Принцип не навреди – Не навреди — Википедия

Принцип «Не навреди» и Этический кодекс практического психолога

Принцип "Не навреди" был предложен Гиппократом для работы врача.

Понятно, что для военоначальника (а также повара, художника и других специалистов, далеких от медицинской деятельности) с учетом специфики их деятельности и требований к ним первоприоритетными оказываются уже другие принципы: военоначальник должен быть эффективным и побеждать, повар должен готовить сытно и вкусно, художник творить прекрасное...

Так же и в деятельности практического психолога принцип "Не навреди" может иметь разный приоритет в зависимости от того, близка ли его деятельности к медицине либо имеет другой характер. Психолог не обязательно кого-нибудь лечит, психолог совсем не обязательно психотерапевт (несмотря на распространенные мифы), характер его деятельности куда как более разнообразен.

Практический психолог, разрабатывающий рекомендации по повышению эффективности рекламы на выставке, в контексте своей деятельности и стоящих перед ним задач напрямую с принципом "Не навреди" не пересекается. Этику никто не отменял, но в его этическом кодексе в связи с характером его работы могут быть актуальными принципы "Добросовестность рекламы" и "Честность во взаимоотношениях с заказчиком".

В таких случаях принцип "Не навреди" уходит с видимого первого места, но обязательность его соблюдения остается при любых обстоятельствах.

Обязательность принципа "Не навреди"

Принцип "Не навреди" - естественная основа работы члена Ассоциации.

Члены Ассоциации работают только с психически здоровыми людьми, по крайней мере с людьми без выраженной психопатологии. Если налицо признаки, дающие основания заподозрить наличие у участника тренинга психического расстройства, такой участник не может быть допущен к психологической работе без разрешения психиатра. Если родители приводят на тренинг своего ребенка с возможным нарушением психического статуса, основанием для допуска к психологической работе может быть только справка от психиатра.

Любые действия, процессы и влияния членов Ассоциации, в которых можно спрогнозировать вероятное нарушение психического статуса либо иного вреда для здоровья участников тренинга, недопустимы.

Варианты прочтения принципа "Не навреди"

Принцип "Не навреди" обязательно присутствует в этическом кодексе практического психолога, какой бы деятельностью он ни занимался, но в зависимости от специфики контингента и характера деятельности психолога он может иметь разное прочтение.

Можно ли поднимать груз весом 20 кг? Спортсмену естественным образом можно, это для него не нагрузка и ему не навредит. Девочке-подростку, если только она не из школы Олимпийского резерва, скорее всего, такая нагрузка очень нежелательно и опасно, ее организм к таким нагрузкам не готов и не приспособлен.

В случае психотерапевтической работы с пациентами, находящимися в трудной жизненной ситуации и переживающими серьезные проблемы, любые нагрузки должны быть максимально щадящими. Эта ситуация актуальна, например, для членов Российского Психологического общества и отражена в его Этическом кодексе. Смотри Этический кодекс Российского Психологического Общества

В случае работы по развитию личности с психологически взрослыми и душевно здоровыми людьми, находяшимися в высоком эмоциональном тоне, нагрузки могут быть больше.

Участники тренинга уже не боятся, что им навредят, но им будет очень жалко дорогого для них времени, если они просидят на тренинге в полной безопасности и уйдут с тренинги ни с чем. Люди приходят на тренинг за работой и за нагрузкой. Они готовы к трудностями, от травм защищены и травм не боятся, им нужна энергичная учеба.

Однако, конечная ответственность для сохранность психического статуса участников тренинга лежит все равно на тренере.

Эта ситуация актуальна для членов Международной Ассоциации профессионалов развития личности и отражена в его Этическом кодексе. Смотри Этический кодекс Международной Ассоциации профессионалов развития личности

www.psychologos.ru

Не навреди — Википедия. Что такое Не навреди

«Не навреди», или primum non nocere (дословно: «прежде всего — ») — старейший принцип медицинской этики, обычно приписываемый Гиппократу.

История возникновения

Хотя принцип обычно приписывается Гиппократу, в дословном виде Клятва Гиппократа этой фразы не содержит. В оригинальной клятве говорится «

Я направлю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости» (греч. ἐπὶ δηλήσει δὲ καὶ ἀδικίῃ εἴρξειν), причём эти слова не являются основным мотивом клятвы, в которой на первое место поставлены обязательства по отношению к своему учителю[1].

Близкое к primum non nocere утверждение содержится в книге «Эпидемии», входящей в Гиппократов сборник[en]: «Врач должен иметь … два специальных объекта рассмотрения, касающихся болезни, а именно делать добро, не наносить вреда» (Книга. I, Секция 11, греч. ἀσκέειν, περὶ τὰ νουσήματα, δύο, ὠφελέειν, ἢ μὴ βλάπτειν).

Как утверждает профессор Университета Наварры, в англоамериканскую медицинскую культуру принцип Primum non nocere ввёл в 1847 году Ворингтон Хукер[en] в книге «Physician and Patient» (с англ. — «Врач и пациент»). Хукер ссылается на парижского медика Огюста Франсуа Шомеля[en] (1788—1858), преемника Лаэннека на кафедре внутренней медицины Парижского факультета, однако данный принцип был, предположительно, частью устного учения Шомеля и не зафиксирован в его трудах

[2].

Тем не менее и Хукер не использовал традиционную латинскую фразу дословно. Подробное исследование истоков афоризма сделал клинический фармаколог Седрик М. Смит в выпуске The Journal of Clinical Pharmacology[en] в апреле 2005 года[3]. Самое раннее точное вхождение, которое смог тот отыскать, — в книге Томаса Инмана[en] 1860 года Foundation for a New Theory and Practice of Medicine (с англ. — «Основания новой теории и практики медицины»), где автор приписывает его Томасу Сиденгаму (1624—1689)[4]. В начале XX века это выражение входит в общее употребление, в том числе вне контекста медицины.

Место принципа в медицинской этике

«Не навреди» — первый из четырёх принципов биоэтики, предложенных известными американскими специалистами Томом Бичампом[en] и Джеймсом Чилдрессом[en] в их неоднократно переиздававшейся книге «Принципы биомедицинской этики». В число этих принципов входят принцип «не навреди», принцип «делай благо», принцип уважения автономии пациента и принцип

справедливости (который в медицинской этике касается прежде всего справедливого распределения направленных на лечение ресурсов)[5][6]. Поскольку оказание медицинской помощи может быть связано с некоторым риском, или просто чревато выполнением некоторых неприятных, болезненных процедур, этот принцип следует понимать в том смысле, что исходящий от врача вред должен быть только объективно неизбежным и минимальным. Следуя этому принципу, врач нередко оказывается в ситуации морального выбора[1]. Е. М. Тареев даже высказал по этому поводу мысль, что «Старое правило primum ne noceas отступает перед требованием современного принципа хорошо рассчитанного риска»[7][8].

Действие принципа «не навреди» не ограничивается только медициной, его часто считают основой любой морали. В качестве принципа медицинской этики он тесно связан с другим принципом — «делай благо», нередко их объединяют в единый принцип. Принцип «делай благо» говорит не просто об избежания вреда, но и о необходимости активных действий по его предотвращению и/или исправлению. При этом клятва Гиппократа, говорящая о том, что врач «направляет режим больных к их выгоде» в соответствии со

своими «силами и … разумением» предполагает отношение врача к пациенту с позиций патернализма, когда врач сам определяет, что является благом для пациента[9]. В современной медицинской этике патернализм ограничен принципом уважения личности, автономии пациента[10].

С принципом «не навреди» тесно связано сохранение врачебной тайны, поскольку её разглашение может нанести вред чести, достоинству, душевному спокойствию и благополучию пациента[8]. Однако в ряде случаев врач может, или даже обязан раскрывать информацию о пациенте определённому кругу лиц, когда речь идёт о предотвращении опасности другим людям (например, посредством заражения)[1]. Принцип «не навреди» может вступить в противоречие с принципом уважения пациента, когда речь идёт об информировании безнадёжно больного о его диагнозе[11].

Примечания

  1. 1 2 3 Юдин, 1998, I. Принципы и правила биоэтики. Принципы биоэтики. Б. Г. Юдин § Принцип «не навреди».
  2. ↑ «The origin of primum non nocereBMJ
    electronic responses and commentary, 1 September 2002.
  3. Smith, C. M. (2005). «Origin and Uses of Primum Non Nocere — Above All, Do No Harm!». The Journal of Clinical Pharmacology 45 (4): 371–377. DOI:10.1177/0091270004273680.
  4. Inman, Thomas (1860). «Book review of Foundation for a New Theory and Practice of Medicine». The American Journal of the Medical Sciences (Blanchard and Lea) XL: 450–458.
  5. Tom L. Beauchamp, James F. Childress. Principles of Biomedical Ethics. — Oxford University Press, 2001-01-01. — 470 с. — ISBN 9780195143317.
  6. ↑ Юдин, 1998, I. Принципы и правила биоэтики. Принципы биоэтики. Б. Г. Юдин.
  7. Тареев Е. М. Проблема ятрогенных болезней // Терапевтический архив. — 1978. — № 1.
  8. 1 2 Юдин, 1998, История медицинской этики и медико-биологических экспериментов на человеке и животных. А. Я. Иванюшкин.
  9. ↑ Юдин, 1998, I. Принципы и правила биоэтики. Принципы биоэтики. Б. Г. Юдин § Принцип «делай благо».
  10. ↑ Юдин, 1998, I. Принципы и правила биоэтики. Принципы биоэтики.
    Б. Г. Юдин
    § Принцип уважения автономии пациента.
  11. ↑ Юдин, 1998, I. Принципы и правила биоэтики. Принципы биоэтики. Б. Г. Юдин § Принцип уважения автономии пациента.

Литература

wiki.sc

Не навреди - Психологос

Принцип "Не навреди", хотя и не содержится дословно в Клятве Гиппократа, но является ее базой и стал естественной базой для работы врачей и психологов, работающих в близких к медицине сферах.

В разное время принцип "Не навреди" имел разную трактовку. Например,

Вплоть до XVII века хирургия была делом не врачей, а цирюльников. Невежественные и грубые, цирюльники применяли к пациентам методы лечения, больше похожие на пытки, слепо копируя приемы, применявшиеся их «учителями». Врачи, буквально соблюдая правило «Не навреди», были слишком «этичными», чтобы «резать», поэтому, по идее, они не должны были даже смотреть на работу «хирургов» - цирюльников. И все же операция, если она выполнялась по правилам, проводилась под руководством ученого доктора, который сидел за кафедрой и громко вслух зачитывал указания «хирургу» - цирюльнику. Посколько доктор пользовался классической латынью, малограмотный цирюльник не понимал ни слова. Понятно, что, если пациент умирал, вина возлагалась на варвара-хирурга, а если выживал, то плоды успеха пожинал доктор-специалист. При любом исходе событий врач получал также львиную долю гонорара...

Понятно, что со временем ситуация была поправлена. Хирург имеет право и обязан повреждать кожные покровы больного, если это необходимо для сохранения его жизни.

Принцип "Не навреди" и Этический кодекс практического психолога

Принцип "Не навреди" обязательно присутствует в любом этическом кодексе практического психолога, но в зависимости от специфики контингента и характера деятельности психолога он может иметь разное прочтение. Смотри Принцип "Не навреди" и Этический кодекс практического психолога

В случае психотерапевтической работы с пациентами, находящимися в трудной жизненной ситуации и переживающими серьезные проблемы. принцип "не навреди" имеет первостепенное значение и должен соблюдаться максимально строго.

В случае работы по развитию личности с психологически взрослыми и душевно здоровыми людьми, находяшимися в высоком эмоциональном тоне, принцип "не навреди" менее актуален и уступает место другим задачам, более важным для участников тренинга.

Участники тренинга уже не боятся, что им навредят, но им будет очень жалко дорогого для них времени, если они просидят на тренинге в полной безопасности и уйдут с тренинги ни с чем. Люди приходят на тренинг за работой и за нагрузкой. Они готовы к трудностями, от травм защищены и травм не боятся, им нужна энергичная учеба.

Принцип "Не навреди" и квалификационные значки тренинга

Система квалификационных значков, если и не полностью реализует принцип «не навреди», то существенно снижает риск психологических травм у неподготовленных участников. Смотри Квалификационные значки тренинга

www.psychologos.ru

Главный принцип  — ​не навреди

А если говорить об «Изотопе»?
С целью повышения рентабельности изотопного бизнеса мы участвуем совместно с остальными предприятиями в отраслевой программе, которая называется «Сквозная себестоимость».

В рамках этой программы мы пытаемся просчитать себестоимость на всех участках: от наработки изотопа до его реализации. Это позволит нам понять, как увеличить рентабельность изотопного бизнеса.

Каково, на ваш взгляд, справедливое распределение прибыли между производителем и дистрибьютором?
Я бы предпочла говорить не только и не столько о справедливом распределении прибыли, сколько о формировании прибыли всего изотопного комплекса в целом. Для него целесообразно направлять прибыль прежде всего на развитие собственных мощностей и компетенций.

У «Изотопа» очень гибкий подход. Мы не стремимся стать центром прибыли, мы стремимся создать правильный баланс между производителем и потребителем, чтобы не навредить ни тому, ни другому. Если мы будем завышать цены, то можем потерять потребителей. А если будем занижать закупочные цены, то навредим производителю. Поэтому, повторюсь, в этом вопросе нужен баланс.

Формирование прибыли — это совместный труд. Недавно мы вошли в состав Rusatom Healthcare, поэтому теперь будем рассматривать весь российский изотопный комплекс уже в рамках нашего большого бизнеса.

Как у «Изотопа» складываются отношения с предприятиями-дивизионами? Есть ли какие-то сложности? Как вы их преодолеваете?
В период работы в компании Rusatom Overseas я курировала изотопный бизнес и контролировала деятельность «Изотопа». На определенном этапе стало понятно, что у «Изотопа» есть все предпосылки для того, чтобы стать самостоятельной компанией, которая сможет объединить предприятия, производящие изотопную продукцию.

Поэтому в 2015 году мы вышли с инициативой развития изотопного комплекса и создания компании-интегратора. Сергей Владиленович Кириенко — на тот момент генеральный директор Росатома — идею поддержал. Когда мы стали единым поставщиком российских изотопов, естественно, первое время отношения с предприятиями складывались не гладко. Нашу роль немногие понимали. Предприятия считали, что они сами умеют продавать.

Помните закон Мерфи, который гласит, что под давлением все ухудшается? Нашей главной задачей стало не давить на предприятия, не заставлять их через какие-то административные ресурсы подчиняться нашим регламентам, а показать, чтó мы можем привнести. На самом деле это долгосрочная задача, она требует постоянного контроля, координации и совершенствования. С каждым предприятием у нас своя специфика взаимодействия.

А примеры можете привести? С НИФХИ им. Л. Я. Карпова, наверное, гладко все складывается?
Да, как и с остальными предприятиями. У нас сложились хорошие отношения с большинством производителей.

Мы пытаемся привнести в их бизнес дополнительные преимущества, они это видят и ценят наши старания. Причем мы всегда открыты, не скрываем, как и с кем работаем. Мы исключаем посредников, добиваемся повышения цен — понятно, что все это только на пользу предприятиям. Более того, мы формируем заказы, информируем о состоянии и трендах рынка. В нашей команде работают прекрасные маркетологи, мы проводим множество исследований по обращениям предприятий.

Но есть и сложности? С «Маяком», например, как удается выстроить взаимодействие?
ПО «Маяк» — предприятие серьезное, со своей спецификой: относится к ЯОК, при этом имеет форму ФГУП. Эта форма собственности накладывает свой отпечаток. У нас подписано долгосрочное соглашение по 60Со.

По всем остальным изотопам с ними работает наша дочерняя компания RAIMS Ltd., которая зарегистрирована в Великобритании. При этом, что касается продвижения продукции, — считаю, что «Маяку» не в чем нас упрекнуть. Мы вывели на рынок источники 60Со их дизайна, а это было непросто. Кроме того, сейчас мы вместе активно работаем над стратегией по кобальту.

Так что отношения становятся все более конструктивными, и это понятно — у нас одна цель. И мы должны быть единой командой, чтобы ее достигнуть.

Сейчас, когда они стали продавать источники кобальта, у них и маржа тоже выросла?
Собственно говоря, они их и продавали, вернее, производили, просто дизайн был английский. По кобальту «Маяк» раньше работал через российско-английское СП Reviss Services Ltd., которое владело дизайном.

На наш взгляд, были большие потери для российской стороны из-за такой схемы продаж. Сейчас продаютcя источники российского дизайна — ГИК-А6, их все знают, знают производителя.

Вы можете выделить какой-то дивизион или предприятие с особенно конструктивным подходом?
Не хотелось бы никого ни выделять, ни обижать. Мы работаем с компаниями пяти дивизионов. Это 13 предприятий. Со всеми удалось наладить конструктивное взаимодействие. Конечно, было непросто. Ведь мы не дивизион, нам приходится работать с коллегами «по горизонтали».

На мой взгляд, наша работа способствует укреплению междивизиональных связей в отрасли. Не секрет, что в Росатоме целый ряд предприятий выпускает одну и ту же продукцию. Конечно, каждый хочет заработать. Мы выступаем арбитром, который на основании понятных правил определяет, где лучше производить тот или иной продукт.

«Росэнергоатом» начал производить 60Со.
Это кобальт другой удельной активности. Принято выделять три вида 60Со, в зависимости от его удельной активности.

Первый вид — высокоактивный, или так называемый медицинский кобальт, источники на основе которого используются в гамма-терапевтических аппаратах и гамма-ножах.
Второй — промышленный кобальт, который сегодня производит «Маяк». Источники с промышленным 60Со используются в центрах облучения.

Третий — это кобальт низкой удельной активности, который нарабатывает «Росэнергоатом» на реакторах РБМК. Сегодня его наработка организована на Ленинградской АЭС, и уже принято решение о расширении этого производства на Смоленскую и Курскую АЭС.

Кобальт низкой удельной активности смешивают с высокоактивным материалом и используют для производства промышленных источников. Поскольку сегодня в России отсутствует возможность смешивать этот материал, мы поставляем его за границу.

Получается, конкурируете сами с собой?
Нет, это не так. Сегодня на рынке два глобальных игрока: госкорпорация «Росатом» и ее конкурент-партнер — канадская компания Nordion, а также ряд региональных игроков. Мы вместе занимаем 88% рынка. Будучи конкурентами, одновременно являемся союзниками, поэтому оба заинтересованы в сохранении и развитии этого рынка.

Как вы оцениваете нормативную базу в вашей сфере в России и в мире? Какие тренды можете выделить? И как развитие нормативной базы и стандартов влияет на ваш бизнес? Участвуете ли вы в создании стандартов?
Дело в том, что вся деятельность, которая связана с оборотом радиоизотопной продукции, находится под особым контролем органов власти. Здесь очень много жестких нормативных документов в связи с тем, что радиоактивные изотопы потенциально опасны.

На наш взгляд, в России нормативно-правовая база излишне формализована, в отличие от западной. Иногда наши процедуры чересчур обременительны. Например, зачастую перевозчикам легче отказаться от сотрудничества, чем проходить дополнительные долгосрочные процедуры регистрации, лицензирования, многочисленных проверок.

На мой взгляд, необходимо привести федеральные нормы и правила в соответствие с современными требованиями. Например, есть нестыковки между отдельными нормативными актами. Закон «Об обращении с РАО» усложнил процесс передачи отработанных источников на утилизацию. Этот вопрос очень важен, потому что он сопутствует бизнесу.

«Изотоп» — многофункциональная и многопрофильная компания. Мы не только дистрибьюторы, занимающиеся продажами, маркетингом и продвижением. Мы еще и перевозчики, у нас собственная логистическая служба, а также парк спецавтотранспорта, который позволяет перевозить опасные грузы VII класса. Также «Изотоп» владеет базой в Старой Купавне, где мы осуществляем перезарядку источников, их хранение, там же расположен склад фармпродукции.

Кроме того, в нашей структуре есть департамент ядерной и радиационной безопасности, который осуществляет программу снижения радиологической угрозы: мы собираем РИТЭГи советского производства, занимаемся их разборкой и отправляем на утилизацию.

Как «Изотоп» видит свою роль в реализации трех стратегических целей «Росатома»? С ростом продаж на международном рынке все более или менее понятно, а как насчет новых бизнесов и эффективности?
Мы с вами уже всех этих тем отчасти коснулись. Что касается новых бизнесов, то весь бизнес изотопного комплекса можно отнести к таковым.

И Rusatom Healthcare будет в числе прочего заниматься его продвижением: это и строительство собственных центров облучения, где используется изотопная продукция, и организация радиофармпроизводств, и создание альянсов с ведущими игроками рынка. Все это абсолютно новые бизнесы, которые мы намерены развивать вместе.

А что касается третьей задачи — снижения затрат и сокращения сроков протекания процессов, — то эту работу мы ведем на регулярной основе, в том числе по программе «Сквозная себестоимость».

atomicexpert.com

Принцип «Не навреди!»

[Всего голосов: 0    Средний: 0/5]

Sharing is caring!

Из корня зла добра не извлекают

Процесс эволюции относится к расширению сознания. Это не предложение: выйти из всех своих наваждений и развеять их, заодно отказавшись от принципа «Не навреди!» Непричинение вреда — прямая необходимость для всех людей, посвященные они или нет. Она не имеет никакого отношения к Посвящению. Не причинять вреда требует здравый смысл, потому что каждая мысль, каждое действие приводит в движение причину или причины. Последствия, проистекающие из этих причин, меняют наши жизни к лучшему или к худшему. Отсюда вы видите, что стараться не причинить вреда абсолютно необходимо. Это не есть некая особая способность, которую могут продемонстрировать только посвященные.

Некоторые из самых безвредных людей в мире находятся гораздо ниже первого Посвящения, в то время, как многие более вредоносные люди приняли первое или следующие Посвящения. Гитлер принял два Посвящения, мы не назовем его безвредным. Сталин принял два Посвящения. Фанатики не безвредны. Фанатизм не безобиден. Он чрезвычайно вреден, потому что сопротивляется эволюции, ведущей к синтезу, к единству.

Все, что направлено против единства, есть зло, вред, потому что питает разобщенность — самый большой обман в нашей жизни. Это великая иллюзия, что мы разобщены. Иллюзии разобщенности, сепаратизма, порожденные фанатизмом, гневом, страхом, — создают неправильные условия, которые мы должны преодолеть. Поэтому мы обязаны постоянно учиться не причинять вреда. Умение не причинять вреда не появляется автоматически, вместе с Посвящением. Посвящение есть результат завоевания власти над телом — власти, фактически над жизнями дэвов, деятельность которых формирует тела, будь то физическое, эмоциональное или умственное.

Путь эволюции — это последовательные ступени роста сознания. Каждое принятое Посвящение увеличивает способность контролировать свои тела, потому что каждое Посвящение есть результат концентрации энергии Жезла Посвящения в чакрах человека. Это пробуждает спящие чакры и центры мозга. Мы должны своими усилиями стать посвященными до того, как мы примем Посвящение. Наши чакры, все наше тело, уже должны вибрировать на такой высокой частоте, чтобы они смогли выдержать приток энергии от Жезла Посвящения. Если это не так, мы не сможем принять Посвящения. Вот почему Господь Мира должен дать свое согласие на то, что Посвящение может состояться (потому что если бы мы были не готовы, то мы бы скончались). В буквальном смысле. Посвящаемый был бы убит излиянием колоссальной огненной энергии от Жезла Посвящения. Это верно для первого, второго, третьего и более высоких Посвящений. Посвящаемый должен быть уже посвященным. То, что происходит во время церемонии Посвящения, само по себе состоит в том, что энергия от Жезла Посвящения сосредоточивается на посвящаемом и пробуждает чакры, до этого спавшие. Так что, если хотите, Посвящение дарует своего рода последний толчок тому процессу, который уже давно происходил. Это своего рода церемониальное завершающее действие в процессе, которому ученик посвящал себя на протяжении всей этой жизни и нескольких предыдущих жизней. Это процесс Посвящения себя.

Люди представляют себе, что Мастера Мудрости приводят нас к Посвящению. На самом деле Они не делают этого. Отношения между учеником и Мастером, я думаю, совершенно не такие, как представляют себе люди на основе прочтения различных книг, написанных теми, кто мало знает об этих отношениях, кто не испытал их, а сам только читал о них в каком- либо руководстве. Посвящение — это всегда Посвящение самого себя. Это вы сами, воплощенная Душа, приводите нужную личность к Посвящению. То есть аспект сознания, приходящий из Души, должен проделать такую работу в течение физической жизни, которая приведет к Посвящению. А значит, реакция личности на Душу должна быть достаточно отзывчивой. Такая отзывчивость появляется благодаря отстранению себя от своей личности. Этого невозможно добиться, стараясь быть хорошим, добродетельным или, наоборот, порочным. Этого можно добиться, стремясь только к одному — стать самосознательным. Посвящение и процесс развития относятся к самосознанию, растущему осведомленному пониманию того, что может быть. Дэвы развиваются благодаря растущей осведомленности о том, что есть сейчас, что есть реальность именно в это мгновение. Наш путь — через постепенное расширение своего осмысленного понимания того, что потенциально может быть. Это как раз то, что Душа сообщает нам постоянно. Принцип Души настолько выше, по сравнению с человеческим умом, человеческой способностью реагировать, что Душа часто посылает разуму видение, которое может его вдохновить. Вдохновение одаривает нас знанием о возможности существования чего-то гораздо более высокого, чем то, что нам известно в настоящий момент.

Для дэвов цель развития — переживать жизнь такой, как она есть в данный конкретный момент, только то, что происходит сейчас. Человеческий путь труднее, потому что мы имеем дело с непознанным; мы должны интуитивно прозревать. Мы это делаем, потому что у нас есть интуиция, а у нас есть интуиция, потому что мы — воплощенные Души. Интуиция — это естественная часть нашего оснащения. Конечно, большая или меньшая ее развитость зависит от нашей стадии эволюции и, до некоторой степени, от нашей лучевой структуры. Некоторые лучи: 2-й, 4-й, 6-й — склонны к более интуитивному подходу, потому что они больше обращены к Душе, чем лучи ряда 1-3- 5-7. Интуиция приходит из Души. Буддхи, или интуитивное знание, есть прямое знание: непосредственное знание, без необходимости думать о нем. Этот приток буддхи происходит постепенно, по мере того, как человеческое существо все больше вдохновляется тем, что выше уже известного человечеству.

Цель книг учения

Цель таких книг, как книги Алисы Бейли или учения «Агни Йога», состоит не только в том, чтобы послужить академическими учебниками по взаимосвязям и структурам, которые многим людям очень трудно понять и запомнить (хотя знать их — важно). Мастер ДК книгами Алисы Бейли пытается пробудить интуицию. Он старается донести до наших умов те идеи, что над нами как Душами есть сферы бытия, знания, понимания, которых мы пока еще не осознаем. С помощью этих идей Мастер ДК старается пробудить нашу интуицию, наше вдохновение, дар нашего стремления к идеалу. И эти идеи действительно вдохновляют нас.

В процессе развития побуждается стремление к более высоким уровням понимания. Если мы оглянемся назад, на другие стадии своего Просвещения, мы увидим, что именно это и происходит. После того, как мы прочли много произведений Мастера ДК, нас наполнило чувство просветления. Мы внутренне выросли. Стало, в полном смысле слова, больше света, расширился окружающий мир, шире стала космическая перспектива. Мы осознали, что в космосе существует гораздо больше возможностей, в том числе — для нас как части космоса. Прежде всего, применяя нижний [конкретный] ум, мы сложили все эти явления вместе. Мы обдумали их с помощью чистого [абстрактного] разума. Именно тем путем, каким они были написаны, на основе указанного ДК факта, что нижний ум на самом деле не может это ухватить и осмыслить. Он призывал к интуиции. Путь общения между Душами — интуиция. Она просветляет, и мы внезапно осознаем то, чего раньше никак не могли понять.

Сознание растет стремлением к тому, что находится за его пределами. Но мы слишком ленивы. Это трудный путь, вот почему путь эволюции долгий, медленный, требующий напряжения. Путь вперед — поистине путь самоотречения. Самоотречение — синоним отстраненности. Майтрейя применяет слово «отстраненность». Я еще ни разу не заметил, чтобы Он применял слово «отречение», всегда только «отстраненность». Но это одно и то же. Путь эволюции есть путь отречения, путь отстранения себя от смертной личности. Сам процесс, метод отречения — отстраненность. Как мы развиваемся? Какова подлинная сущность пути? Мы не можем просто сидеть и внушать самому себе: «Сегодня я собираюсь победить эмоциональное тело. Я собираюсь продемонстрировать свою власть над умственным телом. Как мне это сделать? Ах да, дэвы! Я должен подчинить дэвов! Где моя плетка?» В прежние времена так и поступали. Добропорядочные семьянины, христиане, во время каждого поста доставали свои плети и маршировали через город, хлеща ими сами себя. То, что они на самом деле пытались сделать — это подчинить своей воле физических элементалов. Мало кто из них знал, что всякий раз, как они поражают одного элементала, на его месте вырастают два новых! Существует более быстрый путь, путь отстраненности.

Sharing is caring!

selfpickup.ru

Модель Гиппократа и принцип «не навреди» — Мегаобучалка

Исторически первой формой врачебной этики были моральные принципы врачевания Гиппократа (460-377 гг. до н. э.), изложенные им в «Клятве», а также в книгах «О законе», «О врачах» и др. Гиппократа называют «отцом медицины». Эта характеристика не случайна. Она фиксирует рождение профессиональной врачебной этики. В древних культурах — вавилонской, египетской, иудейской, персидской, индийской, греческой — способность человека врачевать свидетельствовала о его божественной избранности и определяла элитное, как правило, жреческое положение в обществе. Например, первые вавилонские врачи были жрецами, и основными средствами лечения были религиозные обряды и магия. Первый египетский целитель Имхотеп (около 2850 г. до н. э.) — жрец, который в последствии был обожествлен, и храм в его честь в Мемфисе был одновременно и госпиталем, и медицинской школой. Медицинская практика была исключительным правом магов Персии и рахманов Древней Индии. Исследователи предполагают, что отец Гиппократа был одним из жрецов Асклепия — бога медицины в древнегреческой цивилизации. Становление греческой светской медицины было связано не только с влиянием рационального знания и накоплением опыта врачевания, но и с принципами демократической жизни городов-государств Древней Греции. Освященные и необсуждаемые права врачующих жрецов постепенно, но неизбежно сменялись моральными профессиональными гарантиями и обязательствами лекарей перед пациентами. Так, в Клятве Гиппократа были впервые сформулированы и выписаны основные обязанности врача перед больными, перед своими коллегами по ремеслу. Гиппократ писал: «Клянусь Апполоном-врачом, Асклепием, Гигией, и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: считать научившего меня врачебному искусству наравне с родителями делиться с ним достатками и в случае надобности помогать ему в его нуждах; его потомство считать своими братьями; и это искусство, если они захотят его изучать, преподавать им безвозмездно и без всякого договора; наставления, устные уроки и все остальное в учении сообщать своим сыновьям, сыновьям своего учителя и ученикам, связанным обязательством и клятвой по закону медицинскому, но никакому другому. Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла; точно так же я не вручу никакой женщине абортивного пессария. Чисто и непорочно буду проводить я свою жизнь и свое искусство. Я ни в коем случае не буду делать сечения у страдающих каменной болезнью, предоставив это людям, занимающимся этим делом. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далек от всего намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободны ми и рабами. Что бы при лечении — а также и без лечения — я ни увидел или ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует когда-либо разглашать, я умолчу о том, считая подобные вещи тайной»20. Практическое отношение врача к больному и здоровому человеку, изначально ориентированное на заботу, помощь, поддержку, безусловно, является основной чертой профессиональной врачебной этики. То, что впоследствии в христианской морали станет идеальной нормой отношения человека к человеку — «люби ближнего своего, как самого себя», «любите врагов ваших» (Мф.5,44) — в профессиональной врачебной этике является реальным критерием и для выбора профессии, и для определения меры врачебного искусства. Нормы и принципы поведения врача, определенные Гиппократом, являются не просто отражением специфических отношений в конкретно-исторической эпохе. Они наполнены содержанием, обусловленным целями и задачами врачевания, независимо от места и времени их реализации. В силу этого, несколько изменяясь, они работают и сегодня, приобретая в том или ином этическом документе, будь то «Декларация», «Присяга» и т.п., свой стиль, особую форму выражения. Примером документа, созданного в границах «модели Гиппократа», является «Клятва российского врача», принятая 4-й Конференцией Ассоциации врачей России в ноябре 1994 г.: «Добровольно вступая в медицинское сообщество, я торжественно клянусь и даю письменное обязательство посвятить себя служению жизни других людей, всеми профессиональными средствами стремясь продлить ее и сделать лучше; здоровье моего пациента всегда будет для меня высшей наградой. Клянусь постоянно совершенствовать мои медицинские познания и врачебное мастерство, отдать все знания и силы охране здоровья человека, и ни при каких обстоятельствах я не только не использую сам, но и никому не позволю использовать их в ущерб нормам гуманности. Я клянусь, что никогда не позволю соображениям личного, религиозно го, национального, расового, этнического, политического, экономического, социального и иного немедицинского характера встать между мною и моим пациентом. Клянусь безотлагательно оказывать неотложную медицинскую помощь любому, кто в ней нуждается, внимательно, заботливо, уважительно и беспристрастно относиться к своим пациентам, хранить секреты доверившихся мне людей даже после их смерти, обращаться, если этого требуют интересы врачевания, за советом к коллегам и самому никогда не отказывать им ни в совете, ни в бескорыстной помощи, беречь и развивать благородные традиции медицинского сообщества, на всю жизнь сохранить благодарность и уважение к тем, кто научил меня врачебному искусству. Я обязуюсь во всех своих действиях руководствоваться этическим кодексом российского врача, этическими требованиями моей ассоциации, а также международными нормами профессиональной этики, исключая не признаваемое Ассоциацией врачей России положение о допустимости пассивной эвтаназии. Я даю эту клятву свободно и искренне. Я исполню врачебный долг по совести и с достоинством»21. В 1999 году Государственная Дума РФ приняла текст «Клятвы врача», который составляет статью 60-ю Закона «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан»: «1. Лица, окончившие высшие медицинские образовательные учреждения Российской Федерации, при получении диплома врача дают Клятву врача следующего содержания. «Получая высокое звание врача и приступая к профессиональной деятельности, я торжественно клянусь: честно исполнять свой врачебный долг, посвятить свои знания и умения предупреждению и лечению заболеваний, сохранению и укреплению здоровья человека; быть всегда готовым оказать медицинскую помощь, хранить врачебную тайну, внимательно и заботливо относиться к больному, действовать исключительно в его интересах, независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественно го и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств; проявлять высочайшее уважение к жизни человека, никогда не прибегать к осуществлению эвтаназии; хранить благодарность и уважение к своим учителям, быть требовательным и справедливым к своим ученикам, способствовать их профессиональному росту; доброжелательно относиться к коллегам, обращаться к ним за помощью и советом, если этого требуют интересы больного, и самому никогда не отказывать коллегам в помощи и совете; постоянно совершенствовать свое профессиональное мастерство, беречь и развивать благородные традиции медицины». 2. Клятва врача дается в торжественной обстановке. Факт дачи Клятвы врача удостоверяется личной подписью под соответствующей отметкой в дипломе врача с указанием даты. 3. Врачи за нарушение Клятвы врача несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации». В этом же году Церковно-общественным Советом по биомедицинской этике Московского Патриарха та был принят следующий текст Присяги врача России: «Вступая в медицинское сообщество и приступая к врачебной деятельности, перед лицом своих Учителей и Товарищей по науке и искусству врачевания, ТОРЖЕСТВЕННО ОБЯЗУЮСЬ: — посвятить свою жизнь служению идеалам милосердия, гуманности и уважения к человеческой жизни с момента ее возникновения и никогда, даже под угрозой, не использовать свои медицинские знания во вред людям; — никогда и никому не отказывать во врачебной помощи и оказывать ее нуждающемуся с одинаковым старанием и терпением независимо от его благосостояния, социального положения, возраста, национальности, вероисповедания и убеждений; — направлять лечение больных к их пользе, соблюдая их права, не разглашая доверенные мне секреты, даже после их смерти; — не давать никому просимого у меня смертельного средства и не участвовать в действиях преднамеренного лишения жизни пациента, даже по его просьбе или просьбе его близких; — почитать моих учителей, помогать им в их делах и нуждах, на всю жизнь сохранить благодарность и уважение к тем, кто научил меня врачебному искусству; — обращаться, если этого требуют интересы больного, за советом к товарищам по профессии и самому никогда не отказывать им в совете и помощи; — считать моих коллег братьями и сестрами и говорить им, не оскорбляя их личности, правду прямо и без лицеприятия, если того требуют интересы больного; — постоянно совершенствовать свои медицинские познания и врачебное мастерство, передавая свои знания, умения и опыт врачевания ученикам; — поддерживать всеми моими силами честь и благородные традиции отечественной медицины и медицинского сообщества, исполняя мой профессиональный долг по совести и с достоинством; Я ПРИНИМАЮ НА СЕБЯ ЭТИ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА торжественно, свободно и честно». Ту часть врачебной этики, которая рассматривает проблему взаимоотношения врача и пациента под углом зрения социальных гарантий и профессиональных обязательств медицинского сообщества, можно назвать «моделью Гиппократа». Совокупность же рекомендаций, которые принимает медицинское сообщество, осознавая свою особую включенность в общественную жизнь, является принципами, заданными этикой Гиппократа. Речь идет об обязательствах перед учителями, коллегами и учениками, о гарантиях непричинения вреда, оказания помощи, проявления уважения, справедливости, об отрицательном отношении к эвтаназии, абортам, об отказе от интимных связей с пациентами, о заботе, о пользе больного, о врачебной тайне. Среди перечисленных принципов основополагающим для модели Гиппократа является принцип «не навреди». В «Клятве» говорится: «Я направлю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости». Принцип «не навреди» фокусирует в себе гражданское кредо врачебного сословия. Модель Гиппократа содержит исходную профессиональную гарантию, которая рассматривается как условие и основание признания врачебного сословия не только обществом в целом, но и каждым человеком, который доверяет врачу ни много, ни мало — свою жизнь.

megaobuchalka.ru

Принцип не навреди - Справочник химика 21


из "Введение в биоэтику"

Переходя теперь к изложению принципов биоэтики, сразу же обратим внимание на следующее обстоятельство. После сказанного в предыдущей главе, особенно по поводу многообразия этических теорий, должно быть очевидным, что невозможно выдвинуть такой принцип или набор принципов, который удовлетворял бы всех без исключения. Поэтому и мы отнюдь не намерены ставить здесь подобной задачи. В соответствующей литературе предлагается много вариантов ее решения, как с точки зрения выбора тех или иных принципов в качестве основополагающих, так и с точки зрения взаимоотношений между этими принципами. Мы остановимся на одном из них, получившем наиболее широкое признание. Речь идет о концепции, предложенной известными американскими специалистами Томом Бичампом и Джеймсом Чилдресом в их неоднократно переиздававшейся книге Принципы биомедицинской этики (19). [c.53]
Каждую из этих разновидностей вреда, очевидно, можно оценивать по-разному. Что касается первой - неоказание помощи, то в некоторых (но только в некоторых) случаях мы будем здесь иметь дело с правонарушением, то есть с невыполнением такого обязательства, которое налагается законом либо иным правовым нормативным актом. Поэтому, строго говоря, в таких ситуациях проблема является не столько моральной, сколько юридической, влекущей соответствующую ответственность, в частности согласно ст. 124 Уголовного Кодекса РФ . [c.54]
Положим, врач, который находится на дежурстве, не выполняет тех действий, которые он должен осуществить в отношении данного пациента. Тогда он будет ответственным, во-первых, в силу самого факта невыполнения обязанностей и, во-вторых, за те последствия, которые повлекло его бездействие. При этом, если по первому обстоятельству ответственность будет безусловной, то по второму она может быть в какой-то мере снята - в том, например, случае, если врачу пришлось потратить время и силы на помощь другому пациенту, находящемуся в более тяжелом состоянии. Тем не менее пациент, которому не была оказана помощь, либо его родственники могут предъявить врачу претензии вплоть до судебного иска. [c.54]
Вторая разновидность - вред, причиненный вследствие небрежности, недобросовестности (то есть ненадлежащего исполнения своих прямых обязанностей, зафиксированных каким-либо правовым актом, - просто говоря, когда врач, допустим, поленился выполнить какую-либо полагающуюся в данном случае процедуру) или умышленно, преднамеренно - тоже является объектом скорее юридического, чем этического регулирования, хотя, конечно же, безусловно заслуживает и морального осуждения. [c.55]
Не вызывает особых затруднений с точки зрения этического анализа и следующая разновидность вреда - вред, обусловленный недостаточной квалификацией, неумением врача качественно выполнить свои обязанности. В связи с этим, однако, важно отметить, что само понятие квалификации врача имеет не только сугубо техническое , но и моральное содержание - тот, кто, став врачом, не умеет делать того, что обычно делает врач, достоин морального осуждения. Здесь, впрочем, многое зависит от того, как понимается слово обычно одно дело - если речь идет о рядовом, среднем враче, и совсем другое - если о специалисте высокой квалификации. Во втором случае вполне обоснованно может применяться и такой критерий, как умение делать все то, что относится сегодня к переднему краю медицинской науки и практики. Это значит, что к врачу высокой квалификации предъявляются повышенные требования, причем не только в специальном, но и в моральном отношении. [c.55]
лечение, назначенное врачом, может включать болезненные процедуры - получается, что врач (разумеется, с благой целью - ради излечения болезни) причиняет пациенту физические страдания. А в определенных ситуациях врач оказывается перед необходимостью нанести и более серьезный ущерб, скажем, ампутацию какого-то органа, что сделает пациента инвалидом. [c.57]
Наконец, возможен и такой уже известный нам вариант, когда пациент страдает от смертельного, неизлечимого недуга, к тому же сопровождающегося сильнейшими болями, - в этом случае пациент может решить, что скорая и безболезненная смерть для него будет представлять меньший вред, чем продолжение тяжелых и безнадежных мучений. [c.57]
Такова градация некоторых форм вреда, которого может ожидать пациент от врача. Очевидно, если истолковывать принцип прежде всего - не навреди буквально, то есть в смысле избегания вообще какого бы то ни было вреда, то врачу следовало бы просто отказаться от какого бы то ни было вмешательства. Но, конечно, смысл принципа не в этом. [c.57]
В отличие от всех других перечисленных нами ранее разновидностей вреда, которого можно и нужно избегать, в данном случае - и это стоит подчеркнуть еще раз - речь идет о таком вреде, который неизбежен, коль скоро предполагается, что пациент получит от врача некое благо. И здесь важно, во-пер-вых, чтобы причиняемый вред не превышал того блага, которое приобретается в результате медицинского вмешательств

www.chem21.info

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *