Философия нужна для: «Зачем человеку философия?» – Яндекс.Кью

Содержание

Зачем нужна философия? | Colta.ru

COLTA.RU продолжает рубрику «Ликбез», в которой эксперты делятся с нами своими взглядами на основополагающие понятия и явления науки, культуры и истории.

Философия, по существу, не имеет своего предмета и говорит об общих закономерностях. Как только мы начинаем искать специфические знания, мы выходим из философии и погружаемся в научные или псевдонаучные дисциплины вроде филологии. Зачем тогда вообще нужна философия?

Хотя я не являюсь философом в классическом смысле слова, я думаю, что философия необходима, потому что она позволяет подвергнуть рефлексии то, что делаю я, то, что делают люди конкретных дисциплин. Всегда нужна некая сверхобщая платформа, которая бы позволила взглянуть со стороны на основания нашей деятельности.

Я начинал как семиотик, ездил в Тарту. После появления работ Лотмана и его единомышленников казалось, что семиотика — это дисциплина, трансформирующая наше представление о мире. Мы были уверены, что вокруг сплошные знаковые системы, к которым можно свести всю культуру. Когда у нас разворачивалась семиотическая эпопея, во Франции развивался свой структурализм — он отчасти был нам близок, но только отчасти. И у нас, и во Франции семиотика восходила к Соссюру, к структурной лингвистике. Это видно в ранних работах, например, Мишеля Фуко или Лакана, который был тесно связан с Якобсоном, останавливавшимся у него во время своих наездов в Париж. Когда Лакан говорил, что бессознательное структурировано как язык, он многое заимствовал у Якобсона.

После Лотмана российская линия семиотики иссякла без больших последствий, хотя наработанное в 1960—1970-е все еще изучают в наших вузах. Французская линия, трансформировавшись, оказала огромное влияние на мир. Я думаю, причина в том, что французский структурализм был тесно связан с философией, что позволило ему переосмыслить основания и меняться со временем. Российская семиотика оказалась на редкость ригидной. Важно, например, что в нашумевшей книге «О грамматологии» Деррида подверг «деконструкции» лингвистику Соссюра и его понимание знака. Это позволило двигаться дальше, развиваться. Невозможно идти вперед без постоянной проблематизации аксиоматики науки. В России был запрет на философию. Ты приезжал в Тарту и обнаруживал, что о философии нельзя говорить, потому что философия у всех ассоциировалась с марксизмом-ленинизмом, а это была чистая идеология. Не существовало места для философии там, где делалась наука, где шел поиск «объективного» знания. Запрет на философию привел к кризису и крушению всей дисциплины.

Философия — это грандиозная и всегда шаткая попытка взглянуть на основания так, как человеку это не свойственно.

Российские ученые говорили: знак, знак, знак, но никто не проблематизировал понятие «знак», просто брали у Соссюра, что есть означаемое и означающее и что есть две стороны. А почему две стороны — никто даже не спрашивал. Достаточно было того, что так писал Соссюр. Был еще Пирс, который выдвинул свое представление о знаке, но мало кто Пирса читал, потому что он был философ-прагматик и находился вдали от интересов филологов. Пирс говорил о том, что знак должен иметь три стороны, а не две, что недостаточно иметь означающее и означаемое. Он называл третью сторону интерпретантой и утверждал, что без этой загадочной «метки» нельзя понять, знак перед нами или нет, а если знак, то какого вида. Модальность чтения этих знаков определяется интерпретантой. Ничего этого в России не знали. Соссюровская семиотика знала только оппозиции, больше ничего. Но для понимания смысла и функционирования культуры этого мало.

Мы должны все время сомневаться в догматике собственных дисциплин. Изнутри такой дисциплины, как семиотика, это невозможно сделать. Точно так же для того, чтобы понять основания математики, мы должны «выйти из математики», потому что математика оперирует определенными аксиомами и не в состоянии подвергнуть их рефлексии. Для меня философия — это возможность выйти в область рефлексии.

Я считаю, что вообще российская традиция отмечена нехваткой рефлексии. Наших студентов, например, к ней не готовят. Им читают курсы типа «XVIII век», «XIX век» или «Введение в психологию». Мы хорошо знаем систему вузовских дисциплин, не подразумевающих необходимости в проблематизации. Речь почти исключительно идет о передаче позитивного знания, как если бы оно обладало абсолютной ценностью. Но знание это лишь по видимости абсолютно. У нас и философия преподавалась как догматика, как набор догматических представлений, по существу антифилософский. Важно не кто и что говорил, а важна сама стратегия проблематизации. Ее страшно не хватает гуманитарному знанию, которое тем менее надежно, чем меньше себя осмысливает.

Философия всегда претендует на универсальность, и в этом заключается ее сила и слабость одновременно.

Философия, конечно, издавна предпринимала попытки стать позитивной наукой. В этом смысле интересны отношения психологии и философии. Психология — это прикладная наука, которая пытается изучить, как мы этот мир конструируем. Она расщепляет наше отношение к миру на разные модусы и старается эмпирически их описать: восприятие, память, эмоции, мышление и т.д. В философии всегда есть соблазн психологизации, например, тогда, когда речь идет о субъективности.

Некоторые считают, что философия — это прежде всего онтология, описание того, что «есть». Когда-то такое описание мыслилось независимо от субъекта. Такая онтология характерна для эпох, когда доминирует религия, потому что структуры мира в религиозном универсуме независимы от субъекта и связаны исключительно с Богом, создавшим некие иерархии, порядки, и в этих иерархиях заключены определенные формы бытия, которые тоже часто бывают иерархическими. И все это не зависит от того, какую позицию занимает субъект.

Но позже, в эпоху Ренессанса, уже выясняется, что весь мир конструируется субъектом, что мир зависит от его активности. Онтология сближается с феноменологией. Однако когда мы говорим, что мир конструируется субъектом, мы невольно вползаем в психологию, потому что именно психология как будто позволяет нам разобраться в тех формах, которые мир принимает в субъективном восприятии. Любопытно, однако, что уже Кант резко отделяет философию от психологии и утверждает, что философия имеет дело не с эмпирическим, но с трансцендентальным субъектом. Это положение становится позже центральным для феноменологии и множества философий современности. А это значит, что философия изучает формы нашего сознания, данные нам до опыта и определяющие то, каким будет опыт, исследуемый психологией. У Канта, например, пространство и время — не психологические категории, а именно такие трансцендентальные формы опыта. Психология изучает, как человек оперирует пространством и временем, но не может объяснить нам, почему человек не может мыслить вне этих первичных интуиций. Эти трансцендентальные категории определяют то, каким мир предстает перед нами. Как видим, и тут, в области трансцендентальной (внеопытной) психологии, философия касается таких общих оснований, которые недоступны эмпирической науке, но без понимания которых наука не может двигаться вперед.

© Юлия Рыженко / Colta.ru

Основатель феноменологии Эдмунд Гуссерль считал, что именно описание такого рода фундаментальных, трансцендентальных структур и превращает философию в по-настоящему точную науку. Потому что именно философии оказываются доступными универсальные, то есть «объективные», структуры нашего бытия. Я, однако, остерегусь называть философию наукой. Феноменология Гуссерля не обладает строгостью математики, но она не обладает и эмпирической экспериментальной базой таких наук, как физика. Гуссерль придумал способ добраться до универсальных трансцендентальных структур феноменального мира. Он называл его трансцендентальной редукцией. Но возможность применения этого метода вызывает сомнения у многих философов.

Сам Гуссерль писал, что эта редукция (которую он называл греческим термином «эпохé») лежит в области, выходящей далеко за пределы всякого научного наблюдения: «Быть может, выяснится даже, что тотальная феноменологическая установка и соответствующее ей эпохé прежде всего по своему существу призваны произвести в личности полную перемену, которую можно было бы сравнить с религиозным обращением, но где помимо этого скрыто значение величайшей экзистенциальной перемены, которая в качестве задачи предстоит человечеству как таковому». Такого рода мистические откровения вряд ли можно отнести к области науки. Сомневался в возможности редукции и выдающийся феноменолог Морис Мерло-Понти, который считал, что мы по определению не можем взглянуть на нашу мысль и обнаружить ее основания со стороны. «Величайший урок редукции, — писал он, — заключается в невозможности полной редукции. Вот почему Гуссерль все снова и снова задается вопросом о возможности редукции. Будь мы абсолютным духом, редукция не составляла бы никакой проблемы. Но поскольку мы, напротив, пребываем в мире, поскольку наши размышления имеют место во временном потоке, который они пытаются уловить (в который они, как говорит Гуссерль,
“sich einströmen”
), нет такого мышления, которое охватывало бы нашу мысль». Поскольку философия пытается иметь дело с основаниями нашего мышления и нашего мира за пределами опыта, она, на мой взгляд, выводит себя за рамки науки. Философия — это грандиозная и всегда шаткая попытка взглянуть на основания так, как человеку это не свойственно. Замечание Мерло-Понти о том, что «нет такого мышления, которое охватывало бы нашу мысль», передает саму суть дилеммы, с которой сталкивается философ и которая делает такой уязвимой, но от этого не менее необходимой его деятельность. Философ — не ученый, это человек, стремящийся занять по отношению к нашему миру и способам его познания «невозможную» позицию. И это отчасти сближает настоящего философа с поэтом, который, как мне кажется, интересен лишь в той мере, в какой он помещает себя в область словесного невозможного.

Если человек скептичен, если он не поддается гипнозу авторитетов и систем, будь то Кант или Хайдеггер, он способен использовать философию очень продуктивно.

Философия всегда претендует на универсальность, и в этом заключается ее сила и слабость одновременно. Ханна Арендт видела в претензиях философии на всеобщность истоки свойственного ей авторитаризма (она писала об этом применительно к своему учителю и любовнику Хайдеггеру). Когда-то известный биолог Якоб фон Икскюль ввел понятие Umwelt. Umwelt — это окружающий мир, и каждое животное, говорил он, имеет свой Umwelt. Пчела видит только цветы, то есть определенные геометрические формы, которые она идентифицирует как важные для нее. А, например, облака для нее не важны, и она их не видит. Позже Хайдеггер говорил, что мир животного гораздо беднее мира человека, так как мы в состоянии вместить в наш мир гораздо больше элементов, не имеющих прагматической для нас значимости. Конфигурация Umwelt'а меняется в зависимости от состояния организма. Икскюль писал о том, что сытая акула не видит мелкой рыбешки, потому что она не входит в ее мир, она ей не нужна. А голодная акула видит мелкую рыбешку, потому что меняется ее мир. Мы исходим из того, что каждый биологический вид имеет свою феноменологизацию мира. Мы видим цвета, которые не видят другие животные, но, например, обезьяны видят красный цвет, потому что в джунглях они должны видеть плоды, являющиеся для них пищей, и поэтому красный цвет становится для них важным.

Но если мир являет себя в разных конфигурациях, то следует понимать, что его онтология — это не что иное, как «региональная онтология», что миров может быть много и что способы их описания тоже могут меняться. Вот почему я не очень верю в универсальность философских методов и образов мира. Мне кажется, что разумный и критический эклектизм вполне приемлем для философии, если, конечно, он не ведет к хаосу и дурному неразличению категорий и понятий. В любом случае философия (и в этом еще один ее парадокс) — это форма универсальной рефлексии, которая должна понимать свою соотнесенность с региональными онтологиями.

Ницше, например, не учился философии. Говорят, что он даже не прочел толком Канта.

При всем при том я считаю, что философия абсолютно немыслима без эмпирических наук. В начале XX века Эйнштейн заставил переосмыслить понятия времени и пространства, эти кантовские apriori. Но еще до этого неэвклидовы геометрии Римана и Лобачевского поставили вопрос о том, в каких конфигурациях пространства мы мыслим — эвклидовых или нет. А если эвклидовых, то почему? Физика, математика сдвигают философские представления и заставляют по-новому мыслить трансцендентальное. То же относится и к биологии, которая многое меняет в наших основополагающих представлениях о мире. В свое время лингвистика дала сильный импульс для философии. Одним словом, науки необходимы философии. Я не люблю русских религиозных философов, они по большей мере мыслят исходя из спекуляций о Боге, о котором никто ничего не знает. Мне кажется, это большой недостаток определенного стиля философствования…

Для меня лично очень важная область — биология, помогающая понять общие трансцендентальные основания нашего мира. Мы все, в конце концов, — биологические существа. Кант построил свою эстетику из биологии. Гегель считал, что философия — это то, что интегрирует научные знания. Он пытался сконструировать энциклопедию философских наук, то есть создать единое представление о взаимодействии и взаимосвязи разных наук. Я склоняюсь к тому, что конструирование единого подвластного философии поля — всегда ошибка. Даже если представить себе мир как смысловой континуум, мы должны вносить в него разломы, «катастрофы». Иначе мы не сможем его понять. Смыслы возникают на границах, водоразделах, расщелинах. Жорж Батай говорил о гетерологии, то есть приостановке, разрушении континуума. Я считаю, что, даже если мир континуален, нам не следует отказываться от идеи региональных онтологий, то есть радикально различных зон смысла. Глубокое различие научных дисциплин с такой точки зрения может быть продуктивным. Философия, как мне кажется, — это построение всеобщего в рамках гетерологии. Как видим, опять нечто невообразимое.

© Юлия Рыженко / Colta.ru

Очень существенно для философии и искусство. Мы знаем, что одной из важных областей философии со времен Баумгартена и Канта является эстетика. Сегодня «эстетика» кажется устаревшей. Хотя совсем недавно вновь появились попытки ее возродить. Эстетика и искусство важны потому, что в мире есть вещи, которые непостижимы через рациональные понятия и категории. В таком случае часто говорится об интуиции, или, как издавна принято в российском философском лексиконе, — созерцании. Философия заворожена интуицией, так как в ней реализуется наиболее непосредственный контакт с реальностью. Интуиция позволяет нам без каких бы то ни было концептуальных механизмов схватывать «тотальности». Собственно, область эстетики и искусства — это чувственные элементы, организованные в формы, то есть в некие тотальности. Целый ряд философов отдавал предпочтение в постижении мира поэтам или художникам. Например, Хайдеггер, который молился на Гельдерлина. Искусство нужно философии потому, что оно противостоит неизменному ее стремлению сводить мир к концептуальным схемам. Эти попытки, многократно раскритикованные и связывающие философию с точными и естественными науками, всегда приводили философию к кризису. Мощные концептуальные аппараты очень редко соответствуют устройству мира. Мир сопротивляется концептуальным схемам. Гуссерль писал об адекватности миру «смутных понятий», которые он называл морфологическими, то есть связанными с формой. Понятие «собака» — смутное и основывается на неопределенном представлении о форме. От морфологических понятий до искусства — один шаг.

Самая большая угроза философии — догматизация. То, что в ХХ веке называется метафизикой. Метафизика возникает тогда, когда философия придает собственным понятиям статус некой абсолютной реальности. Метафизическое сознание — классическая болезнь философии. Двадцатый век прошел в философии под знаком борьбы с метафизикой, которую никак не удается побороть. Одним из таких борцов был Ницше, другим — Хайдеггер. И о каждом таком борце в конце концов говорилось, что ему не удалось преодолеть метафизику и что сам он — метафизик. Возможно, метафизическое сознание неискоренимо. Оно всегда порождает соблазн приложить некую философскую систему или некие понятия к реальности. Результат подгонки реальности к схеме всегда плачевен. Философ, увы, легко принимает схемы за реальность.

Чтобы заявить, что убивать плохо, не надо быть философом. Другое дело понять, почему убивать плохо.

Одна из самых расхожих и серьезных ошибок — это понимание философии как системы догматических представлений, а не как способа подвергнуть догматику рефлексии. Мне кажется, настоящего философа от плохого отличает скептицизм. Если человек скептичен, если он не поддается гипнозу авторитетов и систем, будь то Кант или Хайдеггер, он способен использовать философию очень продуктивно. Если же человек берет готовую модель: «Кант писал…», «Гегель говорил…» — ничего путного из этого не выйдет. Защита своей позиции ссылками на авторитет — абсолютно антифилософская позиция. Это мы проходили с марксизмом-ленинизмом. Философия чрезвычайно полезна как способ проблематизации и чрезвычайно опасна как возможность догматизации. И эти две возможности присущи ее природе.

Кстати, я не до конца уверен, что философия — это область специфического профессионализма, хотя в ней есть много технических аспектов, и без знания истории философии вряд ли можно сказать что-то новое. Ницше, например, не учился философии. Говорят, что он даже не прочел толком Канта, что не помешало ему стать крупным мыслителем. Есть люди, которые находятся на грани между философией и литературой, как, например, Жорж Батай или Морис Бланшо, литературный критик, прозаик, оказавший сильное влияние на таких философов, как Левинас или Фуко. При всей необходимости технических знаний и знания истории философии принципиально важной является способность свободно мыслить. И все же... Я часто работал со студентами, склонными к широковещательным декларациям о мире на пространстве нескольких страниц. Я всегда пытался объяснить им, насколько опасны глобальные спекуляции, основанные на малом знании и всегда ведущие к тривиальностям. С точки зрения философии, тривиальные вещи всегда неинтересны. Чтобы заявить, что убивать плохо, не надо быть философом. Другое дело понять, почему убивать плохо.

Философ Пятигорский без устали повторял одно и то же: «Надо думать, думать, думать». Когда я слышал и читал это бесконечное «надо думать», я невольно раздражался: «О чем, почему надо думать?» Неужели просто сидеть, подперев голову рукой, и думать непонятно о чем? Это мне казалось нелепостью Пятигорского, его недодуманностью. Однако в тех случаях, когда приходится думать, можно думать по-разному. Для этого не обязательно быть философом. Можно думать философски, а можно художественно, как угодно. Но тогда, когда мы касаемся оснований и хотим выйти за пределы тривиальности, нет лучшего подспорья, чем философия. Как иначе порвать с принятой аксиоматикой, как подвергнуть ее рефлексии? Как понять, чем мы являемся в нашем Umwelt'е и за его пределами?

Записала Юлия Рыженко

Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

При поддержке Немецкого культурного центра им. Гете, Фонда имени Генриха Бёлля, фонда Михаила Прохорова и других партнеров.

«Лично мне изучение философии помогло немного разобраться в собственной жизни»

В Москве завершилась Осенняя школа философии, организованная Вышкой для старшеклассников из российских регионов. 22 школьника вместе с преподавателями и исследователями ВШЭ выясняли, для чего сейчас получать философское образование в университете и чем оно помогает в жизни и карьере.

Осенняя школа, которую провел факультет гуманитарных наук при поддержке Дирекции по профессиональной ориентации и работе с одаренными учащимися, дала старшеклассникам из регионов России возможность на некоторое время почувствовать себя столичными студентами. Программа школы включала не только лекции и практические занятия на факультете гуманитарных наук с лучшими преподавателями Школы философии, но и знакомство с московскими достопримечательностями и стилем жизни и даже экскурсию в общежитие ВШЭ.

Из ста человек, подавших заявки на участие в школе, были отобраны 22, причем среди них были как активные участники и победители олимпиад, всерьез интересующиеся философией, так и ребята, которые испытывают сложности с самоопределением, не знают, какое гуманитарное направление выбрать.

«Работая со школьниками, мы постоянно сталкиваемся с мнением, что философия — это что-то непонятное, бесполезное, но в то же время звучащее по-умному, — рассказывает заместитель руководителя Школы философии ВШЭ Тарас Пащенко. — Многие старшеклассники сталкивались с философией только в рамках школьного обществознания, где философские идеи представлены крайне избирательно и фрагментарно. Читая присланные заявки, мы поняли, что многим хочется разобраться прежде всего для себя, что же такое философия. Наша задача состояла главным образом в демонстрации участникам, чем могут заниматься современные философы. Мы старались показать ребятам, что философия — это не страшно и бесполезно, но интересно и применимо».

Вместе с лучшими преподавателями Вышки участники отвечали на вопросы о том, что такое справедливость, зачем нужно государство, что такое счастье, рассуждали о сериальных трендах, путешествиях во времени, философии в видеоиграх, учились проводить мысленные эксперименты, решать задачи, не имеющие решения, анализировать философские и литературные тексты.

У меня было представление, что философы — это такие угрюмые, грустные, поражающие насмерть своим взглядом дяденьки

«Участники школы поразили меня двумя особенностями, которые я редко обнаруживаю у абитуриентов даже по отдельности и еще реже — вместе, — рассказывает старший преподаватель Школы философии ВШЭ Виктор Горбатов. — Во-первых, они демонстрируют, помимо довольно неплохих знаний, еще и хорошее интуитивное понимание того, зачем нужны гуманитарные науки. С этой интуицией, конечно, нужно много работать, чтобы превратить ее в ясное и четкое понимание, но то, что она есть у ребят уже сейчас, очень важно. Во-вторых, участники этой школы отличаются, как мне показалось, какой-то особой открытостью, непринужденностью в общении. Они довольно быстро нашли общий язык между собой и, похоже, сдружились. Но гораздо важнее, что и с преподавателями они готовы поддерживать живой и искренний диалог. Мне было бы очень приятно увидеть всех этих ребят в числе наших студентов в следующем году».

После занятий в аудиториях Вышки ребята ходили на экскурсии в музей Булгакова и по городу, гуляли по центру современного искусства «Винзавод», были на показе фильма «О, Интернет! Грезы цифрового мира» в рамках Международного фестиваля кино о науке и технологиях «360°», посетили студенческий городок НИУ ВШЭ «Дубки». А по вечерам, вместе со студентами программы «Философия» играли в философскую «Мафию», читали Декарта, обсуждали современное кино.

«Такого рода проекты объясняют, как должны работать гуманитарные факультеты сегодня, — считает доцент Школы философии ВШЭ Кирилл Мартынов. — Рекрутинг талантливых, неслучайных и мотивированных людей должен вестись на творческой основе задолго до ЕГЭ – так, чтобы первокурсник-философ понимал, зачем и куда он пришел. В этом я вижу залог того, что студенты и на факультете будут создавать больше современных творческих проектов, таких как Философский дискуссионный клуб. А это, в свою очередь, гарантия того, что Школа будет иметь интеллектуальные ресурсы для развития собственных научных исследований. Ну и конечно, на меня большое впечатление произвела дискуссия со старшеклассниками о наследии стоиков, в ходе которой они исправляли мои неточные цитаты из Марка Аврелия».

А вот что рассказали об осенней школе сами старшеклассники.

 

Тамара Шекунова, 11 класс, Набережные Челны

Наверное, главное, почему я решила поехать на школу, — это желание увидеть вживую лекторов, которые там были. С половиной из них я была заочно знакома, они со мной, конечно, нет. Чьи-то статьи я читала, кого-то видела на «ПостНауке». А вторая причина — мне хотелось познакомиться с теми, кто тоже, может быть, будет поступать на философию. Мне очень хотелось увидеть Вышку, потому что для меня это приоритетный вуз.

Зачем изучать философию? Повторю то, что нам на занятиях говорил Кирилл Мартынов: это структурирует мысли, учит анализу огромных объемов текстов и вообще информации, поступающей нам. И просто повышает общий уровень эрудиции. Все равно, когда ты видишь человека с философского или кого-то проходившего рядом — с ним намного приятнее общаться. Я знаю очень много технарей, которые изучают философию для интереса.

С чего начать изучение философии? Опять пойду следом за моим любимым Мартыновым и укажу три пути. Прежде всего, можно взять что-то из практической философии, что-то из стоиков, потому что это действительно может заинтересовать любого человека. Второй путь — выбрать что-то научно-популярное вроде Ричарда Докинза. «Бог как иллюзия» или что-то подобное, связанное с эволюцией, модернизацией, индустриализацией общества. И третий путь — это двадцатый век, искусство, связанное с философией. Например, Мишель Фуко, а еще Жиль Делез.

 

Эмиль Тулиганов, 11 класс, Уфа

Трудно сказать, когда я впервые столкнулся с философией, потому что с философией мы все живем, ну по крайней мере те люди, которые задумываются о своей жизни. Если упрощать, то, наверное, самый первый раз это было лет в шесть-семь на даче — мне было грустно, я пошел на берег реки, сидел там и думал о жизни. Но философия именно как наука появилась в моей жизни вместе с олимпиадами по обществознанию, когда в это же время в школе на уроках начали проходить всякие философские концепции.

Раньше я иронизировал, что философы — это какие-то алкоголики, которые за столом рассуждают о жизни. А если серьезно, у меня было представление, что философы — это такие угрюмые, грустные, поражающие насмерть своим взглядом дяденьки. Теперь я понял, что люди, изучающие философию, имеют большой — как словесный, так и интеллектуальный — багаж, с ними очень интересно поговорить, их очень интересно послушать. Очень радует, что преподаватели на школе старались не дистанцироваться от учеников, а как-то ближе к нам находиться.

Школа Вышки — это класс, это топ, это круто, это интересно, это какие-то новые перспективные идеи, которые хочется развивать. Например, нам с другом захотелось провести что-то подобное в Уфе — думаю, получится. Словом, это знакомства, вдохновение, и веселье, конечно же.

 


Максим Фетисов, 10 класс, Ростов-на-Дону

Имена таких философов, как Платон и Аристотель, преследовали меня почти всю сознательную жизнь — кто-то где-то их упоминал, они возникали, чем бы я ни занимался. Я думаю, что разбираться в базовых философских теориях и концепциях нужно для того, чтобы разбираться непосредственно в жизни. Достаточно сложно осознать, для чего ты живешь, как жить правильно. Лично мне изучение философии, хотя бы в рамках осенней школы, помогло немного разобраться в собственной жизни.

Я бы хотел поступить в Вышку, МГУ или МГИМО. Не могу сказать, что направлю свою деятельность конкретно на философию — скорее буду заниматься больше политологией, но в этой области тоже много от философии. Вообще философия — это то, что проникает практически во все сферы науки и жизни, поэтому полученные знания в любом случае мне пригодятся.

 

Алиса Ракитина, 10 класс, Омск

Я обыкновенный подросток. Люблю делать оригами, слушать старые радиопередачи, заниматься лепидоптерологией, играть в видеоигры. Впервые с философией мне пришлось столкнуться в начале этого учебного года. Хотя к тому моменту я имела представление об основополагающих теориях и концепциях, большое количество нового материала вызвало серьезные затруднения. Это не могло не расстраивать, но интерес к философии все равно продолжал расти. И вдруг осенью на мой электронный адрес пришло уведомление о проведении осенней школы. Было бы глупо не воспользоваться такой отличной возможностью.

Наиболее значимым философом я считаю Никколо Макиавелли, поскольку разделяю его идеи отделения морали от политики и необходимости в сильной государственной власти. Зачем современному человеку изучать философию? Задавая вопросы, не имеющие ответа, человек расширяет рамки собственного сознания, избавляется от пыльных стереотипов. Я думаю, что философия предназначена абсолютно для всех с той лишь оговоркой, что серьезное ее изучение требует соответствующего образования.

Зачем России нужна философия в разгар мирового кризиса

День знаний традиционно открыл в России новый политический сезон, который нынче окутан завесой пандемии и глухого страха, который она порождает в обществе. Глобальный кризис меняет основания привычного миропорядка — это регулярная тема публицистики и аналитики. Тем актуальнее вопрос о том, что из прежнего опыта предстоит взять в очередное «новое будущее».

Сегодня в среде русских либеральных интеллектуалов растёт ощущение экзистенциальной неуверенности и теоретической растерянности. Разрушение знакомой всем идентичности «свободного Запада» всё труднее игнорировать. Мы отлично видим, как профанируются либеральные ценности. Права одних «защищают» за счёт попрания прав других. Цифровые модели управления устраняют принцип личной ответственности. Демократия как приоритет интересов большинства объявляется тоталитарной. Майдан и его основной актор — городской средний класс выступают как диктатура агрессивного меньшинства, будь то в Киеве или в Мичигане, в Минске или в Каракасе. Общество живёт в состоянии двоемыслия и расщеплённой совести. Отсюда — зашкаливающий конформизм и социальный фатализм, вменённый человеку информационными ресурсами.

Рано или поздно нам придётся пробить оболочку этого «пузыря» и выйти на свежий воздух истории. Заканчивается время разбрасывания идей, приближается время, когда придётся их собирать. Переоценка ценностей неизбежна, поэтому без новых концептов и интеллектуальных зондов нам не обойтись. Следовательно, в обозримой перспективе нас ждёт новая философская эпоха.

Философская переоценка ценностей актуальна ещё и в связи с опасностью нового, модернистского фундаментализма. С ним связаны идеи «нового» Просвещения, бесконечного («незавершённого») модерна, цифрового общества и «общества риска», то есть «общества страха». Коротко либеральный фундаменталистский «символ веры» можно описать так: любые социальные взрывы сакральны, история — синоним прогресса, это прогресс всего и сразу, он не имеет рациональных целей, поскольку сам себе цель и сам себе средство.

Модернистский фундаментализм радикализируется в ответ на износ и ослабление неолиберальной модели общества. Его столкновение с фундаментализмом более старого, «консервативного» образца грозит обществу срывом в культурную и социальную архаику.

Философия как строгая методология мысли (независимо от идейных приоритетов) — одно из условий, которое позволит удержаться на краю исторического обрыва. Постмодернистский релятивизм справиться с этой задачей не сможет.

Повторюсь: философия — это именно методология мышления, рассуждения и понимания. Это не наука, а вид деятельности. Она вовсе не означает какой-либо доксы, «единственно правильного» учения или объяснения мироздания. Ещё в ХХ веке стало понятно, что философия не служит раскрытию «последних истин бытия». Зато она способна, научив критическому мышлению, освобождать человека от некоторой части очевидных заблуждений — тех самых идолов рынка, театра, пещеры и рода, о которых говорил Френсис Бэкон.

С другой стороны, нельзя согласиться с мнением Бертрана Рассела и неопозитивистов о том, что философия якобы должна вообще отречься от проблемы ценностей и превратиться в некую «большую аналитику». До такой утопии не доходила даже советская идеология.

И все же основная специализация философии — методологическая, связанная с «грамматикой суждений». Знание этой грамматики позволяет совершать осознанный, рациональный, нравственный, в том числе и религиозный (или, наоборот, секулярный) выбор. На первом этапе нам необходимо «равноудалиться» от существующего спектра идей, чтобы затем выбрать ту, к которой склоняется наше сердце. Без философской школы человек беспомощен в выборе, он несвободен, он зависим. В этом случае не он выбирает идеи, а идеи выбирают и подчиняют его. Человек попадает «внутрь» идеи, под её влияние. Он оказывается рабом тех, кто эти идеи создает «для него», чтобы им манипулировать.

К такого рода идеям-манипуляторам относится и так называемое «общество риска». Этот концепт получил неимоверную подпитку в период пандемии за счёт безудержной возгонки общественных страхов. На деле так называемое общество риска и есть общество страха, только страха выученного, страха как формы той самой выученной беспомощности. Манипуляция страхами, фобиями, которые прикрыты такими респектабельными на первый взгляд понятиями, как «риски», «вызовы» и тому подобными эвфемизмами, заменяет сегодня прямой идеологический прессинг и порождает ложную онтологию.

Но кем является человек, чье сознание в основном руководствуется страхами? Это уже было в истории. Это первобытные люди, которые боялись всего, что не понимали, страхи у них обрастали фантазмами, а эти фантазмы превращались в примитивные верования. Аналогами вот таких первобытных верований заполняется сегодняшнее информационное общество, оставаясь в то же время технократическим, но всё более отчетливо являющее нам примитивную религиозную изнанку секулярности. Одним из последствий этой архаизации общественного сознания становится утрата привычки к рациональности, то есть в известном смысле — прогрессирующая нехватка философской «школы».

Страх — самый мощный мотиватор. Но, как известно, «боящийся в любви несовершенен». «Человек боящийся», а точнее, запуганный отказывается от своего призвания, перестаёт быть человеком. В этих условиях интегративные, монотеистические религии обязаны выступать в защиту рационализма и философии, а те в свою очередь — поддержать религию.

Концепции цифровых моделей социума также враждебны философии. Их столкновение с философией — это результат борьбы неолиберального миропорядка с авраамической традицией, с культурой книги, слова-логоса. Эти идеи — и Маршалл Маклюэн в этом был прав — как бы возвращают общественное сознание к дописьменному состоянию. Отсюда засилье визуального контента, спектакля и перформанса в культуре, поведенческих стереотипов, подчинённых примитивным фетишам: потребительским, утилитаристским, трайбалистским (этноплеменным), властным.

Философия же, напротив, возвращает общественному сознанию логоцентричность, текстуалистский принцип иерархии, привычку к верификации — в пику пропаганде и информационной обработке.

В истории мысли, как мы знаем, имело место воцерковление философской премудрости, «христианизация эллинизма», согласно линии Климента Александрийского и его последователей в рамках Александрийской школы. Сбой на этом пути привёл к номиналистскому повороту, затем к натурализму, материализму и биологизму и наконец к позитивистской догматике и дигиталистским трансгуманистическим доктринам, являющимся в сущности вариантом современного гностицизма и пантеизма. Круг замкнулся. Этот круг так или иначе предстоит разрывать, и без философской школы, конечно, здесь не обойтись. Поэтому новое время философов не за горами, а с ним и время новых «больших проектов» и «больших мировоззрений».

Долгое время философы были в загоне. Философский ренессанс 1960-х годов сменился искусственной маргинализацией: философию, как и литературу, отстранили от системы производства культурных и идеологических смыслов. Произошло это в интересах тех элит, которые стремятся удержать общество в состоянии рыночного фундаментализма, ценностного индифферентизма и примитивизма. Даже идея «фундаментальных прав и свобод» на самом деле подчинена закону стоимости (отсюда очевидная избирательность в деятельности правозащиты), а планетарный гуманизм оборачивается цифровой регламентацией культуры, социальной жизни и жизни личности. На самом деле нет «цифрового общества» — есть диктатура «цифровой власти», способная лишить общество навыков критического мышления, рационального выбора и нравственной оценки. Альтернативой этому является философия, которая использует язык как пространство понимания и возрастания смыслов. То есть как средство, сохраняющее человеческие чувства, интуиции, ценности и идеалы, а не как инструмент формального считывания и дешифровки кодов.

И последнее. Не будем забывать о том, что в России становление национальной философии было прервано и поначалу отброшено революцией, а достижения философии советского времени вновь похоронены в угоду постсоветским элитам. Произошло своеобразное обнуление философской традиции — ситуация сложилась явно выморочная, требующая скорейшего исправления. Поэтому России философия нужна сегодня, как никакой другой стране. Мы должны хорошо владеть её инструментарием, чтобы продвигать свои цивилизационные ценности и налаживать общественную коммуникацию.

Александр Щипков, политический философ, советник председателя ГД ФС РФ, декан социально-гуманитарного факультета Российского православного университета

Какая философия науки нам нужна

Прошедшая в 2007 г. в Санк-Петербурге конференция "Какая философия науки нам нужна" была одной из лучших в содержательном плане из тех, в которых мне довелось участвовать. Вспоминаю о ней также с большой благодарностью за прекрасную организацию.

 


 

Краткая аннотация моего выступления "Герменевтический круг стандартов образования"

Новая ориентация на «философию науки» (вместо «философии») стала результатом оправданного недовольства большинства представителей естественных дисциплин догматическим содержанием читавшихся им курсов (а то содержание определялось, в свою очередь господствовавшей некогда идеологией). Изменение названий курсов может служить лишь частичным решением проблемы, ориентируя преподавателей на новые темы, отсекая откровенно устаревшую проблематику.

Вопрос «какая философия науки нам нужна?» —  если его интерпретировать: «как возможно понимать “философию науки”? / «какая трактовка этого выражения была бы оправданной?» предполагает, поэтому, ясность с тем, что мы понимаем под «философией»? Практика показывает, что философию по-прежнему воспринимают как науку, притом «о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления», все-таки воспроизводя старые схемы диалектического материализма. Их воспроизводство — не «злой умысел», а следствие диалектико-материалистического понимания философии. Поскольку последняя всегда была ориентирована естественно-научно, новое название («философия науки») не препятствует репликации этих схем, а, скорее, предлагает для него удобную «нишу».

Возможный выход следует видеть в обсуждении природы философского знания в целом, с учетом тематики, обозначенной в секционных заседаниях конференции: естественнонаучное знание versus гуманитарное знание; идея науки в философской традиции; сциентизм и антисциентизм; феноменология и философия науки; философские вопросы социальных и гуманитарных наук. К обозначенным здесь проблемам следовало бы добавить обсуждение также обсуждение следующих устойчивых схем в понимании философии: противопоставление исторического и систематического; понимание «прогресса» научного знания и, соответственно, его возможной «новизны» («актуальности», «сорвеменности»).

(Полный текст, переработанный по материалам выступления, готовятся к печати).

 

Зачем философия нефилософам Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

138

УДК 101.3 : 37.03

П. Ю. Нешитов

Зачем философия нефилософам

Философия влияет на формирование рациональных, социальных и психологических представлений личности. Благодаря изучению философии студенты нефилософских специальностей усваивают научную картину мира, составляют ясные понятия о свободе и долге, получают возможность самостоятельно выбирать ценности и совершенствовать культуру чувства.

Philosophy influences individuals’ rational, social, and psychological views. Thanks to studying philosophy, students of non-philosophical departments develop a scientific world view, clear notions of freedom and duty, and learn to independently choose values and develop the culture of feeling.

Ключевые слова: философия, образование, наука, картина мира, свобода, ценность, культура, личность.

Key words: philosophy, education, science, world view, freedom, value, culture, person.

В последние два десятилетия философия постепенно утрачивает былое значение в системе российского высшего образования. Под тем или иным предлогом часы на ее преподавание сокращаются. В частности, учебные планы были серьезно и в невыгодном для философии смысле пересмотрены в связи с переходом от подготовки специалистов к подготовке бакалавров и магистров. Есть основания предполагать, что в обозримой перспективе и остающийся за философией скромный участок образовательного пространства может подвергнуться урезанию или полному изъятию в пользу каких-то иных дисциплин.

Разумеется, на все есть свои причины, и так называемая модернизация образования, которую точнее было бы именовать структурной архаизацией, является закономерным следствием ряда политических, социальных, экономических причин* 1. Обсуждать эти причины можно долго и в теоретическом плане, пожалуй, продуктивно, но сейчас дей-

© Нешитов П. Ю., 2015

1 Как верно заметил Ф. Ф. Серебряков, «известная фраза, касающаяся ожиданий от реформы образования: нам нужны «квалифицированные потребители» (противопоставленные «человеку творцу»), высказана вовсе не обывателем в разговоре на кухне, а следовательно, имеет программно-политическое значение» [9, с. 122].

139

ствующим преподавателям и всем тем, кто интересуется, какого человека образуют современные университеты, важнее понять: зачем философ входит в аудиторию будущих врачей, инженеров, юристов, что он в рамках семестрового курса может им дать, и что они могут усвоить. Если не сформулировать ясно и отчетливо, зачем философия нужна нефилософам, то все воззвания преподавателей к властям с требованием остановить разрушение системы образования, все жалобы на тяготы своего положения, все ссылки на удобные примеры из родного прошлого или на передовой зарубежный опыт останутся нравственно неосновательными и легко могут быть отнесены, как это часто и происходит, на счет иждивенческих настроений в педагогической среде. Итак, зачем философия нефилософам?

Ответ на этот вопрос потребует от нас известной находчивости. В разработке новейших приборов связи, в рассмотрении небывалых правовых коллизий, в деле усовершенствования электродвигателей или строительных конструкций, в анализе экзотических заболеваний любовь к мудрости непосредственно не участвует. Профессионалы обязаны своими успехами знанию законов природы, математических формул, исторических параллелей, производственной практике, смекалке и случаю. Таково мнение общества, студентов, чиновников, разделяемое большей частью преподавательской корпорации. Преподаватели частных дисциплин обычно держатся точки зрения, что философские занятия не оказывают существенного влияния на развитие способностей будущих специалистов, а те преподаватели, кто сам причастен теоретическим изысканиям, склонны отрицать методологическую роль философии. Показательно, что в полезности философии для воспитания ума сомневаются подчас даже преподаватели философии, от которых приходится слышать не только сетования по поводу низкой заинтересованности студентов предметом, но и высказывания в том духе, что вообще попытки растолковать узким специалистам отвлеченные понятия заведомо обречены на неудачу.

Если бы педагогическая истина устанавливалась путем общего голосования, философия была бы решительно исключена из учебных планов в кратчайшие сроки. Правда, если бы педагогическая истина устанавливалась путем общего голосования, философия никогда и не появилась бы в учебных планах, более того, не возникли бы сами учебные планы и современная система образования в целом. По счастью, педагогическая истина является результатом более сложных процессов, чем протягивание рук с поднятым или опущенным большим пальцем; по счастью, у нас есть система образования, и, по счастью, пока еще в учебных планах сохраняется место для философии.

140

Чтобы уяснить, каково это место, прежде всего следует вспомнить и не упускать из виду одну простую вещь: система образования на всех уровнях готовит в первую очередь человека и уже во вторую очередь профессионала.

Каждый преподаватель призван передать студентам через свой предмет наряду с конкретными познаниями общие принципы мышления и поведения, которым подчинена взрослая жизнь, привить навыки объективной оценки событий и достойного, ответственного практического выбора. И математика, и физика, и сопромат, приучая ум к осознанию неслучайности явлений и их свойств, косвенным образом подводят основание под известные с детства простейшие правила жизни и готовят человека к восприятию более сложных нравственных, психологических и социальных понятий. Профессора старой школы при изложении любого предмета умеют возвести специальный материал на общечеловеческий уровень, с чувством меры оснащая лекционный текст и практический комментарий меткими сравнениями бытового, исторического, социально-политического плана, идущими к делу фольклорными оборотами или стихотворными цитатами. Студенту, вовремя уразумевшему, что угол падения равен углу отражения не только в физической теории, постигшему в общем виде коварную зависимость между твердостью и хрупкостью, узнавшему непростую историю химических элементов, которым после разнообразных испытаний температурой, давлением и щелочной средой удается, наконец, образовать устойчивое соединение, легче выработать цельное мировоззрение и найти верные решения во многих жизненных ситуациях. Для нравственного воспитания пригоден любой учебный предмет. И все же в том, что касается образования высокого душой человека и сознательного гражданина, философия находится в привилегированном положении по сравнению со всеми другими дис-циплинами1. Быть может, любовь к мудрости не подскажет оригинального хода инженерной мысли или светлой рационализаторской идеи. Зато любовь к мудрости убережет молодого человека от перерождения в существо, которому чужды понятия любви, дружбы, чести, долга, свободы, а через это косвенно поспособствует и его профессиональному росту.

Образующее воздействие философии на человека осуществляется на трех взаимосвязанных уровнях: рациональном, социальном, психологическом.

1 О том, что она, даже применяя гуманистическую риторику, не всегда пользуется своими возможностями, см., в частности, [2].

141

В идеале целью преподавания философии нефилософам могло бы стать воспитание новых декартов и бэконов, боров и капиц, умеющих сочетать конкретные наблюдения и эксперименты с рефлексией высокого порядка, сводить разрозненные знания в единую научную картину мира, создавать широкомасштабные программы эмпирических исследований и совместно участвовать в их реализации. К сожалению, за один семестр эта задача не решается1. При наличных условиях преподавателю философии остается отложить в сторону диалектику мыслящего бытия, которой подчинены все мировые явления, все переживания и познавательные процессы, и ограничить себя тем, чтобы догматически утвердить в сознании студентов связную научную картину мира в ее основополагающих моментах, космологическом и нравственном.

Удивительно, насколько узко порой понимают студенты принципы научности. Многие будущие инженеры, к примеру, позволяют себе рассуждать так, будто требования наглядности причинноследственных связей, доказательности выводов, систематичности метода действительны только в области механики или электродинамики и теряют силу при переходе к общей космологии, не говоря уже о гуманитарных предметах. Разумные в пределах своей технической специальности люди свято верят, что отдельное наблюдение или эффектный эксперимент разом ниспровергают прежние понятия о строении вселенной, что неготовность или отказ науки ответить на какой-нибудь вопрос, освещенный в религиозных текстах, свидетельствует о высшей мудрости религии, что движения чувств и страстей неисповедимы, что человеческие отношения в сущности случайны, а писаная история - это всего лишь набор правдоподобных выдумок, подкрепленных авторитетом власти1 2.

Дело философа уравновесить юношескую страсть к новизне, чудесам и сенсациям сознанием преемственного развития науки, пониманием прочности и универсальности ее основоположений, которым никакое частное знание не может противоречить, хотя оно и может способствовать более правильному их пониманию. Философия очищает дорогу естествознания от религиозных и прочих фантазий. Философия избавляет человека от гнета технократических предрассудков, лишающих его личной свободы и ответственности.

1 Тезис о невозможности преодолеть разрыв между наивной и научной философской картинами мира за один семестр подкреплен коллективным исследованием [1, с. 50].

2 Известно, как «часто фрагментарно-аналитический подход отдает предпочтение спекулятивным системам и квазинаучным теориям с их неоправданной претензией на исключительность и даже мессианство» [8, с. 114].

142

Философия полезна уже тем, что своими указаниями на общие принципы научности защищает незрелое мышление от вредного излучения мифологем о тонкой материальности души, о предопределенности судьбы гороскопом, о враждебной мировой закулисе и т. п. Эта критическая работа необходима для воспитания цельного мировоззрения, которое в противном случае распадается на множество мнений и убеждений, друг с другом несогласуемых, несущих в себе зерно пустых и бесконечных споров, исключающих, помимо прочего, возможность разумной общественно-политической дискуссии. Посредством строгих утверждений и критических замечаний философия учит за деревьями видеть лес, за пестротой наблюдаемых явлений, научных теорий, эстетических норм, поведенческих правил -единую картину мира, возникшую благодаря потребности человека в истине, верное служение которой дома, на работе, на площади и составляет высшее благо.

Социальное созревание студенчества проходит в значительной мере вне учебных аудиторий, но и на него вуз накладывает отпечаток. Очевидно, что повышению меры свободы после приобретения студенческого статуса и наступления совершеннолетия должно сопутствовать обогащение и закрепление представлений о нравственном долге, гражданском призвании, социальной ответственности взрослого человека [11, с. 69]. Хотя любой педагог, понимающий свое дело, так или иначе формирует у студентов основы трудовой этики и навыки общения, хотя преподаватели истории, культурологии, иностранного языка обращают их внимание на те или иные социальные факты и закономерности, только философ может внушить им целостное учение о социальной жизни.

Преподаватель философии прочерчивает границу между обществом и природой, подчиняя привычный будущим агрономам, провизорам, экономистам верный взгляд на человека как на высшее животное, обладающее самой сложной системой рефлексов, еще более верному понятию о принципиально надбиологическом характере человеческого существа, обретающего свое достоинство в осознанной жертвенной любви и творческой свободе. На занятии по философии студенты узнают, что свободный труд на благо общества - это одно из условий подлинно человеческого бытия, что труд свободен не при всяком общественном устройстве, что мировая история с ее социальными трениями и революциями есть не что иное, как процесс высвобождения человеческой сущности из пут внешнего принуждения, и что процесс этот протекает в том числе в сознании каждой личности,

143

отдает она себе в том отчет или нет, берет на себя ответственность за социально-политические события или начисто открещивается от нее1.

В рамках урезанного курса нет возможности развернуть сложную последовательность социально-философских умозаключений. В положительном плане приходится, по-видимому, ограничиться указанием на истинное понятие о человеческом достоинстве и разъяснением обманчиво простых положений, что закон сохранения энергии действует и в социальной жизни, что нравы правителей во многом зависят от народных нравов, что человек, не желающий быть винтиком в экономической машине1 2, должен сам бороться за право получать образование сверх профессионально-технического стандарта.

В плане критики главной целью философского красноречия сегодня следует признать наивный экономический детерминизм в объяснении человеческих отношений, личных, групповых, общественных. Чтобы закрепить в сознании студентов мысль об относительности экономических категорий, можно предложить им за личной подписью ответить на вопросы, в которых этим категориям противопоставлены иные ценности, например: «Соглашусь ли я отказаться от покупки новой машины, если от этого будет зависеть предотвращение болезни моей матери?», «Переселюсь ли я из своего теперешнего жилья во дворец с роскошно налаженным бытом при условии совершенной изоляции от общения с людьми?», «Если верно, что время - деньги, то во сколько я оцениваю час своей жизни? И готов ли я немедленно уступить свою жизнь тому, кто предложит мне сумму, покрывающую все мои дни до столетнего возраста?». Заданные в контексте философского рассуждения подобные вопросы не просто временно будоражат совесть, а позволяют надстроить и укрепить гуманистическую мировоззренческую конструкцию3. Курс прочитан не зря, если студенты уяснили самостоятельную ценность политических категорий свободы и законности, эстетических понятий прекрасного и возвышенного, если они как минимум постесняются подставить в карьернофинансовые уравнения любовь, дружбу, милосердие. Кроме того, философу под силу удержать от соблазна тех, кто с интересом присмат-

1 По словам М. И. Дробжева, «задача: сделать специалиста с высшим образованием

способным не только понять, но и уметь противостоять отчуждению» [4, с. 86].

2

Массовые «настроения таковы, что связывают жизненные цели, успешность и гармоничность именно с тем, чтобы стать частью определенного механизма - будь то административно-бюрократический, экономико-финансовый или технико-технологический механизм» [10, с. 124].

3

«Когда студент воспринимает философский текст или лекцию по философии как обращенную именно к нему и при этом воспринимает проблемную ситуацию, у него есть все шансы преуспеть в постижении важнейших мировоззренческих вопросов» [3, с. 91].

144

ривается к модным радикальным течениям националистического, социалистического, религиозного толка. Вообще, преподаватель философии выступает в роли конкурента уличных и кабинетных идеологов насилия, экстрасенсов и гадалок, телевидения и глянцевой прессы, подогревающих агрессивно-потребительские настроения. Вследствие неблагоприятных изменений в системе образования он поставлен в трудные условия, но все же не избавлен от обязанности поддерживать и пестовать человеческое в человеке.

Философия воспитывает в полном смысле слова рациональную, нравственно вменяемую, социально сознательную личность. Но часто познавательные успехи и добродетель соседствуют с повышенной психологической уязвимостью. Опыт свидетельствует, что если заблаговременно не укреплена несущая стена субъективности, то возводимое здание научного мировоззрения в одночасье рушится под напором бушующей чувственности, и в результате будущий профессионал за пределами своей узкой специальности оказывается во власти иррациональных сил и страстей. Преступное легкомыслие и неряшливость в личных отношениях, обращение за жизненными смыслами к эзотерическим традициям, любовь к деньгам, почестям и домашним животным поверх людей, разочарованность и мизантропия поражают человека, пренебрегающего потребностями своей души1. Этих и подобных бед можно избежать, и в задачи преподавателя философии входит повышение культуры чувства молодежи, обнаружение главных пружин душевной жизни, знание которых позволяет чувствовать глубже, тоньше, сильнее, помогает с достоинством, не озлобляясь, не разуверяясь, переносить испытания и потери.

В разговоре о строении внутреннего мира личности следует обратить внимание на то, что в человеческом чувстве эмоция присутствует не в чистом виде, а связана с понятием об объекте, и характер чувства определяется свойствами объекта. Объекты же, по поводу которых люди переживают, особенно объекты свободно избранные в качестве целей, желанные объекты, неравноценны. Одни желания и чувства низменны и постыдны, другие законны и уместны, третьи благородны и возвышенны. И философия учит отличать одни от других, оценивая последствия осуществления тех или иных желаний для мысли, для общественных отношений и для душевного здоровья.

1 Как на закономерный итог формализма в преподавании философии Н. А. Мещерякова указывает на «готовность студентов, равно как и выпускников, естественных (!) факультетов перенести свое «метафизическое чувство» [5] на что угодно - Бога, восточную мистику, инопланетян и др.» [7, с. 37].

145

Современная наука дает в руки человеку инструменты для достижения самых отдаленных целей, обещает исполнить все, чего душа ни пожелает. Но чего желает человек, какие мечты лелеет, на что употребляет свое техническое, экономическое, политическое могущество? Технологии стремительно развиваются, а культура целеполага-ния остается на допотопном, можно даже предположить, предпотопном уровне: желания человеческие мелки, вредны, несамостоятельны - люди не умеют хотеть1. И место философии в системе высшего образования определяется, в частности, осознанием этого факта, пониманием, что наука учит лишь правильно видеть и делать, философия же, что для человеческого достоинства важнее, учит правильно хотеть. В аудитории от философа требуется переключить внимание будущих программистов, технологов, переводчиков со средств обеспечения жизни на цели человеческого существования, показать, что ценностный мир личности не предрешен и в готовом виде никому не дан, внушить интерес к самопознанию1 2.

Из всех преподавателей только философу представляется случай разъяснить студентам истинное значение классической литературы, вообще искусства, религиозно-этических учений в составе научного мировоззрения, а именно значение проверенных средств самопознания и самосозидания, не повреждающих научную картину мира, но, напротив, уберегающих от разрушения ее важнейший элемент, самого человека как существо, способное правильно мыслить, ответственно общаться и терпеливо вынашивать прекрасные чувства.

Естественно, слова философа о том, что личностью не рождаются и не становятся автоматически в момент получения паспорта, аттестата зрелости или с наступлением совершеннолетия, что личность образует себя с трудом и болью на протяжении всей жизни, могут завоевать доверие молодых людей, если обращаться к ним будет именно личность. В преподавателе философии вызывает уважение не столько цепкая память на параграфы учебника, сколько личная увлеченность предметом, желание и умение жить по истине, большое сердце, крепкая воля, гибкий и проницательный ум. И если перед гуманитариями бывает достаточно принять задумчивый вид, дающий основания подозревать тайную работу духа в интересующей самого студента, но пока скрытой от него области, то перед нефилософами,

1 «Техническое знание может дать и дает инженеру ответ на вопрос, как решить те или иные технические проблемы, но не может дать ответа на мировоззренческий вопрос,

зачем решается эта проблема» [5, с. 331].

2

Одна из методик формирования ценностных ориентаций описана в диссертации

О.К. Леоновец [6].

146

как правило, скептически настроенными в отношении философии, надо выступать живее, одновременно человечнее и артистичнее. Чтобы донести до сознания слушателей и собеседников правильные мысли о личности, родине, научной истине, о профессиональном призвании, чтобы научить студентов уважению старших, равных, самоуважению, философ за кафедрой должен быть актером, должен знать роли тонкого, учтивого интеллигента, занимательного рассказчика, вдохновенного пророка истины, наставника и заботливого попечителя юных душ, быть может, сурового сержанта, перед которым зеленые срочники спешно втягивают живот, и, конечно, преподавателю следует помнить о своей половой роли, роли сильного мужчины или красивой женщины, поскольку притязания быть полноценной, притягательной, убедительной личностью вне половой определенности тщетны.

На занятиях по философии есть возможность явить превосходство зрелой личности над личностью, еще не нашедшей себя, еще не оформившейся, еще не утвердившейся в своих идеалах и ценностях, возможность подвинуть вверх потолок робости и самомнения, в который упирается головой юность, создать ощущение свободного пространства для роста. Дело преподавателя показать, как любовь к мудрости возвышает и облагораживает человека, как она расширяет ум и укрепляет душу, осветляет взгляд и придает остроту речам. Силу философской речи студент должен испытать на себе - и на кого не действует красота высокого стиля [12], кого не пробуждает к добру проповедь истины, кто позволяет себе быть шумно невнимательным к происходящему в аудитории, тот получает справедливое, искусное, в меру язвительное замечание и таким образом учится уважать социальные нормы под давлением общественного порицания. Подобный переход на личности уместен там, где речь идет о воспитании человека, об огранке и оправлении личности.

Итак, философия в системе высшего образования нужна. Она нужна самим будущим строителям, врачам, бухгалтерам, она нужна всему обществу, экономическое и социально-политическое благополучие которого зависит, в частности, от уровня мышления нефилософов. Конечно, не стоит связывать с преподаванием философии преувеличенных ожиданий. Едва ли ее влияние может оказаться достаточно сильным, чтобы решающим образом усовершенствовать моральные установки и поведение большинства. Но философия нужна, чтобы общество сохраняло ценностные ориентиры, в соотнесении с которыми приобретают значение явления, события, поступки, чтобы в критические моменты оно находило в себе силы удержаться на краю

147

исторической пропасти, поглотившей многие народы и поколения, и, преодолевая самоубийственное легкомыслие, уверенно поднималось на новую, небывалую высоту человеческого достоинства.

Список литературы

1. Береснева Н.И., Береснев В.Д., Смирнова Е.А. О преподавании философии на нефилософских факультетах // Новые идеи в философии. - 2012. - Т. 2. -№ 20. - С. 39-51.

2. Борисов И.В. Гуманистический подход к преподаванию философии и две парадигмы в современном философском процессе // Философия образования. -2011 - Т. 36. - № 3 - С. 239-246.

3. Васильева Е.Н. Метод проблемного обучения в преподавании философии студентам вуза негуманитарного профиля // Знание. Понимание. Умение. -2014. - № 1. - С. 89-94.

4. Дробжев М.И. Воспитательный аспект преподавания философии // Гуа-деамус. - Тамб. гос. ун-т им. Г.Р. Державина. - Т. 1. - № 1. - 2002. - С. 82-90.

5. Канц Н.А., Гуляк И.И. Актуальные проблемы преподавания философии в аграрном вузе // Вестн. АПК Ставрополья. - 2015. - № 2 (18). - С. 328-333.

6. Леоновец О.К. Формирование ценностных ориентаций студентов технических вузов в процессе преподавания философии: автореф. дис. ... канд. пед. наук. - Тольятти, 2005. - 23 с.

7. Мещерякова Н.А. О преподавании философии на нефилософских факультетах // Вестник Воронеж. гос. ун-та. - Сер. Проблемы высшего образования. - № 1. - 2009. - С. 36-41.

8. Радишевская Л.В., Карпицкий Н.Н. Стратегия преподавания философии студентам технических специальностей // Высшее образование в России. - 2012. - № 8-9. - С. 110-115.

9. Серебряков Ф.Ф. Актуальность стародавнего (по поводу одной работы столетней давности о преподавании философии) // Философское образование: Вестн. Ассоциации философских факультетов и отделений. - 2012. - № 1. -С. 115-130.

10. Скрипник К.Д. Обучение философии и обучение философией // Вестн. Костром. гос. ун-та им. Н.А. Некрасова. - 2014. - Т. 20. - № 7. - С. 124-129.

11. Суворова О.С. Формирование мировоззрения студентов в процессе преподавания философии // Акмеология. - № 3 (15). - 2005. - С. 67-70.

12. Яковлева Л.Е. Язык поэзии в преподавании философии // Гуманитарные науки. - Вестн. Финансового ун-та. - 2012. - № 1 (5). - С. 58-65.

Кому и зачем нужна философия? Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

ПОЛЕМИКА

УДК 101.2

I КОМУ И ЗАЧЕМ НУЖНА ФИЛОСОФИЯ?

Перерва Валентин Васильевич, доцент кафедры «Общегуманитарных и естественнонаучных дисциплин», кандидат философских наук, доцент, e-mail: [email protected]

НОУ ВПО Международный юридический институт общегуманитарных и естественно-научных дисциплин, Москва, Российская Федерация

Article is devoted to a subject which is actively discussed as in the professional circle of scientists and teachers of philosophy so in audiences of universiries and in the audiences of postgraduate students — “who needs phylosophy and why? “. The author proves the position in which claims that each reasonable person “philosophizes”, anyway, during his life activity. Therefore knowing the doctrines of outstanding philosophers and understanding the modern level of statement and the ways of solution the worldview and philosophical problems, can and has to promote upgrading of individual philosophizing, development of the independent elaborate and reasonable position of the person on the most topical vitally valuable issues. The author realizes debatability of a number of provisions he isputtingforward and calls the reader for collateral discussion.

Статья посвящена теме, активно обсуждаемой как в профессиональной среде ученых и преподавателей философии, так и в вузовских студенческих и аспирантских аудиториях — «кому и зачем нужна философия?». Автор обосновывает свою позицию, в которой утверждает, что «философствует» так или иначе в процессе своей жизнедеятельности каждый разумный человек. Поэтому знакомство с учениями выдающихся философов и с современным уровнем постановки и решения мировоззренческих, философских проблем может и должно способствовать повышению качества индивидуального философствования, выработке самостоятельной продуманной и обоснованной позиции человека по самым актуальным смысложизненным вопросам. Автор осознает дискусси-онность ряда выдвигаемых им положений и призывает читателя к совместному их обсуждению.

Keywords: philosophy, philosophizing, outlook, spiritual culture

Ключевые слова: философия, философствование, мировоззрение, духовная культура

Послушайте!

Ведь, если звезды зажигают —

Значит — это кому-нибудь нужно? (1914)

[4. Т. 1, с. 60.]

Я над всем, что сделано, ставлю «nihil».

Никогда

ничего не хочу читать. Книги?

Что книги!

(1915)

[4. с. 181.] Владимир Маяковский

Сегодняшние преподаватели философии, отвечая на поставленный в заголовке статьи вопрос, то ли с горечью иронично шутя, то ли жалуясь на свою судьбу, нередко заявляют, что по крайней мере в нашей стране философия сегодня не нужна никому и низачем. Как говорится, в каждой шутке есть доля шутки, а смех на Руси издревле сочетался со слезами.

Но ведь заявленная тема, признаемся честно, была по-своему актуальной во все времена существования философии, то есть уже более двух с половиной тысяч лет. И в каждую эпоху ее актуальность была обусловлена специфическими особенностями исторического периода, переживаемого тем или иным народом или государством, или даже человечеством в целом. Следовательно, весьма многообразны были и попытки сколько-нибудь адекватно, убедительно ответить на этот вопрос. Так в целом обстоит дело и сегодня. Но каждая эпоха в истории человечества имела свои особенности, которые, понятное дело, в определенной степени обусловливали и специфику — как постановки, так и предлагаемых решений нашего вопроса.

Но прежде чем мы попытаемся «здесь и сейчас» дать свой ответ на этот «вечный вопрос», давайте его уточним и конкретизируем. Такое

90 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

уточнение представляется необходимым, прежде всего, потому, что каждое слово здесь может быть понято неоднозначно теми, кто попытается понять его и сформулировать свой ответ, охарактеризовать свое представление о месте и роли философии в жизни как каждого отдельного человека, так и общества, человечества в целом во всей его социальной истории. В самом деле, если мы спрашиваем: «Кому нужна философия?», то ведь под этим «кому» может подразумеваться как всякий отдельный индивид с его уникальным своеобразием, так и любая социальная группа, общность любого масштаба, любого исторического периода. Поэтому возникает другой вопрос: «А о каком «кому» вы спрашиваете?»

Если же мы вопрошаем, «зачем» нужна философия, то ведь понимание этого «зачем» тоже может быть неоднозначным. То ли речь здесь идет о сознательно преследуемых человеком целях, достижение которых немыслимо без философии, то ли о выполняемых ею социальных функциях, без чего немыслимо существование нормального цивилизованного общества, то ли о «полезности» философствования как средства повышения качества и эффективности жизнедеятельности каждого отдельного человека.

Ну, а если мы заострим внимание на слове «нужна ли» в постановке вопроса о философии, то нет нужды доказывать, что эта «нужность» тоже может быть истолкована по-разному каждым, кто станет формулировать свой ответ. Ведь человеку, с одной стороны, «нужно» очень многое из того, что существует вне и независимо от него, что «произведено» самой природой, самими условиями его, человека, физического существования. С другой стороны, человеку, чтобы жить и оставаться человеком, очень много чего «нужно» творить, создавать и материально и духовно такого, чего не создает и не творит природа сама по себе, того, что в самом общем виде называют культурой. И та, и другая «нужности» могут в разной степени осознаваться человеком. Сюда относится, в частности, и философия. Вот и возникает вопрос, так ли уж «нужна» философия, и если «нужна», то все-таки — «кому» и «зачем».

Наконец, казалось бы, ясное и однозначно понимаемое слово «философия» в этом вопросе тоже сегодня (а, пожалуй, и всегда) понимается разными людьми и разными сообществами, мягко выражаясь, весьма неоднозначно.

И об этом нам, конечно же, тоже придется поразмышлять в рамках обозначенного заголовком вопроса.

При этом важно иметь в виду и то обстоятельство, кто ставит этот вопрос, и то, кому он адресован. В нашем случае вопросом задается человек, практически всю свою сознательную жизнь посвятивший преподаванию философии в отечественных вузах, а адресовано во-прошание по сути дела каждому из читателей, за исключением той их части, которая удовлетворится и ограничится знакомством с предлагаемым материалом, взглянув на заголовок.

Предваряя конкретную аргументацию, сразу выскажу прямо и откровенно свой основной тезис-ответ на поставленный вопрос. Философия, если употреблять это понятие в данном случае во всех без исключения имеющихся смыслах, так или иначе нужна всем и всегда, каждому человеку, сознательно или бессознательно причисляющему себя к роду homo sapiens, каждому сообществу от семьи вплоть до человечества в целом, если это сообщество или это человечество считают себя цивилизованными и культурными. Будучи убежденным, что этот мой вариант ответа не может не вызвать возражений и несогласия, приглашаю читателя к обсуждению, обмену мнениями, к дискуссии, к совместным размышлениям.

Если начать обсуждение с вопроса «Кому сегодня у нас нужна философия?» и попытаться предварительно провести нечто вроде социологического опроса или такого оригинального «микро-референдума», то, боюсь, мы получим в результате весьма убедительные доказательства и подтверждения справедливости горькой шутки или, по крайней мере, ее первой половины, с которой мы начали разговор: «Философияу нас сегодня не нужна никому!» Процентные соотношения согласных и несогласных с таким «решением» вопроса могут быть разными в зависимости от специфики опрашиваемой аудитории, но в целом, как мне представляется, на уровне сегодняшнего нашего обыденного сознания победу одержит все-таки большинство согласных с обозначенным утверждением. Правда, здесь приходится считаться еще и с тем обстоятельством, что если такой «микросоциологический опрос» производит преподаватель со своими студентами, то далеко не все ответы будут, скажем так, вполне откровенными по разным причинам. Впрочем, подобные соображения следует

91

ПОЛЕМИКА

иметь в виду, проводя любой опрос в любой аудитории. (В скобках порекомендуем любознательному читателю самому провести аналогичное «микросоциологическое исследование» путем опроса ближайшего окружения с целью подтверждения или опровержения этих наших утверждений).

Впрочем, нельзя не учитывать и того обстоятельства, что сегодня существуют и другие мнения на сей счет: «В современном обществе необходимость и важность философии осознаны, пожалуй, всеми» [5, с. 6.] Очень хотелось бы согласиться с таким мнением, однако факты, к сожалению, его не подтверждают.

Обосновывать же наш уже откровенно высказанный ответ на поставленный в заголовке вопрос, по-видимому, будет логично, начав с уточнения смысла, который мы вкладываем в слово «философия».

Как известно, этимологически это понятие восходит к древнегреческой мысли (авторство нередко приписывается Пифагору). Первоначально оно означало любовь к мудрости или «любомудрие», как говорили когда-то на Руси. Сегодня его все чаще трактуют как определенную любознательность, как любовь к истине, к знаниям, к науке, хотя, понятное дело, «мудрость», «истина», «знания», «наука» — далеко не синонимы. Вот один из вариантов такой трактовки: «В правильном переводе в изначальном смысле своем это обозначает не что иное, как универсальную науку, науку о мировом целом, о всеохватном единстве всего сущего» [1]. Но если пойти дальше этимологии и попытаться уточнить, в каком смысле сегодня употребляется слово «философия», то нам угрожает перспектива встретиться с бесконечным множеством вариантов его понимания и трактовок, даже если мы обратимся к авторитетным справочным изданиям, словарям и учебным пособиям.

К примеру, в монографии А.В. Потемкина «О специфике философского знания» приводится двадцать семь значений слова «философия». А если хорошенько покопаться в соответствующей литературе, названную цифру нетрудно будет приумножить. Ничего не поделаешь, — одной из характерных особенностей нашего времени является проникновение так называемого «плюрализма» во все сферы духовной культуры. Хотя единодушия в трактовке понятия и содержания философии, как мы уже упоминали, не наблюдалось никогда. Ну,

а если мы обратимся с вопросом о том, что такое философия, не к специалистам, а к простому или даже высокообразованному человеку, то вариантов ответа будет еще больше, причем нередко с преобладанием претензий на остроумие и насмешки над «вашим вшивым любомудрием»... Такая «традиция» сегодня, в частности, весьма характерна для различных сайтов интернета. Причем эти «остряки» и поносители философии, как правило, даже и не подозревают о том, что, всячески пороча философию, обзывая и проклиная ее, они тем самым делают не что иное, как «философствуют». Правда, и они, как и Пифагор, себя мудрецами обычно при этом не считают, но, в отличие от древнего математика-любомудра, и в любви к мудрости не признаются. Как говорится, «времена меняются».

Мне представляется, что в понимании и трактовке сути философии наличествуют две крайности, одинаково ошибочные, которых желательно было бы избегать. Эти крайности проявляются как в непонимании и недооценке места и роли философии в жизни человека и в истории общества, с одной стороны, так и в преувеличении, абсолютизации этой роли — с другой. Правда, вторая крайность встречается сегодня значительно реже, и ею чаще всего «страдают» философы-профессионалы.

В самом общем виде все многообразие представлений о том, что есть философия, можно свести к трем основным группам таких представлений. Во-первых, это то, с чего, как правило, начинаются все учебные пособия по этому «предмету» или «дисциплине» после разъяснения этимологии самого слова «философия». Назовем эту группу представлений «образовательной» и отметим, что к ней относятся прежде всего вузовские преподаватели этой учебной дисциплины. Во-вторых, это многочисленные различные толкования сути этого понятия, содержащиеся в трудах, выступлениях, исследованиях ученых-философов, профессионально занимающихся постановкой и решением философских проблем. Это группа «профессионалов». Правда, ученые-философы сегодня, как правило, не ограничиваются научно-исследовательской деятельностью, сочетая ее с преподавательской.

И, в-третьих, это самые разнообразные представления о философии, имеющие хождение в сфере обыденного сознания. Назовем их «бытовыми» или «обыденными». Конеч-

92 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

но, по числу представителей и разнообразию их представлений на первом месте будут «обы-денщики», на втором — «образовательники» и на третьем — «профессионалы». Но, наверное, по степени компетентности в понимании этого вопроса ведущее положение принадлежит все-таки «профессионалам». Почему и в каких пропорциях существовали эти группы вчера и существуют сегодня — это особый вопрос. Отметим только, что такие высказывания о сути философии, как «Философия — это эпоха, схваченная в мыслях» (Гегель), «Философия — душа культуры» или «Всякая истинная философия есть духовная квинтэссенция своего времени» (Маркс), как правило, хорошо известны сегодня каждому образованному человеку, хотя оценивать их может каждый из них по-своему. При этом обратим внимание на то, что в высказывании Маркса речь идет об «истинной философии», а какая из философских концепций действительно «истинная» — всегда было и остается сегодня весьма сложной и спорной проблемой. Поэтому будем учитывать это многообразие толкований понятия «философия», проявляя толерантность и полагая, что в каждой трактовке содержится доля истины.

Здесь не место подтверждать высказанное конкретными примерами, но желающие могут проверить и найти подтверждение истинности этих мыслей в том бесконечном потоке информации (увы, в неразрывной связи с дезинформацией), который бурлит по всем сегодняшним средствам связи и прочим каналам. Отметим еще только то обстоятельство, что понятие философии неразрывно связано с понятием мировоззрения, хотя эти понятия, конечно же, и не синонимы. По общепринятым представлениям понятие мировоззрения шире по объему, поскольку включает в себя не только знания, но и убеждения, эмоции, ценности, идеалы и т. п. Поэтому философия нередко понимается как систематизированное, рационально осмысленное и обоснованное мировоззрение или как его ядро и основа. Впрочем, и в толковании соотношения понятий «философия» и «мировоззрение» даже среди специалистов не существует полного единодушия.

Отвечая на вопрос, кому нужна философия, давайте сразу же исключим из числа его адресатов всех тех, кто занимается философией так или иначе профессионально, поскольку в этом случае ответ как бы ясен сам собой, хотя, честно говоря, и в данном варианте этот ответ тоже

не может быть однозначным. Но все-таки здесь более или менее действительно ясно и кому, и зачем. Но и ответ на вопрос «Зачем нужна сегодня философия философам России?», увы, также не может быть сколько-нибудь однозначным, так как каждый из российских любомудров ответит на этот вопрос, скорее всего, по-своему, не шаблонно. Об этом свидетельствуют нередко проводящиеся в этой среде обсуждения нашей темы.

В формальном плане знакомиться с философией приходится всем, кто получает высшее образование, поскольку как учебная дисциплина она обязательна пока еще у нас для всех вузов и всех форм обучения в них. Тем же, кто стремится стать членом научного сообщества, независимо от избранной будущим ученым сферы научной деятельности, приходится дважды столкнуться с необходимостью повышения уровня своих философских знаний. Экзамен по философии сдается при поступлении в аспирантуру, а далее, уже в ходе учебы в ней и до защиты кандидатской диссертации, необходимо сдать кандидатский экзамен по предмету «История и философия науки». Причем эта дисциплина введена у нас с 2005 года, а до того экзамен кандидатского минимума был по тому же предмету — философия. Так что всякий образованный человек волей-неволей сталкивается с необходимостью изучения основ философских знаний, хотя если он действительно образованный, а значит более или менее широко мыслящий homo sapiens, он, конечно же, неоднократно задумывался над философскими проблемами и без внешнего принуждения...

И вот тут мы подходим к самой интересной части нашего вопроса, а точнее — целого «вопросного комплекса», который в первом приближении мы можем теперь сформулировать так: «Кому и зачем в сегодняшней России нужна философия, исключая тех, кто так или иначе занимается ею профессионально. И если все-таки она действительно нужна всем, то кому — какая?»

Современная Россия, будем откровенны, переживает глубокий социальный кризис, который накладывает свой отпечаток на все сферы жизни общества. Этот кризис представляет собой по существу не что иное как специфическое проявление всеобщего глобального кризиса, переживаемого ныне человечеством как единым целым. Он проявляется

93

ПОЛЕМИКА

самым разным образом и во всех сферах духовной жизни общества — в политике, в морали, в религии, в искусстве и т. д. Примером наиболее яркого проявления этого кризиса в области философии может служить необычайная популярность так называемых постмодернистских концепций, провозглашающих на разные лады вседозволенность вершиной социального прогресса и требованием духа современной эпохи. Правда, лозунг вседозволенности популярен отнюдь не только в философии, но и в сфере так называемого современного постмодернистского искусства, и в сфере религии, где добиваются права на законное существование различного рода «дьявольские» или бесовские и им подобные общины и «секты», и в сфере правоведения и правосознания, да даже и в сфере научного знания, со времен Фейе-рабенда склонявшегося к реализации лозунга о вседозволенности в науке и об отделении ее от государства, подобно взаимоотношениям с цивилизованным государством религии и церкви, и провозглашавшего: «Единственным принципом, не препятствующим прогрессу, является принцип — допустимо все (anything goes) ... Все дозволено». Сегодня мы являемся свидетелями великого множества событий, наглядно демонстрирующих практическую реализацию лозунга вседозволенности во всех сферах человеческой жизни — от семейно-бытовых конфликтов и трагедий до различного рода социальных потрясений. Когда размышляешь об этом, невольно приходит на ум название одного из трактатов Канта — «Об изначально злом в человеческой природе».

Еще в 1999 году в книге иеромонаха Анатолия (Берестова) и Владимира Решетова «Колдуны в законе» было сказано: «Идет массированное наступление на здравый смысл, на науку, на религию, на образование — темных, невежественных, лукавых сил, готовящих век тотального «мракобесия»». Комментируя эту цитату, доктор философских наук, профессор кафедры философии религии и религиоведения Санкт-Петербургского государственного университета Т.В. Чумакова конкретизирует ее содержание: «И сейчас, включая телевизор или открывая любую популярную газету, мы сталкиваемся с рекламой «потомственных колдуний, обретающихся при часовне Ксении Блаженной», «православных экстрасенсов», или из передачи НТВ узнаем о том, что Москва во время войны была спасена исключительно

молитвами Матроны Московской. А недавний массовый психоз по поводу «конца света по календарю майя» заставил вспомнить эсхатологические ожидания XV столетия» [12, с. 228].

В свое время Гегель утверждал, что «Сова Минервы вылетает только в сумерки», разумея тем самым, что адекватное осмысление исторических событий и процессов философами происходит только после того, как сами эти процессы получили завершение, по сути, закончились, — и только после этого возникает возможность их понять и объяснить. К сожалению, в этом утверждении, как мне представляется, содержится доля истины. Но.

Уж давно над страною не сумерки, — мрак,

А Сова почему-то все медлит с полетом.

Ей не стать-привыкать средь разбоев и драк:

Не в таких, чай, бывала она переплетах.

Размышляя об уроках истории, невольно вспоминаешь мысль того же Гегеля, высказанную им в предисловии к «Философии истории», что если история и учит чему-нибудь, то только тому, что никто, никогда и ничему из истории не научался. Или вот другой немецкий мыслитель уже в XX веке, накануне начала Второй мировой войны, пытаясь предсказать всемирно-историческое значение предстоящих деяний русской нации, рассуждает, перекликаясь с Гегелем: «Русский не хочет даже учиться у истории. Он сомневается в том, что это возможно, и в этом он прав. Если из истории можно извлечь урок, то только один — что люди ничему из нее не научаются» [7, с. 103]. На подобные размышления нас наводит, в частности, и трагический опыт минувшего XX века с его глобальными катаклизмами, многомиллионными человеческими жертвами в ходе двух мировых войн, трех российских революций, немецко-фашистских концлагерей, сталинского ГУЛАГа, преступных деяний над своими народами Пол Пота и Мао Цзэдуна и т. д. Об этом, в частности, интереснейшее произведение нашего современника, профессионального философа Михаила Полищука «Великое вопрошание. Философия на весах истории» [6]. Эту книгу невозможно читать без содрогания и самых печальных размышлений, в частности и о роли философии в человеческой истории. Да и события сравнительно недавно начавшегося XXI века в этом плане не внушают оптимизма. Правда, «великие вопрошания» на сей счет, конечно же,

94 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

могут (и должны?) быть адресованы не только к философии, но и к религии, морали, праву, искусству, то есть ко всем формам человеческой культуры, ее духовным «изобретениям» и их изобретателям.

Но вернемся к нашей теме. Если «уроки истории» никогда, никого и ничему не учат, то, может быть, философия способна компенсировать этот пробел в духовной жизни человечества?

Итак, мы утверждаем, что философия так или иначе всегда нужна всем мыслящим существам. При этом исходим из факта, что с тех пор как человек стал человеком «разумным», он сознательно или бессознательно непременно «философствовал», а значит, не мог обойтись без этого. (Заметим здесь в скобках, что «философия» и «философствование» — разные понятия. К этому вопросу вернемся чуть позже). Но вот теперь и возникает вопрос, какая кому нужна философия и для каких целей, то есть — зачем?

Ясно, что сам по себе факт двух с половиной тысячелетнего существования философии еще не доказывает необходимости ее «бытия», нужности человеку и обществу, поскольку столь же долго, да и намного долее существуют в человеческой истории факты, процессы, события и т. п., без которых человечество могло бы не только обойтись, но и процветало бы в довольстве и счастье. И это относится не только к каким-то независящим от человека явлениям и процессам, но весьма часто и к таким фактам, которые являются плодом его, человека, духовной и материальной целенаправленной активности. Правда, здесь можно оговориться еще и в том плане, что как в деятельности отдельного человека, так и в различного рода «социальных мероприятиях», сознательно выдвигаемые цели действий инициаторов и их результаты, последствия очень даже нередко не совпадали, а то и оказывались противоположными этим целям... Об этом в свое время четко высказывался Ф. Энгельс. Да и намного раньше еще Сократ замечал, что зло человек творит только по причине незнания, невежества, а не по сознательному намерению совершить именно зло. Как гласит древняя народная мудрость, «добрыми намерениями выложена дорога в ад». Или возьмем знаменитое высказывание бывшего главы Правительства РФ В. С. Черномырдина, ставшее современным российским фольклором: «Хотели

как лучше, а получилось как всегда». Надо ли сказанное подтверждать примерами? Sapienti sat. Правда, человек, к сожалению, способен и на такие поступки, которые он сам осознает и понимает как злые, бесчеловечные.

Итак, философия нужна тем, кто философствует. А философствуют, как мы уже заметили, все люди и во все времена, как в индивидуальном, так и в коллективном, социально-групповом порядке. И ведь философствующие субъекты отнюдь не оправдывают это свое занятие намерением и целью — стать или оставаться «разумными человеками», но всегда преследуют какие-то другие, сознательно или бессознательно поставленные более конкретные цели и задачи, достижению и разрешению которых способствует именно философия и только она. Какие же это цели и задачи, то есть, все-таки — зачем философствуют люди?

Здесь, по-видимому, следует различать тех, кто так или иначе «философствует» сознательно, и тех, кто, напротив, сознательно отвергая философию и философствование как ненужное, а то и вредное занятие, тем не менее, ввергается в пучину бессознательного «мудрствования».

Сознательно философствующие, как правило, преследуют цели более глубокого понимания бытия человека во всех его аспектах — того или иного, но все-таки более или менее конкретного решения вопроса о смысле человеческой жизни вообще, а отсюда — и о возможном осмыслении самого проживающего эту жизнь философствующего субъекта, вплоть до попыток осмысления сути в самом общем виде всего происходящего в природе, обществе и в самом человеке. Еще Альбер Камю утверждал, что главный вопрос философии — стоит ли жизнь того, чтобы быть прожитой. В самом деле, если человек пришел к отрицательному решению этого вопроса, то любые другие решаются автоматически. И тот же Камю, утверждая неизбежную «абсурдность бытия», находил смысл человеческого существования в противостоянии этому абсурду. Статистика самоубийств в нашей стране (да и во всем мире) убедительно показывает, что сегодня многие россияне (и не только они) практически отрицательно отвечают на вопрос Камю, в каждом отдельном случае руководствуясь конкретными жизненными соображениями и обстоятельствами. К сожалению, сознательно противоборствовать «абсурду бытия» решаются немногие, ведь это противоборство на-

95

ПОЛЕМИКА

много труднее, чем мгновенное «решение» всех жизненных проблем путем суицида... Прав поэт, сказавший:

В этой жизни

помереть

не трудно.

Сделать жизнь

значительно трудней [4, с. 105].

Однако сознательно задумываются над философскими проблемами, конечно же, не только философы по профессии, а, как мы уже отметили, все разумные здравомыслящие люди. Они ищут ответы на волнующие их смысложизненные вопросы в самых разных направлениях, формах, способах постижения смысла этих проблем и путей их решения. Здесь и круг непосредственного межчеловеческого общения во всех сферах жизни и деятельности, и самостоятельные размышления над религиозными идеями и учениями, и осознаваемые фило-софски-содержательные аспекты всех видов классического искусства, начиная с литературы, поэзии, музыки и заканчивая современными «новациями-инновациями» в этой сфере, здесь и осмысление как личного, так и всего известного каждому человеку общественного опыта моральных отношений и оценок, и размышления над вытекающими из знакомства с наукой и ее открытиями комплекса сложных философских проблем и т. д. Именно в этой среде превалируют положительные оценки философии, ее места и роли в жизни человека и общества. Причем эти положительные оценки, как правило, вовсе не означают, что философия в понимании этих людей облегчает их жизнь, делает ее проще, легче, успешнее и т. п. Нет. Но она помогает человеку правильно понимать и адекватно реагировать на все происходящее как вокруг, так и в самом «философствующем» субъекте.

Среди философствующих подсознательно, напротив, нередко самым разным образом проявляется отрицательное отношение к тому, что они понимают под словом «философия». На уровне обыденного сознания, здравого смысла они оценивают философию как нечто препятствующее нормальной, здоровой человеческой жизни. («Меньше знаешь — лучше спишь»). Приходится признать, что такому отношению к философии в какой-то мере способствовали и сами профессионалы-философы, в частности, тем, что нередко так изла-

гали свои мысли, чтобы они были недоступны пониманию неспециалиста, иногда делая это вполне сознательно. И эта профессиональнофилософская традиция уходит корнями вглубь веков. Ведь еще Гераклита, как известно, прозывали не только «Плачущим», но и «Темным», полагая, что в своем главном труде «О природе» он сознательно сложно и непонятно излагал свои мысли, чтобы они были доступны только способным их понять и чтобы эти мысли не стали предметом пренебрежения со стороны черни. [9, с. 177]. Философы во все времена, на словах соглашаясь с прописной истиной «Кто ясно мыслит, тот ясно излагает», — тем не менее, излагали свои мысли нередко недоступным для «черни» языком. Не зря ведь еще великий Гете заметил: «Философия философов — это обыкновенные мысли на маловразумительном языке». Или вот мнение декана философского факультета МГУ В.В. Миронова: «И человек, который говорит непонятно, по большому счету не может себя считать философом. Это мое убеждение». Правда, добавим, что в «непонятности» философских рассуждений и учений тоже надо бы разбираться в каждом отдельном случае конкретно.

Ведь сложность, «маловразумительность» философского языка — весьма неоднозначное и противоречивое явление. И она объясняется не только сложностью рассматриваемых философами проблем, не только и не столько псев-догераклитовскими намерениями насолить мозгам черни, не только схоластикоподобными выходками псевдофилософствующих субъектов, стремящихся простые общеизвестные истины изложить сложным «сверхнаучным» языком и т. д. Нет. Эта сложность объясняется, в частности, еще и тем, что, во-первых, каждый выдающийся философ вносил свой вклад в обогащение языка философии, вводя свои новые понятия или переосмысливая содержание уже имеющихся философских категорий, а во-вторых, тем, что веками накапливался и обогащался этот философский категориальный аппарат ввиду взаимодействия философских учений разных эпох и различного национального происхождения.

Так, в европейской философии изначально превалировала философская терминология древнегреческого языкового происхождения. Затем ее сменила (не устранив, конечно, разработанного древними греками) латиноязычная лексика, воспринятая от античного Рима

96 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

средневековой религиозной философией и ставшая в эту эпоху достоянием всей христианской Европы, а начиная с эпохи Возрождения и, в особенности в Новое время, философская терминология обогащается другими национальными языками, сначала немецким, затем — французским, потом — английским и т. д. Многовековое духовно-культурное взаимодействие Востока и Запада тоже вносит свою лепту в обогащение языка философии. Вот это языково-терминологически-категориальное разнообразие, в частности, отличает философию от любого частно-научного знания, в каждом из которых, как правило, вырабатывается единая общепринятая, строго определенная терминология. К тому же нельзя не учитывать и того обстоятельства, что в философии нередко употребляются слова, имеющие определенный смысл в обыденном, бытовом употреблении и совершенно другой смысл — в профессиональном «философском языке» (к примеру — «субъект», «идея», «бытие», «сущее», «ничто» и т. п.) Нельзя не считаться также с тем обстоятельством, что и профессионалы-философы нередко вкладывают разное содержание в одни и те же «философские понятия», начиная, скажем, с понятий «материализм» и «идеализм», «диалектика» и «метафизик», «дух» и «вещь» и т. д. без конца...

Размышления и споры о нужности или ненужности философии сами по себе не уникальны, поскольку так или иначе на аналогичные темы велась и ведется полемика и о религии, и об искусстве, и о морали, и о праве. В каждом случае имели место особенности подобных «дискуссий», обусловленные историческими, национальными, религиозными обстоятельствами, связанными с тем, кем, с какой целью в каких условиях они инициировались. Вот, скажем, сегодняшнему юристу, не сомневающемуся в жизненной необходимости существования в нормальном цивилизованном обществе системы норм права и законов, могут показаться странными и совершенно необоснованными рассуждения древнегреческого философа: «Законы бесполезны как для хороших людей, так и для дурных. Первые не нуждаются в законах, вторые от них не становятся лучше» (Демокрит). Юрист, я думаю, удивится, но, возможно, и задумается.

Да ведь и о самом государственном устройстве или вообще о необходимости существования государства как социального института

веками велись не только, как мы знаем, теоретические споры. Достаточно вспомнить размышления об этом анархистов и тоталитаристов, Платона, его последователей и противников, макиавеллистов, учения социалистов-утопистов или коммунистические идеи о неизбежном и закономерном отмирании государства в ходе социального прогресса.

Не будем уж говорить о многовековых столкновениях верующих самых разных религий с «еретиками» и атеистами всех мастей. Каждая религия категорически провозглашала себя единственно истинной и боролась не только с атеизмом, но и со всеми другими религиозными учениями и верами. Да и внутри всех религиозных конфессий никогда не было недостатка в «еретизме» и, следовательно, всех формах борьбы с ним от предания проклятию и отлучения от церкви до крестовых походов и костров инквизиции. Или, скажем, сегодняшних взаимоотношений шиитов и суннитов в исламе.

Так в чем же специфика ведущихся веками споров о месте и роли философии в жизни человека и общества по сравнению со всеми другими, в частности, только что нами названными, казалось бы, столь же глобальными социальными проблемами? На наш взгляд, эта специфика заключается в том, что во всех других спорах человек мог сознательно или подсознательно не участвовать, «обходить стороной», считая, что это его не касается, ему не нужно, его не интересует и т. п. А вот если речь идет о философии и философских проблемах, то даже сознательный отказ человека от участия в подобных дискуссиях, нежелание размышлять и рассуждать на эти темы ему не поможет. Рано или поздно, сознательно или подсознательно он «зафилософствует». И вот здесь мы можем попытаться объяснить высказанное нами ранее положение о различии содержания понятий — «философия» и «философствование».

Если говорить коротко, то философствование, на мой взгляд, есть процесс, философские рассуждения, размышления, диалоги, полемика и т. д. «Философия» же — результат этого процесса, его итог. Понятно, что как процесс, так и результат могут быть самыми разными. Но они неразрывно связаны между собой. При таком понимании этих терминов становится более или менее очевидной мысль о том, что философствуют так или иначе все

97

ПОЛЕМИКА

разумные существа, а вот что получается в результате, каков итог, т. е. какова философия каждого из этих существ, — этим определяется бесконечное многообразие «философий». Поэтому можно сказать, что «философий» столько же, сколько «философствующих», и их никогда не сосчитать. Не зря ведь не существует даже попыток проведения такой «статистики». Но в целом, конечно же, качество процесса определяет и качество результата. «Вообще нельзя назвать философом того, — писал Кант, — кто не может философствовать. Философствовать же можно научиться лишь благодаря упражнениям и самостоятельному применению разума».

Правда, нельзя не отметить, что понятия «философия» и «философствование» нередко употребляются и как синонимы, что характерно не только для «обыденного мышления», но и для некоторых весьма авторитетных профессионалов в области философии. Сегодня в нашем языке к этим терминам присоединяется еще и «философоведение» как изложение и изучение философских учений прошлого и настоящего. Вошло в обиход и добродушное пожелание — «Пофилософствуем?!» — как призыв совместно порассуждать, обсудить какую-либо сравнительно абстрактную, отвлеченную, но в то же время важную и интересную для участников общения проблему.

И вот здесь уместно будет пояснить, что имелось в виду, когда, формулируя основной тезис-ответ на наш вопрос, мы сказали о «философии во всех имеющихся смыслах этого слова». Дело-то в том, что философией, так или иначе, является многое из того, что не признается за таковую, скажем, философами-про-фессионалами или просто «образованными» и «грамотными» людьми.

Еще основоположники позитивизма, отвергая всяческую «метафизику», провозгласили, как им казалось, антифилософский принцип подлинно научного мышления, заявив, что философия науке не нужна, что «наука — сама себе философия!» Подозревали ли они при этом, что тем самым закладывают основы одного из влиятельнейших направлений в истории философской мысли — позитивистской философии?

Для обозначения таких явлений, которые, по мнению «настоящих философов», философией в истинном значении этого слова не являются, у них существует множество, как они

полагают, более правильных, адекватных понятий. Приведем некоторые из них: предфилософия, протофилософия, квазифилософия, эр-зацфилософия, антифилософия, контрфилософия, псевдофилософия и т. д. Каждое из этих понятий имеет свой специфический смысл, но их объединяет стремление отделить все обозначаемое ими от «подлинной» философии, философии как таковой. Но вот взгляните-ка: «псевдо-», «квази-», «зрзац-», «анти-» и т. п., а ведь «философия» все-таки! Кому-то и философия Платона представляется «квази-», а кому-то — философия Гегеля — «псевдо-», еще кому-то идеи Маркса — яркое выражение «анти-» философии, для кого-то «контрфилософы» — Достоевский или Ницше, и так далее до бесконечности. Я уж не говорю о «философии» быдла, черни, мещанства, нищеты, обывателей, неучей, голодранцев и т. д., тоже до той же бесконечности. Правда, «Собрания философских трудов» этих, последних из перечисленных, «мыслителей» пока еще не издаются. Но о них знают и говорят и признанные настоящие мыслители. Так, размышляя о процессе знакомства простого обывателя с подлинно научной философией, А.И. Герцен писал: «К философии приступают со своей маленькой философией; в этой маленькой, домашней, ручной философии удовлетворены все мечты, все прихоти эгоистического воображения. Как же не рассердиться, когда в философии-науке все эти мечты бледнеют перед разумным реализмом ее!» [8. с. 46].

Заставляет задуматься и простое перечисление как общеизвестных, так и малоизвестных трудов, в самом названии которых фигурирует та или иная «философия». К примеру, «Философия нищеты», «Философия хозяйства», «Философия права», «Философия имени», «Философия религии», «Философия истории», «Философия науки», «Философия любви» и т. д., и т. п. (читатель может продолжить перечисление, да еще и авторов назвать). В обыденном сознании людей сейчас, с горечью признавался М.В. Желнов, под философией понимается «все что угодно»: «Речь может идти о «философии экономики», «галактической философии», «философии кино», «философии темперамента», «философии танца» [2, с. 57]. Не разделяя горечи автора этого высказывания, пожалуй, согласимся с ним, что под философией действительно можно понимать «все что угодно», но это «все», конечно же, всякий раз будет «фи-

98 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

лософствованием» разного качества. Но вопрос качества философии очень непростой.

Вот поэтому мы и попытались в ходе размышления над поставленным в заголовке вопросом так конкретизировать его, чтобы он включал в себя не только вопрошания «кому» и «зачем» нужна философия, но и «какая» это должна быть философия в условиях современности в нашей стране. Очевидно, что нормальный, здравомыслящий, действительно разумный человек, осознав необходимость и неизбежность философствования, в своей духовной жизни будет стремиться к тому, чтобы его философские рассуждения и размышления, раз уж их не избежать, были не «маленькой, домашней, ручной философией», а по возможности максимально качественными, достойными его человеческой сути, адекватными его самооценке и самосознанию как существа, действительно соответствующего высокому званию Человека и духу переживаемого ныне Родиной, да и всем человечеством исторического периода. Чтобы достичь такой цели, ему полезно, желательно, даже необходимо по возможности обстоятельно познакомиться с накопленным человечеством опытом постановки и решения философских проблем, критически оценить этот опыт и опереться на него в своей духовной жизни. Сказанным, как мне представляется, в какой-то степени оправдана, в частности, обязательность изучения философии в наших вузах. Продуманно организованное и эффективно проводимое, оно не только не будет препятствовать становлению и развитию самостоятельного мышления обучаемого, но, напротив, всячески поспособствует этому. Ибо у изучающего философию и ее историю расширяется кругозор и возможность самостоятельного и сознательного выбора направленности и содержания собственного философствования. Согласимся здесь с мнением профессионального философа, возглавляющего сегодня Институт философии АН РАН, А.А. Гусейновым: «Главная ценность философии в том, что она учит мыслить... Думающему человеку без философии не обойтись». И добавим, что сказанное, конечно же, не означает, что умению мыслить учит только философия, но это и жизнь во всех ее аспектах. «Ни мудрость, ни искусство не могут быть достигнуты, — заявлял Демокрит, — если им не учиться». Вряд ли кто-либо сочтет эти мысли устаревшими. Ну и, конечно же, даже

в числе выдающихся философов встречаются мыслители, проповедующие не очень уж разумные, гуманные, человечные и прочие идеи. Стоит ли их здесь называть?

Уже Аристотель, считавший, что удивление побуждает человека к философствованию, отмечал, что «и любитель мифов есть в некотором роде философ». И зарождаясь, и развиваясь, философия так или иначе впитывала в себя, переосмысливала и мифологические образы, и сюжеты, и религиозные идеи, и обыденнобытовые представления, и зарождающиеся начала будущего научного знания, и элементы словесно-литературного творчества, да и всего комплекса культурных проявлений, которые в последующем получили название искусства, и многое-многое другое. Реальный исторический процесс духовной жизни человечества характеризуется, в частности, таким глобальным взаимопроникновением всех ее проявлений.

Один из родоначальников философии Нового времени Томас Гоббс писал: «Философия есть дочь твоего мышления. и живет в тебе самом». Она имманентно присуща каждому. Ибо ни одному из смертных нельзя отказать в праве размышлять о смысле жизни, свободе, справедливости и бессмертии. Другой основоположник философии этого периода Рене Декарт рассуждал на эту тему более категорично: «.Я предложил бы обсудить полезность этой философии и вместе с тем доказал бы важность убеждения, что философия ... одна только отличает нас от дикарей и варваров и что каждый народ тем более гражданствен и образован, чем лучше в нем философствуют; поэтому нет для государства большего блага, как иметь истинных философов».

Правда, я бы здесь оговорил: к сожалению, не всякая философия обладает названными Декартом положительными качествами и что бывает, увы, не только «заблуждающаяся», но и вредная и опасная «философия» как для человека, так и для любого сообщества. Впрочем, по этому поводу я уже «оговаривался». Могу только дополнить эту оговорку предложением читателю самостоятельно выстроить три столбика понятий, оценивающих качество того или иного философского учения: 1) положительные оценки; 2) отрицательные; 3) нейтральные.

Кстати, для начала этой процедуры можно использовать, в частности, уже приведенные нами различные характеристики как филосо-

99

ПОЛЕМИКА

фии в целом, так и многих ее разновидностей. Интересно, какой столбик получится самым высоким?

Мысль о том, что сознательно или бессознательно философствует каждый разумный человек, сегодня стала практически общепризнанной и нередко однозначно и категорически формулируется во многих учебных пособиях по философии. Но вот можно ли назвать каждого философствующего философом — здесь мнения специалистов нередко расходятся. Так, М.К. Мамардашвили, например, утверждал: «Я хочу подчеркнуть, что философом является каждый человек — в каком-то затаенном уголке своей сущности. Но профессиональный философ выражает и эксплицирует особого рода состояния, которые поддаются пересказу лишь на философском языке» (курсив мой — В. П.). Философия, по его мнению, — «это ходячее сознание вслух», «это публичное сознание, которого нельзя не высказать», и в этом смысле оно неотвратимо. Итак, каждый человек — так или иначе — философ.

А вот другое мнение на сей счет, не менее авторитетного автора — А. Г. Дугина: «Философия... это наука для избранных. Обычному человеку философию изучать не надо, он в ней ничего не поймет. Изучать философию «с конца» и по популярной литературе категорически нельзя. Начать нужно с изучения языков, чтобы разбираться в терминах. Философ, не знающий три-четыре европейских языка — это шпана, а не философ» (курсив мой — В. П.) Таким образом, получается, что подавляющее большинство наших даже профессиональных

философов, не говоря уже о философствующих «обывателях», — это шпана. Кто прав в этом вопросе — Мамардашвили или Дугин, выбирать тебе, уважаемый читатель. Моя же позиция, позиция «шпаны», — выражается всем содержанием данной статьи.

Завершая наш краткий разговор об одном из великих вопрошаний философии, обращенном в данном случае ею к себе самой — «Кому и зачем я нужна?», — еще раз заверим читателя, что ему не навязывается никакое решение или ответ извне, а просто предлагается совместно подумать, обсудить и постараться прийти к самостоятельному и обоснованному ответу на это вопрошание. Будем удовлетворены, если предложенный нами материал в какой-то степени поспособствует такому самостоятельному решению читателя.

Думается, что из всего сказанного становится очевидным, что наш исходный тезис — ответ на «великое вопрошание» о месте и роли философии в жизни человека и общества, несмотря на его первоначальную кажущуюся неприемлемость, увы, не является ни особо оригинальным, редким, уникальным, ни таким уж неприемлемым. Хотя и бесспорным его, конечно, тоже признать нельзя. Заключительное слово предоставляю специалистам:

«Таким образом, можно сделать вывод, — пишут авторы вузовского учебника, — что философия неизбежна для любого человека и каждый человек философствует, даже тот, кто отрицает ее необходимость и обоснованность, невольно оставаясь на позициях лишь неразвитой формы философствования» [3, с. 9].

Литература

1. Гуссерль Э. Кризис европейского человечества и философия // Вопросы философии. 1986. № 3.

2. Желнов М.В. Предмет философии в истории философии. М., 1981.

3. Кузнецов В.Г, Кузнецова И.Д., Миронов В.В, Момджян К.Х. Философия. Учебник. М.: 1999. С. 9.

4. Маяковский В.В. Послушайте (1914), Облако в штанах (1915). Полное собрание сочинений: В 13 т. / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А.М. Горького. М.: Худож. лит., 1955—1961.

5. Нижников С.А. Философия. Курс лекций. М.: 2007.

6. Полищук М.Л. Великое вопрошание: философия на весах истории. М.: Канон+РООИ, 2012.

7. Шубарт Вальтер. Европа и душа Востока. — М.; Эксмо. 2003. С. 103.

8. Антология русской философии в 3-х т. СПб., 2000. Т. 1.

9. Фрагменты ранних греческих философов. Ч.1. М., 1989.

10. Принятие решений в системе образования. Интервью с М.А. Розовым // Вестник Российского философского общества». 1 (57), 2011. С. 52—56.

11. Облики современной морали. В связи с творчеством академика РАН А.А. Гусейнова: Материалы международной научной конференции МГУ им. М.В. Ломоносова, 16—19 марта 2009 г. М.: МАКС Пресс, 2009. 336 с.

12. Чумакова Т.В. Новое русское средневековье // Отечественные записки. № 1 (52). 2013. С. 228—238.

100 научный журнал ВЕСТНИК АССОЦИАЦИИ ВУЗОВ ТУРИЗМА И СЕРВИСА 2013 / № 2

Кому и зачем нужна философия?

 

 

«Кому и зачем нужна философия?»

12 октября 2012 г. в Гуманитарном центре ИГЭУ, в уютном зеле, где стены украшены нежной росписью пастельных тонов, окна напоминают о старинных замках и балах, а на спинки мягких кресел так приятно откинуться, воцарилась напряжённая атмосфера научной дискуссии. Студенты и их преподаватели решают одну из самых насущных проблем современности: «Кому и зачем нужна философия?». Вопрос нельзя назвать оригинальным, но сегодня, равно как и в прошлые века, он продолжает будоражить умы. Говорит о важности темы хотя бы то, что для дискуссии её выбирали сами студенты. Преподаватели кафедры философии на этот раз не принимали в подготовке мероприятия никакого участия. Они пришли в аудиторию лишь как зрители.

С первых же минут встречи стало понятно, что она собрала людей, нагруженных не только распечатками всемогущей «Википедии», но и глубоким знанием предмета. Представители президиума Cтуденческого философского научного общества Анна Карандашева (аспирантка кафедры философии) и Владимир Хапалов (студент 3-его курса) нашли оригинальные доводы в защиту древней науки. Будущий магистр Екатерина Мурзина (I-29м) за долгие годы обучения и несколько дней кропотливой подготовки смогла предъявить философии немало претензий. Студенты группы 2-35 заранее написали целые эссе полные аргументов «за» и «против», чтобы быть во всеоружии и с первых же минут разговора активно в него включиться.

Дискуссия прошла очень живо. Докладчики пересыпали свои выступления шутками, цитировали афоризмы и едва не прыгали на креслах, от желания высказаться. Никто не остался в стороне, хотя, иногда некоторые участники определённо увлекались.

Владимир: Когда два информационных поля в структуре человеческой личности сталкиваются, происходит,… происходит… ну, как это…?

Анна: Внутриличностный конфликт.

Владимир: Нет, скорее, когнитивный диссонанс.

Анна: Эти рассуждения на синергетическую теорию взаимодействия открытых саморазвивающихся систем смахивает.

Владимир: Нет, я не признаю бифуркацию.

Анна: А я люблю бифуркацию!

Только по лицам слегка удивлённой аудитории захваченные разговором собеседники поняли, что их слушателям нужен переводчик.

Противоположные теории сталкивались. Точки зрения разнились. Одни говорили, что философия делает человека свободнее, позволяя ему понять закономерности происходящих вокруг процессов и управлять ими. Другие спорили: абсолютная свобода невозможна, а человек, которому не надо решать вечные вопросы, чувствует себя в этом мире счастливее. Жизненными примерами иллюстрировалось положение о том, что в один прекрасный день философские вопросы станут перед каждым и, чтобы их решить, нужно знать, «где копать». Горячо возражали оппонентам будущие технические специалисты: не хватает часов на профильные дисциплины, гуманитарными науками придётся жертвовать. Мудрые преподаватели в ответ отмечали: студент пришёл в университет, чтобы стать не только ценной рабочей силой, но и культурным, всесторонне развитым человеком, а без базового знания философии, это невозможно.

Веские доводы не закончились даже по истечению отведённых университетским расписанием на занятие полутора часов. Когда в коридоре молодые люди и девушки живо продолжили спор, стало ясно, что Нобелевская премия по результатам сегодняшнего заседания студенческого философского общества нам «не светит». Вечный вопрос всё так же ждёт своего решения, а большинство участников осталось на прежних позициях, хотя…

Технические и гуманитарные специалисты, собравшись вместе, в одной уютной аудитории, по собственной инициативе они решали философскую проблему – не это ли живое подтверждение огромного значения древней науки?

 Информацию и фотографии предоставила Анна Карандашева,
аспирант кафедры Философии

Университет Джеймса Мэдисона - зачем изучать философию?

Зачем изучать философию?

Философия вносит центральный вклад в образовательное предприятие, предъявляя требования к интеллектуальной деятельности. Философское образование включает в себя знакомство с основными фигурами и событиями в истории философии, изучение современных методов и общепринятых ответов на философские вопросы, а также обучение критическим, интерпретативным и оценочным навыкам, которые в общей схеме вещей могут считаться наиболее ценным.

Ожидается, что выпускники философской программы в Университете Джеймса Мэдисона привыкли к трудным текстам, связанным с продвинутыми философскими аргументами. Эти чтения часто весьма разнообразны по методам и содержанию. Кроме того, различные письменные работы являются частью заданий изучающего философию, и ожидается, что эти задания будут тщательно составлены и продуманы. Наконец, информированное обсуждение имеет важное значение для философии и философского образования.Ожидается, что это вербальное взаимодействие будет обычным делом при проведении курсов.

Многое из того, что изучается в философии, можно применить практически в любом деле. Причина в том, что философия затрагивает очень много предметов, и особенно потому, что многие из ее методов можно использовать в любой области.

Изучение философии помогает нам улучшить нашу способность решать проблемы, наши коммуникативные навыки, нашу силу убеждения и наши письменные навыки. Ниже приводится описание того, как философия помогает нам развивать эти различные важные навыки.

Общие навыки решения проблем: Изучение философии повышает способность человека решать проблемы. Это помогает нам анализировать концепции, определения, аргументы и проблемы. Это способствует нашей способности систематизировать идеи и проблемы, решать важные вопросы и извлекать существенное из большого количества информации. Это помогает нам, с одной стороны, различать тонкие и тонкие различия между взглядами и, с другой стороны, находить точки соприкосновения между противоположными позициями.Это также помогает нам синтезировать множество взглядов или точек зрения в единое целое.

Навыки общения: Философия вносит уникальный вклад в развитие выразительных и коммуникативных способностей. Он предоставляет некоторые из основных инструментов самовыражения - например, навыки представления идей с помощью хорошо построенных, систематических аргументов, - которые в других областях либо не используются, либо используются менее широко. Философия помогает нам выразить то, что отличает наши взгляды, расширяет нашу способность объяснять трудный материал и помогает нам устранить двусмысленность и неясность в нашем письме и речи.

Способность убеждения: Философия дает обучение построению четких формулировок, хороших аргументов и подходящих примеров. Таким образом, это помогает нам развить нашу способность быть убедительными. Мы учимся строить и защищать свои собственные взгляды, ценить конкурирующие позиции и убедительно указывать, почему мы считаем наши собственные взгляды предпочтительнее альтернативных. Эти способности можно развить не только через чтение и письмо по философии, но и через философский диалог, как в классе, так и за его пределами, который в значительной степени является частью тщательного философского образования.

Навыки письма: Письмо интенсивно преподается на многих курсах философии, и многие регулярно назначаемые философские тексты также превосходны в качестве литературных эссе. Философия учит интерпретирующему письму через изучение сложных текстов, сравнительному письму с акцентом на справедливость альтернативных позиций, аргументированному письму через развитие способности студентов устанавливать свои собственные взгляды и описательному письму через подробное изображение конкретных примеров.Конкретные примеры служат якорями, к которым необходимо привязать обобщения. Таким образом, в философских сочинениях особое внимание уделяется структуре и технике. Также приветствуется оригинальность, и студентам обычно рекомендуется использовать свое воображение для разработки собственных идей.

Очевидно, что описанные выше общие способы использования философии имеют большое академическое значение. Должно быть ясно, что изучение философии имеет внутреннее вознаграждение в виде неограниченного поиска понимания важных и сложных проблем.Но философия находит дальнейшее применение в углублении образования, как в колледже, так и во многих видах деятельности, профессиональных и личных, которые следуют после окончания учебы. Два из этих дополнительных применений описаны ниже.

Понимание других дисциплин: Философия необходима для нашей способности понимать другие дисциплины. Многие важные вопросы о дисциплине, такие как природа ее концепций и ее отношение к другим дисциплинам, имеют философский характер. Философия науки, например, необходима для дополнения понимания естественных и социальных наук, основанного на самой научной работе.Философия литературы и философия истории имеют одинаковую ценность для понимания гуманитарных наук, а философия искусства (эстетика) важна для понимания как изобразительного, так и исполнительского искусства. Более того, философия играет важную роль в оценке различных стандартов доказательств, используемых в других дисциплинах. Поскольку все области знания используют рассуждения и должны устанавливать стандарты доказательств, логика и эпистемология имеют общее отношение ко всем этим областям.

Разработка надежных методов исследования и анализа: Еще одна ценность философии в образовании - это ее вклад в нашу способность формулировать гипотезы, проводить исследования и формулировать проблемы в управляемой форме.Философское мышление уделяет особое внимание четкой формулировке идей и проблем, отбору соответствующих данных и объективным методам оценки идей и предложений. Это также подчеркивает развитие чувства новых направлений, предлагаемых новыми гипотезами и вопросами, с которыми можно столкнуться при проведении исследования. Философы регулярно опираются как на успехи, так и на неудачи своих предшественников. Человек с философским образованием может легко научиться делать то же самое в любой области.

Среди вещей, которые могут делать люди с философским образованием, можно выделить следующие.Они могут проводить исследования по самым разным предметам. Они могут получить информацию и систематизировать ее. Они умеют писать ясно и эффективно. Они могут хорошо общаться, обычно как устно, так и письменно. Они могут генерировать идеи по самым разным проблемам. Они умеют формулировать и решать проблемы. Они могут выявить скрытые предположения и сформулировать пропущенные альтернативы. Они могут убедить людей серьезно относиться к незнакомым взглядам или новым возможностям. Они могут резюмировать сложные материалы без излишнего упрощения.Они могут объединять различные данные и строить полезные аналогии. Они могут различать тонкие различия, не упуская из виду сходства. Они также могут адаптироваться к изменениям, и эта способность приобретает все большее значение в свете быстрого прогресса во многих областях. А хорошо образованные философы обычно могут научить других тому, что они знают. Эта способность особенно ценится в то время, когда обучение и переподготовка так часто требуется в связи с быстрыми технологическими изменениями.

Эти способности довольно общие, но они напрямую влияют на круг профессий, к которым подготовлены философы.Философы обладают навыками, необходимыми для выполнения огромного количества академических и неакадемических работ. Тип базового образования, который дает философская подготовка, чрезвычайно полезен в некоторых основных аспектах практически любой профессии.

Ниже приведены списки курсов философии, которые особенно подходят для людей, изучающих, стремящихся или работающих в дисциплинах, не относящихся к философии, поскольку эти курсы философии помогают углубить понимание других областей обучения, чтобы ответить на некоторые из возникающих фундаментальных вопросов. в других дисциплинах, а также для выяснения взаимосвязи между одной дисциплиной и другой областью исследования.

Искусство

Эстетика
Этика
История философии
Философия языка
Философия религии

Бизнес

Этика
История философии
Логика
Социальная и политическая философия
Философия науки

Компьютерные науки

Логика
Философия языка
Философия разума
Философия науки

Инженерное дело

Этика
Эпистемология
Логика
Философия науки
Социальная и политическая философия

Медицинские специальности

Этика
История философии
Логика
Метафизика
Философия разума
Философия религии
Философия науки

Закон

Этика
Эпистемология
Логика
Социальная и политическая философия
Философия науки


Журналистика и коммуникации

Эстетика
Этика
Логика
Социальная и политическая философия
Философия науки

Государственная служба

Этика
История философии
Логика
Философия религии
Философия науки
Социальная и политическая философия

Духовенство

Эстетика
Эпистемология
Этика
История философии
Логика
Метафизика
Философия религии
Социальная и политическая философия

Социальная работа

Этика
История философии
Логика
Философия разума
Социальная и политическая философия

Преподавательское, довузовское

Эстетика
Этика
История философии
Логика
Философия религии
Социальная и политическая философия

Преподавательский, Колледж

Эстетика
Эпистемология
Этика
История философии
Логика
Метафизика
Философия науки
Социальная и политическая философия

Техническое письмо

Эстетика
Эпистемология
Логика
Философия языка
Философия науки

Примечание : этот текст адаптирован из трех источников: (1) Philosophy: A Brief Guide for Undergraduates (публикация Американской философской ассоциации), (2) Careers for Philosophers (подготовлено Комитет Американской философской ассоциации по карьерным возможностям и (3) The Philosophy Major (заявление, подготовленное под эгидой Совета директоров Американской философской ассоциации).Эти тексты доступны на сайте apaonline.org.

Зачем изучать философию? | Кафедра философии

Что такое философия и почему я должен ее изучать?

«Философия» происходит от греческого слова, означающего «любовь к мудрости». Философия использует инструменты логики и разума для анализа того, как люди воспринимают мир. Он учит критическому мышлению, внимательному чтению, четкому письму и логическому анализу; он использует их, чтобы понять язык, который мы используем для описания мира, и свое место в нем.Различные области философии различаются вопросами, которые они задают. Точно ли наши чувства описывают реальность? Что делает неправильные действия неправильными? Как нам жить? Это философские вопросы, и философия учит, как мы можем начать на них отвечать.

Студенты, изучающие философию, получают от этого много пользы. Инструменты, которым преподает философия, очень полезны в дальнейшем обучении и при приеме на работу. Несмотря на кажущуюся абстрактность вопросов, которые задают философы, инструменты, которым учит философия, обычно пользуются большим спросом у работодателей.Студенты, изучающие философию, учатся ясно писать и внимательно читать с критическим взглядом; их учат замечать плохие аргументы и как избежать их в своих письмах и работе. Поэтому неудивительно, что студенты, изучающие философию, исторически получали в среднем более высокие баллы по таким тестам, как LSAT и GRE, чем почти по любой другой дисциплине. Многие из наших студентов совмещают изучение философии с изучением других дисциплин.

Самая важная причина изучать философию состоит в том, что она представляет огромный и непреходящий интерес.Все мы должны сами ответить на вопросы, задаваемые философами. На этом факультете студенты могут научиться правильно задавать вопросы и как мы можем начать вырабатывать ответы. Философия важна, но она также доставляет огромное удовольствие, и на нашем факультете есть много отмеченных наградами преподавателей, которые делают процесс изучения философии увлекательным. Наши преподаватели придерживаются интерактивного стиля обучения, при котором студентам предоставляются инструменты и возможность развивать и выражать свои собственные философские взгляды.

Критическое мышление

«Именно в философии я научился строгому критическому мышлению - навыку, который бесценен при создании искусства».
- Дональд Дедал, бакалавр финансов 2005 года, художник-оформитель

«Философия научила меня критически мыслить и была идеальной специальностью для юридического факультета, что дало мне отличное начало юридического факультета и мою карьеру».
- Род Нельсон, BA ‘75, юрист

Инструменты для оценки этических проблем

«Курсы по философии, которые я посещал для несовершеннолетних.... обеспечили ценную основу для моей карьеры в области глобального здравоохранения и дали мне прочную основу для разработки структурированных, логических аргументов в различных контекстах ».
- Обри Бэтчелор, несовершеннолетний ‘09, международный работник здравоохранения

«Биоэтика - это повседневная часть медицины, и моя степень по философии помогла мне справиться с реальными проблемами и дилеммами пациентов».
- Тереза ​​Ли, бакалавр медицины 08,

«Способность применять этические принципы к вопросам, которые возникли в моей карьере при уходе за пациентами... был подарком и чем-то, что я очень ценю ».
- Натали Нуньес, BA ‘91, семейный врач по аналитическому мышлению

«... философия предоставила мне аналитические инструменты, необходимые для понимания множества нетрадиционных проблем, характерных для среды безопасности последнего десятилетия».
- Крис Грабб, BA ‘98, US Marine

«Философия обеспечивает интеллектуальные ресурсы, способность критического и творческого мышления, которые необходимы для успеха в современной среде международной безопасности»
- Ричард Паз, бакалавр 1987, военный офицер США

Понимание точки зрения других

“.... философия основывает нас на интеллектуальной традиции, которая шире, чем наше личное мнение. ... * делать + легче проявлять уважение и приспосабливаться к индивидуальным различиям в клиентах (и коллегах) ... »
- Дайан Фруктер Стротер, бакалавр наук 00, клинический психолог

«... всестороннее знакомство с многочисленными альтернативными мировыми / этическими взглядами помогло мне в повседневном взаимодействии со всеми разными типами людей этнической, культурной и политической ориентации.”
- Дэвид Престин, BA 2007, инженер

Оценка информации

«Анализ информации и ее использование для формирования логических выводов - огромная часть философии и, таким образом, жизненно важны для моего успеха на этой должности».
- Кевин Дачманн, BA ‘07, аналитик по управлению запасами

Навыки письма

«Моя степень по философии невероятно важна для развития моих аналитических и письменных навыков.»
- Тереза ​​Ли, BA ‘08, студент-медик

10 причин, почему вы должны изучать степень философии в 2021 году

Выходите, любители мудрости, и узнайте, почему степень философии, предлагаемая международным университетом, подойдет вам как перчатка! Если вы от природы любопытны, не соглашаетесь на простые ответы, очарованы, казалось бы, неразрешимыми сценариями, любите читать и вступать в дискуссии, пытаясь понять мыслительные процессы других людей, тогда вам идеально подойдет степень философии.

Найти магистра философии за границей

Все еще не уверены? Вот 10 причин, по которым вам следует изучать степень бакалавра или магистра философии:

1. Задавайте самые фундаментальные вопросы

Философия любит задавать всевозможные вопросы. А правильные вопросы часто важнее самих ответов. Поступая таким образом, мы понимаем, что часто нет одного правильного ответа или ответа, который не изменится по мере нашего развития и постоянных изменений. Итак, изучая философию, вы научитесь задавать лучшие вопросы и оспаривать свое личное мнение, которое вы считаете само собой разумеющимся.

Вы будете обсуждать глубокие вопросы о том, как люди думают, что такое философия на самом деле, существуют ли пределы наших знаний и о природе нашей реальности. С другой стороны, вы также можете сосредоточиться на более приземленных вопросах, таких как:

Что такое язык? Что есть добро и зло? Сколько времени? Что делает нас людьми? Какая связь между мозгом и разумом? Как мы можем быть счастливыми? Есть ли Бог? Как минимизировать неравенство? Каковы обязанности и ограничения правительств? Когда научные достижения начинают выходить на опасную территорию?

2.Узнать обо всем понемногу

Философы любят говорить буквально обо всем и обо всем. Изучая философию, вы научитесь правильно мыслить, но, прежде всего, вы будете подвергать сомнению и обсуждать важные идеи по всем предметам, связанным с человеческими интересами. У вас есть возможность посещать темы из самых разных дисциплин, таких как: право и политика, математика, лингвистика, искусство, религия, медицина, биология, история и многое другое.

Вот несколько примеров классов, которые вы будете изучать во время получения степени по философии:

  • Метафизика - обсудите самые основные принципы жизни, такие как бытие, знание, идентичность и время.
  • Философия науки - изучите принципы, на которых основана наука, и идеи, которые повлияли на наше научное мышление.
  • Философия истории - спрашивает, существует ли объективная история и как различные точки зрения влияют на то, как мы понимаем нашу историю.
  • Философия языка - понимание того, как мы используем язык, как язык зависит от нашего мышления и является ли он чем-то большим, чем просто инструмент, который мы используем для общения.
  • Политическая философия - анализирует такие понятия, как власть, справедливость, правительство и законы, их важность и ограничения.
  • Этика - направлена ​​на выяснение того, что такое добро и зло, и на наличие объективных методов проверки этичности определенного поведения или решения.
  • Эпистемология - изучает, что значит знать, и как отличить то, что есть знание, от того, что является личным убеждением.
  • Философия религии - направлена ​​на анализ религиозных вопросов с использованием рациональных инструментов, не полагаясь на субъективную веру.
  • Logic - научитесь проверять, являются ли утверждения последовательными, действительными или истинными, используя логические инструменты.
  • Философия искусства - какие идеи передаются с использованием художественной среды, такой как живопись, музыка, кино и т. Д.
  • Aesthetics - анализирует, что такое красота и что считать красивым.

Все упомянутые курсы объединены в несколько основных специальностей, на которых вы можете сосредоточиться, когда выясните, какая отрасль философии вас больше интересует.К ним относятся, помимо прочего:

  • Философия культуры
  • Этика и политическая философия
  • Философия науки и эпистемология

3. Обучение в любой точке мира

Философия - дисциплина с давними традициями. Даже если это не всегда так, люди думали о природе жизни и человечности с тех пор, как научились мыслить, и нет места на земле, где не нуждались бы один или несколько философов.

Поскольку философия - это такая устоявшаяся дисциплина, вы можете найти хорошие степени во всех уголках мира. Вот лишь несколько стран, предлагающих отличных бакалавров или магистров философии:

4. Обсуждайте интересные темы и проводите мысленные эксперименты

Философия - это круто. Просто выберите любое захватывающее шоу или глубокий фильм, который вы когда-либо смотрели, и на него, вероятно, повлияла одна или несколько философских идей. Философия может подойти вам, если вы увлечены такими фильмами, как «Матрица», «Вечное сияние чистого разума», «Быть ​​Джоном Малковичем», «Шоу Трумэна», Бразилия, «Седьмая печать», «Начало», «12 разгневанных мужчин», «Жизнь наяву», «Мой ужин с Андре и многие другие.Если вы не смотрели ни один из этих фильмов, вы можете получить представление о некоторых горячих темах философии, просмотрев их.

Возможно, вы также слышали об известных мысленных экспериментах, предназначенных для создания теоретических сценариев для проверки философской идеи и начала дискуссии, ведущей к практическому применению в реальной жизни. Что-то из этого звучит знакомо: кот Шредингера, если дерево упадет в лесу, мозги в чанах, проблема с тележкой, двойная земля, машина Тьюринга, лотерея на выживание?

Найти магистра философии за рубежом

5.Поймите, как человеческое мышление развивалось с течением времени

Изучая философию, вы начнете понимать связь между тем, как люди думают сейчас, и тем, как они думали раньше. Вы станете свидетелями того, как крошечные идеи развивались и превращались в крупные открытия или в объекты интенсивных исследований.

Вы также узнаете много нового о контексте, в котором возникли эти идеи, и их влиянии на искусство, политику, науку, экономику, религию и образ жизни общества.Понимая их, мы учимся на прошлом, пытаемся исправить ошибки и предотвратить будущие.

У вас будет возможность открыть для себя целые философские традиции, о существовании которых вы не подозревали, которые были созданы на основе критики идей предшественников. Философы любят критически относиться к идеям более ранних философов и опираться на них.

Вы узнаете все важные имена и труды в истории человеческих идей, от таких философов, как Аристотель и Платон, до Декарта и Спинозы, Канта, Милля и Гегеля, Хайдеггера, Сартра, Витгенштейна или Рассела.

6. Развивайте критическое и структурированное мышление

Одним из важнейших инструментов философии является критическое мышление. Критически мыслящие люди умеют задавать вопросы, смотреть на проблемы с разных точек зрения и не принимать вещи как должное. Философское мышление, особенно в настоящее время, - отличный способ избежать манипуляций с помощью шокирующих заявлений, фейковых новостей и политической пропаганды.

Достаточно ли поддерживается определенная идея и выдерживает ли она проверку? Есть ли примеры, противоречащие утверждению, которое все, кажется, принимают как должное?

Самое главное, философия учит, что есть несколько окончательных ответов и что идеи во многом зависят от точки зрения и контекста.

7. Научитесь читать и писать как философ

Студенты, изучающие философию, много читают. И большинство книг по философии довольно толстые. Но это не значит, что вы прочитаете целые стопки книг за один семестр. Вы действительно будете много выборочно читать по ключевым понятиям. Фактически, вы можете потратить весь семестр на обсуждение 1-2 глав из важного труда философа.

Но вы узнаете, как подходить к этому тексту, что искать и как следовать предпосылкам и логическим аргументам.Вы также никогда не читаете одного автора в пустоте. Таким образом, вы, скорее всего, будете читать отрывки разных авторов по одной и той же теме.

Вы проведете много исследований, научитесь определять правильную информацию, искать вспомогательные материалы, читать комментарии и сравнивать мнения. Философов также волнует, как концепции были переведены с разных языков и были ли идеи потеряны или изменены с течением времени. Вы также узнаете, что текстовые сноски содержат важные детали, иногда более важные, чем сам текст.

Вы научитесь писать и структурировать эссе, а также как обобщать сложные идеи в объемную исчерпывающую информацию.

8. Не слишком глупый вопрос, не слишком священная тема

Еще один важный навык, который вы разовьете, - это искусство обсуждать и оспаривать общие убеждения. Вы научитесь разговаривать даже с людьми, с которыми не согласны, прислушиваясь к их точкам зрения и взвешивая позиции, не предполагая, что другой неправ. Понимание различных точек зрения необходимо для философского мышления.Вам постоянно придется бросать вызов своим идеям и убеждениям или защищать их.

Большинство учителей философии поощряют обсуждения в классе и обычно поддерживают неформальную обстановку обучения. Даже они не защищены от пристального внимания своих учеников.

9. Примените свои знания в большем количестве профессий, чем вы ожидаете

Согласно распространенному мнению, философские исследования не пользуются хорошей репутацией, когда речь идет о рынке труда. Но это досадное заблуждение. Навыки, полученные во время изучения философии, - это буквально золото для вашей будущей карьеры.Такие навыки, как критическое мышление, организация, синтез, адаптируемость, отличное общение, выслушивание всех мнений и тонна знаний о мире, приносят большие и часто недооцениваемые преимущества. Работодатели любят независимых мыслителей, которые сосредоточены на решении проблем с помощью нестандартных идей.

Большинство студентов, изучающих философию, фактически не становятся профессорами философии, а получают работу в широком спектре областей, таких как право, бизнес, образование, журналистика, медицина, маркетинг, государственная политика, правительство, связи с общественностью, социальные услуги, и многое другое.

Степень бакалавра философии сочетается с получением степени магистра по другой, более специализированной дисциплине. Получение степени магистра философии после степени бакалавра совершенно другой дисциплины - это большой приток навыков, который может привести к карьерному росту после окончания учебы.

Если вы хотите стать философом, вы также, вероятно, собираетесь стать учителем, поэтому вам, вероятно, следует стремиться к докторской степени. в философии.

Если ничего не получается, всегда можно сделать карьеру в сфере безопасности.

10. Философия - это постоянно современный предмет

Философия, как и человеческие идеи, никогда не стареет и никогда не застаивается.Продолжая возвращаться к первым философам и их глубоким открытиям, мы опираемся на их вопросы. И по мере развития общества и технологий возникают новые проблемы, связанные с тем, как мы живем, как мы понимаем себя и принимаем моральные решения.

Философы продолжают задавать сложные вопросы по таким темам, как клонирование, помощь в самоубийстве, исследование стволовых клеток, развитие искусственного интеллекта, последствия глобализации, кризис изменения климата, иммиграция, права женщин, права и свободы меньшинств, права животных, отношения между правительства и экономика, и многое, многое другое.

Вот почему философы считают, что важнее научиться правильно мыслить, чем выучить теорию наизусть. Потому что идеи меняются, и появляется бесчисленное множество перспектив; мы никогда не можем принимать вещи как должное и должны подходить к каждой ситуации непредвзято и свежо. И философия была создана для этого - чтобы создать рациональных, нравственных людей, осознающих свои пределы и желающих построить лучший, более справедливый мир.

Самая важная причина изучать философию…

… заключается в том, что преобразует вас.Обращаясь к рассмотрению самых основных вопросов, касающихся реальности, человеческого существования и Бога, вы открываете себя миру возможностей для понимания мира и нашего места в нем. Тренируя свой ум в дисциплинах критического и логического мышления, вы приобретаете способность воображать, обсуждать и прояснять природу хорошей жизни. Философия поощряет и дает вам силы открывать то, что на самом деле является истинным и хорошим, и отличать это от того, что таковым просто кажется.Как давно объяснил Платон, это освобождает .

То, как мы учимся думать о себе и мире, может изменить то, как мы обрабатываем наш опыт, и, следовательно, образ жизни, который мы выберем. Изучение философии дает человеку интеллектуальные инструменты, необходимые для оценки различных возможных жизненных выборов, чтобы он был лучше подготовлен к поиску значимого направления своей жизни.

«Когда я отпускаю то, что я есть, я становлюсь тем, чем я мог бы быть.”
- Лао-цзы

Платон сравнивает философа с мореплавателем на корабле. Непосвященному наблюдателю кажется, что штурман ничего не делает, кроме как смотрит вверх в небо, не выполняя никакой работы, необходимой для движения корабля. Фактически, без навигатора у корабля не будет постоянного направления. Именно поэтому, думал он, при определении направления жизни философия может служить незаменимым руководством.

Изучая философию, вы будете на протяжении всей жизни стремиться понять и жить хорошей жизнью для людей. Более того, многие философы утверждали, что философская деятельность сама по себе часть хорошей жизни.

«Интеллигентный человек, находящийся в полном одиночестве, прекрасно развлекается в своих мыслях и фантазиях, в то время как никакое разнообразие или социальное удовольствие, театры, экскурсии и развлечения не могут отвратить скуку от тупицы.”
- Артур Шопенгауэр

Другими словами, философия может не только служить инструментом для других целей, но также может быть очень приятным и значимым занятием сама по себе.

«Одного сердца недостаточно; без дисциплины человеческого разума ответ не может быть понят. Для некоторых наиболее очевидным является ответ на этот вопрос. Они философы ». - Авраам Каплан

Задайте себе этот важный вопрос: если бы деньги не были проблемой, как бы вы прожили свою жизнь? Это абсолютно важный вопрос, который философ Алан Уоттс предлагает вам рассмотреть в этом провокационном видео:

Что делать, если деньги не имеют значения?

Основная причина, по которой большинство наших специалистов считают себя ответственными за свое решение получить специализацию в области философии, - это внутренний интерес, вызов и удовольствие от самого предмета.Философия говорит о чем-то фундаментальном в их подходе к жизни. Если вы любите идеи и цените мудрость, философия также должна занимать видное место в вашей жизни. Почему бы не заложить прочный фундамент сейчас для жизни философских исследований и открытий? Если вы специализируетесь на философии, вы можете!

Вот еще кое-что для размышления: Если целью образования является получение денег и власти, где мы можем обратиться за помощью, чтобы узнать, что делать с этими деньгами и властью?

По-прежнему беспокоитесь, что специальность «Философия », а теперь «» не поможет вам в достижении финансовой безопасности? Не надо.Ознакомьтесь со страницами What You Can Do with an Major in Philosophy and Philosophy and a Satisfying Career . Там вы узнаете, что можете вести жизнь в поисках мудрости и уметь есть что-нибудь кроме рамена каждый день (не то чтобы вы все еще не могли этого делать, если бы хотели…).

Что вы изучаете в области философии?

Тем, кто плохо знаком с философией, может быть трудно создать четкое представление о том, чем занимаются философы.Обычно философия ассоциируется с созерцанием звезд и заданием вопросов, которые столь же расплывчаты, сколь и неуместны, и на которые нет ответов. Напротив, философия ясно и точно имеет дело с реальным миром, его сложной социальной и материальной природой и нашим местом в нем. Из-за этого философские области исследований разнообразны.

Философия - любовь к мудрости - это попытка понять мир во всех его аспектах. Есть четыре столпа философии: теоретическая философия (метафизика и эпистемология), практическая философия (этика, социальная и политическая философия, эстетика), логика и история философии.Теоретическая философия задает такие вопросы о знаниях, как «Есть ли что-нибудь абсолютно определенное?» и «На чем основывается наша уверенность в том, что прошлое является хорошим индикатором будущего?» и вопросы о мире, такие как «Каков мир независимо от человеческого восприятия?» и «Существует ли Бог?» Изучение практической философии ставит нас перед такими вопросами, как: как мы должны жить своей жизнью? Какие социальные и политические устройства справедливы или законны? Изучение логики учит нас тому, что отличает хорошее рассуждение от плохого и тем самым позволяет нам мыслить критически.Из истории философии мы узнаем, как величайшие мыслители в истории человечества отвечали на эти и подобные вопросы. Все эти области интересов основаны на фактах и ​​соответствуют теориям, выдвинутым экспертами в бесчисленных дисциплинах, таких как физика и психология.

Изучать философию - значит видеть связь между идеями и аргументированно и логически объяснять эту связь. Специалист по этике, например, может использовать поведенческую психологию, чтобы доказать, что люди должны вести определенный образ жизни.Этот аргумент может иметь дальнейшие последствия в отношении того, как правительство должно принимать законы, чтобы гарантировать людям возможность вести такую ​​жизнь, которую они хотят вести. Метафизик или философ науки могут помочь обеспечить концептуальную ясность и рассудок через последствия конкурирующих квантово-механических теорий. Все области исследования открыты для уточнения философа.

Вернуться на главную страницу философии

Что вы можете делать со степенью философии?

Что такое философия?

Философия - это изучение природы существования, знания, истины и этики.Он включает рассмотрение самых фундаментальных вопросов о том, кто мы есть, и исследует философскую мысль на всем протяжении истории вплоть до наших дней.

Он оттачивает вашу способность эффективно рассуждать и формировать последовательные аргументы, убедительно писать и улучшает ваше логическое и критическое мышление. Это бросает вызов вашему пониманию и предположениям о таких понятиях, как человеческая природа и существование Бога. В различных подразделах философии рассматриваются самые разные вопросы - от того, почему мы мечтаем, до того, существует ли свобода воли.

Ожидайте много эссе, возможность обсудить различные философские теории и набор текстов, а также возможность разнообразить свои исследования для дальнейшего изучения философии.


Познакомьтесь с лучшими университетами гуманитарных и гуманитарных наук со степенью


Что вы изучаете по философии?

Как правило, первый год обучения по философии будет включать более широкие модули, дающие вам прочную основу для фундаментальных идей и аргументов. Со второго и третьего курса студенты, как правило, начинают специализироваться или выбирать конкретный путь или модули, которые наилучшим образом отражают их интересы.

Бакалавриат обычно занимает три, а иногда и четыре года. Модули могут включать логику, философию разума, метафизику, этику, философию науки и политическую философию. Многие модули в значительной степени основаны на эссе, что может привести к независимым исследованиям и диссертациям к концу вашей степени.

Философию часто называют гуманитарной, хотя есть направления, которые на самом деле ближе к математике и естествознанию. Его можно рассматривать как отдельный предмет с отличием или в дополнение к другому предмету.Его особенно дополняют гуманитарные курсы, такие как история, политика, английская литература, право, язык или классика, а также такие научные предметы, как математика, информатика, физика и психология.

Примите во внимание размер групп, хотите ли вы быть частью меньшего или большего факультета философии, будет ли он более лекционным или ориентированным на небольшие семинары, а также связи, которые кафедра имеет с другими факультетами. Внимательно изучите предлагаемые модули и не бойтесь обсуждать с представителями отдела вопросы, которые вас особенно интересуют.


Другие тематические руководства

Что вы можете делать со степенью по языку?
Что вы можете делать со степенью по английской литературе?
Что вы можете делать со степенью по английскому языку?
Что вы можете делать со степенью психолога?
Что вы можете делать со степенью в области политики?
Что вы можете делать со степенью философии?
Что вы можете делать со степенью богословия?


Что мне следует изучать в средней школе, если я хочу изучать философию?

По-гречески философия означает «любовь к мудрости».Философия предлагается в качестве предмета в большинстве университетов.

Студенты, которые любят читать, анализировать и формировать аргументы, могут получить удовольствие от философии бакалавриата. Для изучения этого в университете не требуется никаких специальных предметов, но вы можете найти английский, естественные науки, математику или другой язык полезными.

Ваши преподаватели подробно ознакомят вас с философией в рамках вашего первого курса, что будет полезно, если у вас нет возможности изучать ее в старшей школе.


Студенческий опыт изучения философии

Представляет ли вам изучение гуманитарных наук слишком большой выбор?
Изучение философии в Лондонской школе экономики и политических наук


Чем занимаются люди, изучающие философию, после окончания учебы?

Выпускники факультета философии обладают навыками, которые очень ценны для работодателей. Навыки, полученные на степени философии, включая ясное и аналитическое мышление, убедительное письмо и устную речь, инновационные вопросы и эффективное рассуждение, дают прочную основу для выхода на рынок труда и полезны в карьере, требующей решения проблем и оценки информации с разных сторон.

После получения степени выпускники получают возможность работать в различных дисциплинах, таких как преподавание, PR или политика. Коммуникации, издательское дело, управление персоналом и реклама могут быть привлекательными вариантами для выпускников факультетов философии, а также права, банковского дела, государственной службы, бизнеса и науки. Другие продолжают учиться, исследовать, учиться и / или читать лекции по философии или смежной области.

Те, кто специализируется на этике, например, имеют возможность применить свои знания в комитетах по медицинской этике, в то время как те, кто изучает политическую философию, могут отклониться в сторону журналистики.

Какие известные люди изучали философию?

Среди тех, кто изучал философию в университете, есть бывший президент США Билл Клинтон, который провел время в Оксфордском университете, изучая этот предмет с политикой и экономикой, и актриса Рашида Джонс, которая изучила его с религией в Гарвардском университете. Режиссер Уэс Андерсон изучал его в Техасском университете, а актер Рики Жерве окончил Университетский колледж Лондона со степенью философии

.

Среди других известных выпускников философии - писательница Дам Ирис Мердок, которая училась в Кембриджском университете; писательница и политический деятель Симона де Бовуар, окончившая университет Сорбонны; соучредитель PayPal Питер Тиль, изучавший философию в Стэнфордском университете; бывший генеральный директор Hewlett-Packard Карли Фиорина, изучавшая средневековую историю в Стэнфордском университете; и тележурналист Стоун Филлипс, окончивший философский факультет Йельского университета.

Подробнее: Лучшие гуманитарные и гуманитарные университеты

Почему всем нам нужна философия

Цель жизни - не быть на стороне большинства, а избежать попадания в ряды безумцев.

- Марк Аврелий

В 1949 году Симона де Бовуар опубликовала The Second Sex . Книга начинается довольно банально - на первых семидесяти страницах с научными подробностями объясняются биологические различия между мужчинами и женщинами.

Но по достижении части II книга быстро принимает революционный оборот. Бовуар смело заявляет: «Человек не рождается, а становится женщиной», и началась переоценка гендерных норм и социальных определений пола.

Второй пол делает простое наблюдение: есть два определения «женщины» - биологическое определение и социальное определение. Биологическое определение твердое, физическое и (в основном) фиксированное.

Но социальное определение гибкое.Он развивается и меняет форму в зависимости от времени и местоположения культуры. Это социальное определение женственности - не моральная истина, а скорее отражение экономических и социальных реалий каждого общества. Затем Бовуар убедительно доказывает, что реальность жизни большинства женщин в западном мире не соответствовала ценностям, исповедуемым Просвещением. А поскольку определение «женщина» гибкое и может быть изменено, она стремилась изменить это определение таким образом, чтобы ускорить позитивные изменения.

Это плотный философский труд, насчитывающий более 800 страниц, с длинными потрясающими отрывками, критикующими понятие женственности со всех мыслимых сторон. Более 100 страниц посвящены Фрейду и психоаналитическим определениям женственности, а еще 100 страниц посвящены влиянию культурного давления на девочек с раннего детства на развитие.

В отличие от сегодняшнего дня, когда слишком много «активности» происходит в Твиттере с зажатой клавишей Caps Lock, Бовуар собрал выдающуюся интеллектуальную работу, основанную на точных науках и скрепленную безупречным разумом.

Симона де Бовуар

Книга вызвала скандал после выпуска. Ватикан быстро добавил его в список запрещенных книг. Женщины начали создавать сети для контрабанды книги по Европе. После перевода на английский сотни страниц были вырезаны из-за страха перед общественным возмущением. Любому издателю в Соединенных Штатах потребовалось почти десять лет, чтобы вообще дать согласие на его публикацию.

Но, в конце концов, он был опубликован. И хотя он не рвал списки бестселлеров, он незаметно проник в культуру через обширные сети скучающих домохозяек с высшим образованием - умных, амбициозных молодых женщин, которые пошли в колледж, успешно учились, а затем сидели без дела. кухни на ближайшие десять лет.

Одной из этих домохозяек была женщина по имени Бетти Фридан. Прочитав The Second Sex, Фридан посетила свое пятнадцатилетнее воссоединение в колледже, где она не могла не заметить, что все ее подруги прошлых лет, казалось, страдали от того же недуга, что и она: одинокая, скучающая, подавленная.

Фридан решил написать книгу об опыте американской домохозяйки. Она писала о них морально. Она назвала книгу The Feminine Mystique .В нем она объяснила бесчеловечное воздействие традиционных гендерных ролей в жизни женщин.

Она раскритиковала все: от мужчин-редакторов женских журналов до потери свободы воли из-за того, что женщины, как ожидается, бросят свою карьеру, чтобы вырастить детей, до утомительной скуки от однообразной домашней работы. Фридан взял опрометчивые и абстрактные аргументы переоценки Бовуара гендерных ценностей и кристаллизовал их в повседневной жизни американских женщин.

Результат вызвал огненную бурю.В США зародилось современное феминистское движение.

На мой взгляд, однажды Бовуар будет считаться самым влиятельным мыслителем 20 века. Независимо от того, как вы относитесь к состоянию феминистской активности, The Second Sex прекрасно иллюстрирует огромное влияние, которое философские мысли могут иметь на мир.

Вот почему кажется, что ничто никогда не «решается» с помощью философии: ее идеи движутся так медленно в течение такого ошеломляющего количества времени, что можно правильно оценить их влияние только через сотни лет после того, как это произошло.Мы можем проследить сходные генеалогии социалистической и коммунистической мысли до Маркса (1840-е годы), капитализма и свободной торговли - до Адама Смита (1770-е годы), политической философии либерализма, демократии и прав человека - до Джона Локка (1680-е годы) или классификация наук вплоть до Аристотеля (около 330-х гг. до н.э.).

Поскольку философия имеет дело с концепциями, которые настолько абстрактны и универсальны, усилия, направленные на переопределение наших определений таких идей, как справедливость, равенство, свобода и гендер, требуют не только монументальных интеллектуальных усилий для переопределения (Маркс Das Kapital показывает время объемом почти 2000 страниц - и он все еще оставался незаконченным, когда он умер), но нужны поколения, чтобы идеи должным образом распространялись среди населения и воплощались в повседневные приложения.

На каждого бовуара нужны десятки фриданов. И для каждого фридана нужны тысячи активистов и сторонников, чтобы какие-либо ощутимые изменения действительно произошли.

Но я считаю, что если вы посмотрите на всех людей, оказавших наибольшее влияние на планету прямо сейчас, то все они руководствуются какой-то формой личной философии - они тоже были вынуждены пройти через работу по «переоценке всех ценностей». »И определяя для себя добро и зло. Они взяли на себя ответственность выбрать собственное значение и передать его миру.

Например, большая часть идеала Кремниевой долины («двигайся быстро и ломай») построена на философии, которая частично является техно-утопической (полученной из научной фантастики) и частично либертарианской (верой в то, что рыночные инновации приносят лучшие результаты для всех). Марк Цукерберг, возможно, самый заметный из всех магнатов Кремниевой долины, завоевал доверие, поддерживая личную философию «соединения мира» и «сближения человечества».

(Примечание: это было еще в середине 2000-х, прежде чем мы все обнаружили, насколько чертовски ужасны люди - в то время это звучало как отличная идея.)

Другой пример: Алан Гринспен тихо был одной из самых влиятельных фигур в мире за последние 50 лет. Гринспен, который в молодые годы был близким другом и последователем Айн Рэнд, стал председателем Федеральной резервной системы в 1987 году и возглавил один из крупнейших экономических подъемов в истории.

В этот период он принял более активный подход к управлению экономикой с помощью процентных ставок и долга. Его политика остается влиятельной и противоречивой даже по сей день.Критики утверждали, что все, от коллапса 2008 года до растущего неравенства в развитом мире, можно отнести к банковской практике, которую Гринспен впервые применил в своей должности.

Другой: Си Цзиньпин изменил политическую экономию Китая, сделав ее более агрессивной и менее демократичной. 16 Си сделал это, выступив против своих предшественников, возродив тысячелетия китайской мысли. Затем он объединил эти традиционные идеи с маоизмом, чтобы оправдать подавление инакомыслия, совершение зверств и усиление антагонизма по отношению к остальному миру.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *