).

Логические позитивисты также утверждали, что научные теории состоят из тео­ретических аксиом, связывающих теоретические термины друг с другом. Например, центральная аксиома физики Ньютона гласит, что сила равна массе, умноженной на ускорение. Это теоретическое утверждение выражает предполагаемый научный закон и может быть проверено посредством предсказаний, сделанных на его основе. Поскольку у каждого термина есть операциональное определение, то можно взятьоперациональное измерение массы объекта, умножить его на измеряемую скорость, а затем измерить результирующую силу, генерируемую этим объектом. Если пред­сказанная сила соответствует силе, измеренной в эксперименте, то аксиома будет подтверждена; если значения разойдутся, то аксиома окажется неподтвержденной и будет нуждаться в пересмотре. По мнению сторонников логического позитивиз­ма, теории объясняют, поскольку они могут предсказывать. Объяснить событие — это показать, что его можно предсказать, исходя из предшествующих обстоятельств в сочетании с некоторым «обобщающим законом». Итак, для того, чтобы объяс­нить, почему ваза разбилась, когда ее уронили на пол, необходимо показать, что при данном весе вазы (операционально определенной массе) и высоте, с которой ее уронили (операционально определенное ускорение в условиях земного тяготения), результирующая сила окажется достаточной для того, чтобы разрушить структуру фарфора.

Логический позитивизм формализовал идеи более ранних позитивистов, по­следователей О. Конта и Э. Маха. Для обеих ветвей наблюдение приносило не­оспоримую истину, обе формы позитивизма были эмпирическими. Законы науки считались не более чем суммарным утверждением опыта: теоретические аксио­мы были сложной суммой взаимодействий нескольких теоретических переменных, каждая из которых, в свою очередь, полностью определялась в терминах наблюде­ния. Для логического позитивиста не играло никакой роли, существовали ли ато­мы и силы в реальности; в расчет принималось то, можно или нет систематически соотнести эти концепции с наблюдениями. Таким образом, при всем своем несги­баемом упорстве верить только в то, что они наблюдают, логические позитивисты были настоящими романтическими идеалистами (S. G. Brush, 1980), для которых идеи были единственной и окончательной реальностью.

Тем не менее логический позитивизм, похоже, предлагал специфический рецепт для занятий наукой в любой области исследования: во-первых, операционально определить теоретические термины, будь это масса или голод; во-вторых, констати­ровать, что теория является набором теоретических аксиом, на основании которых могут быть сделаны предсказания; в-третьих, провести эксперименты для проверки этих предсказаний, используя операциональные определения, чтобы связать теорию и наблюдения; и, наконец, пересмотреть теорию в соответствии с наблюдениями.

Поскольку логические позитивисты исследовали науку и представили свои открытия в явно логической форме, С. С. Стивене (S. S. Stevens, 1939), психолог, давший операциональное определение психологии (S. S. Stevens, 1935a, b), назвал логический позитивизм «наукой о науке», что обещало, в конце концов, сделать психологию «бесспорно естественной наукой» (как того и хотел Уотсон) и унифи­цировать ее с другими науками, согласно схеме «единства науки», предлагавшей­ся логическим позитивизмом. Операционализм вызвал оживление у психологов, поскольку обещал раз и навсегда прекратить бесплодные споры о психологической терминологии: что означает «разум»? «Безобразное мышление»? «Ид»? Как утверж­дал Стивене (S. S. Stevens, 1935a), операционализм стал «революцией, которая положит конец возможности революции». Операционалисты утверждали, что тер­мины, которые не подлежат операциональному определению, бессмысленны в на­учном отношении и что научным терминам можно дать операциональные определения, с которыми согласятся все. Более того, революция операционализма рати­фицировала заявления бихевиоризма о том, что он является единственной науч­ной психологией, поскольку только бихевиоризм совместим с требованием опера­ционализма, согласно которым определение теоретических терминов следует да­вать, связывая их с терминами наблюдения (S. S. Stevens, 1939). В психологии это означало, что теоретические термины можно соотносить не с психическими сущ­ностями, а только с классами поведения. Следовательно, психология сознания была ненаучной и подлежала замене бихевиоризмом.

К концу 1930-х гг. операционализм стал устойчивой догмой психологии. Зиг­мунд Кох (к 1950-м гг. отказавшийся от операционализма) в 1939 г. писал в своей докторской диссертации, что «почти каждый студент-психолог второго курса знает, что плохо, если ссылка на "определение" не сопровождается прилагательным "операциональное"». В операционализме таилось научное спасение психологии: «Прицепите конструкты, возникающие в ваших постулатах, к области научных фактов и только потом стройте научную теорию» (S. Koch, 1941, р. 127).

На более высоком профессиональном уровне президент АРА соглашался с Кохом. Джон Ф. Дэшилл (J°hn F. Dashiell, 1939) отмечал, что снова происходит сближе­ние философии и психологии, но не для того, чтобы включить психологов в круг своих интересов, от этой тирании психология освободилась, а чтобы разработать надлежащие научные методы. Прежде всего, в «возобновлении дружественных связей» философии и психологии были заложены две идеи логического позити­визма. Первая была представлена операционализмом; вторая отражала требование того, что научные теории должны представлять собой совокупность изложенных в математической форме аксиом. Дэшилл говорил: «К. Л. Халл хотел, чтобы мы стремились к систематическому характеру нашего мышления, создавая четкую, аксиоматическую теорию». Он восхищался Кларком Л. Халлом как самым логи­ческим позитивистом среди психологов, что, как мы увидим далее, было неверным. К. Л. Халл являлся приверженцем механистического воззрения и реалистом, ве­рившим в физиологическую реальность своих теоретических терминов. Однако мнение Джон Ф. Дэшилла превратилось в миф у последующих поколений психо­логов, в убаюкивающую веру в то, что, несмотря на ошибочность специфики своих теорий, К. Л. Халл и Э. Ч. Толмен твердо удерживали психологию на пути науки, который определили логические позитивисты. Истинная природа их теорий науче­ния на протяжении десятилетий оставалась неясной не только другим психологам, но и самим К. Л. Халлу и Э. Ч. Толмену. Но, несмотря на ошибки и искажение не­зависимых идей К. Л. Халла и Э. Ч. Толмена, не может быть никаких сомнений в том, что логический позитивизм был в психологии официальной философией науки по меньшей мере вплоть до 1960-х гг.

Целевой бихевиоризм Эдварда Чейза Толмена.Хотя это и редко признают, но основная проблема бихевиоризма заключалась в том, чтобы рассматривать психи­ческие явления, не привлекая разум. Более либеральные бихевиоралисты могли — и, в конце концов, были вынуждены — оставить разум в психологии в качестве неви­димого, но тем не менее являющегося причиной поведения, фактора. Однако бихе­виоризм, по крайней мере на ранних этапах своего развития, а затем в радикальном крыле, старался исключить разум из сферы психологии. Уотсон, К. Лэшли и другиебихевиористы редукционистского, или физиологического, толка, пытались сделать это, заявляя, что сознание, цель и познание представляют собой всего лишь мифы, поэтому задача психологии — описание опыта и поведения как продуктов механи­стических операций нервной системы. Моторная теория сознания подкрепляла эту аргументацию, поскольку демонстрировала, что содержание сознания представля­ет собой всего лишь ощущения движений тела, которые свидетельствуют о пове­дении, а не являются его причиной. К. Л. Халл и Э. Ч. Толмен разрабатывали различные подходы к объяснению поведения без привлечения разума.

В 1911 г., имея степень бакалавра по электрохимии, Э. Ч. Толмен (1886-1959) приехал в Гарвардский университет, чтобы пройти обучение в аспирантуре по философии или психологии. В конце концов он остановился на последней, по­скольку она больше отвечала его способностям и интересам. Он учился у ведущих философов и психологов: Перри, Хольта, Мюнстерберга и Йеркса. Познакомив­шись с работами Э. Б. Титченера, Толмен увлекся его структуралистической ин­троспекцией, но затем обратил внимание, что в работах по экспериментальной психологии редко приводились интроспективные данные, так как они приноси­ли мало пользы. Толмен начал сомневаться в научности психологии, однако за­тем прочел книгу Дж. Уотсона «Поведение» и, по собственным словам, испытал облегчение, узнав, что истинным методом научной психологии является не со­мнительная интроспекция, а объективное исследование поведения. Именно на время обучения Э. Ч. Толмена в Гарварде пришелся наивысший расцвет неореа­лизма.

Неореализм дал Э. Ч. Толмену основу для подхода к проблеме разума, кото­рой он занимался после того, как получил должность в Калифорнийском универ­ситете в Беркли в 1918 г. Традиционно для демонстрации существования разума предлагали доказательства двух видов: интроспективное осознание и явный ин­теллект и целесообразность поведения. Вслед за Перри, Э. Ч. Толмен счел «мы­шечное скручивание» Уотсона слишком простым и грубым, чтобы расценивать­ся в качестве доказательства. Неореализм подразумевал, что интроспекции не существует, равно как нет и психических объектов для наблюдения; согласно взглядам неореалистов, интроспекция представляла собой искусственную про­верку объекта в окружающей человека среде, в ходе которой человек описывал атрибуты объекта в мельчайших подробностях. Э. Ч. Толмен объединил этот ана­лиз с моторной теорией сознания, утверждая, что интроспекция таких внутрен­них состояний, как эмоции, является лишь обратным воздействием поведения на осознание (Е. С. Tolman, 1923). Так или иначе, но интроспекция не имела боль­шого значения для научной психологии; утверждая это, книга Э. Ч. Толмена «Новая формула бихевиоризма» (1922) отражала точку зрения методологиче­ского бихевиоризма, допускавшего существование осознания, но считавшего его исследование не относящимся к науке.

Доказательство осмысленных целей также можно было рассмотреть с позиций неореализма. Ведущим направлением в психологии целенаправленного поведения была гормическая психология (от греч. «горме» — стремление) У. Мак-Дугалла. В своей работе «Бихевиоризм и цель» (1925) Э. Ч. Толмен критиковал Мак-Дугал­ла за обращение с целью в духе картезианских традиций: Мак-Дугалл, менталист,просто подразумевает цель на основании устойчивости поведения, тогда как мы, бихевиористы, отождествляем цель с ее упорным достижением. Вслед за Перри и Хольтом, Толмен утверждал, что «цель... это объективный аспект поведения», который наблюдатель непосредственно воспринимает; она отнюдь не умозаклю­чение, сделанное на основании наблюдаемого поведения. Толмен подверг тако­му же анализу память, вспомнив реалистов шотландской школы и предвосхитив Б. Ф. Скиннера: «память, как и цель, можно понимать... как чисто эмпирический аспект поведения». Сказать, что кто-то помнит отсутствующий объект X, это все равно, что сказать, что поведение кого-то в настоящий момент «причинно обуслов­лено» объектом X.

Обобщая все это, Толмен предложил бихевиоризм, исключающий из психоло­гии разум и сознание, как того и желал Дж. Уотсон, но сохраняющий цель и позна­ние — не как силы загадочного разума, выводимого из поведения, а как объектив­ные, наблюдаемые аспекты самого поведения. Еще одним отличием от Уотсона было то, что бихевиоризм Толмена был скорее «молярным», а не «молекулярным» (Е. С. Tolinan, 1926,1935). Согласно молекулярным взглядам Уотсона, поведение определяли как мышечный ответ, вызванный триггером — стимулами, поэтому соответствующей стратегией предсказания и контроля поведения было аналити­ческое разложение сложного поведения на мельчайшие мышечные компоненты, которые, в свою очередь, можно было понять физиологически. Толмен, считавший поведение неистребимо целенаправленным, изучал целые, интегрированные, мо­лярные акты.

Например, согласно сторонникам молекулярного подхода, субъект, наученный отдергивать палец от электрода, когда предупреждающий сигнал предшествует удару тока, выучивает специфический условный мышечный рефлекс; согласно молярному бихевиоризму, субъект усвоил общую реакцию избегания. Теперь да­вайте повернем руку субъекта таким образом, чтобы тот же самый рефлекс натал­кивал его палец на электрод. Бихевиоризм Уотсона предсказывает, что произой­дет научение новому молекулярному рефлексу, тогда как бихевиоризм Толмена предсказывает, что субъект сразу же начнет избегать электрического разряда по­средством нетренированного отдергивающего движения, основанного на выучен­ной молярной реакции избегания электрошока (D. D. Wickens, 1938).

Рассматривая цель и познание с позиции неореализма, Толмен намекал на дру­гой, более соответствующий менталистской традиции подход к проблеме, которую они собой представляли; этот подход сослужил Толмену хорошую службу после кончины неореализма в 1920-х гг. и является фундаментальным в современной когнитивистике. В одной из первых статей Толмен (Е. С. Tolman, 1920) писал, что с объективной точки зрения можно считать, что мысли заключаются в интерналь-ном предъявлении организму стимулов, отсутствующих в настоящий момент. Позднее, наряду с аргументами в пользу того, что познание «имманентно» поведению, а не подразумевается исходя из него, Толмен (1926) писал о том, что сознание поставляет «репрезентации», которые руководят поведением. Представление по­знания и мыслей как внутренних репрезентаций мира, играющих роль причины, определяющей поведение, означало разрыв как с неореализмом, так и с бихевио­ризмом: с неореализмом — поскольку репрезентации считались чем-то вроде идейДж. Локка; с бихевиоризмом — поскольку чему-то психическому отводили роль причины поведения. По мере того как Толмен развивал свою систему, он все боль­ше и больше основывался на концепции репрезентации, превращаясь, как мы уви­дим, в умозрительного бихевиоралиста, преданного идее реального существования разума.

В 1934 г. Толмен поехал в Вену, где попал под влияние логических позитиви­стов, особенно Рудольфа Карнапа, лидера венского кружка. В трактовке психо­логии Карнапа традиционные термины менталистской этнопсихологии следова­ло понимать относящимися не к психическим объектам, а к физико-химическим процессам в теле. Так, например, смысл утверждения «Фред возбужден» полу­чен из железистых, мышечных и других телесных процессов, которые порожда­ют возбуждение; анализ Карнапа был версией моторной теории сознания. В ожи­дании полной редукции психических терминов к их истинным физиологическим референтам, мы должны, как утверждал Карнап, заключить своего рода компро­мисс с бихевиоризмом. Поскольку нам неизвестен физико-химический референт «возбуждения», мы должны понимать «возбуждение» как нечто, относящееся к поведению, что и ведет к приписыванию кому-либо возбуждения; этот компро­мисс допустим, поскольку поведение — своего рода «детектор» неизвестного фи­зиологического процесса, лежащего в его основе. В отдаленной перспективе мы должны суметь отказаться от бихевиоризма и понять язык сознания в сугубо фи­зиологических терминах. Карнап признавал, что помимо референтной функции язык выполняет и экспрессивную: если я говорю «Я чувствую боль», я не только ссылаюсь на какие-то физические процессы в моем теле, я выражаю страдание. Согласно представлениям Карнапа, экспрессивная функция языка лежит за пре­делами научных объяснений и является предметом художественной литературы и искусства.

Психология Карнапа не противоречила взглядам Толмена, но она открыла ему новый способ сформулировать бихевиоризм в рамках философии науки, чей пре­стиж и влияние росли с каждым днем. Вскоре после возвращения в США Толмен переформулировал свой целевой бихевиоризм с помощью языка логического по­зитивизма. Он (Tolman, 1935) писал, что научная психология «занята поисками... объективно устанавливаемых законов и процессов, управляющих поведением». Описания «непосредственного опыта... можно оставить искусству и метафизике». Теперь Толмен мог быть достаточно точным в отношении исследовательской программы бихевиоризма. Поведение следовало рассматривать как зависимую переменную,обусловленную независимыми переменными окружающей среды и внутренними (но не психическими) переменными. В таком случае конечная цель бихевиоризма — «описать форму функции/, соединяющей зависимую перемен­ную (поведение) с независимыми переменными — стимулом, наследственностью, обучением и таким физиологическим состоянием, как голод». Поскольку стре­миться сразу достичь такой цели слишком амбициозно, бихевиористы ввели про­межуточные переменные,соединяющие независимые и зависимые переменные, для уравнения, позволяющего предсказать поведение данной переменной от неза­висимых переменных. Молярный бихевиоризм определяет независимые перемен­ные на «макроскопическом» уровне, как цели и познание, определяемые черезхарактеристики поведения, но, в конечном итоге, молекулярный бихевиоризм смо­жет объяснить молярные независимые переменные «в подробных неврологических и железистых терминах».

Толмен (Tolman, 1936) расширил эти примечания и заново определил свой би­хевиоризм как операциональный бихевиоризм.Операциональный бихевиоризм вылился в форму «общего позитивистского отношения, принятого среди многих современных физиков и философов». Толмен объяснял, что прилагательное «опе­рациональный» отражает две особенности бихевиоризма. Во-первых, оно «опера­ционально» дает определение его промежуточным переменным, как и требует со­временный логический позитивизм; во-вторых, оно подчеркивает тот факт, что поведение, «по сути дела, представляет собой деятельность, с помощью которой организм... оперирует в окружающей его среде». Существуют «два основных прин­ципа» операционального бихевиоризма. Во-первых, «он утверждает, что конечная цель психологии — исключительно предсказание и контроль поведения». Во-вто­рых, этой цели предстоит достичь с помощью функционального анализа поведе­ния, в процессе которого «психологические концепции... можно понимать как объективно определяемые промежуточные переменные... определяемые, в целом, операционально».

В этих двух статьях Толмен убедительно и ясно разработал классическую про­грамму методологического бихевиоризма, определение которого возникло под влиянием логического позитивизма. Но мы должны отметить, что Толмен не получил концепцию психологии от логических позитивистов. Их философия науки смешалась с тем, о чем Толмен уже думал и чем он занимался, создав муд­рое и престижное оправдание его собственным концепциям; его термины неза­висимая, зависимая и промежуточная переменныенадолго сохранились в языке психологии. Еще важнее то, что Толмен, похоже, быстро отринул свой операци-онализм ради психологического реализма. Согласно операционализму, теорети­ческие термины вообще ни к чему не относятся, они представляют собой лишь удобный способ обобщения наблюдений. Определением намерения голодной крысы была бы ее явно устойчивая ориентация на цель в лабиринте. Но в своих более поздних работах (Е. С. Tolman, 1948) он говорит о познании как о психи­чески реальной сущности, а не просто как о кратком описании поведения. Поэто­му «когнитивные карты» понимали как репрезентации окружающей среды, ко­торыми крыса или человек решают руководствоваться при интеллектуальном поведении, направленном на достижение цели. Уже через несколько лет после сво­его возвращения из Вены Толмен перестал преподавать и как-либо пропаганди­ровать логический позитивизм (L. J. Smith, 1986). Возможно, именно поэтому его работы 1935 и 1936 гг., хотя и демонстрируют широкому читательскому кругу методологический бихевиоризм, никогда не отражали истинного понимания Толменом психологии.

Наконец, интересно отметить, что Толмен иногда вплотную подходил к кон­цепции психологии, которая в то время была недоступной, — а именно к вычис­лительной концепции когнитивистики. В 1920 г. он отказался от взгляда на организм как автомат для продажи сигарет, который он разрабатывал совместно с Уотсоном. Согласно этому представлению, организм является машиной, в которой каждый конкретный стимул влечет за собой некоторый рефлекторный от­вет, точно так же как опускание монеты в прорезь автомата для продажи фасо­ванных продуктов. Напротив, Толмен предпочитал думать об организме как о сложной машине, способной к различным формам приспособления, таким обра­зом, что, когда осуществляется одна из форм приспособления, конкретный сти­мул порождает один ответ, тогда как при другой форме внутреннего приспособ­ления тот же самый стимул повлечет за собой другой ответ. Внутреннее приспо­собление вызывают либо внешние стимулы, либо «автоматические изменения внутри организма». Модель, о которой Толмен мечтал в 1920 г., представляла собой компьютер, ответ которого на входящий сигнал зависит от программы и внутреннего состояния. Подобным же образом Толмен предвосхитил информа­ционно-обрабатывающую концепцию разума, когда в 1948 г. описывал разум как диспетчерскую, в которой поступающие импульсы перерабатываются в когнитив­ную карту окружающей среды.

Механистический бихевиоризм Кларка Леонарда Халла., Клар к Леонард Халл (1884-1952), подобно многим людям, родившимся в XIX столетии, в под­ростковом возрасте утратил веру в Бога и после этого делал все возможное, что­бы найти замену в виде какой-нибудь другой веры. Он нашел себя в математике и естественных науках. Точно так же как Томаса Гоббса вдохновила прочитан­ная им книга Евклида, Халл мог бы сказать, что изучение геометрии, несомнен­но, оказалось самым важным событием его интеллектуальной жизни. Халл при­шел к выводу, что мышление, размышление и другие когнитивные процессы по своей природе являются механистическими и, следовательно, поддаются описа­нию и пониманию посредством математики. Увлечение математикой привело Халла к желанию стать инженером, но затем он перенес полиомиелит и вынужден был изменить свои планы. Он решил заняться теоретическими исследованиями, которые могли бы удовлетворить его страсть к механизмам. При этом ему хоте­лось примкнуть к какой-нибудь достаточно новой области, чтобы быстрее полу­чить признание. В результате он заинтересовался психологией и для начала про­чел «Принципы» У. Джеймса. Степень доктора философии Халл получил в уни­верситете штата Висконсин.

Уже в первых работах Халла проявился интерес к вопросам научения. Будучи студентом-старшекурсником, он исследовал научение у душевнобольных и попы­тался сформулировать математически точные законы, чтобы продемонстрировать, как у таких людей формируются ассоциации (С. Hull, 1917). Его докторская дис­сертация была посвящена формированию концепции и также отличалась обилием количественных методов (С. Hull, 1920). Но обстоятельства заставили Халла не­сколько лет проработать в иных областях, в том числе в тестировании способно­стей. Он предложил метод для вычисления корреляции между результатами раз­личных тестов в батарее. Это стало для него подтверждением идеи о том, что мыш­ление представляет собой механический процесс, который можно имитировать с помощью машины; Б. Паскаля такое прозрение ужаснуло, но К. Л. Халл счел его гипотезой, пригодной для дальнейшей разработки.

Подобно любому психологу, Халл был вынужден бороться с бихевиоризмом Дж. Уотсона. Сначала, хотя Халл и симпатизировал нападкам Уотсона на интроспекцию и призывам к объективности, его отталкивал догматизм Уотсона и «по­чти фанатический пыл, с которым некоторые молодые люди предавались делу Уот­сона... фанатизм, более присущий религии, чем науке» (Hull, 1952b, p. 153-154). Будучи молодым профессором в Висконсинском университете, Халл заинтересо­вался гештальт-психологией и пригласил в свой университет Курта Коффку. Однако негативное отношение последнего к Уотсону убедило Халла не в значимо­сти воззрений гештальта, а в том, что бихевиоризм Уотсона нуждается в улучше­нии своего математического аппарата: «Вместо обращения в гештальт-терапию я испытал запоздалое обращение в своего рода необихевиоризм — т. е. бихевиоризм, имеющий дело с определением количественных законов поведения и с их дедук­тивной систематизацией» (Hull, 1925b, p. 154). В 1929 г. К. Л. Халл перебрался в Йельский университет, где и начал карьеру наиболее выдающегося эксперимен­тального психолога своего времени.

Программа Халла состояла из двух частей. Во-первых, как мы увидели, его вдохновляли машины и он был убежден в том, что они могут мыслить, поэтому Халл пытался построить машины, способные к научению и мышлению. Первые описания подобных машин появились в 1929 г., представляя собой, по его фор­мулировке, «прямое применение механистических тенденций современной пси­хологии. Научение и мышление рассматривались как функции живой протоплаз­мы, не более необходимые, чем движение» (С. L. Hull and H. Baernstein, 1929). Другой компонент теоретических амбиций Халла представлял собой продолжение геометрического духа Т. Гоббса и ассоцианизма Д. Юма, которых Халл считал пер­выми бихевиористами. Примерно в 1930 г. он сказал: «Я пришел к окончатель­ному выводу о том, что психология является естественной наукой», в задачу ко­торой входит открытие «законов, выраженных количественно посредством огра­ниченного числа обычных уравнений», на основании которых, как следствие, можно вывести индивидуальное и групповое поведение (1952, р. 155). Учитывая интерес Халла к механике и математике не вызывает удивления тот факт, что он глубоко страдал от зависти к физике и воображал себя Ньютоном в изучении по­ведения. В середине 1920-х гг. Халл прочел труд Ньютона Principia, который стал для него своего рода Библией (L. J. Smith, 1986). Он посвящал семинары отрыв­кам из этой книги и постоянно держал ее на столе; эта книга олицетворяла для Халла верх научных достижений, и он пытался соревноваться со своим героем.

Задачи создания умных машин и формализация психологии в соответствии с математической системой не были несовместимыми друг с другом; последователи Ньютона рассматривали физическую вселенную как машину, управляемую точны­ми математическими законами: Халл только хотел сделать то же самое в отношении психических явлений и поведения. В начале 1930-х гг. Халл занимался формальной теорией и обучающимися машинами; одновременно он публиковал все более мате­матические описания сложного поведения, например приобретения и объединения простых S-R привычек, и обещал построить «психические машины», способные к мышлению, которые можно было бы использовать в качестве промышленных ро­ботов (С. L Hull. 1930a, b, 1931,1934,1935). Но в конце 1930-х гг. психические ма­шины начали играть в работах Халла все меньшую и меньшую роль. В то же время, подобно Э. Ч. Толмену и большинству других психологов, Халл попал под влияниелогического позитивизма. Его акцент на формализме и редукции психического до физического вполне соответствовал философии науки самого Халла.

В 1936 г., когда Халл был президентом А РА, он окончательно отказался от ра­боты над психическими машинами и сосредоточился на формальных теориях. В своей президентской речи Халл коснулся центральной проблемы бихевиориз­ма: объяснения разума. Он отметил тот же отличительный признак разума, что и Э. Ч. Толмен, — целенаправленное, устойчивое поведение для достижения цели. Однако он предложил объяснить это свойство совершенно иным способом — как результат механических, подчиняющихся законам, принципов поведения: «Будет 'остановлено, что сложные формы целенаправленного поведения являются про­изводными... таких основных сущностей теоретической физики, как электроны и протоны» (С. L. Hull, 1936). Халл признавал, что подобные механистические взгляды традиционно являются прерогативой философии, и предложил сделать их научными, применив к ним то, что он считал естественно-научной процеду­рой. Халл утверждал, что наука состоит из набора «явно установленных посту­латов», на основании которых можно, посредством «самой строгой логики», сделать лредсказания относительно поведения. Так же как Ньютон вывел движение пла­нет из малого набора физических законов, Халл предложил предсказать движение организмов, исходя из относительно большого количества законов поведения, сформулированных в своей статье. Халл утверждал, что достоинство научного ме: тода как раз и заключается в том, что предсказания можно точно проверить с по­мощью наблюдений, а туманные заявления философии, как материалистической, так и идеалистической, — нет.




infopedia.su

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о