Джордж бейтсон: Мальчик с обертки шоколада Kinder вырос и стал горячей звездой Instagram

Содержание

Психологическая энциклопедия — значение слова Бейтсон Уильям

У. Бейтсон известен своим вкладом в развитие и укрепление менделевского понятия наследственности. Бейтсон назвал новую науку о наследственности «генетикой» и направил свои усилия на исследование хромосом и генов.

Смотреть значение

Бейтсон Уильям | Bateson, William (1861-1926) в других словарях

Бьюкенен Джордж Уильям — (Buchanan, George William) (25 ноября 1854, Копенгаген, – 20 дек. 1924, Лондон ?). С 1876 на английской дипломатической службе. В 1903 – 08 посланник в Софии (Болгария), в 1908 – 10 посланник в Гааге……..
Политический словарь

Годвин (godwin) Уильям (1756- 1836) — — английский писатель, историк, теоретик анархизма. «Рациональной» организации общественной жизни на основе добра и справедливости, по мнению Г., противостоят «антирациональные»……..
Политический словарь

Добролюбов Николай Александрович (1836-1861) — — литературный критик, публицист.

Революционный демократизм Д. отличался конкретностью и радикальностью, соединенной с верой IB то, что идейно-психологические различия……..
Политический словарь

Маккиндер Хэлфорд Джон (1861-1947) — — британский географ и историк, теоретик международных отношений. Первым и самым ярким выступлением X. Маккиндера был его доклад «Географическая ось истории», прочитанный……..
Политический словарь

Оккам Уильям — (ок.1285–1349) – английский философ-схоласт, логик и церковно-политический писатель, главный представитель номинализма XIV века, францисканец. Согласно принципу “бритвы……..
Политический словарь

Уильям Пирс — (1933–2002) – американский писатель крайне правого толка, глава радикальной организации «Национальный альянс», насчитывающей до восьми тысяч активных участников, крупнейшей……..

Политический словарь

Баумол (baumol) Уильям Джек (род. 1922) — американский экономист и философ, специалист в области применения математических методов в экономических исследованиях. Автор книги «Экономическая теория и исследование……..
Экономический словарь

Бахчисарайцев, Георгий Авксентьевич (1875-1926) — —
представитель московской школы русской бухгалтерской мысли. Бахчисарайцев развивал идею балансовой теории
учета. Его положения были сформулированы в тридцать……..
Экономический словарь

Беверидж (beveridge) Уильям Генри (1879-1963) — английский экономист и государственный деятель. Последователь Дж.М.Кейнса, стремившийся сочетать кейнсианство с либеральной доктриной. Одна из главных тем работ Бевериджа……..

Экономический словарь

Визер (wieser) Фридрих (1851-1926) — австрийский экономист, ученик К.Менгера. Министр торговли в правительстве Австро-Венгрии 1917-1918 гг. Развивая один из вариантов теории предельной полезности, выдвинул……..
Экономический словарь

Викри Уильям (род. 1914) — профессор Колумбийского университета, лауреат Нобелевской премии 1996 г. по экономике за свой вклад «в развитие экономической теории асимметричной информации». Исследовал……..
Экономический словарь

Викселль (wicksell) Кнут (1851-1926) — шведский экономист, предшественник стокгольмской школы, автор ряда крупных работ, среди которых выделяются «Стоимость, капитал и рента» (1893), «Финансово-теоретические……..

Экономический словарь

Джевонс (jevons) Уильям Стэнли (1835-1882) — английский логик,
экономист, статистик.
Представитель математической школы экономической мысли.
Книга Джевонса «
Основания политэкономии» (1871) стала……..
Экономический словарь

Залесский Владимир Францевич (1861-1922) — русский экономист. Основной труд «Учение о происхождении прибыли на капитал» (1893-1898), в котором Залесский зарекомендовал себя сторонником психологической школы. Залесский……..
Экономический словарь

Кеннан (cannan) Эдвин (1861-1935) — английский экономист. Основная работа — «Обзор экономической теории» (1929). В книге «Теории производства и распределения» (1917) Кеннан дал классический анализ подхода……..

Экономический словарь

Кнапп (knapp) Георг Фридрих (1842-1926) — немецкий экономист и статистик. Сочинения по истории аграрных отношений и теории денег. Выдвинул «государственную теорию денег», в которой государству приписывал……..
Экономический словарь

Крестьянская Реформа 1861 Г. — — главная из реформ 1860-1870-х IT , отменившая крепостное
право в России. Проводилась на основе «Положений 19 февраля 1861» (опубликованы 5 марта). Крестьяне получили личную……..
Экономический словарь

Льюис (lewis) Уильям Артур (род. 1925) — американский экономист, представитель неоклассического направления. В работе «Теория экономического роста» (1959) Льюис выдвинул модель дуалистической экономики для……..

Экономический словарь

Патон, Уильям Эндрю (1889-1991) — — глава персоналистического направления в американской учетной науке. Он утверждал, что весь актив бухгалтерского баланса равен требованиям собственников, что предприятию……..
Экономический словарь

Петти (petty) Уильям (1623-1687) — английский экономист, один из зачинателей классического направления экономической мысли. Расширяя границы меркантилизма, Петти не только исследовал сферу обращения,……..
Экономический словарь

Роберт Уильям Фогель — родился в городе Нью-Йорке в 1926 г. Образование получил в Корнеллском (бакалавр в 1948 г.) и Колумбийском (магистр в 1960 г.) университетах, а еще через три года он подготовил……..
Экономический словарь

Сальвадори (salvadori) Массимо (макс Уильям) (род. 1908) — американский экономист и историк. Автор работ в области экономики и международной политики. Ряд трудов посвящен новой и новейшей истории Италии. Сальвадори выдвигал……..
Экономический словарь

Самнер (sumner) Уильям Грэм (1840-1910) — американский экономист, социолог, представитель либерального направления. Самнер выступал противником всех форм государственного регулирования экономических отношений,……..
Экономический словарь

Селигмен (seligman) Эдвин Роберт (1861-1938) — американский экономист. Селигмен разделял некоторые идеи исторической школы политической экономики (критика системы экономического либерализма, защита протекционизма.

…….
Экономический словарь

Сениор (senior) Нассау Уильям (1790-1864) — английский экономист, один из поздних представителей классической школы. Экономические взгляды Сениора изложены в «Основных началах политической экономии» (1836) и……..
Экономический словарь

Стаффорд (stafford) Уильям (1554-1612) — английский экономист, представитель раннего меркантилизма. Предполагаемый автор (авторство оспаривается) памфлета «Краткое изложение некоторых обычных жалоб различных……..
Экономический словарь

Тауссиг (taussig) Фрэнк Уильям (1859-1940) — американский экономист, историк и социолог. Автор учебника «Основы политической экономии». Один из теоретиков концепции предельной производительности, выдвинутой……..
Экономический словарь

Уильям Годвин

— (1756-1836) — первый мыслитель, систематически изложивший и подробно обосновавший анархическое мировоззрение в своей книге «Исследование о политической справедливости. …….
Экономический словарь

Уильям Пети — Sir William Petty

1623-1687

Уильям Петти родился 26 мая 1623 в семье небогатого ремесленника-суконщика в Ромси (графство Хэмпшир). Он был натурой страстной и увлекающейся………
Экономический словарь

Уильям Стаффорд — William Stafford

(1554-1612)

Ульям Стаффорд был представителем раннего английского меркантилизма. Он является автором книги под названием «Критическое изложение некоторых……..
Экономический словарь

Бергманн Метод Лечения Навязчивых Состояний Бессознательное Влечение Барт (burt) Сирил Лодовик Бисексуальный, Бисексуальность Батарея Тестов Общих Способностей Бернулли, Тест Бирс Клиффорд | Beers, Clifford W. (1876-1943) Бетанидин Бугристый, Бугорчатый Балантидии Бласфемия Бифуркация Биомедицинская Терапия (или Лечение) Брейера Метод Гипнокатарсиса Бержерона Болезнь Бред Мессианской Миссии (мкб 295.

3) Болезнь Симмондса Брахицефалия Беньямина Синдром Булева Алгебра

Посмотреть в Wikipedia статью для

Бейтсон Уильям | Bateson, William (1861-1926)

Все страницы — Юнионпедия

Все страницы — Юнионпедия

Новый! Скачать Юнионпедия на вашем Android™ устройстве!

Установить

Более быстрый доступ, чем браузер!

Все страницы · Предыдущая (Бейсце (гмина)) · Следующий (Бейден-Пауэлл, Роберт)

Из:

Бейтсон, Грегори Бейтусы Бейтаун (тауншип, Миннесота)
Бейташур Бейташур Стивен Бейташур, Стивен
Бейтар Бейтар (футбольный клуб) Бейтар (футбольный клуб, Тель-Авив Рамла)
Бейтар (футбольный клуб, Тель-Авив) Бейтар (футбольный клуб, Иерусалим) Бейтар (город)
Бейтар (значения) Бейтар (крепость) Бейтар (Иерусалим)
Бейтар Тель-Авив Рамла Бейтар Шимшон Бейтар Иерусалим
Бейтар-Илит Бейтарт Бейтарт, Дрис
Бейтаныш Бейтиа Бейтиа, Рут
Бейтлер Бейтлер Вильгельм Готлиб Фридрих Бейтлер, Вильгельм Готлиб Фридрих
Бейтман Бейтман, Талита Бейтман, Жюстин
Бейтман, Джейсон Бейтман, Джейсон Кент Бейтман, Джеймс
Бейтмен Бейтмен, Мэри Бейтмен, Гарри
Бейтнер Бейтнер П. Бейтнер П. Л.
Бейтнер Пётр Львович Бейтнер Петр Бейтнер Петр Львович
Бейтнер, Пётр Бейтнер, Пётр Львович Бейтнер, Петр
Бейтнер, Петр Львович Бейтнер, Сэльма Блэр Бейтнер, Маркус Львович
Бейтостёлен Бейтостолен Бейтостелен
Бейтоштёлен Бейтоштолен Бейтон
Бейтон (значения) Бейтон Афанасий Иванович Бейтон, Афанасий
Бейтон, Афанасий Иванович Бейтон, Шон Бейтевех, Виллем
Бейтеизорг Бейтеиндоуттир, Сигридюр Бейтельсбах
Бейтен Бейтензорг Бейфут
Бейфилд (округ, Висконсин) Бейц Бейцухе
Бейца Бейцке, Генрих Людвиг Бейцке, Генрих-Людвиг
Бейч Бейч Александр Даллас Бейч, Александр Даллас
Бейчестер-авеню (линия Дайр-авеню, Ай-ар-ти) Бейхаки Бейхаки Абу-ль-Фазль Мухаммед ибн Хусейн
Бейхаки, Абу-ль-Фазл Бейхаки, Абу-ль-Фазль Бейхаки, Абу-ль-Фазль Мухаммед ибн Хусейн
Бейхаки, Абу-ль-Хасан Бейхаки, Абуль-Фазль Бейхан (эмират)
Бейхан Султан Бейхан-султан Бейхлингсталер
Бейрут Бейрут (река) Бейрут (аэропорт)
Бейрут (вилайет) Бейрут (значения) Бейрут (мухафаза)
Бейрут (провинция) Бейрут, вилайет Бейрут, город
Бейрутская фондовая биржа Бейрутская епархия Бейрути
Бейрути, Риад Бейры Бейра
Бейра (антилопа) Бейра (Мозамбик) Бейра Алта
Бейра Байша Бейра Литорал Бейра-Алта
Бейра-Риу Бейра-Рио Бейра-Рио (стадион)
Бейра-Мар Бейра-Мар (футбольный клуб) Бейра-Интериор-Норте
Бейра-Интериор-Сул Бейра-Байша Бейра-Гранде
Бейра-Литорал Бейрау Бейрау, Луати
Бейраух Бейраванд Бейраванд, Алиреза
Бейрак Бейрак Анатолий Александрович Бейрак, Анатолий Александрович
Бейрал-ду-Лима Бейрам Бейрам (значения)
Бейран Бейрбэккинг Бейрд
Бейрд Крис Бейрд, Крис Бейрд, Кристофер Патрик
Бейрд, Скотт Бейриш Бейрих
Бейрих Генрих Эрнст Бейрих Генрих-Эрнест Бейрих, Генрих Эрнст
Бейрнсдейл (Виктория) Бейре Бейре (Португалия)
Бейре (значения) Бейрес Бейард Тэйлор
Бейард Тейлор Бейарн Бейб
Бейб Рут Бейб Захариас Бейб: поросёнок в городе
Бейбут Куттыкожаулы Назаров Бейбут Амирханович Шуменов Бейбут Нугманов
Бейбут Назаров Бейбут Шуменов Бейбут Бакирович Атамкулов
Бейбут Есжанов Бейбутов Бейбутов Рашид Маджид оглы
Бейбутов Рашид Меджид оглы Бейбутов Шамси Мирзали оглы Бейбутов Энвер Меджид оглы
Бейбутов Меджид Бехбудалы оглы Бейбутов, Рашид Маджид оглы Бейбутов, Рашид Меджид оглы
Бейбутов, Шамси Мирзали оглы Бейбутов, Энвер Бейбутов, Энвер Меджид оглы
Бейбутов, Энвер Меджидович Бейбутов, Меджид Бейбутов, Меджид Бехбудалы оглы
Бейбулат Таймиев Бейбулат Мусаев Бейбулат Зайналович Мусаев
Бейбулатов Бейбулатов Темир-Булат Бейбулатов, Темир-Булат
Бейбулатов, Темирбулат Бейбулатов, Ирбайхан Адылханович Бейбулатов, Ирбайхан Адильханович
Бейбіт Төлеубайұлы Сапаралы Бейба Бейба, Махфуд Али
Бейбарс Бейбарс (эпос) Бейбарс I
Бейбарс II Бейбарс II аль-Джашанкир Бейбарыс
Бейбарыс (село) Бейбарыс (хоккейный клуб) Бейбарыс (значения)
Бейбарыс Атырау Бейбабалар Бейбала Асланович Ханкишиев
Бейбалаев Бейбалаев Вугар Бейбала оглы Бейбалаев, Вугар Бейбала оглы
Бейби шауэр Бейби-бум Бейбис Антонио Мендоса
Бейбис Мендоса Бейбис Мендоза Бейбис-Антонио Мендоса
Бейбит Оксикбаевич Исабаев Бейбит Амиржанович Татишев Бейбит Нугманов
Бейбит Татишев Бейбит Толеубайулы Сапаралы Бейбит Ыстыбаев
Бейбитшилик Бейбифейс Бейбл
Бейбл Радек Бейбл, Радек Бейблэйд
Бейблэйд: Горячий металл Бейблейд Бейбер
Бейберике Бейвель Бейвель Александр Францевич
Бейвель, Александр Францевич Бейгуль, Александр Николаевич Бейгулово
Бейгале Бейгиан Бейгиан, Джеймс Филлипп
Бейгл Бейгльбёк Бейгльбёк Вильгельм
Бейгльбёк, Вильгельм Бейгльбек Бейгльбек Вильгельм
Бейгльбек, Вильгельм Бейглер Бейгелюк
Бейгель Бейгель Яков Иосифович Бейгель, Яков Иосифович
Бейгельзимер Бейгельзимер Юлия Эммануиловна Бейгельзимер Глеб Яковлевич
Бейгельзимер, Юлия Бейгельзимер, Юлия Эммануиловна Бейгельзимер, Юлия Марковна
Бейгельзимер, Глеб Яковлевич Бейгельман Бейгельман, Давид
Бейдуллаев Бейдуллаев Али Хазрат Гули оглы Бейдуллаев, Али Хазрат Кули оглы
Бейдуллаев, Али Хазрат Гули оглы Бейда Бейда (значения)
Бейда (Ливия) Бейда Иван Мартынович Бейда, Иван Мартынович
Бейдац, Йоси Бейдж Бейдж-инжиниринг
Бейджхот Бейджхот У. Бейджхот Уолтер
Бейджхот, Уолтер Бейджик Бейджинжиниринг
Бейджор Бейджорцы Бейджесултан
Бейджент Бейджент, Майкл Бейдик, Александр Алексеевич
Бейдер Бейдер Александр Борисович Бейдер Х.
Бейдер Х. В. Бейдер Хаим Бейдер Хаим Волькович
Бейдер Владимир Хаимович Бейдер, Александр Бейдер, Александр Борисович
Бейдер, Райан Бейдер, Райан Дуэйн Бейдер, Ричард
Бейдер, Хаим Бейдер, Хаим Волькович Бейдер, Владимир Хаимович
Бейдербек, Бикс Бейдевинд Бейдеман
Бейдеман Александр Георгиевич Бейдеман Александр Егорович Бейдеман Михаил Степанович
Бейдеман, Александр Георгиевич Бейдеман, Александр Егорович Бейдеман, Михаил Степанович

Постфилософия.

Три парадигмы в истории мысли — Дугин Александр Гельевич » Страница 138 » Онлайн библиотека книг читать онлайн бесплатно и полностью

Тут можно читать бесплатно Постфилософия. Три парадигмы в истории мысли — Дугин Александр Гельевич. Жанр: Философия / Публицистика. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте mir-knigi.info (Mir knigi) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Назад 1 … 136 137 138 139 140 … 149 Вперед

Перейти на страницу: 123456789101112131415161718192021222324252627282930313233343536373839404142434445464748495051525354555657585960616263646566676869707172737475767778798081828384858687888990919293949596979899100101102103104105106107108109110111112113114115116117118119120121122123124125126127128129130131132133134135136137138139140141142143144145146147148149

При этом в фильме появляются какие-то «рационалисты», которые продолжают бороться в наше время с христианской традицией, как будто с ней уже не покончено несколько веков назад. Активный атеизм в атеистической цивилизации — диагноз и нечто уже несущее в себе элементы постмодерна. Кроме того, в фильме действуют парадийно злобные «Бен-Ладены» из Opus Dei.

Встаёт вопрос: «Что нам сообщил фильм? О чем он?» Одни говорят: «Фильм неплохой». Другие: «Полное дерьмо». Третьи: «Богохульство». Четвёртые: «Я ничего не понял». Но все его посмотрели, и то, чтобы все его посмотрели, и является главной задачей фильма. Не финансовой задачей. Не задачей подорвать чью-то веру, никакой веры в постмодерне ни у кого на самом деле нет. А если она есть, то люди просто «не проснулись». Факт демонстрации «Кода да Винчи» является самостоятельным, самозначимым актом. Это и есть классический образец гносеосимуляции. Фильм, который не повествовал ни о чем, но который привлек внимание, который вызвал желание его интерпретировать, спорить, смотреть. И вот он прошел. Новый сезон. Новый триллер, блокбастер заменил его, и от него не осталось ровным счетом ничего. Ни от Дэна Брауна, ни от людей, которые смотрели фильм, поставленный по его книге. Знаний ни положительных, ни отрицательных не прибавилось ни у одного из наблюдателей этого фильма, ни у создателей этого фильма. Прошел? — и хорошо.

Что это было? Это была гносеосимуляция. Было мнение, что это, мол, шаг по деконструкции христианского мифа. Но в наше время такая деконструкция — через привлечение эбионитской модели минимальной антропологической христологии — абсолютно неуместна. Только очень наивный человек может воспринять это как деконструкцию христианства. На самом деле, это ироничное издевательство над методом деконструкции, то есть над критическим приведением высказывания его контексту. Это подмигивание настоящих, фундаментальных постмодернистических нигилистов над самим процессом деконструкции. Это в каком-то смысле пост-постструктурализм.

В этом и состоит специфика реализации исчезновения гносеологического кода через смешение двух гносеологических парадигмальных кодов.

«Код да Винчи» интересен, потому, что это свидетельство раннего постмодерна. Здесь ещё ясно виден сбой. Видно, как устроена наползающая структура тотальной доминации отсутствующего кода в постмодерне. Нелепость и механицизм сюжетной линии, провальная игра актёров, нарочитый идиотизм сценария, гротескность и выпуклая прочерченность столкновения трёх концептуальных линий (ортодоксии, ереси и модерна) ещё несут в себе упрощённость и схематизм архитектурного плана. В более развитом постмодерне все эти огрехи, следы механических устройств, пот инженерной работы, неуклюжие диалоги будут тщательно заделаны, и догадаться о устройстве постмодернистского текста (кинофильма, игры, жизни) будет гораздо сложнее. Поэтому-то и стоит обратить на этот фильм внимание: он нам интересен, так как чрезвычайно плох и разоблачает основной ход постмодернистской игры, через напластование двух кодов, скрывающей (=вскрывающей) отсутствие собственного кода.

Переписать классику

Если мне скажут, что возможен постмодернистский текст, который не будет содержать отсылани к гносеологическому коду модерна, ни к гносеологическому коду Традиции, то я просто рассмеюсь, поскольку такое утверждение может быть построено исключительно на смутном и неточном понимании того, что такое гносеологический код Просвещения и что такое гносеологический код премодерна, Традиции. Иными словами, если этого смешения не будет, то любой текст поддается однозначной гносеологической интерпретации в рамках той или иной парадигмы. Значит, он не принадлежит постмодерну, а если он не принадлежит постмодерну, то мы его не рассматриваем, ибо он остался в (условном) прошлом. И в наше время его прочтение просто невозможно.

Таким образом и возникает необходимость переделать и переосмыслить произведения и классического модерна, и премодерна, создав некий постмодернистский remake тех произведений, систем и структур, которые существовали в рамках гносеологических моделей премодерна или модерна.

Есть удачные примеры, например, песня музыканта Псоя Короленко о «Невском проспекте». В короткой, на постмодернистский манер, песне, Псой ёмко и предельно точно пересказывает «Невский проспект» Гоголя. Это образец великолепного постмодерна. А есть и неудачные примеры постмодерна (их намного больше). Например, фильм «Даун-хаус» — попытка гламурного актёра из золотой молодежи Фёдора Бондарчука и Ивана Охлобыстина, бывшего хулигана, ставшего позже попом (!), переложить на постмодернистический лад «Идиота» Достоевского. Хотя у создателей «Даун-хауса» совсем ничего не получилось, их попытка перепоставить классику похвальна. Кто-то сделает это лучше. Клипы по Достоевскому. «Преступление и наказание» в комиксах…

В целом же без переложения на стилистику постмодерна мы просто не способны дешифровать послания предшествующих парадигм. В постмодерне без этого мы вообще ничего (скоро будем) не способны воспринять.

В эпоху постмодерна всякое знание либо является гносеосимуляцией и интегрировано в этот процесс, либо его нет вообще — т.е. попадает в сферу строгого ничто, остается за скобками и абсолютно нигде не существует.

Короткое замыкание лингвистики (по Дж. Бейтсону)

Единственным знанием в постмодерне является гносеосимуляция или симулякр знания, поскольку в процессе смешения двух кодов как раз и происходит смешение между субъектом и объектом, их взаимное исчезновение через короткое замыкание.

Есть такой интересный психолог и лингвист Джордж Бейтсон, один из основателей современной психолингвистики, чьи ушлые последователи с коммерческой жилкой изобрели НЛП. .. Но Бейтсон здесь не при чем, он был настоящим учёным и искренним человеком. Так вот, Бейтсон писал о том, что одним из распространённых инструментов формирования психических расстройств в раннем детстве является косноязычие родителей. Не способные совладать со своей речью родители иногда говорят своему ребенку: «подойди ко мне подальше» или: «ну это, сделай это, ну, это самое…» или дают другие крайне приблизительные или противоречивые установки. Так постепенно формируется разлад психики ребёнка, включая ряд характерных биологических дисфункций.

Точно так же постоянное смешение двух гносеологических кодов в классическом дискурсе постмодерна создает из нас, зрителей и участников этого гносесимуляционного процесса (так как все мы, здесь сидящие и не сидящие, являемся, безусловно, частями этого процесса симулякра знаний), сумасшедших с расстроенными психо-физиологическими функциями. У косноязычных, умственно отсталых или просто слишком спешащих, усталых и измотанных родителей формирование из ребёнка шизофреника происходит случайно. А в постмодерне смешение парадигм является программным. Это осознанный метод, направленный на стирание субъекта, через его смешение с объектом, через его катастрофу и падение в экран.

Экстатический топос

Таким образом, в симулякре знаний происходит некое жонглирование постгносеологическими квантами, которые можно назвать экстатическим топосом постгносеологии.

Например, нам что-то показывают или рассказывают, мы оживляемся, нам весело, идут некие токи, растёт напряжение… Нам показывают другое, мы следим за этим, нам становится скучно, мы засыпаем… Потом опять что-то мелькнуло интересное…

Весь процесс знаний в постмодерне построен между этими экстатическими топосами, которые нас оживляют. «Не дай себе засохнуть» или «познай Вселенную за один миг» и «инопланетяне среди нас» — и мы сразу включаемся, и потом остываем, когда нам по каналу «Спас» в программе «Философские чтения» рассказывают о Канте. Кого-то, может быть, Кант и вдохновляет, но опять же: для того чтобы в постмодерне читать или преподавать Канта, должно периодически сопровождать это определенными анекдотами. И чем дальше, тем больше анекдотов, потому что внимание студентов становится всё более кратким. Отсюда нынешние «философские» издания: Хайдеггер в комиксах или голый Хайдеггер в книжке-раскраске, которому студентам цветными карандашами рекомендуется пририсовать рожки…

Назад 1 … 136 137 138 139 140 … 149 Вперед

Перейти на страницу: 123456789101112131415161718192021222324252627282930313233343536373839404142434445464748495051525354555657585960616263646566676869707172737475767778798081828384858687888990919293949596979899100101102103104105106107108109110111112113114115116117118119120121122123124125126127128129130131132133134135136137138139140141142143144145146147148149

Дугин Александр Гельевич

Дугин Александр Гельевич — все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.

Открытая система

Материал из свободной русской энциклопедии «Традиция»  

Откры́тая систе́ма:

  • В физике — система, обменивающаяся веществом, энергией и информацией с внешним, по отношению к системе, миром, в отличие от закрытой системы, у которой отсутствует какой-либо обмен материей с окружающей средой. В термодинамике c закрытой, изолированной и замкнутой системами тесно связано явление возрастания энтропии.

В открытых системах могут происходить явления самоорганизации, усложнения или спонтанного возникновения порядка.

  • В информатике — аппаратура и/или программное обеспечение, обеспечивающие переносимость и совместимость с другими компьютерными системами. См. открытая система (информатика).
  • Открытая система в биологии — организмы, устойчивые лишь при условии непрерывного поступления в них энергии и вещества из окружающей среды.
  • Открытая система в менеджменте и маркетинге — система, которая взаимодействует с окружающей её средой в информационном, энергетическом, вещественном и других аспектах и является стабильной только при сохранении такого обмена.

См. также

  • Термодинамическая система
  • Открытая система (квантовая механика)
  • Открытая система (статистическая механика)
  • Закрытая система
  • Изолированная система
  • Замкнутая система

Внешние ссылки

  • Open system
  • Open circuit
  • Open and closed systems in social science
  • Open system of learning, where information is sourced from multiple sources
  • Open Systems Accounting Software, accounting and business software

 

Глобальная структура знания в области систем, наук о системах и учёных в этой области

Категории

Категория:Динамические системы • Категория:Концептуальные системы • Категория:Науки о системах • Категория:Системология • Категория:Системы • Категория:Социальные системы • Категория:Теория систем • Категория:Физические системы • Категория:Учёные в области науки о системах

Системы

Автоматизированная система • Биологическая система • Водородная система • Глобальная система позиционирования • Динамическая система • Закрытая система • Интеллектуальная система • Информационная система • Концептуальная система • Культурная система • Метасистема • Метрическая система • Многоагентная система • Нелинейная система • Нервная система • Операционная система • Открытая система • Политическая система • Программная система • Самообучающаяся система • Саморегулирующаяся система • Сенсорная система • Система • Система измерений • Система органов человека • Система управления • Сложная система • Сложная адаптивная система • Солнечная система • Социальная система • Термодинамическая система • Физическая система • Формальная система • Экономическая система • Экологическая система • Экспертная система • Юридическая систeма

Области исследований

Бесконечная вложенность материи • Законы философии • Кибернетика • Логистика • Науки о системах • Синкретика • Системная биология • Системная динамика • Системная экология • Системотехника • Тектология • Теория бифуркаций • Теория динамических систем • Теория катастроф • Теория систем • Теория сложных систем • Теория социотехнических систем • Теория управления • Теория хаоса • Термодинамика • Философия носителей • Холизм

Учёные в области теории систем

Рассел Акофф • Владимир Арнольд • Бела Банати • Грегори Бейтсон • Ричард Беллман • Карл Людвиг фон Берталанфи • Энтони Стаффорд Бир • Мюррей Бовен  • Александр Богданов • Кеннет Булдинг • Кевин Варвик • Франциско Варела • Джон Варфилд • Антоний Вилден • Норберт Винер • Джордж Данциг • Джордж Клир • Эдвард Нортон Лоренц • Никлас Луман • Гумберто Матурана • Маргарет Мид • Михайло Месарович • Донелла Мидоуз • Джеймс Грир Миллер • Джон фон Нейман • Говард Одум • Толкотт Парсонс • Гелий Поваров • Илья Пригожин • Анатолий Рапопорт • Рене Том • Сергей Федосин • Джей Форрестер • Хейнц фон Фёрстер • Дебора Хаммонд • Питер Чекленд • Уэст Чёрчмен • Клод Шеннон • Уильям Эшби

 

📖 Кибернетика «Я»: Теория алкоголизма[28], Форма и паталогия взаимоотношений.

Экология разума. Бейтсон Г. Страница 28. Читать онлайн pdf

«Логика» алкогольной зависимости озадачивает психиатров не меньше, чем «логика» того напряженного духовного режима, посредством которого организация «Анонимные алкоголики» (АА) способна противостоять этой зависимости. В данной статье выдвинуты следующие предположения:

(1) кибернетика и теория систем дают возможность создать совершенно новую эпистемологию, включающую новое понимание психики, «Я», человеческих отношений и власти;

(2) зависимый алкоголик в трезвом состоянии действует в русле эпистемологии, хотя и традиционной для западной культуры, но неприемлемой с точки зрения теории систем;

(3) состояние алкогольной интоксикации дает алкоголику частичный и субъективный прорыв к более правильному состоянию сознания;

(4) теология АА тесно связана с кибернетической эпистемологией.

Идеи, на которых основана настоящая статья, возможно, все без исключения знакомы психиатрам, имевшим дело с алкоголиками, или философам, размышлявшим о возможностях приложения кибернетики и теории систем. Единственная новизна предлагаемого тезиса заключается в серьезном использовании этих идей в качестве предпосылок аргументации, а также в соединении общеизвестных идей из двух весьма различных сфер мысли.

Первоначально мною планировалось системно-теоретическое исследование алкогольной зависимости, в котором я собирался использовать данные из публикаций АА (казалось, только у них одних есть серьезные успехи в работе с алкоголиками). Однако скоро стало ясно, что религиозные взгляды и организационная структура АА сами представляют большой интерес для теории систем, а также, что в сферу моих исследований надо включить не только предпосылки возникновения алкоголизма, но также предпосылки системы его лечения в АА, равно как и основы организации АА.

Моя признательность АА станет очевидна в дальнейшем, так же как, я надеюсь, и мое уважение к этой организации и особенно к необыкновенной мудрости ее соучредителей — Билла У. (В/7/ ИЛ) и доктора Боба (Dr. Bob).

Хочу также выразить мою признательность небольшой группе пациентов-алкоголиков, с которыми я интенсивно работал около двух лет в 1949-1952 гг. в Госпитале ветеранов (Пало-Альто, Калифорния). Следует упомянуть, что в дополнение к страданиям от алкоголизма эти люди имели другие диагнозы — главным образом «шизофрения». Некоторые из них были членами АА. Боюсь, я ничем не смог им помочь.

Проблема

Часто полагают, что «причины» алкоголизма следует искать в трезвой жизни алкоголика. В своих трезвых проявлениях алкоголики обычно описываются как «незрелые», «фиксированные на матери», «оральные», «гомосексуальные», «пассивно-агрессивные», «боящиеся успеха», «гордые», «сверхчувствительные», «дружелюбные» либо просто «слабые». Однако обычно не исследуются логические импликации этих представлений:

(1) Если трезвая жизнь алкоголика так или иначе заставляет его пить, т.е. подталкивает к интоксикации, не приходится ожидать, что некая процедура, укрепляющая стиль его жизни в трезвом состоянии, сможет уменьшить либо взять под контроль его тягу к алкоголю.

(2) Если стиль его трезвой жизни заставляет его пить, то в этом стиле должна быть заключена ошибка (патология), и интоксикация призвана обеспечивать по крайней мере некоторую субъективную коррекцию этой ошибки. Другими словами, если трезвость в каком-то смысле «ошибочна», то интоксикация должна быть в некотором смысле «истинна». Старая фраза in vino veritas [«истина в вине» — лат.] может содержать истину более глубокую, чем обычно полагают.

(3) Альтернативно можно было бы предположить, что в трезвом состоянии алкоголик в некотором смысле более «нормален», чем окружающие, и эта ситуация для него непереносима. Я слышал доводы алкоголиков в пользу этой гипотезы, но проигнорирую ее в этой статье. Думаю, Бернард Смит (Bernard Smith), представитель АА, но сам не алкоголик, близко подошел к объяснению ее возникновения, когда сказал: «…Член АА никогда не был порабощен алкоголем. Алкоголь просто служил убежищем от порабощения личности ложными идеалами материалистического общества» (Alcoholics…, 1957). Однако здесь дело не столько в восстании против «безумных» идеалов окружающих, сколько в спасении от своих собственных безумных постулатов (предпосылок), постоянно подкрепляемых окружающими. Тем не менее возможно, что по сравнению со здоровым, нормальным человеком алкоголик более уязвим или более чувствителен к тому факту, что безумные (однако общепринятые) постулаты заводят его в тупик.

(4) Таким образом, предлагаемая теория алкоголизма постулирует взаимодополнение (converse matching) трезвости и интоксикации, считая, что вторую можно рассматривать как подходящую субъективную коррекцию первой.

(5) Конечно, во многих случаях люди используют алкоголь и даже крайнюю интоксикацию как анестезию от обычного горя, обиды или физической боли. Можно было бы утверждать, что «обезболивающее» действие алкоголя способно обеспечить степень взаимодополнения трезвости и интоксикации, достаточную для наших теоретических целей. Я, однако, исключаю эти случаи из рассмотрения как не имеющие отношения к проблеме рецидивного (или аддик-тивного) алкоголизма, даже несмотря на тот несомненный факт, что «горе», «обида» и «фрустрация» повсеместно используются зависимыми алкоголиками как оправдание для выпивки.

Таким образом, мне потребуется более специфическое проявление взаимодополнения трезвости и интоксикации, чем простая анестезия.

Трезвость

Друзья и близкие алкоголика обычно уговаривают его «быть сильным» и «бороться с искушением». Не вполне ясно, что они имеют в виду, однако важно, что сам алкоголик, пока он трезв, обычно соглашается с их взглядом на свою «проблему». Он верит, что мог бы (или ему по крайней мере следовало бы) быть «капитаном своей души» [1]. Однако для алкоголизма характерно, что после «той самой первой рюмки» мотивация к трезвости обращается в ноль. Типичное описание этой ситуации — открытая борьба между «Я» и «зеленым змием». Скрыто же алкоголик может планировать или даже тайно делать запасы для очередной попойки, однако практически невозможно (в условиях клиники) заставить трезвого алкоголика планировать очередную попойку открыто. Похоже, что, будучи «капитаном своей души», он не может открыто желать или приказывать себе быть пьяным. «Капитан» может приказывать только быть трезвым, однако его приказы не выполняются.

1 Эта фраза используется в организации АА для высмеивания алкоголика, старающегося использовать силу воли против бутылки. Эта цитата, как и строчка «Моя голова в крови, но не склонена. ..», взята из стихотворения «Непобедимый» Уильяма Эрнста Хенли (Invictis, William Ernest Henley), который был калекой, но не алкоголиком. Использование воли для преодоления боли и физической беспомощности, вероятно, нельзя сравнивать с использованием воли алкоголиком.

Билл У., соучредитель АА и сам алкоголик, отсекает всю эту мифологию конфликта сразу в самой первой из знаменитых «Двенадцати ступеней АА». Первая ступень требует, чтобы алкоголик признал, что он бессилен против алкоголя. Эта ступень обычно рассматривается как «признание поражения», и многие алкоголики либо неспособны ее достичь, либо достигают только на короткое время в период угрызений совести, следующих за попойкой. АА не считает такие случаи перспективными, эти алкоголики еще не «достигли дна», их отчаяние неадекватно, и после более или менее короткого трезвого эпизода они снова будут пытаться использовать «самоконтроль» для преодоления «искушения». Такой алкоголик не может или не хочет согласиться, что будь он хоть пьяным, хоть трезвым, вся его личность есть личность алкоголическая, неспособная осмысленно противостоять алкоголизму. Листовка АА формулирует это так: «Попытка использовать силу воли подобна попытке поднять себя за шнурки ботинок».

Вот первые две ступени АА:

1) Мы признаем, что мы бессильны против алкоголя, что наши жизни стали неуправляемыми.

2) Мы пришли к убеждению, что Сила, большая, чем мы сами, способна избавить нас от безумия (Alcoholics…, 1939).

В комбинации этих двух ступеней имплицитно содержится необыкновенная и, я полагаю, правильная идея: переживание поражения не только помогает убедить алкоголика в необходимости перемен, но также является первым шагом к этим переменам. Быть побежденным бутылкой и осознать это — первый «духовный опыт». Миф о власти над самим собой разрушается демонстрацией превосходящей силы.

Вкратце, я буду доказывать далее, что «трезвость» алкоголика характеризуется необычайно пагубным вариантом картезианского дуализма, т.е. разделения между сознанием и материей, или же, как в данном случае, между сознательной волей (или «Я») и всей остальной личностью. Билл У. сделал гениальный ход, сломав на первой же ступени структуру этого дуализма.

С философской точки зрения, эта первая ступень — не столько капитуляция, сколько просто перемена в эпистемологии, перемена в том способе, каким осмысливается «личность в мире». Существенно, что эта перемена есть переход от неправильной к более правильной эпистемологии.

Эпистемология и онтология

Философы выделили и описали два типа проблем. Первый — это проблемы того, каковы вещи, что есть личность и каков этот мир — т.е. проблемы онтологии. Второй тип — это проблемы того, каким образом мы что-либо знаем, или, более точно, каким образом мы узнаём, каков этот мир, и что мы за существа, которые вообще могут знать нечто (или, возможно, ничего) о данном предмете. Это проблемы эпистемологии. Как на онтологические, так и на эпистемологические вопросы философы пытаются найти истинные ответы.

Но натуралист, наблюдающий человеческое поведение, задаст совершенно другие вопросы. Если он является культурным релятивистом, то может согласиться с теми философами, которые полагают, что «истинная» онтология умопостижима, но не станет спрашивать, «истинна» ли онтология наблюдаемых им людей. Он станет ожидать, что их эпистемология культурно детерминирована или даже идиосинкразична, а также то, что культура в целом имеет смысл в данной эпистемологии или онтологии.

Если, с другой стороны, ясно, что локальная эпистемология ложна, натуралист должен быть внимателен к той возможности, что культура как целое либо никогда не будет иметь «смысла», либо будет осмысленной только при ограниченных условиях, которые могут быть разрушены контактом с другими культурами и новыми технологиями.

Нельзя разделить онтологию и эпистемологию в естественной истории человека. Его убеждения (обычно бессознательные) о том, чем является этот мир, определяют то, как он его видит и как в нем действует, а способы восприятия и действия будут определять его убеждения о природе этого мира. Таким образом, живой человек включен в сеть эпистемологических и онтологических предпосылок, которые, вне зависимости от их фундаментальной истинности или ложности, становятся для него частично самоподтверждающимися (Ruesch, Bateson, 1951).

Очень неудобно постоянно ссылаться одновременно и на «эпистемологию» и на «онтологию», но было бы неправильно полагать, что в естественной истории человечества их можно разделить. Создается впечатление, что не существует подходящего слова, выражающего комбинацию этих двух концептов. Наиболее близки «когнитивная структура» или «структура характера», но эти термины не вполне способны передать, что здесь важен блок привычных предположений (предпосылок), имплицитно встроенных в отношения между человеком и средой, и эти предпосылки могут быть как истинными, так и ложными. Поэтому я буду в этой статье пользоваться одним термином «эпистемология» для описания обоих аспектов сети предпосылок, управляющих адаптацией (или дезадаптацией) к человеческому и физическому окружению. Как сказал бы Джордж Келли (George Kelly), это правила, согласно которым индивид «конструирует» свой опыт.

Меня особенно интересуют две группы предпосылок: те, на которых построены западные концепции «Я», и те, которые способны корректировать некоторые из самых крупных ошибок, связанных с западными концепциями.

Эпистемология кибернетики

Ново и удивительно то, что ныне мы можем частично ответить на некоторые из этих вопросов. За прошедшие 25 лет был достигнут необычайный прогресс наших знаний о том, что есть среда, что есть организм и, особенно, что есть разум (mind). Этим продвижением мы обязаны кибернетике, теории систем, теории информации и смежным с ними наукам.

Теперь мы знаем достаточно определенно, что древний вопрос, является ли разум имманентным или трансцендентным, может быть решен в пользу имманентности. Этот ответ более экономен в отношении объяснительных сущностей, нежели любой трансцендентный ответ, поэтому он по меньшей мере в негативном аспекте опирается на «бритву Оккама».

В позитивном же смысле мы можем теперь утверждать, что всякий как-либо действующий комплекс событий и объектов, имеющий достаточную сложность каузальных цепей и соответствующие энергетические соотношения, несомненно, может обнаруживать ментальные характеристики. Он будет сравнивать, т. е. реагировать на различие (в дополнение к влиянию обычных физических «причин», таких как толчок или сила). Он будет «обрабатывать информацию» и неизбежно самокорректироваться либо в направлении гомеостатического оптимума, либо в направлении максимизации некоторых переменных.

«Бит» информации можно определить как различимое различие (a difference that makes a difference). Такое различие, перемещающееся вдоль цепи и претерпевающее в ней последовательные трансформации, есть элементарная идея.

Наиболее существенно в данном контексте наше знание о том, что никакая часть такой внутренне интерактивной системы не может иметь одностороннего контроля ни над остальной системой, ни над любой ее частью. Ментальные характеристики присущи (имманентны) комплексу в целом.

Этот холистский характер очевиден даже в очень простых самокорректирующихся системах. В паровой машине «с регулятором» само слово «регулятор» будет ошибочным употреблением термина, если подразумевает, что эта часть системы обладает односторонним контролем. По сути, регулятор — это чувствительный орган или преобразователь, получающий трансформу различия между актуальными оборотами двигателя и некими идеальными (или предпочтительными) оборотами и преобразующий эти различия в различия неких эфферентных сигналов (например, сигналов подачи топлива или торможения). Другими словами, поведение регулятора определяется поведением других частей системы, а также косвенно его собственным поведением в прошлом.

Холистический и ментальный характер системы наиболее ясно демонстрируется этим последним фактом, т.е. тем, что поведение регулятора (и, разумеется, любого другого участка каузальной цепи) частично определяется его собственным предшествующим поведением. Послание (т.е. последовательные трансформы различия) должно пройти через весь контур, и время, требуемое для того, чтобы послание вернулось в точку отправления, является базовой характеристикой системы в целом. Таким образом, поведение регулятора (или любой другой части контура) до некоторой степени определяется не только его непосредственным прошлым, но также и тем, что он делал в пределах интервала времени, необходимого для обхода контура. Следовательно, даже простейший кибернетический контур имеет нечто вроде детерминирующей памяти.

Стабильность системы (т.е. будет ли она самокорректироваться, осциллировать или же пойдет вразнос) зависит от отношения между операциональными продуктами всех трансформаций различия вдоль контура и от этого характеристического времени. «Регулятор» не имеет контроля над этими факторами. Даже человек, правящий социальной системой, связан теми же ограничениями. Им управляет информация, приходящая из системы, и он должен адаптировать свои действия к ее временным характеристикам и к результатам своих прошлых действий.

Таким образом, ни в одной системе, обнаруживающей ментальные характеристики, никакая часть не может односторонне контролировать целое. Другими словами, ментальные характеристики системы имманентны системе в целом, а не какой-то ее части.

Важность этого вывода проясняется, когда мы задаем вопрос: «Может ли компьютер мыслить?» или «Находится ли психика в мозгу?» Ответ на оба вопроса будет отрицательным, если только не касается некоторых частных ментальных характеристик, локализованных внутри компьютера или мозга. Компьютер способен к саморегуляции в отношении некоторых своих внутренних переменных. Например, он может иметь термометры или другие сенсорные органы, реагирующие на различия его рабочей температуры, и реакция этих органов на возникающие различия может передаваться вентилятору, который в свою очередь корректирует температуру. Следовательно, мы можем сказать, что система обнаруживает ментальные характеристики по отношению к своей рабочей температуре. Но было бы неправильно сказать, что основная работа компьютера — преобразование входных различий в выходные различия — есть «ментальный процесс». Компьютер есть только сегмент большего контура, всегда включающего человека и среду, из которой приходит информация и на которую воздействуют эфферентные сигналы из компьютера. Будет вполне законным приписать этой полной системе ментальные характеристики. Она действует методом проб и ошибок и способна к творчеству.

Аналогично, можно сказать, что «психика» имманентна контурам мозга, заключенным внутри мозга. Либо, что она имманентна контурам, заключенным внутри системы «мозг плюс тело». Либо, наконец, что она имманентна более широкой системе «человек плюс среда».

В принципе, если мы хотим объяснить или понять ментальный аспект любого биологического события, необходимо принять во внимание систему, т.е. сеть замкнутых контуров, внутри которых задано это биологическое событие. Но если мы хотим объяснить поведение человека или любого другого организма, эта «система», как правило, не будет иметь тех же границ, что и «Я» (в том смысле, в каком этот термин обычно и разнообразно понимается).

Представим себе человека, рубящего дерево топором. Каждый удар топора модифицируется или корректируется в соответствии с формой заруба, оставленного на дереве предыдущим ударом. Этот самокорректирующийся (т.е. ментальный) процесс представлен полной системой «дерево => глаза => мозг => мышцы => топор -> заруб -> дерево», и именно эта полная система имеет характеристики имманентного разума.

Более точно следует представлять систему так: [различия в дереве] => [различия в сетчатке глаза] =>[различия в мозге] => [различия в мышцах] => [различия в движениях топора] -> [различия в дереве]. То, что переносится вдоль цепи, есть трансформы различий. Как говорилось выше, различимое различие есть идея, или единица информации.

Но средний западный человек видит последовательность событий при рубке дерева совсем не так. Он говорит: «Я срубил дерево», веря при этом, что существует поддающийся выделению субъект, «Я», который совершил поддающееся выделению «целенаправленное» действие над поддающимся выделению объектом.

Вполне допустимо сказать, что «биллиардный шар А ударил по биллиардному шару В и послал его в лузу»; в той же мере допустимо (если бы это было возможно) дать полное естественнонаучное описание событий в контуре, содержащем человека и дерево. Но обыденная манера изъясняться включает в высказывания сознание, поскольку применяет личное местоимение. Затем сознание «заключается» внутрь человека, а дерево овеществляется, чем достигается смесь ментализма и физикализма. В конечном счете сознание тоже овеществляется: если «Я» действует на топор, который действует на дерево, то «Я» тоже должно быть «вещью». Синтаксический параллелизм между высказываниями «Я ударил по биллиард-ному шару» и «Шар ударил по другому шару» может порождать только заблуждения.

Эта путаница немедленно становится очевидной, если спросить о границах и локализации «Я». Представим себе слепого человека с папкой. Где начинается «Я» слепого человека? На конце палки? В ручке палки? Где-то посередине? Эти вопросы бессмысленны, поскольку палка — это проводник, по которому передаются трансформированные различия. Провести разграничительную линию поперек этого проводника — значит вырезать часть системного контура, определяющего движения слепого человека.

Аналогично, его органы чувств являются преобразователями либо проводниками информации, так же как его аксоны и т. д. С системно-теоретической точки зрения метафора «импульса», двигающегося по аксону, только вводит в заблуждение. Правильнее было бы сказать, что двигается различие, или трансформа различия. Метафора «импульса» предполагает естественнонаучный тип мышления, который слишком легко порождает глупости вроде «психической энергии». Тот, кто говорит подобные глупости, не учитывает информационного смысла пассивности. Пассивное состояние аксона так же отличается от активного, как активное от пассивного. Следовательно, пассивность и активность имеют равное информационное значение. Сообщение об активности может быть принято как значимое только тогда, когда сообщение о пассивности тоже достоверно.

Неправильно даже говорить про «сообщение об активности» и «сообщение о пассивности». Следует всегда помнить, что информация есть трансформа различия, и лучше называть одно сообщение «активность, а не пассивность», а другое — «пассивность, а не активность».

Подобные рассуждения применимы и к кающемуся алкоголику. Он не может просто выбрать «трезвость». В лучшем случае он мог бы выбрать только «трезвость, а не пьянство». Его вселенная остается поляризованной и всегда несет в себе обе альтернативы.

Целостная самокорректирующаяся система, которая обрабатывает информацию (или, как говорят, «думает», «действует» и «решает») — это система, чьи границы отнюдь не совпадают с границами тела либо того, что в обиходе зовется «Я» или «сознанием». Важно отметить, что существует множество различий между думающей системой и «Я» в популярном понимании.

(1) Система не является трансцендентной сущностью, которой обычно считается «Я».

(2) Идеи имманентны сети каузальных путей, проводящих трансформы различия. «Идеи» системы во всех случаях, как минимум, бинарны по своей структуре. Они не «импульсы», а информация.

(3) Эта сеть проводников не ограничивается сознанием, но простирается на все бессознательные процессы — как автономные, так и вытесненные, нейронные и гормональные.

(4) Эта сеть не ограничена поверхностью кожи, но включает все внешние пути, по которым может двигаться информация. Она также включает те эффективные различия, которые имманентны «объектам» такой информации. Она включает звуковые и световые каналы, по которым передвигаются трансформы различий, исходно имманентных вещам и другим людям, — а особенно нашим собственным действиям.

Важно отметить, что основные догмы популярной эпистемологии (а я полагаю, что они ошибочны) взаимно усиливают друг друга. Например, если отбросить популярное предположение о трансцендентности «Я», то ему на замену немедленно приходит предположение об имманентности «Я» телу. Но эта альтернатива неприемлема, поскольку значительные участки мыслительной сети расположены вне тела. Так называемая проблема «тело-разум» («body-mind») ошибочно поставлена в терминах, приводящих к парадоксу: если предположить, что разум имманентен телу, тогда он должен быть трансцендентен. Если же он трансцендентен, то тогда он должен быть имманентен, и т.д. (Collingwood, 1945).

Аналогично, если исключить бессознательные процессы из «Я» и назвать их «чуждыми эго», то эти процессы приобретают субъективную окраску «побуждений» или «сил», после чего это псевдодинамическое качество распространяется на сознательное «Я», пытающееся сопротивляться «силам бессознательного». Тем самым, «Я» становится организацией кажущихся «сил». Таким образом, популярный взгляд, уравнивающий «Я» с сознанием, приводит к мнению, что идеи являются «силами». Это убеждение поддерживается предположением, что аксоны переносят «импульсы». Разобраться с этой путаницей непросто.

Сейчас мы исследуем структуру поляризации алкоголика. Что же чему противостоит в эпистемологически ущербном решении «Я буду бороться с бутылкой»?

Алкоголическая «гордость»

Алкоголики являются философами в том универсальном смысле, в каком все люди (а также все млекопитающие) управляются в высшей степени абстрактными принципами, которых они либо не осознают, либо же не отдают себе отчета в том, что принципы, управляющие их восприятием и действиями, являются философскими. Расхожее ошибочное название для таких принципов — «чувства» (Bateson, 1963).

Эта ошибка естественно вытекает из англо-саксонской эпистемологической тенденции материализовать либо относить к телу все периферические для сознания ментальные феномены. Без сомнения, эта ошибка подкрепляется тем фактом, что осуществление и/или фрустрация этих принципов часто сопровождается висцеральными и прочими телесными ощущениями. Тем не менее, я полагаю, что Паскаль был прав, когда сказал: «У сердца есть свои резоны, о которых рассудок ничего не знает».

Но читатель не должен ожидать, что алкоголик предоставит связную картину. Когда базовая эпистемология полна ошибок, ее производные неизбежно либо внутренне противоречивы, либо имеют весьма ограниченную сферу действия. Из бессвязного набора аксиом нельзя получить связный блок теорем. В подобных случаях попытка быть связным ведет либо к чрезвычайному возрастанию сложности, что характерно для психоаналитической теории и христианской теологии, либо к чрезвычайно узкой точке зрения, что характерно для современного бихевиоризма.

Я продолжу исследование типичной для алкоголиков «гордости», чтобы показать, что этот принцип их поведения возникает из странной дуалистической эпистемологии, характерной для западной цивилизации.

Удобный способ описания таких принципов, как «гордость», «зависимость», «фатализм» и т.д., состоит в том, чтобы так исследовать принцип, как если бы он являлся результатом вторичного обучения (deutero-leaming), и задаться вопросом, какой контекст обучения мог бы предположительно внушить этот принцип [2].

2 Это использование формальной контекстуальной структуры как описательного механизма не обязательно предполагает, что обсуждаемый принцип был действительно частично или полностью выучен в контексте, имеющем подходящую формальную структуру. Принцип мог быть генетически детерминирован, но тем не менее возможно, что принцип лучше всего описывается формальными признаками того контекста, в котором он проявился. Именно эта уместность поведения для данного контекста делает трудным или даже невозможным определить, детерминирован ли принцип генетически или же он выучен в данном контексте (см.: «Социальное планирование и концепция вторичного обучения» в этой книге).

(1) Ясно, что принцип жизни алкоголика, который АА называют «гордостью», контекстуально не структурирован вокруг прошлых достижений. Это слово не используется для обозначения гордости за что-то совершенное. Акцент ложится не на «Я преуспел», а скорее на «Я могу». Это навязчивое желание принять вызов, отрицание утверждения «Я не могу».

(2) После того как алкоголик начал страдать от алкоголизма или сделался мишенью для упреков, этот «принцип гордости» мобилизуется на поддержку утверждения «Я могу оставаться трезвым». Однако характерно, что успех этого начинания разрушает «вызов». Как говорят в АА, алкоголик начинает «петушиться». Он ослабляет свою решимость, осмеливается выпить и впадает в запой. Мы можем сказать, что контекстуальная структура трезвости изменяется с ее достижением. На этой стадии трезвость больше не является подходящим контекстуальным поводом для «гордости». Теперь вызовом является риск выпивки, провоцирующий фатальное «Я могу».

(3) АА настойчиво подчеркивают, что это изменение контекстуальной структуры ни в коем случае не должно произойти. Они реструктурируют весь контекст тем, что снова и снова утверждают: «Единожды алкоголик — навсегда алкоголик». Они пытаются заставить алкоголика поместить алкоголизм внутрь себя, во многом подобно юнговскому аналитику, пытающемуся помочь пациенту открыть свой «психологический тип» и научиться жить с сильными и слабыми сторонами этого типа. Напротив, контекстуальная структура алкоголической «гордости» помещает алкоголизм вне своего Я: «Я могу сопротивляться выпивке».

(4) Компонент вызова алкоголической «гордости» связан с принятием риска. Принцип можно выразить словами: «Я могу совершить нечто такое, где успех маловероятен, а неудача будет катастрофой». Ясно, что на этом принципе не может основываться длительная трезвость. Как только появляется вероятность успеха, алкоголик чувствует вызов рискнуть выпить. Элемент «невезения» или «вероятности» неудачи помещает неудачу вне границ самого себя. «Если случится неудача, то она не моя». Алкоголическая «гордость» последовательно сужает концепцию «Я», помещая происходящее вне границ его компетенции.

(5) Принцип «рискуй и гордись» в конечном счете равносилен самоубийству. Бывает неплохо однажды проверить, на твоей ли стороне вселенная, но делать это снова и снова со все увеличивающейся настойчивостью значит рано или поздно убедиться, что вселенная тебя ненавидит. Тем не менее, отчеты АА постоянно показывают, что на самом дне отчаяния гордость иногда предотвращает самоубийство. Добивающий удар не должен быть получен от самого «себя» (смотри историю Билла У. в: Alcoholics…, 1939).

Гордость и симметрия

Так называемая «гордость» алкоголика всегда предполагает реального или фиктивного «другого». Поэтому полное контекстуальное определение этой гордости требует характеристики реального или воображаемого отношения к этому «другому». Первым шагом в этой задаче будет квалификация отношения либо как «симметричного», либо как «комплементарного» (Bateson, 1936). Когда «другой» является продуктом бессознательного, сделать это совсем не просто, но мы увидим, что существуют ясные указания на такую квалификацию.

Для разъяснения этого необходимо немного отклониться в сторону. Основной критерий прост.

Если в бинарных отношениях поведение субъектов А и В рассматривается (обоими) как подобное и связано таким образом, что усиление данного типа поведения агентом А стимулирует его усиление у агента В и наоборот, тогда отношение является «симметричным» по отношению к данному типу поведения. Если, напротив, поведение А и В несхоже, но взаимно согласуется (как, например, вуайеризм согласуется с эксгибиционизмом) и связано таким образом, что усиление поведения А стимулирует усиление согласующегося поведения В, тогда отношение является «комплементарным» по отношению к данному типу поведения.

Типичные примеры простых симметричных отношений: гонка вооружений, стремление «быть не хуже соседей», атлетика, бокс и т.д. Типичные примеры комплементарных отношений: доминирование/подчинение, садизм/мазохизм, забота/зависимость, вуайеризм/эксгибиционизм и т.п.

Более сложные соображения возникают при наличии более высоких логических типологий. Например, A и В могут соревноваться в дарении подарков, что налагает более широкий симметричный фрейм на исходно комплементарное поведение. Либо, напротив, терапевт может вступить в соревнование с пациентом в некоем виде игровой терапии, что окружает исходно симметричные игровые трансакции оболочкой комплементарной заботы.

Если А и В видят предпосылки их отношений по-разному, то могут генерироваться различные виды «двойных посланий»: А может рассматривать поведение В как соревновательное, тогда как В полагает, что пытается помочь А. И так далее.

Здесь мы не станем углубляться в подобные сложности, поскольку я полагаю, что воображаемый «другой» (двойник «гордого» алкоголика) не играет в сложные игры, характерные для «голосов» шизофреников.

Как комплементарные, так и симметричные отношения могут быть подвержены тому типу нарастающих изменений, который я называю «схизмогенезом» (Bateson, 1936). Симметричная борьба или гонка вооружений могут, как говорят, вылиться в «эскалацию», нормальный паттерн опеки/зависимости между родителями и детьми может стать чудовищным. Такое потенциально патологическое развитие, будучи результатом незаторможенной или не откорректированной положительной обратной связи в системе, может, как было сказано, возникать как в комплементарных, так и в симметричных системах. Однако в смешанных системах схизмогенез неизбежно снижается. Гонка вооружений между двумя нациями будет замедлена при принятии комплементарных условий, таких как доминирование, зависимость, уважение и т.д. При отказе от этих условий она будет ускоряться.

Антитетические отношения между комплементарностью и симметрией возникают из-за того, что каждая является логической противоположностью другой. В чисто симметричной гонке вооружений нация А мотивируется к увеличению усилий своей оценкой нации В как более сильной. Когда нация А оценивает нацию В как более слабую, она ослабляет усилия. Однако происходит совершенно противоположное, если А рассматривает отношения как комплементарные. Обнаружив, что 6 слабее, А станет наращивать усилия в надежде на победу (Bateson, 1946; Richardson, 1939).

Эта антитеза между комплементарным и симметричным паттернами может выходить за рамки чистой логики. Знаменательно, что в психоаналитической теории (Ericson, 1937) паттерны, называющиеся «либидозными» и являющиеся модальностями эрогенных зон, все комплементарны. Вторжение, включение, исключение, принятие, удержание и т.д. классифицируются как «либидозные». В то же время соперничество, соревнование и т.п. подпадают под рубрику «эго» и «защита».

Также возможно, что два антитетических кода — симметричный и комплементарный — могут быть физиологически представлены контрастирующими состояниями центральной нервной системы. Прогрессирующие изменения схизмогене-за могут приводить к резкому нарушению последовательности и внезапному обращению поведения в свою противоположность. Симметричный гнев может внезапно превратиться в горе; животное, отступающее с поджатым хвостом, может неожиданно броситься в отчаянную и смертельную симметричную схватку. Задира может превратиться в труса, когда ему брошен вызов, а волк, побитый в симметричном конфликте, может внезапно подать «сигналы капитуляции», предупреждающие дальнейшее нападение на него.

Последний пример представляет особый интерес. Если борьба волков симметрична, т.е. если волк А стимулируется к более агрессивному поведению агрессивным поведением волка Б, и если В внезапно проявляет то, что можно назвать «негативной агрессией», то A не сможет продолжать бой, если только он не способен быстро переключиться в комплементарное состояние, в котором его агрессия стимулируется слабостью В. В рамках гипотезы о симметричных и комплементарных кодах, предположение о специфическом «ингибирующем» действии сигнала капитуляции становится излишним.

Люди, обладающие языком, могут вешать ярлык «агрессии» на любые попытки причинения вреда, независимо оттого, вызываются ли они силой или слабостью другого, но на уровне млекопитающих, не владеющих речью, эти два сорта «агрессии» должны казаться совершенно различными. Нам говорят, что с точки зрения льва «атака» на зебру абсолютно отличается от «атаки» на другого льва (Lorenz, 1966).

Сказанного достаточно для постановки вопроса: в симметричной или комплементарной форме контекстуально структурирована гордость алкоголика?

Во-первых, в свойственных западной культуре нормальных обычаях употребления спиртного существует очень сильная симметричная тенденция. Помимо всякого аддиктивного алкоголизма, конвенция побуждает двух совместно пьющих мужчин равняться друг на друга — выпивка за выпивку. На этой стадии «другой» вполне реален, и симметрия (или соперничество) внутри пары является дружеской.

Когда алкоголик становится зависимым и пытается сопротивляться искушению, он обнаруживает, что ему трудно бороться с социальным контекстом, в котором он должен равняться на своих пьющих друзей. АА говорят: «… Бог свидетель, как долго и упорно мы старались пить так, как это делают другие люди!»

По мере усугубления ситуации алкоголик обычно начинает пить в одиночку и проявлять целый спектр реакций на вызов. Его жена и друзья начинают убеждать его, что он пьет из слабости, и он может симметрично отвечать либо негодованием, либо утверждать свою силу попытками сопротивляться искушению. Однако, как это характерно для симметричных реакций, короткий период успешной борьбы ослабляет его мотивацию и он срывается. Симметричное усилие требует непрерывного присутствия оппонента.

Постепенно фокус борьбы смещается, и алкоголик вовлекается в новый и еще более смертоносный тип симметричного конфликта. Теперь он должен доказать, что бутылка не сможет его убить. «Его голова в крови, но не склонилась. ..», он по-прежнему «капитан своей души» — чего бы это ни стоило.

Тем временем его отношения с женой, начальством и друзьями все ухудшаются. Ему никогда не нравились комплементарные отношения с его властным боссом. К тому же, по мере его деградации его жена все более и более вынуждается к принятию комплементарной роли. Она может пытаться быть властной, опекать, либо выказывать терпение, но все это провоцирует ярость или стыд. Его симметричная «гордость» не может выносить комплементарной роли.

Итак, можно сказать, что отношения между алкоголиком и его реальным или фиктивным «другим» явно симметричны и явно схизмогенны. Они подвержены эскалации. Мы увидим, что религиозное обращение спасаемого АА алкоголика может быть описано как драматический сдвиг от этой симметричной привычки (или эпистемологии) к почти чисто комплементарному видению своих отношений с другими, вселенной и Богом.

Гордость или доказательство от противного?

Алкоголики могут казаться упрямыми, но они не тупы. Часть сознания, управляющая их маневрами, лежит слишком глубоко, чтобы к ней можно было применять слово «тупость». Это довербальные уровни сознания, и вычисления, происходящие в них, обозначаются как первичные процессы.

Как во снах, так и во взаимоотношениях млекопитающих, единственный способ достижения утверждения, содержащего собственное отрицание («Я не укушу тебя» или «Я не боюсь его»), состоит в форсированном имажинировании (изображении) отрицаемого утверждения, что ведет к доведению до абсурда. Двое млекопитающих выражают утверждение «Я тебя не укушу» посредством экспериментальной схватки, которая есть «не-схватка», иногда называемая «игрой». Именно по этой причине «антагонистическое» поведение обычно развивается в дружеское приветствие (Bateson, 1969).

В этом смысле так называемая гордость алкоголика — это в известной степени ирония — целенаправленное усилие к испытанию «самоконтроля» со скрытой, но недвусмысленной целью доказать, что «самоконтроль» неэффективен и абсурден: «Это не работает». Это ультимативное утверждение содержит простое отрицание и поэтому не может быть выражено первичным процессом. Поэтому его финальным выражением служит действие — выпивка. Героическая борьба с бутылкой, этим фиктивным «другим», заканчивается «поцелуем примирения».

В пользу этой гипотезы говорит тот несомненный факт, что испытание самоконтроля на прочность ведет обратно к выпивке. Как я утверждал выше, вся эпистемология самоконтроля, которую друзья пытаются внушить алкоголику, чудовищна. Если это так, то алкоголик прав, отвергая ее. Он довел конвенциональную эпистемологию до абсурда.

Но такое описание «доведения до абсурда» граничит с телеологией. Если утверждение «это не работает» не может быть выражено в кодах первичных процессов, то каким образом вычисления в кодах первичных процессов могут направить организм к испробованию таких типов действий, которые продемонстрируют, что «это не работает»?

Проблемы этого общего типа часто встречаются в психиатрии. Возможно, они могут быть разрешены только в рамках модели, в которой при определенных обстоятельствах дискомфорт, испытываемый организмом, активизирует петлю положительной обратной связи для усиления поведения, предшествовавшего дискомфорту. Такая положительная обратная связь могла бы предоставить подтверждение, что дискомфорт порожден именно этим поведением, и увеличить дискомфорт до некоего порогового значения, при котором стали бы возможны изменения.

В психотерапии такая петля положительной обратной связи обычно представлена терапевтом, толкающим пациента навстречу его симптомам. Эта техника была названа «терапевтическим «двойным посланием»». Пример такой техники приводится далее, где АА подталкивает алкоголика к тому, чтобы пойти и попробовать «пить под контролем», чтобы он мог лично убедиться, что не обладает никаким контролем.

Также вполне правдоподобно, что симптомы и галлюцинации шизофреника (как и сновидения) представляют собой корректирующий опыт. Так весь шизофренический эпизод приобретает характер самоинициации. Отчет Барбары О’Б-райен о ее собственном психозе (O’Brien, 1958) — возможно, самый сильный из всех примеров этого явления, обсуждавшихся где бы то ни было (Bateson, 1961).

Следует добавить, что возможное существование такой петли положительной обратной связи, приводящей к движению в направлении усиливающегося дискомфорта вплоть до некоторого порогового значения (которое может лежать и по другую сторону смерти), не включается в общепринятые теории обучения. Тем не менее, тенденция проверять неприятное с помощью его повторного воспроизведения — это обычная человеческая черта. Возможно, это то, что Фрейд назвал «инстинктом смерти».

Состояние опьянения

Сказанное выше о каторге симметричной гордости — лишь половина картины. Это состояние сознания алкоголика, борющегося с искушением. Очевидно, что это состояние крайне неприятно и явно нереалистично. Его «другие» являются либо полностью продуктом воображения, либо сильно искаженными образами людей, от которых он зависит и которых, возможно, любит. У него есть альтернатива этому неприятному состоянию — он может напиться. Или «по крайней мере» выпить.

С этой комплементарной уступкой, которую сам алкоголик часто видит как действие «назло», как парфянскую стрелу в симметричной борьбе, вся его эпистемология меняется. Его тревога, раздражение и паника исчезают как по волшебству; самоконтроль снижается, но еще сильнее снижается потребность сравнивать себя с другими. Он чувствует в своих венах физиологическое тепло алкоголя и во многих случаях соответствующую психологическую теплоту к другим. Он может быть и злым и слезливым, но он снова стал частью человеческого сообщества.

Прямые данные, подтверждающие тезис, что шаг от трезвости к интоксикации есть также шаг от симметричного вызова к комплементарности, скудны и всегда затуманены как искажениями памяти, так и комплексной алкогольной интоксикацией. Однако отчетливые свидетельства из фольклора и легенд указывают, что шаг этот именно такого рода. Причащение вином в ритуалах всегда означало социальную агрегацию либо в религиозной «соборности», либо в секулярном «товариществе». В буквальном смысле слова, алкоголь заставляет индивида видеть себя и действовать как часть группы, т.е. он обеспечивает комплементарность отношений с окружающими.

Падение на дно

АА придают этому событию огромное значение и полагают, что алкоголик, который еще «не достиг дна», не созрел для их помощи. Напротив, они имеют тенденцию объяснять свои неудачи тем, что тот, кто возвращается к алкоголизму, еще «не достиг дна».

Разумеется, самые разные несчастья могут привести к «падению на дно». Различные инциденты, припадок белой горячки, длительное выпадение памяти, уход жены, потеря работы, безнадежный диагноз и т.д. — все это может иметь соответствующий результат. АА говорят, что у каждого человека свое «дно» и некоторые умирают раньше, чем достигнут своего дна (личное сообщение члена АА).

Тем не менее, вполне возможно, что каждый индивид не раз достигает «дна». «Дно» — это приступ паники, предоставляющий благоприятный момент для изменений, но не гарантирующий этих изменений. Друзья, родственники или терапевт с помощью ободрения или лекарств могут вытянуть алкоголика из его паники, после чего он «оправляется» и возвращается к своей «гордости» и алкоголизму только для того, чтобы вскоре упасть на еще более ужасное «дно», после чего он будет снова готов к переменам. Попытка изменить алкоголика в период между такими моментами паники вряд ли будет успешной.

Природа этой паники становится ясной из описания следующего «теста»:

«Мы не любим никого называть алкоголиком, но ты сам можешь быстро установить свой диагноз. Пойди в ближайший бар и попробуй пить под контролем. Попробуй это несколько раз. Если ты честен сам с собой, то для решения много времени не потребуется. Чтобы получить полное знание о своем положении, стоит немного понервничать» (Alcoholics…, 1939).

Этот тест можно сравнить с тем, как если бы шоферу приказали резко затормозить на скользкой дороге — он быстро обнаружит, что его контроль весьма ограничен. («Тормозной след» — «skid row» — это жаргонное название для места сосредоточения питейных заведений — вполне подходящая метафора.)

Паника алкоголика, «упавшего на дно», сходна с паникой человека, полагавшего, что он управляет своим транспортным средством и внезапно обнаруживающего, что его заносит и давление на то, что он считал тормозом, только ускоряет занос. Эта паника происходит от обнаружения того, что эта (т.е. система «Я плюс транспортное средство») больше, чем он сам.

В терминах представленной теории можно сказать, что «падение на дно» иллюстрирует теорию систем на трех уровнях:

(1) Алкоголик терпит дискомфорт трезвости до пороговой точки, за которой эпистемологию «самоконтроля» постигает банкротство. Тогда он напивается — поскольку «система» больше, чем он сам, и он может подчиниться ей.

(2) Он многократно экспериментирует с выпивкой, пока не убеждается в существовании большей системы. Тогда ему открывается паника «падения на дно».

(3) Если друзья и врачи опекают его, он может быть зависимым от их помощи и сохранять неустойчивое равновесие — пока не продемонстрирует, что эта система отношений не работает, и снова не «упадет на дно», но еще более глубокое. В этом случае, как и во всех кибернетических системах, знак (плюс или минус), который имеет эффект любого вмешательства в систему, является функцией времени.

(4) Наконец, явление падения на дно комплексно связано с феноменом «двойного послания» (Bateson, 1956). Билл У. рассказывает, что сам он «упал на дно», когда в 1939 году доктор Уильям Д.Силкворт (William D.Silkworth) поставил ему диагноз «безнадежный алкоголизм». Это событие считается началом истории АА (Alcoholics…. 1957). Доктор Силкворт также «…дал нам инструменты, которыми можно пробить самое закоренелое алкоголическое эго, эти потрясающие фразы, которыми он описал нашу болезнь: «навязчивое состояние ума, заставляющее нас пить, и язва тела, обрекающая нас на сумасшествие и смерть»» (там же). Это и есть «двойное послание», совершенно правильно обнаруженное в дихотомической эпистемологии алкоголика, противопоставляющей со- ‘ знание телу. Эти слова влекут его назад и назад до той точки, в которой только непроизвольный сдвиг в глубокой бессознательной эпистемологии — т.е. духовное переживание — может сделать летальный диагноз недействительным.

Теология Анонимных Алкоголиков

Вот некоторые примечательные положения теологии АА.

(1) Есть Сила, большая чем Я. Кибернетик пошел бы несколько дальше и установил бы, что «Я», как оно обычно понимается, — это только небольшая часть значительно большей системы, мыслящей, действующей и принимающей решения на основе метода проб и ошибок. Эта система включает все информационные пути, которые в данный момент имеют отношение к данному решению. «Я» — ложное олицетворение незаконно вычлененной части этого значительно большего поля взаимосвязанных процессов. Кибернетик также считает, что двое или более людей, как и вообще любая группа, могут совместно образовывать такую «мыслящую и действующую» систему.

(2) Эта Сила ощущается как личная и интимно связанная с человеком. Это — «Бог, как ты его понимаешь».

Говоря кибернетически, «мои» отношения с любой большей системой, находящейся вокруг меня и включающей другие вещи и других людей, будут отличаться от «твоих» отношений с некой подобной системой вокруг тебя. Отношение «часть чего-то» по логике неизбежно комплементарно, но смысл фразы «часть чего-то» различен для каждого человека [3]. Это различие становится особенно важным для систем, включающих более одного человека. Система «силы» неизбежно кажется разной с разных точек зрения. Более того, следует ожидать, что, когда такие системы сталкиваются, они распознают друг друга как системы в этом смысле. «Красота» леса, по которому я гуляю, есть продукт моего распознавания как индивидуальных деревьев, так и общей экологии леса как системы. Подобное эстетическое распознавание еще более поразительно при разговоре с другим человеком.

3 Это разнообразие стилей интеграции отвечает за тот факт, что одни люди становятся алкоголиками, а другие нет.

(3) Благотворное отношение с этой Силой открывается через «падение на дно» и «капитуляцию».

(4) Сопротивляясь этой Силе, люди и особенно алкоголики накликают на себя несчастье. Материалистический взгляд на «человека» в противопоставлении окружающей среде терпит поражение по мере того, как технологический человек становится способен противостоять все большим системам. Каждая выигранная битва чревата катастрофой. Единица выживания как в этике, так и в эволюции это не организм и не вид, а самая крупная из систем «силы», в которых живет существо. Если существо разрушает окружающую среду, оно разрушает само себя.

(5) Однако важно, что Сила не награждает и не наказывает. У нее нет «власти» в этом смысле. Как говорит Библия: «Все действует сообща для блага тех, кто любит Бога». И наоборот, против тех, кто не любит. Идея власти в смысле одностороннего контроля чужда АА. Эта организация жестко «демократична» (их слово), и даже их божество связано тем, что можно было бы назвать системным детерминизмом. Схожие ограничения применяются как к отношениям между членом АА и пьяницей, которому он надеется помочь, так и к отношениям между центральным офисом АА и локальными группами.

(6) Первые две «ступени» АА определяют алкогольную зависимость как проявление этой Силы.

(7) Здоровые отношения между человеком и этой Силой являются комплементарными. Это резко контрастирует с «гордостью» алкоголика, являющейся предикатом симметричных отношений с воображаемым «другим». Схизмогенез всегда сильнее своих участников.

(8) Качество и содержание отношений каждого человека с этой Силой выражается или отражается в социальной структуре АА. Секулярный аспект этой системы — ее правление — описывается в «Двенадцати традициях», которые дополняют «Двенадцать ступеней», определяющих отношения человека с Силой. Эти два документа соединяются в двенадцатой ступени, причисляющей помощь другим алкоголикам к необходимым духовным упражнениям, без которых вероятен рецидив. Вся эта система является дюркгеймовской религией в том смысле, что отношения между человеком и его социальным окружением параллельны отношениям человека с Богом. «АА — это сила, которая больше любого из нас» (Alcoholics…, 1957).

Итак, можно сказать, что отношения индивида с «Силой» лучше всего определяются словом причастность.

(9) Анонимность. Следует понять, что в мышлении и теологии АА анонимность значит гораздо больше, чем простая защита членов организации от разглашения и позора. С увеличением славы и успеха этой организации возникло искушение использовать свое членство в ней как положительный актив в общественных связях, политике, образовании и других областях. Соучредитель этой организации Билл У. в ранний период своей жизни сам был жертвой подобного искушения и описал эту ситуацию в своей статье (там же). Во-первых, он замечает, что любое захватывание центра внимания представляло бы личную и духовную опасность для члена организации, который не может себе позволить такого своекорыстия. Кроме того, для организации в целом вовлечение в политику, религиозную полемику и социальное реформаторство было бы фатальным. Он ясно указывает, что ошибки алкоголика исходят из того же источника, что и «силы, которые сегодня рвут мир на части», но не дело АА спасать мир. Их единственная цель: «…нести послание АА тем больным алкоголизмом, которые этого хотят» (гам же). Он заключает, что «анонимность есть величайший символ самопожертвования, который мы знаем». Двенадцатая из «Двенадцати традиций» заявляет, что «анонимность является духовной основой наших традиций, вечно напоминая нам о необходимости ставить принципы впереди личностей».

К этому мы можем добавить, что анонимность является также глубоким выражением системных отношений «часть-целое». Некоторые системные теоретики пошли бы даже дальше, поскольку главное искушение системной теории лежит в овеществлении (reification) теоретических концепций. Анатоль Холт (Anatol Holt) говорил, что хотел бы иметь наклейку на бампер с парадоксальным лозунгом: «Долой существительные!» (Bateson M., 1968).

(10) Молитва. Использование молитвы в АА подтверждает комплементарность отношений «часть-целое» тем простым способом, что оно требует наличия таких отношений. Требуется такое личностное качество, как смирение, которое фактически проявляется в самом акте молитвы. Если акт молитвы искренний (что не так просто), Бог не может не выполнить просьбу. Это особенно верно для «Бога как ты его понимаешь». Эта в своем роде прекрасная самоподтверждающаяся тавтология есть именно тот бальзам, который требуется после мук, наступивших с «падением на дно» и причиняемых «двойным посланием».

Несколько более сложна знаменитая «Молитва о Просветлении»:

Боже, дай нам ясность ума, чтобы принять то, что мы не можем изменить, дай мужество изменить то, что мы можем изменить, и мудрость, чтобы различить их [4].

4 Этот текст не является оригинальным документом АА, и его автор неизвестен. Встречаются незначительные вариации текста. Я цитирую наиболее симпатичный мне лично вариант из «АА Comes of Age», 1957.

Если «двойное послание» приносит муки и отчаяние и разрушает личные эпистемологические предпосылки на глубинном уровне, тогда следует, что для исцеления этих ран и взращивания новой эпистемологии будет уместна некая его конверсия. «Двойное послание» ведет к отчаянному выводу: «Альтернативы нет». «Молитва о Просветлении» явным образом освобождает молящегося от этих приносящих безумие уз.

В этой связи стоит вспомнить, как великий шизофреник Джон Персеваль (John Perceval) заметил перемену в своих «голосах». В начале психоза они изводили его «противоречивыми командами» (это то, что я называю «двойным посланием»), но позднее, когда они стали предоставлять ему выбор из ясно определенных альтернатив, он стал поправляться (Bateson, 1961).

(11) В одном отношении АА глубоко отличаются от таких естественных ментальных систем, как семья или лес. У АА есть единственная цель: «Нести послание АА тем больным алкоголизмом, которые этого хотят». Вся организация посвящена максимизации этой цели. В этом отношении АА не сложнее, чем «Дженерал Моторс» или средняя западная страна. Но биологические системы, кроме тех, которые обусловливаются западными идеями (и особенно деньгами), являются многоцелевыми. У леса нет такой единственной переменной, о которой можно было бы сказать, что вся система ориентирована на ее максимизацию, а все остальные переменные второстепенны. Лес ищет оптимум, а не максимум. Его потребности вполне поддаются удовлетворению, а любой избыток становится токсичным.

Таким образом, единственная цель АА направлена вовне и состоит в несоревновательных отношениях с большим миром. Максимизируемой переменной является комплементарность, по своей природе стоящая ближе к «служению», чем к доминированию.

Эпистемологический статус комплементарной и симметричной предпосылок

Как уже отмечалось, в человеческих взаимоотношениях симметричность и комплементарность могут сложным образом сочетаться. Поэтому уместно спросить, что дает основание приписывать этим принципам настолько фундаментальный характер, что их можно называть «эпистемологическими» даже в естественнонаучном изучении культурных и межличностных предпосылок.

Можно предположить, что ответ зависит от того, что имеется в виду под «фундаментальным» при изучении естественной истории человечества. Складывается впечатление, что это слово имеет два значения.

Во-первых, я называю более фундаментальными те предпосылки, которые более глубоко внедрены в сознание, более «жестко запрограммированы» и менее подвержены переменам. В этом смысле алкогольная гордость, или hubris [«гордыня» — греч.] фундаментальна. Во-вторых, я должен назвать более фундаментальными те психические предпосылки, которые относятся к большим, а не к меньшим системам или гештальтам вселенной. Высказывание «трава зеленая» менее фундаментально, чем высказывание «различные цвета различаются».

Однако если спросить, что же случается при изменении предпосылок, то становится ясно, что эти два определения «фундаментального» в очень большой степени перекрываются. Если человек достигает или претерпевает перемену глубоко внедренных в его сознание предпосылок, он обязательно обнаружит, что результаты этой перемены распространяются на всю его вселенную. Такие перемены мы вполне можем назвать «эпистемологическими».

Еще остается вопрос о том, что такое «эпистемологически правильный» и «эпистемологически неправильный». Является ли переход от симметричной «гордости» алкоголика к разновидности комплементарности, даваемой в АА, коррекцией его эпистемологии? И всегда ли комплементарность лучше симметричности?

Вполне возможно, что для члена АА комплементарность всегда предпочтительнее симметричности и даже тривиальное соперничество при игре в теннис или шахматы может быть для него опасно. Поверхностный эпизод может затронуть глубоко внедренную симметричную предпосылку. Но это не означает, что игра в теннис или шахматы является эпистемологической ошибкой для всех.

Этические и философские проблемы в действительности касаются только широчайшей вселенной и глубочайших психологических пластов. Если мы глубоко и даже бессознательно верим, что наши отношения с наибольшей из затрагивающих нас систем («Силой больше нас самих») симметричны и соревновательны, — вот тогда мы ошибаемся.

Ограничения гипотезы

Вышеприведенный анализ содержит следующие ограничения и импликации.

(1) Я не утверждаю, что все алкоголики действуют на основании описанной здесь логики. Очень возможно, что существуют другие типы алкоголиков и почти наверняка в других культурах алкогольная зависимость развивается по-другому.

(2) Я не утверждаю ни того, что путь АА — единственно правильный способ жить, ни того, что их теология — единственно правильный вывод из эпистемологии кибернетики и теории систем.

Психология bookap

(3) Я не утверждаю, что всем трансакциям между человеческими существами следует быть комплементарными, хотя ясно, что отношения между индивидом и большей системой, частью которой он является, неизбежно должны быть такими. Отношения между людьми всегда (я надеюсь) будут комплексными.

(4) Тем не менее я утверждаю, что неалкоголический мир может извлечь много уроков из эпистемологии теории систем и методов АА. Если мы будем продолжать действовать в духе картезианского дуализма «сознание против материи», то, вероятно, мы будем продолжать воспринимать мир через термины: «Бог против человека», «элита против народа», «избранная раса против всех прочих», «нация против нации», «человек против окружающей среды». Сомнительно, чтобы вид, имеющий одновременно и передовую технологию и этот странный взгляд на мир, смог бы выжить.

Анна Варга прочла для нас книгу «Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век»

Книги

У Грегори Бейтсона* есть одна очень изящная статья — «От Версаля до кибернетики». В ней он показывает, как история заключения Версальского договора изменила нравственные стандарты германской ментальности и привела ко Второй мировой войне. Превращение 14 пунктов Вудро Вильсона в Версальский договор и то, как именно это произошло, должно было привести к еще одной мировой войне, это понимали некоторые политики и дипломаты в Европе. Особенно четко и ясно это понимал Уильям Буллит. Уильям Буллит был американским дипломатом и писателем, в каком-то смысле гражданином мира. Например, во время Второй мировой войны он воевал во французской армии и был награжден французским правительством. Он был негласным мэром Парижа во время оккупации. Это было беспрецедентно.

В книге Александра Эткинда «Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век» (Время, 2015) описывается не сказать биография, скорее деятельность профессиональная и социальная исключительно яркого человека, который общался почти со всеми европейцами и американцами, которые создавали культурные ценности, влияли на ход истории, определяли судьбы народов. Уильям Буллит происходил из семьи ранних переселенцев. Семья жила в Филадельфии, была довольно состоятельной. Он получил юридическое образование, начинал работать как журналист, затем как военный корреспондент на первой войне. В 1918 году Буллит стал работать в Госдепе, затем много работал в правительстве Вудро Вильсона, участвовал в переговорах в Версале. Он был американским послом в России в 30-е годы, дружил с Булгаковыми. Автор (вслед за Л. Паршиным) утверждает, что Уильям Буллит был прообразом Воланда в романе «Мастер Маргарита», весенний бал 1935 года, устроенный в американском посольстве, был прообразом бала Сатаны. Понятно, что Уильям Буллит в Москве создавал карнавал, в орбиту которого втягивалась вся культурная и интеллектуальная элита столицы. Он приятельствовал с Радеком, Бухариным — как все это рядом. Мои дед и бабушка с ними дружили, а моя мама дружила уже с дочерью Бухарина — Светланой. Орбиты жизней проходили очень близко. Ни до, ни после никакой дипломат столь большого впечатления не производил. Во время Второй мировой войны Буллит был послом во Франции. Это именно он организовал вывоз Фрейда из Вены. Они, кстати, вместе написали книгу о Вудро Вильсоне. Уильям Буллит безошибочно предсказывал события в Европе. Он совершенно верно понимал, к чему может привести Версальский договор. Он пытался и пытался доносить свою точку зрения до Вильсона — безуспешно. Слабость Вильсона, его нежелание вступать в конфликт с Ллойд-Джорджем и Клемансо, внутренние лояльности — все привело к отказу от своей позиции и создало неизбежность Второй мировой войны. Германия начала мирные переговоры, опираясь на 14 пунктов Вильсона, которые предлагали благородные условия мира без аннексий и контрибуций. В ходе переговоров условия мира ужесточались, и ужесточались очень сильно. Для Германии это было полное предательство — заманили в переговоры сладкими обещаниями, на деле все оказалось ужасно. Грегори Бейтсон писал, что именно этот процесс изменил «уставку», понятие, важнейшее для системного подхода, норму, задающую правила жизни. В данном случае изменились нормы морали и нравственности, коварство стало нормальным явлением — если победителям можно предавать, то уж побежденным и подавно. Так что удивляться поведению немцев, от правительства до рядовых в войне, не приходилось: обманы и жестокость.

На меня колоссальное впечатление произвел эпизод переговоров Буллита с Лениным и Троцким во время Гражданской войны. Понятно, что Буллит действовал по поручению Вильсона. В тот момент большевики контролировали всего несколько центральных губерний. Остальная территория России была занята Белым движением. Ленин предлагал двухнедельное перемирие, готовность признать правительство Деникина, Колчака, Юденича в обмен на признание легитимности большевиков и подконтрольных им территорий странами Антанты. То есть под большевиками бы в 1919 году оставались Московская, Петроградская и еще несколько губерний. Война была бы остановлена, огромная территория Российской империи не попала бы под власть большевиков. Все зависело от Вудро Вильсона. Вильсон не реагировал на письма Буллита, не принял его, потому что у него болела голова, протянул время, срок, поставленный большевиками, истек, армия Троцкого двинулась в бой и стала побеждать. Что из этого получилось, поколения советских людей испытали на своей шкуре и продолжают испытывать.

Буллит предсказал союз «между русскими коммунистами и германскими нацистами» за два года до пакта 1939 года. Буллит писал о сталинском терроре, уже Рузвельту, ему не верили. Буллит писал о том, что необходимо оказывать военную помощь Франции, поставлять самолеты — Рузвельт среагировал слишком поздно, Франция была оккупирована.

Уильям Буллит предлагал много мудрых идей — например, о необходимости объединенной Европы как возможности выравнивания сил в мире, противостояния Китаю, как защите от советской послевоенной экспансии, которую он также предвидел. Его гениальное геополитическое чутье только сейчас нашло своих сторонников — через десятки лет.

Причина, почему к нему не прислушивались американские президенты, та же, по которой он был способен так верно все понимать и предсказывать. Он был внесистемным человеком. Буллит, несмотря на огромный социальный интеллект, не был человеком отношений. Его ближайший сотрудник Кеннан так писал о нем: «От того разговора с ним я сохранил память о его необыкновенном обаянии, уверенности и жизненной силе. Но я помню и …его слишком опасную свободу — свободу человека, который, как он признался мне в тот раз, никогда не подчинял свою жизнь потребностям других человеческих существ» (курсив мой. — А. В.). Буллит был свободен от авторитетов, он никогда не был заложником дружбы, не имел социальных страхов. Поэтому он мог все так ясно видеть. Он, конечно, был честолюбив, хотел делать карьеру, но ради нее никогда не поступался убеждениями, не холуйствовал. Собственное понимание, видение, собственные взгляды и принципы всегда были важнее, чем отношения с начальством, демонстрация лояльности, лесть. Этим он и был опасен — слишком независимый, слишком самостоятельный. Любому начальнику комфортнее с покорными обожателями.

* Грегори Бейтсон — философ, антрополог, сделал для системной семейной психотерапии почти то же, что Фрейд для психоанализа. Он создал основные понятия, разработал теорию коммуникаций, показал пример блестящего системного мышления.

Новое на сайте

Думскроллинг: чем опасно навязчивое пролистывание новостей и как его остановить

У-вэй: 5 принципов философии «ничегонеделанья» — внедрите их в свою жизнь сегодня

«Как справиться с тревогой из-за мобилизации?»

«Wi-Fi делает мне больно»: что такое электрочувствительность

Забота не равно любовь: почему некоторые матери равнодушны к своим детям

«Любить — нет, флиртовать — да: почему пропадает интерес в отношениях?»

«Филиал ада»: как справиться с буллингом в школе и на работе

Диагностика и лечение болезни Альцгеймера: что изменилось за последние годы?

История, достойная По: миф о Джордже Бейтсоне и его колокольне

Историки/История
теги: Эдгар Аллен По, гробы, Майкл Крайтон

Джереми Стерн — независимый ученый и консультант по вопросам образования. Он получил степень доктора философии в Принстонском университете.

Через Викисклад.

«Эдгар Аллан По: Ужас души» только что открылся в нью-йоркской библиотеке и музее Моргана. Выставка является частью более масштабных усилий, особенно с тех пор, как в 2009 г.двухсотлетию — реабилитировать По как крупного американского писателя, а не просто рассказчика зловещих и шокирующих историй. Кураторы Моргана особенно подчеркивают заметное влияние По на более поздних, очень уважаемых авторов в Великобритании и Соединенных Штатах. Но в то же время любое исследование творчества По должно углубляться в его странные и жуткие творения. Время открытия шоу всего за несколько недель до Хэллоуина, конечно, не случайно.

Болезненная тьма писаний По во многом обязана его собственной психике… но она также во многом опирается на культурные интересы того времени. Романтический акцент на ранней и трагической смерти, ужасах безумия, убийствах и извращениях — все это отражает настоящие викторианские увлечения по обе стороны Атлантики.

Одной из наиболее характерных викторианских фиксаций был страх перед преждевременными похоронами. Его появление у По печально известно, особенно в его рассказе с таким названием, но оно вышло далеко за его пределы. Такие страхи вряд ли были новыми для викторианцев, и в какой-то степени они сохраняются даже сегодня. Но поскольку медицинские знания колеблются между фольклором и наукой, а природа физической смерти далека от понимания, викторианцы, кажется, подняли тревогу на новый уровень.

Сообщения об этом ужасающем, но захватывающем страхе обычно описывают «гробы для побега», которые, как сообщается, продавались в девятнадцатом веке, чтобы позволить тем, кого ошибочно объявили мертвыми, спасти себя в последний момент. Самым популярным из них, как часто говорят, была дешевая и простая «Колокольня Бейтсона», колокол, установленный на крышке гроба с веревкой, идущей к руке трупа внутри… так что, если «покойник» вдруг проснется… — перед погребением, но в крайне неприятном положении — он мог мгновенно и легко позвать на помощь.

Также часто упоминается поразительная история жизни изобретателя Джорджа Бейтсона. В 1852 году он запатентовал колокольню как «Устройство возрождения жизни Бейтсона». Быстро поднявшись к славе и богатству, он получает ВТО от королевы Виктории в 1859 году. Но навязчивый страх перед преждевременным погребением гложет его собственный разум, он разрабатывает все более сложные системы сигнализации для своего собственного гроба, наконец, настаивая на том, чтобы его семья кремировала его. В 1868 году (в некоторых отчетах перенесено на 1886 год) он паникует, что его инструкции будут проигнорированы, обливает себя льняным маслом и сжигает себя.

Пропитанная викторианской атмосферой, благоухающая мрачными рассказами По, история Бейтсона неоднократно появлялась в популярных книгах, на исторических веб-сайтах и ​​даже в периодических новостных статьях. Ранее в этом году он вдохновил на создание отмеченной наградами графической новеллы.

Есть только одна проблема. Джорджа Бейтсона и его колокольни никогда не существовало.

Откуда же взялась эта история и почему она получила такое широкое распространение? Сказка впервые появляется в искусно построенном романе Майкла Крайтона «19 лет».75 псевдоисторический роман, Великое ограбление поезда . Крайтон преуспел в смешивании реальности и фантазии под псевдодокументальной оболочкой. (В своем классическом Andromeda Strain 1969 года он даже добавил четыре страницы вымышленных цитат к правдоподобно техническим книгам и статьям, на которых якобы основывался его рассказ.) фрагменты исторического фона, сильно вымышленный факт (роман крайне вольно основан на реальном ограблении 1855 года) и откровенная выдумка.

Часто далеко не очевидно, какие истории являются историческими, а какие правдоподобными вымыслами Крайтона. Например, пространные отступления Крайтона о Хрустальном дворце, атаке легкой бригады или британской реакции на восстание в Индии во многом основаны на фактах. Однако другие анекдоты, представленные с такими же убедительными подробностями и социальным колоритом, таковыми не являются. Например: когда Крайтону нужна причина для внезапного усиления безопасности на железной дороге, он выдумывает эксцентричного джентльмена «сэра Джона Олдерстона», который инсценирует ограбление, чтобы не передать драгоценный ящик вина, проигранный ненавистному сопернику в пари. В длинном, подробном отступлении от «Олдерстона» даже цитируются восемь абзацев из якобы 1914 биография человека. Но все это чистая выдумка, придуманная для того, чтобы обеспечить необходимый поворот сюжета.

План воров романа по обходу новых мер безопасности сосредотачивается, в свою очередь, на «Колокольне Бейтсона». (Один вор прячется в гробу и направляется к охраняемому багажному фургону; внезапный звон колокольни создает путаницу и отвлекает от серьезного поиска гроба.) В другом «историческом» отступлении Крайтон излагает удивительную историю самого Бейтсона: от патента и популярности (включая достоверные многословные цитаты из предполагаемой рекламы колокольни) до ВТО, окончательного безумия и самосожжения.

Много лет назад, когда я впервые прочитал роман, я задумался об истории Бейтсона. Преждевременное захоронение было подлинным и хорошо известным викторианским беспокойством, и уровень детализации казался убедительным. Но то же самое произошло и с двумя страницами, процитированными из несуществующей биографии явно вымышленного «сэра Джона Олдерстона». Вся эта история каким-то образом казалась слишком слишком уж идеально викторианской, чтобы в нее можно было поверить.

В поисках подтверждения я не нашел записи для Бейтсона в окончательном Национальном биографическом словаре — странно для человека с таким предполагаемым богатством и известностью. Я нашел его в книгах о странностях викторианской культуры… но ни разу со ссылками на первоисточники. Когда Интернет стал бумом, рассказ начал появляться на исторических сайтах, но снова без ссылок.

Еще более тревожно то, что ни один отчет — ни опубликованный, ни онлайн — никогда не предлагал какой-либо информации, которая дополняла бы рассказ Крайтона или каким-либо образом отличалась от него. Пересказы истории Бейтсона всегда повторяют Крайтона с удивительной точностью… вплоть до конкретного использования льняного масла в его последнем самосожжении. В таких отчетах часто цитируются объявления Бейтсона о колокольне… но цитаты всегда такие же, как и у Крайтона: никто никогда не цитирует отрывок, которого нет у Крайтона. Никто никогда не воспроизводит оригинальную рекламу якобы популярной колокольни. Никто никогда не цитирует и не воспроизводит оригинальное газетное сообщение о самоубийстве Бейтсона, достойном освещения в печати, или некролог.

Некоторые интернет-скептики также отметили эти проблемы. Некоторые, более знакомые с британской системой почестей, чем я, указали на еще одну фатальную проблему в отчете Крайтона. Согласно подробному отступлению романа о Бейтсоне, он получил ВТО от королевы Виктории в 1859 году. Но ВТО был учрежден королем Георгом V… в 1917 году.

История была ложной. Смешение Крайтоном истории и вымысла стерло грань между ними, и многие ошиблись в отношении саги о Бэтсоне.

Тогда возник вопрос: почему так много людей попали в эту ловушку? История Крайтона соблазнительно правдоподобна и прекрасно отражает викторианские страхи, увековеченные По и другими современниками. Но разве люди, проводящие исследования — даже для сенсационных книг и популярных веб-сайтов — обычно не рассматривают современные романы как исторические источники?

Ответ, наконец, пришел, когда я недавно наткнулся на книгу Яна Бондесона 2001 года « Погребенные заживо: ужасающая история нашего самого первобытного страха».0039 , , который включает в себя историю Бейтсона. Опять же, все детали совпадают с данными Крайтона — никаких отличий, никакой дополнительной информации. Но, в отличие от большинства подобных книг, книга Бондесона основана на серьезных исследованиях и содержит примечания.

Бондесон цитирует два источника рассказа о Бейтсоне. Во-первых, это роман Крайтона, который сам по себе не обнадеживает: художественное произведение, конечно же, не должно упоминаться как историческое произведение. Но вторая цитата относится к Л.Г. Статья Стивенсона 1975 года «Приостановленная анимация» в престижном Вестник истории медицины (т. 49, 482-511). Появление рассказа в таком журнале во многом объясняет его широкое и часто безоговорочное признание.

Следуя по следу статьи Стивенсона, я действительно нашел историю Бейтсона… еще раз, с каждой деталью, совпадающей с рассказом Крайтона, включая исторически невозможный ВТО. Как и в книге Бондесона, в академической статье Стивенсона есть цитаты. Сноска указывает на недавно опубликованный тогда роман Крайтона — и ни на что другое. В своей заметке Стивенсон упоминает «множество кратких рассказов… о подлинном страхе перед преждевременными похоронами, столь широко распространенном в викторианском обществе», но выделяет «недавний и несколько удивительный» пример в «романе, опубликованном в 1975 доктора Майкла Крайтона». (Конечно, Крайтон был врачом, а не историком.) В примечании Стивенсона даже дословно цитируется абзац Крайтона о безумии Бейтсона и самоубийстве, тщательно цитируя весь отчет «Крайтон, , Великое ограбление поезда, » (Нью-Йорк: Кнопф, 1975), стр. 191-94».

Стивенсон в серьезном научном исследовании попал в ловушку. Он принял подробный и достоверный рассказ Крайтона, связанный с очень реальным викторианским заблуждением, как факт — и не стал расспрашивать дальше. Поступая таким образом, он придал полностью вымышленной истории респектабельную родословную из вторичных источников, позволив другим цитировать и распространять ее в дальнейшем… даже не проверяя основу повествования из первоисточников.

Ошибка во вторичном источнике легко может быть перенесена в другие, а оттуда в третьи, приняв жизнь за академически приемлемую «истину» — даже если за ней не скрывается ничего, кроме убедительного вымысла. То же самое может произойти — и гораздо проще — с ошибкой историка в транскрипции, неправильной атрибуции или другой ошибке. Это поучительная история. Вы не можете предполагать, что что-то является правдой только потому, что вы видели это в печати.

Бейтсон похож на одержимого страхом главного героя «Преждевременного погребения» По — и он был не более реальным, чем творение По. Просто добавить к иронии: хотя многие приняли историю Бейтсона за чистую монету, маленькая шутка Крайтона все это время ставила нас в тупик. Ибо вымышленный мистер Бейтсон из вымышленной колокольни Бейтсона умер в припадке безумия. Очевидно, у него было летучих мышей на его колокольне .

Включите JavaScript для просмотра комментариев, созданных с помощью Disqus.comments powered by Disqus

Я и общество — Грегори Бейтсон

Грегори Бейтсон умер 4 июля 1980 года в возрасте 76 лет, его пережила жена Лоис; трое детей, Мэри Кэтрин, Джон и Нора; и его приемный сын Эрик. Мэри Кэтрин, дочь его брака с Маргарет Мид , является деканом факультета Амхерстского колледжа и, как и ее родители, антропологом. Мы смогли воспользоваться прекрасной биографией Дэвида Липсета, Грегори Бейтсона, «Наследие ученого» (Prentice-Hall 1980) при подготовке этой статьи.

Грегори Бейтсон происходил из видного рода английских ученых. Его отец, Уильям, был одним из основоположников современной генетики. Его дед по отцовской линии, Уильям Генри Бейтсон, был магистром Кембриджского колледжа Св. Иоанна, в который поступил Грегори, получив степень бакалавра (естественных наук) в 1925 году и степень магистра (антропологии) в 1930 году после краткого обучения у AC Haddon и полевые исследования в Новой Британии и Новой Гвинее.

Немногое вышло из его первых полевых исследований среди народа байнинг и сулка в Новой Британии, но классический Навен (1936, 2-е изд. 1965) стал результатом его работы среди ятмулов, которая началась в 1929 году и продолжалась до 1930-х годов. Его репутация в антропологии до сих пор в значительной степени зависит от этой первой книги. Позже, в 1930-х годах, он сотрудничал в полевых исследованиях на Бали с Маргарет Мид, о чем сообщается в «Балийском характере» (1942). В 1940-х и 1950-х годах он применил свой этнографический метод к шизофрении и другим психиатрическим явлениям (в частности, нарушению общения в семье) и получил значительный теоретический эффект, а также провел исследования поведения других видов: морских выдр, осьминогов и большинства других видов. главное, морские свинки. Результатом этой работы стало Сообщение: Социальная матрица психиатрии (1951) , написанное совместно с психиатром Юргеном Рюшем; в «Рассказе Персеваля» (1961) и в некоторых пунктах его собрания статей «Шаги к экологии разума» (1972) . Если предметы его исследований кажутся несопоставимыми, то список тем, которые он ранжировал, кажется еще более разрозненным: биологическая эволюция, адаптация, экология, искусство, гонки вооружений, социальная организация, коммуникация, культурная передача, обучение, игра, фантазия, фильмы, характер и личность и, в более общем смысле, природу и патологии мышления и эпистемологии, культуры и большого класса интегративных процессов, которые он в конце концов назвал «разумом». Но он рассматривал эти явления в терминах последовательного и все более интегрированного набора весьма абстрактных понятий, на которые в основном повлияли теории коммуникации и кибернетика.

Бейтсон никогда не занимал постоянную должность в академическом отделе антропологии. Он был научным сотрудником Сент-Джонсского Кембриджского университета с 1931 по 1937 год, но большую часть этого периода провел в Новой Гвинее и Соединенных Штатах. Он въехал в Соединенные Штаты в качестве постоянного жителя в 1940 году и служил в Азии в УСС во время Второй мировой войны. В конце 1940-х он посещал Новую школу социальных исследований и Гарвард; позже он посещал Стэнфорд, Гавайский университет и Калифорнийский университет в Санта-Круз. На протяжении большей части своей карьеры он регулярно работал в медицинских учреждениях и лабораториях по изучению поведения животных. Более того, за возможным исключением периода конца 19 в.30-х и 1940-х годов, когда отношение культуры к характеру и личности было более общим, чем с тех пор, он никогда не стоял в центре современных антропологических интересов. Хотя широкая антропологическая аудитория по достоинству оценила Навена в конце 1950-х и 1960-х годах (через 25 лет после его первоначальной публикации), и хотя «Шаги к экологии разума» сделали многие из его эссе опубликованными в малоизвестных журналах доступными для антропологов и раскрытыми некоторым читателям новые антропологические и интеллектуальные горизонты, он оставался загадочной фигурой для многих своих коллег до конца своей жизни. Его стиль, его интересы, его метод и его моральная позиция — все это способствовало поляризации его интеллектуальной аудитории и, в значительной степени, вызывало недоумение у энтузиастов и скептиков по поводу ответов друг друга. Мы хотим рассмотреть здесь некоторые корни недоумения.

Прежде всего он предложил способ смотреть на явления; он был визионером в том смысле, в каком был один из его образцов, Уильям Блейк, — он «видел» особым, единым и по отношению ко многим своим слушателям и читателям оригинальным способом. Как выразился Роджер Кисинг (1974) в своем обзоре «Шаги к экологии разума»: « Иметь представление о мире, которого не разделяют другие люди, одиноко и даже пугающе… Грегори Бейтсон был благословлен, и проклятый, с умом, который видит сквозь вещи мир узоров и форм, который лежит за пределами ». Кизинг и все большее число других (включая нас) разделяли это видение, по крайней мере частично, и разделяли убеждение в его важности и безотлагательности, но это зависело от темперамента и особой интеллектуальной истории.

Затем было то, как было представлено видение, особенно его стиль устного изложения. Этот стиль работал убедительно для некоторых, но раздражал и смущал других. событие в серии под мрачным названием «Последние знаменитые слова» в Институте современного искусства в Лондоне, как часть серии, которая должна была включать суперхаризматичных, таких как Мать Тереза ​​и Далай-лама. в целом восприимчивая группа, в отличие от раздражения, которое Бейтсон вызывал у некоторых английских рецензентов и культурных защитников, которые были отданы таким замечаниям, как то, что он писал «из интеллектуальной земли лотоса Калифорнии, где эклектические теории и мистические философствования густы, как лос-анджелесский смог. . . .» [Times Literary Supplement, 21 ноября, 1980, с. 1314, Review of Mind and Nature]) слышали и наблюдали типичный бейтсоновский спектакль. Волосы и костюм, как всегда, взлохмачены, он растянулся на стуле, который не мог должным образом вместить его шесть футов пять дюймов, с таинственной улыбкой на лице, он начал где-то посредине событий и продолжил размышлять вслух в перед аудиторией. Как всегда, он сопротивлялся существовавшим ранее структурам (Дэвид Липсет показал, что это была центральная тема в карьере Бейтсона), в данном случае подготовленной лекции или даже заметкам к лекции. Как всегда, он подвергал себя риску перед аудиторией в процедуре, которая, как помнят те, кто посещал различные его публичные выступления, иногда терпела неудачу в качестве дидактических лекций.

Но на другом уровне, как он характерно выразился, он вообще ничем не рисковал, ибо на этом уровне он что-то иллюстрировал, а не говорил об этом. Он был не лектором, излагающим материал, а образцом, представляющим его. Он разыгрывал «металог», сообщение, форма которого призвана иллюстрировать его содержание. Он, как всегда, пытался проиллюстрировать, что аутентичная, минимально ошибочная коммуникация и мысль реагируют на момент, на состояние ведущего, на состояние его понимания своей проблемы и на его чувство аудитории. Это было сопряжено со значительным риском и требовало от его слушателей некоторого чувства доверия, обычно вполне оправданного. Но это было не для всех.

Эта публичная позиция ничем не отличалась от того, как он относился к другим в диадах и небольших группах, хотя в таких ситуациях у него была более четкая «обратная связь» для работы. Те, кто был подвержен встрече с Бейтсоном, переживали интенсивное ежеминутное сотрудничество, связанное с необычным ощущением увеличения интеллекта. Как выразилась Маргарет Мид:

Особенность ума Грегори Бейтсона в том, как он извлекает идеи из взаимодействия с другими людьми, которые они, в свою очередь, могут извлекать снова, трудно описать. Это тесно связано с самими идеями, поскольку его наиболее захватывающие идеи, схизмогенез, двойная связь и связь целенаправленного человеческого поведения с линейными системами, касались отношений между индивидами или группами индивидуумов, разработанных и стилизованных под влиянием опыта или опыта. культура. [Брокман 1977:171 ]

Бейтсон таким образом сотрудничал не только с Мидом, но и с Джоном фон Нейманом, Уорреном Маккалоком, Клодом Шенноном, Норбертом Вайнером и другими в развитии кибернетической теории; с Юргеном Рюшем по теории психосоциальной коммуникации; с Доном Джексоном, Джеем Хейли, Джоном Уиклендом и другими по теории шизофрении и семейной патологии; и с большой сетью коллег в социальных науках, психиатрии, этологии, экологии, эволюционной теории и семейной терапии по группе взаимосвязанных проблем, которые он решал в ходе работы своей жизни. Такое интенсивное сотрудничество затрудняет полную оценку индивидуального вклада Бейтсона в работу групп и в решение различных комплексов проблем, которые он рассматривал. Он в значительной степени расценил бы вопрос о своем «индивидуальном вкладе» как своего рода ошибку, поскольку он утверждает, что важным мышлением занимается член группы, а не сама группа. (Работы одной из этих групп, конференции Веннера-Грена на тему «Влияние сознательной цели на человеческую адаптацию», подробно описаны в книге Мэри Кэтрин Бейтсон «Наша собственная метафора» [19].72]). Но те, кто сотрудничал с ним, могут подтвердить, что его вклад был центральным и основополагающим.

Бейтсон любил говорить в одной из своих аналогий от одного вида системы к другому, что разум — это экологическая система и что введенные идеи, подобно внесенным семенам, могут укореняться и процветать только в соответствии с природой системы. получая их. Он повторял свои сообщения бесчисленное количество раз перед бесчисленной аудиторией, и он чувствовал, что избыточность необходима, если то, что он должен сказать, должно быть услышано по-настоящему. Но он ненавидел конкурентную борьбу при внедрении идей, считая, что она неизбежно приводит к сложным формам сопротивления и искажения.

Его интерактивный стиль обучения и преподавания (даже его письменные работы представляют собой в некотором смысле процессы обсуждения с воображаемым, активным собеседником) имеет некоторое отношение и к вопросу о его «учености». В недавнем обзоре последней книги Бейтсона «Разум и природа» (1979) Стивен Роуз (1980) утверждает, что обсуждение Бейтсоном центральных тем современной философии науки «в непризнанном долгу перед Поппером и Фейерабендом по проблемам доказательства и объективности, » и Роуз выражает удивление тем, что Бейтсон не поддерживает его холистический подход ссылками на Луриа и Пиаже. Однако, что касается существа аргумента Бейтсона, Роуз комментирует:0004

Высказанные замечания мудры и, на мой взгляд, в целом безупречны. То, что они выброшены Бейтсоном без привязки к философским и эпистемологическим дебатам, которые бушевали вокруг них в последнее десятилетие, можно рассматривать либо как раздражающую интеллектуальную неряшливость самоучки, либо как величие глубокого ума, подытоживающего всю жизнь опыт.

Книжный рецензент раздражен и склоняется к первому варианту.

Бейтсон не принадлежал ни к какой академической дисциплине. В своем становлении и карьере он был «оригиналом», «самоучкой». Его знания и чувство проблемы были сформированы в чрезвычайно богатой ранней интеллектуальной среде, его неформальной интеллектуальной сетью на протяжении всей жизни (которая включала в себя хороший образец лучших мыслителей века), гением внимательного наблюдения за тем, что его очаровывало (в основном структуры и процессов действительности, созданных посредством общения), а может быть, и некоторым болезненным отчуждением от обыденности. Несмотря на то, что он был высококультурным в своем понимании европейских традиций, он не был исследователем современных документов в области социальных наук. Его любимые отсылки к Уильяму Блейку, Сэмюэлю Батлеру, Лармарку, Альфреду Уоллесу, Дарвину, Ч. Х. Уоддингтону, Р. Г. Коллингвуду, Уайтхеду, Расселу, Библии, святому Августину, фон Нейману, Норберту Винеру и Льюису Кэрроллу.

Частично его идиосинкразический путь был результатом его институциональной изоляции. Но он был не столько ученым, критиком чужих сочинений, сколько естествоиспытателем, для которого «природа была его книгой» — не банальная характеристика. Он использовал все, чему мог научиться у других, интегрированное в свое собственное видение (ибо он был полной противоположностью эклектика), чтобы прочитать эту книгу.

Формальное обучение Бейтсона у А. К. Хэддона, с которым он познакомился в конце своей студенческой карьеры, по нынешним стандартам было кратким и поверхностным. И хотя он хотел уйти от зоологии, потому что его интерес к ней был «чисто интеллектуальным, а не сердечным» (как он писал своим родителям в 1925), его антропологические интересы уходили корнями в естественные биологические науки не только в результате его обучения в бакалавриате, но и в результате интенсивного неформального образования, которое он получил в детстве и юности от своего отца и его окружения. Интерес его отца к биологической морфологии (в частности, к вопросам симметрии и асимметрии), а также к ее возникновению, сохранению и нарушению разделялся сыном и, расширенный за счет включения морфологии поведения, составлял лейтмотив всей его жизни, исходя из его концепции процессов схизмогенез в ятмульской культуре (Naven 1936, 1965) к проблемам книги «Разум и природа», вышедшей за год до его смерти.

Его интерес к поведенческой морфологии, которая для него включала смысловые структуры и коммуникацию, привел его с самого начала его карьеры к недоверию к простым редукционистским моделям причины и следствия, которые, казалось, упускали слишком много и искажали понимание. Он чувствовал, что объяснения (и мысли в целом), не обладающие должной сложностью по отношению к событиям, которые он пытался описать, были не только ложными в том смысле, который он пытался указать, но и опасны тем, что приводили к деструктивным действиям. . Бейтсон глубоко чувствовал, что способы понимания феноменов мира коммуникации обязательно имеют активные моральные последствия. Мы вернемся к этому.

Кто-то сказал, что все мыслители (если смотреть, конечно, из противоположного лагеря) либо простодушны, либо бестолковы. Для простодушных Бейтсон с его тонкими и сложными моделями был принцем бестолковых. На самом деле это слепота двух лагерей. Эссе Бейтсона о понимании (включая его критику ограничений и следствий менее адекватных моделей) установили, как мы полагаем, стандарты логической последовательности, непревзойденные кем-либо, кто сегодня пишет в области социальных наук. Каждое из его эссе предполагает понимание многого из того, что он написал ранее; но когда они понимаются во всей их полноте, возникает ясное, целостное и сильное видение.

Однако взаимосвязанная паутина его идей, а также его особая точка зрения затрудняют полное понимание многих его эссе в отрыве (и тем более это верно в отношении отдельных фраз) до тех пор, пока точка зрения и схватываются общие черты его системы идей. Такие предложения, как «преобразование различия, путешествующего по цепи, является элементарной идеей» (1972: 549) или значение теории «двойной связи» шизофрении, требуют довольно тщательного контекстуального размещения.

Мы считаем, что тип системы и способ мышления, над которыми работал Бейтсон, предоставляют интеллектуальные инструменты, которые гораздо ближе к современным представлениям об организации явлений, чем общепринятые предположения, над изменением которых он работал. Его основополагающая сила заключается в формулировке его прозрений, а также в указании и освещении тех проблем и парадоксов, которые являются остатками изношенных парадигм. Беглый выбор вопросов и подходов, которыми мы ограничены в этом кратком обзоре, обязательно неадекватен, и мы должны отослать читателей обратно к его трудам за разъяснениями и точки зрения.

Бейтсона интересовало нечто большее, чем этнография и описание либо «необработанных данных», либо данных, связанных с «аналитическими проблемами среднего уровня», такими как, скажем, организация систем родства. Теренс Тернер (1980) в обзоре Mind and Nature заметил, что некоторые читатели и слушатели были склонны отвергать работу Бейтсона, потому что он имел тенденцию переходить от общих принципов высшего порядка абстракции непосредственно к (и от) примерам, которые он связаны метафорой или аналогией, не пытаясь справиться с аналитическими проблемами среднего уровня.

На самом деле это был сознательный и преданный метод Бейтсона, и он был направлен на то, что он считал миссией тех наук, занимающихся значением и коммуникацией, включая антропологию. Он был озабочен продвижением поиска фундаментальных принципов структуры и процесса в этих науках, а также классов данных и видов наблюдения, необходимых для освещения этих основ.

Многие исследователи, особенно в области поведенческих наук, кажется, считают, что научный прогресс является преимущественно индуктивным, и так и должно быть. . . . Они считают, что прогресс достигается за счет изучения «сырых» данных, что приводит к новым эвристическим концепциям. Затем эвристические концепции следует рассматривать как «рабочие гипотезы» и проверять на большем количестве данных. Есть надежда, что постепенно эвристические концепции будут исправляться и улучшаться, пока, наконец, они не станут достойными места в списке основ. Около пятидесяти лет работы, в которой приняли участие тысячи умных людей, фактически дали богатый урожай нескольких сотен эвристических понятий, но, увы, едва ли хоть один принцип, достойный места в списке основ. [1972:xix]

По мнению Бейтсона, эвристические концепции, обычно используемые в объяснении социальных наук, относятся к классу с «усыпляющим принципом», призванным объяснить снотворные свойства опиума в «» Мольера «Доктор вопреки самому себе».

Из вежливости я называю эти понятия «эвристическими»; но на самом деле большинство из них настолько свободно выведены и настолько нерелевантны друг другу, что они смешиваются вместе, образуя своего рода концептуальный туман, который во многом замедляет прогресс науки. [1972: xviii]

Объяснение — это сопоставление данных с основными принципами. . . [и] конечной целью науки является расширение фундаментальных знаний. . . [но] подавляющее большинство концепций современных [социальных наук]. . . полностью оторваны от сети научных основ. [1972:xix]

Бейтсон утверждал, что многие аспекты фундаментальной структуры и процессов, относящиеся к сегменту мира, включающему коммуникацию, сообщения и смысл, необходимо тщательно отличать от тех, которые имеют отношение к другим аспектам мира. Когда вы пинаете камень, говорил он, движение камня определяется его массой, а также энергией и направлением вашего удара; когда вы пинаете собаку, она движется за счет энергии собственного метаболизма, потому что что-то понимает.

Его аргументы об этих различиях должны были очистить почву. В физическом мире «цепочки причин и следствий… можно отнести к силам и воздействиям» (1972: xxi). Но в мире смысла (и вот один из его примеров на службе поиска основ):

Ничто — то, чего нет — не может быть причиной. . . . Помните, что ноль отличается от единицы, и поскольку ноль отличается от единицы, ноль может быть причиной в психологическом мире, в мире общения. Письмо, которое вы не напишете, может получить гневный ответ; и форма подоходного налога, которую вы не заполните, может спровоцировать мальчиков из налоговой службы на энергичные действия, потому что они тоже завтракают, обедают, пьют и ужинают и могут реагировать с энергией, которую они получают от своего метаболизма. [1972:452]

Бейтсон иногда использовал термины плерома и креатура , которые он заимствовал у Юнга (который утверждал, что следует гностическому использованию) для двух областей.

Плерома — это мир, в котором события вызываются силами и воздействиями и в котором нет «различий». Или, как я бы сказал, никаких «отличий». В творении эффекты вызываются именно различием. [1972:456]

Эти различия представляют собой подмножество изменений («различия, создающие различие») внутри или вокруг «системы», которая упорядочена таким образом, что она реагирует на них, так что они предназначены для что системные значимые сообщения.

Эти различия и системы, для которых они значимы (их элементы, структуры, классовые и видовые характеристики), были тем, что его интересовало. Бейтсон попытался выяснить некоторые способы структурирования, поддержания и обучения «креатуры», кое-что о ее эволюционных и адаптивных особенностях, а также о ее патологиях. Для этого он расширил понятие «разум».

Я полагаю, что границы индивидуального разума всегда должны зависеть от того, какие явления мы хотим понять или объяснить. Очевидно, что существует множество путей передачи сообщений вне кожи, и они и сообщения, которые они несут, должны быть включены как часть ментальной системы всякий раз, когда они уместны. [1972:458]

(Ниже мы отметим дальнейшее расширение идеи «разума» в его более позднем мышлении.) шизофрения, эволюционное значение игры, значение контекста и маркеров контекста, специфические формальные свойства аналоговой коммуникации, способы структурирования и передачи отношений — все это (в дополнение к большому количеству менее формализованных концепций) было попытками разработать аналитические инструменты. за то, что имел дело с «креатурой» в том, что, по его мнению, было ей адекватным. Центральным элементом всего этого была мощная теория обучения (разработанная в серии статей «Шаги к экологии разума»), включающая концепцию «обучения второго уровня» (9). 0038 deuterolearning ), предполагая, как особенности мировоззрения и аспекты характера (как культурно согласованные, так и индивидуальные) приукрашиваются такими терминами, как «фатализм». «инструментализм», «пассивность», «свободная воля» и т. д. изучаются и как они становятся «здравым смыслом» групп. Он также предлагает в рассуждениях о «обучении третьего уровня» то, как достоверность обучения второго уровня может, при вполне точно описываемых условиях, быть разрушена или «превзойдена», идея, которая имеет интересные последствия для вышестоящих систем социального контроля и интеграции.

Бейтсон пришел к выводу, что социально-психологические формы, которыми он интересовался, связаны с более широкими процессами эволюции и адаптации. Он усмотрел разного рода систематические отношения между процессами эволюции, рассматриваемыми как филогенетическое «обучение», и обучением, происходящим на индивидуальном и культурном уровне. Важные аспекты его размышлений о связи подвижных и динамических процессов адаптации в отдельных организмах (таких как загар в ответ на солнечный свет или индивидуальное обучение) с менее подвижными аспектами адаптации (такими как цвет кожи до загара) представлены в плотная, аргументированная и важная статья «Роль соматических изменений в эволюции» (1963, перепечатано в Bateson 1972). Статья, которую трудно кратко обобщить, посвящена «экономике гибкости», которую Бейтсон считал логически необходимыми отношениями между мобильными адаптивными механизмами и более стабильными структурами, в отношении аспектов временных последовательностей, величины и природы гибкости. нарушения в адаптирующейся системе, а также аспекты иерархии или «логической типизации». Детали его рассуждений, оказавшие большое влияние на некоторых биологов (например, Слободкина и Рапопорта 1974) имеют существенное значение для понимания «экономики гибкости» в других типах систем, включая социокультурные и психологические.

В другом эссе «Стиль, изящество и информация в первобытном искусстве» (1972:128-152) Бейтсон обсуждает «экономику сознания», формально аналогичную его аргументам об «экономике гибкости». Поскольку способность сознания к обработке данных ограничена, ее необходимо сохранить. Для этого необходимо «погрузить» в бессознательное привычку, знание и умение, которые потом будут продолжать казаться верными, уместными или необходимыми независимо от изменения окружающей среды, сохраняя в доступном «месте» только то, что должно постоянно модифицированный. Но за это «утопление» знания приходится платить. То, что «затонуло», становится недоступным, и его трудно или невозможно изменить.

Подход Бейтсона к адаптации не только делает «функциональные» изменения непрерывными с эволюционными преобразованиями, но также подразумевает их логическую взаимосвязь. Он попытался исследовать «сознание» в рамках этой общей схемы. В иерархически организованных адаптивных системах эволюционные преобразования в подсистемах являются элементами саморегулирующихся процессов более инклюзивных систем, частями которых они являются. Эволюционные изменения в таких подсистемах можно объяснить тем, что они сохраняют неизменными в более крупной системе. Если выразить это в терминах «подобных разуму» характеристик таких систем, изменения служат стабильности, которую можно определить посредством ссылки на «постоянную истинность некоторого описательного предложения» (19).79:62). Изменения положения канатоходца сохраняют истинность ориентировочного утверждения, что он находится на канате. В этом отношении, конечно, существует глубокая разница между культурной и биологической эволюцией. В биологической эволюции «вейсмановский барьер между сомой и зародышевой плазмой считается совершенно непрозрачным… В культурной эволюции и индивидуальном обучении связь через сознание присутствует, [но] неполная и, вероятно, искажающая» (1972:444). Следовательно, последний может сохранять истинностное значение «неправильных предложений». Бейтсон считал, что эта проблема присуща самому сознанию, в частности определенному аспекту сознания, а именно цели. Кибернетическая природа себя и мира имеет тенденцию быть незаметной для сознания в той мере, в какой содержание «экрана» сознания определяется соображениями цели» (там же, курсив в оригинале).

Такого рода аргументы В своих поисках существенных сходств и контрастов в системах, связанных с коммуникацией и значением, Бейтсон полагал (и здесь он улавливает акценты Вико и таких романтических протестующих против эмпиризма, как Блейк), что правомерно использовать интуиции, основанные на аспектов порядка, усматриваемых при изучении любой сложной «кибернетической» системы (и, возможно, основанных, в конечном счете, на нашем собственном ощущении себя как организованных систем человек/среда) для исследования других организованных сфер. Он назвал это похищение «латеральным расширением». абстрактных компонентов описания» (1979:142), которые он считал столь же важными, как дедукция и индукция. «Метафора, сон, притча, аллегория, все искусство, вся [социальная?] наука, вся религия, вся поэзия, тотемизм… организация фактов в сравнительной анатомии — все это примеры или совокупность случаев похищения…» Затем он, что характерно, развил эту идею в своих поисках аналогий с порядком. «Очевидно, что возможность похищения простирается до самых корней физической науки, ньютоновский анализ солнечной системы и периодическая таблица элементов являются историческими примерами» (19).79: 142-143).

Растущий теоретический акцент Бейтсона на адаптивной природе человеческого мышления и поведения привел к тесному совпадению его интеллектуальных и моральных позиций. Он был глубоко обеспокоен истреблением аборигенного населения, деградацией экологических систем, экономическим угнетением, бессмысленными войнами и гонкой вооружений; но он принял их и бесчисленное множество других бедствий и страшных предзнаменований современной жизни за проявления ограниченного числа более глубоких нарушений системного характера, некоторые из которых или все они могут быть определены в формальных терминах кибернетических систем связи и означают, что составил для него жизнь , разум и общество. Он считал, что одна из причин этих сбоев связана с особой природой человеческого сознания как адаптивной системы. По его мнению, как мы уже отмечали, в сознании преобладает целеустремленность, а целеустремленное мышление имеет линейную структуру . То есть он устанавливает цели и изобретает средства для их достижения, не руководствуясь и даже не осознавая круговую и сетчатую структуру причины и следствия, которая упорядочивает системы, в которых осуществляется целенаправленное действие.

Следует отметить, что первенство такого рода «сознания» (которое является скорее вопросом дискурсивного, культурно предписанного «рационального мышления», чем, скажем, фрейдистского «сознания») в психической деятельности, круг ситуаций, к которым считается, что его применение и, прежде всего, его влияние на действие и доступная сила, связанная с ним, различаются между отдельными людьми и группами. Таким образом, « при внедрении современной технологии сознание, в котором доминирует цель, становится разрушительным для баланса между людьми, их обществами и их экосистемами» (19). 72:434).

Лекарство от недостаточности сознания, целеустремленной рациональности не в том, чтобы отвергнуть ее в пользу страстной нерациональности (и здесь Бейтсон отходит от крайней романтической позиции), а в том, чтобы дополнить и дополнить ее. Для Бейтсона недостатки линейных, целенаправленных, дискурсивных процессов сознания исправляются за счет помощи недискурсивных, понимающих паттерны, эмоционально насыщенных «первичных процессов» в смысле Фрейда, процессов, которые Бейтсон, однако, цитируя Блейка, « Слеза — это интеллектуальная вещь», представляла законные аспекты познания. Искусство, аспекты религии и сложная символическая форма являются средствами передачи необходимой информации. Взяв здесь его метафору из религиозного языка, искусство, например, является «частью человеческого поиска благодати». Он думал о благодати как об интеграции « различных частей разума, особенно тех множественных уровней, одна крайность которых называется «сознанием», а другая — «бессознательным» (1972:129) . Когда мир рассматривается как цепи информации и значений, в которых участвует подсознание действующего лица, тогда мировые проблемы в основном включают, как мы уже отмечали, неудачи сознательного понимания, которые, по Бейтсону, влекут за собой ошибки в эпистемологии индивидов.

Интеллектуальный анализ Бейтсона имел, таким образом, глубоко моральный или, если угодно, идеологический подтекст. Для одних это было источником его влечения, для других — проблемой. Он чувствовал, что правильное понимание разума или «креатуры» влечет за собой понимание правильного действия (в том числе, когда не действовать), как понимание человеческой физиологии делает для идеального врача. Исходя из такого убеждения, он должен был объяснить источники того, что он принял за человеческую ошибку, и вытекающий из этого его анализ сознания или, в некоторых настроениях, «западного» сознания. В его морали невежество было ответственно за зло.

Мы думаем, что антропологам будет полезно прокомментировать рост его морального положения. Ранняя работа Бейтсона о моделировании культуры, о второстепенных истинах (то есть истинно то, что определенная община соглашается быть истинным), которые выросли из структуры опыта и обучения (вторичного обучения) в таких сообществах, разделяет с антропологией того времени два морально значимых предположения. Во-первых, паттернирование системы имеет онтологический приоритет над «индивидуумом» (последнее является проблематичной конструкцией для Бейтсона). Это растворение личности как центра похвалы или порицания, ответственности за нецивилизованное поведение (если вернуться к Боасу) было важным либеральным ответом на колониальные и расистские идеологии. (Интересной идеологической кульминацией этой позиции стала антипсихиатрия Рональда Лэнга, на которую оказал влияние Бейтсон, который считал семейную систему ответственной за шизофрению жертвы.) Во-вторых, связанный с децентрацией личности, был вывод о том, что каждая культура обеспечивает альтернативную , столь же действительный, и столь же произвольный способ формулировки реальности и создания иллюзии здравомыслия.

Это релятивистское предположение о культурном творении реальности из «беспрерывного потока событий», это обесценивание невинного здравого смысла в отношении реальности мира (которому так сильно способствовал анализ Бейтсона) с его последствиями для терпимости, но помимо этого покорность, солипсизм или что-то похуже постепенно противопоставлялись мысли Бейтсона.

Напряжение передано в послесловии, которое он написал в 1977 году к сборнику праздничных эссе «О Бейтсоне: 9».0004

В солипсизме вы в конечном счете изолированы и одиноки, изолированы посылкой «Я все это выдумываю». Но в другой крайности, противоположной солипсизму, вы перестали бы существовать, став не чем иным, как метафорическим пером, развеваемым ветрами внешней «реальности». . . . Где-то между этими двумя находится область, где вас частично дует ветер реальности, а частично художник, создающий композицию из внутренних и внешних событий. [п. 245]

Он был озабочен ограничивает культурного определения истины различными способами. В размышлениях об «истине третьего уровня» он спросил, что происходит, когда обучение включает в себя подчинение культурных истин более сложному обучению, такому как обучение, происходящее на основе глубокого знания двух разных культурных систем. Одной из возможностей был выход за рамки конкретной системы культурного здравого смысла к более общему пониманию человеческого состояния. Другой пробой пределов релятивизма было изучение тех систем, которые были патологическими как системы связи, которые должны были разрушиться целиком или по отношению к какому-либо компоненту. Теория двойной связи была связана с такими системами.

Но, пожалуй, самое главное: перемещая культурные системы в более крупные системы поддержки, то есть заново подчеркивая их адаптивные последствия, он нашел основу для культурного сравнения и для идеи ошибки.

Моральная позиция здесь ничем не отличается от культурного релятивизма по своей мотивации. Обе позиции — радикальный релятивизм и критика гордыни, власти и узко определяемого прагматического мышления как патологического — являются критикой западных взглядов на превосходство и эксплуатацию над другими народами и над природой. Но по своему содержанию они совершенно разные. Понятие культурного релятивизма, каким бы расплывчатым оно ни было, с трудом вмещает понятие ошибки. В радикальной доктрине культурного релятивизма, как в развитой концепции Бейтсона, мало места для возможности того, что вся культура может страдать от системных нарушений внутренней адаптации или внешней адаптивности.

Многое из этого опирается на очень старую интеллектуальную традицию, восходящую, как заметил сам Бейтсон, по крайней мере, к Гераклиту, который отмечал, например, опасность, которую разум на службе личной выгоды представлял для Логоса, космического порядка. Бейтсон признал и получил поддержку многих выдающихся прародителей. Большая часть его работ была в высшей степени новаторской: теория двойной связи, схизмогенез, логическое типирование аспектов обучения и многие другие идеи, которые должны быть проверены временем. Возможно, прежде всего он был каналом, по которому некоторые новые взгляды на вещи (или возрожденные старые взгляды) текли к сегменту по большей части американских и английских интеллектуальных рабочих (его работы теперь переводятся на французский и испанский языки) наполовину. десяток полей. Он придал некоторым из этих идей более ясную форму и применил их к новым событиям и материалам.

Он счел бы прощальную статью, касающуюся его оригинальности и индивидуальности, упущенной из виду. По его словам,

Фрейдистская психология расширила понятие разума внутрь, включив в него всю коммуникационную систему внутри тела — вегетативные, привычные и широкий спектр бессознательных процессов. То, что я говорю, расширяет ум вовне. И оба эти изменения уменьшают масштаб сознательного я. Уместным становится определенное смирение, смягчаемое достоинством или радостью быть частью чего-то гораздо большего [19].72:462-463].

Он расширил свою идею «разума» за пределы кожи. Он расширил его еще раз, особенно в своей последней книге «Разум и природа». Он развивает там характеристики систем, которые, как ему кажется, обладают существенными чертами, характеризующими также и человеческий разум, и он нашел в них существенные аспекты живых систем (включая такие системы, как экологические системы, состоящие из «живых элементов») вообще, как а также сложные кибернетические системы, построенные человеком.

Он попытался уловить интеллектуальные и моральные последствия такого взгляда на индивида как на часть и представителя таких более общих процессов.

И, наконец, смерть. Понятно, что в цивилизации, которая отделяет разум от тела, мы должны либо пытаться забыть о смерти, либо создавать мифы о выживании трансцендентного разума. Но если разум имманентен не только тем путям информации, которые расположены внутри тела, но и внешним путям, тогда смерть принимает другой вид. Индивидуальная связь путей, которую я называю «я», уже не так драгоценна, потому что эта связь является лишь частью большего разума. Идеи, которые казались мне, могут стать имманентными и вам. Да выживут — если правда. [1972: 465]

Роберт И. Леви Университет Калифорнии, Сан -Диего

Рой Раппапорт Университет Мичигана 9000

3 С.

  • 1942 (с Маргарет Мид) Балийский характер: фотографический анализ. Нью-Йорк: Нью-Йоркская академия наук.

  • 1951 (совместно с Юргеном Рюшем) Коммуникация: Социальная матрица психиатрии. Нью-Йорк: Нортон.

  • 1961 Рассказ Персеваля: рассказ пациента о его психозе, 1830–1832 гг., Джон Персеваль. Отредактировано с введением Грегори Бейтсона. Стэнфорд: Издательство Стэнфордского университета.

  • 1965 Навен: Обзор проблем, предложенных составным изображением культуры племени Новой Гвинеи, составленным с трех точек зрения. 2-е изд. с эпилогом. Стэнфорд: Издательство Стэнфордского университета. (Первое издание было опубликовано издательством Кембриджского университета в 1936.)

  • 1972 Шаги к экологии разума: Сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии. Нью-Йорк: Чендлер. (Издание в мягкой обложке, Ballantine Books.)

  • 1979 г. Разум и природа: необходимое единство. Нью-Йорк: EP Dutton.

  • Бейтсон, Мэри Кэтрин 1972 Наша собственная метафора. Нью-Йорк: Кнопф.

  • Брокман, Джон (ред.) 1977 г. О Бейтсоне. Нью-Йорк: EP Dutton.

  • Кисинг, Роджер 1974 Обзор «Шаги к экологии разума». Американский антрополог 76:370.

  • Роуз, Стивен 1980 Обзор «Разума и природы». Литературное приложение к Times, 21 ноября: 1314.

  • Слободкин Л. и А. Рапопорт 1974 Оптимальная стратегия эволюции. Ежеквартальный обзор биологии 49: 187-200.

  • Тернер, Теренс 1980 г. Обзор «Разума и природы». В эти времена, сентябрь: 17-23.

  • Статьи по теме

    • Двойная связка повседневной жизни (Psychologytoday.com)

    • Письма от Грегори Бейтсон

    Nellie Bateson obituury — McMurray, PA

    — Batesson — McMurray, PA

    9

    . ПОЖАЛУЙСТА, ВНИМАТЕЛЬНО ПРОЧИТАЙТЕ СЛЕДУЮЩИЕ УСЛОВИЯ ПЕРЕД ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ЭТОГО ВЕБ-САЙТА (КАК ОПРЕДЕЛЕНО ЗДЕСЬ). Используя этот Веб-сайт, вы подтверждаете свое признание и согласие с настоящими Условиями. Если вы не согласны с настоящими Условиями, НЕ используйте этот Веб-сайт (как определено здесь).

    Настоящие Положения и условия регулируют использование веб-сайтов Book Of Memories («Веб-сайт»). и другие услуги (совместно именуемые «Услуги»). FrontRunner Professional («Компания», «мы», «нас», «наш») оставляет за собой прямо в нашем по собственному усмотрению изменять, дополнять или модифицировать («изменения») все или часть настоящих Положений и условий в любое время. время от времени ко времени по любой причине. Любые изменения в настоящих Условиях будут отмечены указанием даты, когда они Условия были последними. Любые изменения вступают в силу не ранее чем через четырнадцать (14) дней после их публикации; при условии, однако, что изменения, касающиеся новых функций Сервисов, или изменения, внесенные по юридическим причинам, будут иметь силу немедленно. Ваше использование или продолжение использования Услуг после даты вступления в силу любых таких изменений будет считаться ваше прямое согласие с Условиями и положениями с изменениями, дополнениями или изменениями.

    Право на использование: Пользователи моложе 18 лет не имеют права пользоваться Услугами без согласия. Пользователи в возрасте от 13 до 17 лет могут пользоваться Услугами с согласия и под контролем родителя или законного опекун, достигший 18-летнего возраста; при условии, однако, что такой родитель или законный опекун соглашается быть связаны настоящими Условиями, и соглашается нести ответственность за такое использование Услуг. Компания оставляет за собой право отказать в использовании Услуги никому и отказать, отменить, прервать, удалить или приостановить любую Кампанию, Пожертвование или Услуги в любое время по любой причине без обязанность.

    Определения: В настоящих Условиях и положениях «Организаторы кампании» означают тех, кто занимается сбором средств, и «Кампании» в качестве кампаний по сбору средств. Кроме того, «доноры» означают тех, кто вносит средства, и «Пожертвования» в качестве средств, которые они вносят. Организаторы Акции, Доноры и другие посетители Сервисов вместе именуются «Пользователи». Термин «Организаторы кампании» также включает любое лицо (лица), назначенное бенефициаром Кампании.

    Услуги: Услуги предлагаются в качестве платформы («Платформа») Пользователям Услуг. Помимо прочего, Сервисы предназначены для того, чтобы Организаторы кампаний могли публиковать Кампании. Платформе для приема пожертвований от доноров. Несмотря на то, что плата за настройку кампаний не взимается, часть каждого Пожертвования будет взиматься в качестве сборов за наши Услуги и платежи от наших третьих лиц. процессоры. Компания оставляет за собой право изменять или прекращать, временно или постоянно, Услуги с или без уведомление. Вы соглашаетесь с тем, что Компания не будет нести ответственности перед вами или какой-либо третьей стороной за любые изменения, приостановку или его прекращение. Компания не несет ответственности за удаление или невозможность сохранения каких-либо данных или другого контента. поддерживается или загружается Сервисами. Если вы получаете доступ к Услугам через мобильное устройство, стандарт вашего оператора беспроводной связи сборы, могут применяться тарифы на передачу данных и другие сборы. Кроме того, загрузка, установка или использование определенных Услуг может быть запрещены или ограничены вашим оператором, и не все Услуги могут работать со всеми операторами связи или устройствами. Используя Услуги, вы соглашаетесь с тем, что мы можем общаться с вами в отношении Компании и других лиц с помощью SMS, MMS, текстовых сообщений или других электронных средств на ваш мобильное устройство и что определенная информация об использовании Услуг может быть передана нам.

    Благотворительные пожертвования: Кампании не являются благотворительными, в отношении которых вы можете сделать благотворительными не облагаемые налогом суммы. взносы. Любое Пожертвование, которое вы делаете через Платформу, может быть обработано независимым деловым партнером, для которого разовая комиссия (в дополнение к нашему профессиональному вознаграждению FrontRunner). Вы понимаете, признаете и соглашаетесь с тем, что Компания не является благотворительная деятельность, и Компания не требует благотворительных пожертвований для себя или какой-либо сторонней благотворительной организации. Компания просто выступает в качестве посредника при оплате любых пожертвований.

    Только административная платформа: Службы являются только административной платформой. Компания просто выступает в качестве посредника в оплате любых пожертвований между Организаторами кампании и донорами, и не является стороной какого-либо соглашения между Организаторами Кампании и Доноров. Компания , а не брокер, агент, финансовое учреждение, кредитор или страховщик для любого пользователя. Компания не контролирует поведение, или любую информацию, предоставленную Организаторами кампании, и Компания настоящим отказывается от любой ответственности в этом отношении. Мы прямо отказываемся от какой-либо ответственности или ответственности за успех или исход любой Кампании. Жертвователи должны по своему усмотрению принимать окончательное решение о пожертвованиях на любые Кампании. Доноры несут исключительную ответственность за вопросы и расследования Организаторов Кампаний и Кампаний. в той мере, в какой они считают это необходимым, прежде чем сделать вклад. Все пожертвования делаются добровольно и по собственному усмотрению и на риск Доноров. Компания не гарантирует, что Пожертвования будут использованы в качестве обещал. Компания не поддерживает, не гарантирует, не делает заявлений и не предоставляет гарантий в отношении качества, безопасность, или законность любой Кампании. Жертвователи несут исключительную ответственность за определение того, как рассматривать их Пожертвования для целей налогообложения. целей.

    Нет проверки информации о кампании: Мы не проверяем информацию, которую Организаторы кампании поставлять, и не гарантирует, что Пожертвования будут использованы в соответствии с любой целью сбора средств, предписанной Организаторы кампании. Мы отказываемся и не берем на себя никакой ответственности за проверку того, используются ли пожертвования в соответствии с какими-либо применимые законы.

    Ваши регистрационные обязательства: Вам может потребоваться зарегистрироваться в Компании для доступа и использования определенные функции Сервисов. Если вы решите зарегистрироваться для получения Услуг, вы соглашаетесь предоставлять и поддерживать правдивую, точную, актуальную и полная информация о самостоятельно в соответствии с регистрационной формой Сервисов. Организаторы кампании должны зарегистрироваться, используя свои настоящие личности, включая их имя и любое изображение, предназначенное для изображения Организатора Кампании. Регистрационные данные и некоторые Дополнительная информация о вас регулируется нашей Политикой конфиденциальности. Если вам меньше 13 лет, вы не имеете права использовать Услуги, с регистрацией или без нее. Кроме того, если вам еще не исполнилось 18 лет, вы можете пользоваться Услугами с регистрацией или без нее только с одобрение вашего родителя или опекуна. Некоторые аспекты наших Услуг также могут потребовать от вас регистрации (и согласия с условиями) третьей стороны. поставщики услуг (например, обработчики платежей или обработчики благотворительных пожертвований) для использования таких Услуг. Хотя в некоторых случаях мы можем способствовать такой регистрации, мы не являемся стороной каких-либо таких отношений и отказывается от какой-либо ответственности или ответственности за действия такой третьей стороны. Мы можем обмениваться информацией с такими сторонними службами, чтобы облегчить предоставление Услуг (и связанных с ними сторонних услуг).

    Публичный показ пожертвований: Жертвователи имеют возможность публично демонстрировать свои пожертвования для общественности. просмотр или разрешить их информация, которая должна быть предоставлена ​​бенефициарам Кампании. Чтобы сохранить информацию о вашем пожертвовании в тайне, просто нажмите соответствующий флажок в процессе пожертвования. Пожалйста, ознакомьтесь с нашими условиями конфиденциальности для получения дополнительной информации о том, как мы можем собирать, использовать и хранить определенную информацию о вас и вашем использовании Услуг.

    Оплата пожертвований: Чтобы внести свой вклад в Кампанию, Доноры должны предоставить Компании информация относительно своей кредитной картой (например, VISA, MasterCard, Discover или American Express) или другим способом оплаты. Доноры представлять и гарантировать Компании, что такая информация верна и что Доноры имеют право использовать кредитную карту или способ оплаты. Доноры согласны с тем, что может применяться определенная минимальная сумма пожертвования, и что все платежи по пожертвованию являются окончательными и не могут быть возмещены. Доноры соглашаются незамедлительно обновить информацию об учетной записи с учетом любых изменений, которые могут произойти, и оплатить указанную вами сумму пожертвования. Настоящим доноры разрешают Компания будет периодически выставлять счета с кредитных карт Доноров заранее, пока Доноры не расстанутся. периодические платежи через Платформу.

    Сборы: Компания не взимает с Организаторов Кампаний никаких авансовых платежей за Кампании. Компания сохраняет часть каждого пожертвования внесли вклад в Кампании в размере четырех процентов (4%) («Профессиональное вознаграждение FrontRunner»). Часть пожертвования составляет задолженность перед нашим третьим сторонние платежные системы («Плата за обработку»). Доноры признают, что, внося пожертвования на кампании, Доноры соглашаются на любые и все применимые условия, установленные сторонним платежным процессором, в дополнение к этим Условия и положения. Доля каждого пожертвования, подлежащая выплате нашим сторонним платежным системам и удерживаемая ими, составляет:

    • ТОЛЬКО для пользователей из США: сторонний платежный процессор взимает комиссию в размере 2,9% И 0,30 доллара США за пожертвование для VISA, Карты MasterCard или Discover или 3,4% И 0,30 доллара США за пожертвование для карт American Express.

    • ТОЛЬКО для пользователей CA: сторонний платежный процессор взимает комиссию в размере 2,9% И 0,30 доллара США за пожертвование для VISA, Карты MasterCard или Discover или 3,4% И 0,30 доллара США за пожертвование для карт American Express.

    Все комиссионные сборы и сборы за обработку («Сборы») вычитаются непосредственно из каждого пожертвования и не отражается в сумме которые Организаторы Кампании могут отозвать из Кампании. Мы оставляем за собой право изменять любые Сборы с время от времени. Если мы изменим какой-либо из Сборов, мы уведомим об изменении на Веб-сайте или иным образом, по нашему выбору, не менее чем за четырнадцать (14) дней до вступления изменения в силу. Ваше дальнейшее использование Услуг после изменение в вступление в силу любых Тарифов означает ваше согласие с новыми Тарифами.

    Возмещение ущерба: Вы соглашаетесь освободить, возместить убытки и удержать Компанию, ее аффилированные лица и их владельцев, офицеры, служащие, директоров и агентов, не причиняющих вреда от каких-либо убытков, убытков, расходов, включая разумные гонорары адвокатов, права, претензии, причины иска, действия любого рода и травмы (включая смерть), возникающие в результате или в связи с вашим использование Сервисов, любое Пожертвование или Кампанию, нарушение вами настоящих Положений и условий или нарушение вами каких-либо прав еще один. Если вы являетесь жителем Калифорнии, вы отказываетесь от Раздела 1542 Гражданского кодекса Калифорнии, который гласит: «ОБЩАЯ ОСВОБОЖДЕНИЕ НЕ РАСПРОСТРАНЯЕТСЯ НА ПРЕТЕНЗИИ, О КОТОРЫХ КРЕДИТОР НЕ ЗНАЕТ ИЛИ НЕ ПОДОЗРЕВАЕТ СУЩЕСТВУЮЩИХ В ЕГО ПОЛЬЗУ НА МОМЕНТ ВЫПОЛНЕНИЯ ВЫПУСКА, КОТОРОЕ, ЕСЛИ ОН ЗНАЕТ, ДОЛЖЕН СУЩЕСТВЕННО ПОВЛИЯТЬ НА ЕГО РАСЧЕТ С ДОЛЖНИКОМ». Если вы являетесь резидентом другой юрисдикции, вы отказываетесь от любого сопоставимого закона или доктрины.

    ОТКАЗ ОТ ЗАЯВЛЕНИЙ И ГАРАНТИЙ: ВЫ ИСПОЛЬЗУЕТЕ УСЛУГИ НА СВОЙ РИСК. УСЛУГА ПРЕДОСТАВЛЯЕТСЯ НА УСЛОВИЯХ «КАК ЕСТЬ» И «ПО МЕРЕ ДОСТУПНОСТИ». КОМПАНИЯ И ЕЕ АФФИЛИРОВАННЫЕ ЛИЦА ЯВНО ОТКАЗЫВАЮТСЯ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ВСЕ ГАРАНТИИ ЛЮБОГО РОДА, ЯВНЫЕ, ПОДРАЗУМЕВАЕМЫЕ ИЛИ ПРЕДУСМОТРЕННЫЕ ЗАКОНОМ, ВКЛЮЧАЯ, ПОМИМО ПРОЧЕГО, ПОДРАЗУМЕВАЕМЫЕ ГАРАНТИИ КОММЕРЧЕСКОЙ ЦЕННОСТИ, ПРИГОДНОСТЬ ДЛЯ ОПРЕДЕЛЕННОЙ ЦЕЛИ, НАЗВАНИЕ И НЕНАРУШЕНИЕ ПРАВ. КОМПАНИЯ И ЕЕ АФФИЛИРОВАННЫЕ ЛИЦА НЕ ДАЮТ НИКАКИХ ГАРАНТИЙ, ЧТО УСЛУГИ БУДУТ СООТВЕТСТВОВАТЬ ВАШИМ ТРЕБОВАНИЯМ, УСЛУГИ БУДУТ ПРЕДОСТАВЛЯТЬСЯ НЕПРЕРЫВНО, СВОЕВРЕМЕННО, БЕЗОПАСНО ИЛИ БЕЗ ОШИБОК, РЕЗУЛЬТАТЫ, КОТОРЫЕ МОЖЕТ ПОЛУЧИТЬСЯ ОТ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ УСЛУГ БУДЕТ ТОЧНЫМ ИЛИ НАДЕЖНЫМ ПЕРЕВОДОМ ЛЮБОГО ПОЖЕРТВОВАНИЯ ИЛИ ЕГО ЧАСТИ БЕНЕФИЦИАРУ ЛЮБОЙ КАМПАНИИ, ИЛИ КАЧЕСТВО ЛЮБЫХ УСЛУГ.

    ОГРАНИЧЕНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: ВЫ ЯВНО ПОНИМАЕТЕ И СОГЛАШАЕТЕСЬ С ТЕМ, ЧТО НИ КОМПАНИЯ, НИ ЕЕ АФФИЛИРОВАННЫЕ ЛИЦА НЕСТИ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЛЮБЫЕ КОСВЕННЫЕ, СЛУЧАЙНЫЕ, ОСОБЫЕ, КОСВЕННЫЕ, ПРИМЕРНЫЕ УБЫТКИ ИЛИ УЩЕРБ ИЗ-ЗА УПУЩЕННОЙ ПРИБЫЛИ, ВКЛЮЧАЯ, ПОМИМО ПРОЧЕГО К, УЩЕРБ ОТ ПОТЕРИ РЕЛИЧИИ, ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, ДАННЫХ ИЛИ ДРУГИХ НЕМАТЕРИАЛЬНЫХ УБЫТКОВ (ДАЖЕ ЕСЛИ КОМПАНИЯ БЫЛА УВЕДОМЛЕНА О ВОЗМОЖНОСТЬ ТАКИХ ПОВРЕЖДЕНИЙ), НА ОСНОВЕ КОНТРАКТА, ДЕЛИКТА, НЕБРЕЖНОСТИ, СТРОГОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ИЛИ ИНЫМ ОБРАЗОМ, В РЕЗУЛЬТАТЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИЛИ НЕВОЗМОЖНОСТЬ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ УСЛУГАМИ, НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП ИЛИ ИЗМЕНЕНИЕ ВАШИХ ПЕРЕДАЧ ИЛИ ДАННЫХ, ЗАЯВЛЕНИЙ ИЛИ ПОВЕДЕНИЯ ЛЮБОГО ТРЕТЬЕГО ЛИЦА ВЕЧЕРИНКА НА УСЛУГАХ, ИЛИ ЛЮБОЙ ДРУГОЙ ВОПРОС, СВЯЗАННЫЙ С УСЛУГАМИ. НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ КОМПАНИЯ НЕ НЕСЕТ ПОЛНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПЕРЕД ВАС ЗА ВСЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ, УБЫТКИ ИЛИ ПРИЧИНЫ ИСКА ПРЕВЫШАЮТ СУММУ, КОТОРУЮ ВЫ ЗАПЛАТИЛИ КОМПАНИИ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ШЕСТЬ (6) МЕСЯЦЕВ, НО НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ БОЛЕЕ СТА ДОЛЛАРОВ ($100).

    ИСКЛЮЧЕНИЯ: НЕКОТОРЫЕ ЮРИСДИКЦИИ МОГУТ НЕ ДОПУСКАТЬ ИСКЛЮЧЕНИЕ НЕКОТОРЫХ ГАРАНТИЙ, ОГРАНИЧЕНИЙ ИЛИ ИСКЛЮЧЕНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА СЛУЧАЙНЫЕ ИЛИ КОСВЕННЫЕ УБЫТКИ. СООТВЕТСТВЕННО, НЕКОТОРЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ, ПРЕДСТАВЛЕННЫЕ ВЫШЕ МОЖЕТ НЕ ПРИМЕНЯТЬСЯ К ВАМ. ЕСЛИ ВЫ НЕУДОВЛЕТВОРЕНЫ ЛЮБОЙ ЧАСТЬЮ УСЛУГ ИЛИ ЭТИМИ УСЛОВИЯМИ, ВАШ ЕДИНСТВЕННЫЙ И ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СРЕДСТВО ЗАЩИТЫ ЯВЛЯЕТСЯ ПРЕКРАТИТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СЕРВИСА.

    РАЗРЕШЕНИЕ СПОРОВ — АРБИТРАЖ (ВНИМАТЕЛЬНО ПРОЧИТАЙТЕ): Вы соглашаетесь рассматривать все споры и претензии в арбитражном порядке между вами и Компанией (включая наши соответствующие дочерние компании, филиалы, агентов, сотрудников, предшественников по интересам, правопреемников, и присваивает). Несмотря на вышеизложенное, любая из сторон может подать индивидуальный иск в суд мелких тяжб. Уведомление о Спор («Уведомление»). Уведомление для Компании должно быть отправлено по адресу 2501 Parmenter Street, Suite 300A, Middleton, WI 53562, Attn: Президент, с копией по электронной почте [email protected] («Адрес для уведомлений»). Уведомление должно (i) описывать характер и основание претензии или спор, и (ii) указать конкретную запрашиваемую помощь («Требование»). Если Компания и вы не достигли соглашения о разрешить претензию в течение шестидесяти (60) дней после получения Уведомления вы или Компания можете начать арбитражное разбирательство. В ходе арбитража, сумма любого предложения об урегулировании, сделанного Компанией или вами, не должна раскрываться арбитру до тех пор, пока арбитр определяет сумму, если таковая имеется, на которую вы или Компания имеете право.

    Арбитраж будет регулироваться Регламентом коммерческого арбитража и Дополнительными процедурами для Споры, связанные с потребителями (совместно именуемые «Правила ААА») Американской арбитражной ассоциации («ААА») с изменениями, внесенными настоящими Условиями и Условия, и будут управляться ААА. С Правилами ААА можно ознакомиться в Интернете на сайте adr.org, позвонив в ААА по телефону 1-800-778-7879, или написав на адрес для уведомлений. Арбитр обязан соблюдать положения настоящих Условий. Все вопросы должны решаться арбитром, включая, помимо прочего, вопросы, касающиеся сферы действия, правоприменимость, и арбитрабильность положения об арбитраже. Если Компания и вы не договорились об ином, любой арбитраж слушания будут состоится в Чикаго, штат Иллинойс. Независимо от того, каким образом проводится арбитраж, арбитр должен вынести мотивированное письменное решение, достаточное для объяснения существенных выводов и выводов, на основании которых премия основана. ВЫ И КОМПАНИЯ СОГЛАШАЕТЕСЬ С ТЕМ, ЧТО КАЖДАЯ СТОРОНА МОЖЕТ ВЫСТАВЛЯТЬ ПРЕТЕНЗИИ ДРУГОЙ ТОЛЬКО В ВАШЕМ ИЛИ СВОЕМ ЛИЧНОМ КАЧЕСТВЕ, А НЕ В КАЧЕСТВЕ ИСТЦА ИЛИ ЧЛЕНА ГРУППА В ЛЮБОМ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСКОМ ИЛИ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСКОМ РАЗБИРАТЕЛЬСТВЕ. Если только вы и Компания договориться об ином в письменной форме, арбитр не может объединять требования более чем одного лица и не может в противном случае председательствовать над любой формой представительного или группового разбирательства. Если это конкретное положение будет признано неисполнимым, тогда вся полнота этого положения об арбитраже становится недействительной.

    спасен звонком | Развенчанные исторические мифы

    . . . так что в случае, если умерший был просто в коме, а не мертв, и случайно проснулся, движение вызывало звон, давая нам выражения «мертвый звон» и «спасенный звонком».

    Я собирался добраться до этого («Я еще не умер!») в течение некоторого времени, но Сьюзен Смайер переслала эту статью с веб-сайта Университета Джорджа Мейсона, цитируемого ниже, и ускорила это. , неделя Хэллоуина.

    «Одним из наиболее характерных викторианских навязчивых мыслей был страх перед преждевременными похоронами. . . Сообщения об этом ужасающем, но захватывающем страхе обычно описывают «гробы для побега», которые, как сообщается, продавались в девятнадцатом веке, чтобы позволить тем, кого ошибочно объявили мертвыми, спасти себя в последний момент. Самым популярным из них, как часто говорят, была дешевая и простая «Колокольня Бейтсона», колокол, установленный на крышке гроба с веревкой, идущей к руке трупа внутри… так что, если «покойник» вдруг проснется… перед погребением, но в крайне неприятном положении — он мог мгновенно и легко позвать на помощь.

    Также часто упоминается поразительная история жизни изобретателя Джорджа Бейтсона. В 1852 году он запатентовал колокольню как «Устройство возрождения жизни Бейтсона». Быстро поднявшись к славе и богатству, он получает ВТО от королевы Виктории в 1859 году. Но навязчивый страх перед преждевременным погребением гложет его собственный разум, он разрабатывает все более сложные системы сигнализации для своего собственного гроба, наконец, настаивая на том, чтобы его семья кремировала его. В 1868 году (в некоторых отчетах перенесено на 1886 год) он паникует, что его инструкции будут проигнорированы, обливает себя льняным маслом и сжигает себя.

    Пропитанная викторианской атмосферой, благоухающая мрачными рассказами По, история Бейтсона неоднократно появлялась в популярных книгах, на исторических веб-сайтах и ​​даже в периодических новостных статьях. Ранее в этом году он вдохновил на создание отмеченной наградами графической новеллы.

    Есть только одна проблема. Джорджа Бейтсона и его колокольни никогда не существовало».

    Прочитайте всю очень интересную статью на http://hnn.us/article/153726#sthash.wD8oN3YA.dpuf

    Но существовал ли такой звонок? Если бы это было так, это бы не сработало, так как отсутствие воздуха в закопанном гробу довольно быстро убило бы любого коматозного человека. И хотя были поданы различные патенты, предназначенные для «спасти» еще не умерших людей от преждевременного захоронения с помощью перископоподобных устройств, которые предположительно вводили воздух в гроб, ни один из них не был задокументирован как используемый.

     

    КОММЕНТАРИИ:

    Логан Рис говорит:
    2 ноября 2013 г., 16:27 (изменить)
    Термин «звон мертвых» происходит от скачек, и его значение даже не применимо к мифическому сценарию. А «спасённый звонком» — вполне очевидно боксерский термин. Я действительно верил, что это, вероятно, пятый класс, так что спасибо!

    Ответить
    Дженис говорит:
    2 ноября 2013 г. в 16:50 (Редактировать)
    это было здорово. ты меня зацепил! а потом ты сказал, что этого никогда не было. смешной.

    Ответить
    Кэрол Кингхэм говорит:
    2 ноября 2013 г. в 18:30 (Редактировать)
    Если это репост, не обращайте внимания.
    Я видел несколько книг, в которых упоминается эта история… они также упоминают средневековые склепы, в которых оставляли тело перед погребением до тех пор, пока не наступит очевидное разложение… трупы пальцем, чтобы обнаружить любые признаки жизни. Поскольку иногда тела движутся во время естественного разложения, возможно, были какие-то кольца и очень напуганные охранники, если они действительно существовали.
    Меня всегда интересовал рассказ о человеке, которого приняли за мертвого и бросили на дно груды трупов после битвы при Геттисберге… которого позже обнаружили живым, но безумным… вы когда-нибудь находили цитаты по этому поводу?

    Ответить
    Мэри Майли говорит:
    2 ноября 2013 г. в 18:37 (Редактировать)
    Re: Инцидент в Геттисберге, нет, я никогда об этом не слышал.

    Ответить
    Дебора Брауэр говорит:
    5 ноября 2013 г., 16:09 (изменить)
    Я тоже думал об этом. Совсем недавно во время недавнего визита родственников вытащили старый автотур Ghost’s of Gettysburg Battlefield. Тур был написан Марком Несбиттом, бывшим рейнджером NPS в Геттисберге. Он также снял пару видеороликов, и эта история может быть одной из инсценировок. Его показывали на канале HIstory несколько лет назад. Мне нужно еще раз взглянуть на него и посмотреть, что я могу узнать.

    Дэмиен говорит:
    2 ноября 2013 г., 21:23 (Редактировать)
    Нобель известен своим беспокойством:
    Нобель всю жизнь боялся быть погребенным заживо, и в своем завещании он оставил указания перерезать себе артерии после смерть, просто чтобы быть уверенным.

    Ответить
    oldud говорит:
    3 ноября 2013 г. в 12:44 (Редактировать)
    Я думал, что «мертвый звон» произошел от практики торговцев и других людей бросать золотую или серебряную монету на твердую поверхность, чтобы услышать звук, который он издавал. Монета из цельного золота или серебра будет звучать иначе, чем поддельная монета из неблагородного металла, смешанного с золотом или серебром; настоящая золотая монета издает звук разного звона, а поддельная издает более громкий стук. Я никогда не пробовал это, и это может быть просто еще один миф.

    Ответить
    Майк Коннолли говорит:
    7 ноября 2013 г. в 14:54 (Редактировать)
    В записях Патентного ведомства США есть пара гробовых тревог. Улучшенный погребальный ящик. Патент № 81437, Франц Вестер, Ньюарк, Нью-Джерси. 25 августа 1868 г. и GRAVE ALARM (без модели), патент № 500 072, запатентован 20 июня 1893 г.
    A. LINDQUIST. Эти две конструкции, похоже, также решают проблему нехватки воздуха. Самая последняя запатентованная сигнализация была запатентована в конце 20-го века… я думаю, около 1980 года. В любом случае, все еще зависит от того, использовались ли эти устройства. Вероятно, не очень широко, если вообще. Тем не менее, существовал вполне реальный страх быть погребенным заживо, начиная с 18-го века в США. Я думаю, что именно в дневнике Элизабет Дринкер записаны некоторые подробности о том, как член семьи наблюдал за телом недавно умершего, чтобы определить признаки смерти (I думаю, она называет это разложением), прежде чем позволить похоронить тело. В других дневниках записано, что члены семьи беспокоились о том, чтобы похоронить кого-то слишком рано (в случае 1793 эпидемия желтой лихорадки в Филадельфии). Довольно интересно.

    Ответить

    Нравится:

    Нравится Загрузка…

    6 комментариев | Высказывания | Tagged: похороненный заживо, мертвый звонарь, побег из гроба, спасенный звонком | Постоянная ссылка
    Сообщение от Мэри Майли

    БЕЙТСОН, сэр Роберт, 1-й ком. (1780-1863), Белвуар Парк и Мойра Парк, Ко. Вниз.

    CO. LONDONDERRY

    1830 — 10 мая 1842

    Семья и образование

    б . 13 мар. 1780, 1 ст. Томаса Бейтсона из Orangefield, co. Даун и Элизабет, да. Джорджа Ллойда, FRS, из Халм-Холла, Lancs. образование . Троицкий колл. Камб. 1800. м . 27 апр. 1811, Екатерина, род. Сэмюэля Диксона из Ballynaguile, co. Лимерик, 7с. (2 д.в.п .) 3д. (1 д.в.п .). или . фа. 1811 г.; кр . бт. 18 декабря 1818 г. д . 21 апреля 1863 г.

    Офисы

    Sheriff, co. Вниз 1809-10.

    Биография

    Бейтсоны изначально были семьей из Ланкашира, но дед этого члена семьи, Томас Бейтсон (1704–1791), продал свои поместья и поселился в Дауне в середине восемнадцатого века. После смерти сына и тезки Томаса 15 мая 1811 года Бейтсон унаследовал семейную собственность в Ольстере, а семь лет спустя ему было присвоено звание баронета. и на дополнительных выборах в мае 1821 года он внес резолюцию, оплакивающую смерть отца Каслри, 1-го маркиза Лондондерри. Поселившись в близлежащем Бельвуаре, он, очевидно, интересовался делами Белфаста и, когда лорд Каслри* племянник покойного министра иностранных дел) подумывал провести агитацию в Дауне в 1824 году, он писал своему отцу, 3-му маркизу Лондондерри, что «мне невольно кажется, что при всех тихих, формальных, точных манерах сэра Роберта он знает гораздо больше о реальное положение вещей [в Белфасте], чем он заявляет или действует». Позже в том же году Лондондерри, «полагаясь на дружбу, которая так долго существовала между нашими семьями», обратился к нему за советом относительно кандидатуры своего сына, польстив Бейтсону, что «из вашего превосходного суждения и постоянного проживания» он получит «самое лучшее мнение». относительно политики Дауна. На обеде, данном в его честь в апреле 1825 года, Бейтсон поздравил своего арендатора Мойра с религиозной гармонией и улучшением условий в его поместьях и настаивал на том, что он желает, чтобы его считали только «честным независимым сельским джентльменом». Горожанин Лондондерри, он посещал там протестантские обеды для Джорджа Доусона* (декабрь 1825 г.) и лорда Джорджа Бересфорда* (октябрь 1826 г.) и пользовался большим уважением за участие в различных благотворительных и религиозных обществах.0004

    Бейтсон, который не одобрял католическую эмансипацию, предложил Каслри вместо Дауна на дополнительных выборах в июле 1829 года, вызванных его назначением на адмиралтейство в администрации герцога Веллингтона. Но в июне следующего года он в частном порядке сообщил Каслри, что его поддержка на предстоящих всеобщих выборах будет зависеть от того, будет ли он выступать против повышения налогов в Ирландии, введения английских законов о бедных и отмены лорда-лейтенанта, комментируя, что «я не одобряю поведение правительства как в отношении его внешней, так и внутренней политики. , но особенно в отношении Ирландии ». Возможно, воодушевленный Лондондерри, член которого Александр Стюарт ушел в отставку после роспуска, Бейтсон согласился предложить графство Лондондерри в качестве независимого, на основании его сильных местных связей (включая его поместье в Магерафельте, которое был указан его адрес в Официальный отчет ). Бересфорды, настроившие капитана Теобальда Джонса против Доусона, их бывшего члена, оказали ему молчаливую поддержку, и он был немедленно провозглашен достойным кандидатом. на предвыборном обеде в Ньютаунбреде 1 сентября он повторил, что будет оценивать политику правительства по ее достоинствам, особенно в отношении сокращения расходов и налогообложения. умеренных ультрас», и он проголосовал большинством против них по гражданскому списку 15 ноября 1830 г., что привело к их отставке.

    Бейтсон был очень активен в ирландских вопросах, особенно касающихся производства и торговли, за что он быстро получил одобрение белфастской прессы и часто представлял местные петиции.11 Он произнес свою первую речь, осуждая роль Дэниела О’Коннелла* в агитации за отмену Союза, 9 ноября 1830 г. Вновь выступив против отмены, 19 ноября, 11 декабря, он призвал министерство Грея принять решительные меры для облегчения экономического бедствия в Ирландии, 23 ноября, и выступил в защиту о несектантском образовании, предлагаемом Обществом Килдэр Плейс, 10 декабря 1830 г. Он присутствовал на собрании лондондеррийских учеников, 26 января, и поддержал их петицию против отмены, 4 марта 1831 г.12 Он представил петиции города о парламентской реформе. и бюллетень, 4, 2918 марта, и жалуясь на его корпоративность и представительство. Он вернулся к вопросу о бедственном положении, 10, 18 марта. Он заявил, что всегда был умеренным реформатором и голосовал против правительства Веллингтона из-за непримиримой позиции премьер-министра. Позиция по этому вопросу, 22 марта, когда, однако, он выступил и проголосовал против второго чтения законопроекта о министерской реформе на том основании, что это была «переделка конституции», исключив коммерческий интерес из избирательного права и предоставив Ирландские районы «в руки агитаторов и антиюнионистов». Он осудил колониальное рабство, 29марта, утверждая, что он представил более 100 враждебных петиций, а 12 апр. он похвалил законопроект о грузовиках, который он хотел распространить на Ирландию. апр., но не стал продвигать в дивизион свое предложение о сокращении официальных окладов на 12 000 фунтов стерлингов. Он молча проголосовал против разрушительной поправки Гаскойна к законопроекту о реформе 19 апреля. Повторив, что он выступает за ограниченную реформу, Бейтсон снова предложил себя в качестве независимого кандидата на последовавших всеобщих выборах, и он и Джонс выступили против ирландского главнокомандующего. Сэр Джон Бинг* и еще один реформатор. На выборах 16 мая 1831 года, когда он заявил, что его внимание к местным делам часто заставляло его проводить в палате общин по 18 часов в день, он отрицал, что пользуется поддержкой правительства, и объяснял, что голосовал вместе с ними в последнем дивизионе, потому что он считал, что законопроект должен был быть изменен в комитете, а не просто отклонен. Он был возвращен на первое место, по-видимому, с одобрения лорда Лондондерри, после трехдневного голосования.0004

    Его саркастическая обличительная речь против вмешательства правительства в выборы в Ирландии, особенно в насильственном судебном разбирательстве против него в Лондондерри, была «громко приветствована» 21 июня, но решительно опровергнута Бингом, когда он в частном порядке поблагодарил ирландского секретаря Эдварда Смита Стэнли за его опровержение; Утверждения Бейтсона были предметом возмущенных заявлений лорда Планкета в Палате лордов 23 и 24 июня и некоторых лондондеррийских землевладельцев в публичном обращении 4 июля 1831 года. 7 уровней, 30 июня. Он выступил в защиту ирландских йоменов 6, 18 июля, когда высоко оценил усилия, предпринятые для его страны Смитом Стэнли. Он проголосовал против повторного внесения законопроекта о реформе во втором чтении 6 июля, по крайней мере один раз за отсрочку разбирательства по нему 12 июля и за отсрочку рассмотрения вопроса о частичном лишении избирательных прав Чиппенхема 27 июля. Он представил и поддержал многочисленные петиции о продлении гранта Обществу Килдэр-Плейс 14, 15, 27 июля, 5 октября и возражал против гранта Мейнута 5 августа и снова 26 сентября, когда он разделился против него. . Он указал, что антипрофсоюзная петиция из Белфаста была фикцией, 20 июля, призывала к облегчению бедственного положения Ирландии, 25, 27 июля, выступала за внесение поправок в Закон о субаренде, 5 августа, и выступала против ирландских законопроектов об общественных работах и ​​строительстве набережных, 16 , 28 сентября. Он разделился для расследования того, насколько безопасно можно продлить Закон о сахарных заводах с учетом интересов Вест-Индии, 12 сентября. Он проголосовал против третьего чтения, 19сентября и принятие законопроекта о реформе 21 сентября. Выступая против сокращения гранта Дублинскому обществу и заявления Смита Стэнли перед большим жюри 29 сентября, он заявил, что никогда не был оранжистом и что «моя страна моя единственная вечеринка». Он защищал общее поведение йоменов после дела Ньютаунбарри 3 октября, жаловался на ирландские судебные дела, возбуждаемые в палате общин, а не в судах, 4 и 5 октября, и осуждал введение лордов-лейтенантов в ирландских графствах, потому что откровенно партийно-политического характера назначений, 6 октября 1831 г.

    На большом собрании консерваторов в Дублине 7 декабря 1831 года Бейтсон поддержал резолюцию для обращения к королю, в которой выразил тревогу по поводу положения протестантских дел в Ирландии.16 Он выступил против второго чтения пересмотренного законопроекта о реформе,17 декабря 1831 г., и, хотя он проголосовал большинством против ограничения голосования в районах с числом избирателей менее 1200 одним днем, 15 февраля, он разделился против предоставления избирательных прав Тауэр-Хамлетс 28 февраля 1832 г. Он выступил против возобновления голосования. ирландских мирных комиссий, 24 января, 7 февраля, и подтвердил плохое состояние парового сообщения между Англией и Ирландией, 13, 15, 23 февраля. Он осудил план правительства по ирландскому образованию, который, как он думал, приведет к созданию католического восхождение, 26 января, и говорил в том же духе на собрании в Лондоне, 15 февраля. вновь возвращаясь в атаку, 21 мая, 5, 28 Дж исп. Он выступил против третьего чтения законопроекта о реформе 22 марта и проголосовал против второго чтения ирландского законопроекта 25 мая. Он раскритиковал Смита Стэнли за его неспособность решить проблемы роста бедственного положения и преступности в Ирландии 31 мая и представил петицию Консервативного протестантского общества Ирландии против законопроекта о партийных шествиях 19 мая.Июнь, когда он разделился против постоянного обеспечения ирландской бедноты налогом на отсутствующих, он выступил и проголосовал против запрещения партийных шествий 25 июня. Он прокомментировал законопроект о реформе в Ирландии 25 июня, 6, 9 июля и 2 июля, когда он разделился за сохранение права голоса ирландских свободных граждан, он внес, но в конце концов отозвал поправку о введении более высокого уровня имущественного ценза. 15 или 20 фунтов стерлингов в крупных районах. Встал на сторону оппозиции против русско-голландского займа, 26 января, 12 июля. Тем летом он был включен в список потенциальных членов Протестантского консервативного общества Ирландии.18

    Он был возвращен в графство Лондондерри как консерватор на всеобщих выборах 1832 г. и оставался там до своей отставки в мае 1842 г.19 Затем это место последовательно перешло к его первому сыну Роберту ( г. р. . 1816), который умер в Иерусалиме в декабре 1843 г. , и его второму сыну Томасу, также консерватору, который занимал его до 1857 г. (и был членом Девизеса, 1864–85). Бейтсон умер в апреле 1863 г., когда его называли «безупречным консерватором», который «защищал свои взгляды в парламенте, используя практичный, красноречивый стиль ораторского искусства, имевший большой вес»20. (1819 г.-90), созданный бароном Дерамором 18 ноября 1885 г.

    Ref Volumes: 1820-1832

    Автор: Stephen Farrell

    Примечания

    • 1. Хотя год его рождения указан как 1782 в Burke PB , он был описан как поступивший в Кембридж в возрасте 19 лет. в 1800 г. ( поступлений в Trinity Coll. Camb . ed. WW Rouse Ball and J.A. Venn, iii. 382) и на «83-м году жизни»; после его смерти ( The Times , 23 апреля 1863 г.).
    • 2. Гент. Маг . (1811 г.), т.е. 602.
    • 3. Новостное письмо Белфаста , 24 марта 1820 г., 11 мая 1821 г.
    • 4. PRO NI, Castlereagh mss D3030/N/147, 150.
    • 5. Belfast News Letter , 22 апреля 1825.
    • 6. Белфаст Коммерческий Хрон . 2 янв., 16 окт. 1826; Belfast Guardian , 4 сентября, 30 ноября 1827 г.
    • 7. Лондондерри Хрон . 22 июля 1829 г.
    • 8. Castlereagh mss N/212.
    • 9. Belfast News Letter , 6, 9, 13, 16 июля; Belfast Guardian , 6, 9, 16 июля 1830 г .; PRO NI, Pack-Beresford mss D664/A/183.
    • 10. Belfast News Letter , 20 июля, 20, 24, 31 августа, 3 сентября; Belfast Guardian , 20 июля, 20, 27 августа 1830 г . ; Пак-Бересфорд мсс А/190, 192.
    • 11. Belfast Guardian , 16 ноября; Новостное письмо Белфаста , 14 декабря 1830 г.
    • 12. Belfast News Letter , 1 февраля 1831.
    • 13. PRO NI, Emerson Tennent mss D2922/B/14B/7.
    • 14. Belfast Guardian , 8 апреля, 20, 24 мая; Belfast News Letter , 29 апреля, 20, 24 мая 1831 г .; PRO NI, Кэссиди mss D1088/99.
    • 15. Baring Jnls . я. 88; Три дневника , 97; Дерби mss 920 Der (14) 124/5, Бинг — Смит Стэнли, 26 июня; Новостное письмо Белфаста , 8 июля 1831 г.
    • 16. Belfast News Letter , 16 декабря 1831.
    • 17. Дж. Вольф, 9 лет0007 Протестантский крестовый поход в Великобританию , 73.
    • 18. NLI, Farnham mss 18611 (3), Lefroy to Farnham, 4 июня 1832 г.
    • 19. Londonderry Sentinel , 8, 29 декабря 1832.
    • 20. Там же. 24 апреля 1863 г .; Гент. Маг . (1844 г.), т.е. 540; (1863 г.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.