Боль физическая боль душевная: Наоми Эйзенбергер о том, почему нам физически больно быть отвергнутыми — T&P

Содержание

Наоми Эйзенбергер о том, почему нам физически больно быть отвергнутыми — T&P

Биолог и социальный психолог Наоми Эйзенбергер утверждает, что опыт социальной или душевной боли — вовсе не фантазия на пустом месте, а эволюционный механизм, сформировавшийся в результате необходимости социального объединения — которое в итоге ведет к выживанию.

Если вы внимательно вслушаетесь в то, как люди описывают свой опыт социального отчуждения, вы заметите интересную закономерность: мы используем слова, обозначающие физическую боль, чтобы описать психологически тяжелые события: например, «мое сердце разбито». На самом деле, в английском языке есть несколько способов выражения чувств, связанных с непринятием, не только те, которые обычно относятся к физической боли. Однако применение таких слов для обозначения отчуждения или изолированности типично и для других языков — не только для английского.

Почему мы описываем опыт социального отчуждения словами, связанными с физической болью? Правда ли чувство социальной изоляции сопоставимо с физической болью, или это просто фигура речи? В лабораторном исследовании мы предположили, что «боль» социальной отверженности (социальная боль) — это не просто лексическое выражение. С помощью серии исследований мы с коллегами показали, что социально болезненные опыты — такие, как разлука или изоляция, возбуждают процессы в тех же нервных участках, что и физическая боль. Здесь я привожу данные, на основании которых мы поняли, что процессы при физической и социальной боли частично совпадают, а также исследования, которые напрямую тестируют это наложение. Я покажу несколько, возможно, неожиданных последствий этого совпадения, а также расскажу, что означает эта общая нервная схема для нас и что она говорит о социальной боли.

Действительно ли отвержение причиняет боль? Хотя утверждение о том, что отказ «причиняет боль», может показаться натянутым, с точки зрения эволюции есть некий смысл в том, что страдания при физической и социальной боли частично совпадают. Как вид млекопитающих, люди рождаются достаточно незрелыми, неспособными обеспечить себя едой и защитой. Поэтому младенцам, чтобы выжить, нужно быть всегда рядом с тем, кто о них заботится. Позднее причастность к социальной группе становится критически важной для выживания; ее участники извлекают выгоду из общей ответственности за добычу еды, борьбу с хищниками и заботу о детях. На основании того, что социальная изоляция так губительна для человека, было выдвинуто предположение, что в течение нашей эволюционной истории система социальной привязанности сформировалась по принципу системы физической боли, заимствуя болевой сигнал как раздражитель при социальной отделенности. Вероятно, социальная связь была столь важна для выживания, что болезненные ощущения, связанные с физическим повреждением, были включены для обеспечения таких же страданий от социального разобщения — чтобы люди стремились избежать изолированности и сохранить близость с другими.

Последующие исследования подтвердили эти начальные данные. Субъекты, которые признались, что в повседневной жизни чаще чувствуют себя ненужными, продемонстрировали более значительную нервную активность в ответ на эпизод социального отторжения. В некоторых случаях простой просмотр картинок-раздражителей приводят в действие нервные участки, связанные с телесной болью.

Исследования на людях и животных показали, что при физической и социальной боли происходят похожие процессы. Они проистекают в двух участках мозга: в передней части поясной извилины коры головного мозга и в меньшей мере в передней доле мозга. Обе они задействованы, когда млекопитающие испытывают физическую боль или страдают из-за изолированности.

Что касается физической боли, передняя часть поясной извилины коры головного мозга и передняя доля мозга передают эмоциональный, неприятный, элемент болезненного опыта. Он может быть разделен на два компонента: сенсорный, который предоставляет информацию о том, где ощущается раздражитель боли, и эмоциональный, который запечатлевает неприятные ощущения от раздражителя — как это ни банально, так оно и есть. После нейрохирургии, во время которой удаляется элемент передней части поясной извилины, чтобы облегчить трудноизлечимую хроническую боль, пациенты отмечали, что они все еще могут определить место раздражителя, но их больше не беспокоят болезненные ощущения. Похожие симптомы наблюдались при повреждении передней доли. Повреждение соматосенсорной коры — участка, отвечающего за локализацию боли, — мешает пациентам определить, откуда идет боль, но оставляет чувственные страдания. Нейровизуализация также подтверждает это разделение. Субъекты, которым под гипнозом увеличили болезненность раздражителя без смены сенсорного компонента, показывали возросшую активность в передней части поясной извилины коры головного мозга, а не в первичной соматосенсорной коре, которая отвечает за чувствительный элемент боли.

Интересно, что некоторые из нервных участков, связанных с болью, также способствуют специфическому поведению при разлуке с нужным человеком, что проявляется в выражении страданий. Младенцы многих видов млекопитающих издают специальные страдальческие звуки (например, человеческие дети плачут) при отлучении от заботящегося субъекта. У этих звуков адаптивная цель (для взрослых — это сигнал отыскать младенца), то есть они препятствуют длительной разлуке. Спинное и вентральные подразделения играют важнейшую роль при производстве этих озвученных страданий. Повреждения в этих зонах у обезьян устраняет озвучивание страданий, тогда как электрическая стимуляция у макак приводит к спонтанным болезненным крикам.

На основе данных, обнаруживающих нервные участки, задействованные при физической боли людей и страданиях млекопитающих от разлуки, мы решили исследовать, будут ли эти участки играть роль при социально болезненном опыте человека. В одном таком исследовании каждому участнику говорили, что по интернету он будет присоединен к двум другим людям и вместе они будут играть в игру с передачей мяча. Участник эксперимента при этом был подключен к сканеру МРТ. Через специальные очки он видел виртуальные воплощения двух других игроков с их именами, а также свою руку. Нажатием кнопки участник решал, кому кинуть мяч.

В действительности не было других игроков; участники эксперимента играли с заранее установленной компьютерной программой. В первом раунде они были включены в игру все время, а во втором — социально исключены, так как два других игрока переставали кидать им мяч. В качестве реакции на это отторжение у субъектов наблюдалась сильная активация в передней части поясной извилины коры головного мозга и в передней доле мозга — двух участках, связанных с физической болью. Более того, субъекты, которые сильнее переживали из-за эпизода изоляции («я чувствовал себя отвергнутым», «я чувствовал себя ненужным») также показали более высокую активность в передней части поясной извилины, подтверждая предположение, что непринятие действительно «причиняет боль».

Наконец, разлука или отторжение — не единственные возбудители нервной активности, связанной с болью. Другие социально болезненные опыты — как, например, тяжелая утрата — также задействуют эти нервные участки.

Последующие исследования подтвердили эти начальные данные. Субъекты, которые признались, что в повседневной жизни чаще чувствуют себя ненужными, продемонстрировали более значительную нервную активность в ответ на эпизод социального отторжения. В некоторых случаях простой просмотр картинок-раздражителей приводят в действие нервные участки, связанные с телесной болью. К примеру, просмотр картин Эдварда Хоппера активировал переднюю часть поясной извилины и переднюю долю мозга. Кроме того, социально чувствительные люди при просмотре видео, на котором кто-то делал неодобрительное выражение лица (возможный знак социального отвержения), показывали более высокую активность в передней части поясной извилины.

Наконец, разлука или отторжение — не единственные возбудители нервной активности, связанной с болью. Другие социально болезненные опыты — как, например, тяжелая утрата — также задействуют эти нервные участки. В ответ на просмотр изображений недавно умершей матери или сестры (наравне с фотографиями незнакомых женщин) участники эксперимента продемонстрировали повышенную активность в передней части поясной извилины и передней доле. Более того, женщины, которые потеряли ребенка в результате вынужденного аборта, при просмотре фотографий улыбающихся младенцев продемонстрировали более высокую активность в передней части поясной извилины по сравнению с теми, кто родил здорового ребенка. Итак, различные виды социально болезненных событий — от отвержения до утраты — частично полагаются на те нервные участки, которые играют непосредственную роль при телесной боли.

В пределах пересечения физической и социальной боли можно ожидать интересные результаты — к примеру, что люди, более чувствительные к физической боли, острее ощущают и социальную боль, и наоборот. Это не выдуманная гипотеза, она была проверена в ходе нескольких исследований. Лучшее доказательство тому можно найти в сведениях о пациентах — люди с хронической болезнью гораздо больше, чем здоровые, заботятся об отношениях со своим партнером, а депрессивные люди с высокой социальной чувствительностью более восприимчивы к боли, чем те, кто себя контролирует.

Второй результат пересечения физической и социальной боли — то, что факторы возрастания или убывания одной влияют на другую в той же мере. Таким образом, факторы, которые, как считается, уменьшают социальную боль (как, например, чувство социальной поддержки), также должны уменьшить физическую боль, а те, что уменьшают телесную (к примеру, обезболивающее), также уменьшают социальную. Мы нашли доказательства обоих этих утверждений. Чтобы выяснить, уменьшает ли социальная поддержка физическую боль, мы попросили женщин оценить неприятность ощущений от горячего раздражителя, приложенного к их предплечью, в то время как они выполняли различные задания. Во время одного из заданий они получали социальную поддержку (а именно — держали за руку возлюбленного), во время других — нет (к примеру, они держали либо руку незнакомца, либо мягкий шарик). Мы обнаружили, что участницы чувствовали боль гораздо слабее, когда держали за руку своих партнеров, чем когда были с незнакомцами. Что еще интереснее, мы обнаружили, что участники чувствовали гораздо меньше боли, когда смотрели на изображения их любимых, чем при просмотре картинок с незнакомцами или предметами. Очевидно, что даже мысль о социальной поддержке может уменьшить как физическую, так и социальную боль.

Когда я рассказываю об этом эксперименте, люди часто спрашивают: «Если это действительно правда, значит, обезболивающие могут уменьшить страдания социальной боли?». Вопрос задается в шутку, ведь это кажется невероятным, но на самом деле, ответ на него — да, могут. Для проверки этой идеи мы исследовали, может ли лекарство тайленол уменьшить чувство социальной боли. В первом таком исследовании участники принимали нормальную дозу тайленола или плацебо в течение трех недель. Их попросили оценить ежедневный уровень болезненных ощущений. Те, кто принимал тайленол, отметили уменьшение болезненных ощущений с 9 дня и до 21, тогда как те, кто принимал плацебо, не заметили никаких изменений. В другом исследовании люди принимали тайленол или плацебо в течение трех недель и затем поиграли в виртуальную игру по передаче мяча (в которой они под конец подвергались социальному исключению). Как показал сканер МРТ, у тех, кто принимал тайленол, в ответ на социальную изоляцию нервная активность была меньше. Эти исследования доказывают, что, как бы это ни было удивительно, обезболивающее тайленол избавляет также от социальных страданий.

Хоть и болезненные, мучение и душевная боль из-за разрушенных социальных отношений выполняют ценную функцию, а именно обеспечивают поддержание тесных социальных связей. Так как отверженность причиняет боль, люди замотивированы избегать ситуаций, в которых возможно отторжение.

Некоторые другие последствия пересечения физической и социальной боли также были исследованы. Один феномен может быть лучше понят в свете этого пересечения — агрессия, вызванная отказом. Годами люди ломали голову над доказательством того, что социально отчужденные субъекты с большей вероятностью действуют агрессивно по отношению к другим. На самом деле это близко к правде — стоит только вспомнить частые новости о стрельбе в школе, которые устраивали ученики, которых впоследствии описывали как аутсайдеров. На самом деле в мысли о том, что отторжение провоцирует агрессию, есть некий смысл; хотя, казалось бы, учитывая важность поддержания социальных связей, почему в ситуации изоляции человек предрасположен к агрессии скорее, чем к просоциальному поведению? Ведь было бы более логично, если бы он пытался восстановить социальные связи? Тем не менее в свете пересечения физической и социальной боли агрессивная реакция на изоляцию более оправданна. Из исследований хорошо известно, что животные в качестве реакции на болевой раздражитель нападают на тех, кто рядом. Вероятно, это такая адаптивная функция: при угрозе физического повреждения они нападают. Если система социальной боли действительно включает части системы физической, агрессивный ответ на социальное отторжение может быть побочным продуктом реакции на телесную боль — такая неадекватная адаптивная функция в социальном контексте.

Другое возможное последствие этого пересечения — физиологический стресс, который происходит в ответ на социально опасные ситуации. Хорошо известно, что случаи физической угрозы вызывают физиологическую реакцию (например, повышение уровня кортизола) для мобилизации энергии и ресурсов. Однако также было показано, что социально опасные ситуации — как, например, выступление перед строгой или враждебной аудиторией — могут привести к таким же физиологическим реакциям, тоже к повышению уровня кортизола. В то время как кажется логичной мобилизация энергии при физически опасной ситуации, неясно, зачем она нужна организму при возможности негативной оценки или непринятия другими лицами. Тем не менее если угроза социального отвержения интерпретируется мозгом таким же образом, что и угроза физического повреждения, физиологический стресс может запускаться в обеих ситуациях.

Один из выводов описанных открытий: отлучение или расставание может так же подрывать организм, как и физическая боль. Даже если мы относимся к телесной боли серьезнее и считаем ее более обоснованным поводом для беспокойства, боль от социальной утраты может быть столь же тяжелой, что доказывает активация нервной системы.

Можно задаться вопросом, за что людям приходится нести эту тяжелую ношу — социально-физическую боль? Хоть и болезненные, мучение и душевная боль из-за разрушенных социальных отношений выполняют ценную функцию, а именно обеспечивают поддержание тесных социальных связей. Так как отверженность причиняет боль, люди замотивированы избегать ситуаций, в которых возможно отторжение. В течение эволюционной истории поддержание социальных связей увеличивало шансы человека на жизнь и репродуцирование. Опыт социальной боли, хотя временно болезненный, — это эволюционная адаптация, которая способствует социальному объединению и, следовательно, выживанию.

Душевная и физическая боль действуют одинаково!

Согласно последним научным данным, выражение «душевная боль» полностью соответствует реальным физиологическим процессам в организме. Как показало исследование, проведенное специалистами университета Мичигана (США), болевые ощущения и сильные негативные переживания активизируют одни и те же участки головного мозга, вызывая одинаковые ответные реакции.

Руководитель исследования Этан Кросс, отметил, что данные, полученные с помощью магнитно-резонансной томографии, позволяют лучше понять, как негативные переживания могут становиться причиной болевых синдромов.

Известно, в частности, что такое заболевание, как мигрень, долгое время считавшееся сосудистой патологией, представляет собой неврологическое заболевание. Это подтверждается, в частности, данными, полученными исследователями кафедры неврологии университета Феникса. А это значит, что препараты от мигрени, продающиеся сегодня в аптеках, могут быть признаны совершенно неэффективными.

Со своей стороны, тибетская медицина утверждает о существовании непосредственной связи между отрицательными эмоциями и группами заболеваний. Так, чувство обиды негативно влияет на щитовидную железу, страх угнетает почки, грусть воздействует на легкие, забота – на поджелудочную железу, гнев вызывает болезни печени, а эйфория может спровоцировать обострение сердечно-сосудистых заболеваний (особенно при наличии такого фактора, как атеросклероз сосудов).

Вот почему, например, вспыльчивые люди в большей степени подвержены таким заболеваниям, как дискинезия желчевыводящих путей и холецистит.

Согласно тибетской медицине, боль следует лечить не там, где она ощущается, а там, откуда она приходит. В частности, при мигрени нужно не принимать обезболивающие таблетки, а позаботиться о восстановлении баланса нервной системы и улучшении психоэмоционального фона.

Тибетская медицина вообще не использует обезболивающие препараты, поскольку они воздействуют лишь на симптомы имеющихся нарушений, а не на их причину. Например, при боли в пояснице, следует не втирать обезболивающую мазь, а устранить защемление нервного окончания, ставшее причиной боли. Но и это является лишь первым этапом лечения, поскольку подлинная причина таких защемлений – дистрофические изменения в межпозвонковых дисках.

Если вовремя не остановить этот процесс, то в недалеком будущем может потребоваться лечение межпозвонковой грыжи.

При этом лечебное воздействие должно быть направлено не только непосредственно на область поражения, но и на устранение способствующих факторов, в первую очередь мышечных спазмов спины.

Остеохондроз позвоночника и мышечные спазмы спины вызывают защемление не только нервов, но и кровеносных сосудов, что приводит к нарушению циркуляции крови.

Это объясняет, в частности, как шейный остеохондроз может стать причиной головных болей. Прием болеутоляющих таблеток в этом случае нисколько не может восстановить нормальное кровоснабжение головного мозга, а значит, совершенно неэффективен как средство лечения болей. То же относится и к головным болям неврологического характера.

Но даже если боль удается погасить, это вовсе не значит, что проблема решена. Например, при болях в желудке, сопровождаемых изжогой, прием соды может принести облегчение. Однако подлинная причина этих болей, гастрит, остается при этом без лечения, а значит, со временем может стать причиной такого осложнения как язва желудка, при которой никакая сода уже не поможет.

Разрыв с любимым приносит физическую боль

Душевную боль от ухода любимого человека наш мозг воспринимает так же, как физическую. По крайне мере, и та, и другая активируют одни и те же зоны мозговой коры.

Во всех языках мира душевные страдания описываются теми же самыми словами, что и физические. Мы говорит «разбитое сердце», «душевные раны», «душа болит». Ученые показали, что это не просто метафоры, что за ними стоит сходство на уровне физиологии мозга. Страдания человека, отвергнутого любимым, мозг воспринимает так же, как физическую боль.

Это результат исследования, проведенного Эйтаном Кроссом (Ethan Kross), социальным психологом из Мичиганского университета (University of Michigan) с коллегами из Колумбийского университета, Университета Колорадо и Института психиатрии штата Нью-Йорк (New York State Psychiatric Institute). В эксперименте попросили участвовать 40 человек (19 мужчин, 21 женщина), которые недавно (в течение полугода) пережили потерю любимого человека (развод или разрыв с партнером). Причем не они уходили, а от них уходили. По их собственным словам, испытуемые ощущали себя отвергнутыми, и чувство они переживали очень остро (по «шкале отверженности» они показали в среднем 5,6 баллов из 7).

Томография душевных ран

Участники эксперимента прошли через два теста, в течение которых их мозг сканировали при помощи функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). В первом тесте им демонстрировали фотографию бывшего партнера и просили подумать о нем и представить себе ситуацию разрыва. Для контроля показывали фотографии друзей и просили вспомнить связанные с ними эпизоды. Во втором тесте при помощи специального устройства испытуемым обжигали руку. Правда, не сильно — как очень горячей чашкой кофе. Контролем к этому тесту служила стимуляция теплом.

С помощью фМРТ ученые в первом тесте искали зоны мозга, реагирующие на изображения бывших партнеров, в отличие от друзей, во втором тесте – реагирующие на боль (в отличие от тепла). Они нашли, что две зоны активировались и в том, и в другом случае — это вторичная соматосенсорная кора и задний дорзальный островок. Поясним, что это такое. Первичная соматосенсорная кора принимает импульсы кожной чувствительности от всех частей тела, а вторичная соматосенсорная кора их обрабатывает. Островок, или островковая доля  — это часть коры, лежащая в глубине борозды. Обе зоны, как было показано в предшествующих исследованиях, совместно реагируют на физическую боль. До сих пор никто не регистрировал их совместную активацию в ответ на какие-либо эмоции. Ученые подтвердили это, проанализировав базу данных из более чем 500 фМРТ-исследований.

Боль от разбитого сердца реальна

«Мы нашли, что сильное чувство социальной отверженности активирует зоны мозга, вовлеченные в восприятие физической боли. Раньше эти зоны не связывали с эмоциями», — говорит Эйтан Кросс. Несмотря на то, что оно сопровождается многими эмоциями (страх, грусть, злость, стыд и пр.), пишут авторы статьи, чувство социальной отверженности уникально, поскольку это эмоциональное переживание, на уровне мозга сопряженное с физической болью. Так что народная мудрость права, приравнивая душевные страдания к физическим. Сходство не только субъективное, но и объективное.

«Результаты показывают, что чувство социальной отверженности на самом деле губительно для организма», — продолжает Кросс. Исследователи видят здесь ключ к пониманию того, как это чувство может приводить к нарушениям здоровья – различным психосоматическим заболеваниям. Результаты эксперимента они опубликовали в журнале PNAS.

Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав Ctrl+Enter

Какая Боль Больнее, Физическая Или Душевная? Новая Глава Новой Книги

Мы начали работать над новой книгой Дагласа Джакоби «Когда Бог молчит». Вашему вниманию предлагаю первую главу «Два вида боли».

«Я плакал, потому что у меня не было обуви, пока не встретил человека без ног» ‒ старая персидская поговорка.

«Доктор, лечащий боли внушеньем, На иглу сев, сказал с сожаленьем: «Хоть мне мнится, что больно, Я всё ж недовольный Тем, что кажется мне воображеньем».

Боль ‒ неотъемлемая часть жизни, она сопровождает нас с рождения до смерти. Иногда она легко переносится, как, например, дискомфорт, который я испытал при перелёте на западное побережье: меня зажало между бортом самолёта и моим соседом, а моё плечо вторгалось в его личное пространство целых пять часов. А иногда боль весьма значительна: сломанные кости, камни в почках, мигрень, травма спины, роды…

Прежде, чем погрузиться в тему божественного молчания перед лицом человеческого страдания, будет полезным отступить и изучить боль, с которой все мы сталкиваемся. Грубо говоря, есть 2 вида боли: физическая и эмоциональная. Что хуже? Молодёжь чаще отвечает: физическая. Но чем старше мы становимся, тем чаще опыт говорит нам, что эмоциональная боль сильнее и длится дольше.

Даглас Джакоби с супругой

И хотя никто не хочет сломать руку, многие из нас в жизни что-нибудь ломали, и можно предположить, что эмоциональной боли нам тоже не избежать.

Представьте такие варианты:

Первый вариант

Вы спотыкаетесь, падаете и ломаете руку. В больнице вам вправляют кость, накладывают гипс и говорят придти через полтора месяца. Подвижность полностью восстановится.

Второй вариант

Лучший друг предаёт вас, супруг(а) от вас уходит, а один из детей попадает в ужасную аварию. И вы ничего не можете сделать ‒ мысли путаются ‒ эмоциональная боль невыносима.

Вам нужно подумать, чтобы ответить, что из этого больнее? Если взрослым людям предложить выбрать, большинство, я уверен, скажет: «Лучше руку сломать!» Потому что это правда: сердечная боль гораздо сильнее телесной и кажется, что ей нет конца. Господь прошёл через физическую боль за нас, но эмоциональная боль, которую Ему причиняли ежедневно ‒ не только после ареста ‒ непостижима.

Сломанный палец

Физическая боль может быть мучительной, но она и рядом не стоит с болью эмоциональной. Несколько лет назад я сломал палец на ноге. Я слишком быстро шёл по дому ‒ по крайней мере, так жена говорит ‒ и ударился о косяк. По-моему, двери в нашем доме слишком узкие. (У меня плечи еле проходят в проём ‒ так я оправдываю этот перелом). После этого мне пришлось ходить с палкой, но это было ничего.

Осенью того же года мы с Вики прошли пешком от побережья до побережья. Боль (мышцы, мозоли, порезы, кровотечение) была пустяковой, особенно в свете нашей цели. Мне и в голову не приходило думать: «О! Это похоже на перелом!» Совсем нет.

Ещё через месяц я сильно вывихнул лодыжку и два месяца ходил с палкой (это произошло во время занятий экстремальным спортом: ночной прогулки с собакой). Боль в ноге не напоминала мне обо всех травмах, что я когда-либо получал. Нет, физическую боль мы каждый раз испытываем как в первый, она не накапливается. Но с эмоциональной болью всё по-другому.

Разбитое сердце

Я понял это, когда прошёл через сильную эмоциональную боль. Мне пришлось уйти с работы на церковь (после двадцати лет служения). Через несколько месяцев от рака умер папа. После неудачной операции мы пристально следили за его состоянием и видели, как ему становилось всё хуже. Мы не были эмоционально близки, поэтому я решил, что я спокойно отнесусь к его смерти.
Вечером перед похоронами, во время разговора с одним из папиных друзей, я почувствовал подступающую тоску. На следующее утро мы с братом должны были произнести надгробное слово. Речь Стива прошла нормально, а я не смог договорить из-за слёз. Я вспомнил детство, счастливые времена, когда папа носил меня на плечах. Он был высоким, мне нравилось сидеть так высоко. Когда он нёс меня в кровать, я мог дотянуться до потолка. Ещё я вспомнил запах его лосьона и его бороду на моей щеке, когда он укладывал меня спать. Озвучив эти воспоминания, я разразился рыданиями (дети никогда не видели, чтобы я плакал). Я (как, возможно, и вы) убедил себя, что если мы с кем-то не близки, то нам не будет больно, если они умрут. Как же я ошибался!

Но это ещё не всё. Через два месяца сын человека, который помог мне стать христианином, наложил на себя руки. Мы с семьёй только переехали из Австралии в США, в город, где этот молодой человек покончил с собой. Мы были благодарны за возможность поддержать его отца, мать и брата. Так горько я себя ещё не чувствовал. Потеря работы была отрезвляющей, папина смерть болезненной, но это самоубийство огорчило меня больше всего. Позже я понял, что потери шли по нарастающей, результатом чего стала острая, аккумулированная боль.

РЕЗЮМЕ

  • Боль ‒ естественная часть жизни.
  • По сути, есть два вида боли: эмоциональная и физическая.
  • Эмоциональная боль обычно сильнее.
  • Боль часто накапливается (особенно эмоциональная).

Узнать больше о книгах Издательства «Ученик» и приобрести вы можете

по ссылке на интернет-магазин.

Понравилось это:

Нравится Загрузка…

Похожее

Душевная боль. , Психология – Гештальт Клуб

Чтобы появилась физическая боль, достаточно внезапной встречи с предметом действительности. Можно запнуться мизинчиком о ножку табуретки или порезать палец. Но, как и почему возникает душевная боль? Из чего она состоит и для чего нужна?
Боль, она и в Африке – боль. Для нее даже нет синонимов. Поэтому я буду часто повторять это слово. Только его мы и используем для точного описания того, что происходит и на телесном, и на эмоциональном, и на экзистенциальном уровнях. Душевная боль, так же, как и физическая, может быть острой и хронической.

БОЛЬ ВОЗНИКАЕТ ТАМ, ГДЕ ЕСТЬ РАЗРУШЕНИЕ.
Если проводить аналогии, то острая физическая боль возникает при резком и внезапном нарушении целостности тканей. Переломы, ранения, порезы – все это делает тело разорванным. ТАК ЖЕ И НЕКОТОРЫЕ СОБЫТИЯ РАЗРУШАЮТ, РВУТ НА ЧАСТИ ПРИВЫЧНУЮ КАРТИНУ МИРА. Смерть, расставание, измена, предательство – это ситуации потери. И боль такая же сильная, как при переломе или ампутации. Чем больше места в жизни человека занимало то, что было потеряно, тем сильнее будет боль. Когда мы сливаемся с тем, что для нас значимо, то делаем его своей частью. Рвать старые, прочные связи очень болезненно. Поэтому все расставания и сопровождаются психической болью. Иногда другой человек или дело может составлять весь смысл жизни, тогда их смерть, уход или разрушение будут переживаться как утрата смысла жизни и вызывать глубочайшие, невыносимые страдания.

В основе ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ БОЛИ может лежать любое переживание, серьезно превышающее порог чувствительности. Но чаще мы говорим о ней, столкнувшись с одиночеством, свободой или смертью.

ХРОНИЧЕСКАЯ ФИЗИЧЕСКАЯ БОЛЬ возникает при воспалениях или длительном воздействии травмирующего фактора. Например, если долго носить неудобную обувь, то ноги начнут «ныть». Если долго жить в ситуации семейного насилия, то ныть начинает все, что можно.

В природе все гармонично. Даже боль – не просто так.
БОЛЬ ЗАЩИЩАЕТ нас, указывая на начавшееся или возможное разрушение. Лишь на долю секунды задев горячий чайник, мы тут же отдергиваем руку, и не получаем ожог. С каждым новым оскорблением, обидой, нарушенной договоренностью мы увеличиваем дистанцию с человеком, избегая таким образом губительных отношений.

БОЛЬ ЯВЛЯЕТСЯ ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ СПУТНИКОМ РЕЗКИХ, ИНТЕНСИВНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ.
Эволюция – процесс длительный, плавный, растянутый во времени. Революция – кровава, но ведет к быстрым переменам. Часто для того, чтобы возникло что-то новое, нужно целиком или частично разрушить старое. Ради красоты мы прокалываем мочку уха, нарушая ее целостность, и вдеваем в нее серьгу. Мы увольняемся с работы, нарушая целостность организации или структурированность собственной жизни, и ищем новую, лучшую для себя нишу. Мы разрываем отношения, чтобы найти другого, более подходящего партнера и.т.д. Порой даже желанные изменения могут приносить нестерпимую боль. Тогда возникает серьезный внутренний конфликт – потерпеть и выйти на новый уровень или оставить все, как есть, зато избежать боли.

БОЛЬ ВОЗМОЖНА ТОЛЬКО ТАМ, ГДЕ ЕСТЬ КОНТАКТ, который предполагает создание, изменение или разрушение границ. Не всякий контакт сопровождается болью, но всякая боль начинается с контакта. Легкое прикосновение к коже доставляет удовольствие. То же самое прикосновение к обожженному или обмороженному участку может стать нестерпимым.

Но, несмотря на всю полезность боли, мы стремимся по возможности, как можно реже встречаться с этим мучительным переживанием.


СУЩЕСТВУЕТ МНОГО СПОСОБОВ ИЗБЕГАНИЯ БОЛИ (И ИЗМЕНЕНИЙ).
Самый кардинальный вариант – это ЗАЩИТИТЬСЯ ОТ БОЛИ, ИЗБЕГАЯ КОНТАКТА. Собака, с которой жестоко обращались, будет уклоняться даже от той руки, которая хочет ее погладить. Человек, живший в разрушительных отношениях, не допустит любых других новых, уходя в агрессию, фантазии, слияние, интроекции и другие защиты. Но тогда вместо боли появится скука.

ОБЕСЦЕНИВАНИЕ – тоже вариант защиты. Признать то, что становится важным и ценным – не нужным и отвергнуть. Так поступают те, в чьем жизненном опыте было много отвержения со стороны близких и значимых людей.

Еще одна защита – это ЧАСТИЧНАЯ АНЕСТЕЗИЯ или перенос боли. Например, игнорирование боли на телесном уровне, но высочайшая чувствительность на эмоциональном уровне или наоборот.

Еще, конечно, МОЖНО УЧИТЬСЯ БЫТЬ ЧУВСТВИТЕЛЬНЫМ И ВНИМАТЕЛЬНЫМ К СЕБЕ, и окружению, отличая «вредную» боль от «полезной». Хотя, это довольно сложно. Вот, например, всегда бывает больно, когда укол ставят, и во время массажа там, где мышечный зажим. Или в процессе психотерапии. А потом после всего этого – хорошо становится, тело и душа вылечиваются.

С болью связано еще одно слово – ТЕРПЕТЬ. Оно возникает там, где человек не видит ресурсов, возможностей выхода из ситуации. Если туфли, которые натирают – единственные, а денег на других нет, то придется терпеть. Если муж, алкоголик и садист, но кажется единственным вариантом мужчины, который обратит внимание – терпение так же «приходит на помощь».

Боль указывает на то, что порог допустимого значительно превышен. В принципе, любое воздействие и любая эмоция могут стать причиной боли. Даже радость и нежность бывают почти невыносимы.
У каждого человека свой порог переносимости, толерантности к боли. Он формируется, как правило, с детства и зависит от того, насколько оно было гармоничным. Чем лучше были удовлетворены базовые мета-потребности в безопасности, привязанности и достижениях, тем более устойчив человек к боли, и соответственно, тем больше у него потенциала и ресурсов для развития. Чем травматичнее было детство, тем выше риск испытать невыносимую психическую боль, оказавшись в ситуациях кризиса.

И, напоследок хочу напомнить, что любая боль – физическая или психическая (душевная) – имеет свойство заканчиваться. Чтобы экологично ускорить этот процесс, нужно найти причины и устранить их. Эксперты по физической боли – специалисты с медицинским образованием. Эксперты по боли душевной – психологи и психотреапевты. Именно они помогут вам найти ресурсы, понять природу вашей боли и сформировать здоровые защитные механизмы.
©Наталья Емшанова

Мозг одинаково реагирует на душевную и физическую боль: 29 марта 2011, 12:08

Мозг одинаково реагирует на душевную и физическую боль: 29 марта 2011, 12:08 — новости на Tengrinews.kz
  1. Главная
  2. Узнай
  3. Технологии
  4. Наука
В исследованиях американских ученых приняли участие специально отобранные 40 человек, отвергнутые или разорвавшие свои отношения в течение последних шести месяцев.
  • Vkontakte
  • Facebook
  • Twitter
  • Одноклассники
  • Telegram
Новостью поделились: человек
  • Нашли ошибку?
  • Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Фото с сайта nnm.kz Исследование ученых показывает, что душевные переживания и физические болевые ощущения одинаково действуют на мозг, активизируя одни и те же его области, передает Русская служба новостей. В исследованиях американских ученых приняли участие специально отобранные 40 человек, которые были отвергнуты или разорвали свои романтические отношения в течение последних шести месяцев. Первая часть эксперимента была связана с душевной болью, вторая — с физической. Участники должны были вспомнить лучшие моменты прошлых отношений, рассматривая фотографии любимых. Болевые ощущения проверялись на подопытных с помощью приложенных к отдельным участкам тела нагревательных приборов, в результате чего одни ощущали тепло, а другие участники эксперимента температуру прибора сравнивали с температурой закипевшей воды. Чистота эксперимента зависела от показателей функциональной магнитно-резонансной томографии, которая контролировала активность мозга. Экспериментаторы изучали как мозг в целом, так и фокусируясь на отдельных его участках, которые, по данным ранних исследований, связаны с физической болью. Благодаря подобным экспериментам ученые США в дальнейшем могут объяснить причины возникновения физических болезней и психических расстройств, которые вызывают душевные переживания.

Как восстановить душевное равновесие после утраты близкого человека?

Сил и любви всем, кто горюет сейчас.
Слёзы людские, о слёзы людские,
Льётесь вы ранней и поздней порой…
Льётесь безвестные, льётесь незримые,
Неистощимые, неисчислимые, —
Льётесь, как льются струи дождевые
В осень глухую порою ночной.…

Ф.И.Тютчев

Ежегодно в третье воскресенье мая во всем мире отмечается Международный день памяти умерших от СПИДа. В этот день во всех странах миллионы людей организуют различные мероприятия, чтобы почтить память умерших от СПИДа.

Утрата близкого – сложнейшее событие, затрагивающее все стороны жизни, все уровни телесного, душевного и социального существования человека. Процесс переживая утраты называют работой горя. Горевание – это естественный процесс, в котором организм стремится к равновесию, заживляя свои раны, как телесные, так и душевные.

«Переживание горя — это одно из самых таинственных действий души» — пишет Ф.Е. Василюк в своей работе «Пережить горе». Каким чудесным образом человеку, опустошенному утратой, удастся возродиться и наполнить свой мир смыслом? Как он, уверенный, что навсегда лишился радости и желания жить, сможет восстановить душевное равновесие, ощутить краски и вкус жизни? Как страдание переплавляется в мудрость? Все это – насущные вопросы, знать конкретные ответы, на которые нужно хотя бы потому, что всем нам рано или поздно приходится, по профессиональному ли долгу или по долгу человеческому, утешать и поддерживать горюющих людей, помогать пережить горе.

Горе и утрата всегда неожиданны, даже если бы вроде бы мы были готовы и ожидали утрату, все равно это ожидаемая, но все-таки неожиданность.

Наверняка многим из нас знакомо это чувство неловкости, когда не знаешь, что сказать, как себя вести или бессилия от того, что непонятно, что делать. Как же помочь страдающему человеку? Так же, как при телесных повреждениях, процесс заживления душевной раны имеет свои закономерности. Знание этих закономерностей может служить опорой, помогающей уменьшить ощущения растерянности и беспомощности, может обеспечить более адекватное восприятие поведения страдающего человека и оказать нужную поддержку и помощь.

Начальная фаза горя – шок и оцепенение. «Не может быть!» – такова первая реакция на весть о смерти. Ф.Е. Василюк отмечает, что характерное состояние может длиться от нескольких секунд до нескольких недель, в среднем к 7-9-му дню сменяясь постепенно другой картиной.

Оцепенение – наиболее заметная особенность этого состояния. Дыхание скорбящего затруднено, неритмично, частое желание глубоко вдохнуть приводит к прерывистому, судорожному (как по ступенькам) неполному вдоху, скованность, напряжение. Малоподвижность иногда сменяется минутами суетливой активности.

Всё случившееся кажется нереальным, душа как-будто онемела, ощущение бесчувственности, оглушенности. Внешняя реальность воспринимается с трудом, поэтому через некоторое время человеку бывает трудно вспомнить происходящее.

Важно понимать! Считается, что человек в таком состоянии не впускает произошедшее в свою жизнь. В это время он как бы находится сразу в двух мирах, в настоящем — «здесь и теперь» и в прошлом — «там и тогда» до момента утраты. Мы имеем дело не с отрицанием факта, что «его (умершего) нет здесь», а с отрицанием факта, что «я (горюющий) здесь». Не случившееся трагическое событие не впускается в настоящее, а само оно не впускает настоящее в прошлое. Шок оставляет человека в этом «до», где умерший был еще жив, еще был рядом. Если бы человек мог ясно осознать, что с ним происходит в этом периоде оцепенения, он бы мог сказать соболезнующим ему по поводу того, что умершего нет с ним: «Это меня нет с вами, я там, точнее, здесь, с ним».

Настоящее «давит» на такой внутренний мир — любой звонок, любой сигнал из настоящего превращается в помеху, мешающую существованию в «там и тогда», а это существование в прошлом — насущная потребность и любая преграда — вызывает чувство злости. Как объяснить все эти явления? Такое состояние – защитный механизм нашей психики, душевная анестезия — отрицание факта или значения смерти. Душа не может сразу, целиком, принять утрату.

Что делать? Главный душевный труд горюющего человека – осмысление и принятие случившегося разумом. Очень важно на этой стадии дать выход чувствам – иметь возможность поговорить о происходящем, но и иметь возможность отвлечься. Хорошо, если рядом находится человек, способный разделить боль потери и поддержать. Его задача – сопровождать процесс естественного переживания, не мешая ему, но поддерживая, быть готовым выслушать и просто побыть вместе. Вспомните период первых дней после утраты? Что для вас было важным в этот момент? Чаще всего отвечают – реальная помощь друзей, родственников. Необходимо, чтобы кто-то просто позаботился о физическом состоянии горюющего человека, т.к. он может забывать поесть, плохо спать, бывает, люди ложатся спать, не раздеваясь и пр. Чтобы приехали, помогли организовать похороны, разобраться с документами, приготовили еду и пр.

Следующая фаза – фаза поиска (поиска возможности вернуть утрату), фаза отрицания утраты, её постоянства и неотвратимости.

Первым сильным чувством, прорывающим пелену оцепенения и обманчивого равнодушия, нередко оказывается злость или агрессия. Она неожиданна, непонятна для самого человека, он боится, что не сможет ее сдержать. Иногда бывает так, что разумом мы понимаем, что «нельзя злиться, обижаться», но все равно чувствуем гнев или обиду за то, что умерший «бросил меня».

Временные границы этого периода выделить трудно, так как он продолжается волнообразно и на следующих стадиях горя. В среднем выделяют 5-12-й день после известия о смерти. В это время разум как будто играет с нами, при этом пугая видениями умершего — то вдруг видим его в метро и тот час же ощущаем укол испуга — «он же умер», то вдруг звонок по телефону, мелькнет мысль — он звонит, то слышим его голос на улице, а вот он шуршит тапочками в соседней комнате.… Такие видения вполне обычны и естественны, но пугают, принимаясь за признаки надвигающегося безумия. Важно понимать, что это нормальное течение горя, в это время разум принимает попытки смириться с утратой, осмыслить её.

Иногда скорбящий говорит об умершем в настоящем времени, а не в прошедшем, например, «он/она хорошо готовит (а не готовила)», если это происходит через месяц или больше после утраты, значит, есть задержка на стадии осмысления и принятия разумом. О застревании на стадии отрицания может говорить и то, что человек сохраняет в неприкосновенности вещи умершего, продолжает мысленно общаться с ним. Человек ищет любую возможность задержаться в прошлом и забыть настоящее.

Но настоящее принимается все больше и затем наступает третья фаза – острого горя, длящаяся до 6-7 недель с момента трагического события. Иначе ее именуют периодом отчаяния, наибольших страданий, дезорганиза¬ции и острой душевной боли.

Сохраняются, и первое время могут даже усиливаться, различные телесные реакции – затрудненное укороченное дыхание, мышечная слабость, утрата энергии, ощущение тяжести любого действия, чувство пустоты в желудке, стеснение в груди, ком в горле, повышенная чувствительность к запахам, снижение или необычное усиление аппетита, нарушения сна.

Появляется множество тяжелых, иногда странных и пугающих чувств и мыслей. Это ощущения пустоты и бессмысленности, отчаяние, чувство брошенности, одиночества, злость, вина, страх, тревога, беспомощность. Характерно необыкновенная поглощенность образом умершего (частые воспоминания) и его идеализация — особенно подчеркивание достоинств умершего, избегание воспоминаний о плохих чертах характера и поступках. Ухудшаются отношения с окружающими — утрата теплоты, раздражительность, желание уединиться.

Сложно работать, заниматься обычными делами, трудно бывает сконцентрироваться на том, что человек делает, трудно довести дело до конца, а сложно организованная деятельность может на какое-то время стать и вовсе недоступной. Порой бессознательно скорбящий отождествляет себя с умершим — невольно подражает его походке, жестам, мимике.

Иногда человек не может выйти из депрессии, не позволяет себе радоваться, поскольку ушедший не может уже радоваться. Человек может застрять на переживаниях гнева, например, искать виноватых, обвинять медперсонал, постоянно думать о мести или стать озлобленным и раздражительным. Нередко эмоциональные проблемы перерастают в соматические, ухудшается здоровье, человек «уходит в болезни». Начинаются скитания по врачам, поиск медицинской помощи, но фактически человек не желает исцеления.

Важно понимать! Именно здесь, на этом шаге острого горя, начинается отделение, отрыв от образа любимого, готовится пусть пока зыбкая опора в «здесь-и-теперь», которая позволит на следующем шаге сказать: «Тебя здесь нет, ты там…».

Именно в этой точке и появляется острая душевная боль. Как это ни парадоксально, боль вызывается самим горюющим: феноменологически в приступе острого горя не умерший уходит от нас, а мы сами уходим от него, отрываемся от него или отталкиваем его от себя. И вот этот, своими руками производимый отрыв, этот собственный уход, это изгнание любимого: «Уходи, я хочу избавиться от тебя…» и наблюдение за тем, как его образ действительно отдаляется, претворяется и исчезает, и вызывают, собственно, душевную боль. Однако при этом рождается и новая связь. Как пишет Ф.Е. Василюк: «Боль острого горя – это боль не только распада, разрушения и отмирания, но и боль рождения нового». Чего же именно? Двух новых «я» и новой связи между ними, двух новых времен. Новое «я» способно видеть не «тебя», а «нас» в прошлом.

Что делать? Главный душевный труд — принятие утраты чувствами.

Горюющему необходимо пройти через боль, чтобы вернуться на поверхность из глубины потока минувшего. Боль уходит, если удается вынести из глубины песчинку, камешек, ракушку воспоминания и рассмотреть их на свету настоящего, в «здесь-и-теперь». Суровая реальность такова, что прожить боль можно, лишь болея, чувствуя ее. Слушать, слышать, жить, пока она не станет не такой невыносимой. Иного пути, кроме как переживание для избавления от страданий не существует. От качества работы переживания зависит вся дальнейшая жизнь.

Также как в предыдущей стадии – очень важно выражение чувств. Важно дать выход чувствам, дать им место быть, без осуждения, с принятием. Это не просто сделать, так как это сложный период для всех – горюющего человека и поддерживающих его близких. Ведь скорбящий человек может испытывать разные чувства — боль, печаль, горе, гнев, злобу, вину и стыд за себя. Он может осуждать себя за свои негативные эмоции. Близким людям порой сложно даже сидеть рядом, находиться близко. Хочется уйти, выйти, утешить или отвлечь и отгородиться от интенсивных страданий другого.

Как это объяснить? Когда человеку рядом с вами больно, когда он рассказывает вам о своей боли, вероятнее всего это актуализирует и вашу личную боль. Очень важно в таком случае быть в состоянии переживать ее, не игнорировать и не отодвигать. Вы буквально можете сообщить, что вам тоже было когда-то больно и что эта боль до сих пор в той или иной степени с вами. Возможно, именно в этот момент ваша боль впервые «увидит свет» и будет разделена. Не зря раньше на похоронах были плакальщицы, чей плач помогал выразить чувства близким людям, помогал «выплакаться».

И еще важно — прощение себя. Горевание почти всегда сопряжено с чувством вины. Человек может испытывать вину за обиды, которые нанес умершему, а также за то, что он жив и любуется закатом, ест, пьет, слушает музыку, а близкий человек умер. Здесь важно не убеждать себя (или человека, переживающего утрату) в том, что никто не виноват, как правило, это невозможно, а простить себя.

Снижению остроты переживаний способствует физическая активность с «эмоциональным» намерением. Д. Аркенджел в своей книге «Жизнь после утраты» пишет о том, что не важно каким видом активности заниматься. Важно намерение и эмоции. Можно делать физические упражнения или мыть посуду, делать уборку в доме и т.п. с переживанием боли и горя, давая выплеск своей энергии, высвобождая свои чувства.

Четвертая фаза горя — фаза «остаточных толчков и реорганизации».

Постепенно жизнь входит в свою колею, восстанавливаются сон, аппетит, профессиональная деятельность, умерший перестает быть главным средоточением жизни. Человек как бы учится жить по новому, по-другому.

Переживание горя теперь протекает в виде сначала частых, а потом все более редких отдельных толчков, какие бывают после основного землетрясения. Такие остаточные приступы горя могут быть столь же острыми, как и в предыдущей фазе, а на фоне нормального существования субъективно восприниматься как еще более острые. Поводом для них чаще всего служат какие-то даты, традиционные события («Новый год впервые без него», «весна впервые без него», «день рождения» и т.п.) или события повседневной жизни («обидели, некому пожаловаться», «на его имя пришло письмо» и т.п.). Четвертая фаза, как правило, длится в течение года: за это время происходят практически все обычные жизненные события и в дальнейшем начинают повторяться. Годовщина смерти является последней датой в этом ряду. Может быть, не случайно, поэтому большинство культур и религий отводят на траур один год.

Что делать? Главный душевный труд на этом этапе — формирование новой идентичности, нового «я». Смысл и задача работы горя в этой фазе состоит в том, чтобы образ умершего занял свое постоянное место в продолжающемся смысловом круговороте жизни (он может, например, стать символом доброты) и был закреплен во вневременном, ценностном измерении бытия.

Пережив утрату, человек становится немного (а иногда и много) другим. Важно осознать и принять себя нового. Ведь длительные боль и страдание — сильные чувства – и горюющий не может не обращать на них внимания. И тогда наступает момент, когда мы понимаем, что не можем больше оставаться такими, какими мы были до утраты. Что-то внутри нас преобразует страдание в мудрость.

Описываемое нормальное переживание горя приблизительно через год вступает в свою последнюю фазу – «завершения». Здесь горюющему приходится порой преодолевать некоторые культурные барьеры, затрудняющие акт завершения (например, представление о том, что длительность скорби является мерой нашей любви к умершему). Постепенно утрата входит в жизнь, осмысливается. Появляется печаль, которую называют, в том числе и «светлой».

Появляется все больше воспоминаний, освобожденных от боли, чувства вины, обиды, оставленности. Некоторые из этих воспоминаний становятся особенно ценными, дорогими, они сплетаются порой в целые рассказы, которыми обмениваются с близкими, друзьями, они часто входят в семейную «мифологию».

Часто образ ушедшего человека, с которым нас соединяли многие жизненные связи, «пропитан» незавершенными совместными делами, несбыточными надеждами, неосуществленными желаниями, нереализованными замыслами, непрощенными обидами, невыполненными обещаниями. Многие из них уже почти изжиты, другие в самом разгаре, третьи отложены на неопределенное будущее, но все они не закончены, все они – как заданные вопросы, ждущие каких-то ответов, требующие каких-то действий. Каждое из этих отношений заряжено целью, окончательная недостижимость которой ощущается теперь особенно остро и болезненно.

Что делать? В психологической практике имеют широкое значение ритуалы. Помимо ритуалов, предлагаемых нам культурой, можно прибегнуть к особым своим ритуалам. Например, к ритуалу прощания с умершим через написание ему прощального письма. Такая ритуальная траурная церемония поможет отпустить некоторые чувства и эмоции, которые доставляют дискомфорт, осознать их, а также начать процесс восстановления. Психологическая техника написания писем эффективна при потерях, расставаниях, обидах, чувстве вины и пр. Упражнение высвобождает массу сложных чувств: боли, тоски, тревоги, грусти, сожаления, печали.

Вот несколько простых правил написания «Прощального письма» (Вы можете дополнить их по своему усмотрению):

  • Озаглавить и обратиться (к умершему человеку).
  • Каждое новое предложение письма начинайте со слова «Прощай» (это поможет остаться сконцентрированным на задаче).
  • Написать в письме о переполняющих вас чувствах.
  • Поблагодарить умершего человека за то, что он был в Вашей жизни, за всё хорошее, что связано с ним, за тот жизненный опыт, который вы приобрели благодаря ему и т. п.
  • Написать каким вы видите свою жизнь дальше, без него.
  • Подписать.

Необходимо понимать, что переживание горя, так же как и отношения, всегда индивидуальны, неповторимы и с трудом умещаются в рамки универсальных законов и правил. Поэтому, собираясь реализовать рекомендации в собственной жизни, внимательно прислушайтесь к себе, чтобы определить – подходит ли это Вам.

Социальная поддержка очень важна для восстановления после утраты, и если Вы ее не получаете, то лучше обратиться за помощью к специалисту.

Если у Вас возникло желание поделиться своими мыслями и чувствами о прочитанном, Вы можете обратиться к автору статьи – психологу отделения профилактики ВИЧ/СПИД государственного учреждения «Минский городской центр гигиены и эпидемиологии» Татьяне Владимировне Горельчик, а также к специалистам нашего отделения по медицинским и правовым аспектам ВИЧ-инфекции. Позвонить и записаться на консультацию можно по телефону 8 (017)292 37 08.

Существует ли такая вещь, как психологическая боль? и почему это важно

Cult Med Psychiatry. 2010; 34 (4): 658–667.

Дэвид Биро

Научный центр здоровья SUNY в Бруклине, 450 Clarkson Avenue, Brooklyn, NY 11203, США

Научный центр SUNY Health в Бруклине, 450 Clarkson Avenue, Brooklyn, NY 11203 USA

Ответ автора.

Эта статья распространяется на условиях некоммерческой лицензии Creative Commons Attribution, которая разрешает любое некоммерческое использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора (авторов) и источника.

Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Медицина рассматривает боль как сигнал о физическом повреждении тела, несмотря на доказательства, противоречащие этой связи, и несмотря на исключение огромного числа пациентов, которые испытывают психологическую боль. Расширяя нашу концепцию боли и делая ее более инклюзивной, мы не только лучше приспособимся к фундаментальной науке о боли, но и признаем то, что уже ценится непрофессионалами — боль из разных источников, физических и психологических, имеет общий фундамент. войлочная структура.

Ключевые слова: Физическая боль, Психологическая боль, Эмоциональная боль, Ноцицептор, Центр аффективной боли, Горе, Депрессия

Всякая боль — одна болезнь с множеством имен.

— Антифан, ок. 400 г. до н.э.

Введение

«Говорят, отхождение камня в почках — это самая страшная боль, которую вы могли когда-либо испытывать. Они ошибаются. Конечно, это было плохо. Я помню, как хныкал, как ребенок, в приемном покое. Но это была шутка по сравнению с этой болью, которая никогда не проходит.Он просто продолжается и пожирает меня изнутри. Я все еще чувствую это сейчас, как никогда, 10 лет спустя ». Дэн Венто рассказывает о том времени, когда его дочь перенесла рецидив необычной формы рака, называемой остеосаркомой. Дженнифер было девять лет, она была младшей из трех его дочерей. Дэн и его жена Мэри думали, что они пережили шторм. Первый курс химиотерапии, похоже, подействовал. Но год спустя левое колено Дженнифер снова начало опухать и болеть, затем бедро, затем спина. Рак не только вернулся, но и охватил все тело Дженнифер, и это произошло так быстро, что даже врачи были застигнуты врасплох.

Естественно, Ventos перепробовали все, даже пересадку костного мозга. Но рак не остановить. Метастатические опухоли проникли в кости Дженнифер, заблокировали ее дыхательные пути и разрушили ее зрение. В одночасье их маленькая девочка стала неузнаваемой из-за рака и агрессивного лечения — опухшая, бугорчатая масса с трубками и капельницами, подключенными к пискам. Хуже всего было то, что они ничем не могли помочь. Они стояли рядом, чувствуя, как будто рак прорезал и их кости.

Менее чем через 2 месяца после рецидива Дженнифер умерла. Сначала это было почти облегчением; Венто терпеть не могли смотреть, как их дочь страдает в другой день. Но когда они увидели Дженнифер в маленьком гробу, когда они увидели гроб, опущенный в землю, когда они увидели землю, покрывающую гроб, — с того дня их боль не прекратилась.

«Я старался быть сильным ради своей жены и детей», — объяснил Дэн Венто. «Если бы они увидели, что я рушусь, как бы они смогли продолжить?» Но, несмотря на прочный фасад, Vento рушился.«Я все время чувствовал слабость и головокружение, как будто я мог потерять сознание, и мне нужно было за что-то ухватиться — стул, стену, что угодно — чтобы не упасть».

Vento всегда был крутым. Хотя физически он не был внушительным — он был невысоким и коренастым — он был самодельным человеком из Бронкса, который владел успешной сетью продуктовых магазинов и всегда получал все, что хотел, на работе и дома. Однако, когда Дженнифер умерла, он, похоже, больше не хотел многого, и ему становилось все труднее концентрироваться.Его жизнь начала рушиться. Была только боль.

Разные взгляды

Что испытал Дэн Венто — когда он смотрел, как страдает его дочь, когда он ее хоронил, и теперь, 10 лет спустя, все еще опутанный горем, — боль? Он определенно так думает и использует это слово точно так же, как когда он провел мучительную ночь в отделении неотложной помощи с камнями в почках. То же самое и со многими другими людьми, перенесшими подобную травму, а также с теми, кто страдает «болью» от психических заболеваний, таких как депрессия и шизофрения.

Однако большинство профессионалов не согласны.Ученые, изучающие боль, и врачи, занимающиеся лечением боли, считают этот опыт чисто физическим явлением в том смысле, что он может быть вызван только травмой тела. Боль возникает, когда рецепторы нервных клеток в коже и внутренних органах обнаруживают потенциально опасные раздражители, например, булавку или высокие температуры (Melzack and Wall 1983, стр. 81–108). Ноцицепторы (от латинского nocere , травмировать) затем сигнализируют мозгу, который оценивает угрозу и координирует серию защитных реакций.Отрываем руку от пламени; отдыхаем сломанной ногой. Эта высокоэффективная биологическая система предупреждения, которая предотвращает дальнейшие повреждения и помогает в исцелении, — это то, без чего мы не можем жить очень хорошо. Подумайте только о пациентах, которые не могут чувствовать боль, о пациентах с генетическими дефектами и о пациентах с заболеваниями, влияющими на передачу нервной системы, такими как диабет и проказа; Преимущества жизни без боли легко перевешиваются отрицательными последствиями прогрессирующего телесного повреждения и преждевременной смерти (см. Brand and Yancey, 1997).

Дэн Венто не пострадал. Нет и пациентов, которые испытывают психическую боль, сопровождающую острую депрессию. Также нет больных раком (и их родителей), которые испытывают всепоглощающий страх, тревогу и изоляцию, которые сопровождают физические симптомы их болезней. Их ноцицепторы, по крайней мере, в отношении этих конкретных чувств, хранят молчание, не посылая сигнал бедствия в мозг. Следовательно, их чувства на самом деле не боль, а нечто совершенно иное, что профессионалы предпочитают называть страданием или мукой (Cassell 1991, стр.30–46). И поэтому в медицинских классификационных схемах боли нет упоминания о горе или депрессии.

Даже психиатры опасаются говорить о боли у своих пациентов, приберегая ее только для тех редких и странных случаев психогенной боли или соматоформного болевого расстройства, то есть боли, подобной физической, локализованной в части тела, которая не была травмирована. , современный эквивалент того, что Фрейд назвал истерией или реакцией конверсии (DSM 3, rev .; American Psychiatric Association 1987).Суть в том, что психологическая боль, которую испытывает Дэн Венто и миллионы пациентов с острой депрессией, — это оксюморон или, в лучшем случае, метафора. Его просто не существует. 1

Субъективный аргумент

Как может быть такая пропасть между неспециалистом и экспертом, особенно в отношении такой общей части жизни? И если эксперты правы, как могут обычные люди, такие как Дэн Венто, а также наши профессионалы в области языков — например, знаменитые писатели, такие как Уильям Стайрон и Джоан Дидион, которые так красноречиво писали о боли в депрессии ( Darkness Visible ) и горе ( Год магического мышления ) — что-то так неправильно поняли?

Если, конечно, нет.Если только не непрофессионал, а эксперт в замешательстве. Возможно, чья-то инстинктивная склонность рассматривать боль шире, как категорию, включающую как физические, так и психологические разновидности, может быть более просвещенной, чем более узкая концепция эксперта. Возможно, есть веские причины говорить о боли в обстановке горя, депрессии, шизофрении, развода или нефизических страданий, сопровождающих болезнь.

Давайте исследуем доказательства. Во-первых, существует множество субъективных свидетельств того, что люди чувствуют и думают, а затем передают другим с помощью языка.Когда мы спрашиваем людей об определенных аверсивных эмоциональных переживаниях и прислушиваемся к их словам, мы обнаруживаем, что они не только используют общее слово «боль» для обозначения этих переживаний, но также описывают их так же, как они описывают физическую боль. Как известно, любую боль трудно выразить. Существуют проблемы с концептуализацией опыта, потому что он недоступен для восприятия (мы не можем видеть или касаться боли) и потому, что, в отличие от других внутренних состояний, он не всегда связан с внешними объектами, которые мы можем видеть или касаться (например, человек, который заставляет нас злой или собака, которая пугает нас) (Scarry 1985, стр.161–162; Биро, 2010, с. 11–47). В результате человек вынужден думать о боли косвенно, через метафору: мы представляем более познаваемый объект, связанный с болью, а затем говорим о переживании в терминах этого объекта.

Самая распространенная метафора, используемая для описания физической боли, — это оружие (Scarry 1985, стр. 15–19). Мы говорим, что боль стреляет или колет. Длинные списки подобных прилагательных можно найти в Опроснике Макгилла по боли, созданном в 1970-х годах, чтобы помочь пациентам сообщить о своих чувствах врачам.Боль может быть описана как колющая, сверлящая, жгучая, растирающая, пульсирующая, жалящая, сдавливающая и т. Д. Каждый из дескрипторов подразумевает наличие оружия или похожего на оружие объекта, который может повредить тело — сверло, которое сверлит , огонь, который сжигает . И поскольку большинство пациентов никогда не получали ножевых ранений или выстрелов или не получали ножевых ранений или выстрелов в момент боли, они используют эти термины в переносном смысле, чтобы объективировать то, что в противном случае было бы трудно определить и изобразить; теперь они могли видеть боль и описывать свои ощущения, говоря о ножах и ружьях, а также о тех повреждениях, которые они могут нанести телу.

Люди с психологической болью используют одни и те же метафоры для описания своего опыта. Дэн Венто, который так долго заставлял молчать из-за невыносимой боли утраты, в конце концов откроется психиатру. Он объяснил, что это было похоже на бомбу, которая взорвалась внутри него, уничтожив все в его теле. В других случаях он чувствовал, что повреждение происходит медленнее и методично, как будто рой паразитов разъедает его органы. Но в любом случае результат для Венто был таким же: его выкачивали изнутри — «выпотрошен» — как он употреблял — до тех пор, пока все, что оставалось, не оставалось большой, зияющей раны.

Когда ее муж умер, и она была захвачена горем, Джоан Дидион увидела гигантские волны. В своих мемуарах она пишет, что чувствовала себя так, словно ее били «деструктивные волны, пароксизмы, внезапные опасения, которые ослабляют колени, ослепляют глаза и стирают повседневность жизни» (Didion 2005, стр. 27–28). Для Кей Редфилд Джеймисон, психиатра, страдающего маниакальной депрессией, оружие представляет собой гигантскую центрифугу, содержащую пробирки с ее кровью. Он вращается вокруг ее разума все быстрее и быстрее, выходя из-под контроля, пока не взорвется, разбрызгивая кровь повсюду (Jamison 1996, стр.80).

Слушая язык боли всех видов, мы обнаруживаем общую войлочную структуру, которую эффективно улавливает метафора оружия (Biro 2010, стр. 79–96). Боль вызвана горем и депрессией или почечными камнями и травмой позвоночника, но боль читается как история из трех частей:

Боль мы чувствуем, как будто там должен быть какой-то предмет, похожий на оружие (бомба, рой паразитов, гигантская волна, центрифуга) что движется к нам и угрожает нам; что, когда он ударит, он повредит, возможно, даже уничтожит нас; и что мы должны уйти от этого или защитить себя любой ценой.Даже когда к нам ничего не приближается, когда нет травм, когда мы остаемся неподвижными, мы чувствуем движение, травму и желание бежать.

Что бы ни случилось, что заставляет нас чувствовать эти вещи — потерю любимого человека или физическое разрушение, вызванное раком, — мы испытываем боль.

Новое объективное свидетельство

Субъективное свидетельство существования эмоциональной боли убедительно, особенно потому, что не существует объективного способа проверить и охарактеризовать чужую боль.Хотя мы можем прикрепить человека к устройству функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ), наблюдать за кровотоком к болевым центрам в головном мозге, а затем сделать вывод о его наличии, единственным окончательным тестом является слово человека: я чувствую боль или нет. .

На самом деле большинство экспертов неохотно признают неизбежно субъективную природу боли. В дополнении к общепринятому определению боли — «Неприятный сенсорный и эмоциональный опыт, связанный с фактическим или потенциальным повреждением тканей» — Международная ассоциация по изучению боли (IASP 2007) признает, что люди действительно сообщают о боли по чисто психологическим причинам и что, поскольку такие сообщения нельзя отличить от случаев, когда существует физическая причина, их следует принимать за чистую монету: «Если люди расценивают свое переживание как боль и сообщают о нем так же, как и о боли, вызванной повреждением тканей , это следует принять как боль.”

Но, несмотря на уступку, IASP не оставляет места для боли, которую испытывали Дэн Венто, Джоан Дидион или Кей Редфилд Джеймисон в их обширных классификационных схемах болевых расстройств. В то время как комплексная региональная боль, которой страдают примерно 6–26 человек из 100 000 (de Mos et al., 2007), появляется в списке, гораздо более распространенная боль, возникающая при горе или депрессии, отсутствует.

Однако для врачей и ученых, которые лишь на словах признают субъективный аргумент, в настоящее время появляется все больше объективных свидетельств в пользу расширения нашего представления о боли.С момента появления теории контроля ворот в 1960-х годах связь между повреждением тканей и болью постепенно ослабла. Теперь мы лучше понимаем, почему могут быть серьезные травмы и отсутствие боли (раненые солдаты в бою) и, наоборот, отсутствие травм и сильной боли (мигрень, фибромиалгия). Это происходит, как объяснили известные ученые в области боли Рональд Мелзак и Патрик Уолл, потому что существуют психологические факторы — культура и прошлый опыт, наши эмоциональные и когнитивные состояния, контекст боли, — которые могут усилить или ослабить сигнал ноцицептора до того, как он зарегистрируется. высшие мозговые центры (Melzack and Wall 1983, стр.15–33). Более того, многие случаи хронической боли возникают вообще без прямой стимуляции ноцицепторов. Нейропатическая боль возникает, когда дисфункциональная нервная система спонтанно срабатывает или неправильно интерпретирует обычные сенсорные стимулы как вредные (Woolf and Mannion 1998). В tic dolouroux , например, движение пера по лицу может вызвать спазмы сильной боли.

Вторая цепь доказательств исходит из нашего растущего понимания того, как мозг обрабатывает боль.Оказывается, боль — это невероятно сложная система восприятия с множеством подсистем. Наиболее важным для этого обсуждения является то, что в мозгу есть отдельные области, которые обрабатывают ощущение боли (ее качество, местоположение, интенсивность) и наши чувства по поводу этого ощущения (рассказ о его отвращении) (Price 2000). Кроме того, сенсорный центр (в соматосенсорной коре) и аффективный центр (в передней поясной извилине и островковой части коры) не только пространственно разнесены, но и диссоциированы: то есть человек может ощущать боль, но не чувствовать боль (Grahek 2007, стр.29–50). Мы можем наблюдать это у пациентов, перенесших небольшую операцию с применением лекарств, которые делают их равнодушными к порезам скальпелем. Еще более драматичным является редкая группа пациентов, чьи центры аффективной боли (или связи с этими центрами) были разрушены. В случае асимволии боли пациенты все еще могут ощущать укол иглой (потому что сигнал ноцицептора регистрируется в соматосенсорной коре), но будут смеяться над его незначительностью (потому что сигнал не обрабатывается передней поясной корой).

Эти случаи разрыва связи между ощущением и чувством боли говорят нам о том, что, несмотря на сложность боли, которая включает ощущения и поведение, чувство, познание и память, критическим компонентом является чувство. Если у нас нет ощущений, которые были у Дэна Венто, когда камень в почке проходил через его мочеточник, — что с ним происходит что-то плохое, что что-то повреждает его тело, и что он должен сделать все возможное, чтобы избежать дальнейшего повреждения — тогда боль теряет свою биологическую ценность.Поскольку они смеются над болью, а не убегают от нее, асимволия боли пациента, вероятно, будут чувствовать себя не лучше, чем пациенты с врожденной или приобретенной нечувствительностью к боли. На самом деле, я бы сказал, что если мы не чувствуем боли, в использовании этого термина вообще нет смысла. Больные лепрой, солдаты на поле боя, пациенты с седативными препаратами, перенесшие операцию, пациентов с асимболией боли пациента — они могут испытывать неприятные ощущения, но они не чувствуют боли и не принимают защитных мер. Все зависит от ощущения боли.

Если повреждение ткани не является необходимым для ощущения боли и если в мозгу есть особый аффективный центр, отвечающий за такое чувство, почему этот центр не может быть активирован другими способами, кроме ноцицепторного пути? Почему не возможно, чтобы вредные психологические стимулы — стимулы, которые угрожают эмоциональному благополучию человека, например, потеря ребенка, боль депрессии или страдания больных раком, — не попадают в переднюю поясную извилину? заставляет нас чувствовать то же самое, что и при физической боли?

Именно это и открывают ученые.Наоми Эйзенбергер и ее коллеги из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе недавно разработали умную модель психологической боли, которую можно объективно изучить (Eisenberger et al. 2003). Нормальные испытуемые играли в видеоигру с подбрасыванием мяча, в то время как их мозг контролировался с помощью фМРТ. Когда испытуемых исключали из виртуальной игры, они испытывали дистресс, который коррелировал с усилением кровотока в передней поясной и островковой корках, точно так же, как если бы их укололи иглой.Чем сильнее создавался социальный стресс, тем активнее становились центры аффективной боли. Исследования, проведенные на опечаленных и скорбящих людях, дали аналогичные результаты (Gundel et al. 2003).

Похоже, что интуиция обывателя о боли подтверждается наукой; психологическая боль, кажется, проходит по тем же нервным путям, что и физическая. А почему бы и нет? Точно так же, как физические стимулы, которые могут повредить наше тело, вызывают определенные чувства и реакции, также должны быть психологические стимулы, которые могут повредить нашу психику, такие как потеря ребенка или внутренние симптомы депрессии.Точно так же, как нам нужно дать отдых телу, чтобы защитить себя от дальнейшего вреда, мы должны защищать и разум. Эта более полная и всеобъемлющая система предупреждения, безусловно, имеет смысл с биологической точки зрения.

Почему слова имеют значение

Имеет ли значение, называем мы чувства Дэна Венто болью или страданием? Является ли это просто семантической проблемой, разногласиями между двумя группами пользователей языка, которые, в конце концов, не имеют каких-либо неблагоприятных последствий?

Да, это имеет значение, и да, это имеет неблагоприятные последствия.Это важно, потому что разногласия отражают гораздо более серьезную проблему: жесткое мышление научного сообщества, которое видит мир определенным образом и не допускает отклонений даже от несогласных в своих собственных рядах. Наука фокусирует свое внимание исключительно на объективном мире, на том, что можно изучить, количественно оценить и объяснить. Поскольку это кажется устойчивым к такому исследованию, субъективная сфера традиционно была закрыта, что может быть оценено только в гораздо более свободных терминах гуманитарными науками и «более мягкими» науками (например.г., психология).

Такой образ мышления определяет ценности, а не только ценности ученых. Из-за их положения в интеллектуальной иерархии возникает эффект просачивания, который распространяется на практическую медицину и культуру в целом. В случае боли существует только один вид, реальный или физический, который можно объективно проверить, наблюдая за активностью ноцицепторов или обнаруживая поражения на компьютерной томографии. Другие переживания, которые могут быть похожи на боль, но не могут быть связаны с повреждением тканей, — это боль , а не .Гораздо более субъективные и менее прозрачные материальные, поэтому они производные, менее важные и лучше обозначаемые чем-то другим (страданием или болью).

Хотя психологическая боль может быть неприятной, факт остается фактом: она находится «в нашей голове», а не в нашем теле. По мере того как мы продолжаем разворачивать логику объективистской (и дуалистической) парадигмы, которая теперь полностью пропитала наше культурное сознание, те, кто страдает без какого-либо физического подтверждения, неизбежно начинают казаться подозрительными.Они либо сумасшедшие (психически больные), либо лживые (потому что настоящей боли нет), либо слабые (таким людям все больно). Им нужны не болеутоляющие или обезболивающие, а психиатры и священники.

Не обращая внимания на то, что вся боль находится «в голове» — даже боль Дэна Венто от камней в почках, которую он локализовал с правой стороны таза, — правда в том, что психологическая боль часто бывает более сильной и опасной, чем «боль в почках». настоящая вещь.» Для Дэна Венто его бой с камнями в почках, одним из самых болезненных из всех заболеваний, был ничем по сравнению с болью горя.Точно так же Люси Грили рассказывает нам в своих мемуарах « Autobiography of a Face » (1995), что она предпочла бы столкнуться с болью рака и его лечением, чем с гораздо более сильной болью ощущения уродства и одиночества (стр. 7, 170, 186). Фактически, многие такие пациенты приветствуют физическую боль, даже если ее принимают в суд, чувствуя, что она в некоторой степени облегчает их эмоциональную боль. И когда без облегчения боль становится невыносимой, некоторые решают положить ей конец, покончив с жизнью. Уровень самоубийств значительно выше в обстановке горя и депрессии, чем в обстановке физической боли (Schneidman 1998).

Помимо отнесения психологически страдающих к статусу второго сорта, преобладающий объективистский образ мышления также наносит ущерб другой большой группе людей. Страдающие хроническими болевыми состояниями, такими как мигрень, боль в пояснице и фибромиалгия, оказываются где-то в подвешенном состоянии между настоящей болью и производной, психической болью. С одной стороны, их боль кажется физической (потому что она локализована в какой-то части тела), но, с другой стороны, у нее больше общего с психологическим стрессом (потому что травмы не обнаруживаются).Долгое время медицина не знала, что делать с этими пациентами, и поэтому они переходили от врача к врачу, не находя облегчения. Хотя их жизнь улучшилась с появлением специалистов по боли и клиник по лечению боли, пациентов с хронической болью все еще часто мучает коварная логика объективистской точки зрения (см. Heshusius 2009, стр. 1–19). Некоторые, фактически, прибегают к членовредительству, чтобы оправдать свою боль перед лицом продолжающегося скептицизма со стороны членов семьи и врачей: « Теперь вы видите », — скажут они, указывая на свои порезанные руки, « Боль не в моей голове это настоящий (см. Padfield 2003, стр.41–43).

Я говорю о серьезности психологической боли и о неопределенном состоянии хронических болевых состояний, потому что, как и работа все большего числа ученых, это идет вразрез с преобладающим мировоззрением. Возможно, тогда нам следует изменить это мышление и расширить кругозор. Вместо того чтобы отдавать предпочтение одному типу боли над другим, давайте подойдем к ним в более инклюзивном, демократическом духе, в котором все боли созданы равными. Или еще лучше, давайте рассмотрим боль как происходящую в континууме или спектре, который простирается от одного идеала (боль, связанная исключительно с физическим повреждением) до другого (боль, связанная исключительно с психологическим повреждением).

Спектр боли определенно соответствует нашему опыту более точно, чем традиционная парадигма. Это согласуется с нашим убеждением, что чувство боли может возникать как в результате травмы тела, так и разума. Это также приспосабливается к нашему опыту значительного совпадения между двумя разновидностями, что никогда не бывает чистой физической или чисто психологической боли, а всегда бывает комбинация. У людей, страдающих от горя и психических заболеваний, часто возникают соматические жалобы: Дэн Венто внутренне чувствовал потерю дочери; Погружение Уильяма Стайрона в депрессию сопровождалось проблемами со сном и дыханием (Styron 1992, стр.18, 42–43). В то же время пациенты, испытывающие физическую боль, неизбежно страдают эмоционально; Больные раком обычно чувствуют себя напуганными, беспомощными и одинокими (Cherney et al. 1994).

Более того, преимущества принятия более широкой перспективы выходят за рамки проверки и оценки нашего жизненного опыта. Есть практические выводы. Для науки это означало бы большую поддержку преобразовательной работы таких исследователей, как Джозеф Леду и Антонио Дамасио, в субъективной сфере чувств и эмоций (LeDoux 1996; Damasio 1999).В конце концов, эти переживания столь же материальны, как биение сердца и молекулы ДНК, хотя в настоящий момент мы точно не знаем, как перевести нейронную активность (язык мозга) в психические состояния (язык разума). То же самое и с психологической болью. Теперь, когда мы знаем, что он разделяет неврологические субстраты с физической болью, ученые, несомненно, будут стремиться расширить работу Эйзенбергера, обнаружив «ноцицепторные пути» психологической травмы: как чувства горя или депрессии обнаруживаются и передаются в переднюю часть поясной коры? и как можно было изменить сигналы? Этот новый образ мышления может также привести к пониманию патологических состояний боли.Затянувшееся горе Дэна Венто — то, что психиатры классифицируют как сложное горе — имеет много общего с некоторыми состояниями хронической боли. В обоих случаях травма уже давно прошла, но реверберирующий болевой контур, больше не служащий какой-либо биологической цели, продолжается. Здесь работают аналогичные механизмы, и можно ли ими манипулировать, чтобы помочь Венто выбраться из его саморазрушительной колеи?

Также произойдут изменения в клинической сфере, улучшающие методы лечения боли врачами. Некоторым пациентам может потребоваться больше внимания к телу; другие — по уму; большинство — обоим.Здесь тоже есть место для новаторского мышления. Возьмем, к примеру, эффект плацебо в клинических испытаниях, в которых было показано, что поддельные таблетки уменьшают боль в 15–30% случаев. Большинство исследователей рассматривают это явление как загрязняющее вещество, которое необходимо устранить, чтобы оценить эффективность «настоящего» лекарства. Но почему бы не сменить фреймы, как призывал Бенедетти (2009), и не сосредоточиться так же старательно на реальности психологических факторов, которые одинаково эффективны, а в некоторых случаях даже более эффективны (стр.6, 30)? Почему бы не попытаться использовать и усилить эти факторы, чтобы помочь пациентам? Этот же новый образ мышления привел ДеВалла и др. (2010) вводить обезболивающее (парацетамол) людям, страдающим психологической травмой, и неудивительно, что это, похоже, сработало.

Один из величайших мыслителей двадцатого века Людвиг Витгенштейн показал, что внимание к обычному языку может способствовать развитию философии. Возможно, то же самое можно сказать и о науке. Он также показал, что догматическая привязанность к определенной картине может привести к концептуальной болезни (Wittgenstein 1958, Sect.115). Если мы сможем полностью порвать с нашим нездоровым (и неточным) дуалистическим наследием и действительно увидеть, что разум и тело неразрывно связаны, тогда мы должны согласиться с Дэном Венто, Джоан Дидион и многими другими страдающими, что психологическая боль существует и не менее важна, и достойна нашего внимания как физическая боль. Это две стороны одной медали, и о них следует говорить и относиться как к таковым.

Открытый доступ

Эта статья распространяется на условиях Некоммерческой лицензии Creative Commons Attribution, которая разрешает любое некоммерческое использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора (авторов) и источника.

Footnotes

1 Здесь я не утверждаю, что психический дистресс менее реален, чем физическая боль, и что соматические жалобы могут сопровождать психическое заболевание — фактически, 50% пациентов с депрессией сообщают о симптомах физической боли (Katona et al. 2005), но этот психический дистресс может сам быть болезненным в значимом смысле, что он может быть феноменологически сродни физической боли и, следовательно, должен быть отнесен к той же рубрике.

Ссылки

  • Американская психиатрическая ассоциация.Диагностическое и Статистическое Руководство по Психическим Расстройствам. 3 изм. Вашингтон, округ Колумбия: Американская психиатрическая ассоциация; 1987. [Google Scholar]
  • Бенеддетти Ф. Эффекты плацебо: понимание механизмов, влияющих на здоровье и болезнь. Оксфорд, Великобритания: Издательство Оксфордского университета; 2009. [Google Scholar]
  • Биро Д. Язык боли: поиск слов, сострадание и облегчение. Нью-Йорк: У. В. Нортон; 2010. [Google Scholar]
  • Брэнд П., Янси Ю. Дар боли. Гранд-Рапидс, Мичиган: Зондерван; 1997 г.[Google Scholar]
  • Касселл Э.Дж. Природа страдания и цели медицины. Нью-Йорк: Оксфорд; 1991. [Google Scholar]
  • Черный Н.И., Койл Н., Фоли К.П. Страдание у больных раком на поздних стадиях: определение и таксономия. Журнал паллиативной медицины. 1994; 10: 51–70. [PubMed] [Google Scholar]
  • Дамасио А. Чувство происходящего. Нью-Йорк: Харкорт; 1999. [Google Scholar]
  • de Mos M., de Bruijn A.J., Huygen F.J., et al. Случай сложного регионального болевого синдрома: популяционное исследование.Боль. 2007; 129: 12–20. DOI: 10.1016 / j.pain.2006.09.008. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • ДеУолл, Северная Каролина, Макдональд, Г., Вебстер, Г.Д., и др. 2010 Ацетаминофин уменьшает социальную боль. Психологическая наука 21 (7): 931–937. [PubMed]
  • Дидион Дж. Год магического мышления. Нью-Йорк: Кнопф; 2005. [Google Scholar]
  • Эйзенбергер Н.И., Либерман М.Д., Уильямс К.Д. Вредит ли отказ? Исследование социальной изоляции с помощью фМРТ. Наука. 2003. 302: 209–292. DOI: 10.1126 / наука.1089134. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Грахек Н. Чувство боли и пребывание в боли. Кембридж, Массачусетс: MIT Press; 2007. [Google Scholar]
  • Грили Л. Автобиография лица. Нью-Йорк: HarperPerennial; 1995. [Google Scholar]
  • Gundel H., O’Connor M.F., Littrell L., et al. Функциональная нейроанатомия горя: исследование фМРТ. Американский журнал психиатрии. 2003; 160: 1946–1953. DOI: 10.1176 / appi.ajp.160.11.1946. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Heshusius L.Внутри хронической боли: интимный и критический счет. Итака, штат Нью-Йорк: издательство Корнельского университета; 2009. [Google Scholar]
  • Международная ассоциация по изучению боли 2007 Терминология боли. Доступно на: www.iasp-pain.org.
  • Джеймисон К.Р. Беспокойный ум: воспоминания о настроениях и безумии. Нью-Йорк: Винтаж; 1996. [Google Scholar]
  • Katona C., Peveler R., Dowrick C., et al. Симптомы боли при депрессии: определение и клиническое значение. Клиническая медицина. 2005; 5: 390–395.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Леду Л. Эмоциональный мозг. Нью-Йорк: Саймон и Шустер; 1996. [Google Scholar]
  • Мелзак Р., Уолл П. Вызов боли. Нью-Йорк: базовый уровень; 1983. [Google Scholar]
  • Падфилд Д. Восприятие боли. Стокпорт, Великобритания: Деви Льюис; 2003. [Google Scholar]
  • Price D.D. Психологические и нейронные механизмы аффективного измерения боли. Наука. 2000; 288: 1969–1972. DOI: 10.1126 / science.288.5472.1769.[PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Скарри Э. Тело в боли: создание и разрушение мира. Нью-Йорк: Оксфорд; 1985. [Google Scholar]
  • Schneidman E.S. Перспективы суицидологии: дальнейшие размышления о самоубийстве и психахе. Самоубийство и опасное для жизни поведение. 1998. 28: 245–250. [PubMed] [Google Scholar]
  • Стайрон В. Видимая тьма: Мемуары безумия. Нью-Йорк: Винтаж; 1992. [Google Scholar]
  • Витгенштейн Л. Философские исследования.Оксфорд, Великобритания: Блэквелл; 1958. [Google Scholar]
  • Woolf C.J., Mannion R.J. Невропатическая боль: этиология, симптомы, механизмы и лечение. Ланцет. 1998; 353: 1959–1964. DOI: 10.1016 / S0140-6736 (99) 01307-0. [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]

Психологические эффекты хронической боли

Хроническая боль может быть одним из самых изнурительных состояний в повседневной жизни. Поскольку хроническая боль приносит около 560 миллиардов долларов в год прямых медицинских расходов, очевидно, что необходимы новые вмешательства.

Хроническая боль выходит за рамки самой боли. Психическое напряжение и биологические психологические последствия боли могут быть такими же серьезными, как и сама боль.

На самом деле, вероятность развития депрессии у людей с хронической болью в три раза выше.

Если вы страдаете хронической болью и заметили усиление раздражительности, перепады настроения и другие психологические проблемы, вы не сошли с ума.

Чтобы узнать больше о том, как боль влияет на ваше настроение на молекулярном уровне, продолжайте читать.

Психологическое влияние боли на мозг

Психологическое воздействие боли очень сильное. В состоянии хронической боли сознание изменено.

Боль и реакция на стресс

Боль действует для мозга как сигнал выживания: она сигнализирует мозгу, что нужно готовиться к борьбе или бегству. В ответ мозг изменяется физически и химически. Это связано с изменениями в организме, такими как учащение пульса, приоритетность притока крови к мышцам и другие реакции на стресс.В то время как организм обычно устраняет эти изменения и возвращается в нормальное состояние после временной боли, хроническая боль представляет собой другую проблему.

Хроническая постоянная боль продлевает эти системные и химические изменения мозга, приводя к настоящим психологическим изменениям. Со временем они могут повлиять на работу мозга, что приведет к изменению поведения.

Более того, этот хронический стресс не ограничивается психологическим воздействием. Хроническая боль и связанная с этим длительная реакция на стресс могут привести к проблемам с сердцем, желудочно-кишечным изменениям и многому другому.

Хроническая боль и психическое здоровье

Чувствительные химические и физические изменения мозга могут серьезно повлиять на определенные функции мозга. Это глубоко влияет на психическое здоровье пациентов с хронической болью.

Боль и эмоции

Боль неразрывно связана с эмоциями. Фактически, физическая боль и эмоциональная боль существуют почти в одних и тех же цепях нервной системы, в которых задействованы общие системы мозга.

По этой причине неудивительно, что наличие хронической боли часто связано с эмоциональными изменениями.

Хроническая боль и беспокойство

Беспокойство, связанное с хронической болью, реально.

В качестве источника стресса естественной реакцией является уход от боли или бегство от нее. Однако при хронической боли это зачастую невозможно.

Даже в тех случаях, когда боли нет, люди, страдающие хронической болью, могут испытывать беспокойство, связанное с возвращением боли. Это беспокойство может нанести ущерб качеству жизни.

Хроническая боль и депрессия

Связь между хронической болью и депрессией сильна, но психологи ее не понимают.

Некоторые исследователи полагают, что эта депрессия в результате боли может быть запрограммирована в нашей системе эволюционно. С точки зрения контекста, это имеет смысл. Уход от общества дает телу мирную среду, необходимую для исцеления. Это также создает «безопасное место» вдали от факторов стресса и возможных угроз.

Однако хроническая боль затрудняет это, потому что угроза внутренняя, а не внешняя. Результатом может стать хроническая ноющая депрессия, которой, казалось бы, нет конца.

Симптомы, похожие на депрессию, также могут развиваться как ощущение потери контроля.Это называется расстройством адаптации и возникает, когда человек не может адаптироваться или справиться с воспринимаемым стрессором, таким как хроническая боль.

Однако депрессия не обязательно гарантирует прогрессирование хронической боли. На это влияет ряд факторов, в том числе генетика.

Хроническая боль и сознание тела

Активация сложных систем мозга в результате хронической боли может повысить осведомленность о боли и снизить болевую толерантность. Кроме того, поскольку боль сигнализирует о системе борьбы или бегства, может возникнуть повышенная чувствительность к другим сигналам «угрозы».

Это имеет смысл в контексте выживания, когда постоянные воспринимаемые «угрозы» повышают осведомленность из-за защиты для себя.

Хроническая боль и познание

Познание — это сложная функция мозга, которая включает в себя получение понимания посредством сенсорной информации, мыслей и опыта. Это также помогает регулировать эмоции. Познание — одна из чрезвычайно важных функций, на которую может повлиять боль.

Научные данные подтверждают мнение о том, что боль отрицательно влияет на когнитивные способности.Хотя временная боль не сильно влияет на когнитивные функции, постоянная боль может вызывать изменения в системах мозга, контролирующих когнитивные функции.

Избавление от хронической боли

К счастью, существуют средства от хронической боли и ее психологических последствий. Применяя комбинированный подход, люди, страдающие хронической болью, могут найти истинное облегчение как физически, так и морально.

Доказательные методы лечения психологических последствий хронической боли

Мозг нейропластический, то есть его можно изменить.Это обнадеживающая перспектива для пациентов с хронической болью, у которых произошли физические и химические изменения в мозге.

Существуют определенные методы лечения, которые обладают терапевтическим действием на определенные структуры мозга. Поскольку хроническая боль может воздействовать на многие структуры мозга, может потребоваться комбинация методов лечения.

Среди этих методов лечения, основанных на фактических данных, есть йога, постановка целей, тренировка осознанности, гигиена сна и рутина, а также другие методы поведенческой терапии.

Многие выздоравливающие пациенты с хронической болью нуждаются в поведенческой терапии в сочетании с физиотерапией.

Выход есть

Если вы страдаете хронической болью и ее психологическими последствиями, вам может казаться, что вашей боли нет конца.

И нет, вы не сходите с ума. Депрессия, колебания настроения, беспокойство, изменение восприятия и познания, а также эмоциональная нестабильность обычно связаны с хронической болью. Это результат воспринимаемого стресса, который воздействует на организм на физическом и химическом уровне.

Эта врожденная реакция приводит к отчетливым изменениям в физиологии и химическом балансе мозга.Это означает, что последствия хронической боли выходят далеко за рамки самой боли и могут выражаться в серьезных социальных, экологических и личных адаптациях.

К счастью, есть методы лечения, которые доказали свою эффективность. Эти методы лечения сосредоточены на изменении структур мозга, на которые физически могла повлиять хроническая боль. Вылечив первопричину с помощью консервативного лечения и интервенционных процедур по обезболиванию, вы, наконец, сможете избавиться от хронической боли и ее побочных эффектов.

Если вы находитесь в районе Огаста, штат Джорджия, Центр боли Огасты может помочь вам в лечении. Мы сочетаем физиотерапию с поведенческой терапией для полного избавления от хронической боли. Свяжитесь с нами, чтобы записаться на прием.

Как физическая боль влияет на ваше психическое здоровье

Как физическая боль влияет на ваше психическое здоровье

опубликовано 20 сентября 2019 г.,

Хроническая боль, независимо от ее источника, влияет на все аспекты вашей повседневной жизни.Когда вы испытываете боль, ранее заветные привычки, от игр с детьми или внуками до ежедневного ухода на работу, часто кажутся невозможными. Люди с хронической болью могут беспокоиться о финансах или о том, как заботиться о своих семьях, когда они испытывают такую ​​боль. Также они скучают по хобби, любимым видам спорта и жизненным событиям. Хроническая боль может быть ощущением одиночества, наполненного близкими и даже врачами, которые не всегда понимают.

Это чувство невозможности вести нормальную жизнь может по понятным причинам повлиять на ваше психическое здоровье.Фактически, исследования показали, что те, кто испытывает хроническую боль, также склонны к депрессии. С другой стороны, было замечено, что депрессия может усугубить боль. Это связано с тем, что схожие части мозга, а также определенные гормоны участвуют в обоих состояниях. Чем тяжелее депрессия, тем сильнее боль, и наоборот. Сдерживание боли и поддержание позитивного психического здоровья одинаково важны и необходимы для полноценной жизни.

При лечении хронической боли обязательно поговорите со своим врачом по Riverside Pain о том, как улучшить и сохранить качественное психическое здоровье. Ваш врач может направить вас к составлению плана психического здоровья, который будет полезен для вашего состояния. Вы также можете попробовать некоторые изменения в жизни:

Постарайтесь достаточно отдохнуть

Когда вы испытываете хроническую боль, идея выспаться часто кажется такой же невозможной, как и сохранять позитивный настрой. Однако хороший ночной сон важен для хорошего здоровья.Когда вы хорошо отдохнули, вашему телу будет легче восстановиться и сосредоточиться. Недостаток сна может привести к еще большим проблемам со здоровьем. Поговорите со своим врачом о любых проблемах со сном, но вы также можете попробовать легкие утвержденные упражнения перед сном (например, восстанавливающую йогу или вечернюю прогулку), ароматерапию, теплую ванну или расслабляющий роман, чтобы расслабиться.

Не изолируйтесь

Хотя трудно быть рядом с друзьями и семьей, когда вы обнаруживаете, что не можете делать то, что делали раньше, постарайтесь продолжать поддерживать контакт с людьми, которых вы любите больше всего.По возможности выбирайтесь из дома, чтобы проводить время с другими. Вы можете быть удивлены тем, как вы можете изменить некоторые старые любимые занятия, чтобы встретить вас там, где вы сейчас находитесь.

Наслаждайтесь природой

Находиться на улице успокаивает и успокаивает. Старайтесь проводить на улице хотя бы 30 минут в день. Почитайте книгу в парке или прогуляйтесь. Возможно, вы даже сможете провести некоторое время в бассейне или на уроках водной аэробики с низким уровнем ударной нагрузки.

Займитесь терапией

Разговорная терапия помогает многим людям, равно как и ведение дневника, внимательность, техники релаксации и медитация.Удивительно полезный способ почувствовать себя более позитивным — в конце каждого дня записывать 3 вещи из того дня, за которые вы благодарны. Даже если вам просто понравилось гладить собаку или смотреть забавное телешоу, напоминание себе о позитивных моментах дня может помочь вам сохранить оптимистичный настрой.

Если вы испытываете особенно серьезное беспокойство или депрессию, вам также могут помочь другие методы лечения, например, когнитивно-поведенческая терапия. Есть также некоторые лекарства, которые положительно повлияли на многих людей.Обсудите эти варианты со своим врачом.

Оставайтесь как можно активнее

Упражнения неоднократно демонстрировались для улучшения психического здоровья. Поговорите со своим врачом о безопасных для вас упражнениях, особенно успокаивающих, таких как йога, ходьба, плавание и даже легкая растяжка. Активность также поможет вам соединиться со своим телом и почувствовать силу того, на что оно все еще способно.

Дайте себе разрешение сбавить обороты

Не чувствуй себя виноватым из-за того, что у тебя есть дни, когда тебе нужно просто отдохнуть и восстановить силы.Помните, что завтра новый день в вашем путешествии с хронической болью. Будьте нежны с собой, когда узнаете, что работает для вас.

В Riverside Pain Physician мы работаем, чтобы помочь вам избавиться от хронической боли. Свяжитесь с нами сегодня, чтобы узнать, как наши врачи из Джексонвилля могут помочь справиться с болезненными состояниями, с которыми вы сталкиваетесь, и вылечить их.

Теги: Управление болью Джексонвилл

Боль, беспокойство и депрессия — Harvard Health

Почему эти состояния часто возникают вместе и как их лечить, когда они возникают.

Каждый человек в какой-то момент испытывает боль, но у людей, страдающих депрессией или тревогой, боль может стать особенно интенсивной и трудно поддающейся лечению. Например, люди, страдающие депрессией, как правило, испытывают более сильную и продолжительную боль, чем другие люди.

Пересечение тревожности, депрессии и боли особенно очевидно при хронических и иногда приводящих к инвалидности болевых синдромах, таких как фибромиалгия, синдром раздраженного кишечника, боли в пояснице, головные боли и нервные боли.Например, около двух третей пациентов с синдромом раздраженного кишечника, направленных на последующее наблюдение, имеют симптомы психологического стресса, чаще всего тревожности. Около 65% пациентов, обращающихся за помощью при депрессии, также сообщают по крайней мере об одном типе болевых симптомов. Психиатрические расстройства не только увеличивают интенсивность боли, но и повышают риск инвалидности.

Исследователи когда-то думали, что взаимная связь между болью, тревогой и депрессией возникла в основном из-за психологических, а не биологических факторов.Хроническая боль угнетает, равно как и большая депрессия может причинять физическую боль. Но по мере того, как исследователи узнали больше о том, как работает мозг и как нервная система взаимодействует с другими частями тела, они обнаружили, что боль разделяет некоторые биологические механизмы с тревогой и депрессией.

Общая анатомия вносит свой вклад в это взаимодействие. Соматосенсорная кора (часть мозга, которая интерпретирует такие ощущения, как прикосновение) взаимодействует с миндалевидным телом, гипоталамусом и передней поясной извилиной (областями, которые регулируют эмоции и реакцию на стресс), чтобы вызвать умственное и физическое переживание боли.Эти же регионы также способствуют возникновению тревоги и депрессии.

Кроме того, два нейромедиатора — серотонин и норадреналин — способствуют передаче сигналов боли в мозг и нервную систему. Они также вызывают тревогу и депрессию.

Лечение сложно, когда боль совпадает с тревогой или депрессией. Сосредоточение внимания на боли может замаскировать сознание как врача, так и пациента о наличии психического расстройства. Даже если оба типа проблем правильно диагностированы, их может быть трудно лечить.Обзор выявил ряд доступных вариантов лечения, когда боль возникает в сочетании с тревогой или депрессией.

Ключевые моменты
  • Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) — это не только признанный метод лечения тревожности и депрессии; это также наиболее изученная психотерапия для лечения боли.
  • Также могут помочь расслабляющие тренировки, гипноз и упражнения.
  • Некоторые антидепрессанты или противосудорожные препараты могут облегчить боль при лечении психического расстройства, но следует помнить о потенциальных лекарственных взаимодействиях.

Психотерапия двойного назначения

Различные психотерапевтические методы могут использоваться сами по себе для лечения боли у пациентов с депрессией или тревогой или в качестве дополнения к медикаментозному лечению.

Когнитивно-поведенческая терапия. Боль не только деморализует, но и ранит. Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) — это не только признанный метод лечения тревожности и депрессии, но и наиболее изученная психотерапия для лечения боли. КПТ основана на предпосылке, что мысли, чувства и ощущения взаимосвязаны. Психотерапевты используют когнитивно-поведенческую терапию, чтобы помочь пациентам научиться справляться с трудностями, чтобы они могли справляться, а не становиться жертвами боли. Например, пациенты могут пытаться участвовать в деятельности, чтобы улучшить функцию и отвлечься от сосредоточения внимания на боли.

Тренировка релаксации. Различные техники могут помочь людям расслабиться и уменьшить стрессовую реакцию, которая имеет тенденцию усиливать боль, а также симптомы тревоги и депрессии. Методы включают прогрессивную мышечную релаксацию, йогу и тренировку осознанности.

Упражнение. Существует множество исследований о том, что регулярная физическая активность улучшает настроение и снижает тревогу, но меньше доказательств ее влияния на боль.

Кокрановское сотрудничество провело обзор 34 исследований, в которых сравнивали упражнения с различными контрольными условиями при лечении фибромиалгии. Авторы обзора пришли к выводу, что аэробные упражнения, выполняемые с интенсивностью, рекомендованной для поддержания здоровья сердца и дыхания, улучшают общее самочувствие и физические функции у пациентов с фибромиалгией и могут облегчить боль. Более ограниченные данные свидетельствуют о том, что упражнения, предназначенные для наращивания мышечной силы, такие как поднятие тяжестей, также могут уменьшить боль, общее функционирование и настроение.

Как избежать взаимодействия с лекарствами

Многие психиатрические препараты и обезболивающие могут взаимодействовать друг с другом. Вот несколько распространенных примеров.

Нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП) полезны как при длительной, так и при кратковременной боли, облегчая боль и уменьшая воспаление. Однако и НПВП, и СИОЗС индивидуально повышают риск желудочно-кишечного кровотечения при постоянном применении, поэтому сочетание этих препаратов может еще больше повысить риск кровотечения.Длительный прием НПВП может вызвать почечную недостаточность у людей, у которых уже снижена функция почек. Наконец, совместное использование НПВП и лития может привести к токсическому уровню лития в кровотоке.

Ацетаминофен уменьшает боль и не увеличивает риск кровотечения в такой степени, как НПВП. Но ацетаминофен метаболизируется в печени теми же ферментами, которые взаимодействуют со многими СИОЗС и другими психиатрическими препаратами. Следует контролировать функцию печени у любого пациента, принимающего ацетаминофен в течение длительных периодов времени одновременно с приемом психиатрических препаратов.Пациентам с поражением печени гепатитом С или алкогольной зависимостью также следует с осторожностью или вовсе избегать приема парацетамола.

Опиоидные анальгетики используются для лечения умеренной и сильной боли. Помимо обычных предостережений, таких как риск зависимости, клиницисты и пациенты должны знать о нескольких возможных взаимодействиях. Например, трамадол (Ультрам), опиоид, может взаимодействовать с СИОЗС, повышая риск судорог у пациентов, принимающих оба препарата одновременно.Опиоиды могут также взаимодействовать с бензодиазепинами, вызывая респираторные заболевания. Пациенту, принимающему бензодиазепин, следует начать прием опиоидов с низкой дозы и постепенно повышать ее. Кодеин и гидрокодон могут быть менее эффективными при приеме вместе с психиатрическими препаратами, которые конкурируют за один и тот же фермент печени (такими как пароксетин [паксил], бупропион [веллбутрин] и дулоксетин [цимбалта]).

Лекарства двойного назначения

Некоторые психиатрические препараты действуют также как болеутоляющие, устраняя тем самым сразу две проблемы.Поэтому разумно проверить наличие доказательств, подтверждающих любое использование лекарств «не по назначению» (не одобренное FDA).

Другие пациенты могут предпочесть принимать одно лекарство от психического расстройства, а другое — от боли. В этом случае важно избегать взаимодействия с лекарствами, которое может усилить побочные эффекты или снизить эффективность лекарств (см. Врезку).

Антидепрессанты. Разнообразные антидепрессанты назначают как при тревоге, так и при депрессии.Некоторые из них также помогают облегчить хроническую боль, особенно нервную. Исследование наиболее убедительно поддерживает использование ингибиторов обратного захвата серотонина и норэпинефрина (ИОЗСН) или трициклических антидепрессантов (ТЦА) в качестве препаратов двойного действия, которые могут лечить как психические расстройства, так и боль. Результаты более неоднозначны в отношении способности селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС) облегчить боль.

Дулоксетин SNRI (Cymbalta), например, также можно использовать для лечения боли при диабетической невропатии или фибромиалгии.Венлафаксин (Эффексор) также используется при нервной боли, фибромиалгии и головных болях. Точно так же миртазапин (Ремерон) может помочь предотвратить хронические головные боли напряжения.

Одно рандомизированное контролируемое исследование показало, что бупропион (Веллбутрин), который влияет на дофамин и норадреналин, помогает облегчить хроническую нервную боль, но не хроническую боль в пояснице, не связанную с повреждением нервов. Это может быть вариант для пациентов, страдающих нервной болью и депрессией. Однако имейте в виду, что у некоторых пациентов бупропион может усиливать беспокойство и способствовать бессоннице.

ТЦА амитриптилин (элавил), нортриптилин (авентил, памелор) и дезипрамин (норпрамин) назначаются для лечения нервной боли (например, диабетической невропатии) и хронических головных болей. При использовании для лечения боли ТЦА обычно назначают в более низкой дозе, чем при лечении депрессии.

Все препараты могут вызывать нежелательные эффекты. Например, СИОЗС могут увеличить риск желудочно-кишечного кровотечения. ТЦА могут вызывать головокружение, запор, помутнение зрения и проблемы с мочеиспусканием.Передозировка может привести к фатальному нарушению сердечного ритма, поэтому необходимо тщательно взвесить опасность и возможные преимущества у пациентов с повышенным риском попытки самоубийства.

Стабилизаторы настроения. Противосудорожные препараты также иногда используются для стабилизации настроения. Эти лекарства оказывают свое действие, ограничивая аберрантную электрическую активность и гиперчувствительность мозга, что способствует возникновению судорог. Поскольку хроническая боль связана, в частности, с гиперчувствительностью нервов, некоторые из этих лекарств могут облегчить состояние.Например, прегабалин (Lyrica) одобрен FDA для лечения диабетической нейропатии, постгерпетической невралгии и фибромиалгии.

Сочетание психотерапии и наркотиков

Пациенты с тревогой или депрессией иногда обнаруживают, что сочетание психотерапии с лекарствами дает наиболее полное облегчение. Рандомизированное контролируемое исследование «Пошаговая помощь при аффективных расстройствах и мышечно-скелетной боли» (SCAMP) предполагает, что комбинированный подход может также работать для людей, страдающих болью в дополнение к психическому расстройству.

В исследование было включено 250 пациентов с хронической болью в пояснице, бедре или колене. У участников также была, по крайней мере, умеренная депрессия, как измерено стандартным клиническим прибором. Одна группа была назначена на 12-недельную терапию антидепрессантами с последующим 12-недельным вмешательством по самоконтролю с болью, основанным на принципах КПТ. В группе «обычного ухода», которая служила контролем, исследователи сообщили участникам, что у них депрессия и им следует обратиться за советом или лечением. Результаты считались значимыми, если участники сообщали о снижении тяжести депрессии как минимум на 50% и боли как минимум на 30%.По прошествии 12 месяцев как депрессия, так и боль были значительно уменьшены у 32 из 123 пациентов, подвергшихся вмешательству (примерно у каждого четвертого), по сравнению с 10 из 127 участников обычного лечения (примерно у каждого 12).

В качестве услуги для наших читателей Harvard Health Publishing предоставляет доступ к нашей библиотеке заархивированного контента. Обратите внимание на дату последнего обзора или обновления всех статей. На этом сайте нет контента, независимо от даты, никогда не следует использовать вместо прямого медицинского совета вашего врача или другого квалифицированного клинициста.

Психологические потери, связанные с хронической болью: Институт боли Западного Техаса: Врачи по лечению боли

Часто боль — это хорошо. Это способ вашего тела сказать вам, чтобы вы прекратили то, что вы делаете, проверьте, нет ли повреждений, и обратитесь за помощью. Но боль недолговечна. Когда боль не проходит, страдает как физическое, так и психическое здоровье.

На самом деле, если вы живете с хронической болью, у вас в четыре раза больше шансов иметь проблемы с психическим здоровьем, чем у человека, который не страдает хронической болью.

Доктор Рауль Лопес и наша команда из Западно-Техасского института боли стали свидетелями умственной и эмоциональной битвы, которая происходит за кулисами наших пациентов, страдающих хронической болью. Вот почему мы стремимся помочь вам найти правильное решение для обезболивания, чтобы вы почувствовали себя лучше изнутри.

Вот все, что вам следует знать о своей хронической боли, ее влиянии на ваше психическое здоровье и о том, как мы можем помочь.

Что такое хроническая боль?

Хроническая боль — это боль, которая проходит и возвращается, длится более 3-6 месяцев и мешает повседневной жизни.Это одна из наиболее частых причин, по которой взрослые ежегодно обращаются за медицинской помощью.

Хотя многие американцы живут с хронической болью, у всех она выглядит по-разному. Некоторые из наиболее распространенных состояний хронической боли варьируются от локальной боли в спине или шее, вызванной повреждением или раздражением нервов, до широко распространенного болевого состояния, называемого фибромиалгией.

Как хроническая боль влияет на ваше психическое здоровье?

Хроническая боль — это не только боли в костях и мышцах. Это состояние всего тела, которое сказывается на ваших эмоциях и настроении и может привести к серьезным проблемам с психическим здоровьем.Присмотритесь к связи между хронической болью и психическим здоровьем.

Наркомания

Когда вы живете с хронической болью, облегчение имеет первостепенное значение. Часто это означает обращение к рецептурным обезболивающим или опиоидам, которые используются для снятия сильной или постоянной боли. К сожалению, опиоиды вызывают сильную зависимость, и примерно 29% пациентов в конечном итоге злоупотребляют ими.

Когда кажется, что обезболивающее — единственный способ найти облегчение, может легко стать зависимым от этого раствора, но доктор.Лопес может помочь вам безопасно управлять рецептами.

Беспокойство и депрессия

Хроническая боль может существенно повлиять на ваше настроение и эмоции, поскольку вызывает хронический стресс. Когда ваше тело испытывает боль, оно реагирует высвобождением определенных гормонов стресса и нейрохимических веществ. Эта аномальная химическая реакция значительно затрудняет регулирование настроения и поведения и может вызвать беспокойство и депрессию.

Также вероятно, что вы не можете работать и играть так, как привыкли, когда вы живете с хронической болью, которая также может усугублять проблемы с психическим здоровьем.Этот тип боли, который уводит вас по крайней мере от одной основной жизненной активности, известен как сильнодействующая боль — примерно 8% всех пациентов с хронической болью испытывают сильную ударную боль.

Отсутствие фокуса

Если у вас когда-либо болел живот или небольшая головная боль, вы знаете, что когда вы чувствуете себя не лучшим образом, это может быть всепоглощающим. Это усиливается, когда у вас сильная или широко распространенная хроническая боль, из-за чего сосредоточение внимания на работе, семье и других обязанностях становится реальной проблемой.

Как мы можем справиться с вашей хронической болью?

Поскольку причины хронической боли варьируются от пациента к пациенту, мы не торопимся, чтобы понять вашу уникальную ситуацию и потребности.

После встречи с доктором Лопесом для обсуждения истории вашего здоровья и конкретных симптомов он рекомендует план лечения, который будет соответствовать вашему образу жизни. В зависимости от ваших потребностей он предлагает следующие процедуры:

Чтобы помочь вам справиться с проблемами психического здоровья, связанными с болью, он также может порекомендовать консультации по психическому здоровью в дополнение к лечению физической боли.

Поговорите с доктором Лопесом о любых методах лечения, которые вы пробовали в прошлом, и подробно обсудите с ним свои симптомы, включая свои психические и эмоциональные проблемы.Чем честнее вы говорите о своих потребностях, тем легче ему помочь вам быстро избавиться как от физической боли, так и от проблем с психическим здоровьем.

Если вам нужна дополнительная информация или вы хотите назначить оценку с доктором Лопесом, вы можете записаться на прием онлайн или по телефону в нашем офисе в Эль-Пасо, штат Техас, сегодня.

Как, по-видимому, связаны терпимость к боли и тревога

Статья на этой неделе о Джо Кэмерон, которая прожила 71 год, не испытывая боли или беспокойства из-за редкой генетической мутации, вызвала вопросы у читателей New York Times.

Представление о том, что один и тот же ген может быть ответственным за то, как человек обрабатывает физическую и психологическую боль, вызвало у многих недоумение: разве они не совершенно разные? Или ее история намекает на то, что чувствительность к одному типу боли может быть переплетена с чувствительностью к другому?

Роды, по словам г-жи Кэмерон, были для нее «щекоткой». Она часто полагается на своего мужа, чтобы предупредить ее, когда у нее кровотечение, синяк или ожог, потому что ничего не болит.

Когда кто-то из ее близких умер, она сказала, что ей стало грустно, но «Я не разорвусь.«Она не может вспомнить, чтобы когда-либо ее раздражало что-либо — даже недавняя автомобильная авария. В анкете по тревожному расстройству она набрала ноль из 21.

«Я сводлю людей с ума своим веселым настроением», — сказала она.

[Подробнее о женщине, которая никогда не чувствовала боли или беспокойства .]

Вот немного того, что известно:

Живут ли без боли и безболезненные люди?

Нет. До встречи с г-жойКэмерон, ученые, изучавшие ее случай, работали с другими пациентами, которые не испытывали боли.

«Снижение тревожности раньше не наблюдалось при других расстройствах нечувствительности к боли, над которыми мы работаем», — сказал д-р Джеймс Кокс, старший преподаватель группы молекулярной ноцицепции Университетского колледжа Лондона.

Он также сказал, что, учитывая, что мисс Кэмерон более шести десятилетий не осознавала, насколько она необычна, могут быть и другие, подобные ей. Некоторые такие люди связались с The Times после того, как статья была опубликована.

«У меня тоже были дети и никакой боли», — написала 81-летняя Хуанита Хоффман из Дейтона, штат Огайо. «Я думала, что семья и друзья, которые жаловались, были просто королевами драмы».

На вопрос о ее психическом состоянии она написала: «Нет, я никогда не испытывала беспокойства. Я всегда был доволен и счастлив ».

Как генетическая мутация может избавить от беспокойства?

Доктор Кокс сказал, что, по его мнению, снижение тревожности г-жи Кэмерон «связано с усилением передачи сигналов на рецепторах CB1» или каннабиноидных рецепторах, которые, как известно, помогают организму справляться со стрессовыми ситуациями.(Примечательно, что они активируются ТГК в каннабисе.)

Заблокируйте рецепторы каннабиноидов, и беспокойство возрастет; исследования показали, что повышают уровень каннабиноидных рецепторов, и беспокойство снижается. Рецепторы также влияют на то, как люди испытывают физическую боль.

Означает ли это, что физическая и психическая боль обрабатываются одинаково?

Нет, это более сложно, и все еще необходимо провести много исследований, — сказал д-р T.H. Эрик Буй из Центра тревожных и травматических стрессовых расстройств и программы осложненного горя при Массачусетской больнице общего профиля.По его словам, мы действительно знаем, что «области мозга, которые обрабатывают эмоциональную и физическую боль, перекрываются».

В качестве другого примера того, насколько таинственным образом могут быть связаны два типа боли, он отметил, что парацетамол (активный ингредиент тайленола, среди других болеутоляющих средств), как было показано, уменьшает эмоциональную боль, которая возникает при отторжении.

Так похоже ли отторжение на физическую боль?

Так считает Наоми Эйзенбергер, профессор факультета психологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.Доктор Эйзенбергер изучает сходство способов, которыми мозг обрабатывает физическую боль, и «социальную боль», возникающую в результате отторжения.

Она сказала, что неоднократно обнаруживала, что «люди, более чувствительные к физической боли, больше расстраиваются из-за отказа».

Кажется, что люди с низким уровнем тревожности чувствуют меньше боли?

В целом да, по мнению некоторых экспертов по обезболиванию.

Адам Ву, консультант по боли и анестезии в больнице Королевского колледжа в Лондоне, работал с тысячами пациентов, страдающих от боли.Он обнаружил, что пациенты с высоким уровнем тревожности более чувствительны к боли.

«Если вы беспокоитесь, это ухудшает ваше восприятие боли», — сказал он. И если два пациента столкнулись с одной и той же травмой, у пациента с большей тревогой, как правило, «больше жалоб», — сказал он.

Почему у тревожных людей болевой порог ниже?

Дебра Киссен, исполнительный директор Light on Anxiety, лечебного центра в Чикаго, считает, что некоторые люди на самом деле просто более чувствительны — поскольку в них они, кажется, чувствуют более интенсивно.Тем не менее, она заметила, как тревога и физическая боль могут усиливать друг друга.

Страдая от хронической боли, человек может начать беспокоиться о том, что у него нет контроля над своим телом. Тогда их беспокойство может усилить их внимание к боли, усугубив ее. «Лечите любого из них, и иногда это помогает обоим», — сказала она.

Что ее больше всего интригует в двух видах боли, так это последовательность в ответах ее пациентов на выбор. «Я спрошу кого-нибудь:« Вы можете либо уколоть палец на ноге, и он повредит восьмерку, либо почувствовать эмоциональное отчаяние », — сказала она.

Пациенты всегда ковыряют пальцы ног.

Случай обиды

Марк Лири, доктор философии, Университет Дьюка

Боль состоит из двух компонентов: физического и психологического. Каждый компонент поступает из определенной области мозга. Это дает физическую основу боли в теле, на которую можно воздействовать и контролировать с помощью лекарств. Означает ли это, что мы можем уменьшить горе с помощью обезболивающих?

Многие языки выражают эмоциональный дискомфорт с оттенком физической боли.(Изображение: fizkes / Shutterstock)

Подумайте обо всех фразах, которые люди используют после эмоционального события, такого как отказ: «больно», «разбито им сердце» или «раздавлено». Эти выражения включают в себя метафоры физической боли, особенно «обиды». Это не только для английского языка; Фактически, многие другие языки выражают этот эмоциональный дискомфорт с оттенком физической боли.

Это стенограмма из серии видео Понимание тайн человеческого поведения .Смотрите сейчас на Wondrium.

События, вызывающие психологическую боль

Различные жизненные события могут задеть наши чувства, неприятие будучи одним из многих. С середины 1990-х исследователи эмоций сосредоточили свое внимание на психологическая боль. Теперь мы знаем, что ранит чувства.

В одном конкретном исследовании более 160 человек попросили описать ситуацию, в которой их чувства были задеты, и то, что произошло потом. Большинство участников пережили один и тот же опыт, когда их не выбрали в качестве члена желаемой группы или команды, их бросил романтический партнер и уволили с работы.Исследователи разделили эти ситуации на шесть основных категорий:

  1. Явное неприятие
  2. Неявное неприятие
  3. Критика
  4. Предательство
  5. Насмехаются
  6. Принимают как должное

Явное неприятие подразумевает опыт, когда человеку прямо говорят, что его принимают: я не хочу жить с тобой больше. Ты не приглашен на мою вечеринку. Ты уволен. я не хочу быть твоим другом. Уйди из моего класса.Я никогда не хочу тебя видеть снова. С другой стороны, неявное отклонение относится к ситуациям, когда человек чувствует, что другие его отвергают или игнорируют; например, когда человек делает не отвечают на звонок, или когда группа друзей не выглядит счастливой, когда они прибыть.

Под неявным отказом понимаются ситуации, когда человек чувствует, что другие его отвергают или игнорируют. (Изображение: pathdoc / Shutterstock)

Несмотря на эти выводы, одна важная остается без ответа вопрос: почему мы используем метафоры физической боли, чтобы описать этот эмоциональный опыт?

Узнайте больше о том, почему мы так заботимся о том, что о нас думают другие.

Физическая и психологическая боль

Боль состоит из двух компонентов: сенсорной компонент (физический) и эмоциональный или аффективный компонент (психологический). В первый сообщает вашему телу, откуда исходит боль, а второй вызывает психологический стресс после переживания боли. На протяжении всей истории человечества, как наши биологические системы эволюционировали, как и наши системы боли.

Изначально боль была физической тревогой для выживания. На протяжении всего процесса эволюции человеческие тела начали использовать существующую систему боли и для социального выживания.Исследователи 1970-х годов обнаружили, что нейротрансмиттеры в мозге, участвующие в обработке физической боли, также играют роль в реакции на социальное разделение. Таким образом, те же нейротрансмиттеры, вызывающие боль, активируются, когда ребенок плачет, потому что его забирают у матери.

Два компонента боли — сенсорный и эмоциональный — показать, что задействованы две отдельные области мозга в восприятии боли. Вот почему люди с хронической болью могут делать операции. для уменьшения боли.Фактически, боль физически все та же, но они не это так же беспокоит, как и до операции, так как психологический стресс ушел. Точно так же, если сенсорная часть повреждена, невозможно определить местонахождение боли, но все же они чувствуют психологический стресс, который это вызывает. Но что делать с болью и ее компоненты имеют отношение к обиде?

Узнайте больше о том, почему отношения успешны или неудачны.

Боль обидных чувств

Когда чувства человека задеты, активируется область мозга, отвечающая за аффективный компонент боли.То есть они испытывают психологический дискомфорт от боли.

Один из самых распространенных переживания, которые задевают чувства, — это отказ. Нейровизуальные исследования, где исследователи сканируют мозг людей, сосредотачиваясь на том, как человек реагирует на неприятный опыт быть отвергнутым. Результаты показали, что на той же площади участвует в аффективном компоненте физической боли, также активируется, когда кто-то отвергнут.

Одно из самых распространенных переживаний, оскорбляющих чувства, — это отказ.(Изображение: MaLija / Shutterstock)

нейробиологи использовали фМРТ сканер — функциональный сканер магнитно-резонансной томографии — для исследования мозга активность после отказа. Участник должен был лечь в сканер фМРТ и играть в простую компьютерную игру с контроллером в руке. в игре участник бросил мяч двум другим игрокам, находившимся в другом номер. Через некоторое время другие игроки перестали передавать мяч в участника и просто кинули друг другу. Здесь произошло волшебство: активировались дорсальная передняя поясная корка и передняя островковая часть.Эти регионы, на которые воздействует психологическая составляющая физической боли.

Те же две области также активируются, когда люди смотрят на фотографии, передающие социальное отторжение, когда они смотрят видео с неодобрительными лицами и когда они думают или видят фотографии умерших близких. Это показывает, почему горе также является «болезненным» опытом.

Узнайте больше о том, почему люди делают горы из мухи слона.

Лечение боли и ее последствия

Болеутоляющие — самые распространенный способ борьбы с физической болью, но у них есть побочные эффекты.Стоит ли побочные эффекты от боли? Правильно ли это вообще?

Исследования показывают, что люди, которые более чувствительны к физической боли, и их чувства легче ранить. В одной исследования, исследователи приложили горячие зонды к руке каждого участника и попросили их чтобы оценить, насколько неприятно это было. Люди, считавшие жару более неприятной были также больше огорчены отказом от подбрасывания мяча.

Интересно, люди сообщают меньше боли в присутствии любимого человека. Вот почему многие хотят, чтобы любимый был их бок, когда они подвергаются болезненным медицинским процедурам.Это заставляет их чувствовать ценится и принимается, и это снижает активность в болевых областях головной мозг.

Оба компонента боли берут начало в головном мозге, и на него можно воздействовать лекарствами. А трехнедельное исследование, направленное на то, чтобы выяснить, уменьшают ли боль лекарство от физической боли чувства. Было две группы участников: одна принимала парацетамол — обычное болеутоляющее — а другой принимает таблетку плацебо каждый день эксперимент. По результатам, те, кто принимал суточную дозу парацетамола показали уменьшение обид в течение трех недель, но другой группа не показала изменений.

Понятно, что на меры, которые уменьшают физическую боль, чтобы управлять психологическим дискомфортом. Это потому что наш мозг интерпретирует боль как с точки зрения ее происхождения, так и с точки зрения Ощущается. Итак, в следующий раз, когда кто-то обидит вас или разобьет вам сердце, попробуйте принять обезболивающее, чтобы уменьшить боль. Но будьте осторожны, не переборщите.

Общие вопросы о физической и психологической боли

Q: Как вы лечите психологическую боль?

Психологическая боль проистекает из эмоционального компонента боли.В головном мозге есть две отдельные области, обрабатывающие психологическую и физическую боль, и на обе они могут действовать обезболивающие. Таким образом, эмоциональную боль в некоторой степени можно лечить с помощью лекарств.

В: Боль — это эмоция или ощущение?

Боль состоит из двух компонентов: физического и психологического. Это означает, что боль имеет как эмоциональную, так и физическую сторону, поэтому ее нельзя рассматривать как просто эмоцию.

В: В чем разница между эмоциональной и физической болью?

Физическая и психологическая боль — два компонента одного и того же понятия.Когда к телу прикладывают болевой триггер, две отдельные области мозга реагируют на физический и эмоциональный компоненты.

В: Как эмоции влияют на боль?

Физическая и психологическая боль создает известное нам переживание боли. Каждый компонент — эмоциональный и физический — обрабатывается определенной областью мозга. Если эмоциональный компонент боли находится под контролем, все переживания боли легче переносятся.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.