Психология обмана и мошенничества: «Психология обмана и мошенничества» Шейнов Виктор Павлович — описание книги | БПП-2 Шейнов

Содержание

Книга «Психология обмана и мошенничества» Шейнов В П

Психология обмана и мошенничества

Наверное, жизнь без обмана и лжи невозможна. Но вряд ли кто захочет быть обманутым, или «кинутым», как теперь говорят. Эта книга — о том, как защититься от мошенников и жуликов всех мастей, а среди них есть и настоящие «профи». Противостоять им поможет знание приемов и психологических механизмов манипулирования людьми. Все рекомендации автора основываются на разработанной им схеме управления человеком; им же предложена универсальная схема защиты от обмана и мошенничества.

Поделись с друзьями:

Издательство:
АСТ; Харвест
Год издания:
2010
Место издания:
Москва; Минск
Язык текста:
русский
Тип обложки:
Твердый переплет
Формат:
84х108 1/32
Размеры в мм (ДхШхВ):
200×130
Вес:
375 гр.
Страниц:
464
Тираж:
1500 экз.
Код товара:
529463
Артикул:
997964
ISBN:
978-5-17-030789-0,978-985-16-0676-0
В продаже с:
09.10.2010
Аннотация к книге «Психология обмана и мошенничества» Шейнов В. П.:
Наверное, жизнь без обмана и лжи невозможна. Но вряд ли кто захочет быть обманутым, или «кинутым», как теперь говорят.
Эта книга — о том, как защититься от мошенников и жуликов всех мастей, а среди них есть и настоящие «профи». Противостоять им поможет знание приемов и психологических механизмов манипулирования людьми.
Все рекомендации автора основываются на разработанной им схеме управления человеком; им же предложена универсальная схема защиты от обмана и мошенничества. Читать дальше…

Психология обмана : Газета Знамя

10 февраля 2021 г. 16:00

Как мошенникам удается зацепить жертву и как соскочить с крючка.

Калужане, которых удалось обмануть злоумышленникам, нередко говорят, что будто попали под какой-то гипноз. И вроде знали о разных способах мошенничества, но все равно почти безропотно выполняли то, что им говорили.

Недавно свою историю на страницах «Знамени» рассказала наша читательница, оформившая онлайн-кредит по «велению» мошенников, а затем переведшая взятые в банке деньги на продиктованный ей счет. И такое случается, к сожалению, часто.

Как преступникам удается манипулировать нашими действиями? Почему у взрослых людей словно отключается критическое мышление, а просветление наступает, только когда злоумышленники уже добились своей цели? И что можно сделать, чтобы не пополнить победный список мошенников?

Разбираемся вместе с клиническим психологом, заведующей отделением экстренной психологической помощи, руководителем Калужской службы телефона доверия Викторией ПАКСЕВАТКИНОЙ.

Как говорит наша собеседница, мошенники чаще используют семь манипулятивных приемов, зная о которых, можно быстрее понять, что вас пытаются обмануть.

– Первый – это давление «ограничением времени». Злоумышленники настаивают, что решение надо принять именно сейчас, в эту самую минуту, они не оставляют времени подумать, взвесить, получить дополнительную информацию или посоветоваться с кем-то, – поясняет Виктория Паксеваткина. – Жертве не дают возможности выйти из-под влияния преступников, ее буквально за руку сопровождают повсюду до самого момента передачи денег тем или иным способом. И это вовсе не означает, что будут вести за руку физически. Мошенники, например, могут поддерживать с вами разговор по телефону пока вы идете к банкомату, чтобы перевести деньги на их счета, это заодно лишает вас возможности позвонить кому-то из близких.

«Доверие авторитету» – еще один прием манипуляции сознанием из арсенала мошенников. В этом случае они будут ссылаться на то, что действуют по поручению или в интересах какой-либо солидной организации, начиная с соцзащиты и заканчивая приемной президента. И всегда преступники придумают вариант, подходящий конкретному человеку и его случаю, возможно, изучив для этого его «досье» в соцсетях.

– Чтобы вы легче поддались на уловки мошенников и потеряли бдительность, внимание будут старательно отвлекать самыми разными способами. Это третий манипулятивный прием, – продолжает Виктория Паксеваткина. – Здесь в ход может пойти перегрузка всех ваших сенсорных систем, к примеру, вам одновременно будут что-то быстро и неразборчиво говорить, показывать и при этом задевать или толкать. Вам могут просто долго и нудно рассказывать какую-то историю с кучей подробностей, одновременно требуя от вас включенности в разговор.

Виктория Паксеваткина напоминает, что мы – существа социальные и самой природой приспособлены жить в обществе (стае), поэтому очередной способ манипуляции сознанием как раз и состоит в том, чтобы продемонстрировать, что все остальные члены «стаи» уже «сделали это» – купили, подписали, вступили, то есть совершили действие, необходимое мошеннику. Злоумышленники могут напирать на то, что «соседка Марьиванна с седьмого этажа уже установила себе этот волшебный фильтр для воды».

– Сокровенные желания есть у всех, а мошенники зачастую — отличные психологи, – говорит руководитель телефона доверия. – Сыграть на вашей мечте – еще один способ обмана. Для этого главное – понять, чего именно вы хотите, а дальше – дело техники. Например, уже упомянутый фильтр для воды может быть представлен именно вам как средство от всех болезней или как отличный подарок, который можно сделать пожилым родителям или молодой семье.
Также мошенники часто играют на стремлении многих к быстрой наживе, наивной вере, что можно легко и быстро получить значительную сумму или дорогой выигрыш. Преступники готовы наживаться даже на наших доброте и милосердии, «собирая деньги на операцию» несуществующим детям или на корм приютам для животных, которых на самом деле не существует.

– Стать жертвой мошенников может практически любой человек, не стоит думать, что это случается только со стариками, наивными детьми или людьми со сниженным интеллектом, – предупреждает Виктория Паксеваткина.

– Тогда на что нужно обращать внимание, чтобы снизить вероятность попадания на крючок мошенников?

– Первое, что должно насторожить, – это то, что инициатива разговора исходит не от вас. Это не вы сами позвонили по проверенным номерам телефонов в банк или прокуратуру, а «сотрудники» этих организаций вдруг почему-то решили выйти с вами на связь или приветливый незнакомец предложил вам свою помощь около банкомата.

Во-вторых, если на вас начинают давить, торопить с принятием решения, говорить о том, что «это ваш единственный шанс», «принимайте решение сейчас», лучшее, что можно сделать, — это прервать контакт, повесить трубку или уйти. Чем дольше вы разговариваете, тем больше у мошенника возможности оказать на вас давление или использовать приемы манипуляции или даже гипноз.

Разговор так или иначе касается темы денег. И это третий звоночек. Вам могут предлагать все что угодно: от лечения до получения выигрыша в конкурсе, в котором вы даже не участвовали, но во всех случаях вам нужно будет совершить какие-то действия с вашими счетами или передать кому-то наличность.

– А что делать, если все-таки вступил в подобный опасный диалог?

– Как я уже говорила, лучшим решением будет прервать навязанный контакт и самому обратиться в организацию, на которую ссылаются, или связаться с теми людьми, в интересах которых якобы действуют мошенники. Перепроверяйте информацию! Перезванивайте в свой банк, звоните тому сыну, который якобы сбил человека, идите к соседке Марьиванне с седьмого этажа и спрашивайте у нее, действительно ли она так довольна своей покупкой.

Чаще всего вас попробуют вывести из душевного равновесия какой-то пугающей или, наоборот, радостной новостью. Если вы чувствуете, что взволнованы, а от вас требуют немедленно принять решение, любым способом берите тайм-аут. Идите или звоните хорошо знакомым или близким людям. Даже обращение к соседям или сотрудникам государственных учреждений поможет вам в такой момент сохранить здравый смысл и ваши деньги.

Наталья ТИМАШОВА.

Фото из архива героя публикации, Pinsk.gov.by, Znaj.ua, Mkset.ru, Business-magazine.online, Smartik.ru.

Осторожно, мошенники! Как обезопасить себя

Почти каждый день нас предупреждают о мошенниках. Но даже будучи информированными, находятся те, кто попадается на их крючки. Ведь преступники разрабатывают план, стратегию, используют точный расчет мелочей, воздействуя на скрытую мишень (доброту, отзывчивость, гордость, жалость, жадность, страх).

О том, какие приемы используют мошенники, почему люди оказываются обманутыми и как можно себя обезопасить, рассказала «Вечерней Москве» психолог Московской службы психологической помощи Наталья Ключникова.

Основное качество, позволяющее нам обманываться, — доверчивость. В реальности трудно жить, не доверяя другим людям. Но здоровая недоверчивость помогает распознать обманщика или хотя бы засомневаться в том, что нам предлагают. Порой человеку бывает сложно признать в чем-то свою некомпетентность. И он соглашается, лишь бы не выглядеть глупо. Пара–тройка вопросов позволяют мошенникам сразу оценить компетентность собеседника, а дальше использовать свои знания против жертвы.

Какие приемы используют мошенники

Например, делают вам выгодное предложение, от которого сложно отказаться. При этом информация выдается очень быстро, даже скомканно. Задача такого стремительного информирования — втянуть собеседника в разговор, получить ценную информацию и не дать времени на размышления.

Еще одной мишенью является страх потерять деньги, ценности, накопления. Человеку говорят об операциях с его счетами и просят назвать номер карты. Страх в совокупности с доверчивостью заставляет людей собственными руками «избавиться» от своих же сбережений.

Иногда мошенники используют лесть, пытаются надавить на чувство вины, таким образом подбирая к каждому нашему замочку свой ключик.

Кто в первую очередь становится жертвой

К сожалению, пенсионеры, которые часто страдают от одиночества и хуже информированы в отличие от молодого поколения. К тому же часто они бывают более доверчивыми.

Но в лапы мошенников попадают и люди любого возраста с психологией жертвы. Они как будто заранее уверены, что их обманут, что-то отнимут и таким образом накажут.

Часто жертвами становятся, как это ни странно, люди с чувством превосходства над другими. Ведь основной их посыл: ну, меня-то никакой мошенник не обманет, что заставляет их недооценивать противника.

Как обезопасить себя

— Если у вас есть опыт столкновения с такими людьми, не отрицайте его. Постарайтесь извлечь из него пользу, понять, какую вашу мишень задействовали грабители.
— Используйте здоровое недоверие. Мы ведь говорим нашим детям об этом. Хорошо бы и к себе применять данное качество.
— Умение сказать нет также поможет нам защититься
— Чтобы прервать агрессивный напор мошенника, надо взять тайм-аут. Сказать, что перезвоните по данному номеру через 5 минут. Это даст вам возможность взглянуть на ситуацию со стороны, задать себе вопрос: а не пытаются ли меня обмануть?
— Если вы видите, а не только слышите человека, который пытается вас обмануть, то неплохо бы проследить за его мимикой и жестами. Они дают нам до 70–80 процентов всей информации о человеке.
— И, конечно же, доверяйте себе, своим чувствам. Если вас что-то смущает в человеке, в разговоре с ним, прервите беседу, разомкните круг обмана.

Если же вас все-таки обманули, не закапывайте свои чувства обиды, страха, а может быть, и гнева. Только осознав и прожив эти чувства, можно отпустить их, в дальнейшем используя пусть и печальный, но оберегающий вас опыт.

какие уловки используют телефонные мошенники, чтобы втереться в доверие к старикам

Звонки из «службы безопасности банка» получал, наверное, каждый владелец телефона. И, казалось бы, все знают, где сидят «операторы колл-центра», но мошенники все равно находят себе новых жертв. Чаще всего это старики.

Эксперты рассказали, почему так происходит и как можно защитить пенсионеров и их сбережения.

Сбросить звонок — простой способ избежать неприятного разговора. Но что делать, если собеседник, не давая собраться с мыслями, с ходу заявляет, что все ваши деньги в опасности. Страшно и хочется срочно что-то сделать. Даже думать не надо — служба безопасности банка уже предлагает перевести деньги на «защищенный счет». Только быстро, пока их еще можно спасти. И помогут, только подтвердите, что вы владелец и назовите «Код» с обратной стороны карты. Если взрослый человек, который знает, чем заканчиваются такие звонки, нажмет «отбой», то со стариками другая история.

Федор Иваныч интересный собеседник с тонким чувством юмора. Ни за что не скажешь, что мужчина разменял девятый десяток. Бывший пилот гражданской авиации, командир корабля, а сейчас пенсионер, живет в Гатчинском районе. Копил деньги на операцию но добровольно перевел их мошенникам по стандартной схеме: ваши деньги пытаются снять, срочно переводите их на другой счет. Голосу в трубке поверил от неожиданности.

Он меня назвал по имени-отчеству, фамилию, и номер карточки, первые и последние цифры. Попросил назвать полностью.

Они услышали какие-то нотки сомнения и начали давить, что это же срочно надо.

Федор Завалишин, пострадавший от мошенников

Елена Алексеевна из поселка Юкки потеряла за один телефонный разговор сразу 300 тысяч. Ей тоже сказали, что деньги нужно защитить от мошенников.

Такие заботливые, пообещали помочь, выявить — подтвердите номер карты. Так я, знаете, как-то повелась на это дело. Люди помочь хотят, а мы доверять привыкли, нас учили этому.

Елена Синельникова, пострадавшая от мошенников

В последние несколько месяцев число преступлений, связанных с использованием современных технологий, увеличилось вдвое — это по данным генпрокуратуры. Зачем грабить, если жертва просто переведет деньги на нужный счет. Риск попасться минимальный: код Москвы в телефонном номере ничего не значит.

Звонят с использованием интернет-телефонии, через компьютер, который может находиться в любой точке земного шара. Это серьезно осложняет расследование дел,  в результате в суд попадает только около 10% таких преступлений.

Борис Николаев, заместитель начальника управления по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Прокуратуры Ленинградской области

Четверть пострадавших от телефонных мошенников в Ленинградской области старше 60 лет. По мнению психологов, у этого есть две основных причины помимо собственно неизбежных возрастных изменений. Первая — человек перестает чувствовать себя независимым финансово, а часто и физически; вторая — теряются жизненно важные связи.

Поддержание микроклимата в семье является лучшей профилактикой мошенничества.

Очень часто в поздних возрастных стратах мы видим, конечно же, такую нереализованную симбиотичность — желание теплоты, близости, уважения. Это дает возможность мошенникам зачастую втереться в доверие.

Виктор Бочаров, руководитель лаборатории клинической психологии института Бехтерева, заведующий кафедрой клинической психологии Педиатрического университета

В интернете полно шуток о том, где на самом деле расположены колл-центры якобы «службы безопасности». Банки на своих сайтах предупреждают, что нельзя сообщать по телефону коды и пароли, но старики не ходят в интернет. Они просто не знают о том, что есть такой легкий способ отъема денег. А последствия их разговорчивости будут, скорее всего, необратимы.

Если мошенникам удалось получить доступ к деньгам на вашей карте, потому что вы сами предоставили им данные, которые нельзя разглашать, или сами перевели деньги на их счет, вернуть деньги через банк не получится.

Андрей Пушкарев, заместитель управляющего отделением Ленинградское Северо-Западного ГУ Банка России

А вдруг моим безобидным «да» по телефону кто-то возьмет кредит, или снимет деньги с моей карты? Биометрию никто не отменял.

Кроме голоса, банки проверяют еще и изображение, причем при аутентификации клиента просят назвать некую случайную последовательность цифр, которая каждый раз меняется. Поэтому если в вашем случае используют только ответ «да» , это не может стать согласием на любую банковскую операцию.

Андрей Чечулин, научный сотрудник лаборатории проблем компьютерной безопасности СПИИРАН

Лучший способ сохранить деньги — сбросить нежелательный звонок. Если сомневаетесь, перезвоните в свой банк, его номер обязательно есть на обороте банковской карты.

Полиция отчитывается о задержаниях целых групп мошенников, но звонки из «служб безопасности», из «медицинских центров», из так называемого «собеса» не прекращаются. Наши герои признались: они стеснялись, но согласились на интервью, чтобы предупредить других. 

Не стесняйтесь и вы — расскажите знакомым пенсионерам, что не надо верить незнакомцам из «банка», а лучше с ними и вовсе не заговаривать.

без автора — 30 самых распространенных способов обмана на улице читать онлайн бесплатно

30 самых распространенных способов обмана на улице

КТО ОНИ, МОШЕННИКИ?

У мошенников, пытающихся обмануть честных граждан, не существует определенных требований к внешнему виду или характеру жертвы. Нищим бедолагой может стать любой человек, купившийся на описанные ниже уловки.

Оставьте свои предрассудки, согласно которым «вы и не в таких еще переделках бывали» или «вам всегда везет в азартных играх». Также не упорствуйте в убеждении, что обмануть могут любого, но не вас. Методика обмана преступниками жертв давно шагнула за рамки простого приглашения сыграть в алюминиевые наперстки и липкий шарик.

Современные преступники рассчитывают на ваше расположение к ним, на ваше подсознательное желание довериться «хорошему» человеку. А что говорить о характерных для многих из нас азарте, жажде легкой наживы, тяге к таинственным и захватьшающим приключениям? Все это вам с радостью и в любом количестве предложат современные Остапы Бендеры.

Мошенничество в уголовном кодексе РФ – преступление в сфере экономики, направленное против собственности, представляющее собой хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

Каждое мошенничество сопровождается хорошо поставленным театральным действом. Здесь широко применяются различного рода обманные трюки, влияющие на наше сознание. Единственный персонаж, который играет в этой постановке, не зная сценария, это вы, то есть жертва.

КТО ПРЯЧЕТСЯ ПОД МАСКОЙ?

Мошенники совершают свои преступления потому, что им нравится обманывать наивных граждан. Тяга к авантюре у таких людей иногда превозмогает чувство самосохранения. Они, случается, разыгрывают свои спектакли совершенно бескорыстно, а также «берут на понт» коллег-мошенников.

Давайте приглядимся к людям, которые совершают мошенничества путем обмана граждан. В результате тестирования десятков мошенников-рецидивистов были выявлены основные присущие им черты характера:

– Импульсивность, неуправляемость и пренебрежение общепринятыми человеческими ценностями.

– Неприятие норм поведения, пропагандируемых в обществе. И как результат – стремление к дестабилизации общества.

– Иногда аморальность, психопатичность, явные психические патологии и даже раздвоение личности.

– Отсутствие угрызений совести, жалости, отказ подчиняться установленным правилам, жестокость, цинизм и тяга к насилию.

Многие мошенники питают сильное пристрастие к совершению различных афер и патологической лжи. Такие преступники очень азартны и иногда спускают приобретенные путем мошенничества деньги за считанные часы и минуты, Обычно они заядлые картежники и посетители салонов игральных автоматов.

Также мошенники испытывают неизбывную и непреодолимую тягу к совершению новых преступлений. Ощущение избытка адреналина в крови, так хорошо знакомое этим уголовным элементам, испытывается ими снова и снова, когда достаточно «обработанные лохи» сами вкладывают им в руки свои сбережения.

В ЧЕМ ОСНОВНАЯ ОПАСНОСТЬ?

Мошенники никогда не раскаиваются в своих преступлениях. Ген, отвечающий за чувство вины, у них попросту отсутствует. У них нет врожденного чувства меры и также совести. Вот почему их можно назвать аморальными личностями. Они считают надувательство граждан справедливым и обоснованным поступком. Объяснения у них всегда одинаковы: «сам со гласился» или «он заслужил»…

В чем основная опасность в действиях мошенников? Прежде всего в непомерном прессинге, оказываемом ими на психику жертвы. Жулики буквально выжимают все соки из своих «клиентов». Устоять под таким напором чрезвычайно трудно, а зачастую и вовсе невозможно.

Страдания жертв в дальнейшем для мошенников ничего не значат. Они могут забрать у вас последнюю копейку или лишить средств, собранных на проведение жизненно важного лечения за рубежом… Их цель – воздействуя на ваше сознание, продать подороже вам обещания исцеления, обогащения или получения власти. И им плевать, если, оказавшись у разбитого корыта, вы окажетесь на волосок от смерти.

ОТКУДА ТАЛАНТ?

Многие полагают, что среднестатистический мошенник – это мужчина за тридцать, который вырос в семье алкоголиков. Как бы не так! Во-первых, мошенничеством занимаются не только мужчины, но и женщины – возьмем это себе на заметку. Конечно, иногда жестокое обращение родителей-пьяниц с детьми вынуждает последних идти на преступление, но, как показывает практика, среди» аферистов хватает выходцев и из вполне благополучных семей.

Также нельзя найти какую-либо связь между предрасположенностью к мошенничеству и национальностью мошенника, его религиозными убеждениями и политическими предпочтениями.

Единственное качество, которое можно определить у будущих мошенников еще в детстве, – это врожденная способность и желание манипулировать окружающими людьми. Это манипулирование совершается ими без малейших угрызений совести и приносит им ощущение удовлетворения и радости, которые подталкивают их на дальнейшие действия в том же направлении.

Многие мошенники, и особенно те, которые занимаются крупными финансовыми аферами, имеют уровень образования выше среднего. Они обладают большими запасами знаний, знают, как расположить в беседе к себе любого человека. Они сверхобщительны и в то же время совершенно аморальны. Их обаяние и искренность крайне лживы и демонстрируются только для оказания воздействия на требуемого «клиента».

Некоторые жулики умеют достигать нескольких целей одновременно. И порой это получается у них без малейших усилий. Они четко классифицируют используемые методы мошенничества, типы жертв и уровни совершаемых преступлений. Одаренный отменной памятью мошенник может, как компьютер,.действовать по определенной программе, модифицируя ее по мере надобности. Если же память злоумышленника оставляет желать лучшего, то он будет ходить вокруг да около, причем его действия окажутся такими убедительными, что вы вряд ли заподозрите, что происходит нечто для вас нежелательное.

Конечно, мошенники не супермены. Но они очень опасны!

Простыми приемами и с помощью подставных лиц жулики постараются втянуть вас в игру. Далее обаяние, мнимая искренность и ловкость рук помогут преступникам раздеть вас до нитки.

ЧЕГО ИЩУТ В СВОЕЙ ЖЕРТВЕ МОШЕННИКИ?

Удивляет то, что жертвы мошенничества не спешат обратиться за помощью в органы внутренних дел. Это касается как рядовых мошенничеств, совершенных на улице, так и афер различных инвестиционных фондов и финансовых компаний. Такое пренебрежение правами на потерянное имущество можно объяснить мастерской работой жуликов по прививанию своим жертвам ложного чувства вины, стыда и страха. Ведь опытный мошенник – это мастер нажима и запугивания, тонко, использующий свои возможности и не пренебрегающий предосторожностями.

Читать дальше

Как противостоять социальной инженерии и защититься от онлайн-мошенников

Мошенники могут украсть ваши данные, деньги и даже цифровую личность. Вместе с экспертами из «МегаФона» разобрались, как этого избежать и заодно выяснили, почему корпоративные службы безопасности не доверяют сотрудникам

Социальная инженерия: как не дать взломать себя

Какие уловки используют мошенники

Самый популярный тип обмана — претекстинг

Мошенничество — одно из самых частых совершаемых в России преступлений. Особенной популярностью пользуется онлайн-мошенничество, например манипуляции с банковскими картами и воровство данных с корпоративных и личных компьютеров. Рост цифровой преступности отчасти связан с пандемией, поскольку россияне стали чаще покупать товары в интернете и совершать онлайн-платежи.

Самыми популярными инструментами обмана остаются телефонные звонки и электронные письма. Такой тип мошенничества называется претекстинг — его популярность в 2020 году выросла в 600 раз.

Фишинг и психологические манипуляции

Другой популярный и довольно старый тип обмана — фишинг. Если раньше преступники рассылали письма с сообщением о внезапном получении наследства, то сейчас ведут на сайты-клоны популярных ресурсов, которые сложно отличить от настоящих.

Чтобы добиться желаемого, преступники используют психологические манипуляции. Их цель — вывести жертву из состояния равновесия и вызвать сильные эмоции, например страх или злость. Для этого мошенники представляются сотрудниками банка или МВД или присылают письмо якобы от начальника, на которое нужно срочно отреагировать.

Wi-Fi может быть опасен

Относительно новый тип обмана — спуфинг. С развитием беспроводного интернета мошенники начали использовать атаки на Wi-Fi, или через Wi-Fi, а также подмену Wi-Fi точек. Например, подключаясь к сети в метро, можно попасться на мошенническую точку доступа и передать злоумышленникам данные банковской карты, личную информацию или пароли.

Как корпорации защищают данные

Сотрудники компаний — самое уязвимое звено корпоративной безопасности, поэтому мошеннические атаки очень часто совершаются именно «через людей». Чтобы защитить сохранность данных, работодатели действуют по принципам Zero Trust и минимальной достаточности.

Концепция Zero Trust

Концепция «нулевого доверия» означает отсутствие доверия к пользователям как внутри корпоративной сети, так и за ее пределами.

Суть концепции заключается в том, что компания формирует список критичных информационных активов и защищает их от любого вмешательства. В этом случае даже сотрудники компании воспринимаются как внешняя аудитория по отношению к защищаемым данным.

Концепция минимальной достаточности

Концепция минимальной достаточности — предоставление сотрудникам минимально необходимого доступа для решения рабочих задач.

По принципу минимальной достаточности компания предоставляет пользователям или системам, взаимодействующим с критической инфраструктурой, только те права, которые им нужны для выполнения работы. Например, операторы клиентских центров могут не видеть номера карт или фамилии клиентов полностью.

Как не попасться на уловки мошенников

Есть несколько базовых правил безопасности:

  1. Следите за своим цифровым следом. Чем меньше о вас знают в интернете — тем лучше. Любая информация о вас, будь то имя лучшего друга или название любимого кафе, могут стать точкой уязвимости, которая позволит мошенникам придумать уникальную схему развода.
  2. Не храните документы в соцсетях и облаках. Любая информация, которую можно использовать, чтобы взять на вас микрозайм, опасна — в частности, данные паспорта и СНИЛС. Если вам приходилось переслать сканы документов по почте или в мессенджере, удалите эти сообщения.
  3. Маркируйте пересылаемые копии документов. Если нужно отправить кому-то копию водительских прав, паспорта и любых других документов, подпишите, кому и с какой целью вы отослали скан. Например: «Для банка [название] с целью получения кредита, [дата]».
  4. Делитесь данными только с проверенными компаниями. Часто продавцы делают большие скидки, потому что экономят на защите данных пользователей. Поэтому иногда лучше переплатить.

В целом, чем более скрытно вы себя ведете в сети — тем меньше вы интересны мошенникам.

В будущем возможно воровство цифровой личности

Один из потенциально опасных трендов — воровство цифровой личности. Сейчас вы рискуете лишиться логина и пароля, а в будущем мошенники смогут «украсть» вас самих и действовать в сети от вашего имени. В небольших масштабах это происходит уже сейчас, когда преступники взламывают аккаунты в социальных сетях и просят взаймы у всего списка друзей. Особенно рискуют медийные люди, для которых взлом может обернуться испорченной репутацией.

Чем больше мы будем погружаться в цифровой мир и цифровизацию всего и вся, от удаленной работы до жизни в метавселенной, тем более опасной будет перспектива взлома аккаунта.

Психология обмана. Краткий очерк о мошенниках: psyomsk — LiveJournal

Работал я когда-то в сфере торговли и был свидетелем разного рода мошеннических действий со стороны людей, зашедших к нам в магазин.

Когда я только начал работать, в магазин зашёл мужчина и сразу направился к кассиру. Стал рассказывать отвлекающие истории, как к нему приехал друг и ему надо что-то оплатить в терминале — таким образом он отвлекал внимание. Надо было ему разменять несколько мелких купюр на одну крупную, якобы для оплаты в терминале.

Дав деньги, кассир их пересчитала и сказала, что тут не хватает. Мужчина, выразив наигранное удивление, стал демонстративно пересчитывать и якобы сам удивился, что сумма действительно оказалась неполная. Тут происходит сам процесс обмана, связанный с ломкой денег. Когда мошенник считает, причём он это делает на глазах кассира, он незаметно ломает пополам нижние купюры и сжимает их в кулаке, и под видом добавить недостающие деньги убирает их в карман, доставая из кармана взамен «недостающую» купюру. При этом продолжает ездить по ушам.

Кассир, видя, что вроде как деньги были пересчитаны на её глазах и добавлена недостающая сумма денег, кладёт их в кассу не пересчитывая и отдаёт цельную купюру, вроде это было 5000 р. И только после ухода мужчины, кассир опомнилась и пересчитала деньги и поняла, что её обманули. Ущерб ей пришлось возмещать со своей зарплаты.

В другом случае в магазин зашла женщина в возрасте, выбрала обложку для паспорта и пошла рассчитываться на кассу. При этом она много болтала. Сначала она попыталась расплатиться картой, но она не сработала. Тогда обманщица достала 5000 р., демонстративно держала их на виду и как только кассир отвлеклась, незаметно убрала. Кассир, ожидая деньги, спросила, где они, а женщина ответила ей, внушая, что мол я же вам дала деньги, вы же их видели у меня в руках.

Суть приёма заключается в том, что кассиры действуют часто на автоматизме и обманщица, показав деньги, но не дав их в руки, срабатывает на рефлексах. Кассиру может показаться, что раз она видела купюру, значит она её уже взяла и положила в кассу. Этот приём обмана выгоден тем, что аферист получает и товар и деньги. Но наш кассир, почуяв неладное, стала пересчитывать кассу, хотя мошенница настойчиво уверяла, что дала деньги.

Увидев, что будут пересчитывать все деньги в кассе, она стала нервничать и даже пару раз видно было, что она хотела уйти. Понимая, что исход ситуации складывался не в её пользу, она продолжала играть роль человека, который дал кассиру деньги. Кассир, пересчитала кассу и не обнаружила там лишние 5000 р. Аферистка стала истерично говорить, что пригласит сейчас своего мужа и уже он будет разбираться в этой ситуации и быстро покинула магазин. Она была повержена как дешёвка, до сих пор помню, как судорожно и позорно она уходила. Причём этот приём популярен у мошенников, поэтому на кассах иногда ставят камеры, где хорошо виден факт передачи денег от покупателя к кассиру.

Однажды к нам в фирму позвонили и сказали, что хотят купить у нас партию мелкого товара. Переговоры вела хозяйка организации. Звонившие стали подробно расспрашивать про ассортимент. В итоге набрали целую коробку нужных вещей и попросили привезти по указанному адресу. И попросили при этом перевести деньги в долг на номер телефона, сказав, что всё вернут, когда оплатят выбранный товар. В итоге хозяйка поехала с водителем на указанный адрес. Оказалось, что такой организации там нет, а весь спектакль с выбором товара оказался лишь прикрытием для выманивания денег.

Другой вид мошенничества связан с телефоном. Однажды к нам зашла женщина лет 30-35 и попросила у моей коллеги телефон, чтобы вызвать такси, так как у неё якобы сел аккумулятор. Вызвав такси и немного постояв в магазине, она ушла, когда подъехала машина. Через какое-то время коллеге звонит таксист и спрашивает, долго ли вас ещё ждать. В итоге выяснилось, что та женщина обманула таксиста, сказав ему, что сейчас сходит за деньгами и расплатится с ним, тем более что у него есть её номер. А сама сбежала.

Психологические сыщики — Обнаружение обмана

Небольшая невинная ложь иногда может успокоить взъерошенные социальные перья, но сокрытие заговора с целью убийства или утаивание информации о террористических ячейках может опустошить отдельных людей и общество в целом. Тем не менее, обнаружение обмана часто ставит в тупик самых опытных сотрудников полиции, судей, таможенников и других специалистов-криминалистов. Исследования показали, что даже агенты ФБР, ЦРУ и Агентства по борьбе с наркотиками не намного лучше, чем случайность, отличают лжецов от тех, кто говорит правду.

Например, недавний, еще не опубликованный метаанализ 253 исследований людей, отличающих правду от лжи, показал, что общая точность составила всего 53 процента — ненамного лучше, чем подбрасывание монеты, отмечают авторы, психологи Чарльз Бонд, доктор философии, из Техасский христианский университет и Белла ДеПауло, доктор философии, из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре.

Выявить подхалимов может быть непросто. Тесты на детекторе лжи, так называемые «детекторы лжи», обычно основаны на выявлении вегетативных реакций и считаются ненадежными (см. «Полиграф под вопросом»).Вот почему психологи каталогизируют признаки обмана, такие как выражение лица, язык тела и лингвистика, чтобы помочь поймать нечестного человека. На основе этого исследования психологи разрабатывают новые инструменты обнаружения, такие как программное обеспечение для анализа выражения лица и стиля письма.

Они также обучают специалистов правоохранительных органов. Одним из психологов, занимающихся этим, является Пол Экман, доктор философии, почетный профессор психологии Медицинской школы Калифорнийского университета в Сан-Франциско, изучающий обман около 40 лет.В рамках Института аналитического интервьюирования в Окленде, штат Калифорния, он обучает навыкам проведения интервью всех, от охранников аэропортов до агентов по борьбе с терроризмом, офицеров дипломатических служб и следователей полиции, включая сотрудников ЦРУ, ФБР и других подобных федеральных органов. агентства.

Марк Франк, доктор философии, адъюнкт-профессор коммуникаций Университета Рутгерса, и Экман в настоящее время собирают данные о поведении и физиологии большой выборки людей, которые лгут по «крупным ставкам», из-за которых они могут потерять деньги, их супруги. , их репутацию, их свободу или их жизнь.Экман говорит, что результаты этого нового набора данных должны предоставить «ужасно много [в поле]. Я думаю, что это будет гигантский скачок».

Обсуждены признаки обмана

Внешность обманчива? Доказательства смешанные. ДеПауло и соавтор Венди Моррис, аспирант психологии Университета Вирджинии, провели метаанализ возможных предикторов лжи для «Обнаружения лжи в криминалистических контекстах» (ожидается в издательстве Кембриджского университета).Они предупреждают читателей, что обнаружение лжи — неточная наука, но отмечают связь между ложью и увеличенным размером зрачка, показателем напряжения и концентрации. Во-вторых, они обнаружили, что люди, слушающие лжецов, думают, что они кажутся более нервными, чем те, кто говорит правду, возможно, потому, что их голоса звучат выше. А лжецы чаще, чем правдивые, сжимают губы. С другой стороны, отмечают они, лжецы не кажутся более суетливыми, не моргают больше и не занимают менее расслабленную позу.Согласно ДеПауло и Моррису, только когда лжецы более мотивированы — когда ставки выше — они кажутся необычно неподвижными и заметно меньше смотрят в глаза слушателям.

Экман и его коллеги также изучают признаки телесного обмана, особенно лицевые, и в 1978 г. опубликовали Систему кодирования лицевых движений (FACS), которая в сочетании с голосовыми и речевыми показателями достигает точности обнаружения до 90. процентов, утверждает Экман. Сейчас он и его коллеги автоматизируют FACS для использования в правоохранительных органах.Между тем, они пытаются поднять уровень точности еще выше.

О FACS Экман говорит: «Наибольшая отдача от лица и голосовых сигналов, когда мы имеем дело с ложью об эмоциях в данный момент. Мы добавляем сигналы от жестов и слов, когда речь идет о лжи об убеждениях и действиях, таких как преступления». Экман и его коллеги не раскрывают и не публикуют все подтвержденные признаки обмана по очень практической причине: они не хотят давать наводки не тем людям.

Экман в результате тщательного изучения узнал, что «микровыражения», длящиеся менее одной пятой секунды, могут пролить свет на эмоции, которые кто-то хочет скрыть, такие как гнев или вина.В то же время признаки эмоций не обязательно являются признаками вины. Экман указывает, что невиновный человек может испытывать опасения и казаться виновным.

Он говорит: «Вы должны использовать ложь как последнюю интерпретацию и исключить все остальное, что возможно».

Честно говоря

Выражение лица — не единственная подсказка. Поскольку обман — это социальный акт, включающий язык, исследователи также изучают словесную и письменную продукцию лжецов, чтобы найти отличительные закономерности.

ДеПауло и Моррис говорят, что лжецам требуется больше времени, чтобы начать отвечать на вопросы, чем тем, кто говорит правду, но когда у них есть время на планирование, лжецы на самом деле начинают отвечать быстрее, чем те, кто говорит правду. И меньше говорят. В целом другим людям лжецы кажутся более негативными — более нервными и жалующимися и менее склонными к сотрудничеству — чем говорящие правду, говорят они.

Содержание разговоров может быть еще одной наводкой. ДеПауло и Моррис сообщают, что лжецы, похоже, утаивают информацию либо из-за чувства вины, либо для того, чтобы упростить изложение своей истории.

«Ответы лжецов звучат более противоречиво и амбивалентно, структура их рассказов менее логична, а их рассказы звучат менее правдоподобно», — говорят они. Лжецы также используют меньше движений рук, чтобы проиллюстрировать свои действия, но чаще повторяют слова и фразы, добавляют они.

В Техасском университете в Остине профессор психологии Джеймс Пеннебейкер, доктор философии, и его коллеги разработали компьютерную программу, известную как Linguistic Inquiry and Word Count (LIWC), которая анализирует письменный контент и может с некоторой точностью предсказать, врущий.Пеннебейкер говорит, что у обмана есть три основных письменных маркера:

.
  • Меньше местоимений первого лица. Лжецы избегают заявлений о праве собственности, дистанцируются от своих историй и избегают брать на себя ответственность за свое поведение, говорит он.

  • Больше слов с негативными эмоциями, , таких как ненависть, бесполезность и грусть. Лжецы, отмечает Пеннебейкер, обычно более тревожны и иногда чувствуют себя виноватыми.

  • Меньшее количество исключающих слов, таких как кроме, но или ни — слова, указывающие на то, что писатели отличают то, что они сделали, от того, чего они не сделали.У лжецов, кажется, есть проблема с этой сложностью, и это видно по их письму.

Программное обеспечение LIWC, опубликованное Лоуренсом Эрлбаумом, оказалось значительно более эффективным, чем судьи-люди, в правильном определении вводящих в заблуждение или правдивых образцов письма со средней степенью точности 67 процентов по сравнению с 52 процентами. Образцы были напечатаны в ходе пятиминутных сессий участниками, которых попросили написать — как можно убедительнее — правдивые и вводящие в заблуждение эссе об их взглядах на аборты.Они высказали свои истинные взгляды, что позволило узнать, когда они лгали.

В Университете штата Нью-Мексико аспирант психологии Гэри Бонд и его коллеги воспроизвели показатели точности LIWC в полевых условиях, проанализировав расшифрованную речь преступников, заключенных в тюрьмы в Нью-Мексико, Канзасе и Миссисипи, и попросили сказать правду или солгать о видео. они только что видели. Более того, в правдивых утверждениях снова было меньше слов с негативными эмоциями и больше самоотсылающих и исключительных слов, чем в ложных утверждениях.

Детекторы лжи для людей

Компьютерные программы — не единственные методы обнаружения лжи. Некоторые ученые считают, что людей, например сотрудников правоохранительных органов, можно научить распознавать лжецов по поведенческим признакам.

В июне АПА совместно с ФБР и Национальным институтом юстиции организовали комплексный семинар для лучших сотрудников правоохранительных органов по использованию интуиции. Эксперты представили последние исследования по выявлению лжи и связанным с ними психологическим темам, таким как предвзятость и память на события.Экман считает, что такое поведенческое обучение может помочь властям замечать тонкие сигналы, которые они могут упустить из-за того, что имеют дело с таким количеством лжецов.

Признаков лжи как таковой нет, а скорее признаки чрезмерного размышления, когда ответ не требует размышлений, или эмоций, которые не соответствуют тому, что говорится, говорит он. «Мы обучаем людей искать «горячие точки», где они не получают полного отчета», — объясняет он.

Его Институт аналитического интервьюирования обучает людей обнаруживать ложь в контексте результатов исследований личности, памяти и многого другого.Например, Экман говорит, что опытные следователи налаживают контакт с подозреваемыми: «Люди расскажут свою историю, если посчитают, что вы непредубеждены».

Тем временем Экман объединился с психологом Морин О’Салливан, доктором философии, из Университета Сан-Франциско, ведущим исследователем по изучению труднодоступной, очень небольшой части эмоционально интеллигентных людей, которые могут очень точно отличить ложь от обмана. правдивость. Некоторые из них используют манеру поведения и голосовые подсказки, упомянутые в этой статье, но другие основывают свои суждения на поведении и использовании слов, которые ранее не определял ни один исследователь, объясняет О’Салливан.

Могут ли психологи извлечь уроки из этих жезлов для обучения менее чувствительных людей? Экман считает, что необходимы дополнительные исследования. О’Салливан предполагает, что это может сработать только для тех, у кого есть какие-то основные навыки: «Не каждый может быть олимпийским спортсменом», — объясняет она. «Агентства должны выявлять людей с базовыми способностями и обучать их».

Проливая больше света на этот вопрос, Фрэнк из Рутгерса, который вместе с Томом Фили, доктором философии, Университета Буффало, факультета коммуникаций Университета штата Нью-Йорк, недавно изучил исследование по обучению обнаружению лжи.

«Это показало, что, хотя методы тренировки, используемые большинством исследователей, были явно хуже [например, всего 10–15 минут тренировки], все же был значительный, хотя и слабый, тренировочный эффект. правильно, это могло бы работать значительно лучше», — говорит Франк.

Психология могла бы многое предложить, пишут ДеПауло и Моррис в главе своей будущей книги: «Хорошие детекторы лжи, если такие люди есть, скорее всего, будут хорошими интуитивными психологами.Они выясняли, как человек может думать или чувствовать, если он солгал в конкретной ситуации, а затем искали поведенческие признаки этих мыслей или чувств».

В конце концов, чтобы распознать обман, нужно быть честным. Экман заключает: «Найти правду гораздо труднее, чем найти ложь. Хороший верификатор хорошо умеет определять правдивость».

Рэйчел Адельсон — писательница из Роли, Северная Каролина, .

Почему хорошие люди делают плохие вещи: NPR

/Иллюстрации Адама Коула/NPR

Примечание редактора от февр.14, 2018: Прокрутите эту статью до конца, чтобы увидеть примечание об исправлениях.

Enron, Worldcom, Берни Мэдофф, кризис субстандартного ипотечного кредитования.

За последнее десятилетие или около того новости о неэтичном поведении регулярно показывались на телевидении, длинная и обескураживающая череда проступков маршировала по нашим экранам. И перед лицом этих скандалов психологи и экономисты постепенно пересматривают свои представления о причинах неэтичного поведения.

В общем, когда мы думаем о плохом поведении, мы думаем, что оно связано с характером: плохие люди делают плохие вещи.Но эта модель, по мнению исследователей, совершенно неадекватна.

Это подводит нас к истории Тоби Гроувса.

Глава 1: Обещание

Гроувс вырос на ферме в Огайо. В детстве для него была очень важна мысль о том, что он человек с сильными моральными качествами. Затем в одно воскресенье 1986 года, когда Гроувзу было около 20 лет, он отправился домой, чтобы навестить свою семью, и у него был опыт, который сделал потребность быть хорошим значительно более насущной.

«Я могу это представить», — вспоминает он.«Я иду через нашу столовую и смотрю на задний двор. Это был прекрасный день. Я выглядываю и вижу, что мой папа согнулся пополам. И он дрожит. Я выбегаю, а он рыдает — рыдает безудержно».

Тоби говорит, что его отец просто сунул ему газету. «Я даже не знал, что он у него есть — он просто толкает его, и это Cincinnati Enquirer, , и я открываю его, а на первой полосе мой брат».

Брат Тоби был почти на 20 лет старше Тоби и работал в местном банке.В статье говорилось, что его брат был осужден за банковское мошенничество. «Я не помню точный заголовок, но вы знаете, там была наша фамилия и мошенничество — и это все, что мне нужно было знать».

Тоби говорит, что у него всегда были сложные отношения с братом. По крайней мере, по мнению Тоби, его брат был плохим персонажем: эгоистичным и склонным к манипуляциям.

Итак, именно на этом эмоциональном фоне происходит то, что происходит дальше. Там, на заднем дворе, под голубым небом Огайо, отец Тоби поворачивается к нему.«Он сказал: «Пообещай мне, что никогда, никогда не попадешь в такие неприятности». И я сделал — я поклялся ему, что не буду».

Теперь для Тоби это обещание было легко дать. Тоби считал, что в основе своей он был хорошим человеком. Он никогда не мог быть вовлечен в мошенничество.

Вот что делает дополнение к этой истории еще более поразительным. Видите ли, через 22 года после того, как Гровс дал это обещание своему отцу, он оказался перед точно таким же судьей e, который приговорил его брата, осужденного за точно такое же преступление : мошенничество.

И не просто какое-то мошенничество, а масштабное банковское мошенничество с участием миллионов долларов, которое вывело несколько компаний из бизнеса и привело к потере около сотни рабочих мест.

В 2008 году Тоби попал в тюрьму, где, по его словам, провел два года, уставившись в потолок, пытаясь понять, что произошло.

Он был плохим персонажем? Было ли это генетическим? «Это были вещи, которые преследовали меня каждую секунду каждого дня», — говорит Гровс. «Я просто не мог этого понять.»

Этот очень простой вопрос — что вызывает неэтичное поведение? — в последнее время привлек значительное внимание психологов и экономистов, особенно тех, кто интересуется тем, как наш мозг обрабатывает информацию, когда мы принимаем решения.

Говорят, что если вы хотите Чтобы понять неэтичное поведение — и то, как такое поведение распространяется на большие группы людей, вызывая скандалы, подобные Enron или кризису субстандартного ипотечного кредитования, — вам действительно нужно лучше понять, как разум людей когнитивно обрабатывает этические решения, с которыми они сталкиваются.

Итак, исследователи ставили лабораторные эксперименты и проводили исследования больших групп людей, которые были замешаны в мошенничестве. И они придумали концепцию под названием «ограниченная этичность»: это представление о том, что когнитивно наша способность вести себя этично серьезно ограничена.

«Мы можем действительно хотеть сделать все правильно, быть этичными и нравственными, но проблема в том, что у нас есть все эти когнитивные предубеждения и когнитивные ограничения, которые просто не позволяют нам сделать это правильно», — говорит Ламар Пирс, профессор Вашингтонского университета в Сент-Луисе.Луи.

Подавляющее большинство из нас, утверждают эти исследователи, способны вести себя крайне неэтично. И мы не только способны на это — сами того не осознавая, мы делаем это постоянно.

Глава 2: Первая ложь

Что возвращает нас к Тоби Гроувзу. С момента выхода из тюрьмы два года назад Тоби стал человеком, одержимым пониманием собственного поведения. Это сделало его необычайно открытым для разговоров о своих преступлениях. Так что идея заключалась в том, чтобы пойти и получить его историю, а затем передать ее некоторым психологам и экономистам, которые занимались этой работой, чтобы узнать их точку зрения на то, что заставило его вести себя так, как он вел себя.

В начале своей карьеры Тоби основал собственную компанию по ипотечному кредитованию, и, по его словам, когда он ее создавал, он очень много думал о своем обещании, данном отцу.

«Я пытался быть предельно откровенным, — говорит Тоби. «Я думаю, что сделал все возможное, чтобы быть прозрачным во всем, что я делал».

То же самое мы слышали от людей, которые работали с Тоби в его компании.

«Наша культура заключалась в том, что если ты делаешь все правильно, ты добьешься успеха. Никогда не нужно быть нечестным.Вы знали, что не переходите эти границы», — говорит Джим Сергол, бывший кредитный менеджер компании. бывший менеджер по имени Кевин Мур.

И в течение многих лет, в течение 90-х и начала 2000-х, ипотечная компания Тоби процветала. Затем однажды в 2004 году, по словам Тоби, он сел за свой компьютер, чтобы обработать некоторые цифры, и обнаружил, что его фантастически успешная компания уже не была столь фантастически успешной.

По словам Тоби, проблемы начались, когда он решил кардинально изменить методы работы своего бизнеса. В то же время он начал побочный проект, который отнял у него много времени и внимания.

Он говорит, что отвлекся и до этого момента за компьютером не понимал, что происходит. Но это было бесспорно: его компания была в дыре почти на четверть миллиона долларов.

«Помню, сидел… думал… Я могу это исправить, — говорит Тоби.

Чтобы исправить этот недостаток, с которым столкнулся его бизнес, Тоби решил взять ипотечный кредит на свою собственность, красивый фермерский дом за городом.

Однако было, проблема с этим планом: если бы Тоби сказал правду о своем доходе, его заявление, скорее всего, было бы отклонено


И поэтому Тоби решил солгать — сказать банку, что он зарабатывает 350 000 долларов, хотя на самом деле он не зарабатывал и близко

Это первая ложь, сказанная Гроувзом, — неэтичный поступок, открывший дверь всем другим неэтичным поступкам.Так что же творилось у него в голове в это время?

«Мыслей было немного, — говорит он. «В тот момент я чувствовал, что это была небольшая цена, которую нужно было заплатить, и почти как стоимость ведения бизнеса. Вы знаете, что-то должно произойти, и мне просто нужно было сделать все, что я должен был сделать, чтобы исправить это. не было похоже на … Я не думал, что навсегда потеряю деньги или что-то в этом роде ».

Задумайтесь об этом на мгновение.

Вот человек, который поддержал своего убитого горем отца и пообещал вести себя этично.Любой, кто занимается ипотечным бизнесом, знает, что лгать в заявке на ипотеку и неэтично, и незаконно.

Как можно было так легко нарушить это обещание?

Глава 3: Почему мы не видим этическую общую картину

Чтобы понять, говорит Энн Тенбрунсел, исследователь из Нотр-Дама, изучающая неэтичное поведение, вам нужно рассмотреть, как это выглядит с точки зрения Тоби.

По ее словам, существует распространенное заблуждение, что в такие моменты, как этот, когда люди сталкиваются с этическим решением, они ясно понимают, какой выбор они делают.

«Мы предполагаем, что они видят этику и сознательно выбирают неэтичное поведение», — говорит Тенбрунсел.

Это, вообще говоря, и есть основа нашего неодобрения: Знали. Они выбрали , чтобы поступить неправильно.

Но Тенбрунсель говорит, что мы часто слепы к этичности ситуации.

За последние пару десятилетий психологи задокументировали множество различных причин, по которым наш разум не может видеть то, что находится прямо перед нами.Один небольшой пример: способ оформления решения. «То, как мне представляют решение, — говорит Тенбрунсел, — очень сильно меняет то, как я отношусь к этому решению, а затем, в конце концов, и к тому решению, к которому я прихожу».

По сути, утверждает Тенбрунсел, определенные когнитивные рамки делают нас слепыми к тому факту, что мы вообще сталкиваемся с этической проблемой.

Тенбрунсел рассказал нам о недавнем эксперименте, иллюстрирующем проблему. Она собрала две группы людей и предложила одной из них подумать о бизнес-решении.Другой группе было поручено подумать об этическом решении. Те, кого попросили обдумать деловое решение, составили один мысленный контрольный список; те, кого просили подумать об этическом решении, генерировали другой мысленный контрольный список.

Затем Тенбрунсель попросила своих испытуемых выполнить несвязанное задание, чтобы отвлечь их. Затем она предоставила им возможность обмануть. Те, кто был когнитивно подготовлен к размышлению о бизнесе, вели себя радикально иначе, чем те, кто этого не делал — независимо от того, кем они были и какое у них было моральное воспитание.

«Если вы обдумываете деловое решение, вероятность того, что вы солжете, значительно выше, чем если бы вы исходили из этических рамок», — говорит Тенбрунсел.

Согласно Тенбрунселу, бизнес-фрейм когнитивно активирует один набор целей — быть компетентным, быть успешным; фрейм этики запускает другие цели — быть справедливым и не причинять вреда другим. И как только вы попадаете, скажем, в бизнес-рамку, вы действительно сосредотачиваетесь на достижении этих целей, а другие цели могут полностью исчезнуть из поля зрения.

Тенбрунсел выслушала рассказ Тоби и утверждает, что один из способов понять первоначальный выбор Тоби солгать в своем заявлении на получение кредита — это рассмотреть когнитивный фрейм, который он использовал.

«Единственным его вниманием было принятие наилучшего делового решения», — говорит она, что сделало его слепым к этике.

Очевидно, мы никогда не узнаем, что на самом деле творилось в голове Тоби, и смысл этой возможности не в том, чтобы оправдать плохое поведение Тоби, а просто в небольшой демонстрации очень неудобного аргумента, который приводят эти исследователи:

Что люди могут совершенно не осознавать, что принимают совершенно неэтичное решение.

Дело не в том, что они злые, а в том, что они не видят.

И если мы хотим бороться с мошенничеством, мы должны понимать, что многие мошенничества происходят непреднамеренно.

Глава 4: Распространение мошенничества

Аргумент Тенбрунселя о том, что мы часто слепы к этическим аспектам ситуации, может частично объяснить историю Тоби, его первый неэтичный поступок. Но остается большая загадка: как распространялось мошенничество Тоби? Как ложь в заявке на ипотеку превратилась в мошенничество на 7 миллионов долларов?

По словам Тоби, через несколько недель после его первоначальной лжи он обнаружил новые убытки в своей компании — огромные убытки.Тоби уже заложил свой дом. У него больше не было денег, но ему нужно было сохранить свой бизнес.

Самый простой способ покрыть растущие убытки, рассуждал он, это взять больше кредитов. Поэтому Тоби решил сделать то, что гораздо труднее понять, чем солгать в заявке на ипотеку: он взял серию полностью фальшивых кредитов — кредитов на дома, которых не существовало.

Создание фальшивых кредитов — нелегкий процесс. Вы должны производить из воздуха заемщиков и домов и документы, чтобы пойти с ними.

Тоби был генеральным директором своей компании, но это было за пределами его навыков. Ему нужна была помощь — люди из его штата, которые знали, как должны выглядеть кредитные документы и как их подделать.

И так, говорит Тоби, одного за другим, он затаскивал сотрудников в комнату.

«Я был действительно открыт, — вспоминал Тоби. «Я сказал: «Послушай, я облажался». И, по сути, вы знаете: «Если вы можете мне помочь, отлично. Если вы не можете, я понимаю». »

«Возможно, это было самым шокирующим», — говорит Тоби.«Все говорили: «Хорошо, у нас проблемы, нам нужно решить эту проблему. Я помогу тебе». Вы знаете: «Я постараюсь сделать это для вас завтра». »

По словам Тоби, никто не сказал «нет».

Большинство людей, которые помогали Тоби, не хотели с нами разговаривать, потому что не хотели подвергать себя юридическим последствиям.

Из четырех человек в его компании, о которых нам рассказал Тоби, мы смогли поговорить о мошенничестве только с одним — сотрудником по имени Моник Макдауэлл. Она участвовала в фабрикации документов, и ее описание того, что произошло и как это произошло, полностью соответствует описанию Тоби.

Если вы принимаете то, что они говорят, как правду, то возникает тревожный сценарий, потому что мы ожидаем, что люди будут протестовать, когда их просят поступать неправильно. Но сотрудники Тоби этого не сделали. Что еще более тревожно, так это то, что, по словам Тоби, дело было не только в его сотрудниках: «Я имею в виду, что нам нужна была помощь других компаний, чтобы осуществить это», — говорит он.

Чтобы все выглядело так, как будто реальный человек закрыл настоящий дом, Тоби понадобилась титульная компания, чтобы подписать фальшивые документы, созданные его сотрудниками.И поэтому после того, как он привлек своих сотрудников, Тоби говорит, что сделал несколько звонков и в основном сделал то же самое, что и своим сотрудникам.

«Это было: «Вот что случилось. Вот единственный известный мне способ исправить это, и если вы мне поможете, отлично. Если вы не поможете, я пойму». Никто не сказал: «Может быть, мы подумаем об этом». … Через несколько минут [это было]: «Да, я помогу тебе». »

Итак, у нас есть люди, не входящие в его компанию, соглашающиеся делать совершенно незаконные и неправильные вещи.

Мы снова связались с несколькими титульными компаниями.С нами никто не разговаривал, но из судебных дел видно, что замешаны титульные компании. Президент одной титульной компании оказался в тюрьме из-за своих отношений с Тоби; другой согласился на юридическое решение.

Ну как это может быть так просто?

Глава 5: Мы лжем, потому что нам не все равно

Обычно, когда мы слышим о крупном мошенничестве, мы предполагаем, что такое поведение было вызвано финансовыми стимулами, потому что совершенно очевидно, что всякий раз, когда есть финансовые стимулы для обмана, вы будете сталкиваться с мошенничеством.

Но психологи и экономисты, приводящие эти новые аргументы в пользу неэтичного поведения, говорят, что финансовые стимулы не объясняют его полностью. Их интересует другое возможное объяснение: люди совершают мошенничество, потому что люди нравятся друг другу.

Нам нравится помогать друг другу, особенно людям, с которыми мы себя идентифицируем. И когда мы помогаем людям, мы действительно не считаем то, что делаем, неэтичным.

Ламар Пирс из Вашингтонского университета, объясняя это, указывает на случай с тестерами выбросов.Предполагается, что тестеры выбросов проверяют, является ли ваш автомобиль слишком загрязняющим окружающую среду, чтобы оставаться на дороге. Если это так, они должны подвести вас. Но во многих случаях тестеры выбросов лгут.

«Где-то от 20 до 50 процентов автомобилей, которые должны выйти из строя, обгоняют — незаконно пропускают », — говорит Пирс.

Финансовые стимулы могут частично объяснить этот обман. Но Пирс и психолог Франческа Джино из Гарвардской школы бизнеса говорят, что это не совсем верно.

Они собрали сотни тысяч записей и смогли отследить поведение отдельных инспекторов, тщательно отслеживая тех, кого они одобряли, и тех, кому они отказывали. И вот что они нашли:

Если вы остановитесь на дорогой машине, скажем, BMW или Ferrari, и ваша машина загрязняет воздух, вы, скорее всего, потерпите неудачу. Но остановитесь на Honda Civic, и у вас будет гораздо больше шансов проехать.

Почему?

«Из многих исследований мы знаем, что, когда мы чувствуем сочувствие к другим, мы хотим помочь им», — говорит Джино.

Тестировщики выбросов — получающие скромную зарплату — видят Civic и опознают его; они чувствуют сопереживание.

По сути, Джино и Пирс утверждают, что эти тестировщики мошенничают не потому, что они жадные, а потому, что они милые.

«И большинство людей не видят в этом ничего плохого», — говорит Пирс. «Это проблема.»

Пирс утверждает, что когнитивно тестеры выбросов не могут оценить последствия своего мошенничества, цену решения, которое они принимают в данный момент.Цена абстрактна: глобальная среда. Их буквально просят взвесить ущерб для глобальной окружающей среды и выгоды от того, что кто-то рядом, кто нуждается в помощи. Мы когнитивно не созданы для этого.

«Я никогда не разговаривал с ипотечным брокером, который думал: «Когда я помогаю кому-то получить кредит, фальсифицируя его доход, я глубоко обдумываю, не дестабилизирую ли я мировую экономику», — говорит Пирс. «Вы помогаете тому, кто настоящий.

Джино и Пирс утверждают, что сотрудники Тоби столкнулись с таким же решением: будущие абстрактные последствия или помощь вполне реальному человеку перед ними. они помогли человеку, который тоже не был сосредоточен на этике, и вместе они совершили мошенничество на 7 миллионов долларов

Глава 6: Развязка

Что касается Тоби, он говорит, что в 2006 году в свой кабинет, и он быстро во всем признался.Он говорит, что ему полегчало.

Два года спустя он предстал перед тем же судьей, который вынес приговор его брату. Вскоре после этого он оказался в тюрьме, радуясь, что его отца не было в живых, чтобы увидеть его, и недоумевая, как он оказался там, где оказался.

«Последнее, что я хотел бы сделать в своей жизни, — это нарушить обещание, данное моему отцу», — говорит он. «Это преследует меня».

Теперь, если эти психологи и экономисты правы, если мы все способны вести себя глубоко неэтично, не осознавая этого, то наши рабочие места и правила плохо организованы.Они не предназначены для того, чтобы принимать во внимание когнитивно несовершенные человеческие существа, которыми мы являемся. Они не пытаются структурировать вещи вокруг наших слабостей.

Некоторые конкретные предложения по этому поводу находятся на столе. Например, мы знаем, что аудиторы развивают отношения с клиентами после многих лет совместной работы, и мы знаем, что эти отношения могут испортить их аудиты, даже если они этого не осознают. Поэтому есть предложение заставить предприятия менять аудиторов каждые пару лет, чтобы решить эту проблему.

Еще одно предложение: в начале каждого делового контракта должно быть помещено предложение, в котором прямо говорится, что ложь по этому контракту неэтична и незаконна, потому что такого рода утверждения вовлекут людей в правильную когнитивную структуру.

Есть, конечно, и другие предложения.

Или мы могли бы просто продолжать говорить то, что всегда говорили, что правильное есть правильное, а неправильное есть неправильное, и люди должны знать разницу.

Примечание редактора от февр.14, 2018: Прокрутите эту статью до конца, чтобы увидеть примечание об исправлении.

Enron, Worldcom, Берни Мэдофф, кризис субстандартного ипотечного кредитования.

За последнее десятилетие или около того новости о неэтичном поведении регулярно появлялись на телевидении, длинная обескураживающая череда проступков маршировала по нашим экранам. И перед лицом этих скандалов психологи и экономисты постепенно пересматривают свои представления о причинах неэтичного поведения.

В общем, когда мы думаем о плохом поведении, мы думаем, что оно связано с характером: плохие люди делают плохие вещи. Но эта модель, по мнению исследователей, совершенно неадекватна.

Что подводит нас к истории Тоби Гроувза.

Тоби вырос на ферме в Огайо. В детстве для него была очень важна мысль о том, что он человек с сильными моральными качествами. Затем однажды в воскресенье в 1986 году, когда Тоби было около 20 лет, он отправился домой, чтобы навестить свою семью, и у него был опыт, который сделал необходимость быть хорошим значительно более насущной.

Через двадцать два года после того, как Тоби дал это обещание своему отцу, он оказался перед точно таким же судьей , который вынес приговор его брату, осужденному за точно такое же преступление : мошенничество.

И не просто какое-то мошенничество, а масштабное банковское мошенничество с участием миллионов долларов, которое вывело из бизнеса несколько компаний и привело к потере около сотни рабочих мест.

В 2008 году Тоби попал в тюрьму, где, по его словам, провел два года, уставившись в потолок, пытаясь понять, что произошло.

Он был плохим персонажем? Было ли это генетическим? «Это были вещи, которые преследовали меня каждую секунду каждого дня», — говорит Тоби. «Я просто не мог этого понять».

Очень простой вопрос — что вызывает неэтичное поведение? — в последнее время привлекает значительное внимание исследователей, особенно тех, кто интересуется тем, как наш мозг обрабатывает информацию, когда мы принимаем решения.

Эти исследователи пришли к выводу, что большинство из нас способны вести себя крайне неэтично.И мы не только способны на это — сами того не осознавая, мы делаем это постоянно.

Рассмотрим случай с Тоби Гровсом.

В начале 1990-х, через пару лет после окончания колледжа, Тоби решил основать собственную компанию по ипотечному кредитованию — и это обещание, данное отцу, было у него на уме.

Итак, Тоби решил соврать.

Он сказал банку, что зарабатывает 350 000 долларов, хотя на самом деле он и близко не зарабатывал.

Это первая ложь Тоби — неэтичный поступок, который открыл дверь для всех других неэтичных поступков. Так что же творилось у него в голове в это время?

«Мыслительного процесса было немного, — говорит он. «В тот момент я чувствовал, что это была небольшая цена, которую нужно было заплатить, и почти как стоимость ведения бизнеса. Вы знаете, что-то должно произойти, и мне просто нужно было сделать все, что я должен был сделать, чтобы исправить это. не было похоже… Я не думал, что буду вечно терять деньги или что-то в этом роде.»

Задумайтесь об этом на мгновение.

Вот человек, который поддержал своего убитого горем отца и поклялся вести себя этично. Любой, кто занимается ипотечным бизнесом, знает, что лгать в заявке на ипотеку и неэтично, и незаконно.

Как можно было так легко нарушить это обещание?

Чтобы понять, говорит Энн Тенбрунсел, исследователь из Нотр-Дама, изучающая неэтичное поведение, вы должны рассмотреть, как это выглядит с точки зрения Тоби.

По ее словам, существует распространенное заблуждение, что в такие моменты, как этот, когда люди сталкиваются с этическим решением, они ясно понимают, какой выбор они делают.

«Мы предполагаем, что они видят этику и сознательно выбирают неэтичное поведение», — говорит Тенбрунсел.

Это, вообще говоря, и есть основа нашего неодобрения: Знали. Они выбрали , чтобы поступить неправильно.

Но Тенбрунсель говорит, что мы часто слепы к этичности ситуации.

За последние пару десятилетий психологи задокументировали множество различных причин, по которым наш разум не может видеть то, что находится прямо перед нами. Они придумали концепцию под названием «ограниченная этичность»: это представление о том, что когнитивно наша способность вести себя этично серьезно ограничена, потому что мы не всегда видим этическую картину в целом.

Один небольшой пример: способ оформления решения. «То, как мне представляют решение, — говорит Тенбрунсел, — очень сильно меняет то, как я смотрю на это решение, а затем, в конце концов, и на то решение, к которому я прихожу.»

По существу, утверждает Тенбрунсел, определенные когнитивные рамки делают нас слепыми к тому факту, что мы вообще сталкиваемся с этической проблемой.

Тенбрунсел рассказал нам о недавнем эксперименте, иллюстрирующем проблему. Она собрала две группы людей и предложила одной из них подумать о бизнес-решении. Другой группе было поручено подумать об этическом решении. Те, кого попросили обдумать деловое решение, составили один мысленный контрольный список; те, кого просили подумать об этическом решении, генерировали другой мысленный контрольный список.

Затем Тенбрунсель попросила своих субъектов выполнить несвязанное задание, чтобы отвлечь их. Затем она предоставила им возможность обмануть.

Те, кто был когнитивно подготовлен к размышлению о бизнесе, вели себя радикально иначе, чем те, кто этого не делал — независимо от того, кем они были и какое у них было моральное воспитание.

«Если вы обдумываете деловое решение, вероятность того, что вы солжете, значительно выше, чем если бы вы исходили из этических рамок», — говорит Тенбрунсель.

Согласно Тенбрунселу, бизнес-фрейм когнитивно активирует один набор целей — быть компетентным, быть успешным; фрейм этики запускает другие цели. И как только вы попадаете, скажем, в бизнес-рамку, вы действительно сосредотачиваетесь на достижении этих целей, а другие цели могут полностью исчезнуть из поля зрения.

Тенбрунсел выслушала рассказ Тоби и утверждает, что один из способов понять первоначальный выбор Тоби солгать в своем заявлении на получение кредита — это рассмотреть когнитивный фрейм, который он использовал.

«Единственной его задачей было принятие наилучшего делового решения», — говорит она, из-за чего он был слеп к этике.

Очевидно, мы никогда не узнаем, что на самом деле творилось в голове Тоби, и смысл этой возможности не в том, чтобы оправдать плохое поведение Тоби, а просто в небольшой демонстрации очень неудобного аргумента, который приводят эти исследователи:

Что люди могут совершенно не осознавать, что принимают совершенно неэтичное решение.

Дело не в том, что они злые, а в том, что они не видят.

И если мы хотим бороться с мошенничеством, мы должны понимать, что большая часть мошенничества является непреднамеренной.

Аргумент Тенбрунселя о том, что мы часто слепы к этическим аспектам ситуации, может частично объяснить историю Тоби, его первый неэтичный поступок. Но остается большая загадка: как распространялось мошенничество Тоби? Как ложь в заявке на ипотеку превратилась в мошенничество на 7 миллионов долларов?

По словам Тоби, через несколько недель после его первоначальной лжи он обнаружил новые убытки в своей компании — огромные убытки.Тоби уже заложил свой дом. У него больше не было денег, но ему нужно было сохранить свой бизнес.

Он рассудил, что самый простой способ покрыть растущие убытки — взять больше кредитов. Поэтому Тоби решил сделать то, что гораздо труднее понять, чем солгать в заявке на ипотеку: он взял серию полностью фальшивых кредитов — кредитов на дома, которых не существовало.

Создание фальшивых займов — нелегкий процесс. Вы должны производить из воздуха заемщиков и домов и документы, чтобы пойти с ними.

Тоби был генеральным директором своей компании, но это выходило за рамки его навыков. Ему нужна была помощь — люди из его штата, которые знали, как должны выглядеть кредитные документы и как их подделать.

Итак, одного за другим, говорит Тоби, он затаскивал сотрудников в комнату.

«Возможно, это было самым шокирующим», — говорит Тоби. «Все говорили: «Хорошо, у нас проблемы, нам нужно решить эту проблему. Я помогу тебе. Знаешь, я постараюсь сделать это для тебя завтра».»

По словам Тоби, никто не сказал «нет».

Большинство людей, которые помогали Тоби, не хотели с нами разговаривать, потому что не хотели подвергать себя юридическим последствиям.

Из четырех человек в его компании, о которых нам рассказал Тоби, мы смогли поговорить о мошенничестве только с одним — сотрудником по имени Моник Макдауэлл. Она участвовала в фабрикации документов, и ее описание того, что произошло и как это произошло, полностью соответствует описанию Тоби.

Если вы принимаете то, что они говорят, как правду, то возникает тревожный сценарий, потому что мы ожидаем, что люди будут протестовать, когда их просят поступать неправильно. Но сотрудники Тоби этого не сделали. Что еще более тревожно, так это то, что, по словам Тоби, дело было не только в его сотрудниках: «Я имею в виду, что нам нужна была помощь других компаний, чтобы осуществить это», — говорит он.

Чтобы все выглядело так, как будто реальный человек закрыл настоящий дом, Тоби понадобилась титульная компания, чтобы подписать фальшивые документы, созданные его сотрудниками.И поэтому после того, как он привлек своих сотрудников, Тоби говорит, что сделал несколько звонков и в основном сделал то же самое, что и своим сотрудникам.

«Это было: «Вот что случилось. Вот единственный известный мне способ исправить это, и если вы мне поможете, отлично. Если вы не поможете, я пойму». Никто не сказал: «Может, подумаем об этом… Через несколько минут [было]: «Да, я тебе помогу». »

Итак, у нас есть люди, не входящие в его компанию, соглашающиеся делать совершенно незаконные и неправильные вещи.

Мы снова связались с несколькими титульными компаниями. С нами никто не разговаривал, но из судебных дел видно, что замешаны титульные компании. Президент одной титульной компании оказался в тюрьме из-за своих отношений с Тоби; другой согласился на юридическое решение.

Ну как это может быть так просто?

Обычно, когда мы слышим о крупном мошенничестве, мы предполагаем, что преступники руководствовались финансовыми стимулами.Но психологи и экономисты говорят, что финансовые стимулы не объясняют этого полностью. Их интересует другое возможное объяснение: люди совершают мошенничество, потому что люди нравятся друг другу.

Нам нравится помогать друг другу, особенно людям, с которыми мы себя идентифицируем. И когда мы помогаем людям, мы действительно не считаем то, что делаем, неэтичным.

Ламар Пирс, адъюнкт-профессор Вашингтонского университета в Сент-Луисе, указывает на случай тестеров выбросов.Предполагается, что тестеры выбросов проверяют, является ли ваш автомобиль слишком загрязняющим окружающую среду, чтобы оставаться на дороге. Если это так, они должны подвести вас. Но во многих случаях тестеры выбросов лгут.

«Где-то от 20 до 50 процентов автомобилей, которые должны выйти из строя, обгоняют — незаконно обгоняют », — говорит Пирс.

Финансовые стимулы могут частично объяснить этот обман. Но Пирс и психолог Франческа Джино из Гарвардской школы бизнеса говорят, что это не совсем верно.

Они собрали сотни тысяч записей и фактически смогли отследить поведение отдельных инспекторов, внимательно отслеживая тех, кого они одобряли, и тех, кого отвергали. И вот что они нашли:

Если вы подъезжаете на дорогой машине, скажем, BMW или Ferrari, и ваша машина загрязняет воздух, вы, скорее всего, потерпите неудачу. Но остановитесь на Honda Civic, и у вас будет гораздо больше шансов проехать.

Почему?

«Из множества исследований мы знаем, что когда мы сочувствуем другим, мы хотим им помочь», — говорит Джино.

Тестировщики выбросов — которые получают скромную зарплату — видят Civic и идентифицируют его, они чувствуют сочувствие.

По сути, Джино и Пирс утверждают, что эти тестировщики совершают мошенничество не потому, что они жадные, а потому, что они милые.

«И большинство людей не видят в этом ничего плохого», — говорит Пирс. «Это проблема.»

Пирс утверждает, что когнитивно тестировщики выбросов не могут оценить последствия своего мошенничества, цену решения, которое они принимают в данный момент.Цена абстрактна: глобальная среда. Их буквально просят взвесить ущерб для глобальной окружающей среды и выгоды от того, что кто-то рядом, кто нуждается в помощи. Мы когнитивно не созданы для этого.

«Я никогда не разговаривал с ипотечным брокером, который думал: «Когда я помогаю кому-то получить кредит, фальсифицируя его доход, я серьезно обдумываю, не дестабилизирую ли я мировую экономику», — говорит Пирс. «Вы помогаете тому, кто настоящий.»

Джино и Пирс утверждают, что сотрудники Тоби столкнулись с таким же решением: будущие абстрактные последствия или помощь вполне реальному человеку перед ними.

Таким образом, не сосредотачиваясь на этичности того, что они делали, они помогли человеку, который тоже не сосредотачивался на этике. И вместе они совершили мошенничество на 7 миллионов долларов.

Что касается Тоби, то он говорит, что поддерживать созданную им гигантскую ложь было утомительно изо дня в день.

Итак, в 2006 году, когда в его офисе появились два агента ФБР, он быстро во всем признался. Он говорит, что ему полегчало.

Два года спустя он предстал перед тем же судьей, который вынес приговор его брату. Вскоре после этого он оказался в тюрьме, радуясь, что его отца не было в живых, чтобы увидеть его, и недоумевая, как он оказался там, где оказался.

«Последнее, что я хотел бы сделать в своей жизни, это нарушить обещание, данное моему отцу», — говорит он.«Это преследует меня».

Теперь, если эти психологи и экономисты правы, если мы все способны вести себя глубоко неэтично, не осознавая этого, то наши рабочие места и правила плохо организованы. Они не предназначены для того, чтобы принимать во внимание когнитивно несовершенные человеческие существа, которыми мы являемся. Они не пытаются структурировать вещи вокруг наших слабостей.

Некоторые конкретные предложения по этому поводу находятся на столе. Например, мы знаем, что аудиторы развивают отношения с клиентами после многих лет совместной работы, и мы знаем, что эти отношения могут испортить их аудиты, даже если они этого не осознают.Поэтому есть предложение заставить предприятия менять аудиторов каждые пару лет, чтобы решить эту проблему.

Еще одно предложение: в начале каждого делового контракта должно быть помещено предложение, в котором прямо говорится, что ложь по этому контракту неэтична и незаконна, потому что такого рода утверждения поставят людей в надлежащую когнитивную структуру.

Есть, конечно, и другие предложения.

Или мы могли бы просто продолжать говорить то, что всегда говорили: правильное есть правильное, а неправильное есть неправильное, и люди должны знать разницу.

Веб-история подготовлена ​​и отредактирована Марией Годой; эфирный сюжет под редакцией Planet Money и Анны Гуденкауф.

Драма обмана | Психология сегодня

Где-то на этой планете есть один или два морских котика, которые совершили всевозможные насильственные действия, и мало кто знает, что он их совершал. Ни жена, ни дети, ни родители, ни друзья.

Он никогда не сможет рассказать о миссиях, которые он выполнил во имя национальной безопасности.Но он может кричать посреди ночи. И когда его жена пытается его утешить, он может случайно ударить ее, убежденный в своем тумане, что она враг. И все же он не сможет объяснить, почему. Это будет часть его скрытого мира, мира, который он не может обсуждать, но который заражает каждый сантиметр его жизни.

Я не была помолвлена ​​с этим мужчиной.

Нет, человек, которого я почти поклялся любить, лелеять и чтить, не был героем ни в каком смысле — кроме его самого.Он не участвовал в рейдах на мировых террористов. Единственными людьми, на которых он нападал, были его друзья, семья и коллеги, хотя он утверждал, что был секретным агентом, тайным оперативником с таким огромным списком достижений, что свободный мир погиб бы без него.

Как журналист, то есть человек, которому все интересно, я горжусь своей способностью разоблачать ложь. Многие бойфренды устало отмечали, что я великолепный следователь. Но хотя многое из того, что рассказал мне мой бывший жених, казалось крайне невероятным, ничто не поддавалось проверке.Кроме того, как мы все узнали благодаря American Sniper и Zero Dark Thirty , кто-то должен делать эти вещи, верно? Хотя он и казался маловероятным шпионом, что может быть лучше приманки, чем астматичный ботаник со спреем для носа?

Некоторые вещи были законными. Он действительно был врачом, первоначально занимавшимся частной практикой в ​​Лос-Анджелесе (это я знаю, потому что я брал у него интервью для газетной статьи много лет назад, так мы и познакомились). Он действительно поступил на флот после того, как развелся с женой; каждое утро он гладил униформу, чистил ботинки и работал в Пентагоне.Он был членом рабочей группы, пытавшейся открыть больницу на Ближнем Востоке для детей, больных раком, и часто летал в Ирак и Афганистан. Он послушно позвонил мне, пообещав рассказать о своем путешествии, «когда будет защищенная линия».

Я попытался обуздать свой естественный скептицизм. Он был поддерживающим и любящим, забавным и обаятельным. И он так старался изменить мир.

Но со временем мое любопытство возродится, и Инквизиция начнется заново.Почему я не мог навестить его на работе? (Они расправлялись с охраной.) Когда он покажет мне свои медали за операции, которых официально не было? (В следующий раз мы были на Манхэттене, где они были заперты в хранилище.) Где он встретил свою бывшую жену? (Во время ее спасения во время секретной миссии в Иране, где ее держали в заложниках.) О чем хотел поговорить с ним президент Обама? (Его работа «Погоня за плохими парнями» на Ближнем Востоке.)

«Вы меня допрашиваете!» он лаял. «Ты мне не доверяешь! Вы не можете иметь отношения без доверия.

Я становился все более параноиком, ставя под сомнение собственное здравомыслие. Зачем мне было знать все? Разве я не мог просто принять его слова за чистую монету? Неудивительно, что я был одинок все эти годы.

В конце концов нас погубила брюссельская капуста, а не вопросы национальной безопасности.

Однажды ночью мы пошли поесть с моими родителями. В ресторане не было ничего особенного, но он, сам того не желая, рассыпался в еде. «Это лучшая капуста, которую я когда-либо ел!» — провозгласил он. Мои родители были рады, что ему понравился ужин.Я был рад, что они были довольны.

Так что я был ошеломлен, когда он позже сказал мне, как сильно он ненавидит еду. — Тогда почему ты сказал им, что тебе это нравится? Я попросил.

«Я пытался заставить их чувствовать себя хорошо», — сказал он. — Я был вежлив.
«Есть этикет, а есть ненужная ложь!» Я сказал. «Никто не спрашивал тебя, что ты думаешь. Зачем восторгаться тем, что ты ненавидишь?»

Тут-то меня и осенило: если он мог так убедительно лгать о чем-то столь несущественном, значит, он мог лгать о чем угодно.

Я до сих пор понятия не имел, был ли я с Джейсоном Борном, Уолтером Митти или с ними обоими, но я не мог больше жить в этом пограничном пространстве. Я ушла от него и тут же начала распинать себя за это. Неужели я испортил лучшее, что когда-либо случалось со мной? Ну и что, если он приукрасил свою любовь к овощам. Мы все говорим белую ложь. На самом деле, одно исследование предполагает, что люди лгут от двух до трех раз каждые 10 минут. Ложь пронизывает наше существование — на рабочем месте, в СМИ, в правительстве.Не говоря уже о лжи, которую мы говорим себе. Может быть, я был слишком быстр, чтобы судить.

Сомнения по поводу нашего разрыва грызли меня больше года, пока одним ветреным мартовским утром не зазвонил телефон: специальный агент Дэн Райан из Службы уголовных расследований ВМС. Врач, работавший на федеральное правительство, выписывал мошеннические рецепты на викодин среди других лекарств, включая виагру. Я вместе с его коллегами по Пентагону, его восьмидесятилетней тетей, его бывшим тестем, его новой девушкой и множеством выдуманных людей оказались в числе невольных жертв его мошенничества.Знал ли я этого человека?

Да, да.

В голове я танцевал жигу. Вся эта ненужная тревога! Вся эта неуверенность в себе! Все это время я был прав. Я автоматически переключился в режим журналиста, звоня его бывшей жене, его коллегам, его новой девушке. Каждый был потрясен — опустошен! — тем, что человек, которому они доверяли, использовал их таким образом. Никто не подозревал, что он их обманет.

«У меня чуть инфаркт не случился, когда мне позвонили», — вспоминает его бывшая жена. Она сказала мне, что они познакомились в медицинском институте, а не в Иране (она никогда не ступала в страну), и что он действительно был женат один раз до нее.Он не работал в ЦРУ и никогда не был морским котиком, хотя их сын-подросток считал, что его отец был военным джаггернаутом. Она думала, что у него биполярное расстройство, может быть, алкоголик; Я проголосовал за психопата. Мы сошлись на нарциссе.

Военно-морской флот аннулировал его полномочия, его медицинская лицензия была приостановлена, и после сделки о признании вины он был приговорен к 18 месяцам тюремного заключения. (Когда его впервые арестовали, он утверждал, что собирал лекарства для иракских сирот.)

— Тебе повезло, — сказали потом мои друзья.— Ты увернулся от пули. Они были правы, конечно, но их комментарии раздражали меня. Если бы мне действительно повезло, мы бы никогда не встретились.

Другие недоумевали, почему я не выбрался раньше. — Разве не было красных флажков? они спросили. — Вы действительно думали, что он был героем войны? «Если бы он действительно был в SEAL Team Six, он бы не смог вам сказать».

Я был огорчен — смущен и унижен. В общем, мы были вместе всего год, но почему я не ушел при первых признаках сумасшествия, которое, если быть честным, возникло во время нашего первого ужина? Как же я был глуп.Легковерный. Жалкий.

Соединенные Штаты обмана

Быть обманутым загрязняет все ваше самоощущение. Это сбивает вас с толку, заставляет усомниться в своем восприятии. Подобно Ингрид Бергман в «Газовый свет », чей муж убеждает ее в том, что она сошла с ума, хотя все это время намеренно манипулирует ею, обманутые теряют веру в свою способность определять, что реально, а что нет.

Двуличие свирепствует. Популярная культура изобилует персонажами, которые не являются тем, кем кажутся: Уолтер Уайт ( Во все тяжкие) , Дон Дрейпер (Безумцы ), Фрэнсис Андервуд ( Карточный домик ), Николас Броуди ( Родина ), Джеки Пейтон ( Медсестра Джеки ), Декстер Морган ( Декстер ).Благодаря Photoshop, Интернету, «реалити-шоу» с большим количеством сценариев, таким веб-сайтам, как Ashley Madison (для женатых людей, ищущих романа), и социальным сетям, границы между вымыслом и реальностью для всех нас стерлись.

Но хотя мы можем считать поведение мошенников предосудительным с моральной точки зрения, мы также болеем за них. Америка любит рассказы об искуплении. Как бы мы ни были счастливы дать некоторым высокопоставленным преступникам второй шанс, мы гораздо менее щедры по отношению к их жертвам.

«Наша культура может охватывать искупленного грешника, но жертву — не так много», — заметила психиатр Анна Фелс в The New York Times .В результате часто легче приходится тому, кто солгал или обманул. Конечно, обманщики могут немного ругать себя или чувствовать оттенок сожаления о своих проступках. Но они владеют всей информацией; они, возможно, решили действовать подлым образом, но их выбор был под их контролем. И пока обманутые застревают в кризисе памяти, личной истории и эмоций, обманщики могут сделать лучший выбор в будущем. Что же было бы с ток-шоу без их слезливых признаний и обещаний новых начинаний?

С другой стороны, большинство людей, которым солгали или предали, держат это в тайне.«Людям стыдно», — говорит Донна Андерсен, автор книги « красных флагов любви ». Андерсен точно знал. Бывший муж украл у нее 250 000 долларов.

Этот опыт был настолько тревожным, что в 2005 году она основала lovefraud.com, веб-сайт для людей, которые были обмануты в отношениях. По ее словам, в месяц его посещают около 100 000 человек. Посетителям приятно знать, что есть такие же, как они. «Самое худшее в мире, — говорит Андерсен, — это чувствовать себя болваном».

Те, кого солгали, чтобы «наказать себя за то, почему они не подозревали, что происходит», — говорит Фелс.«Эмоции, которые они испытывают, хотя и кажутся более безобидными, чем эмоции преступника, в конечном итоге могут оказаться более губительными: унижение, смущение, ощущение наивности или слепоты, отчуждение от тех, кто всегда знал правду и, что еще хуже, всего, горечь».

Их социальные сети почти не поддерживают, отмечает Фелс. «Отсутствие контроля над своей судьбой вызывает у других людей тошноту. Друзья часто бессознательно винят жертву, спрашивая, действительно ли преданный человек «знал на каком-то уровне», что происходит, и просто «отрицал» это.

Когда отец Кэролайн Хан* объявил себя геем, когда Хан был поздним подростком, большая часть их небольшого городка в северной части штата Нью-Йорк выстроилась в очередь, чтобы поддержать его. Никто и глазом не моргнул, когда он переехал к своему парню. Что касается ее матери? Ее опыт «никогда не обсуждался, за исключением того, что люди говорили за ее спиной», — говорит Хан, 39 лет, редактор журнала в Нью-Йорке. «Как она могла не знать, что он гей?» «Как она могла быть такой глупой?» Людям было жаль, что моему отцу все эти годы приходилось скрывать свою настоящую личность, но никто не остановился, чтобы спросить мою мать, как она чувствовал себя.

Еще одна причина, по которой жертвы двуличия так несимпатичны, по мнению экспертов, заключается в том, что их опыт слишком близок к дому. Мы все, каждый из нас, подвержены эксплуатации, хотя никто не хочет признавать, насколько мы на самом деле уязвимы.

«Некоторые люди отказывают в сочувствии обманутым, осуждая их, часто из-за защитного страха, что «это мог быть я, и мне неудобно смотреть в лицо этой реальности, этой уязвимости», — говорит Стивен Беккер, психотерапевт из Вестфилда. , Нью-Джерси, который часто работает с обманутыми.Проецируя собственную уязвимость, люди обвиняют жертву и считают, что обманутые не заметили признаков и, следовательно, в некотором смысле «попросили об этом».

Марта Риверс*, которой сейчас 58 лет, понятия не имела, что мужчина, с которым она прожила 30 лет, отец ее двоих детей, был таким безупречным лжецом. У пары, которая жила в Тони Гринвиче, штат Коннектикут, казалось, было все: образование в Лиге плюща, всеамериканские спортивные трофеи, красивая внешность, отличная работа. Они были счастливы. Пока Марта не начала искать чеки для стриптиз-клубов.И для местных отелей. И за 800 долларов туфли на каблуках от Christian Louboutin, которые она не покупала. Затем она узнала, что у ее мужа были длительные отношения со своим деловым партнером, от которого он родил ребенка.

Жизнь Риверс, какой она ее знала, внезапно оборвалась. «Вы думаете: со мной этого никогда не случится. Я бы знала, если бы мой муж лгал мне. Ну, это не приходило в голову даже моему отцу, имеющему докторскую степень. в клинической психологии», — признается она. Спустя шесть лет после развода Риверс до сих пор винит себя в том, что так невежественна.

Обманутый также может чувствовать себя ответственным за собственное затруднительное положение, независимо от того, является ли обман личным, как у Риверса, или в более широком масштабе. Айлин Кент, пожилые родители которой потеряли около 75 процентов своих сбережений из-за Бернарда Мэдоффа, чувствовала себя так, будто на них напали из-за действий Мэдоффа. Ее отец, которому сейчас за 90, считал себя неудачником, потому что заранее не обнаружил мошенничество Мэдоффа. Ее родители так и не возместили своих потерь, финансовых или эмоциональных.

Слепой к предательству

Как правило, наличие справочной информации в предметной области — скажем, инвестирование — является защитным фактором от эксплуатации.Но желания могут пересилить критические способности. «Когда в дело вступают такие эмоции, как жадность, мы склонны откладывать свой скептицизм на полку», — говорит Стивен Гринспен, доктор философии, почетный профессор педагогической психологии Университета Коннектикута и автор книги « Анналов легковерия». .

Гринспен проявляет личный интерес к этому предмету. Он впервые держал свою законченную книгу в руках 8 декабря 2008 года, за три дня до того, как мир узнал о афере Мэдоффа. В одном из наиболее ироничных случаев совпадения Гринспен, эксперт по легковерности, инвестировал в Мэдоффа.Он потерял значительную часть мелочи.

Гринспен открыто признает, что он не был так подкован в финансовом отношении, как другие инвесторы Мэдоффа, которые, по его словам, могли знать больше. Были предупреждающие знаки, в том числе статья 2001 года в Barron’s , в которой эксперты подвергали сомнению огромные доходы Мэдоффа. «Самообман — очень мощная сила, особенно когда на работе много социального давления», — говорит Гринспен. Мэдоффа, например, очень рекомендовали; он присутствовал в еврейской общине и отвечал за финансы множества благотворительных организаций и Эли Визеля, ведущего морального авторитета и лауреата Нобелевской премии мира.

Некоторые психологи, однако, утверждают, что справочная информация может способствовать обману. Это делает людей слишком самоуверенными. В исследовании 2009 года исследователи из Университета Эксетера обнаружили, что людей с чрезмерными знаниями в определенной области часто обманывают больше, чем тех, кто менее сведущ.

Люди с обширными знаниями по предмету могут питать иллюзии превосходства, объясняет психолог Дэвид Модик, научный сотрудник Королевского колледжа в Кембридже, который
тесно сотрудничает со своим бывшим научным руководителем в Эксетерской группе.Модик помог разработать шкалу для измерения соблюдения требований к мошенничеству и восприимчивости к убеждению. Такие люди предполагают, что знают так много, что часто делают неверные выводы о своем опыте. «Есть ощущение: «Никто не может принять меня за дурака; Я так много об этом знаю», — говорит Модич, который также является соавтором исследования менталитета жертв интернет-мошенничества. «Они не чувствуют необходимости проверять факты. На самом деле, в этом суть мошенничества — если бы было так легко отличить мошенничество от мошенничества, то они были бы довольно
прозрачными.

Кроме того, когда наш самоконтроль каким-либо образом снижается — из-за истощения эго, в психологии, — предлагает Модик, «мы склонны игнорировать предупреждающие сигналы и просто быстро пытаемся ослабить давление. Если вам встретится возможность исполнить желание, вы, скорее всего, не проверите ее досконально».

«Мошенники не считают других людей глупыми — они просто думают, что они умнее», — говорит Мария Конникова, писатель и психолог, автор готовящейся к выпуску книги «Игра в уверенность » о психологии мошенников.Жертвы, в свою очередь, считают себя умнее. Эти двое вовлечены в запутанную игру на превосходство.

Те, кого обманули в прошлом, подвергаются большему риску быть обманутыми снова. Почему? Потому что они не верят, что это может случиться с ними дважды. Как говорит Конникова, «чем больше вы уверены в своей неуязвимости, тем более уязвимым вы становитесь».

Однако, как правило, преступники сосредотачиваются на людях, которые, по их мнению, будут легкой мишенью. Дэвид Шварц, профессор психологии Университета Южной Калифорнии, сделал классическое открытие о хулиганах: он обнаружил, что они не выбирают кого попало.Они нацелены на людей, которые не могут постоять за себя, людей, которые не напористы даже в неопасных ситуациях.

Хулиганы особенно хорошо умеют определять ненапористых. И они участвуют в своего рода процессе покупки, чтобы выявить их для злоупотреблений.

То же самое можно сказать и о обманщиках. Вспомните свои школьные годы. Помните, вам сказали, что доверчивых нет в словаре? Всегда был один ребенок, который мчался в секцию G .Он часто становился объектом безжалостных насмешек.

«Хорошие лжецы пользуются преимуществом», — говорит Пол Экман, почетный профессор психологии Калифорнийского университета в Сан-Франциско, который всю свою профессиональную жизнь посвятил расшифровке эмоций, выражений лица и лжи. «Они могут заметить кого-то за милю. Когда я учился в гимназии, мы уже знали, кто те люди, которым можно было соврать, и мы безжалостно вводили их в заблуждение».

Кроме того, мы обычно не ходим вокруг да около, воображая, что другие обманывают нас.«В целом мы устроены так, чтобы доверять другим, — говорит Беккер. «Обычно мы не находимся в режиме сверхбдительности, потому что большая часть нашего жизненного опыта говорит нам о том, что большинство людей не дураки».

Однако существует такая вещь, как слепота предательства, говорит Энн ДеПринс, профессор психологии Денверского университета. Он особенно действует, чтобы защитить друзей или любовников, или сохранить работу, или получить продвижение по службе, или просто избежать разочарования или разочарования, которое приходит, когда выясняется, что кто-то не тот, за кого себя выдает.

Это своего рода умышленное отрицание. «Эта неосведомленность о вещах, которые другие люди считают очевидными? Со стороны может показаться, что если вас обманывают, вы будете сверхнастроены на это и немедленно вышвырнете этого человека на обочину, но это не всегда так», — говорит ДеПринс.

Лейси Шварц росла единственным ребенком в еврейской семье в Вудстоке, штат Нью-Йорк. Несмотря на ее смуглый цвет лица и курчавые волосы, она никогда не сомневалась в том, что она европеоидная, хотя посторонние часто подвергали сомнению ее происхождение.По семейным преданиям, она унаследовала свою внешность от своего темнокожего сицилийского дедушки. Но годы спустя кинорежиссер Шварц обнаружил, что ее биологическим отцом был афроамериканец, с которым у ее матери был роман.

«Я считаю, что все в моей семье были в отрицании», — говорит 38-летняя Шварц, которая сняла документальный фильм Little White Lie о своем опыте. «Вы можете убедить себя верить в то, во что хотите верить. Часто вы лжете себе больше, чем другим.

Как говорит ее мать в фильме: «Это было не потому, что я лгала. Я имею в виду, я не видел этого, правда. А затем, может быть, когда я начал это видеть, я решил проигнорировать это».

Предательство особенно разрушительно, если его совершает кто-то из близких вам людей, которому вы безоговорочно доверяли. «Близость отношений имеет значение, — говорит Курт Диркс, профессор организационного поведения Вашингтонского университета в Сент-Луисе и эксперт по доверию. А восстановление доверия, как он сообщает в Journal of Applied Psychology , зависит от того, рассматривается ли предательство как преднамеренное — замечание о честности человека — или как результат некомпетентности.

Близость, как это ни парадоксально, также может способствовать — по крайней мере, до определенного момента — актом обмана. Те, кого обманывают, могут, как и я, тратить много когнитивной энергии на изучение и развеивание своих подозрений. И тем не менее, сами усилия, затраченные на анализ проблем, невольно усиливают привязанность обманщика к обманщику.

Гринспен опирается на психологический конструкт когнитивного диссонанса, который предполагает дискомфорт перед лицом противоречивых данных и стремление разрешить противоречие.«Когда вы так много вкладываете в конкретное решение, вы склонны выборочно подчеркивать факты, подтверждающие его, и отбрасывать факты, которые его опровергают», — объясняет он. «Аффект входит в процесс разными способами, например, влюбляясь в дурака».

Экман, со своей стороны, считает, что лжецы так успешны не потому, что они искусные фабриканты, а потому, что объект лжи хочет им верить. «Ты действительно хочешь узнать, не изменяет ли тебе твой возлюбленный? Конечно, вы делаете. Но, конечно же, нет.Ужасно обнаружить, что кто-то использует тебя в своих интересах — вот почему лжецы добиваются успеха. Потому что мы хотим им верить».

Итак, меня обманули, что теперь?

Обман не исчезнет в ближайшее время. Оболванивание — и быть обманутым — являются древними, даже ключевыми элементами человеческой психологии, утверждает Рой Баумайстер, профессор психологии в Университете штата Флорида. «Люди эволюционировали, чтобы доверять и сотрудничать с неродственными людьми. Быть обманутым или обманутым является важным аспектом социальной жизни человека», — постоянная возможность, отмечает он в Review of General Psychology .На самом деле, все мы наделены страхом быть обманутым, который он называет «сагрофобией», и со временем наши нейронные цепи выстроили систему обнаружения мошенников.

Одурачивание вызывает такое отталкивающее эмоциональное состояние, говорит он, что побуждает жертв избегать повторения этого опыта. Но не отказываясь от всякого доверия.

«Доверчивость — это обычно хорошо, — говорит Гринспен. Фактически, исследования показывают, что очень доверчивых людей обманывают не больше, чем тех, кто менее доверчив.Кроме того, люди с высоким уровнем доверия с большей вероятностью будут счастливы, хорошо приспособлены, пользуются большей симпатией и чаще становятся друзьями как для людей с низким уровнем доверия, так и для людей с высоким уровнем доверия.

Время от времени быть обманутым — это неизбежная цена, которую мы платим за доверие, считает Баумайстер. «Оставаться подозрительным и отказываться рисковать доброй волей других дорого обходится, потому что вы многое упускаете», — говорит он. Есть золотая середина между слишком большим и слишком маленьким доверием.

Эксперты сходятся во мнении: интуиция часто является нашим лучшим союзником в определении того, лжет ли кто-то.Но большинство из нас не следуют своей интуиции; мы отбрасываем мелкие сомнения, часто ругая себя за излишний цинизм. Эксетерские исследователи обнаружили, что люди, попадающиеся на удочку мошенников, часто подозревают, что что-то не так; они просто игнорируют это.

Дупи Донна Андерсен разработала и разместила в Интернете опрос о романтическом партнере, занимающемся мошенничеством в любви. Семьдесят один процент из 1300 с лишним респондентов сказали, что в начале отношений у них было ощущение, что что-то не так, но они не обращали на это внимания.Когда она спросила, предупредил ли их кто-то из третьих лиц об осторожности, 90% ответили утвердительно. Но они все равно рвались вперед.

Вне службы

А что насчет командира Вак Джоба, как я стал называть своего бывшего жениха? Больше мы никогда не разговаривали, хотя я периодически получал новости от Министерства юстиции. Он пытался добиться смягчения приговора, но суд отклонил его заявление, и он отбыл свой срок в тюрьме Западной Вирджинии.

Недавно я наткнулся на эссе, которое мой бывший написал для газеты маленького городка Новой Англии.Это была дань уважения старой подруге, с которой он воссоединился после того, как мы расстались. умер от рук врага, добрался до медицинской школы и стал отцом».

Я ахнул, когда прочитал это. Наверняка кто-то не станет так нагло врать по-черному по белому. Может быть, он был и все время говорил правду, по крайней мере, о своей военной службе.Может быть, он был жертвой, и остальные из нас ужасно сомневались в нем.

Моя реакция была нормальной, настаивает терапевт Беккер. Большинство из нас не хочет верить, что кто-то захочет манипулировать нами или эксплуатировать нас в такой пагубной степени. «Мы не хотим верить, что нас обманули», — говорит он.

Я позвонил его бывшей жене, с которой немного подружился, и она меня успокоила, что он никогда не был среди военной элиты. Единственные ветряные мельницы, против которых он боролся, были в его голове.

Общий опыт имел для меня одно преимущество: он заставил меня подвести итоги всех моих отношений и обратить больше внимания на свою интуицию, особенно при знакомстве с новыми людьми. Если что-то кажется неправильным, скорее всего, это не так.

И одно я знаю точно. Настоящие герои не хвастаются своими победами. Они проживают их один раз, гордо, стоически — и этого достаточно.

Отправьте свой ответ на эту историю по адресу письма@psychologytoday.com. Если вы хотите, чтобы мы рассмотрели ваше письмо для публикации, пожалуйста, укажите свое имя, город и штат.Письма могут быть отредактированы по длине и ясности. Чтобы узнать больше о подобных историях, подпишитесь на Psychology Today, где изначально появилась эта статья.

Изображение Facebook: Stock-Asso/Shutterstock

Изнасилование путем обмана | Психология сегодня

Источник: Викисклад

Может ли секс быть неправильным, если вы утаиваете информацию или лжете о себе перед сексом? Это, конечно, так кажется. Например, если вы не будете честны в том, что у вас есть заболевание, передающееся половым путем, это может привести к тому, что вы не будете заниматься сексом с неосведомленным партнером.

Назовем нечестность, направленную на увеличение шансов на половую жизнь, «сексуальным обманом». Сексуальный обман включает в себя как нераскрытие информации о себе, так и ложь о себе. Вопрос в том, при каких обстоятельствах половой обман сделает половой акт морально проблематичным.

Обман другого человека с целью заняться с ним сексом является морально неправильным, если он не позволяет другому человеку дать полностью осознанное согласие на действие (Рубенфельд, 2012–2013). Причина этого в том, что информированное согласие не может быть дано, когда вы действительно не знаете, на что соглашаетесь, соглашаясь на секс.

Сексуальные контакты с обманом, которые могут квалифицироваться как сексуальные домогательства, включают (среди многих других) ложь об использовании противозачаточных средств, ложь о вашем возрасте, поле, семейном положении, религии или работе, ложь о том, что вы прошли тестирование на заболевания и инфекции, передающиеся половым путем, выдавать себя за чьего-то партнера и ложно заставлять партнера поверить в то, что половой акт является медицинской процедурой.

Например: В 2009 году житель Калифорнии Хулио Моралес был осужден за изнасилование путем мошенничества за то, что он проник в темную спальню 18-летней женщины и занялся с ней сексом под ложным предлогом того, что он является бойфрендом женщины, которая только что ушла.В конечном итоге приговор был отменен, потому что закон 1872 года криминализирует только изнасилование путем мошенничества, когда кто-то выдает себя за мужа женщины, чтобы получить ее согласие. Эта лазейка была закрыта, когда в 2013 году были подписаны законопроект 65 Ассамблеи и законопроект 59 Сената.

В 2000 году израильтянин Эран Бен Авраам был осужден за мошенничество за то, что выдавал себя за пилота и врача, чтобы заняться сексом с женщиной. В Израиле пилоты и врачи пользуются особым уважением у женщин и их матерей.

В 2010 году женатый израильский араб-мусульманин Саббар Кашур был осужден за изнасилование путем обмана после того, как притворился еврейским холостяком, заинтересованным в долгосрочных отношениях, до того, как занялся сексом с еврейской женщиной, с которой он только что познакомился. Его первоначальный приговор составлял два года, но в конечном итоге его срок был сокращен до девяти месяцев.

Начиная с 2014 года Рикардо Агнант выдавал себя за футболиста НФЛ команды «Майами Долфинз» под именем Мазерати Рик, чтобы подбирать женщин. Он подкрепил свою историю, придумав цифровую личность, чья личность была основана на изображениях из его разового участия в региональном комбинате на объекте Dolphins в 2014 году, а также на отфотошопленных изображениях игроков Dolphin.Афера Агнанта была раскрыта в 2017 году, но его так и не судили и не осудили.

Как уже отмечалось, сексуальные контакты с обманом как способом получения «согласия» на самом деле могут не быть согласованными. Джед Рубенфельд выступает за более сильную точку зрения, согласно которой любой секс путем обмана осуществляется без согласия и поэтому считается изнасилованием. По его словам, «секс путем обмана — это всегда секс без согласия, потому что согласие, полученное путем обмана, как давно и неоднократно признавали суды за рамками закона об изнасиловании, — это вообще «отсутствие согласия»» (2012–2013: 2). ).

Нет сомнений в том, что секс с обманом может быть морально предосудительным. Однако менее очевидно, что половые акты, основанные на обмане, всегда являются морально неправильными. Субъекты могут придерживаться идиосинкразических правил согласия, которые не должны делать преследователя виновным в изнасиловании. Предположим, Джилл никогда бы не согласилась на секс с кем-то, чей отец старше семидесяти пяти лет. Джека всегда смущало, что у него очень старый отец, и он думал, что его невзлюбят или высмеют, если он расскажет об этом.Когда он встречает Джилл и влюбляется в нее, он лжет ей о возрасте своего отца. Пара начинает отношения и в конце концов соглашается заняться сексом.

Это дело связано с обманом: Джилл никогда бы не занялась сексом с Джеком, если бы он раскрыл настоящий возраст своего отца. И ложь Джека — это не совсем нормально. Но Джек не насиловал Джилл, поскольку половой контакт нельзя правильно понимать как несогласованный.

Один из способов определить, когда секс, связанный с обманом, квалифицируется как сексуальное домогательство, заключается в следующем: сексуальные контакты, связанные с обманом, являются неправильными, когда разумно полагать, что если бы вы предоставили своему сексуальному партнеру некоторую информацию, имеющуюся у вас о себе, до контакта, то он или она не согласились бы на секс (из-за этой информации).

В случае с Джеком и Джилл Джек не мог предсказать, что если бы он сказал Джилл, сколько лет его отцу до их встречи, то Джилл не согласилась бы заняться с ним сексом на основании этой информации. Итак, несмотря на то, что Джек сделал что-то не так, солгав, он не сделал ничего плохого, занявшись сексом с Джилл.

Берит «Брит» Брогаард — автор книги О романтической любви .

ПОВЕДЕНИЕ; Правда о лжи: они много говорят о лжеце

Увиливание.двусмысленно. Фиб. Называйте это как хотите, это все еще ложь. А врать, как известно, просто плохо и неправильно.

Лжецам даже обещано жестокое и вечное наказание. Данте в своем «Аде» швырнул их в восьмой круг ада вместе с другими фальсификаторами, поставив их на одну моральную ступень ниже жестоких преступников. Их грех? Преднамеренный и рассчитанный обман, нарушение, по-видимому, худшее, чем спонтанные преступления страсти.

На самом деле, лишь немногие поступки людей рассматриваются так же парадоксально, как ложь.Мы учим наших детей, что это неправильно, но каждый день лжем во имя вежливости. Мы считаем ненадежными тех, кто лжет слишком часто или много, а тех, кто лжет слишком мало, мы можем назвать бесхитростными. И хотя мы обычно ожидаем, что маркетологи и политики будут лгать, мы не жалеем их морального возмущения, когда они это делают.

Но ложь слишком интересна, чтобы отдавать ее на милость моральной экспертизы. Ложь может быть не такой сексуальной или откровенной, как сны, но она может многое рассказать нам о психологии ее владельцев.

Возможно, в обмане нет ничего исключительно человеческого: некоторые эксперты говорят, что шимпанзе могут подделывать соперников. Но для лжи требуется что-то особенное, что до сих пор кажется единственной прерогативой людей: теория разума. Чтобы эффективно лгать, нужно иметь представление о том, что у других людей есть разум и что их можно обмануть.

К 4 годам большинство детей приобретают способность обманывать других, навык, необходимый для выживания. Например, показав тюбик конфет Smarties, наполненный карандашами, 4-летние дети могут представить, что другие дети, не знающие этого трюка, ошибочно решат, что в тюбике конфеты.Другими словами, эти нормальные 4-летние дети усвоили, что других можно одурачить ложным убеждением.

Некоторые болезни мозга, такие как аутизм, мешают этому навыку. Большинство аутичных детей не справляются с заданием на ложные убеждения, и, как можно сделать вывод, им будет трудно обмануть других.

Конечно, большинство из нас научились лгать. А ложь, как и секреты, редко бывает так интересна, как стоящие за ней психологические причины.

Моя пациентка была ужасно смущена, признавшись, что прятала для себя специальные продукты на кухне подальше от других членов семьи.Она сказала, что это был секрет, о котором она никому не рассказывала, потому что это делало ее эгоистичной и коварной.

Но тайна скрывала гораздо более важный факт: она выросла с депрессивной матерью, которая беспорядочно кормила ее и ее сестру. Таким образом, накопление было ее способом справиться с лишениями. Когда она это поняла, тайна перестала быть постыдной.

Для некоторых целью лжи является улучшение самочувствия. Один успешный бизнесмен сказал мне, что он постоянно преувеличивал свои достижения.Он завышал результаты тестов и утверждал, что выигрывал спортивные соревнования, хотя на самом деле занимал только второе или третье место.

У него, как и у других с нарциссическим расстройством личности, был постоянный страх быть разоблаченным как мошенник, чувство, которое никакие достижения не могли облегчить. Ложь для него была средством поддержать его хрупкую самооценку.

Пожалуй, самыми интересными лжецами являются люди с антисоциальным расстройством личности. У антисоциальных людей неполноценная или отсутствующая совесть, которая позволяет им совершать всевозможные проказы практически без чувства вины.

Они могут быть внешне очаровательны, но им часто не хватает эмпатии, и они без проблем лгут, воруют или проявляют насилие. Они часто лгут, чтобы заполучить то, что им не принадлежит, или избежать беспорядка, который им принадлежит.

Интригует то, что у антисоциальных людей эмоциональные и биологические реакции принципиально отличаются от других. Например, исследователи обнаружили, что антисоциальные субъекты меньше реагируют на выражение лица печали или страха и что их реакция на страх обычно притупляется.

Это может частично объяснить, почему антисоциальных людей не пугает наказание или они не могут учиться на негативных последствиях собственного поведения.

В отличие от нормальных людей, которые испытывают тревогу, когда лгут, асоциальные люди могут лгать с полным хладнокровием. И поскольку они испытывают слабое физиологическое возбуждение, они часто могут обмануть тест на детекторе лжи, который выявляет периферические признаки беспокойства, такие как учащенное сердцебиение.

В то же время обеспокоенные рассказчики правды могут легко потерпеть неудачу просто потому, что они нервничают, что ставит под сомнение достоверность полиграфа.

Недавно некоторые исследователи попытались обнаружить ложь с помощью визуализации мозга. Доктор Даниэль Ланглебен из Университета Пенсильвании использовал функциональную МРТ для изучения активности мозга у 18 здоровых добровольцев. Им сказали либо соврать, либо сказать правду компьютеру о том, есть ли у них определенная игральная карта.

Доктор Ланглебен обнаружил, что активность в двух областях мозга, передней поясной коре и верхней лобной извилине, увеличивалась, когда испытуемые лгали. Эти же области активировались, когда испытуемые говорили правду, но ложь вызывала еще большую активность.

Подразумевается, что мозг должен прилагать больше усилий, чтобы солгать, чем сказать правду, и что обман включает активное подавление правдивой реакции, сказал доктор Ланглебен.

Или, как говорил Марк Твен, когда сомневаешься, говори правду. Очевидно, это намного проще, чем лгать.

Хотя в этом исследовании была предпринята попытка свести к минимуму искажающий эффект тревоги, факт заключается в том, что передняя поясная кора участвует в обработке эмоций, поэтому невозможно точно узнать, является ли повышенная активность в этой области нейронным признаком лжи. или просто нервничает из-за лжи.

Так что мы все можем просто расслабиться. Никто еще не может читать наши мысли или сердца. На данный момент нет технологии, которая сделает ложь устаревшей.

В сознании интернет-мошенника

Когда дама Хелен Миррен рассказала, что стала жертвой «унизительной» аферы во время пресс-конференции, посвященной ее последнему фильму (в котором, по совпадению, она также играет жертву розыгрыша), это показало, что каждый должен быть в своей тарелке. остерегаться мошенников. Даже члены королевской семьи не застрахованы, как это было показано, когда принц Чарльз был втянут в крупный скандал с контрафактными произведениями искусства.Но какие мотивы у мошенников, кроме жадности? Я считаю, что ответ можно получить, исследуя, почему люди вообще лгут.

Интернет-мошенники применяют сложные и хорошо спланированные стратегии обмана, чтобы обмануть людей. К ним относятся романтические аферы, в которых жертву заманивают вносить наличные деньги для развития фиктивных романтических отношений, мошеннические лотереи, розыгрыши призов, тотализаторы и аукционы. Значительный выигрыш предлагается, если жертва может отправить немного наличных.

Мошенники постоянно строят лучшие мышеловки, чтобы заманивать все более изощренных мышей. Например, мошенничество персонализируется для жертвы, включая ссылки на знакомых людей или ориентируясь на род занятий жертвы.

Что стоит за обманом?

Мошенничество осуществляется с использованием почти неотслеживаемых методов, поэтому преступники часто остаются неизвестными, несмотря на согласованные усилия правоохранительных органов по их выявлению и привлечению к ответственности. Но знания из нескольких дисциплин (этологии, социальной психологии и криминологии) могут помочь нам понять их.

Обман для обеспечения выживания

Этологи изучают поведение животных. Они заметили, что виды, в том числе люди, разработали сложные средства обмана своей добычи, чтобы обеспечить свое выживание. Например, этологи выявили сложные формы обмана у других видов, таких как прыгающий паук, который использует поведенческую и химическую мимикрию. Это позволяет им сосуществовать с муравьями и питаться ими. Это считается сравнимым с хищением людей, когда они используют свой привилегированный доступ к ресурсам и репутацию для незаконного извлечения финансов из других людей.

Альтруистическая ложь?

Социальные психологи обнаружили, что, когда люди лгут в альтруистических целях или для продвижения группы, ложь чаще восхваляется, чем очерняется. Например, даже маленькие дети (в возрасте от пяти до семи лет) демонстрируют готовность лгать во благо, чтобы другим было легче. Между тем, другие исследования показывают, что взрослые воспринимают ложь, приносящую пользу другим (потому что иногда правда ранит), как более «этичную», чем честные заявления.

Типичная и серьезная ложь

Социально-психологические исследования показывают, что ложь является частью нормальной жизни. Часто люди говорят повседневную ложь, которая довольно безобидна. Большая часть этой лжи корыстна, но многие из них предназначены для пользы других.

Люди чаще всего говорят «серьезную ложь» своим ближайшим партнерам. Они серьезно лгут, чтобы избежать наказания, защитить себя от конфронтации, показаться очень желанным человеком, защитить других, а также навредить своему партнеру.Обычная серьезная ложь, как правило, связана с делами и взятием денег у других без их ведома.

Лжецы, мошенники и коррупция

Мошенничество представляет собой сложный набор вводящих в заблуждение действий, которые возникают у видов и частично возникают из-за некоторых типичных мотивов обмана. Это, конечно, преступная деятельность, которую хорошо понимают криминалисты. Большинство преступников, как правило, мужчины, у них есть родители с криминальным прошлым, друзья-правонарушители, аресты в молодом возрасте и выходцы из бедных районов с более высоким уровнем преступности.

Самые распространенные на сегодняшний день онлайн-мошенничества часто осуществляются выходцами из бедных стран. Эти страны и их правительственные чиновники обычно считаются коррумпированными согласно международным индексам коррупции. Такая коррупция показывает, что обман является желательной стратегией. Бедность в сочетании с высоким уровнем коррупции способствует усилению мотивации обманывать других ради выживания.

Рассматриваемые преступники, как правило, имеют черты психопатического и антисоциального расстройства личности.В ходе исследования изучалось нелегальное скачивание и взлом у подростков из 30 стран. Выяснилось, что «кибер-девиантность» в основном совершали лица мужского пола и люди, пережившие «школьную дезорганизацию» (воровство и вандализм) и «соседскую дезорганизацию» (наличие неблагонадежных или криминальных соседей).

Эти «кибер-извращенцы», как правило, обладают повышенными когнитивными способностями и, конечно же, имеют доступ к компьютерам и технологиям. Этот тип мошенничества часто хорошо спланирован, и мошенники используют ряд обманных тактик.

Операция ФБР по борьбе с целевыми мошенниками по компрометации деловой электронной почты (BEC). ФБР/Твиттер

Закон пытается держать этих преступников в страхе. В сентябре 2019 года в рамках операции ReWired в США удалось привлечь к ответственности 281 мошенника из нескольких стран.

Но из-за большого количества мошенников, которые используют обманные и сложные стратегии, крайне сложно держать эти преступления под контролем. Таким образом, понимание того, как работает их разум и их методы работы, жизненно важно, если вы хотите не стать жертвой.

Дело Дидерика Стапеля

Abstract

Когда ученые сообщают ложные данные, отражает ли стиль их письма их обман? В этом исследовании мы исследовали лингвистические модели мошеннических ( N  =  24; 170 008 слов) и подлинных публикаций ( N  =  25; 189 705 слов), первым автором которых был социальный психолог Дидерик Стапель. Анализ показал, что мошеннические статьи Стапеля содержали лингвистические изменения в параметрах дискурса, связанных с наукой, включая больше терминов, относящихся к методам, исследованиям и достоверности, чем его подлинные статьи.Его стиль письма также соответствовал образцам другого вводящего в заблуждение языка, включая меньшее количество прилагательных в мошеннических публикациях по сравнению с подлинными публикациями. Используя различия в языковых измерениях, мы смогли классифицировать публикации Стапеля с точностью выше случайной. Помимо этих параметров дискурса, Stapel включил меньше соавторов при сообщении о поддельных данных, чем о подлинных данных, хотя другие доказательства (например, количество ссылок и экспериментов) не различались между двумя типами статей.Это исследование подтверждает недавние выводы о том, что языковые сигналы систематически меняются в зависимости от обмана и что обман может быть раскрыт в мошенническом научном дискурсе.

Образец цитирования: Марковиц Д.М., Хэнкок Дж.Т. (2014) Лингвистические следы научного мошенничества: Дело Дидерика Стапеля. ПЛОС ОДИН 9(8): е105937. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0105937

Редактор: Даниэле Фанелли, Университет Монреаля, Канада

Получено: 4 октября 2013 г.; Принято: 29 июля 2014 г.; Опубликовано: 25 августа 2014 г.

Авторские права: © 2014 Markowitz and Hancock.Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License, которая разрешает неограниченное использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора и источника.

Финансирование: У авторов нет поддержки или финансирования для отчета.

Конкурирующие интересы: Авторы заявили об отсутствии конкурирующих интересов.

Введение

Когда ученый описывает исследование, основанное на фальшивых данных, как его или ее стиль письма выявляет следы их обмана? Недавнее внимание к научному мошенничеству [1]–[4] предполагает, что неправомерные действия растут в разных дисциплинах.В то время как в другой работе изучались статистические несоответствия в мошеннических данных [5], на сегодняшний день ни одно исследование не изучало лингвистические искажения, связанные с сообщением фальшивых данных. Хотя лингвистические паттерны являются косвенным индикатором обмана, недавние исследования языка и психологической динамики показывают, что обманчивый дискурс можно отличить от правдивого дискурса в широком диапазоне контекстов [6], от допросов [7] до поддельных отзывов об отелях [8].

Здесь мы рассматриваем публикации социального психолога Дидерика Стапеля, который был признан виновным в научном мошенничестве и чья исследовательская программа была всесторонне исследована [9].Отчеты Stapel имеют два важных атрибута, которые поддаются эмпирическому анализу. Во-первых, для каждой публикации после обширного обзора [9] была установлена ​​основная истина. Во-вторых, он был очень плодовитым, написав более ста двадцати статей, пятьдесят пять из которых были основаны на поддельных данных. Однако расследование неправомерных действий Стапеля показало, что он часто позволял другим «обнаруживать» и записывать выводы на основе данных, которые он сгенерировал обманным путем. Поэтому мы ограничиваем наш анализ первыми авторскими статьями, в написании которых Стэйпель был наибольшей ответственностью, в результате чего 24 мошеннические статьи составили корпус примерно из 170 008 слов, которые мы сравнили с корпусом из 25 подлинных статей, общим объемом 189 705 слов.

Лжецы испытывают трудности с определением подходящей частоты лингвистических измерений для данного жанра, таких как количество пространственных деталей в поддельных отзывах об отелях [8], частота положительных самоописаний в обманчивых профилях онлайн-знакомств [10] или доля крайних положительных эмоций в ложных заявлениях руководителей компаний [11]. Здесь мы исследовали частотное распределение лингвистических аспектов, связанных с научным жанром, в поддельных и подлинных отчетах, включая слова, связанные с причинно-следственными связями (например,например, определить, воздействовать), научные методы (например, образец, процедура), исследования (например, обратная связь, оценка) и термины, связанные с научными рассуждениями (например, интерпретировать, сделать вывод). Мы также рассмотрели языковые особенности, используемые при описании научных явлений, такие как количества (например, множественный, достаточно), термины, выражающие степень относительных различий (например, усилители и убавители) и слова, связанные с уверенностью (например, явный, определенный, определенный). .

Нас также интересовало, содержат ли поддельные отчеты шаблоны, связанные с обманом в других контекстах.Хотя научный жанр ограничивает частоту некоторых из наиболее часто наблюдаемых признаков обмана, таких как изменения в использовании местоимений первого лица единственного числа (например, я, мой) [12]–[14], есть несколько языковых аспектов, которые может быть еще актуален для расследования. Эмоциональные термины (например, польза, неприязнь) часто модифицируются в обманчивом языке, поскольку они могут раскрывать психологическую динамику [6], [14]. Отрицательный аффект, например, может отражать «сигналы утечки» беспокойства по поводу обмана, в то время как положительный аффект может быть результатом обмана восторга или стратегии убеждения «продать» что-то как более желательное, чем оно есть на самом деле [10], [14]–[ 16].Оборонительная позиция, связанная с обманом, может привести к усилению отрицания (например, ни, не) [10], [13], в то время как термины несоответствия (например, мог, должен) служат для отвлечения аудитории от истины [14]. Исследования обмана и памяти показывают, что объяснения сфабрикованных событий, как правило, менее описательные, чем реальные события [17], что позволяет предположить, что мошеннические статьи должны содержать меньше деталей (например, прилагательных), чем настоящие статьи. Наконец, вводящие в заблуждение заявления часто содержат менее сложные дискурсивные структуры, чем истины, из-за трудностей, связанных с фабрикацией нарративов.Таким образом, мы ожидаем доказательства менее сложных предложений (например, меньше союзов) в мошеннических статьях [12], [14].

Метод

Три комитета рассмотрели все публикации Стапеля и опубликовали подробный отчет о его нарушениях [9]. Комитеты установили бесспорное мошенничество в 55 публикациях после получения необработанных данных, повторного анализа исследований и опроса Стапеля, а 70 публикаций были признаны подлинными. Однако они сообщают об отсутствии доказательств мошенничества со стороны сотрудников Стапеля.Таким образом, наш анализ сосредоточен только на первых публикациях Stapel, в которых есть установленные доказательства мошенничества. Полученный корпус после исключения статей, написанных не на английском языке, дал 24 мошеннических публикации (170 008 слов) и 25 подлинных публикаций (189 705 слов) (см. Таблицу S1 для статей, включенных в анализ). В соответствии с принципами научной прозрачности и на основании рекомендации Симмонса и его коллег [18] у авторов доступны поддельные и подлинные файлы Stapel.

Для анализа стиля письма мы применили метод корпусного анализа с использованием Wmatrix [19], [20], подход, который обычно используется для корпусных сравнений (например, [21], [22]). Wmatrix — это инструмент, предоставляющий стандартную лингвистическую аналитику корпуса, включая списки частотности слов и анализ основных грамматических категорий и семантических доменов. Wmatrix помечает части речи (например, прилагательные, существительные) по отношению к другим словам в контексте предложения (например, слово «магазин» может принимать форму существительного в качестве розничного предприятия или глагола в качестве акта поставки товара). объект для дальнейшего использования).Семантическое содержание Wmatrix основано на «Лексиконе современного английского языка Лонгмана» МакАртура [23] и ссылается на 21 основную область дискурса, включая психологические действия, состояния и процессы, науку и технологии, а также язык и коммуникацию (полный набор семантических тегов см. в [20]). . Wmatrix имеет точность классификации 96-97% для частей речи и 92% для семантического содержания на английском языке [19].

Wmatrix обеспечивает частоту и относительный процент слов, помеченных в каждом корпусе, и вычисляет попарные различия на основе логарифмического отношения правдоподобия (LLR) [20].Статистическая мера LLR количественно определяет разницу в частоте двух корпусов по интересующему лингвистическому параметру. В нашем анализе мы используем консервативное отсечение p < 0,001, чтобы контролировать множественные вычисления LLR (см. [24]).

Поддельные документы были объединены в один файл, содержащий все поддельные записи Стэпеля, а подлинные документы были объединены во второй файл, содержащий все его подлинные записи. В два корпуса был включен только текст из основной части, включающей разделы «Введение через обсуждение» (за исключением заголовков разделов, рисунков, таблиц и условных обозначений).Чтобы Wmatrix точно подсчитывал количество слов, символы, общие для научного письма (например, &, <, >, [,]), были заменены символами в соответствии с рекомендациями Wmatrix по предварительной обработке [25].

Результаты

Дискурс, связанный с наукой

Сначала мы рассмотрели аспекты, связанные с научным письмом, учитывая, что лжецы изо всех сил стараются приблизиться к соответствующей частоте дискурса, связанного с жанром [8], [10], [11]. Как показано в Таблице 1, в мошеннических текстах Стапеля было значительно больше терминов, связанных с научными методами и эмпирическими исследованиями, по сравнению с его подлинными текстами, в то время как терминология и количество причин и следствий не отличались в двух корпусах.Эти данные свидетельствуют о том, что мошеннические статьи включали в себя перепроизводство научных рассуждений, таких как термины, связанные с объяснением данных и исследовательских процессов.

Стапель также использовал слова для уникального описания сравнительных различий в своих мошеннических статьях по сравнению с подлинными статьями, с большим количеством усиливающих терминов (например, крайний, исключительно, значительно), но меньшим количеством уменьшающих (например, несколько, частично, незначительно), предполагая, что Стапель лингвистически расширил свои выводы, сообщая о поддельных данных, и избегал слов, которые могли бы преуменьшить результаты.Кроме того, Стапель использовал больше терминов, связанных с уверенностью, в мошеннических документах, предполагая, что мошеннические документы были написаны с более высоким уровнем достоверности или точности при описании результатов.

Шаблоны, связанные с обманом

Отражались ли в дискурсе мошеннических статей шаблоны, аналогичные работе, связанной с обманом, в других контекстах? Результаты здесь более неоднозначны. Важным открытием в исследованиях лжи является более низкий уровень детализации ложных утверждений по сравнению с правдивыми утверждениями [12], [17], [26], [27], и наши данные согласуются с этой закономерностью.В мошеннических документах Стапеля было значительно меньше прилагательных (например, доминирующий, приятный, значимый) по сравнению с подлинными документами, что позволяет предположить, что документы, основанные на поддельных данных, в целом были менее описательными, чем те, которые основаны на подлинных данных.

Некоторые параметры, которые часто рассматривались как диагностические в литературе по обману, тем не менее, не различались между корпусами. Мошеннические публикации Стапеля не содержали больше отрицаний (например, ни, не), несоответствий (например, следует, хотел бы, мог) или меньше союзов (например,г., и, или, а).

Наконец, в соответствии с другими исследованиями лжи, в мошеннических публикациях использовалось больше слов, связанных с эмоциональными действиями, состояниями и процессами, что позволяет предположить, что мошеннические статьи Стапеля были более аффектированными. Предыдущая работа показала, что лжецы выражают больше негативных эмоций из-за бессознательной утечки беспокойства [12], [14], [15]. Однако изучение аффективных терминов в работах Стапеля показало, что ни один из них не был связан с тревогой, а вместо этого был связан с психологическими процессами участников, такими как «аффект», «настроение» или «эмоциональный», предполагая, что повышенная скорость аффекта термины в мошеннических документах не были индикатором утечек для Stapel.

Вторая возможность состоит в том, что перепроизводство аффективных терминов было связано с убеждением, возможно, с использованием аффективных процессов, чтобы сделать результаты более захватывающими. Это согласуется с другими исследованиями лжи, в которых термины аффекта используются для преувеличения или переоценки чего-либо, например элегантности отеля [8] или привлекательности онлайн-знакомства [10]. Альтернативное и более простое объяснение заключается в том, что большая часть мошеннических статей была посвящена темам, связанным с аффектами, важным предметом социальной психологии.Однако анализ рефератов и ключевых слов не выявил существенных различий в терминах, связанных с эмоциями, в этих сводках, что позволяет предположить, что эмоциональный эффект не был связан с тематическими различиями в корпусах.

Соавторы, ссылки и отчеты об экспериментах

Помимо стиля написания, мы изучили различия между соавторами между мошенническими и подлинными публикациями первого автора Стапеля. Количество авторов значительно варьировалось в зависимости от типа статьи: t (45)  =  2.03, p = .048, с мошенническими документами, имеющими меньше авторов ( м = 2,00, SD = 0,42), чем натуральные документы ( м = 2,28, SD = 0,54). Мы находим этот результат, даже если мошеннические и подлинные статьи статистически не различаются по количеству экспериментов и ссылок на статью. Этот вывод согласуется с исследованиями обмана и размера группы [28], поскольку обычно легче обмануть в присутствии небольшой группы, чем большой [6].

Точность классификации текста

Чтобы измерить прогностическую успешность наших языковых функций из Таблицы 1, мы использовали стандартный метод перекрестной проверки с исключением одного для каждой отдельной публикации (см. Таблицу 2). Модель хорошо подходила [x 2  =  29,30, p  =  0,006] и точно классифицировала 71,4% статей Стэпеля, что привело к значительному превышению случайности (51%). Учитывая это улучшение, заманчиво рассматривать лингвистический анализ как криминалистический инструмент для выявления мошеннических научных данных.Это кажется неосуществимым, по крайней мере, на данный момент, по нескольким причинам. Во-первых, почти тридцать процентов публикаций Стапеля будут классифицированы неправильно, при этом 28% статей будут неправильно классифицированы как мошеннические, а 29% мошеннических статей будут пропущены. Во-вторых, этот анализ основан только на исследовательской программе Стапеля, и неясно, как модели, основанные на его стиле дискурса, могут быть распространены на других авторов или другие дисциплины.

Обсуждение

Настоящее исследование впервые демонстрирует, что обман ученого-мошенника отражается в стиле письма.Мы наблюдали существенные различия в нескольких параметрах письма Стэпеля, которые отражают изменения в его стиле письма при сообщении о поддельных данных по сравнению с подлинными данными. Шаблоны впечатляют, учитывая, что единственная разница между двумя корпусами заключалась в том, что они сообщали о мошеннических данных. Во многих других отношениях они были идентичны, в том числе каждая из них была написана одним и тем же первым автором и каждая была посвящена темам социальной психологии.

Самым заметным изменением стало использование Стапелем лингвистических измерений, связанных с научным письмом, в его мошеннической работе.Стапель слишком много использовал терминов, относящихся к нескольким важным измерениям жанра науки, включая слова, относящиеся к методам и исследованиям, что позволяет предположить, что ему было трудно приблизительно определить подходящую частоту этих измерений при сообщении о поддельных данных. Хотя Стапель переборщил со словами, относящимися к методам и расследованию, мошеннические документы не были более описательными; на самом деле он включил в свои мошеннические статьи значительно меньше прилагательных. В целом Стапель использовал в своих фальшивых бумагах почти на три тысячи прилагательных меньше, чем в настоящих.Это наблюдение согласуется с исследованиями лжи, связанными с мониторингом реальности [26], [27], в которых утверждается, что описательные воспоминания о реальном опыте более чувственны и контекстуально обусловлены, в то время как воспоминания о воображаемых переживаниях, как правило, отражают познания, рационализации и менее подробные описания. о перцептивной информации [6], [29]. Учитывая, что Стапель, как правило, не просто манипулировал наборами данных, которые он собирал, а вместо этого сфабриковал их, никогда не собирая никакой информации от участников, его описания должны напоминать воспоминания о воображаемых переживаниях, а не модификации реальных.

Второй паттерн, связанный с научным жанром, заключался в том, что Стапель использовал больше слов, чтобы подчеркнуть важность и относительные различия результатов, но меньше слов, чтобы преуменьшить или скрыть эмпирические результаты. В частности, мы наблюдали значительно более высокую частоту лингвистических усилителей, выражающих степень различия, но более низкую частоту умаляющих, которые ослабляют или двусмысленно описывают результаты. Стапель также писал с большей уверенностью, описывая свои поддельные данные, используя почти на треть больше определений, чем в настоящих статьях.Такие слова, как «глубоко», «чрезвычайно» и «значительно», определяют выводы как имеющие существенное и драматическое влияние. Описывая ложные данные словами, улучшающими результаты, Стапель, по-видимому, пытался подчеркнуть новизну и силу своих выводов, которые оказались «слишком хорошими, чтобы быть правдой» [9]. Этот образец языка также согласуется с другими формами обмана, которые включают в себя убеждение читателей в качестве, таких как поддельные отзывы об отелях, которые включают слишком много превосходных степеней по сравнению с реальными отзывами [8].

Наше исследование предполагает, что некоторые традиционные индикаторы обмана, отрицания, союзы и расхождения [10], [12]–[15] не указывали на мошенничество Стапеля. Есть несколько возможных причин, по которым эти шаблоны обмана не появились здесь. Во-первых, сильно формализованный научный жанр ограничивает некоторые лингвистические параметры, которые наблюдались в других контекстах обмана, такие как местоимения первого лица единственного числа, и это могло сделать традиционные маркеры обмана менее значимыми для контекста науки.Во-вторых, научные статьи планируются и тщательно редактируются. Напротив, большинство исследований лжи включают в себя устные заявления или разговоры, в которых ложь создается импровизировано [30]. Таким образом, такие сигналы, как снижение сложности дискурса, могут не иметь значения в научном письме, поскольку оно создается асинхронно и с возможностью исправления. Действительно, исследование финансовых отчетов, составленных корпоративными должностными лицами, показало, что мошеннические отчеты, как правило, имеют более сложные дискурсивные структуры, такие как более длинные слова и предложения [31], [32], а не менее сложные дискурсивные структуры.Наконец, в нашем анализе рассматривалась только одна авторская исследовательская программа. Стапель был плодовитым лжецом, и его мастерство, возможно, уменьшило чувство вины или беспокойство по поводу написания ложных исследований или любых когнитивных проблем, которые могут вызывать сигналы в других контекстах обмана.

Хотя обобщение на другие случаи научного мошенничества важно, для этого начального исследования языка научного мошенничества наличие одного автора, чья работа была тщательно расследована на предмет мошенничества, обеспечило важную степень контроля над типами публикаций.Несмотря на то, что мы сосредоточили внимание на мошенничестве Стапеля, наши результаты также расширяют выводы комитетов Левела, Ноорта и Дрента [9], показывая, что Стапель оставил следы мошенничества в своих письмах. Эти следы согласуются с другими работами, указывающими на то, что языковые подсказки важны для обнаружения обмана. Впечатляет обнаружение этих закономерностей в научном дискурсе, учитывая, как часто публикации редактируются и контролируются авторскими группами. Эти факторы предполагают, что поиск более широкого круга авторов и мошеннических исследовательских работ [2], [33] может быть полезным для освещения вводящего в заблуждение научного языка в разных дисциплинах.

Благодарности

Мы благодарим Синди Чанг, Мелиссу Фергюсон, Стивена Портера, Джонатана Шульдта, Джесси Тафт и Майкла Вудворта за комментарии к более ранней версии этой рукописи.

Вклад авторов

Задумал и спроектировал эксперименты: DMM JTH. Проведены эксперименты: DMM JTH. Проанализированы данные: DMM JTH. Предоставленные реагенты/материалы/инструменты для анализа: DMM JTH. Написал статью: DMM JTH.

Каталожные номера

  1. 1.Fanelli D (2009) Сколько ученых фабрикуют и фальсифицируют исследования? Систематический обзор и метаанализ данных опросов. PloS One 4: 1–11
  2. 2. Fang FC, Steen RG, Casadevall A (2012) На неправомерные действия приходится большинство отозванных научных публикаций. Proc Natl Acad Sci USA 109: 17028–17033
  3. 3. Купер Дж. (2013) О мошенничестве, обмане и этике. J Exp Soc Psychol 49: 314 doi http://dx.doi.org/10.1016/j.jesp.2012.12.006.
  4. 4.Йонг Э (2012) Лауреат Нобелевской премии призывает психологов очистить свои действия. Доступно: http://www.nature.com/news/nobel-laureate-challenges-psychologist-to-clean-up-their-act-1.11535#/ По состоянию на 20 июля 2013 г.
  5. 5. Симонсон У. (2013) Просто опубликуйте это: урок из двух случаев сфабрикованных данных, обнаруженных только статистикой. Psychol Sci 24: 1875–1888
  6. 6. Врий А. (2008) Обнаружение лжи и обмана: ловушки и возможности. Западный Суссекс: John Wiley & Sons Ltd.
  7. 7. Портер С., Юилл Дж. К. (1996) Язык обмана: исследование словесных признаков обмана в контексте допроса. Закон Хум Бихав 20: 443–458
  8. 8. Отт М., Чой И., Карди С., Хэнкок Дж. Т. (2011) Обнаружение вводящего в заблуждение онлайн-спама с помощью любого воображения. 49-е ежегодное собрание Ассоциации компьютерной лингвистики. Портланд, штат Орегон.
  9. 9. Комитеты Levelt, Noort, Drenth (ноябрь 2012 г.) Несовершенная наука: мошеннические исследовательские методы социального психолога Дидерика Стапеля.Доступно: https://www.commissielevelt.nl. По состоянию на 7 мая 2013 г.
  10. 10. Тома С.Л., Хэнкок Дж.Т. (2012) Что скрывается за этим: лингвистические следы обмана в профилях онлайн-знакомств. J Commun 62: 78–97
  11. 11. Ларкер Д.Ф., Заколюкина А.А. (2012) Выявление вводящих в заблуждение дискуссий в телефонных конференциях. J Бухгалтерский учет Res 50: 495–540
  12. 12. Ньюман М.Л., Пеннебейкер Дж.В., Берри Д.С., Ричардс Дж.М. (2003)Лживые слова: предсказание обмана по языковым стилям.Pers Soc Psychol Bull 29: : 665–675. дои; 10.1177/0146167203251529
  13. 13. Хэнкок Дж. Т., Карри Л. Е., Гурха С., Вудворт М. (2008) О лжи и лжи: лингвистический анализ обмана в компьютерном общении. Discourse Process 45: 1–23
  14. 14. Pennebaker JW (2011) Тайная жизнь местоимений: что наши слова говорят о нас. Лондон: Блумсбери Пресс.
  15. 15. Экман П. (2001) Ложь: подсказки к обману на рынке, в политике и браке.Нью-Йорк: WW Norton & Company, Inc.
  16. 16. Чжоу Л., Бургун Дж. К., Нунамакер Дж. Ф., Твитчелл Д. (2004) Автоматизация лингвистических сигналов для обнаружения обмана в текстовой асинхронной компьютерной коммуникации. Группа Децис Негот 13: 81–106
  17. 17. Sporer SL (2009) Мониторинг реальности и обнаружение лжи. В: Гранхаг П.А. и Стромвелл Л.А., редакторы. Выявление лжи в криминалистических контекстах. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.стр.64–102.
  18. 18. Симмонс Дж. П., Нельсон Л. Д., Симонсон У. (2011) Ложноположительная психология: нераскрытая гибкость в сборе и анализе данных позволяет представить что-либо как значимое. Psychol Sci 22: 1359–1366
  19. 19. Рэйсон П. (2008) От ключевых слов к ключевым семантическим областям. Int J Corpus Ling 13: 519–549
  20. 20. Рэйсон П. (2003) Матрица: статистический метод и программный инструмент для лингвистического анализа посредством сравнения корпусов. Соединенное Королевство: Ланкастерский университет (докторская диссертация).
  21. 21. Перес М.К. (2010) Учимся у Обамы и Клинтона: использование индивидуальных корпусов на языковых занятиях. В: Jaen MM, Perez MC, Valverde FS, редакторы. Изучение новых путей в языковой педагогике: обучение языку на основе лексики и корпуса. Лондон: Издательство Equinox. стр. 191–212.
  22. 22. Али А.М. (2007) Семантические поля проблем делового английского: малайзийские и британские журналистские деловые тексты. Корпус 2: 211–239
  23. 23. Макартур Т. (1985) Лексикон современного английского языка Лонгмана.В: Quirk R, Greenbaum S, Leech G, Svartvik J, редакторы. Лондон: Лонгман.
  24. 24. Мел М., Гилл А.Дж. (2010) Компьютеризированный анализ контента. В: Гослинг, С. и Джонсон, Дж., Редакторы. Передовые методы поведенческих исследований в Интернете. Вашингтон, округ Колумбия: Публикации Американской психологической ассоциации.
  25. 25. Rayson P (2014) Руководство по формату ввода/вывода CLAWS. Ланкастерский университет.
  26. 26. Джонсон М.К., Рэй С.Л. (1981) Мониторинг реальности.Psychol Rev 88: 67–85
  27. 27. Врий А. (2008) Обнаружение обмана: мониторинг реальности. В: Катлер, Б.Л., редактор. Энциклопедия психологии и права. SAGE Publications, Inc. Thousand Oaks, CA: SAGE Publications, Inc.
  28. 28. Чжоу Л., Чжан Д. (2006) Сравнение обманного поведения при принятии решений в диадах и триадах в синхронной компьютерной коммуникации. Исследование малых групп 37: 140–164
  29. 29. Бонд Г.Д., Ли А.Ю. (2005) Язык лжи в тюрьме: лингвистическая классификация правдивого и обманчивого естественного языка заключенных.Appl Cogn Psychol 19: 313–329
  30. 30. Врий А (2006) Обнаружение обмана. В: Кеббелл М., Дэвис Г., редакторы. Практическая психология для судебных расследований и судебного преследования: серия Wiley по психологии преступности, полиции и права. Чичестер: Wiley & Sons. стр. 89–102.
  31. 31. Кортис Дж. К. (2004) Запутывание корпоративных отчетов: артефакт или явление? Br Account Rev 36: 291–312
  32. 32. Куртис Дж. К. (1998) Изменчивость читабельности годового отчета: проверка гипотезы обфускации.Account Auditing Account J 11: 459
  33. 33.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.