Осмысленность восприятия в психологии это: Осмысленность восприятия — это… Что такое Осмысленность восприятия?

Содержание

Осмысленность восприятия — это… Что такое Осмысленность восприятия?

Осмысленность восприятия

«…Осмысленность восприятия: свойство человеческого восприятия наделять воспринимаемый объект (или явление) определенным смыслом, обозначать его знаком и относить к определенной языковой категории…»

Источник:

» ГОСТ Р 43.0.5-2009. Национальный стандарт Российской Федерации. Информационное обеспечение техники и операторской деятельности. Процессы информационно-обменные в технической деятельности. Общие положения»

(утв. и введен в действие Приказом Ростехрегулирования от 15.12.2009 N 959-ст)

Официальная терминология. Академик.ру. 2012.

  • Осмысление
  • Оснащение рабочего места врача-стоматолога

Полезное


Смотреть что такое «Осмысленность восприятия» в других словарях:

  • осмысленность восприятия — 3.29 осмысленность восприятия: Свойство человеческого восприятия наделять воспринимаемый объект (или явление) определенным смыслом, обозначать его знаком и относить к определенной языковой категории. Источник …   Словарь-справочник терминов нормативно-технической документации

  • ОСМЫСЛЕННОСТЬ ВОСПРИЯТИЯ — свойство восприятия, тесно связанное с мышлением, с пониманием сущности предметов. Так, швейцарским психологом Роршахом было установлено, что даже бессмысленные чернильные пятна всегда воспринимаются как что то осмысленное и только некоторые… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • ВОСПРИЯТИЯ СВОЙСТВА — к основным свойствам восприятия относят: см. Восприятия константность, Восприятия осмысленность, Восприятия предметность, Восприятия структурность, Восприятия целостность …   Психомоторика: cловарь-справочник

  • осмысленность — свойство восприятия, существующее на уровень сознания и характеризующее личностный уровень восприятия, свойcтвo приписывать воспринимаемому объекту или явлению определенный смысл, обозначать его словами, относить к определенной языковой категории …   Большая психологическая энциклопедия

  • ВОСПРИЯТИЯ ОСМЫСЛЕННОСТЬ — свойство восприятия, выражающееся в том, что перцептивные образы всегда имеют определенное смысловое значение; сознательно воспринять предмет значит мысленно назвать его, т.е. отнести воспринятый предмет к определенной группе, классу предметов,… …   Психомоторика: cловарь-справочник

  • Ошибки восприятия — Восприятие (перцепция, от лат. perceptio) познавательный процесс, формирующий субъективную картину мира. Содержание 1 Свойства восприятия 2 Факторы восприятия 2.1 Внешние …   Википедия

  • ГОСТ Р 43.0.5-2009: Информационное обеспечение техники и операторской деятельности. Процессы информационно-обменные в технической деятельности. Общие положения

    — Терминология ГОСТ Р 43.0.5 2009: Информационное обеспечение техники и операторской деятельности. Процессы информационно обменные в технической деятельности. Общие положения оригинал документа: 3.1 атрибут объекта: Элемент данных, представляющий… …   Словарь-справочник терминов нормативно-технической документации

  • восприятие — целостное отражение предметов, ситуаций и событий, возникающее при непосредственном воздействии физических раздражителей на рецепторные поверхности (см. рецептор) органов чувств. Вместе с процессами ощущения …   Большая психологическая энциклопедия

  • ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ — Гносеология (от греч. gno sis знание, logos слово, понятие), Эпистемолог и я (от греч. episteme знание) раздел философии, исследующий природу человеческого познания, его источники и предпосылки, отношение знания к предмету познания, условия… …   Философская энциклопедия

  • ДЮФРЕНН —         (Dufrenne) Мишель (р. 1910) франц. философ, эстетик, культуролог, представитель феноменологии. На мировоззрение раннего Д. наиболее сильное влияние оказали Гуссерль, Хайдеггер и Мерло Понти, а также априоризм Канта. В дальнейшем испытал… …   Энциклопедия культурологии

Книги

  • Феноменология во Франции. Историко-философские очерки, И. С. Вдовина. В книге анализируются учения видных представителей феноменологии во Франции: Поля Рикера, Эмманюэля Левинаса, Микеля Дюфрена, Мориса Мерло-Понти — значительно обогатившим феноменологическое… Подробнее  Купить за 1835 грн (только Украина)
  • Феноменология во Франции. Историко-философские очерки, И. С. Вдовина. В книге анализируются учения видных представителей феноменологии во Франции: Поля Рикера, Эмманюэля Левинаса, Микеля Дюфрена, Мориса Мерло-Понти — значительно обогатившим феноменологическое… Подробнее  Купить за 421 руб
  • Феноменология во Франции историко-философские очерки, Вдовина И.. В книге анализируются учения видных представителей феноменологии во Франции: Поля Рикера, Эмманюэля Левинаса, Микеля Дюфрена, Мориса Мерло-Понти — значительно обогатившим феноменологическое… Подробнее  Купить за 264 руб
Другие книги по запросу «Осмысленность восприятия» >>

Осмысленность восприятия. Основы общей психологии

Осмысленность восприятия

Восприятие человека предметно и осмысленно. Оно не сводится к одной лишь чувственной основе. Мы воспринимаем не пучки ощущений и не структуры, а предметы, которые имеют определенное значение.

Практически для нас существенно именно значение предмета, потому что оно связано с его употреблением: форма не имеет самодовлеющей ценности; она обычно важна лишь как признак для опознания предмета в его значении, т. е. в его отношениях к другим вещам и в возможном его употреблении. Мы сплошь и рядом можем сразу сказать, что, т. е. какой предмет, мы восприняли, хотя затруднились бы воспроизвести те или иные его свойства — его цвет или точную форму. По различному колеблющемуся, изменяющемуся содержанию мы узнаем один и тот же предмет. Будучи осознанием предмета, восприятие человека нормально включает акт понимания, осмысления. Восприятие человека представляет собой единство чувственного и логического, чувственного и смыслового, ощущения и мышления.

Чувственное и смысловое содержание восприятия при этом не рядоположны; одно не надстраивается внешним образом над другим; они взаимообусловливают и взаимопроникают друг в друга. Прежде всего смысловое содержание, осмысливание предметного значения опирается на чувственное содержание, исходит из него и является не чем иным, как осмысливанием предметного значения данного чувственного содержания.

В свою очередь осознание значения воспринимаемого уточняет его чувственно-наглядное содержание. В этом можно убедиться на простом примере. Стоит попытаться воспроизвести звуковой материал речи людей, говорящих при нас на неизвестном нам языке. Это окажется очень трудно сделать, между тем как никаких трудностей не составит воспроизвести слова на родном или вообще знакомом языке; знакомое значение слов помогает дифференцировать звуковую массу в нечто членораздельное. Чувственное содержание восприятия до известной степени перестраивается в соответствии с предметным значением воспринятого: одни черты, связанные с предметным значением, выступают больше на первый план, другие отступают, как бы стушевываются; в результате оно обобщается. В частности, осмысленное восприятие звуков речи и есть такое обобщенное восприятие — восприятие фонем.

Сама структура восприятия, которую гештальтпсихология хотела превратить в нечто самодовлеющее, неизбежно оказывается зависимой от предметного содержания восприятия. Это предметное содержание восприятия может сказаться на всех его чувственных качествах, на константности и трансформации цветов.

Особенно показательно значение этого единства и взаимопроникновения чувственного и смыслового содержания для нормального восприятия выступает в патологических случаях. При так называемой

духовной слепотеили глухоте, при зрительнойили слуховой асимволикебольной воспринимает чувственные свойства вещей и их форму или структуру, но они утрачивают для него значение. Он не узнает и не понимает того, что видит или слышит, он не знает названия воспринимаемых предметов и не в состоянии ими пользоваться.

А.Гельб и К.Гольдштейн приводят из своих клинических наблюдений любопытный случай больного, который до известной степени заменял отсутствующее у него непосредственное восприятие значения предметов и их узнавание своего рода угадыванием, основывающимся на опосредованных умозаключениях. Во время прогулки, на расстоянии нескольких шагов от себя, больной «видит» человека, который подметает. Больной говорит врачу: «Человек там подметает — я знаю, я его вижу ежедневно». — «Что вы видите?» — «Длинную черту. Затем что-то вижу — то здесь, то там». По этому поводу больной рассказывает, как он узнает на улице людей и повозки: «Люди — длинные и узкие, повозки — широкие и значительно больше. Это сейчас же можно заметить». Восприятие этого больного в точности соответствует тому, как традиционная теория изображала нормальное полноценное восприятие человека: с одной стороны — элементарные сенсорные процессы, с другой — надстраивающиеся над ними мыслительные акты. Но если эта теория так точно соответствует патологическому восприятию, то из этого с очевидностью следует, что она не соответствует восприятию нормальному.

Сопоставление нашего нормального восприятия с восприятием больного, который устанавливал значение воспринимаемого лишь в результате опосредованных умозаключений, с очевидностью обнаруживает, в чем заключается специфическая особенность нашего восприятия: у больных, страдающих духовной слепотой или асимволикой, имеются, с одной стороны, чувственные дифференцировки, с другой — надстраивающиеся над ними акты мысли, но нет единства и взаимопроникновения одного и другого внутри восприятия; между тем существеннейшей чертой нормального восприятия человека является именно взаимопроникновение и единство чувственного и логического.

В психологии восприятия особенно рельефно выступает существенная для психологии в целом антитеза: с одной стороны, осмысленность отрицается вовсе, сводится к структуре и т. п.; с другой стороны, ее признание выражается в идеалистической концепции о «смыслах» и «значениях» как самодовлеющих сущностях, противостоящих объективной действительности. В противоположность первой точке зрения мы признаем осмысленность человеческого восприятия как специфическую его черту. В противоположность второй осмысленность восприятия определяется самим отношением его к объективной действительности. Осмыслить восприятие — значит осознать предмет, который оно отображает. Осмыслить восприятие — значит выявить предметное значение его сенсорных данных. В процессе осмысливания чувственное содержание восприятия подвергается анализу и синтезу, сравнению, отвлечению различных сторон, обобщению. Таким образом, мышление включается в само восприятие, подготовляя вместе с тем изнутри переход от восприятия к представлению и от него к мышлению. Единство и взаимопроникновение чувственного и логического составляют существенную черту человеческого восприятия.

Осмысленность восприятия означает, что в него включается мышление, осознание значения, но мышление всегда заключает переход от единичного через особенное к общему. Тем самым восприятие человека приобретает в известной степени обобщенный характер. Воспринимая единичный предмет или явление, мы можем осознать его как частный случай общего. Этот переход от единичного, отдельного к общему совершается уже внутри восприятия.

Когда физик или химик демонстрирует какой-нибудь опыт, он пользуется определенными приборами и реактивами. Но положение или закон, который он посредством этого опыта доказывает, относится не специально только к данным объектам, а имеет более общее значение. Поэтому, чтобы понять опыт, надо воспринять то, что совершается во время опыта, как частный случай какой-то общей закономерности. Точно так же, когда математик доказывает, что сумма углов в треугольнике равняется двум прямым, то для того, чтобы понять это положение в его обобщенном значении, надо данный, нарисованный мелом на доске, треугольник осознать вместе с тем как частного представителя общего понятия треугольника в его обобщенных чертах. Некоторая доля общности есть в каждом сознательном восприятии. Но степень его обобщенности может быть различной. Эту лежащую передо мной книгу я могу воспринять именно как эту мне принадлежащую книгу с какой-то пометкой на титульном листе, я могу в другом случае воспринять ее как экземпляр такого-то курса психологии такого-то автора; я могу, далее, воспринять этот же предмет как книгу вообще, фиксируя сознательно лишь те черты, которыми книговедение характеризует книгу в отличие от других продуктов полиграфического производства. Когда этот единичный, данный мне в чувственном восприятии предмет я воспринимаю в качестве частного представителя «курса психологии» или «книги», налицо обобщенное восприятие.

А.Гельбом и К.Гольдштейном собран большой клинический материал, который наглядно подтверждает, что восприятие, вовсе лишенное обобщенности, носит патологический характер. Тем самым косвенно на патологических примерах обнаруживается значение обобщения в нормальном восприятии человека.

В частности, Гельб и Гольдштейн подвергли детальному исследованию больного, который утратил способность называния цветов. Этот больной не мог ни сам употреблять название цветов, ни понять их значение, когда их употребляли другие. Цвета представлялись ему всегда как цвета определенных предметов, например голубой цвет — как цвет незабудки. Исследование показало, что собственно цветоощущение у него было совершенно нормально; он различал все оттенки цветов. И тем не менее его отношение к цветам было своеобразно. При испытании он оказался не в состоянии подобрать к данному ему образцу куски цветной шерсти того же цвета, если их окраска отличалась насыщенностью или яркостью. Всякий образец вызывал у больного особое впечатление, определяемое то оттенком, то яркостью. Поэтому, если два цвета, например цвет данного образца и одного из кусков цветной шерсти, которые служили для опытов, были объективно одного и того же оттенка, но различной яркости, они не представлялись больному сходными, потому что перевес могло взять впечатление яркости. Для признания двух цветов сходными больному часто требовалось полное тожество их; иногда больной их отожествлял на основании одинаковой яркости, в другой раз — на основании одинаковой насыщенности. Но он никак не мог при сравнении систематически придерживаться одного данного ему принципа и выделить тот же цвет при различной яркости или насыщенности. Такая константность цвета, которая сохраняется в различных конкретных ситуациях при различной яркости, насыщенности и прочем, требует того, чтобы цвета различной яркости, насыщенности и прочее воспринимались как частные случаи такого-то цвета, объективно занимающего определенное место в спектре.

У этого больного каждое цветоощущение было единичной данностью, которая не осознавалась им в своем обобщенном значении. У него не было обобщенного восприятия красного, зеленого и т. д. цветов, к которому он мог бы отнести различные их оттенки. Это отсутствие обобщенности в восприятии и было источником всех отклонений в его обращении с цветами и причиной своеобразного нарушения у него речи, выразившегося в неспособности пользоваться общепринятыми названиями цветов.

Опираясь на эти и аналогичные им факты, Гельб и Гольдштейн выдвинули положение о том, что основной особенностью нормального восприятия человека является его «категориальность». Обозначение обобщенного восприятия категориальным заключает в себе неправомерное отожествление каждого понятия, под которое подводится воспринимаемый предмет, с категорией. За этим скрывается идеалистическая установка, стремящаяся целиком подчинить чувственное содержание восприятия общим понятиям как конституирующим его «категориям». Учение о «категориальности» восприятия утверждает примат логического над чувственным. Мы отвергаем эту идеалистическую концепцию категориальности восприятия и исходя из диалектического тезиса о единстве общего и единичного в восприятии человека. <…>

Нормальное восприятие человека характеризуется тем, что, воспринимая единичное, он обычно осознает его как частный случай общего. Уровень этой обобщенности изменяется в зависимости от уровня теоретического мышления. В силу этого наше восприятие зависимо от интеллектуального контекста, в который оно включается. По мере того как мы иначе понимаем действительность, мы иначе и воспринимаем ее. В зависимости от уровня и содержания наших знаний мы не только по-иному рассуждаем, но и по-иному непосредственно видим мир.

При этом в зависимости от значимости воспринятого для личности оно остается либо только более или менее безличным предметным знанием, либо включается в личностный план переживания. Из просто воспринятого оно становится в последнем случае пережитым, испытанным, иногда выстраданным; в таком случае оно не только открывает тот или иной аспект внешнего мира, но и включается в контекст личной жизни индивида и, приобретая в нем определенный смысл, входит в самое формирование личности как более или менее существенный фактор.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Восприятие и его основные свойства

   К основным свойствам восприятия относят:

— предметность,

— целостность,

— структурность,

— константность,

— осмысленность,

— апперцепция,

— активность.

Предметность восприятия

   Предметность восприятия это его способность отражать объекты и явления реального мира не в виде набора разрозненных ощущений, а в форме отдельных объектов. С одной стороны, задатки предметности восприятия заложены природой, и нет никакого сомнения в том, что у животных восприятие тоже предметно. С другой стороны, можно сказать, что предметность не является врожденным свойством восприятия.

Дело в том, что возникновение и совершенствование этого свойства происходит в процессе онтогенеза, начиная с первого года жизни ребенка. И. М. Сеченов полагал, что предметность формируется на основе движений, обеспечивающих контакт ребенка с предметом. Без участия движения и вообще деятельности образы восприятия не обладали бы качеством предметности, т. е. отнесенности к объектам внешнего мира.

Вопрос о соотношении биологических механизмов и опыта в восприятии остается не до конца раскрытым. Известно, что многие детеныши, рождающиеся почти самостоятельными (многие птицы, ягнята, козлята и морские свинки), в первый же день своей жизни обладают уже довольно развитым восприятием. Они могут, в частности, запомнить образ матери. Те птенцы и детеныши, которые не рождаются самостоятельными (воробьи, голуби, собаки, кошки, приматы), могут не только обладать очень слабым восприятием, но и вообще быть слепыми в первые дни. Относительная слабость врожденного у них приводит в дальнейшем к более гибкому, адаптивному, дифференцированному и — главное — осмысленному восприятию в дальнейшем.

В обеспечении предметности восприятия большое значение имеют моторные компоненты деятельности:

— движение руки, в частности пальцев, ощупывающей предмет,

— движения глаз, прослеживающих видимый контур предмета и тоже как бы «ощупывающих» дистанционно этот предмет,

— повороты головы (например на источник звука),

— иные движения.

Целостность восприятия

   Из отдельных ощущений восприятие синтезирует целостный образ объекта, это свойство восприятия и называют целостностью.

Целостный образ складывается на основе обобщения получаемой в виде различных ощущений информации об отдельных свойствах и качествах предмета. Мы не воспринимаем отдельно: глаза, уши, рот, нос человека, перчатки, пальто, галстук, шапку, брюки, ботинки, шнурки и т.д., а также голос человека и его запах. Для нас всё это объединяется в один целостный образ человека. При этом образ даже получается как бы многослойным: мы воспринимаем не голову, приставленную сверху к рубашке или платью, но рубашку или платье, надетые на человеческое тело, хотя самого этого тела не видим.

На целостное восприятие большое значение имеет опыт предыдущих наблюдений. Видя человека, стоящего к нам боком, в нашем восприятии мы имеем целостный объект: имеющий две руки, а не одну, имеющий две ноги, а не одну, имеющий два уха… И когда человек поворачивается к нам другим боком, мы видим то, к чему уже были готовы.

Восприятие конкретного человека поэтому сильно связано с его моделью мира и моделью отдельных объектов этого мира. Если, предположим, у ребенка отец весьма высокого роста и при этом носит очки, то в модели мира ребенка может быть отражена связь «высокий рост = наличие очков». Встречая затем на улице, незнакомцев в очках, ребенок будет их считать несколько выше, чем они на самом деле (особенно если рядом нет других людей, с которыми можно сравнить рост незнакомца).

Структурность восприятия

   Структурность воспринимаемых образов облегчает работу нашего сознания. Оно не работает непосредственно с «мегабайтами» визуальной и аудиальной информации. Эти «мегабайты» не проецируются непосредственно в сознание, мы воспринимаем фактически абстрагированную от этих ощущений обобщенную структуру (или модель), которая формируется в течение некоторого времени.

Если человек слушает какой-нибудь музыкальный опус, то он не осознает каждый услышанный звук, тем более он не в состоянии проанализировать ту гигантскую синусоиду, отражающую колебания воздуха. В сознании человека (по крайней мере обычного слушателя) отражается лишь обобщенная схема, которая отражает характерные особенности опуса. Эта схема и называется мелодией. Понимание мелодии не приходит сразу, с первых нот, иногда для понимания ее необходимо несколько прослушиваний.

При восприятии визуальных объектов тоже требуется некоторое время для формирования структурированного образа. В отличие от музыкальных опусов, сложность которых не сильно варьируется, визуальные объекты могут быть и очень простыми, и очень сложными. Это может быть и «Черный квадрат» Малевича, и «Тайная вечеря» Леонардо да Винчи. Это может быть и рисунок домика, сделанный ребенком, и чертеж электростанции, сделанный группой специалистов из конструкторского бюро. Соответственно может потребоваться или доля секунды, или много дней, чтобы образ-структура достиг совершенства.

Константность восприятия

   Константностью восприятия называется относительное постоянство некоторых свойств предметов при изменении условий их восприятия. Например, движущийся вдали грузовой автомобиль будет нами по-прежнему восприниматься как большой объект, несмотря на то, что его изображение на сетчатке глаза будет значительно меньше, чем его изображение, когда мы стоим возле него.

Одни и те же объекты мы можем воспринимать в разных условиях, например при разной освещенности или под разными углами зрения. Задача восприятия здесь — сгладить эти различия и представить сознанию не принципиально новый объект, но тот же самый, только в окружении несколько изменившихся обстоятельств. Если бы у восприятия не было свойства константности, тогда человек, повернувшийся к нам другим боком, воспринимался бы нами как новый человек, а, отойдя от своего дома, не узнали бы его. Наиболее заметно константность восприятия наблюдается при зрительном восприятии цвета, величины и формы предметов.

Константность восприятия цвета состоит в относительной неизменности видимого цвета при изменении освещения. Например, кусок угля в летний солнечный полдень будет примерно в восемь-девять раз светлее, чем мел в сумерки. Однако мы воспринимаем его окраску как черную, а не белую. В то же время цвет мела даже в сумерках для нас будет белым.

Явление константности восприятия цвета обусловливается совокупным действием ряда причин, в том числе адаптацией к общему уровню яркости зрительного поля светлостным контрастом, а также представлениями о действительном цвете предметов (основанными на прошлом опыте) и условиях их освещенности.

Константность восприятия величины предметов состоит в относительном постоянстве видимой величины предметов при их различной удаленности от наблюдателя. Если от нас отошел человек, нам не кажется, что он стал меньше ростом, хотя его образ на сетчатке глаза и стал меньше. На константность восприятия величины оказывает влияние как физиология глаза, так и жизненный опыт. На расстояниях до 10-15 метров мы в состоянии довольно точно определить расстояние до оцениваемого объекта, сделать на это коррекцию и определить объективный размер. На больших расстояниях мы не можем точно оценить размер объекта, но жизненный опыт нам подсказывает, что подавляющее большинство объектов просто так не меняют свою величину. Поэтому, если от нас отошел человек или отъехала машина на 50-100 метров, нам не кажется, что они стали меньше.

Апперцепция

   Предшествующий перцептивный опыт играет огромное значение в процессе восприятия. Особенности восприятия определяются всем предшествующим практическим и жизненным опытом человека. Апперцепцией называют зависимость восприятия от общего содержания психической жизни человека.

В апперцепции, по определению, большое значение имеет жизненный опыт человека, в том числе выраженный в знаниях и умениях. Если мы видим вырезанные из картона фигуры, то автоматически ищем в нашей памяти готовые шаблоны-категории восприятия: круг ли это, треугольник ли. Некоторые из воспринимаемых объектов даже получают свои вербальные названия: «зеленый маленький кружок», «большой красный треугольник».

При восприятии через эти шаблоны-категории активизируется прошлый опыт. Поэтому один и тот же предмет может по-разному восприниматься различными людьми. Через шаблоны-категории могут быть вызваны ассоциации с другими объектами, наблюдаемыми ранее, или даже ситуациями. У одного человека вид нарисованной окружности может вызвать воспоминания об уроках геометрии, у другого — о цирке или кастрюле.

Опыт влияет не только на ассоциации, но и на сами шаблоны-категории. Так у ребенка шаблон окружности включает лишь саму окружность. У взрослого и образованного человека шаблон окружности включает центр окружности.

Также опыт повышает точность восприятия. За счет опыта совершенствуются шаблоны, уточняются их константные и вариативные части. Если даже мы неплохо знаем иностранный язык, тем не менее иностранная речь нам кажется неразборчивой. Если мы слышим родную речь, то даже если человек говорит неразборчиво, мы ее хорошо воспринимаем. Дело в том, что звуковые (фонетические) особенности разных языков весьма различны, нужен значительный опыт аудирования, чтобы научиться разбирать слова, говоримые носителем языка.

На апперцепцию большое влияние оказывает направленность человека (его интересы и склонности), способности, характер, эмоциональные особенности, социальный статус, ролевое поведение и многое другое. Также оказывает влияние психическое состояние, текущая установка, цели и задачи данной деятельности. Человек, профессионально занимающийся отделкой помещений, легко и быстро замечает все особенности интерьера нового помещения. А спортсмен, настроенный на победу, вообще не замечает ничего вокруг, не имеющего отношения к победе.

Осмысленность восприятия

   Так устроены наше восприятие и мышление, что они теснейшим образом между собой связаны. Восприятие поставляет мышлению информацию для анализа, мышление поставляет восприятию задачи и схемы.

Перцептивные образы всегда имеют определенное смысловое значение. Сознательно воспринимать предмет — это значит мысленно опознать его, соотнести с имеющимися шаблонами-категориями и — возможно — даже назвать его, соотнеся с определенным понятием.

При виде незнакомого предмета мы пытаемся установить в нем сходство с другими предметами. Следовательно, восприятие не определяется просто набором раздражителей, воздействующих на органы чувств, а представляет собой постоянный поиск наилучшего толкования имеющихся данных. В толкование имеющихся данных входит не только поиск истины, но и поиск выхода из сложной ситуации, решения проблемы. Предположим, нам нужно закрутить какую-нибудь гайку. Под рукой нет отвертки, но жизненный опыт и размышления нам подсказывают, что отвертку можно заменить чем-то иным. Оглядываясь вокруг, мы ищем какой-нибудь предмет, находим подходящий и таким образом толкуем его как отвертку, особенно не разбираясь в истинном его предназначении, истинных особенностях.

Процесс осмысления воспринимаемой информации включает в себя несколько стадий:

1) выделение комплекса стимулов из потока информации,

2) принятие решения о том, что они относятся к одному и тому же определенному объекту,

3) поиск в памяти наиболее релевантных шаблонов-категорий, аналогичных или близких по составу ощущений комплекса признаков, по которым можно идентифицировать объект,

4) отнесение воспринимаемого объекта к конкретному шаблону-категории с последующим поиском дополнительных признаков, подтверждающих или опровергающих правильность принятого решения (выработка временной гипотезы),

5) формирование окончательного вывода о соотнесенности с конкретным шаблоном-категорией,

6) дополнение шаблона индивидуальными особенностями воспринимаемого объекта (если, например, шаблон-категория это «человек-женщина», то могут быть добавлены индивидуальные особенности: «молодая», «красивая», «одетая в платье», «интеллигентного вида»).

Активность восприятия

   Как уже отмечалось на примере со спортсменом, мы в известных пределах можем управлять своим восприятием. Сосредоточив свое внимание на книге, мы погружаемся в восприятие напечатанного текста. Надев наушники, мы забываем про книгу и погружаемся в сладкий мир музыки. Сняв наушники, мы идем на кухню и воспринимаем только что испеченный пирог с рыбой. Если нам неудобно наклоняться над пирогом, мы можем взять блюдо с ним в руки и поднести к лицу. Поэтому, как минимум, мы можем управлять своим восприятием через: манипуляцию собственными органами чувств, внимание, собственные перемещения в пространстве, перемещения воспринимаемого объекта.

Одна из базовых особенностей работы нашего восприятия — деление всей воспринимаемой информации на «фигуру» и «фон». В фигуре обычно содержится один объект или группа тесно связанных объектов (например два дерущихся мальчика). В фоне — все остальное. Основное проявление активности восприятия и состоит в том, чтобы определять — что в данный момент должно быть фигурой, а что — фоном.

Литература

Маклаков А. Г. Общая психология. СПб: Питер, 2001.

 


См. также

Восприятие

 


   RSS     [email protected] 

Основные свойства восприятия

Восприятием называется отражение в сознании человека предметов или явлений при их непосредственном воздействии на органы чувств.

Восприятие, в отличие от ощущения, отражает предмет в целом, в совокупности его свойств, а не отдельные свойства. Восприятие качественно новая ступень чувственного познания с присущими ей особенностями.

Восприятие, как и любой другой психический феномен, можно рассматривать как процесс и как результат. В основе восприятия лежат межполушарные связи, связи между различными анализаторами. В корковой области анализаторов различают первичные поля, возбуждение которое дает ощущение, и вторичные поля, работа которых заключается в объединении ощущений в целостный образ и осмыслении его.

Свойства:

  1. Предметность – акт объективации, т.е. соотношение сведений внешнего мира к этому миру. Решающую роль играют осязание и движение. Объект воспринимается нами как обособленное в пространстве и времени отдельное физическое тело. Наиболее ярко это свойство проявляется во взаимообособлении фигуры и фона.
  2. Целостность – ощущения отражают отдельные свойства предметов, восприятие лишь целостный образ, складывающийся на основе обобщения знаний об отдельных свойствах, качествах, получаемых в виде отдельных ощущений. Внутренняя органическая взаимосвязь частей и целого в образе. Следует рассматривать два аспекта этого свойства:
    • объединение разных элементов в целом;
    • независимость образованного целого от качества составляющих его элементов.
  3. Структурность (обобщенность) – не является суммой ощущений. Мы воспринимаем фактически абстрагированную из этих ощущений обобщенную структуру, которая формируется в течение некоторого времени (слушая музыку, мы слышим ноты одну за другой).
  4. Константность – относительно воспринимающего субъекта объекты непрерывно меняются. Благодаря свойству константности, состоящему в способности перцептивной системы компенсировать эти изменения, мы воспринимаем окружающие предметы как относительно постоянные по форме, величине, цвету. Многократное восприятие одних и тех же объектов при разных условиях порождает константность этого образа. Обеспечивает относительную стабильность окружающего мира, отражая единство предметов его существования.
  5. Осмысленность – хотя восприятие возникает в результате непосредственного воздействия раздражителя на рецепторы, перцептивные образы имеют определенное смысловое значение. Восприятие тесно связано с мышлением, понимаем сущности предмета, что позволяет мысленно назвать его, т.е. отнести его к определенной группе предметов, классу, обобщить его. Основана на связи восприятия с мышлением, с пониманием сущности предмета. Связана с работой вторичных корковых полей анализаторов.
  6. Избирательность – преимущественное выделение одних объектов по сравнению с другими.

Принципы организации восприятия (свойства предметности и целостности) наиболее глубоко и ярко описаны и проанализированы представителями гештальтпсихологии (М. Вертгеймер, Ч. Осгуд и др.).

Источники целостности и структурности восприятия лежат в особенности самих отражаемых субъектов, с одной стороны, и в предметной Деятелности человека, с другой.

Итог восприятия – интегральный, целостный образ окружающего мира, возникающий при непосредственном воздействии раздражителя на органы чувств субъекта.

Виды восприятия: зрительное, слуховое, осязательное и т.п.

Особенности восприятия: возникновение апперцепции (свойство психики человека, выражающее зависимость восприятия предметов и явлений от предшествующего опыта данного человека). Апперцепция обуславливает различия при восприятии одних и тех же предметов различными людьми или одним и тем же человеком в разное время.

Важнейшим феноменом восприятия является отнесенность предметного образа к реальному миру – феномен проекции (к примеру, человек видит не изображение предмета на сетчатке глаза, а реальный предмет в реальном мире). Этот феномен можно проследить на всех уровнях организации Личности.

Итог:

Восприятие – активный процесс, состоящий из участия двигательных компонентов анализаторов (движение руки, глаза и т.п.), возможности в процессе восприятия, активно перемещать свое тело. При восприятии формируется адекватный образ предмета.

Апперцепция — Гуманитарный портал

Апперцепция — это понятие психо-философского дискурса, выражающее осознанность восприятия, а также его зависимость от прошлого духовного опыта и запаса накопленных знаний и впечатлений. Термин «апперцепция» ввёл Г. В. Лейбниц, обозначив им сознание или рефлективные акты («которые дают нам мысль о том, что называется «Я»), в отличие от неосознаваемых восприятий (перцепций). «Таким образом, следует делать различие между восприятием-перцепцией, которая есть внутреннее состояние монады, и апперцепцией-сознанием, или рефлективным познанием этого внутреннего состояния»… (Лейбниц Г. В. Сочинения в 4-х тт., т. 1. — М., 1982, с. 406). Это различие было проведено им в полемике с картезианцами, которые «считали за ничто» неосознаваемые восприятия и на основании этого даже «укрепились… во мнении о смертности душ». С тех пор понятие апперцепции стало одним из распространённых в философии и психологии.

Наиболее сложное содержание термин «апперцепция» получает в философии И. Канта, который использовал это понятие, чтобы обозначить им «самосознание, производящее представление «я мыслю», которое должно иметь возможность сопровождать все остальные представления и быть тождественным во всяком сознании» (Кант И. Критика чистого разума. — М., 1998, с. 149). Кант выделяет два вида апперцепции: эмпирическую и трансцендентальную. В отличие от эмпирической апперцепции, которая представляет собой всего лишь «субъективное единство сознания», возникающее посредством ассоциации представлений и носящее случайный характер, трансцендентальная апперцепция является априорной, первоначальной, чистой и объективной. Именно благодаря трансцендентальному единству апперцепции возможно объединение всего данного в наглядном представлении многообразия в понятие объекта. Главное утверждение Канта, которое он сам называл «высшим основанием во всём человеческом знании», состоит в том, что единство чувственного опыта (наглядных представлений) заключено в единстве самосознания, но никак не наоборот. Именно для утверждения изначального единства сознания, навязывающего свои категории и законы миру явлений, Кант и вводит понятие трансцендентальной апперцепции: «… Единство сознания есть то непременное условие, которым создаётся отношение представлений к предмету… то есть превращение их в знание; на этом условии, следовательно, основывается возможность самого рассудка» (там же, с. 137–138). Другими словами, чтобы наглядные представления стали для субъекта знанием о предмете, он должен непременно осознать их как свои, то есть объединить со своим «Я» посредством выражения «я мыслю».

В XIX–XX веках понятие апперцепции получило развитие в психологии как истолкование нового опыта путём использования старого и как центр или основное начало всей психической деятельности. В русле первого понимания И. Ф. Гербарт рассматривал апперцепцию как осознавание вновь воспринимаемого под влиянием уже накопленного запаса представлений («апперцепционной массы»), при этом новые представления пробуждают старые и смешиваются с ними, образуя некий синтез. При таком понимании термин «апперцепция» фактически являлся синонимом объёма внимания. В рамках второго понимания В. Вундт считал апперцепцию проявлением воли и видел в ней единственный акт, благодаря которому становится возможным отчётливое осознание психических явлений. При этом апперцепция может быть активной в случае, когда мы получаем новое знание благодаря сознательному и целенаправленному устремлению своей воли на объект, и пассивной, когда-то же знание воспринимается нами без всяких волевых усилий. Как один из основателей экспериментальной психологии Вундт сделал даже попытку обнаружить физиологический субстрат апперцепции, выдвинув гипотезу о находящихся в мозгу «апперцепционных центрах». Подчёркивая волевой характер апперцепции, Вундт полемизировал с представителями ассоциативной психологии, утверждавшими, что все проявления психической деятельности можно объяснить с помощью закона ассоциации. Согласно последнему, появление при определённых условиях одного психического элемента вызывается в сознании только благодаря появлению другого, связанного с ним ассоциативной связью (подобно тому, как это происходит при последовательном воспроизведении алфавита). Продолжение исследований в этой области привело к появлению гештальт-психологии.

В современной психологии апперцепция понимается как зависимость каждого нового восприятия от общего содержания психической жизни человека. Апперцепция толкуется как осмысленное восприятие, благодаря которому на основании жизненного опыта выдвигаются гипотезы об особенностях воспринимаемого объекта. Психология исходит из того, что психическое отражение какого-либо предмета не является отражением зеркальным. В результате овладения новыми знаниями человеческое восприятие непрерывно изменяется, приобретает содержательность, глубину и осмысленность.

Апперцепция может быть устойчивой и временной. В первом случае на восприятие влияют устойчивые характеристики личности (мировоззрение, образование, привычки и так далее), во втором — психическое состояние непосредственно в момент восприятия (настроение, мимолётные чувства, надежды и так далее). Физиологической основой апперцепции является сам системный характер высшей нервной деятельности, основанной на замыкании и сохранении нейронных связей в коре головного мозга. При этом большое влияние на апперцепцию оказывает доминанта — мозговой центр наибольшего возбуждения, подчиняющий себе работу остальных нервных центров.

Общие закономерности и свойства восприятия

Различные виды восприятия имеют свои специфические свойства. Но кроме внутривидовых свойств восприятия существуют и его общие свойства: предметность, избирательность, целостность, константность, структурность, категориальность (осмысленность и обобщенность), апперцепция.

Предметность восприятия заключается в том, что психические образы предметов человек осознает не как образы, а как реальные предметы, объективируя их. Предметность восприятия означает адекватность, соответствие образов восприятия реальным объектам действительности.

Избирательность означает преимущественное выделение объекта из общего фона, при этом фон выполняет функцию системы отсчета, относительно которой оцениваются другие качества воспринимаемого предмета как фигуры. Избирательность восприятия сопровождается его центрацией — субъективным расширением зоны фокуса внимания и сжатием периферийной зоны.

При равнозначности объектов испытуемые преимущественно выделяют центральный объект и объект большей величины. Имеет значение и то, какие объекты признаются базовыми: если объект и фон равнозначны, то они могут переходить друг в друга. Целостность восприятия – это отражение предмета в качестве устойчивой совокупности элементов, даже если отдельные ее части в данных условиях не наблюдаются.

Константность восприятия – это независимость отражения объективных качеств предметов (величины, формы, цвета) от изменения условий их восприятия – освещенности, расстояния, угла зрения.

Константность восприятия размеров означает то, что мы правильно воспринимаем размеры наблюдаемого объекта независимо от того, близко он находится от нас или далеко. Дом в конце улицы воспринимается нами большим, чем почтовый ящик, находящийся поблизости, хотя первый создает намного меньший образ на сетчатке, чем последний.

Аналогичный феномен – константность восприятия формы: мы воспринимаем форму объекта более или менее независимо от угла, под которым мы его рассматриваем. Прямоугольная дверь будет выглядеть прямоугольной, даже несмотря на то, что под большинством углов рассмотрения она будет создавать на сетчатке трапециевидный образ.

Структурность восприятия является следствием его целостности и отражает устойчивое соотношение отдельных компонентов перцептивного образа. Структурность наглядно демонстрирует, что восприятие не сводится к простой сумме ощущений. Например, мы слышим мелодию, а не сумбурное, хаотическое нагромождение звуков.

Категориальность (осмысленность и обобщенность) восприятия предполагает, что объект воспринимается и мыслится не как непосредственная данность, а как представитель некоторого класса объектов. В осмысленности проявляется связь восприятия с мышлением, а в обобщенности – с мышлением и памятью.

Апперцепция — это зависимость восприятия от прошлого опыта человека, от имеющихся у него знаний, его интересов, потребностей и склонностей (устойчивая апперцепция), а также от его эмоционального состояния и предшествующих восприятию действий (временная апперцепция).

Осмысленность восприятия человека | net22.ru

Для восприятий человека характерна их осмысленность. Она вытекает из общественной природы человека и его сознания. Осмысленность восприятий осуществляется посредством языка, усвоенного человеком с детства. В языке народа, так же как и в предметах, созданных трудом людей, фиксирован практический и познавательный опыт сотен поколений. Воспринимая предметы и явления окружающего мира, человек называет их и тем самым относит их к определенной категории объектов (к предметам мебели, к животным, растениям, явлениям природы, событиям общественной жизни и т. п.). Словами он обозначает выделенные при восприятии признаки и связи этого предмета или явления с другими предметами и явлениями. В словах он выражает свои суждения об объектах восприятия. Конечно, само по себе наименование предмета еще не делает восприятие человека осмысленным.  Если человеку сказали, что данный прибор называется перископом, то это вовсе не означает, что он осмыслил увиденное, хотя часть слова «скоп» и вызвала у него некоторые полезные ассоциации («микроскоп», «телескоп»). За словами должны стоять конкретные знания. Если они отсутствуют, предмет будет воспринят очень общо, неопределенно: «Это какой-то прибор, кажется, оптический». Чем больше у человека знаний о предмете, тем полнее и точнее он его воспримет.

Смысловая оценка объекта восприятия может происходить мгновенно, без обдумывания. Это наблюдается при восприятии очень хорошо знакомых вещей, фактов, ситуаций. Так, при переходе через улицу большого города горожанин сразу ориентируется в обстановке, быстро обходит препятствия, мгновенно останавливается или убыстряет шаг, если это нужно. Знания правил уличного движения «превратились» в автоматизированные навыки, поэтому ему достаточно увидеть подъезжающую машину, чтобы мгновенно остановиться или ускорить шаг, смотря по обстановке.

Восприятие, будучи осмысленным, вместе с тем является и обобщенным. Всякое слово обобщает. Называя воспринятый объект знакомым словом, человек тем самым осознает его как частный случай общего. Глядя на сосну и называя это дерево «сосной», мы тем самым отмечаем признаки не только именно этой сосны (высокая, стройная, с раскидистой кроной, стоит у дороги и пр.), но и признаки сосны вообще, даже дерева вообще. Степень обобщенности восприятия может быть разной, что зависит от богатства и глубины наших знаний о предмете. Знания позволяют нам подойти к объекту с разных сторон, найти его место в системе других объектов.

  • Сравним восприятие картины человеком, который мало знаком с живописью, и художественным критиком.

Если первый обратит внимание главным образом на содержание картины, то второй воспримет ее также со стороны образно выраженной идеи, особенностей композиции, техники рисунка, правдивости изображения, силы эмоционального воздействия на зрителя и т. п. В картине он увидит не только ее содержание, но и автора, его творческий замысел, мировоззрение, чувства, художественную манеру изображения действительности.

Если ученик третьего класса увидит в предложенном ему чертеже только квадрат, то ученик седьмого класса легко опознает в нем также прямоугольник, четырехугольник и параллелограмм.

Осмысленность восприятия проявляется в узнавании.

Узнавание -особый процесс или действие сличения наличного стимула (объекта, действующего непосредственно на наши органы чувств) с уже созданными и хранящимися в памяти эталонами (представлениями). Узнавание бывает разной полноты и точности.

  • Некоторые предметы мы узнаем сразу и безошибочно, даже при быстром и неполном восприятии.

Так, мы сразу узнаем своих близких друзей, любимые мелодии, вещи и инструменты, которыми пользуемся в труде. В таких случаях для узнавания достаточно двух-трех опознавательных признаков: контур фигуры человека, интонация голоса, звук шагов; первые аккорды музыкального произведения и пр. Эти признаки по ассоциации с другими признаками вызывают в сознании целостный образ предмета. Быстрое и точное узнавание называют специфическим узнаванием. Физиологической основой его является тонкая дифференцировка условного раздражителя от сходных с ним раздражителей и упроченный динамический стереотип.

Но иногда узнавание предмета бывает неопределенным. Например, мы ясно видим плывущую по озеру птицу, но не можем точно назвать ее. На уроке труда ученику советуют воспользоваться для опиловки бруска бархатным напильником, а ученик, точно не зная его признаков, берет напильник с грубой насечкой. Неточное узнавание называют не специфическим или неопределенным.

  • При восприятии предмета в этом случае отражаются лишь общие, родовые признаки предмета (птица вообще, напильник вообще), но не отражаются отличительные признаки.

Физиологической основой не специфического узнавания является широкая генерализация условной связи в коре больших полушарий при взаимодействии обеих сигнальных систем.

Неточное, обобщенное узнавание можно сделать более точным, если направить восприятие человека посредством вопросов или описания того, что он видит и слышит. Иногда бывает достаточно назвать событие или картину, чтобы восприятие стало ясным. При организации учебной деятельности детей на уроке педагогу необходимо учитывать эту особенность восприятия человека. Наглядный материал всегда будет воспринят более полно и глубоко, если показ его сопровождается словом.

Понравилась статья? Подпишись на обновления!

⇐ Процесс избирательности и восприятия предметов человеком

Виды восприятия у человека ⇒

Влияние осмысленности на восприятие: колебания альфа-диапазона несут перцепционные ожидания и влияют на ранние зрительные реакции

Эксперимент 1

Средняя точность для 15 изображений, использованных во всех версиях эксперимента 1, показана на рис. 1А; средства для трех условий наименования (эксперименты 1A, 1B и 1C, соответственно) показаны на фиг. 1B. (Результаты точности остальных изображений Муни см. На https://osf.io/stvgy/). Базовая производительность распознавания (свободное наименование; эксперимент 1A) составила 24.4% для полного набора из 71 изображения и 11% (95% ДИ = [0,08, 0,15]) для набора из 15, используемых во всех трех версиях эксперимента 1. Предоставление участникам списка из 15 возможностей (эксперимент 1B) увеличилось. узнаваемость от 11% до 52% (95% ДИ = [0,47, 0,58]). Анализ логистической регрессии показал, что это очень значимая разница (b = 2,74, 95% ДИ = [1,94, 3,54], z = 6,7, p <10 –4 ). Частично это увеличение в Эксперименте 1b, вероятно, связано с различием в форматах ответов между Экспериментами 1A (свободный ответ) и 1B (множественный выбор с 15 одновременно представленными вариантами).Эксперимент 1C использовал формат свободного ответа Эксперимента 1 A, но предоставил участникам неперцептуальную подсказку в виде вышестоящего ярлыка (например, «животное», «музыкальный инструмент»). Эта простая подсказка обеспечила эффективность распознавания 40% (95% ДИ = [0,34, 0,46]), что почти в 4 раза больше по сравнению с исходным уровнем свободного ответа (b = 1,92, 95% ДИ = [1,22, 2,61], z = 5,39, p <10 −4 ). Например, знание того, что на изображении есть предмет мебели, привело к 16-кратному увеличению точности распознавания его как стола (впечатляющий результат, даже если можно догадаться).Предоставление альтернатив базового уровня (эксперимент 1B) дало значительно более высокую производительность, чем предоставление подсказок высшего уровня (b = 0,73, 95% ДИ = [0,13, 1,32], z = 2,40, p = 0,02), хотя это различие трудно интерпретировать из-за к различию в формате ответа между двумя задачами. Главный вывод из эксперимента 1 заключается в том, что распознавание двухцветных изображений может быть значительно улучшено с помощью словесных подсказок, которые не предоставляют пространственной или другой перцепционной информации, касающейся идентичности изображения.

Эксперимент 2

Результаты показаны на рис. 3. Общая точность была высокой — 93,3% (93,8% в испытаниях, показывающих два разных изображения, и 92,2% в испытаниях, показывающих идентичные пары изображений). Точность для участников, обученных значениям (M = 92,6%), существенно не отличалась от участников, не обученных значениям (M = 93,4%; b = −0,18, 95% ДИ = [−0,75, 0,40], z = — 0,62, p = 0,54). Учитывая простоту задачи распознавания восприятия и у участников было неограниченное время для изучения двух изображений, отсутствие эффекта точности неудивительно.Тем не менее, участники в условиях обучения значениям имели значительно более короткие RT, чем те, кто не подвергался воздействию значений изображений: RT означает обученные = 822 мс; RT означает нетренированный = 1017 мс (b = -194, 95% ДИ = [-326, -61], t = -2,86, p <0,01; см. Рис. 3). Был маргинальный тип исследования по значению взаимодействия (b = 71, 95% ДИ = [-1, 144], t = 1,93, p = 0,06). Значение было наиболее полезным при обнаружении того, что два изображения были в точности идентичны, (b = -262, 95% ДИ = [-445, -79], t = -2.80, р <0,01). Оставалось значительное преимущество в обнаружении различий в изображениях одного и того же объекта в другом месте (b = −201, 95% ДИ = [−353, −49], t = 2,60, p = 0,01) и меньшее разница, когда два изображения имели разные объекты и их расположение, (b = −121, 95% CI = [−219, −23], t = −2,41, p = 0,02).

Эксперимент 3

Краткое представление контрольного изображения в Эксперименте 3 (рис. 2B) имело ожидаемый пагубный эффект на точность, которая теперь составляла 87.2% (90,0% в разных испытаниях и 81,7% в тех же испытаниях), что значительно ниже точности эксперимента 2 (b = -0,75, 95% ДИ = [-1,12, -0,38], z = -3,91, p <10 −4 ). Ответы участников были значительно быстрее (M = 664 мс), чем в эксперименте 2 (b = -0,264, 95% ДИ = [-349, -179], t = -6,1, p <10 -4 ). Это может показаться странным, учитывая большую сложность процедуры, но в отличие от эксперимента 2, в котором участники могли повысить свою точность, потратив дополнительное время на изучение двух изображений, в настоящем исследовании эффективность ограничивалась тем, насколько хорошо участники могли извлекать и сохранять информацию о них. краткое изображение реплики.

Предоставление участникам значений изображения значительно повысило точность: M означает обученный = 91,3%; M означает нетренированный = 83,1% (b = 0,71, 95% ДИ = [0,26, 1,17], z = 3,06, p <0,01; рис. 3). Преимущество значения значимо взаимодействовало с типом исследования (b = 0,33, 95% ДИ = [0,10, 0,55], z = 2,87, p <0,01). Повышение точности после обучения значению снова было самым большим для испытаний с идентичными изображениями (b = 1,12, 95% ДИ = [0,60, 1,64], z = 4,22, p <10 −4 ).Он был меньше, когда на двух изображениях был показан один и тот же объект в разных местах (b = 0,57, 95% ДИ = [0,08, 1,07] z = 2,30, p = 0,02), и незначительно, когда на двух изображениях были показаны разные объекты в разных местах. (b = 0,70, 95% ДИ = [-0,09, 1,49], z = 1,73, p = 0,08).

Осмысленность не оказала значительного влияния на RT, которые были немного длиннее для участников, обученных значению (M = 685 мс), чем участников, не обученных значению (M = 648 мс). Хотя это было далеко ненадежно, b = 36, 95% ДИ = [-328, 61], t = 0.80, p = 0,43, мы попытались проверить, что вышеупомянутое преимущество точности все еще достигается при учете RT. Поэтому мы включили RT (как для правильных, так и для неправильных испытаний) в качестве дополнительного фиксированного предиктора в логистической регрессии. RT был сильно связан с точностью: более быстрые ответы соответствовали большей точности, b = -0,0010, 95% ДИ = [-0,0012, -0,0009], z = -13,3, p <10 -4 , т. Е. Не было никаких доказательств. компромисса между скоростью и точностью. Смысл-обучение оставалось значимым предиктором точности, когда RT были включены в логистическую регрессию как фиксированный эффект, b = 0.77, 95% ДИ = [0,28, 1,26], z = 3,08, p <0,01.

Эксперимент 4

Поведение

Общая точность составила 89,0% (92,8% в разных испытаниях и 81,3% в тех же испытаниях). Участники были немного более точными при различении изображений, которые ранее были значимыми, по сравнению с изображениями, значение которых не было обучено: M с обучением значению = 89,8%; M означает нетренированный = 88,2% (b = 0,21, 95% ДИ = [-0,0001, 0,42], z = 1,96, p = 0,05; фиг. 4A). Взаимодействие между типами значений для точности не было значимым, p> 0.8. Общая RT составила 641 мс — сравнима с Экспериментом 3 — и была немного короче при различении изображений, которые ранее были визуализированы значимыми: M с обучением среднему = 656 мс; M означает нетренированный = 665 мс, (b = -9,7, 95% ДИ = [-21, 1,1], t = -1,76, p = 0,08; фиг. 4A). Взаимодействие между типами значений для RT было незначительным, p> 0,90. Как видно из рис. 4A, эффект обучения значению был разделен между точностью и RT. Поэтому мы повторили анализ точности, включая RT (как для правильных, так и для неправильных испытаний) в качестве дополнительного предиктора.Как и в эксперименте 3, RT отрицательно коррелировали с точностью, b = -0,0012, 95% ДИ = [-0,0016, -0,0010], t = -9,17, p <0,10 -4 . С RT, включенными в модель, обучение значению было связано с большей точностью, b = 0,22, 95% ДИ = [0,012, 0,43], t = 2,08, p = 0,04.

Объединение экспериментов 3 и 4 выявило значительное влияние обучения значению на точность b = 0,57, 95% ДИ = [0,24, 0,90], t = 3,35, p <10 −3 , а также значительное влияние обучения значению с помощью взаимодействие эксперимента b = −0.64, 95% ДИ = [-1,20, -0,08], t = -2,21, p = 0,03, что позволяет предположить, что влияние обучения значению на точность было больше в эксперименте 3 по сравнению с экспериментом 4. Включение RT в модель не помогло. заметно изменить эти результаты. Мы предполагаем, что снижение эффекта в настоящем эксперименте происходит из-за манипуляции смыслом внутри субъекта.

Анализ амплитуды P1

Как показано на рис. 4B, усредненная по пробам амплитуда P1 была значительно больше при просмотре целей, значение которых было обучено, по сравнению с теми, значение которых не было обучено (b = -1.7, 95% ДИ = [-3,29, -0,13], t = -2,16, p = 0,037). Хотя значительного взаимодействия с полушарием не наблюдалось (p = 0,22), анализ простых эффектов с использованием парных t-критериев показал, что это означает увеличение амплитуд P1 в кластере электродов левого полушария (t (15) = 2,59, 95% ДИ = [0,30, 3,12], p = 0,02), но не справа (t (15) = 0,35, 95% ДИ = [-1,68, 2,36], p = 0,72). Тот же самый анализ был повторен для амплитуд P1, вызванных сигналом. Не наблюдалось никакого основного эффекта или взаимодействия (оба значения p> 0.70), предполагая, что влияние значения на амплитуды P1 было специфическим для реакции, вызванной мишенью.

Мощность в альфа-диапазоне перед заданием

Линейная модель мощности альфа со смешанными эффектами (усредненная за 500 мс до начала действия цели) выявила значительный эффект смысла (b = -9,85, 95% ДИ = [-18,42 , −1,29], t = −2,3, p = 0,03), что указывает на большую предварительную альфа-мощность при обучении значению и значительное взаимодействие между полушарием и значением (b = 8,31, 95% ДИ = [2.27, 14,36], t = 2,75, p = 0,01). Парные t-тесты показали, что это означает увеличение предустановленной альфа-мощности слева (t (15) = 2,21, 95% ДИ = [0,33, 19,38], p = 0,04), но не справа (t (15) = 0,35, 95% ДИ = [-7,78, 10,86], p = 0,72) полушарие. Анализ динамики предустановленной альфа-мощности выявил значительное увеличение мощности с поправкой на кластеры в испытаниях, обученных значению, примерно с -480 до -250 мс до наступления целевого значения. Значительные скопления наблюдались над левыми затылочно-теменными сенсорами, но не справа (см.рис.5Б). Обратите внимание, что эта разница до целевого значения вряд ли может быть объяснена временным сглаживанием различий после целевого значения, поскольку явно не было различий после целевого значения (рис. 5B).

Альфа-сила и корреляция P1

Затем мы оценили взаимосвязь между значимым влиянием на предварительную альфа-мощность и на амплитуды P1 у участников путем корреляции альфа-модуляций (усредненных по предварительному целевому окну) с модуляциями P1 для обоих правых и группы левых электродов.Этот анализ выявил значительную положительную корреляцию (rho = 0,52, p = 0,04, бутстраповский 95% ДИ = [0,08, 0,82]) по левым электродам, что указывает на то, что люди, которые показали большее увеличение предустановленного альфа от смыслового обучения, также имели большее влияние значения на амплитуды P1 (см. рис. 6A). Эта взаимосвязь не была значимой для электродов правого полушария (rho = -0,21, p = 0,42, бутстрап 95% ДИ = [-0,71, 0,41]; рис. 6B). Эти две корреляции значительно различались (p = 0.04) и 95% -ный доверительный интервал разницы между бутстраповскими распределениями лишь незначительно перекрывался с нулем (доверительный интервал [1,39, -0,04]), предполагая, что эти взаимодействия могут быть специфичными для левого полушария.

Рисунок 6

Величина смыслового эффекта обучения на заранее заданной альфа-мощности предсказывает величину смыслового эффекта на амплитуду P1 у участников. ( A ) Значительная положительная корреляция по датчикам левого полушария указывает на то, что люди, которые показали большее увеличение мощности альфа-сигнала перед заданной целью в испытаниях с обучением значению, также показали большее увеличение амплитуды P1.Пунктирными линиями обозначен 95% доверительный интервал линейной аппроксимации, а на правой панели показаны бутстрап-распределения коэффициента корреляции с 95% доверительным интервалом, обозначенным жирной черной линией. ( B ) Та же корреляция, но для электродов правого полушария, которая не была значимой и с бутстреп-распределением, существенно превышающим ноль.

Анализ P1 одного испытания

Наконец, мы использовали линейные модели смешанных эффектов со случайными эффектами субъекта и элемента, чтобы изучить взаимосвязь между пиковыми амплитудами и задержками P1 в одном испытании, а также точностью и задержкой одинаковых / разных ответов участников.Мы сосредоточились на пиках P1 из группы левых электродов, потому что эти датчики управляли значительным основным эффектом P1 в усредненной пробной модели (см. Выше), а также значительным взаимодействием мощности альфа-излучения. Акцент на левые задние электроды также был оправдан работой в нашей лаборатории, которая обнаружила модуляцию P1 лингвистическими сигналами, возникающими над левыми затылочно-теменными датчиками 44 .

Амплитуды на испытание были численно больше для значимых испытаний ( M = 64.43 мкВ / см 2 ), чем бессмысленные испытания ( M = 63,70 мкВ / см 2 ), но несущественно, b = 0,83, 95% ДИ = [-0,82, 2,50], t = 1,02, p = 0,31. Наблюдалась значительная взаимосвязь между поведенческими RT и значимостью в прогнозировании амплитуды P1, b = −0,008, 95% CI = [−0,014–0,001], t = −2,48, p = 0,01, так что при значимых испытаниях более крупные P1 были связаны с более быстрыми поведенческими реакциями (контроль точности), b = -0,008, 95% ДИ = [-0,013, -0,002], t = 2.68, р <0,01. В бессмысленных испытаниях такой зависимости не наблюдалось, b = 0,0006, 95% ДИ = [-0,005, 0,006], t = 0,24, p> 0,40. Не было никакой взаимосвязи между амплитудой пика P1 и точностью ни для значимых, ни для бессмысленных испытаний, t <1. ​​

Интересно, что задержки P1 были немного, но значительно задерживали при значимых ( M = 114,8 мс) по сравнению с бессмысленными испытаниями ( M = 113,4 мс), b = 1,50, 95% ДИ = [0,50, 2,50], t = 2,96, p <0.01. Более поздний P1 кажется неоптимальным, но у испытуемых более поздние P1 были связаны с более короткими RT, b = -0,003, 95% ДИ = [-0,0054, -0,0005], t = 2,33, p = 0,02 (взаимодействия с осмысленностью не наблюдалось. наблюдается, t = −0,32). Как и в случае амплитуды P1, задержки P1 не коррелировали с точностью ни для значимых, ни для бессмысленных испытаний t <1. ​​

В отличие от электродов левого полушария, амплитуды P1 для каждого испытания над правыми электродами были численно меньше для значимых испытаний (M = 71,34 мкВ / cm 2 ), чем бессмысленные испытания (M = 71.97 мкВ / см 2 ), но незначительно, b = 0,83, 95% ДИ = [-0,82, 2,50], t <1. ​​Не было значимого взаимодействия между поведенческими RT и значимостью в прогнозировании амплитуды P1, t <1 Подобно электродам левого полушария, однако, латентность P1 была больше в значимых испытаниях (M = 110,8 мс) по сравнению с бессмысленными испытаниями (109,3 мс), b = 1,52, t = 2,93, p = 0,004, 95% ДИ = [ 0,50, 2,52]. Однако, в отличие от электродов левого полушария, эти более длительные латентные периоды P1 в значимых испытаниях не были существенно связаны с поведенческими RT, b = 0.002, t = 1,23, p = 0,22. Полный анализ можно найти на https://osf.io/stvgy/.

Контрольный анализ

Чтобы определить, можно ли объяснить улучшенную производительность участников в отношении значимых обученных изображений, изучив , где находился объект, и посмотрев на эти места, мы проанализировали электроокулограммы (ЭОГ, до коррекции зрения от ICA), записанные с биполярные электроды, помещенные на боковой угол глазной щели и нижнее веко правого глаза каждого участника во время записи ЭЭГ.Если бы участники чаще выполняли движения глазом в течение интервала между репликами и целевыми объектами в испытаниях с обучением значению, мы могли бы ожидать, в среднем, большей амплитуды сигналов EOG после реплики. Тем не менее, амплитуды EOG, привязанные ко времени начала сигнала, не позволяли достоверно различать испытания с обучением значениям и без обучения значениям, как это делала альфа-сила в течение этого же интервала (все значения p> 0,65, временной кластер). исправленный). Амплитуды EOG в испытаниях, обученных значению, также не различались достоверно, когда испытания были отсортированы по расположению объекта на изображении-сигнале: был ли он слева или справа, вверху или внизу, сбоку или вертикально относительно центра. (все p-значения> 0.43, временной кластер исправлен). На всем интервале метка-цель ни один контраст не выдержал той же процедуры кластерной коррекции, которая применялась к альфа-временному анализу, что позволяет предположить, что движения глаз вряд ли могут объяснить наши результаты ЭЭГ.

Чтобы исследовать возможность того, что участники тайно обращали внимание на расположение объекта на изображении реплики, мы проверили хорошо известные эффекты пространственного внимания на альфа-латерализацию. Многочисленные исследования продемонстрировали десинхронизацию мощности альфа-излучения на задних электродах, контралатеральнее обслуживаемого участка 31,32,34 .Таким образом, если субъекты поддерживали скрытое внимание, например, к левой стороне изображения после сигнала с левым объектом, то сила альфа-излучения может уменьшаться по правым датчикам относительно того, когда сигнал имеет объект справа, и наоборот. . Вопреки этому прогнозу, мы не наблюдали модуляции альфа-мощности ни слева (все значения p> 0,94, скорректированные по кластеру времени), ни в кластерах правых электродов (все значения p> 0,35, скорректированные по кластерам времени) местоположением объекта в пределах изображение Муни.Это говорит о том, что пространственное внимание не является источником эффектов обучения значению.

Чтобы гарантировать, что эффект P1 и межсубъектная корреляция между мощностью альфа и P1 не зависели от выбора фильтра, примененного во время предварительной обработки, мы повторно провели оба анализа с использованием нефильтрованных данных. Что касается P1, мы снова наблюдали основное влияние обучения значению на амплитуды P1 (b = -1,8, 95% ДИ = [-3,42, -0,20], t = -2,25, p = 0,030), что указывает на следующее значение большего P1: обученные цели и отсутствие основного эффекта полушария или взаимодействия (t’s <0.9). Парные t-тесты подтвердили, что амплитуды P1 были больше для целей, обученных значению, на электродах левого полушария (t (15) = 2,51, 95% ДИ = [0,27, 3,35], p = 0,02), но не справа (t (15) ) = 0,76, 95% ДИ = [-1,26, 2,68], p = 0,45). Что касается корреляции между предустановленной альфа-мощностью и модуляциями P1, мы снова обнаружили значительную корреляцию между субъектами на электродах левого полушария (rho = 0,61, p = 0,01, бутстраповский 95% ДИ = [0,21, 0,85]), но не при справа (rho = -0,26, p = 0,32, бутстраповский 95% CI = [-0.74, 0,37]). Эти корреляции значительно отличались друг от друга, так как 95% ДИ разницы между распределениями бутстрапа левого и правого электродов не содержал нуля (ДИ = [1,43, 0,051]).

Границы | Основные изменения восприятия, которые изменяют значение и нейронные корреляты памяти распознавания

Введение

Не люблю зеленые яйца и ветчину! Мне они не нравятся, Sam-I-am .

— Теодор Сьюз Гейзель, 1960,

Хотя перцепционная обработка и концептуальная обработка часто рассматриваются как отдельные сущности, трудно точно идентифицировать их различия.Например, изменение простых перцептивных характеристик визуального стимула (таких как цвет, размер и ориентация) обычно считается изменением перцепционной, но не концептуальной обработки (Jolicoeur, 1985; Masson, 1986; Jacoby and Hayman, 1987; Roediger and Blaxton, 1987; Граф и Райан, 1990; Бидерман, Купер, 1992; Гро-Бордин и др., 2006; Уттл и др., 2006; Эккер и др., 2007a, b). Однако есть много случаев, когда незначительные изменения в характеристиках восприятия сильно меняют значение стимула.Например, представьте, что вы покупаете буханку белого хлеба, но, придя домой, обнаруживаете, что он зеленый. Вы бы все еще съели это? Точно так же значение зеленого и красного света сильно различается во время движения. Таким образом, трудно разделить перцептивную и концептуальную обработку данных (Martin, 2007; Schendan and Maher, 2009). В текущем эксперименте мы стремились лучше понять природу соответствующих различий, манипулируя простой особенностью восприятия (цветом) в условиях, когда это изменение восприятия будет, а нене будет, также приведет к изменению значения.

Различия между перцепционной и концептуальной обработкой очень важны для лучшего понимания нейронных коррелятов памяти распознавания. Процесс суждения о предыдущих встречах определяется как память узнавания, которую можно подразделить на два выражения, называемых воспоминанием и знакомством. Воспоминание включает в себя извлечение конкретных деталей о чем-то распознанном (например, когда и где произошло событие), тогда как знакомство означает простое знание того, что что-то ранее происходило или переживалось, без вспоминания конкретных деталей (Mandler, 1980; Yonelinas, 2002).Предыдущие исследования связанного с событиями потенциала мозга (ERP) пытались идентифицировать различные нейронные корреляты воспоминаний и знакомства. В этих исследованиях часто обнаруживается, что воспоминание связано с теменным эффектом длительностью 500-700 мс, называемым позднеположительным комплексом (LPC), тогда как знакомство связано с негативным фронтальным эффектом на 300-500 мсек, называемым фронтальным N400 (FN400) (см. Mecklinger, 2006; Rugg and Curran, 2007 для обзора). Однако нейронные показатели, собранные во время теста памяти распознавания, чувствительны не только к явным процессам памяти, таким как воспоминание и знакомство, но также и к различным проявлениям неявной памяти.Многие результаты показывают, что эффекты FN400 могут индексировать концептуальную имплицитную память, а не знакомство (обзор см. В Paller et al., 2007; Dew and Cabeza, 2011; Voss et al., 2012b). Действительно, некоторые результаты предполагают, что имплицитная перцепционная и концептуальная обработка не только происходит во время тестирования памяти распознавания, но иногда может влиять на распознавание, особенно на распознавание, основанное на знакомстве (Whittlesea et al., 1990; Jacoby, 1991; Wagner and Gabrieli, 1998; Voss and Паллер, 2006; Лукас и др., 2012). Общая логика нашего исследования, как описано ниже, заключается в том, что манипуляции с концептуальной обработкой посредством изменения цвета будут влиять на нейронные корреляты памяти распознавания до такой степени, что неявная концептуальная обработка происходит во время тестирования памяти распознавания.

Несколько исследований манипулировали цветом для проверки перцептивного вклада в знакомство и пришли к выводу, что обработка восприятия может модулировать знакомство, потому что изменение цвета оказало влияние на нейронные измерения знакомства (Groh-Bordin et al., 2006; Ecker et al., 2007a, b). Однако на основании этих данных неясно, играли ли факторы восприятия или концептуальности. То есть, модулирует ли изменение цвета перцептивную обработку, связанную со знакомством, концептуальную обработку, связанную со знакомством, или некоторую комбинацию перцептивной и концептуальной обработки? Кроме того, поскольку нейронные корреляты знакомства не полностью определены и, вероятно, не являются абсолютными во всех тестовых ситуациях (Bridger et al., 2012; Paller et al., 2012), трудно определить, основываясь только на нейронных показателях, будь то восприятие или концептуальное восприятие. изменения влияют на знакомство vs.концептуальная обработка (Voss et al., 2012b).

В текущих экспериментах мы стремились проверить влияние концептуальной имплицитной памяти на нейронные корреляты памяти распознавания и влияние изменения цвета на эти влияния. Манипуляции с изменением цвета использовались со стимулами, которые различаются по значимости, в попытке отделить обработку, которая является относительно перцептивной (изменение цвета для бессмысленных стимулов), от обработки, которая является относительно концептуальной (изменение цвета для значимых стимулов), измеренной во время тестирования памяти распознавания.«Волнистые линии» использовались в качестве стимулов, потому что они широко и идиосинкразически различаются по воспринимаемой значимости (Voss, Paller, 2007; Voss et al., 2010b, 2012a). В текущих экспериментах закорючки были разделены на значимые и бессмысленные группы на основе индивидуальных оценок. Мы исследовали, как одна и та же манипуляция (изменение цвета от исследования к тесту) дает разные эффекты в зависимости от того, были ли волнистые линии значимыми или бессмысленными. Это позволило нам идентифицировать нейронные корреляты перцепционной и концептуальной обработки во время тестирования памяти распознавания для одного и того же набора стимулов и задачи.

Общий обзор плана эксперимента представлен на рисунке 1. В экспериментах 1 и 2 мы стремились определить влияние изменения цвета на поведенческие показатели концептуального прайминга, чтобы проверить гипотезу о том, что концептуальная имплицитная память происходит выборочно для значимых стимулов и это изменение цвета, таким образом, влияет только на поведенческие меры подготовки значимых стимулов. В эксперименте 1 мы выполнили тесты концептуального прайминга с манипуляциями с изменением цвета для стимулов, которые, по мнению испытуемых, имеют относительно высокое значение (High-M), тогда как в эксперименте 2 мы выполнили те же тесты для стимулов, которые, по мнению испытуемых, имели относительно низкое значение ( Низкий-M).Таким образом, мы предсказали, что поведенческие корреляты концептуального прайминга и манипуляции с изменением цвета будут обнаружены именно в эксперименте 1, а не в эксперименте 2. В экспериментах 3 и 4 ERP использовались для определения эффектов изменения цвета на нейронные корреляты память распознавания для значимых и бессмысленных закорючек, чтобы изолировать нейронные сигналы неявной концептуальной обработки, действующей во время тестирования памяти распознавания. В эксперименте 3 тесты на распознавание памяти проводились для стимулов, которые испытуемые находили относительно высоким М, тогда как в эксперименте 4 мы проводили те же тесты для стимулов, которые испытуемые нашли относительно низким М.Мы предположили, что манипуляции с изменением цвета будут влиять на корреляты ERP памяти распознавания только для стимулов в эксперименте 3, а не для стимулов в эксперименте 4. Сравнивая результаты в разных экспериментах, мы смогли проверить, изменяются ли эффекты цвета от исследования к тесту. на нейронные корреляты памяти распознавания являются селективными для стимулов с высоким M (эксперимент 3 против эксперимента 4), вероятно, из-за того факта, что стимулы с высоким M выборочно поддерживают концептуальное праймирование и влияние изменения цвета на концептуальное праймирование (эксперимент 1 против .Эксперимент 2). Кроме того, мы ожидали, что различия в значимости и в эффектах манипуляции с изменением цвета будут выборочными для ERP FN400, поскольку мы прогнозируем, что эти ERP отражают концептуальную имплицитную память во время тестирования памяти распознавания (Voss et al., 2012b).

Рисунок 1. Схема эксперимента. (A) В течение первого дня эксперимента испытуемые классифицировали стимулы волнистости как High-M или Low-M, используя 4-балльную шкалу оценки значимости (см. Текст).Субъекты вернулись на второй день тестирования, в течение которого были представлены блоки исследования-теста. Испытуемые изучали завитки, представленные однородным цветом. При тестировании одни и те же завитки были представлены либо в том же цвете, что и для исследования (такие же старые), либо в другом цвете (разные-старые). Эти закорючки смешивались с новыми. (B) Для экспериментов 1 и 2 использовали тест концептуального прайминга (ускоренная оценка значимости). Для экспериментов 3 и 4 использовался тест памяти распознавания (модифицированная процедура запоминания / знания).Стимулы, используемые в день 2, были теми же стимулами, которые были установлены как High-M или Low-M во время рейтингового задания дня 1; В экспериментах 1 и 3 использовались волнистые линии с высоким содержанием M, в то время как в экспериментах 2 и 4 использовались волнистые линии с низким содержанием M.

Материалы и методы

Эксперименты 1 и 2: Влияние изменения цвета на концептуальную грунтовку для значимого Vs. Бессмысленные стимулы

Субъекты

Четырнадцать студентов (12 женщин, 19–26 лет, правши) из Capital Normal University участвовали в эксперименте 1, а еще четырнадцать студентов (12 женщин, 19–27 лет, правши) также из Capital Normal Университет участвовал в эксперименте 2.Все участники имели нормальное или скорректированное зрение и не страдали дальтонизмом. Им заплатили за участие. Экспертный совет Capital Normal University одобрил это исследование.

Материалы

Четыреста девяносто пять закорючек использовались в качестве стимулов (рис. 1). 316 волнистых линий были взяты из двух предыдущих исследований (Groh-Bordin et al., 2006; Voss and Paller, 2007), а остальные были созданы путем ручной деформации квадратов, кругов и треугольников.В соответствии с предыдущими исследованиями (например, Voss and Paller, 2007; Voss et al., 2010b) в наших текущих двух экспериментах результаты оценок значимости в первый день показали, что волнистые линии широко и идиосинкразически различаются в зависимости от того, как люди воспринимают свою значимость, что обосновывает необходимость оценки значимости на индивидуальной основе. Таким образом, значимые (High-M) или бессмысленные (Low-M) стимулы в экспериментах второго дня были адаптированы для каждого испытуемого. Волнистые линии были представлены на 15-дюймовом мониторе компьютерной электронно-лучевой трубки (ЭЛТ) на белом фоне в пределах четырех градусов от угла обзора.Перекрестная фиксация была представлена ​​в центре экрана во время каждого интервала между стимулами (ISI).

Процедура

Эксперименты 1 и 2 каждый проводились в течение двух отдельных дней. В первый день испытуемым предъявляли 11 блоков черных волнистых линий (по 45 волнистых линий в каждом блоке). Волнистые линии отображались в центре экрана в течение 2000 мс с переменным ISI 1000–1500 мс. Порядок отображения волнистости в каждом блоке был автоматически рандомизирован, а порядок блоков — псевдорандомизированным.Испытуемым было предложено оценить значимость каждой волнистой линии по шкале от 1 (значимый) до 4 (бессмысленный). Ответ «1» означает, что волнистая линия выглядела как «объект, лицо или животное, которому можно дать имя», «2» означает «более абстрактный именованный объект, лицо или имя», «3» представляет собой волнистую линию, которая «не выглядит. как что-либо именуемое, но в некотором роде имеет смысл »и« 4 », если это был« случайный набор строк, который никоим образом не имеет смысла ». Позже ответы были закодированы как High-M (баллы 1 и 2) или Low-M (баллы 3 и 4).

Субъекты вернулись через 1-3 дня для второй части исследования, которая состояла из пяти блоков исследование-тест. Для эксперимента 1 все стимулы, которые использовались для блоков исследования-теста дня 2, были из категории High-M на основе оценок дня 1. Для эксперимента 2 все стимулы в течение дня 2 были из категории Low-M на основе оценок в день 1.

Для обоих экспериментов каждый блок исследования-теста состоял из одной фазы исследования и одной фазы тестирования. Во время фаз исследования испытуемым предъявляли четыре блока цветных (красных, желтых, зеленых или синих) волнистых линий (по 24 волнистых нити в каждом блоке), которые просматривались в течение дня 1.Каждая волнистая линия появлялась на 3000 мс с переменным ISI 1500–3000 мс. Фаза тестирования началась примерно через 45 секунд после завершения фазы исследования, в течение которого испытуемые считали в обратном порядке по три от заданного числа. На этапе тестирования закорючки отображались индивидуально в течение 1000 мс с переменным ISI 1000–2000 мс. На каждой фазе тестирования было представлено 40 волнистых линий: 24, которые были показаны на предыдущей фазе исследования (12 волнистых линий одинакового цвета, 12 волнистых линий разного цвета), и 16 волнистых линий, которые не были представлены во время фазы исследования.Волнистые линии одного и того же и разных цветов, а также переходы были уравновешены для каждого человека. Во время теста испытуемым предлагалось оценить значимость каждой волнистой линии по шкале от 1 (значимая) до 4 (бессмысленная), но при этом особое внимание уделялось скорости реакции. Испытуемым сказали, что, хотя они, возможно, уже видели некоторые завитки, оценки следует делать как можно быстрее и независимо от предыдущего опыта и оценок, поскольку попытка запомнить такую ​​информацию может замедлить скорость реакции (рис. 1).

Эксперименты 3 и 4: ERP-корреляты влияния изменения цвета на память распознавания для значимых Vs. Бессмысленные стимулы

Субъекты

Четырнадцать студентов (10 женщин, 19–25 лет, правши) из Capital Normal University приняли участие в эксперименте 3, и 16 студентов (9 женщин, 19–27 лет, правши) также из Capital Normal University участвовали в эксперименте 4. Все участники имели нормальное или скорректированное зрение и не страдали дальтонизмом.Им заплатили за участие. Экспертный совет Capital Normal University одобрил это исследование.

Материалы

В качестве стимулов использовалась тысяча восемьсот минималистских закорючек. 316 волнистых линий были взяты из двух предыдущих исследований (Groh-Bordin et al., 2006; Voss and Paller, 2007), а остальные были созданы путем ручной деформации квадратов, кругов и треугольников. В соответствии с экспериментами 1 и 2 между участниками не было согласия относительно значимости оценок значимости в первый день.Таким образом, стимулы с высоким или низким М в экспериментах второго дня были адаптированы для каждого участника, как в экспериментах 1 и 2. Волнистые линии были представлены на 15-дюймовом компьютерном ЭЛТ-мониторе на белом фоне с углом обзора примерно четыре градуса. Крест фиксации был представлен в центре экрана во время каждой ISI.

Процедура

Как и в случае с экспериментами 1 и 2, эксперименты 3 и 4 проводились в течение двух дней. В первый день испытуемым предъявляли 10 блоков черных волнистых линий (180 волнистых линий в каждом блоке).Волнистые линии отображались в центре экрана в течение 2000 мс с переменным ISI 1000–1500 мс. Порядок волнистых линий, представленных в каждом блоке, был автоматически рандомизирован, а порядок блоков — псевдослучайным. Были сделаны оценки значимости и сформированы категории High-M и Low-M, как в экспериментах 1 и 2.

Субъекты вернулись через 1-3 дня на 2-й день, который состоял из 20 блоков исследования-теста. Каждый блок исследования-теста состоял из фазы исследования, за которой следовала фаза тестирования. Во время фазы исследования испытуемым предъявляли 28 цветных (красных, желтых, зеленых или синих) волнистых линий.Каждая волнистая линия появлялась в течение 3000 мс с переменным ISI 1500–3000 мс с двумя изображениями-заполнителями в начале и в конце блока, которые позже не тестировались (чтобы избежать эффектов первичности и новизны). Испытуемым предлагалось запомнить каждый предмет и его цвет. Фаза тестирования началась примерно через 45 секунд после фазы исследования, и во время перерыва испытуемые считали в обратном порядке по три от заданного числа. Во время фазы тестирования закорючки отображались на 3000 мс каждая с переменным ISI 1500–2000 мс. На каждой фазе тестирования было представлено 40 волнистых линий: 24, которые были показаны во время фазы исследования (12 волнистых линий одинакового цвета, 12 волнистых линий разного цвета) и 16 волнистых линий, которые не были представлены во время фазы исследования.Волнистые линии одного и того же и разных цветов, а также переходы были уравновешены для каждого человека. Испытуемым было предложено классифицировать каждую волнистую линию, используя один из четырех ответов: (1) «запомнить», указывающий на воспоминание о стимуле, включая цвет или другую деталь из фазы исследования; (2) «знать», обозначающее знакомство с закорючкой на этапе изучения, но отсутствие воспоминаний о цвете или других деталях; (3) «предположение», указывающее на невозможность определить, была ли закорючка представлена ​​на этапе исследования или нет; или (4) «новый», что указывает на уверенность в том, что волнистая линия не была представлена ​​на этапе исследования (рис. 1).

Эксперименты 3 и 4 проводились по той же методологии, за исключением того, что в эксперименте 3 использовались волнистые линии в день 2, которые были оценены как высокая M в день 1, а в эксперименте 4 использовались волнистые линии в день 2, которые были оценены как низкие значения M в день 1 (как было в случае экспериментов 1 и 2 соответственно).

Методы ERP

Непрерывные записи электроэнцефалографии (ЭЭГ) были измерены с 62 участков кожи головы с помощью системы NeuroScan SynAmps (NeuroScan Inc., Стерлинг, Вирджиния, США) во время 2-го дня исследования и фаз тестирования.Один субъект был исключен из анализа ERP из-за чрезмерного количества артефактов ЭЭГ. В соответствии с расширенной международной системой 10–20 (Picton et al., 2000) 62 участка кожи головы были мишенями с электродами Ag / AgCl, встроенными в эластичный колпачок. Левый сосцевидный отросток использовался в качестве справочного сайта в Интернете. Сигналы были повторно привязаны к усредненным сосцевидным отросткам в автономном режиме. Для контроля горизонтальных и вертикальных движений глаз использовались четыре дополнительных канала (горизонтальная электроокулограмма регистрировалась биполярно с электродов, расположенных на 1 см слева и справа от наружного угла глазной щели; вертикальная электроокулограмма регистрировалась биполярно с электродов, расположенных выше и ниже левого глаза).Частота дискретизации составляла 500 Гц с полосой пропускания 0,05–40 Гц. Импеданс был менее 5 кОм. Каждая эпоха начиналась за 200 мс до начала действия стимула и длилась 1400 мс. Базовые поправки были выполнены с использованием средних амплитуд начала действия предварительного стимула. Испытания, превышающие ± 75 мкВ, были отклонены. Артефакты мигания EOG были скорректированы статистически с использованием оценки линейной регрессии (Semlitsch et al., 1986).

амплитуды ССП усредняли по трем наборам срединных электродов вдоль передне-задней оси (фронтальные: F3, Fz, F4; центральные: C3, Cz, C4; теменные: P3, Pz, P4).Анализ был сосредоточен на условиях, в которых испытуемые давали правильные ответы. В среднем минимальное количество испытаний для каждого условия составляло 15. Условия были созданы на основе согласованности исследования и теста и старого / нового статуса (такой же старый, другой старый и новый), а также на основе четырех типов реакции распознавания (помните, знаю , угадайте, и новое), отдельно для закорючек с высоким содержанием M в эксперименте 3 и закорючек с низким содержанием M в эксперименте 4.

Интервалы задержки (350–500 мс, 500–700 мс) были выбраны на основе обзора форм сигналов и существующей литературы, касающейся эффектов FN400 и эффектов LPC, а также кластеров электродов (Rugg and Curran, 2007).Статистический анализ сигналов ERP сосредоточен на значениях амплитуды, усредненных по латентным интервалам (350–500 мс, 500–700 мс) и по кластерам электродов (лобным, центральным, теменным). Пиковая задержка эффектов FN400 для одного и того же известного состояния и различного известного состояния была рассчитана путем измерения временной задержки минимальной пиковой амплитуды в диапазоне 250–500 мс. Формы сигналов были сглажены фильтром Баттерворта с нижними частотами и нулевым фазовым сдвигом 20 Гц только для демонстрационных целей.

В нашем исследовании, при необходимости, во всех анализах использовалась поправка Гринхауса-Гейссера на несферичность, и в тексте представлены скорректированные по Гринхаусу-Гейссеру степени свободы.Скорректированные по Бонферрони данные представлены для апостериорных парных сравнений .

Результаты

Эксперименты 1 и 2

В эксперименте 1 средняя вероятность того, что закорючка была оценена как High-M, составила 43,9% (SE = 3,2%), а как Low-M была 55,4% (SE = 3,1%). В эксперименте 2 средняя вероятность того, что закорючка была оценена как High-M, составляла 36,5% (SE = 2,8%), а как Low-M составляла 63% (SE = 2,8%). Была рассчитана согласованность значимых оценок между 1-м и 2-м днем.В эксперименте 1 High-M имел общую консистенцию 49,1% (SE = 2,2%). Старые элементы с рейтингом High-M имели согласованность 52,2% (SE = 2,7%), в то время как новые элементы с рейтингом High-M имели 44,5% (SE = 2,2%). В эксперименте 2 Low-M имела общую согласованность 60,8% (SE = 3,7%), где старые элементы составляли 56,6% (SE = 4,0%), а новые элементы составляли 67,1% (SE = 3,5%).

времени отклика (RT) собирали для каждой значимой оценки и использовали для измерения разницы между RT с высоким и низким M. Критерии нормальности распределения Колмогорова-Смирнова были рассчитаны для всех RT в эксперименте 1 и 2, которые показывают, что RT существенно не отклоняются от нормы (все значения p были> 0.1). В эксперименте 1 средний RT в день 1 для оценок High-M составлял 1467 мс (SE = 91,4), а для Low-M — 1471 мс (SE = 97,7). Результаты теста t [ t (13) = -0,137, p = 0,893] не выявили существенной разницы между RT с высоким и низким M. В эксперименте 2 среднее время ожидания в день 1 для оценок High-M составляло 1481 мс (SE = 68), а для Low-M — 1446 мс (SE = 77,6). Опять же, t-тест [ t (13) = 1,406, p = 0.183] не показали существенной разницы между RT.

Для измерения концептуального прайминга использовали различия в RT для старых и новых волнистых линий в течение дня 2. В эксперименте 1 RT для старых закорючек High-M были на 30 мс быстрее, чем для новых закорючек [ t (13) = 5,736, p <0,001]. В эксперименте 2 RT для закорючек с низким содержанием M существенно не отличались от RT для новых закорючек [ t (13) = 0,636, p = 0,536].Таким образом, праймирование ответов было значимым только для волнистых линий с высоким M в эксперименте 1. Кроме того, анализ влияния изменения цвета исследования-теста показал избирательное влияние изменения цвета на прайминг для волнистых линий с высоким M. В эксперименте 1 RT для волнистых линий с высоким содержанием M были значительно быстрее для старых предметов того же цвета по сравнению со старыми предметами разного цвета [ t (13) = -2,434, p <0,05]. Напротив, не было существенной разницы для закорючек с низким содержанием M в Эксперименте 2 [ t (13) = -0.672, p = 0,513] (Таблица 1).

Таблица 1. Среднее RT (мс) и стандартная ошибка оценок значимости в течение 2-го дня теста.

Эксперимент 3 и 4

Поведение

В эксперименте 3 вероятность того, что закорючка была оценена как High-M, составила 44,1% (SE = 3,1%), а Low-M составила 56% (SE = 3,1%). В эксперименте 4 вероятность того, что закорючка будет оценена как High-M, составила 37,3% (SE = 1,8%), а Low-M составила 61,9% (SE = 1,9%).

ANOVA с повторными измерениями 2 × 4 был запущен с повторением волнистой линии (старый, новый) и типом ответа (запомнить, знать, предположить, новый).Дополнительные множественные сравнения между условиями повторения для каждого типа ответа были проведены с поправкой Бонферрони для эксперимента 3 и 4. Эксперимент 3 продемонстрировал значимое двустороннее взаимодействие [ F (1,367,17,769) = 39,393, p <0,001 ]. Частота совпадений была значительно выше, чем частота ложных тревог для ответа «запоминание» ( p <0,001) и ответа «знать» ( p = 0,001), что позволяет предположить, что распознавание на 2-й день было выше уровня вероятности.Количество ложных срабатываний тревожной сигнализации значительно превышало количество совпадений для ответа на предположение ( p <0,001), а количество правильных отклонений значительно превышало количество пропущенных для нового ответа ( p = 0,001). Эксперимент 4 также показал значительное двустороннее взаимодействие ( p <0,001). Частота совпадений была значительно выше, чем частота ложных тревог для запоминающейся реакции ( p <0,001) и известной реакции ( p <0,001), что снова указывает на то, что распознавание на 2-й день было выше уровней вероятности.Количество ложных срабатываний тревожных сигналов значительно превышало количество совпадений для ответа на вопрос ( p <0,001), а количество правильных отклонений значительно превышало количество пропущенных для нового ответа ( p <0,001). Эти результаты указывают на успешное распознавание памяти для экспериментов 3 и 4.

Для измерения точности распознавания мы использовали показатели дискриминации (Pr), которые представляют собой нормализованную меру «коэффициента совпадений для старых элементов» минус «коэффициент ложных срабатываний для новых элементов» (см. Snodgrass and Corwin, 1988).Показатели Pr для одного и того же условия запоминания были значительно выше, чем для условия разного запоминания в обоих экспериментах 3 [ t (13) = 3,846, p = 0,002] и 4 [ t (15) = 3,367, p = 0,004], что указывает на лучшее запоминание, когда цвет был одинаковым от исследования к тесту по сравнению с тем, когда он менялся. Одно и то же условие знания существенно не отличалось от состояния другого знания для эксперимента 3 [ t (13) = 0.335, p = 0,743] или 4 [ t (15) = 0,171, p = 0,867]. Условие другого предположения было значительно больше, чем такое же предположение в Эксперименте 3 [ t (13) = 3,891, p = 0,002], но не в Эксперименте 4 [ t (15) = 1,149 , p = 0,269] (фиг. 2). Эти результаты показывают, что изменение цвета повлияло на ответы на запоминание, но не повлияло на ответы на знания, предполагая различные эффекты на запоминание иответы, основанные на знакомстве.

Рис. 2. Влияние манипуляции цветом на точность распознавания . Pr-баллы были рассчитаны для определения влияния изменения цвета на точность распознавания. Волнистые линии, представленные на этапе исследования, снова были показаны на этапе тестирования как одного или другого цвета. Точность распознавания одного и того же цвета сравнивалась с закорючками разного цвета в условиях запоминания, знания и предположения. (A) Значения для предметов с высоким содержанием M в эксперименте 3. (B) Значения для элементов с низким содержанием M в эксперименте 4. ** p <0,01.

ERP коррелирует изменение цвета значимых и бессмысленных стимулов

ANOVA с повторными измерениями 2 × 3 был проведен между двумя условиями (одинаковые-знаю, разные-знаю) для трех кластеров электродов (лобных, центральных, теменных) с интервалами задержки 350–500 и 500–700 мс, чтобы определить, есть ли различия в нейронные корреляты цветовых эффектов зависели от того, были ли стимулы значимыми или бессмысленными.В эксперименте 3 основной эффект условия был значительным [ F (1,13) = 5,084, p <0,05] в интервале 350–500 мс, что позволяет предположить, что амплитуды для одного и того же известного условия были значительно больше положительный, чем условие различного знания. Взаимодействие «условие за кластером» не было значимым [ F (2,26) = 0,534, p = 0,593], предполагая аналогичный эффект для всех кластеров. В эксперименте 4 основной эффект условия был незначительным [ F (1,14) = 0.684, p = 0,422] при 350–500 мс. Взаимодействие «условие за кластером» также не было значимым [ F (1,338,18,738) = 0,375, p = 0,609]. Эти результаты предполагают, что амплитуды FN400 варьировались из-за изменения цвета, но только для значимых стимулов в эксперименте 3 (рис. 3).

Рис. 3. ERP корреляты манипуляции цветом на FN400 для стимулов с высоким и низким M, подтвержденных известными ответами. (A) ERP указывают на влияние изменения цвета на амплитуду FN400, которое имело место для известных ответов в эксперименте 3 (стимулы с высоким M), но не было очевидным в эксперименте 4 (с низким M).Топографические карты разницы амплитуд между условиями Same-Know и Different-Know показывают явный эффект FN400 для High-M, который отсутствует для Low-M. (B) Средняя амплитуда потенциалов FN400, соответствующих этим эффектам, в течение 350–500 мс для фронтального электродного кластера.

Аналогичный анализ был выполнен для известных ответов с интервалом задержки 500–700 мс (LPC). Основной эффект условия не был значительным в эксперименте 3 [ F (1,13) = 1.910, p = 0,190] или 4 [ F (1,14) = 0,956, p = 0,345]. Взаимодействие между кластерами также не было значимым для Эксперимента 3 [ F (2,26) = 0,133, p = 0,876] или 4 [ F (1,080,15,118) = 0,086, p = 0,792]. Таким образом, изменение цвета не оказало влияния на известные ERP в течение интервала LPC ни для значимых, ни для бессмысленных стимулов в экспериментах 3 и 4.

Аналогичный анализ был использован для определения влияния на корреляты воспоминаний ERP для обоих латентных интервалов, чтобы определить влияние изменения цвета на нейронные корреляты воспоминаний.Никакие основные эффекты условий или взаимодействий между условиями кластера не были значимыми ни для эксперимента 3, ни для эксперимента 4, так как все значения p были> 0,1 (рис. 4). Эти результаты показывают, что изменение цвета не влияет на корреляты ERP запоминания ответов ни на стимулы с высоким, ни с низким уровнем M.

Рис. 4. Изменение цвета на LPC не влияет. ERP показаны усредненными для кластера париетальных электродов, используемого для оценки LPC. Несмотря на явные улучшения LPC для всех старых элементов по сравнению с новыми элементами для волнистых линий High-M (Эксперимент 3) и Low-M (Эксперимент 4), не было никаких эффектов манипуляции цветом (Same-Know vs.Различное-Знай и То же-Помни против Различного-Помни).

ERP коррелят распознавания

ERP из правильно классифицированных старых элементов (запомните и знаю ответы) были проанализированы по сравнению с ERP правильно классифицированных новых элементов (новые ответы), чтобы исследовать нейронные корреляты производительности распознавания для волнистых линий High-M и Low-M, независимо от изменения цвета (Рисунок 5). Этот анализ был проведен с целью проверки наших общих моделей ERP по сравнению с предыдущими выводами с использованием аналогичных стимулов.Результаты ANOVA сведены в Таблицу 2. Эти результаты указывают на надежные старые / новые кластеры во всех кластерах, с более значительными эффектами амплитуды для запоминания, чем для ответов «знаю».

Рис. 5. Корреляты распознавания ERP для экспериментов 3 (High-M) и 4 (Low-M) . ERP и топографические эффекты, соответствующие категориям памяти распознавания (новое, старое предположение, старое знание и старое запоминание), и топографические графики разностных амплитуд, показывающие старые / новые эффекты для запоминаемых и известных элементов с двумя указанными интервалами задержки. (A) Волнистая линия с высоким содержанием M (эксперимент 3) ERP показаны слева. (B) Волнистая линия с низким содержанием M (эксперимент 4) ERP показаны справа.

Таблица 2. Резюме проведенных повторных измерений ANOVA на данных ERP для коррелятов распознавания ERP.

Общие обсуждения

Целью этих экспериментов было выявление различных эффектов перцепционной манипуляции (изменение цвета) на поведение и нейронные корреляты перцептивной и концептуальной обработки во время распознавания памяти.Сначала мы показали, что изменение цвета нарушает концептуальное восприятие, но только для волнистых стимулов, которые воспринимались как значимые (High-M), а не для тех, которые воспринимались как относительно бессмысленные (Low-M). Это демонстрирует, что изменение цвета может изменить концептуальную обработку, но только тогда, когда стимул относительно значим и, следовательно, способен поддерживать концептуальную обработку. Затем мы исследовали влияние манипуляции с изменением цвета на корреляты ERP памяти распознавания, полагая, что корреляты ERP распознавания, измененные манипулированием изменением цвета, будут отражать концептуальную обработку во время памяти распознавания.Изменение цвета существенно повлияло на корреляты распознавания FN400 значимых волнистых линий с высоким содержанием M, но не для волнистых линий с низким M. Взятые вместе, эти результаты показывают, что эффекты FN400 отражают концептуальную обработку во время теста распознавания, и что эффекты манипуляций с изменением цвета на FN400 отражают перцептуальные манипуляции (цвет), оказывающие влияние на концептуальную обработку.

Вариабельность оценок значимости во всех четырех экспериментах надежно оправдывает индивидуальный метод оценки, который мы использовали для каждого испытуемого.На основе этих методов наши поведенческие исследования в экспериментах 1 и 2 показали, что концептуальное праймирование было очевидным только для стимулов, оцененных отдельными субъектами как значимые, что соответствовало предыдущим исследованиям с использованием различных стимулов, например, волнистых линий (Voss and Paller , 2007; Voss et al., 2010b, 2012a), непонятные слова (Voss et al., 2010a) и древние китайские иероглифы (Hou et al., 2013). На основе предыдущих исследований мы также обнаружили, что эффекты цвета на облегчение реакции являются селективными для стимулов с высоким содержанием M.Эти результаты, вместе взятые, демонстрируют, что осмысленность играет ключевую роль в цветовом воздействии на концептуальную грунтовку, когда все другие условия остаются постоянными.

В последние годы обсуждаются

коррелятов знакомства с ERP. Среднефронтальный эффект старого / нового чаще всего рассматривается как нейронный индикатор знакомства (см. Обзор в Mecklinger, 2006; Rugg and Curran, 2007). Однако некоторые эксперименты показали, что знакомство происходит даже без эффектов FN400 (Yovel and Paller, 2004; Danker et al., 2008; Voss and Paller, 2009), предполагая, что, возможно, FN400 не является уникальным индикатором знакомства. Другие результаты показали, что эффекты FN400 могут отражать концептуальную обработку во время распознавания (Olichney et al., 2000; Voss, Paller, 2006, 2007; Voss et al., 2010a; Voss and Federmeier, 2011; Hou et al., 2013). Например, Voss et al. (2010a) использовали неясные слова в качестве стимулов, чтобы отделить нейронные корреляты знакомства и концептуальной обработки; результаты показали, что эффекты FN400 были обнаружены только для слов, вызывающих значимые ассоциации, несмотря на то, что они были знакомы с бессмысленными словами, которые не вызывали эффектов FN400.Напротив, знакомство как со значимыми, так и с бессмысленными словами было связано с аналогичными эффектами повторения ERP с поздним положительным результатом. Если эффекты FN400 действительно отражают концептуальную обработку, то они могут быть идентифицированы с точки зрения знакомства во многих обстоятельствах, потому что знакомство часто может быть основано на атрибуции беглости концептуальной обработки (Jacoby and Whitehouse, 1989; Whittlesea, 1993). Другими словами, FN400 может отражать влияние концептуальной обработки на знакомство, когда используются значимые элементы, потому что концептуальная беглость способствует ознакомлению в некоторых (но не во всех) обстоятельствах (Lucas et al., 2012; Voss et al., 2012b).

Старые / новые эффекты, которые мы описываем на 350–500 мс, очень похожи на эффекты FN400, описанные в предыдущих исследованиях. Мы обнаружили, что манипуляции с изменением цвета влияют на поведенческие индикаторы концептуального прайминга только для волнистых линий с высоким M, предполагая, что концептуальная обработка, происходящая выборочно для волнистых линий с высоким M, может быть облегчена, если цвет согласован от исследования к тесту и нарушается изменением цвета. Важно отметить, что корреляты ERP во время распознавания манипуляции с изменением цвета были выборочными для FN400 и для волнистых линий High-M.Это указывает на то, что ERP FN400 отражали концептуальную прайминг во время распознавания, которое происходило выборочно для закорючек High-M. В предыдущем исследовании аналогичные манипуляции с изменением цвета использовались с волнистыми линиями, и эффекты также были выявлены для потенциалов FN400 (Groh-Bordin et al., 2006). Однако в этом исследовании значимость волнистости не была охарактеризована. Следовательно, вероятно, что эффекты изменения цвета на FN400 были из-за подмножества закорючек в этом эксперименте, которые испытуемые сочли относительно высокими по значимости, и что они отражали концептуальную прайминг, а не какое-либо перцепционное влияние на FN400 как таковой .В общем, проблематично манипулировать физическими атрибутами стимула и предполагать, что значимость стимула останется постоянной. Эта же проблема существует и для других исследований ERP, которые отметили влияние изменений восприятия на эффекты FN400, поскольку они также не установили влияние этих манипуляций на поведенческие или нейронные индикаторы концептуальной обработки (Schloerscheidt and Rugg, 2004; Groh-Bordin et al., 2006; Ecker et al., 2007a, b; Curran, Doyle, 2011).

Старые / новые эффекты LPC, которые мы определили, соответствовали этим потенциалам мозга как корреляты реакций запоминания и знания (т.е., отражающие как воспоминания, так и знакомые, по самооценке). Амплитуды LPC были наибольшими для воспоминаний, меньше — для знакомства и наименее для правильно идентифицированных новых предметов и в основном не зависели от значимости стимула и изменения цвета. Это согласуется с предыдущими выводами, показывающими, что амплитуда LPC отслеживает возрастающую уверенность в распознавании без значительных вариаций, основанных на значимости (см. Voss and Paller, 2009).

Одно расхождение между нашим исследованием и предыдущими исследованиями, в которых использовались минимально значимые стимулы, включая используемые здесь закорючки Low-M, заключается в том, что в этих предыдущих исследованиях не было выявлено никаких надежных эффектов FN400 (Voss and Paller, 2007; Voss et al., 2010a), тогда как в нашем исследовании состояние Low-M проявляется с достоверным эффектом FN400, хотя и с меньшей амплитудой, чем для состояния High-M (Рисунок 5). Возможно, что наше использование исключительно стимулов с низким содержанием M в эксперименте 4 способствовало различимости отдельных элементов с низким M, тогда как в предыдущих исследованиях использовались смеси стимулов с высоким и низким M в каждом тестовом блоке. Повышенная различимость может привести к выявлению значимых признаков в большем количестве элементов с низким содержанием M. Таким образом, важно подчеркнуть, что условие Low-M не обязательно полностью без концептуальной обработки, и конкретные методы, используемые здесь, могли бы немного подчеркнуть эту обработку по сравнению с предыдущими исследованиями со смешанной значимостью в каждом тесте.Тем не менее, амплитуда FN400 для известных ответов была больше для стимулов с высоким M по сравнению с стимулами с низким M, что указывает на то, что это связано с концептуальной обработкой, связанной со значимостью. Действительно, производительность распознавания была сопоставлена ​​для ответов знания с высоким и низким значением M, что указывает на то, что большие различия в точности или силе памяти вряд ли привели к этой разнице. В совокупности с выборочными эффектами изменения цвета на корреляты FN400 известных ответов на элементы с высоким M и на поведенческие меры концептуального прайминга для стимулов с высоким M, это открытие подчеркивает взаимосвязь между эффектами распознавания FN400 и концептуальной обработкой.

Наконец, наши результаты помогают прояснить природу различия между перцепционной и концептуальной обработкой. Хотя их часто считают отдельными объектами, которые можно легко разделить, например, в тестах на восприятие и концептуальное праймирование (например, Jacoby, 1983; Graf and Mandler, 1984; Smith and Branscombe, 1988; Blaxton, 1989; Graf and Ryan, 1990; Шринивас и Рёдигер, 1990; Раппольд и Хаштруди, 1991; Велдон, 1991, 1993; Кабеза и Охта, 1993; Чаллис и др., 1993; Велдон и др., 1995; Carlesimo et al., 1996), мы обнаружили, что влияние того, что обычно считается чисто перцепционной манипуляцией, на самом деле может иметь глубокое влияние на концептуальную обработку как в первичном поведении, так и в ERP-коррелятах памяти распознавания. Это открытие имеет значение для исследований, в которых перцептивные и концептуальные манипуляции противопоставляются друг другу с целью выявления когнитивной и нейронной обработки, имеющей отношение к восприятию и памяти (Clarke and Morton, 1983; Masson, 1986; Jacoby and Hayman, 1987; Groh-Bordin et al. al., 2006; Найхус и Курран, 2009 г .; Herzmann et al., 2012). Кроме того, эти результаты помогают прояснить, когда простые особенности восприятия будут влиять на значение стимула, и разветвления этого влияния на значение для обработки стимула и памяти.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Настоящее исследование было поддержано Национальным фондом естественных наук Китая (31271078) и Ключевой программой науки и технологий Пекинской муниципальной комиссии по образованию (KZ201410028034).Мы благодарим Минчжу Хоу и Фанг Ван за полезные советы.

Список литературы

Бидерман И. и Купер Э. Э. (1992). Неизменность размеров при заливке визуальных объектов. J. Exp. Psychol. Гм. Восприятие. Выполнять. 18, 121–133.

Google Scholar

Блэкстон, Т. А. (1989). Изучение диссоциации между показателями памяти: поддержка структуры обработки, соответствующей передаче. J. Exp. Psychol. Учиться. Mem. Cogn. 15, 657–668. DOI: 10.1037 // 0278-7393.15.4.657

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бриджер, Э.К., Бадер, Р., Крюкова, О., Унгер, К., и Меклингер, А. (2012). FN400 функционально отличается от N400. Нейроизображение 63, 1334–1342. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2012.07.047

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кабеса Р. и Охта Н. (1993). Разделение концептуального прайминга, перцептивного прайминга и явной памяти. Eur.J. Cogn. Psychol. 5, 35–53. DOI: 10.1080 / 09541449308406513

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Challis, B.H., Chiu, C., Kerr, S.A., Law, J., Schneider, L., Yonelinas, A., et al. (1993). Перцептуальные и концептуальные подсказки при неявном и явном поиске. Память 1, 127–151. DOI: 10.1080 / 09658219308258228

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кларк Р. и Мортон Дж. (1983). Содействие кросс-модальности в тахистоскопическом распознавании слов. Q. J. Exp. Psychol. 35, 79–96. DOI: 10.1080 / 14640748308402118

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Данкер, Дж. Ф., Хван, Г. М., Готье, Л., Геллер, А., Кахана, М. Дж., И Секулер, Р. (2008). Характеристика старого-нового эффекта ERP в задаче краткосрочной памяти. Психофизиология 45, 784–793. DOI: 10.1111 / j.1469-8986.2008.00672.x

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Граф, П.и Мандлер Г. (1984). Активация делает слова более доступными, но не обязательно более доступными. J. Вербальное обучение Вербальное поведение. 23, 553–568. DOI: 10.1016 / s0022-5371 (84) -3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Граф П. и Райан Л. (1990). Обработка, соответствующая передаче, для неявной и явной памяти. J. Exp. Psychol. Учиться. Mem. Cogn. 16, 978–992. DOI: 10.1037 // 0278-7393.16.6.978

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Якоби, Л.Л. (1983). Запоминание данных: анализ интерактивных процессов чтения. J. Вербальное обучение Вербальное поведение. 22, 485–508. DOI: 10.1016 / s0022-5371 (83) -8

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джейкоби, Л. Л. (1991). Структура диссоциации процесса: разделение автоматического и преднамеренного использования памяти. J. Mem. Lang. 30, 513–541. DOI: 10.1016 / 0749-596x (91)

-f

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Якоби, Л. Л.и Хейман К.А. (1987). Специфический визуальный перевод в словесной идентификации. J. Exp. Psychol. Учиться. Mem. Cogn. 13, 456–463. DOI: 10.1037 // 0278-7393.13.3.456

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джейкоби, Л. Л., и Уайтхаус, К. (1989). Иллюзия памяти: ложное распознавание под влиянием бессознательного восприятия. J. Exp. Psychol. Gen. 118, 126–135. DOI: 10.1037 / 0096-3445.118.2.126

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лукас, Х.Д., Тейлор, Дж. Р., Хенсон, Р. Н., и Паллер, К. А. (2012). К признанию ведут многие пути: электрофизиологические корреляты знакомства, полученные в результате краткосрочного замаскированного повторения прайминга. Neuropsychologia 50, 3041–3052. DOI: 10.1016 / j.neuropsychologia.2012.07.036

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мандлер, Г. (1980). Признание: суждение о предыдущем происшествии. Psychol. Ред. 87, 252–271. DOI: 10.1037 // 0033-295x.87.3.252

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Олихней, Дж. М., Ван Петтен, К., Паллер, К. А., Салмон, Д. П., Ирагуи, В. Дж., И Кутас, М. (2000). Повторение слов при амнезии. Электрофизиологические измерения нарушенной и сохраненной памяти. Мозг 123, 1948–1963. DOI: 10.1093 / мозг / 123.9.1948

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пиктон, Т. В., Бентин, С., Берг, П., Дончин, Э., Hillyard, S.A., Johnson, R., et al. (2000). Руководящие принципы использования связанных с человеческими событиями потенциалов для изучения познания: стандарты записи и критерии публикации. Психофизиология 37, 127–152. DOI: 10.1111 / 1469-8986.3720127

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Смит, Э. Р., и Бранскомб, Н. Р. (1988). Категория доступности как неявная память. J. Exp. Soc. Psychol. 24, 490–504. DOI: 10.1016 / 0022-1031 (88) -0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шринивас, К., и Рёдигер, Х. Л. (1990). Проверка природы двух неявных тестов: диссоциация между концептуально-управляемыми и управляемыми данными процессами. J. Mem. Lang. 29, 389–412.

Восс, Дж. Л., Федермайер, К. Д., и Паллер, К. А. (2012a). Картофельные чипсы действительно похожи на Элвиса! Нейронные признаки концептуальной обработки, связанные с нахождением субъективно значимых новых форм. Cereb. Cortex 22, 2354–2364. DOI: 10.1093 / cercor / bhr315

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Восс, Дж.Л., Лукас, Х. Д., и Паллер, К. А. (2010a). Концептуальная подготовка и знакомство: различные выражения памяти во время тестирования распознавания с различными нейрофизиологическими коррелятами. J. Cogn. Neurosci. 22, 2638–2651. DOI: 10.1162 / jocn.2009.21341

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Восс, Дж. Л., Шендан, Х. Э., и Паллер, К. А. (2010b). Обретение смысла в новых геометрических формах влияет на электрофизиологические корреляты повторения и разделяет перцептивную и концептуальную прайминг. Neuroimage 49, 2879–2889. DOI: 10.1016 / j.neuroimage.2009.09.012

Pubmed Аннотация | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Велдон, М. С., Рёдигер, Х. Л., Бейтель, Д. А., и Джонстон, Т. Р. (1995). Перцептивные и концептуальные процессы в неявных и явных тестах с фрагментами изображения и фрагментами слова. J. Mem. Lang. 34, 268–285. DOI: 10.1006 / jmla.1995.1012

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уиттлси, Б.В. А. (1993). Иллюзии знакомства. J. Exp. Psychol. Учиться. Mem. Cogn. 19, 1235–1253. DOI: 10.1037 // 0278-7393.19.6.1235

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уиттлси, Б. В. А., Якоби, Л. Л., и Жирар, К. (1990). Иллюзии непосредственной памяти: свидетельство атрибутивной основы для чувства близости и качества восприятия. J. Mem. Lang. 29, 716–732. DOI: 10,1016 / 0749-596x (90) -2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Йонелинас, А.П. (2002). Природа воспоминаний и знакомства: обзор 30-летних исследований. J. Mem. Lang. 46, 441–517. DOI: 10.1006 / jmla.2002.2864

CrossRef Полный текст | Google Scholar

восприятие


восприятие

Слово восприятие относится к тому, что тело способно воспринимать, то есть информацию, которую организм способен отличать от внешнего мира. Согласно Оксфордскому словарю , восприятие это процесс осознания или осознания вещи или вещей в целом; Штат сознавая; сознание; понимание.Процесс понимания становится опосредованным опыт, поскольку он требует использования органов чувств для обработки данные. Чтобы объект был воспринимаемым, он должен быть понятен окружающим. разум через взаимодействие зрения, звука, вкуса, прикоснуться и понюхать. Чтобы быть воспринятым, ощущение должно пройти через тело через одну из орган чувств, то есть глаз, ухо, нос, рот или кожа. К интерпретировать это ощущение называется восприятием. Воспринимаемое — это то, что может быть интерпретируется телом.

Нынешняя форма восприятия явно связана с ее первоначальным латинским значением как «действие овладения, понимания разумом или чувствами »[1]. Восприятие — это то, что позволяет нам чтобы понять мир через опыт наших чувств и сбор данных, но остается вопрос, как мы воспринимаем и что это значит для понимать. Кроме того, что делает объект воспринимаемым? Мы актеры восприятия или действует на нас?

Таким образом, воспринимать что-то означает не понимать что-то, а скорее удерживать это восприятие. как правда.Аристотель признает это в ранних формах теорий восприятия. Он утверждает что «есть две отличительные особенности, по которым мы характеризуем душу (1) локальное движение и (2) мышление, понимание и восприятие »[2]. Группы Аристотеля понимание и восприятие вместе в соответствии с общими предположениями его предшественников, которые, «все смотрят на мышление как на телесный процесс, подобный восприятию, и считают, что подобное понимается а также воспринимаются подобными. Они не могут избежать дилеммы: либо все, что кажется, правда (и есть некоторые, кто с этим согласен) или ошибка — это контакт с непохожим: это и есть противоположность познанию подобным подобным То, что восприятие и понимание не тождественны, есть поэтому очевидно; ибо первое универсально для животных мир, последний встречается лишь в небольшой его части »[3].Восприятие относится к наиболее немедленную реакцию, которую мы можем создать, используя наши чувства; само восприятие непрерывно, это необработанные данные, которые входят в наши умы, чтобы быть обрабатывается мыслью и действием.

Томас Рид исследовал эти теории непосредственности и ее связи к восприятию. «Если поэтому мы уделяем внимание тому действию нашего ума, которое мы называем восприятием внешнего чувственного объекта мы найдем его в следующих трех вещах: во-первых, некоторое представление или представление о воспринимаемом объекте; Во-вторых, сильное и непреодолимое убеждение и вера в его нынешнее существование; и, в-третьих, что это убеждение и вера являются непосредственными, а не эффект рассуждения »4.Объект ощущается и распознается как существующий в непосредственной близости от него. форма, создавая немедленный опыт объекта, потому что «не в результате цепочки рассуждений и аргументации мы стали убеждены в существовании того, что мы воспринимаем; мы не требуем аргументов в пользу существования объект, но мы его воспринимаем; восприятие повелевает нашей верой на основании собственного авторитета, и презирает основывать свой авторитет на каких бы то ни было рассуждениях «[5]. Видение во многих смыслах веря. Чтобы поверить в объект, нужно осознать его существование, но восприятие того, что происходит немедленно.Однако это не означает, что любое восприятие всегда неопосредованно.

Когда восприятие связывается с ощущением, функцией самого мозга, переживанием чувства создают связь с переживаниями мозга, связывая чувства с непосредственным. Рид использует пример запаха розы. Хотя запах розы — всего лишь восприятие, он становится сенсацией, когда мы понимаем, что это хороший запах. Запах в этом случае становится среда для наших ощущений и удовольствия, вместо того, чтобы существовать независимо от нас самих.Восприятие опирается на простой акт обоняния, в то время как ощущение полагается на интерпретацию этот запах. Восприятие становится просто средством доступа к среде. Пока восприятие поскольку сам по себе является немедленным, он может транскрибировать медиафайлы для того, чтобы для стимулирования нашего мозга.

Взгляды Канта на восприятие вращаются вокруг идеи априорных истин или истин, которые не исходят из опыта, а скорее из самого мозга. Априорные истины лишены чувственного ввод, а, скорее, самые основные и чисто логические мысли человека.Истины, которые распространяются знания и опыт — истины апостериорные. Посторонние истины требуют сенсорного входные и апостериорные знания не могут быть получены независимо от органов чувств. [6]

Одна из важнейших идей философии Канта — это представление о том, как мы понимаем Космос. Пока его нет, мы воспринимаем его как есть и поймите, что это есть. Таким образом, пространство и время являются априорными истинами, что означает, что мы осознаем они сами того не зная. «Обычно проводится различие между тем, что сразу становится известно и что является просто выводом Поскольку мы должны постоянно использовать вывод, и поэтому в конце полностью привыкнув к нему, мы перестаем обращать внимание на это различие и относимся к как немедленно воспринимаемое то, что на самом деле только предполагалось »[7].Вывод полагается на восприятие; Кант считает, что многие вещи, которые мы принимаем за непосредственные истинно опосредованы, и поэтому не может быть истинного «непосредственного восприятия» [8].

Джеймс Дж. Гибсон также исследовал связь чувств с ощущение и восприятие. Он пишет: «Но дело в том, что есть два разных значения к глаголу чувствовать, во-первых, что-то обнаруживать, а во-вторых, иметь ощущение »[9]. Таким образом, восприятие в рамках этой модели относится скорее к органам чувств, чем к восприятию. ощутимое.Гибсон, однако, не считает, что чувства являются ключом к восприятию. «Теория сбора информации требует систем восприятия, не чувства »[10]. Эти системы восприятия, как Гибсон описывает «активную» модель чувств в сравнении с «пассивной». Гибсон полагается на когнитивные принимать информацию из нашего окружения. Ощущение как таковое связано напрямую и не может быть отделено от того, что воспринимается. Хотя эти утверждения могут противоречить более ранней работе в области, они приводят к важным вопросам в изучении восприятия в отношении посредничество: играем ли мы активную или пассивную роль в нашем восприятии? Что заставляет СМИ влиять наше восприятие? Какие качества восприятия актуальны в СМИ?

Джон Дьюи исследует роль восприятия в Искусство как опыт .Для него восприятие становится посредником между идеей художника и его пониманием. «Действие и его последствия должны быть объединены в восприятии. Эти отношения и придают смысл; к понять, что это цель всего разума »[11]. Для Дьюи искусство — это не то, что может быть пережитым в пассиве, этого не происходит, скорее, это требует действия. Восприятие в своей самой основной форме относится к чувствам и тому, что ощущается, но помимо этого, это интерпретация ума.Дьюи продолжает: «Опыт ограничен всеми причинами. которые мешают восприятию отношений между переживаемым и деланием. Может быть вмешательство из-за чрезмерного действия или излишка со стороны восприимчивости, прохождение. Неуравновешенность с обеих сторон размывает восприятие отношений и оставляет опыт. частичное и искаженное, с скудным или ложным смыслом »[12]. В этом смысле восприятие — это не только то, что мы видим, и это не то, что мы понимаем, чтобы увидеть, но это баланс между видением и понимание одновременно.Как показал Кант, недостаточно просто переживать, но скорее должен быть набор основополагающих истин, которые позволяют нам переживать. «Делаю или изготовление является художественным, когда воспринимаемый результат такой природы, что его качества как воспринимаемые контролировали вопрос производства. Акт производства, направленный намеренно производить что-то, что доставляет удовольствие в непосредственном переживании восприятия обладает качествами, которых нет у спонтанной или неконтролируемой деятельности »[13].Здесь Дьюи продолжает исследовать восприятие искусства как собственного материала. требует специфики. Искусство само по себе воспринимается как искусство, потому что оно возникло из-за мысль за этим. Эстетические оценки приходят после этого первоначального восприятия: «как производство должен вбирать в себя качества продукта, как они воспринимаются и регулироваться ими, и т. д. другая сторона, видение, слушание, дегустация, становится эстетической, когда соотносится с определенным образом деятельности определяет то, что воспринимается »[14].Таким образом, восприятие искусства требует некоторой формы активная роль. Это может быть распространено на любую среду, так как для того, чтобы понять среду, мы должны использовать восприятие в качестве посредника, которое само по себе является непосредственным, но связывает наше понимание.

Средство, в данном случае, потому что «воспринимаемая форма» идеи для Дьюи. Материалы — это лишь один аспект любого произведения искусства; восприятие идеи в произведение искусства составляет наиболее важный элемент изображения, так как любое изображение представление идеи в такой же степени, как и изображения.

Именно это определение восприятия по отношению к значению произведения беспокоило Уолтера. Бенджамин в его основополагающем эссе «Произведение искусства в эпоху механического воспроизводства». Согласно Бенджамину, восприятие может измениться с течением времени, а вместе с тем и искажаться. «В течение долгих периодов истории способ чувственного восприятия человека меняется вместе со всем образом существования человечества. Способ, которым человеческое чувственное восприятие организована, среда, в которой она осуществляется, определяется не только природой, но и моими исторические обстоятельства »[15].Через ауру Бенджамин считал, что предметы остаются на расстоянии, что есть что-то по своей сути мистическое и особенное о них. Однако при воспроизведении предметы и изображения теряют свою ауру и таким образом, они становятся слишком легко воспринимаемыми, оставляя людей открытыми для манипуляций. У Бенджамина теории, восприятие искусства было опасным, предполагая, что восприятие само по себе что-то неконтролируемое. Учитывая набор существующих истин, наше восприятие может быть изменено на их основе.

Таким образом, искусство может быть чем-то, что обманывает наше восприятие так, как не может даже реальность. Когда наши чувства что-то интерпретируют, есть понимание между зритель (или свидетель) и отношение к воспринимаемому объекту. Субъект находится под контролем восприятия и интерпретирует информацию так, как это делают другие. Реальность набор стандартов, формирующих наше восприятие; пространство и время — это фиксированная система, которая создает границы области возможного.У искусства есть способ скрыть истину внутри себя. реальность, несмотря на то, что она исходит из воображаемого. Таким образом, истина нашего восприятия может быть скомпрометированным. Художники давно искали способы дезориентировать зрителя и умеют делать поэтому, принимая то, что мы считаем правдой на основе нашего предыдущего опыта, и изменяя это. M.C. Гравюры Эшера были известны тем, что дезориентируют пространство за счет слияния плоскостей, в то время как современные художники любят Джеймс Террелл может превратить трехмерное пространство в двухмерное пространство, используя поля света.То, что мы видим, слышим, обоняем, ощущаем на вкус и ощущаем, может быть изменено в зависимости от нашего ранее существовавшие ожидания.

Фрейд обсуждал способы, которыми восприятие синхронизируется с его триадной структурой мозга: эго, суперэго и ид. Восприятие — это то, что воспринимается и распознается как воспринимается, когда проходит через уровни бессознательного и предсознательного. Именно в этом система, которую мы, как субъекты, способны воспринимать. Это не одна из функций мозга в сама по себе, а скорее сложная система, которая позволяет нам.

Восприятие не представляет собой нечто фиксированное или постоянное, а скорее имеет элементы, которые закреплены в системе сменных элементов. Есть непосредственность к тому, что мы воспринимаем, но то, что мы воспринимаем, редко бывает непосредственным. Наш опыт и культура учреждения влияют на наши мысли, но без них у нас не было бы возможности попробовать при понимании. Создается впечатление, что восприятие — это слияние сознательного и бессознательная, активная и пассивная роль.У объектов есть способность влиять, но с этим, тоже дезориентирует. Восприятие — это не истина, а скорее вера, которая становится опосредованной. понимание.

Крис Ак
Зима 2007

Значение, определение, природа и значение

Прочтите эту статью, чтобы узнать о значении, природе и важности восприятия.

Значение и определение восприятия:

«Восприятие — это процесс, посредством которого информация из внешней среды выбирается, принимается, организуется и интерпретируется, чтобы сделать ее значимой для вас.Этот ввод значимой информации приводит к решениям и действиям ».

Ниже приводится несколько определений восприятия, данных разными авторами:

«Восприятие можно определить как процесс, с помощью которого люди организуют и интерпретируют свои сенсорные впечатления, чтобы придать смысл окружающей их среде».

Согласно Джозефу Рейцу, «Восприятие включает в себя все те процессы, посредством которых человек получает информацию об окружающей его среде — зрение, слух, осязание, вкус и обоняние.Изучение этих непрерывных процессов показывает, что на их функционирование влияют три класса переменных: объекты или события, которые воспринимаются, среда, в которой происходит восприятие, и человек, осуществляющий восприятие ».

Простыми словами мы можем сказать, что восприятие — это акт видения того, что можно увидеть. Но на то, что видно, влияют воспринимающий, объект и его окружение. Смысл восприятия подчеркивает все эти три момента.

Природа восприятия:

Восприятие было объяснено Аджитом Сингхом следующим образом:

«Восприятие относится к интерпретации сенсорных данных.Другими словами, ощущение включает в себя обнаружение наличия стимула, тогда как восприятие включает понимание того, что означает стимул. Например, когда мы что-то видим, визуальный стимул — это световая энергия, отраженная от внешнего мира, и глаз становится сенсором. Этот визуальный образ внешнего объекта становится восприятием, когда он интерпретируется в зрительной коре головного мозга. Таким образом, зрительное восприятие означает интерпретацию изображения внешнего мира, проецируемого на сетчатку глаза, и построение модели трехмерного мира.”

Из приведенного выше объяснения становится ясно, что восприятие — это нечто большее, чем ощущение. Он коррелирует, объединяет и охватывает различные ощущения и информацию от многих органов тела, с помощью которых человек идентифицирует вещи и объекты, к которым относятся ощущения.

Восприятие определяется как физиологическими, так и психологическими характеристиками человека, тогда как ощущение возникает только с физиологическими особенностями. Таким образом, восприятие — это не просто то, что человек видит глазами, это гораздо более сложный процесс, посредством которого человек выборочно поглощает или ассимилирует стимулы в окружающей среде, когнитивно организует воспринимаемую информацию определенным образом, а затем интерпретирует информацию, чтобы сделать оценка того, что происходит в окружающей среде.

Восприятие — это субъективный процесс, поэтому разные люди могут воспринимать одну и ту же среду по-разному в зависимости от того, какие конкретные аспекты ситуации они выбирают для выборочного восприятия, как они организуют эту информацию и каким образом они интерпретируют ее, чтобы получить представление о происходящем. ситуация.

Важность восприятия:

(i) Восприятие очень важно для понимания человеческого поведения, потому что каждый человек воспринимает мир и подходит к жизненным проблемам по-разному. Все, что мы видим или чувствуем, не обязательно то же самое, что есть на самом деле.Это потому, что мы слышим не то, что на самом деле сказано, а то, что мы воспринимаем как сказанное. Когда мы что-то покупаем, это не потому, что это лучшее, а потому, что мы считаем это лучшим. Таким образом, именно благодаря восприятию мы можем выяснить, почему один человек находит работу удовлетворительной, а другой может быть ею не удовлетворен.

(ii) Если люди ведут себя на основе своего восприятия, мы можем предсказать их поведение в изменившихся обстоятельствах, понимая их нынешнее восприятие окружающей среды.Один человек может рассматривать факты одним способом, который может отличаться от фактов, которые видит другой зритель.

(iii) С помощью восприятия можно определить потребности различных людей, потому что на восприятие людей влияют их потребности. Подобно зеркалам в парке развлечений, они искажают мир в зависимости от своего напряжения.

(iv) Восприятие очень важно для менеджера, который хочет избежать ошибок при общении с людьми и событиями на рабочем месте.Проблема усложняется тем, что разные люди по-разному воспринимают одну и ту же ситуацию. Чтобы эффективно справляться с подчиненными, менеджеры должны правильно понимать их восприятие.

Таким образом, для понимания поведения людей очень важно понимать их восприятие, то есть то, как они воспринимают различные ситуации. Поведение людей основано на их восприятии реальности, а не на самой реальности. Мир в его восприятии важен для понимания поведения человека.

Изучение восприятия значимости в визуальных представлениях двумерных отношений [PeerJ]

Введение

Во многих случаях исследователям необходимо учитывать практическое значение отношений. Это может быть необходимо при интерпретации величины эффекта или количественной оценке минимально важной взаимосвязи при тестировании эквивалентности. Несмотря на это, было мало исследований, изучающих, когда отношения (например, корреляция или средняя разница) начинают интерпретироваться как значимые или практически значимые.Из-за этого недостатка информации многие исследователи по умолчанию использовали рекомендации Коэна (1988) по величине эффекта, в которых указаны нижние границы для интерпретации отношения как «небольшого», независимо от контекста исследования. Еще меньше известно о вариативности интерпретации величины эффекта; суждения о величине эффекта могут сильно отличаться от человека к человеку. Например, у людей могут быть разные точки, в которых они начинают воспринимать корреляции между переменными или различия между двумя средствами распределения как значимые.

В этой статье сначала обсуждаются два важных параметра, в которых практическое значение играет значительную роль: интерпретация размера эффекта и проверка эквивалентности. После этих приложений, имеющих практическое значение, будут пересмотрены предыдущие исследовательские рекомендации, касающиеся практического значения. Наконец, мы проводим исследование, чтобы изучить индивидуальное восприятие значимости визуальных представлений корреляции и стандартизованной разницы средних.

Интерпретация величины эффекта

Величину эффекта можно определить как силу или величину любого результата, который важен для исследователя в рамках исследования, или как количественное свидетельство величины явления (Cumming, 2012; Kelley & Preacher, 2012).Размеры эффекта и доверительные интервалы для размеров эффекта следует сообщать вместе с результатами традиционного тестирования значимости нулевой гипотезы (NHST), чтобы представить читателю уровень практической значимости (Thompson, 2001; Cumming, 2012). Кроме того, наименьшая значимая величина эффекта — это рекомендуемое значение для использования при анализе мощности, чтобы гарантировать, что имеется достаточная мощность для обнаружения размеров эффекта, которые потенциально интересны исследователю.

Размеры эффектов могут быть представлены в нестандартных (например,g., разница между двумя средними) и / или стандартизированными единицами. В этой статье мы сосредоточены на стандартизованных величинах эффекта, поскольку их можно интерпретировать без ссылки на конкретную переменную результата. Коэновские d (стандартизованная разница средних) и η 2 (объясненная пропорция дисперсии) являются обычно используемыми мерами величины эффекта для средних разностей, а r и r 2 — обычно используемыми мерами величины эффекта. для корреляции или регрессии.Эти четыре показателя стандартизируют размер эффекта в зависимости от степени изменчивости выборки. Тем не менее, было проведено мало исследований относительно того, когда величина эффекта начинает представлять значимую взаимосвязь. Хотя размер эффекта, представляющий наименьшее значимое соотношение, будет зависеть от характера исследования, понимание того, что люди воспринимают как наименьший значимый эффект в условиях, которые явно не зависят от контекста, полезно для освещения того, как исследователи воспринимают и интерпретируют размер эффекта.Например, исследователи, интерпретирующие величину величины эффекта или определяющие наименьшую значимую взаимосвязь для использования в анализе мощности, извлекут пользу из доступных руководящих принципов, которые можно использовать в сочетании с контекстом их исследования.

Традиционное тестирование на основе различий и тестирование на эквивалентность

Традиционный NHST используется для оценки доказательств отсутствия связи между переменными (например, различий в средних показателях населения).Если исследователь выдвигает гипотезу о взаимосвязи между переменными, тогда подходит традиционный NHST. Однако, когда целью исследования является обнаружение отсутствия взаимосвязи между переменными (например, незначительная разница в средних значениях, отсутствие связи между переменными и т. Д.), Существуют альтернативы традиционному NHST, основанному на различиях, такие как тестирование эквивалентности, которое следует использовать для исследования отсутствия связи (например, Kruschke, 2011; Rogers, Howard & Vessey, 1993; Rouder et al., 2009; Веллек, 2010).

В традиционном NHST, основанном на различиях, неспособность отвергнуть нулевую гипотезу часто ошибочно интерпретируется как доказательство нулевой гипотезы (Allan & Cribbie, 2013). Поскольку нуль никогда не может быть принят, исследователи, стремящиеся обнаружить отсутствие взаимосвязи между переменными, должны использовать тесты, созданные для обнаружения эквивалентности. Например, нулевая гипотеза для двустороннего теста эквивалентности утверждает, что величина отношения больше или равна минимальному значимому значению (например,g., H 0 : ρ ≥ δ — ρ ≤ — δ ), в то время как альтернативная гипотеза предполагает, что величина взаимосвязи меньше по величине, чем минимальное значимое значение (например, H 1 : — δ <ρ < δ ).

Определение интервала эквивалентности (т. Е. Минимальной значимой разницы) перед запуском исследования является важным шагом в тестировании эквивалентности, напрямую влияющим на интерпретацию результатов. Рустикус и Ева (2016), Роджерс и коллеги (1993) и многие другие заявляют, что определение интервала эквивалентности, имеющего отношение к контексту и целям исследования, может быть чрезвычайно сложной задачей.Те же проблемы возникают, когда исследователи применяют байесовский анализ с целью предоставления доказательств в пользу традиционной нулевой гипотезы. Например, Kruschke (2013) очерчивает «область практической эквивалентности» как байесовскую версию интервала эквивалентности, а Morey & Rouder (2011) обсуждают основанные на интервале гипотезы для проведения анализа байесовского фактора. Соответственно, чрезмерно большой интервал эквивалентности может привести к тому, что исследователь неправильно сделает вывод об эквивалентности (при наличии значимых различий между группами), в то время как необоснованно малый интервал может привести к тому, что исследователь пропустит наличие незначительной связи.

Хотя контекст чрезвычайно важен при установке границ эквивалентности, в литературе существует много общих рекомендаций по созданию этих границ. Например, для ситуаций, связанных с отсутствием различий между средними значениями групп, рекомендации широко варьировались, начиная от 5% (Barker et al., 2002; Rusticus & Lovato, 2011) до 20% ( Роджерс, Ховард и Весси, 1993). Рекомендации Коэна о том, что считать «небольшими» отношениями, также цитируются, когда исследователи исследуют соответствующие границы для проверки эквивалентности (Davidson & Cribbie, 2016).Кроме того, Веллек (2010) предоставил несколько рекомендаций по установлению границ эквивалентности для проведения тестов на эквивалентность в широком диапазоне исследовательских настроек. В этом исследовании мы надеемся расширить эти бесконтекстные руководящие принципы путем эмпирической оценки того, насколько большими должны быть отношения, прежде чем они будут определены как значимые, а также того, насколько изменчивы люди в своем восприятии того, что составляет значимые отношения. Вместе с контекстом исследования эта информация может помочь исследователям, столкнувшимся с задачей установления соответствующего интервала / границы эквивалентности.

Предложения относительно наименьшего значимого отношения

Существует множество рекомендаций по выбору наименьшей значимой взаимосвязи, например, минимально клинически значимой разницы (MCID) в исследованиях здоровья. В клинических исследованиях Fayers et al. (2000) утверждали, что наименьшие значимые различия, используемые при расчетах размера выборки, должны быть как клинически важными (например, для групп заинтересованных сторон, которых касается это различие), так и клинически реалистичными (например,g., не ожидая большей выживаемости для лекарства, чем нынешняя). Методы выбора важного или реалистичного различия включают (а) обзор текущего состояния исследований по вопросу с помощью метаанализа или систематического обзора или (б) сбор мнений соответствующих заинтересованных сторон с помощью панелей или фокус-групп (Cook et al., 2018 ).

Хотя эти методы идеальны, они не всегда могут быть практичными или выполнимыми, особенно при поисковых исследованиях.В этих случаях Cook et al. (2018) утверждают, что пилотное исследование может быть полезным способом накопления знаний о том, что может быть реалистичным MCID между группами. Пилотные исследования обычно проводятся в несколько этапов для оценки соответствующей информации, необходимой для будущих крупномасштабных исследований (Cook et al., 2014).

Кроме того, существует три метода определения важного различия, которое может служить основой для MCID в клинических исследованиях (Cook et al., 2014). Сюда входят метод привязки, метод распределения и метод экономики здоровья.Метод привязки использует мнение соответствующей заинтересованной стороны, чтобы сообщить, в чем может заключаться важное различие. Например, Jaeschke, Singer & Guyatt (1989) отмечают, что клиницисты часто способны уловить ощущение клинически значимого различия с течением времени, что делает разумным использование своего опыта для определения MCID для клинического инструмента. Метод распределения предполагает, что MCID может быть больше максимальной погрешности измерительного инструмента (Cook et al., 2018). Подходы с использованием метода распределения обычно основываются на (а) стандартной ошибке измерения, (б) наименьшей разнице, обнаруживаемой статистическим тестом, или даже (в) «практическом правиле», которое фокусируется на конкретной статистической мере (Cook et al., 2014). В экономических методах здоровья используется ожидаемая чистая прибыль для оптимизации стоимости единицы воздействия на здоровье с учетом суммы, которую лицо, принимающее решение, желает заплатить, что позволяет исследователям количественно оценить ожидаемую чистую прибыль от конкретного исследования или исследовательского протокола.

Еще один способ выбрать подходящий минимально значимый эффект при отсутствии какой-либо ценной информации — это использовать стандартизированный контекстно-свободный размер эффекта, опираясь на рекомендации из предыдущих исследований (Weber & Popova, 2012).Например, Роджерс, Ховард и Весси (1993) приводят пример 20% разницы как наименьшего значимого расхождения между двумя средними значениями, в то время как Коэн (1988) предложил нижнюю границу для стандартизованной небольшой величины эффекта d = 0,2. или r = .1. Однако, как и Коэн, Роджерс, Ховард и Весси (1993), утверждали, что малейшая значимая ассоциация обязательно будет варьироваться в зависимости от рассматриваемой исследовательской проблемы, и отговорили исследователей от слепого принятия предложенных ими руководящих принципов.

Некоторые исследователи предложили в контексте поисковых исследований включить ряд возможных минимально значимых различий (Cribbie & Arpin-Cribbie, 2009; Weber & Popova, 2012). Например, в клинических условиях Крибби и Арпин-Крибби (2009) утверждали, что средняя эквивалентность групп может быть зафиксирована с помощью различных уровней «близости». Аналогичным образом, в контексте исследования размера эффекта Вебер и Попова (2012) заявили, что полученный эффект можно сравнить с диапазоном размеров эффекта, чтобы проиллюстрировать, как различные предположения об эффекте могут повлиять на решение теста.Однако они также предупредили, что их выводы следует использовать в качестве руководства только при установлении минимальной значимой разницы в исследованиях.

Фергюсон (2009) составил список предложений по интерпретации результатов в социальных науках на основе рекомендаций из предыдущих обзоров. Для Cohen d и Pearson r минимальная величина эффекта, представляющая практически значимый эффект, составляла 0,41 и 0,20 соответственно.

Одно недавнее исследование изучало момент, когда люди начинают ощущать наличие отношений.Rusticus & Eva (2016) исследовали восприятие людьми эквивалентности, чтобы определить порог эквивалентности для данных о медицинском образовании. Исследователи попросили участников сравнить учебные площадки медицинских школ на предмет их сходства по четырем различным результатам: средний балл бакалавриата, исследование опыта студентов, структурированный клинический экзамен и экзамен на получение лицензии медицинского совета. Участники увидели эти сравнения на серии гистограмм, отображающих широкий диапазон стандартизованных средних различий (Коэна d от 0.10 до 1,20). В исследовании установлен порог эквивалентности, когда 50% участников сочли сайты неэквивалентными. Основываясь на своих результатах, Рустик и Ева установили d = 0,50 в качестве порога, при котором люди различают изменения между распределениями.

Rusticus & Eva (2016) был примером исследования, в котором интерпретация величины эффекта была сделана в заранее заданном контексте. Как обсуждалось ранее, минимально значимые эффекты следует использовать с учетом конкретного контекста.Хотя идеальное решение о конкретном значимом эффекте должно приниматься через многогранный процесс принятия решений, стандартизованные бесконтекстные размеры эффекта предоставляют полезную дополнительную информацию, когда нет других жизнеспособных альтернатив.

Настоящее исследование: количественная оценка минимально важной взаимосвязи

Настоящее исследование направлено на предоставление информации о центральной тенденции и вариативности восприятия важности отношений между переменными посредством контекстно-зависимых визуальных представлений отношений.Понимание величины и вариативности интерпретаций того, что квалифицируется как значимая взаимосвязь в контекстно-свободных условиях, полезно для внесения вклада в базу знаний для исследователей, принимающих решения относительно подходящих интервалов для проверки эквивалентности, интерпретации величины величины эффекта, установки наименьший значимый размер эффекта при анализе мощности и т. д. в условиях, когда важен контекст. В исследовании, использующем методологию, аналогичную Rusticus & Eva (2016), участникам предлагается указать, иллюстрируют ли представленные цифры (которые либо изображают две перекрывающиеся групповые гистограммы, либо корреляцию между двумя непрерывными переменными) значимую взаимосвязь.Это исследование также направлено на сравнение того, как восприятие того, что составляет значимую взаимосвязь, различается у статистически подготовленных и статистически нетренированных участников. Мы надеемся, что это исследование предложит некоторые первые шаги к тому, чтобы дать исследователям ценные рекомендации о том, как количественно оценить, когда отношения становятся значимыми; вместе с конкретным контекстом исследования эта информация может помочь исследователям понять, что составляет минимально значимую ассоциацию.

Метод

Участники

Это исследование было одобрено этическим комитетом подкомитета по проверке участников (сертификат: 2017 — 001) и соответствовало руководящим принципам Канады по этике исследований Tri-Council.Набор участников проводился двумя разными способами. Сначала было набрано 252 студента, изучающих курс «Введение в психологию» крупного канадского университета. Эти участники получили зачетные баллы за участие в исследовании. Мы также приняли на работу 65 аспирантов и преподавателей психологических факультетов Канады, отправив им приглашения по электронной почте. Из этих участников 18 были зачислены на магистерскую программу по психологии, 4 указали, что они закончили магистерскую программу по психологии, 23 были зачислены на докторскую программу по психологии и 16 указали, что они получили степень доктора психологии.Выборка состояла из 85 участников мужского пола и 229 участниц женского пола (три участника предпочли не указывать свой пол). Возраст выборки варьировался от 18 до 69 лет, в среднем 22,5 года и 19 лет соответственно.

Чтобы изучить потенциальные различия между статистически подготовленными и статистически неподготовленными участниками, всех участников попросили указать количество односеместровых курсов по статистике, которые они прошли во время послесреднего образования. Участники считались статистически неподготовленными, если они сообщили о прохождении менее трех курсов статистики за один семестр, и статистически подготовленными, если они сообщили о трех или более курсах статистики за один семестр.Соответственно, из 317 участников 75 участников считались статистически подготовленными, а 242 участника считались статистически нетренированными. Как правило, категоризация непрерывной переменной никогда не является хорошей идеей, однако на основе статистической подготовки, полученной в канадских университетах, была создана дихотомия (Davidson et al., В печати). В этом случае почти все студенты бакалавриата прошли от нуля до двух курсов статистики (обычно это годичный вводный курс по статистике), тогда как большинство оставшихся участников (аспиранты / преподаватели) прошли значительно больше двух курсов статистики и, следовательно, естественно присутствовала дихотомия.В частности, для студентов бакалавриата: 176 участников заявили, что не посещали курсы по статистике, 44 заявили, что они прошли один, 14 участников заняли два, восемь — четыре, шесть — пять и только четыре участника прошли шесть курсов или более. Для аспирантов и преподавателей: 2 участника заявили, что прошли один курс статистики, пятеро заявили, что прошли два, 19 заявили, что прошли три, 17 участников заявили, что прошли четыре курса, 11 заявили, что прошли пять, а девять — шесть. или больше.Дополнительная демографическая информация об выборке представлена ​​в Таблице 1.

Таблица 1:

Демографические характеристики выборки.

Возраст
(средний [IQR])
Пол, n Количество пройденных курсов по статистике (среднее ± стандартное отклонение) Средний Психология
Опыт
(Режим)
Имеет статистическую подготовку 76 27
[10.8]
Ф: 54
М: 20
5,7 ± 1,8 Докторантура Выполняется
Статистически неподготовленные 241 19
[2,0]
Ф: 175
М: 65
1.3 ± 0,6 Первый курс
Бакалавриат Выполняется
Всего 317 19
[5,0]
Ф: 229
М: 85
2,4 ± 2,1 Первый курс
Бакалавриат Выполняется
DOI: 10.7717 / peerj.6853 / таблица-1

Критерии исключения были созданы для выявления невнимательного ответа, трудностей с пониманием задачи и т. Д. Участников исключали из исследования, если они неправильно отвечали на четыре или более из возможных тринадцати проверочных вопросов. Отборочные вопросы включали четыре примерных вопроса, которые давали участникам инструкции по проведению опроса; Эти типовые вопросы явно указывали участникам на выбор правильного варианта.Остальные девять вопросов, использованных как часть критериев исключения, включали крайние примеры ассоциаций или отсутствие ассоциаций между переменными из исследования. В частности, вопросы исследования, которые использовались при скрининге невнимательности, включали: (а) очень большую стандартизованную разницу средних (перекрывающиеся гистограммы, изображающие d Коэна, равные 1,95 или 2,00), (б) нулевая / минимальная стандартизованная разница средних (перекрывающиеся гистограммы, изображающие d Коэна из 0.00 или 0,05), (c) очень большая корреляция между переменными (диаграммы разброса, изображающие корреляции 0,60 или -60), и (d) нулевая / минимальная корреляция между переменными (диаграммы разброса, изображающие корреляции -,05, 0,00 и 0,05). На основании этих скрининговых вопросов 105 участников были исключены из анализа данных, в результате чего осталось 212 участников (54 в статистически подготовленной группе и 158 в статистически нетренированной группе).

Меры

Сначала участникам были представлены цифры, показывающие разную степень взаимосвязи, и их попросили классифицировать отношения как значимые или нет.Слово «значимый» использовалось в наших измерениях, чтобы побудить участников оценить величину различия или взаимосвязи внутри фигуры. Были показаны два разных типа фигур: (1) гистограммы, расположенные рядом; и (2) Диаграммы рассеяния.

Гистограммы отображали два распределения, которые были разделены совокупностью d по Коэну в диапазоне от 0,00 до 2,00 с шагом 0,05 (всего 41 гистограмма, расположенная рядом), с размером выборки на группу N = 1000.Первая гистограмма в каждой паре имела среднее значение генеральной совокупности, равное 0, в то время как вторая имела среднее значение совокупности, установленное для каждого исследованного значения Коэна d . Формы распределения были нормальными, и все они имели стандартное отклонение популяции, равное единице. Эти цифры были получены с использованием функции hist из пакета graphics в R (R Core Team, 2016). Для каждого рисунка участникам было предложено выбрать одну из двух альтернатив: (1) Существует значимая разница между оценками групп ; или (2) Нет значимой разницы между оценками групп .Пример фигуры гистограммы, увиденной участниками, представлен на рис. 1.

Рисунок 1: Пример перекрывающейся гистограммы, увиденной участниками.
Красное распределение представляет частоту оценок из группы 1, синее распределение представляет частоту оценок из группы 2, а пурпурный цвет указывает, где распределения перекрываются. В этом примере Коэна d = 1,3.

Диаграммы рассеяния отображают корреляцию населения в диапазоне от -.От 60 до 0,60 дюйма с шагом 0,05 (всего 25 диаграмм рассеяния) с размером выборки N = 1000. Эти цифры были получены с использованием функции plot в пакете graphics в R (R Core Team, 2016). В каждом случае переменные X и Y были отобраны из двумерного нормального распределения со средним нулевым средним и единичным стандартным отклонением. Для каждой диаграммы рассеяния участников просили выбрать одну из двух альтернатив: (1) Существует значимая связь между переменными X и Y ; или (2) Нет значимой связи между переменными X и Y .Пример диаграммы рассеяния представлен на рис. 2.

Рисунок 2: Пример диаграммы рассеяния, увиденной участниками.
В этом случае ρ = — 0,55.

Чтобы гарантировать, что отдельные цифры не были загрязнены выбросами, конкретными схемами случаев и т. Д., Было создано пять цифр для каждого размера эффекта (т. Е. Каждое значение d и r ), и участникам был случайным образом назначен один из пяти цифр для каждого из условий размера эффекта.

Процедура

Все участники получили доступ к опросу с помощью онлайн-программного обеспечения SurveyMonkey (http://www.surveymonkey.com). После предоставления информированного согласия относительно их участия участников попросили предоставить демографическую информацию.

Участникам были показаны четыре примера типов фигур, с которыми они будут встречаться на протяжении оставшейся части опроса. В двух примерах гистограмм изображено распределение баллов для двух групп, которые имели (1) очень небольшое перекрытие и (2) почти полное перекрытие.Точно так же примеры диаграмм рассеяния показали участникам (1) почти идеальную корреляцию и (2) нулевую корреляцию. Каждый из примеров также содержал параграф с описанием рисунка, обращая внимание на соответствующие особенности графиков (например, перекрытие в случае гистограмм или связь между оценками X и Y в случае диаграмм рассеяния). Другими словами, участникам было предоставлено краткое вводное обучение тому, как интерпретировать расположенные рядом гистограммы и диаграммы рассеяния.Чтобы убедиться, что участники могли точно интерпретировать отображаемые отношения, участникам было предложено решить, иллюстрирует ли каждый пример значимое различие (гистограммы) или значимую связь (диаграммы рассеяния). На рис. 3 показаны четыре примера фигур, а также учебные материалы и вопросы, на которые участники ответили.

Рисунок 3: Примеры вопросов, показываемых участникам перед началом исследования.
В частности, (A) изображает разницу в средних значениях группы с распределениями, которые имеют очень небольшое перекрытие, (B) изображает разницу в средних значениях группы с распределениями, которые имеют значительное перекрытие, (C) изображает связь между переменными, где X и Y кажутся сильно связаны, а (D) изображает связь между переменными, где X и Y не кажутся сильно связанными.

После просмотра примеров участникам показали перекрывающиеся гистограммы и диаграммы рассеяния и, как и во вводном тренинге, попросили оценить каждый из них как отображающий значимую или не значимую стандартизованную разницу средних или корреляцию, соответственно. Эти вопросы были идентичны четырем примерам вводного тренинга, однако никаких инструкций над рисунками предоставлено не было. Порядок представления цифр был случайным, чтобы исключить возможное смещение порядка.Участники могли перемещаться по опросу по желанию и даже возвращаться к вводным обучающим фигурам, которым предшествовали пояснения.

Результаты

Приведенные ниже результаты основаны на данных, предоставленных 212 участниками, которые прошли критерии исключения. Результаты нашего анализа были во многом схожими, независимо от того, использовались ли данные всей выборки или данные 212 участников.

Коэна

d

Был создан алгоритм для количественной оценки уникального порога каждого человека для определения того, когда оценки двух групп стали значимо отличаться друг от друга.Точка отсечения для каждого участника была определена как средняя точка между (1) двумя максимальными последовательными величинами эффекта, когда участник указал, что оценки групп значимо не различались, и (2) минимальными двумя последовательными величинами эффекта, когда участник указал, что оценки групп существенно различались. Например, предположим, что участник указал, что оценки групп не различались в последний раз подряд при шкале Коэна d , равной 0.75 и 0,80, затем оценили результаты групп как разные в первый раз подряд на шкале Коэна d 0,85 и 0,90. Соответственно, точка отсечения для участника была бы оценена по Коэну d 0,825 (среднее значение 0,80 и 0,85).

Уникальные пороговые значения для статистически нетренированных и статистически обученных групп были распределены приблизительно нормально. Диапазон уникальных отсечений варьировался от d = 0,22 до d = 1.73 для 156 статистически нетренированных участников (обратите внимание, что пороговые значения не могли быть рассчитаны для двух статистически обученных и двух статистически нетренированных участников, поскольку алгоритм требовал определенного образца ответов, который не присутствовал в ответах этих участников). Пороговые значения для статистически неподготовленных участников имели среднее значение d = 0,95 (SD = 0,30), 95% доверительный интервал [0,36, 1,54]. Для 52 статистически подготовленных участников диапазон уникальных пороговых значений варьировался от d = 0.От 38 до d = 1,92. У обученных участников было среднее значение отсечения d = 1,21 ( SD, = 0,42), 95% ДИ [0,41, 2,01]. Примечательно, что между участниками существует значительная вариативность в том, что составляет значимые отношения, и что ни у одного из участников не было порогового значения ниже того, что Коэн (1988) назвал «небольшим» эффектом (т.е. d = 0,2).

Иерархическая логистическая регрессия была запущена с использованием функции glmer из пакета lme4 в R (Bates et al., 2015). Бинарный ответ участников на то, были ли две гистограммы значимо разными, был выходной переменной модели. Предикторами модели были значения Коэна d (от 0,00 до 2,00), возраст, уровень статистической подготовки участников и взаимодействие между значением Коэна d и статистической подготовкой.

Общая точность прогноза модели составила 85% с псевдо R 2 из 0,46 (Nakagawa & Schielzeth, 2013).Статистически значимое взаимодействие наблюдалось между значениями Коэна d и статистической подготовкой участников ( p <0,001). Чтобы лучше понять природу взаимодействия, предсказанные вероятности для каждой группы на каждом уровне Коэна d были нанесены на график на рис.4 вместе с наблюдаемыми пропорциями для каждого из значений Коэна d в каждой из групп. На рисунке 4 показано, что участникам с более высокой статистической подготовкой требовался больший коэффициент Коэна d , чем участникам с меньшей статистической подготовкой, прежде чем указывалось, что разница в оценках групп была значимой.Например, хотя вероятности были одинаковыми при малых и больших значениях Коэна d , статистически обученная группа имела более чем 50% вероятность указать, что существует значимая взаимосвязь, когда Коэна d достигли 1,00, тогда как статистически -обученная группа имела более чем 50% вероятность констатировать наличие значимой связи, когда коэффициент Коэна d достиг 1,25. Эти значения были почти идентичны тем, которые были вычислены с использованием исходных пропорций для каждого значения Коэна d .

Рисунок 4: Иерархическая / смешанная логистическая регрессия для d Коэна.
На графике показаны прогнозируемые вероятности статистически обученных и статистически нетренированных участников, указывающие, что существует значимая разница средних значений между группами, нанесенная рядом с наблюдаемой долей для каждого значения Коэна d .

Для дальнейшего изучения взаимосвязи между статистической подготовкой участников и различными значениями Коэна d относительно того, считалась ли стандартизованная разница средних значений значимой, мы рассматриваем относительную вероятность обеих групп указывать на наличие значимой разницы между группами в различные значения Коэна d .Например, при шкале Коэна d , равной 0,25, у участника из статистически обученной группы была 1,3% предсказанная вероятность констатировать наличие значимой разницы между группами, в то время как у участника из статистически нетренированной группы была 10,4. % прогнозируемой вероятности. Кроме того, учитывая коэффициент Коэна d , равный 0,90, статистически обученный и статистически нетренированный участник имел 19,2% и 45,1% вероятность заявить, что существует значимая разница между группами, соответственно.Наконец, при шкале Коэна d , равной 1,5, статистически обученные и статистически нетренированные участники имели 77,5% и 83,4% шансов заявить, что существует значимая разница между гистограммами, соответственно. Как и ожидалось, между двумя группами было очень мало различий в крайних точках: d по Коэну ( d <0,10, d > 1,60).

Корреляция

Аналогично алгоритму Коэна d , был использован алгоритм для исследования уникальной точки суждения каждого участника, чтобы указать, когда переменные X и Y связаны друг с другом.Поскольку на графиках изображены диаграммы рассеяния как с отрицательной, так и с положительной корреляциями, абсолютное значение корреляций использовалось для расчета уникального порогового значения каждого участника. Те же критерии, которые использовались для стандартизованных средних различий, также применялись в настройке корреляции.

Пороговые значения для статистически нетренированных и статистически обученных групп были примерно нормально распределены. Когда участники имели противоположные ответы на значения корреляции в положительном и отрицательном направлениях (например,g., отмечая, что переменные были значимо связаны для ρ = 0,30, но не значимо связаны для ρ = -. 30) мы случайным образом назначили значимо связанный или не значимо связанный ответ. Для 140 статистически нетренированных участников (опять же, пороговые значения не могли быть оценены для семнадцати статистически нетренированных и девяти статистически подготовленных участников, потому что их ответы не соответствовали шаблону, требуемому алгоритмом), пороговые значения варьировались от ρ От = 0,08 до ρ = 0,52, со средним значением ρ = 0.32 ( SD, = 0,10), 95% ДИ [0,13, 0,49]. Для 53 статистически подготовленных участников пороговые значения варьировались от 0,12 до 0,52 со средним значением ρ = 0,28 ( SD, = 0,08), 95% ДИ [0,10, 0,46].

Как и в случае с Cohen d , иерархическая логистическая регрессия была запущена с использованием функции glmer . Бинарный ответ участников на то, были ли две переменные связаны значимым образом, был выходной переменной модели. Предикторами модели были значения корреляции (значения ρ от 0 до.60, к 0,05, напоминая, что мы взяли абсолютное значение отрицательных корреляций), уровень статистической подготовки и возраст участников, а также взаимосвязь между значениями ρ и уровнем статистической подготовки.

Общая точность прогноза модели составила 77% с псевдо R 2 = 0,55 (Nakagawa & Schielzeth, 2013). Как и в модели, представляющей Коэна d , наблюдалось статистически значимое взаимодействие между силой корреляции и уровнем статистической подготовки участников ( p <.001). Чтобы дополнительно прояснить взаимодействие, предсказанные вероятности для каждой группы на каждом уровне силы корреляции были нанесены на рис. 5 вместе с наблюдаемыми пропорциями для каждого из значений корреляции в каждой из групп.

Рисунок 5 показывает, что участники с более высокой статистической подготовкой имели более низкие прогнозируемые вероятности восприятия меньших корреляций как значимых, чем участники с меньшей статистической подготовкой, тогда как у них были более высокие прогнозируемые вероятности восприятия более крупных корреляций как значимых, чем у участников с менее статистической подготовкой.Однако из графика видно, что величина взаимодействия не была такой сильной, как обнаруженная для стандартизованных средних различий, и подавляющая часть объясненной вариабельности может быть отнесена на счет различий в корреляциях между популяциями. Например, статистически обученная группа с вероятностью более 50% указала на наличие значимой связи между переменными, когда коэффициент Пирсона был равен 0,30, в то время как статистически обученные участники имели более чем 50% вероятность заявить, что существует значимые отношения, когда ρ Пирсона было.35.

Рисунок 5: Иерархическая / смешанная логистическая регрессия для коэффициента Пирсона r.
Этот график отображает прогнозируемую вероятность статистически обученных и статистически нетренированных участников, утверждающих, что существует значимая взаимосвязь между двумя переменными, построенная рядом с наблюдаемой долей для каждого значения Пирсона r .

При сравнении относительной вероятности того, что между переменными существует значимая связь, в обеих группах было обнаружено, что, хотя человек в статистически нетренированной группе с большей вероятностью указывал на наличие значимой связи между переменными при ρ =.15 (вероятность 15,5% по сравнению с 6,7% для статистически обученного участника), обе группы имели относительно равную вероятность констатировать наличие значимой связи между переменными при ρ = 0,25 (35,1% для неопытного участника и 27,7% для опытный участник). При р = 0,40 статистически обученный участник имел значительно большую вероятность, чем статистически нетренированный участник, утверждать, что существует связь между переменными (82,6% против 60,1%, соответственно).

Когда мы исследовали данные для значений отрицательной корреляции отдельно от данных в положительном направлении, мы обнаружили аналогичные результаты как для логистической модели, так и для пропорций участников, которые указали, что переменные были значимо связаны.

Обсуждение

В этом исследовании изучалось, насколько большим должно быть графическое изображение связи между переменными, чтобы люди могли интерпретировать эту связь как значимую.Цель исследования заключалась в том, чтобы помочь исследователям в проведении тестирования эквивалентности, интерпретации величины эффекта, определения минимального значимого эффекта при анализе мощности и т. Д. В изучении того, когда люди воспринимают минимально важные отношения в условиях, не зависящих от контекста. В прошлом, когда исследователи искали общие (т. Е. Не связанные с контекстом) руководящие принципы для интерпретации величины величины эффекта, многие полагались на предложения Коэна относительно малых, средних и больших эффектов, однако эмпирические данные практически полностью отсутствовали. исследование, изучающее, когда люди начинают обнаруживать значимые отношения.В этом исследовании использовались графические изображения стандартизированных средних различий и корреляций, а участникам предлагалось указать для нескольких различных степеней взаимосвязи, была ли эта ассоциация значимой. В частности, участники просмотрели перекрывающиеся гистограммы и диаграммы рассеяния, отображающие разную степень величины эффекта и указывающие, какие отношения были значимыми.

Когда участники просматривали перекрывающиеся гистограммы, отображающие размеры эффекта в диапазоне от d = 0.00– d = 2,00, индивидуальные пороговые значения варьировались от d = 0,22 до d = 1,73 и имели среднее значение d = 0,95 для статистически нетренированных участников. Для статистически подготовленных участников индивидуальные пороговые значения Коэна d были между d = 0,38 и d = 1,92 и имели среднее значение d = 1,21. Когда участникам показали диаграммы рассеяния, изображающие взаимосвязь между двумя переменными (в диапазоне от ρ = 0 до ρ =.60, включая как положительную, так и отрицательную корреляцию), индивидуальные пороговые значения как для статистически нетренированных участников, так и для статистически подготовленных участников варьировались от ρ = 0,12 до ρ = 0,52, при этом статистически подготовленные участники имели среднюю точку отсечения ρ = 0,28 и статистически нетренированных участников, имеющих среднее значение ρ = 0,32.

Соответственно, в условиях отсутствия контекста, наше исследование показывает, что от участников требуется больший эффект, чем ожидалось, чтобы заявить, что отношения между переменными или различия между группами значимы.Мы говорим «чем ожидалось», поскольку в поведенческих науках принято обозначать r = 0,1 / d = 0,2 как небольшой эффект и r = 0,3 / d = 0,5 как умеренный. размерный эффект (Cohen, 1988; Nye et al., 2018). Как отмечают Розенталь и Рошноу (1984), значение r Пирсона, эквивалентное большому эффекту Коэна d ( d = 0,80), составляет r = 0,31 (стр. 361). Интересно, что в среднем участники нашего исследования начали оценивать ассоциации как значимые вокруг этих больших отсечений.Интересно, что Szucs & Ioannidis (2017) отметили, что 25-й и 75-й процентили для величины эффекта в психологии составляют d = (0,29, 0,96). Таким образом, сравнивая результаты нашего исследования с этими прошлыми рекомендациями / результатами, похоже, есть существенное несоответствие между тем, что участники нашего исследования считают минимально значимым размером эффекта, и рекомендациями по объявлению значимого эффекта и наблюдаемыми величинами эффекта. Учитывая предварительный характер этого исследования и тот факт, что мы изучали контекстно-свободные отношения, мы не утверждаем, что большинство результатов поведенческих наук бессмысленны.Однако эти результаты определенно предполагают, что необходимы дополнительные исследования того, насколько большим должен быть эффект, чтобы его можно было считать значимым; наши результаты подтверждают, как всегда, что слепое принятие популярных пороговых значений для величины эффекта не рекомендуется. Таким образом, результаты этого исследования, наряду с множеством точек зрения, которые могут быть использованы для понимания того, когда эффект является значимым, могут быть ценными для исследователей, столкнувшихся с чрезвычайно сложной задачей количественной оценки, когда связь становится важной.

Интересным открытием было взаимодействие между значениями d и уровнем статистической подготовки. Участникам с большей статистической подготовкой требовалась большая стандартизованная разница средних, прежде чем интерпретировать взаимосвязь как значимую. Одна из возможных причин разницы заключается в том, что те, кто посещает больше курсов по статистике (например, аспиранты и преподаватели), также имеют больше опыта в оценке того, какой уровень отношений имеет значение (или нет) в рамках их собственных исследовательских программ, но неясно, почему статистически обученной группе потребуется больший эффект, прежде чем объявить отношения значимыми.Взаимодействие между значениями ρ Пирсона и уровнем статистической подготовки подчеркнуло, что, хотя между группами при малых или очень больших корреляциях было очень мало различий с точки зрения того, что составляет значимую взаимосвязь, большее количество участников в статистически обученной группе, как правило, заявляли о корреляциях. между ρ = 0,35 и ρ = 0,50 значимо, чем их статистически неподготовленные аналоги. Эффект, как видно на рис. 5, был небольшим. Одно из объяснений наших результатов относительно эффекта уровня статистической подготовки может быть связано с трудностями интерпретации со стороны статистически обученной группы (например,г., Аллен, Дорозенко и Робертс, 2016; Lem et al., 2014a). Например, в некоторых случаях статистически подготовленные участники могут с большей вероятностью сосредоточиться на структурных / аналитических, а не на поверхностных компонентах фигур (Lem et al., 2014b). В нашем исследовании внимание к таким структурным особенностям будет включать рассмотрение перекрытия, созданного двумя расположенными рядом гистограммами. Напротив, те, у кого меньше статистической подготовки, могут иметь тенденцию сосредотачиваться на более поверхностных характеристиках фигур, таких как высота столбцов гистограмм.Стоит отметить, что даже несмотря на то, что в нашем опросе не было ограничений по времени, если какой-либо участник чувствовал себя разбитым или торопливым во время опроса, он мог быть более склонен рассматривать объекты на уровне поверхности. Соответственно, необходимы дополнительные исследования причин наблюдаемых эффектов взаимодействия.

Выводы

Представленные здесь результаты вместе с предыдущими выводами относительно интерпретации величин отношений и, что наиболее важно, контекста исследования, могут быть использованы для вынесения суждений относительно того, когда отношения становятся значимыми.Как отмечает Коэн (1988), интерпретация величины эффекта в окончательном анализе зависит от среды, в которой он внедрен. Соответственно, никакие руководящие принципы не могут заменить знания исследователя о своем исследовании. Чтобы представить это в перспективе, в настоящее время многие исследователи используют такую ​​информацию, как пороговые значения Коэна (1988), в сочетании с контекстом исследования, чтобы делать суждения о величине эффекта. Есть надежда, что результаты этого исследования также могут быть использованы исследователями для лучшего понимания величины эффекта.Эти стратегии уже реализуются в таких областях, как онкологические исследования, где графики стандартизированной величины эффекта, такие как лесные участки, используются для улучшения интерпретации результатов исследования (Bell et al., 2017).

Следует выделить несколько ограничений этого исследования. Во-первых, к различиям между статистически обученными и нетренированными участниками следует относиться с осторожностью, поскольку в статистически обученной группе было всего 54 участника, и поэтому оценки этих параметров не столь точны, как хотелось бы.Во-вторых, для участников с небольшим опытом или без опыта в статистике обучение в начале опроса могло быть недостаточным для уверенности в том, что им комфортно проходить опрос. Кроме того, было необходимо назначить участникам случайный ответ, когда у них были противоположные ответы между отрицательными и положительными направлениями относительно отношения между переменными X и Y для любого заданного ρ. Это позволило оценить пороговые значения для большего числа участников, но также означало, что иногда было невозможно учесть в расчетах точную схему реагирования каждого участника.Также стоит отметить, что неопытная выборка была получена из пула участников университета и не может быть репрезентативной для более широкого круга неопытных участников, таких как население в целом. Точно так же, хотя мы использовали количество статистических курсов, пройденных участниками, для измерения статистической подготовки, другие факторы, которые не были зарегистрированы, также могли повлиять на статистическую подготовку и опыт, такие как оценки, полученные на курсах, уровень курса и кредитная ценность курса.Наконец, мы исследовали только вопрос о том, что составляет значимую взаимосвязь в двухгруппах стандартизированной разницы средних и параметров двумерной корреляции. Надеемся, что дальнейшие исследования распространят эти результаты на другие популярные исследовательские проекты.

Подводя итог, можно сказать, что наше исследование предоставляет информацию, которая может использоваться наряду с контекстными факторами, чтобы помочь исследователям интерпретировать размеры эффекта или определять, что составляет наименьшую значимую ассоциацию (например, для установления границ при тестировании эквивалентности или проведении анализа мощности).

Что визуальное восприятие говорит нам о разуме и мозге

Абстракция

Недавние исследования зрительного восприятия начали обнаруживать связь между нейрональной активностью в мозгу и сознательным визуальным опытом. Транскраниальная магнитная стимуляция затылочной доли человека нарушает нормальное восприятие объектов, что позволяет предположить, что важные аспекты зрительного восприятия основаны на активности в ранних зрительных корковых областях. Записи, сделанные с помощью микроэлектродов на животных, предполагают, что восприятие легкости и глубины визуальных поверхностей развивается в результате вычислений, выполняемых во многих областях мозга.Активность в более ранних областях более тесно коррелирует с физическими свойствами объектов, тогда как нейроны в более поздних областях реагируют более похоже на визуальное восприятие.

Исследования в области нейробиологии, проведенные за последние 40 лет, показали, что в мозгу приматов существует примерно 30 различных визуальных областей, и что внутри этих областей существуют параллельные потоки обработки и отдельные модули (1, 2). Но как нейронная активность в различных областях связана с нашим сознательным зрительным восприятием? Как наш единый визуальный опыт может быть основан на нейронной активности, распределенной по отдельным потокам обработки в нескольких областях мозга? Ответы на эти вопросы имеют огромное значение для нашего понимания взаимоотношений между разумом и мозгом.В то время как более ранние новаторские работы были сосредоточены на разграничении зрительных областей в головном мозге и основных свойствах реакции нейронов, недавние исследования пытались выявить роли, которые различные области играют в восприятии, и степень, в которой существуют иерархии визуальных вычислений.

Считается, что осознанный визуальный опыт основан на активности зрительных областей коры головного мозга, которые получают информацию от сетчатки. Ранние корковые структуры организованы топографически по отношению к визуальному миру.Эту топографию можно использовать для исследования роли различных зрительных областей в восприятии. Например, активность нейронов в зрительной коре может быть локально заблокирована транскраниальной магнитной стимуляцией (ТМС), и можно оценить влияние на зрительное восприятие в соответствующей части поля зрения. Kamitani и Shimojo (3) кратко (40–80 мс) представили большую сетку для наблюдателей, и после задержки в 80–170 мс один импульс TMS был подан на затылочную долю. ТМС заставляла наблюдателей воспринимать дискообразное пятно однородного цвета в поле зрения на противоположной стороне от той стороны мозга, в которой была введена ТМС (скотома, индуцированная ТМС).Когда зрительный стимул представлял собой решетку, состоящую из параллельных линий, а не прямолинейную решетку, скотома искажалась и выглядела как эллипс с короткой осью вдоль контуров. Это контурно-зависимое искажение, по-видимому, отражает дальнодействующие взаимодействия между нейронами, избирательно реагирующими на сходные ориентации (4). Интересно, что цвет, воспринимаемый внутри скотомы, соответствовал цвету фона, который был представлен после сетки или решетки, а не до нее. Таким образом, кажется, что происходит обратное заполнение во времени, чтобы компенсировать локальную информацию, заблокированную TMS.Это всего лишь один пример из большого количества доказательств, предполагающих, что нейронная активность в ранней зрительной коре необходима для сознательного опыта восприятия, и что нейронные связи и взаимодействия на этих уровнях отражаются в содержании восприятия.

Восприятие на самом деле намного сложнее, чем простое топографическое представление визуального мира. Его основная цель — восстановить свойства внешних объектов — процесс, названный фон Гельмгольцем бессознательным выводом (5, 6).То, что мы видим, на самом деле больше, чем то, что отображается на сетчатке. Например, мы воспринимаем трехмерный мир, полный объектов, несмотря на то, что на каждой сетчатке имеется простое двухмерное изображение. Как правило, конкретное изображение на сетчатке глаза может соответствовать более чем одному объекту. Например, круглое пятно света на сетчатке может появиться в результате просмотра цилиндра на конце или круглого шара с любой точки зрения. Таким образом, восприятие неизбежно является процессом разрешения двусмысленности. Система восприятия обычно достигает наиболее правдоподобной глобальной интерпретации ввода сетчатки путем интеграции локальных сигналов , , как будет проиллюстрировано далее в случае восприятия легкости.

Черно-белые фотографии дают понять, что сама по себе легкость передает много информации. Восприятие легкости далеко от «попиксельного» представления уровня освещенности на сетчатке. На самом деле это сильно зависит от контекста. Таким образом, серый лист бумаги кажется темнее, если он окружен белым, чем черным (Рис. 1 A ). Хотя это отклонение восприятия легкости от физической реальности может показаться случаем ошибки восприятия, пространственные взаимодействия, лежащие в основе этого явления, могут иметь важное значение для восприятия.Мы воспринимаем поверхностную легкость как постоянную при удивительно больших изменениях окружающего освещения — это явление называется постоянством яркости. В этом примере, как и в других случаях постоянства восприятия, условия освещения и просмотра влияют на изображение объектов на сетчатке, и выполняется обширная пространственная интеграция и нормализация для восстановления постоянных атрибутов самих объектов.

Рисунок 1

( A ) Индукция легкости. Маленькие серые квадраты идентичны, но квадрат, окруженный черным, кажется светлее, чем квадрат, окруженный белым.( B ) Ответ нейрона V1 на стимул индукции легкости. Рецептное поле нейрона было сосредоточено на однородном сером квадрате. Яркость окружающей области модулировалась синусоидально. Реакция клетки была синхронизирована с модуляцией объемного звука и коррелировала с воспринимаемой легкостью центрального пятна, хотя ничего не изменилось в воспринимающем поле. [Воспроизведено с разрешения исх. 14 (Copyright 2001, Национальная академия наук).]

В какой точке зрительного пути от сетчатки ко многим кортикальным зрительным областям нейронная активность коррелирует с тем, что мы воспринимаем? В равной ли мере вносят вклад в восприятие нейроны сетчатки, первичной зрительной коры (V1) и корковых областей более высокого уровня? Или, наоборот, у восприятия есть определенный локус в головном мозге? Чтобы ответить на эти вопросы, Парадизо и его коллеги (7, 8) оценивают вычисления, которые нейроны выполняют в различных визуальных областях, и степень, в которой нейронные реакции коррелируют с физическими или перцептивными атрибутами объектов.Они обнаружили, что ответы нейронов сетчатки и зрительного таламуса зависят от уровня освещенности, но не коррелируют с воспринимаемой легкостью. Эти нейроны, по-видимому, в первую очередь кодируют информацию о расположении контуров в визуальной сцене. Только в V1 были обнаружены клетки, ответы которых коррелировали с воспринимаемой легкостью (рис. 1 B ). Они также обнаружили, что средний ответ нейронов в V1 постоянен. Таким образом, реакция нейронов относительно невосприимчива к изменениям общего освещения — свойство, без которого легкость не имела бы особой поведенческой ценности.Эти данные свидетельствуют о том, что информация о легкости сначала явно представлена ​​в зрительной коре и что ответы, коррелированные с визуальным восприятием, выстраиваются поэтапно во многих визуальных областях. Результаты в сочетании с выводами других лабораторий показывают, что ранняя визуальная обработка фокусируется на извлечении контуров объектов, вторичные этапы обработки связаны с вычислением яркости, а более поздняя обработка присваивает цвет объектам.

Как упоминалось ранее, перед зрительной системой стоит сложная задача понимания сложного трехмерного мира по двумерным изображениям на каждой сетчатке.Изображения объектов на расстоянии, отличном от плоскости фиксации, проецируются в разные относительные положения на двух сетчатках. Разница в относительном положении, называемая бинокулярным несоответствием, является важным сигналом для вычисления мозгом расстояния. Однако восприятие расстояния — это гораздо больше, чем интерпретация бинокулярного несоответствия. Рассмотрим изображение креста на сетчатке глаза с перекрещенными несоответствиями (несоответствиями, которые приводят к восприятию объектов ближе, чем плоскость фиксации), добавленным к концам горизонтальных плеч.Из-за различий вертикальные края горизонтальных плеч могут быть однозначно определены как более близкие к наблюдателю, тогда как глубина горизонтальных краев остается неоднозначной, поскольку нет фиксированного несоответствия между двумя изображениями сетчатки. Два разных трехмерных объекта одинаково соответствуют изображению на сетчатке глаза: горизонтальная полоса перед вертикальной полоской и крест с горизонтальными руками, наклоненными вперед. Однако люди и обезьяны почти всегда воспринимают первое (9, 10).Мозг выбирает одну интерпретацию среди возможных поверхностных структур.

Нижняя височная кора (ИТ) представляет собой заключительную стадию зрительного пути, имеющего решающее значение для распознавания объектов. ИТ-нейроны реагируют на форму, цвет или текстуру. Недавние исследования показывают, что многие ИТ-нейроны также передают информацию о неравенстве (11) и градиентах диспаратности (12). Эти результаты приводят к новому взгляду на то, что ИТ участвуют в некоторых аспектах восприятия глубины. Действительно, активность некоторых ИТ-нейронов кодирует информацию об относительном порядке глубины поверхностей, а не о локальных абсолютных признаках несоответствия стимула.Например, популяция ИТ-нейронов сильнее реагирует на горизонтальную полосу перед вертикальной полосой, чем на вертикальную полосу перед горизонтальной полосой, независимо от того, добавлены ли перекрещенные или непересекающиеся диспропорции (рис. 2). Другие клетки предпочитают другие структуры поверхности. Такое поведение ИТ-нейронов отличается от поведения избирательных по несоответствию нейронов V1, которые реагируют на локальное абсолютное несоответствие (13). Таким образом, путь от V1 к IT преобразует информацию о бинокулярном несоответствии, основанную на оптических характеристиках глаза, в релевантное для восприятия представление информации о структуре поверхности.

Рисунок 2

( A ) Воспринимаемая взаимосвязь между типом несоответствия и местоположением и порядком глубины поверхности. Ответы ИТ-нейронов на эти четыре стимула были протестированы, чтобы определить, коррелирует ли их активность с воспринимаемой структурой поверхности или с типом несоответствия.

Исследования восприятия легкости и восприятия глубины приводят к аналогичному выводу о взаимосвязи между активностью мозга и сознательным зрительным восприятием.Зрительное восприятие основано не на нейронной активности в одной особой области, а на прогрессивных вычислениях, распространяющихся на несколько областей мозга. В восприятии участвуют как ранние области, как в исследовании TMS, так и более поздние области, как в исследовании области информационных технологий. Визуальная система мастерски восстанавливает информацию об объектах в нашей среде, частично основываясь на процессах интеграции и нормализации, а частично на жестко запрограммированных вероятностях того, какие объекты с наибольшей вероятностью появятся в результате определенных изображений сетчатки.

Сноски

  • ↵ † Кому следует обращаться с запросами на перепечатку. Электронная почта: sshimo {at} cns.caltech.edu.

  • Этот документ представляет собой резюме сессии, представленной на третьем ежегодном симпозиуме «Японо-американские рубежи науки», состоявшемся 22–24 сентября 2000 г. в Центре Арнольда и Мейбл Бекман Национальной академии науки и инженерии в Ирвине, Калифорния.

Сокращения

ТМС,
транскраниальная магнитная стимуляция;
IT,
нижняя височная кора
  • Авторские права © 2001, Национальная академия наук

(PDF) Приобретение концепции и восприятие значения

КОНЦЕПЦИЯ ПРИОБРЕТЕНИЕ И ЗНАЧЕНИЕ

363

плодотворное стремление положительные эффекты возникают слишком легко.Необходимо ли

продолжать убеждать прагматиков в том, что значение определяется контекстом

? Кто-нибудь серьезно сомневается в том, что знание того, что означает

, более важно для адаптации, чем знание ощутимых функций

? Тот факт, что адаптивное поведение организмов отражает чувствительность

к динамическим инвариантам, которые Нельсон (1974) называет их функциональным значением

и которому Гибсон (1977) дает название «аффорданс», должно быть отправной точкой для

запрос, а не само помещение, требующее дальнейшей демонстрации

.С успехом можно оспаривать не то, отражает ли поведение

восприятие или знание реляционных инвариантов — оно действительно — а

, на основе какой эмпирической базы возникает эта чувствительность? И

, далее, можно ли описать процесс обучения с точностью и на уровне анализа

, который будет обобщать по различным предметным областям

? Чтобы ответить на эти вопросы, нужно исследовать когнитивные достижения высокого уровня на их собственных условиях.Для этого необходимо изучить области

, которые еще не были нанесены экспериментальными психологами, но

, которые могут быть уникальной областью педагогической психологии. Это рискованный бизнес

, но это также область, где потенциал для открытия и неожиданности

велик.

ССЫЛКИ

АНДЕРСОН, Дж. Р., Бауэр, Г. Х.

Человеческая ассоциативная память.

Вашингтон, Д.C .:

Winston, 1973.

ANDERSON, R.C., & ORTONY, A. О помещении яблок в бутылки — проблема многозначности.

Когнитивная психология, 1975, 7,

167-180.

БОЛЛЕС, Р. К. Обучение, мотивация и познание. В W. K. Estes (Ed.),

Справочник

обучающих и познавательных процессов.

Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум, 1975. Vol. I.

BOURNE, L.E., JR.

Концептуальное поведение человека.

Boston: Allyn & Bacon, 1966.

BOURNE, L.E., JR., EKSTRAND, B.E., & DOMINOWSKI,

R.

L.

Психология мышления.

Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл. 1971.

BRANSFORD, J. D. & MCCARRELL, N. Очерк когнитивного подхода к пониманию:

Некоторые мысли о понимании того, что значит понимать. В В. Б. Веймер и

Д. С. Палермо (ред.),

Познание и символические процессы.

Hillsdale, N.J .: Lawrence

Erlbaum, 1974.

BRUNER, J.

S.,

GOODNOW, J. J.,

&

AUSTIN,

G.A. Исследование мышления. New

York: Wiley,

1956.

CASSIRER, E.

[Вещество и функция / теория относительности Эйнштейна

из

]

(W.C. Swaby &

M.С. Сваби, пер.) Нью-Йорк: Довер, 1953. (Первоначально опубликовано, 1923 г.)

ЧЕЙЗ, У. Г. и САЙМОН, Х. А. Взгляд разума в шахматах. В W. G. Chase (Ed.),

Visual

обработки информации.

Нью-Йорк: Academic Press, 1973.

ЧОМСКИ Н. Вербальное поведение (обзор книги Скиннера). Язык, 1959, 35, 26-58.

КЛАРК, Д.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.