Психология эрика берна – Берн, Эрик — Википедия

Содержание

Вклад Эрика Берна в психологию

Один из самых видных самобытных психологов 20-го века – Эрик Берн. Получив сначала традиционное медицинское образование, впоследствии он увлекся психиатрией и психоанализом. Сложные отношения с Психоаналитическим Институтом в Сан-Франциско повлияли на его самоопределение в научном мире. Возможно, не было бы никаких открытий и всей Трансактной Теории, если бы не унизительная пощечина от Института, трижды отказавшего в членстве Эрику Берну после обучения.

Путь и становление Эрика Берна как психолога

Американский ученый родился в Канаде в 1910 году и при рождении получил имя Леонард Бернстайн. Его отец был врачом, и это сказалось позднее на выборе профессии. Детские переживания совместных с отцом посещений больных, игр со сверстниками в больницу были усилены ранним уходом из жизни отца. Его смерть ярко запечатлелась в памяти сына.

Он стал доктором медицины и магистром хирургии. В середине 30-х он переехал в США, где окончил интернатуру, открыл психиатрическую практику, сменил имя на Эрик Берн. К 1941-му он уже основательно увлекся психоанализом. Во время Второй мировой войны работал военным психиатром при армии. Параллельно с этим он не переставал консультировать по хирургии.

После армии он обучался психоанализу у Эрика Эриксона. Но почти сразу ученый демонстрирует «инакомыслие». Многое в классической теории психоанализа ему представляется по-другому. Если психоаналитики стремятся дойти с пациентом до момента его рождения, чтобы проработать мельчайшие детали воспоминаний, оставивших яркий след в формировании личности, то Берн предполагал еще более глубокий анализ родителей, воспитывавших ребенка и давших свои установки, и предков – передавших свой опыт и мировоззрение.

Это одна из ключевых позиций Берна – осмысление (или его отсутствие) предыдущего опыта и переданного опыта из поколения в поколение. Поддержки он не встретил со стороны коллег и учителей. Более того, когда в 1956 году он подал заявку на членство в 3-й раз – и в 3-й раз ее отклонили. Это, с одной стороны, подействовало на него разрушительно, с другой – заставило обособиться и заняться самостоятельными исследованиями.

Теория трансактного анализа

Не отказываясь от важных постулатов психоаналитиков, Берн сосредотачивается на межличностных отношениях и том, как они влияют на жизнь человека.

В своих наиболее известных трудах «Игры, в которые играют люди», «Люди, которые играют в игры» он проводит параллели между человеческой потребностью в общении (сенсорных впечатлениях) и потребностью в пище. Не получая необходимых нутриентов и стимулов к развитию, физическое тело развивается с патологиями. То же происходит и с формированием личности.

Длительный сенсорный голод способен деструктивно влиять как на ребенка, так и на взрослого человека. Это приводит к психосоматике, происходят изменения в тканях организма. Этот голод толкает людей на совершение действия (акт), подчас имеющего иные мотивы и выгоды, нежели транслирует субъект. Он призывает окружающих к совместному совершению акта, но преследует свою скрытую цель.

Такое поведение Берн называет «игрой» в значении «неестественное». Игра в его понимании – это осуществление действа двумя и более лицами по заранее спрограммированному алгоритму. Он проводил клинические испытания, в которых рассматривал множество типовых сценариев подобных игр. Их все он последовательно описал и объяснил.

Автор считал, что большинство сценариев человек усваивает в детстве, получая определенные установки от родителей. И это бессознательно руководит им в течение всей жизни, задавая векторы успеха или неуспеха. Большинство людей не замечают подобного эффекта, так как сценарий управляет им в обход сознания. Впрочем, считает Берн, избавиться от любого негативного или позитивного сценария возможно путем осознания происходящего.

Следующим важнейшим моментом, ставшим знаковым в психологии, психотерапии и психиатрии, стал структурный анализ личности. Берн выделил 3 состояния психики человека в реальном времени. Это ощущение человеком себя в окружающем пространстве как ребенка (Я-Ребенок), родителя (Я-Родитель), взрослого (Я-Взрослый). Это не суб-личности, а именно состояние психики, которое характеризуется определенными чертами:

  • Я-Ребенок дает человеку ощущение радости жизни, он обращен к будущему, к познанию, но лишен ответственности;
  • Я-Родитель обращен в прошлое, анализирует прошлый негативный опыт и, стремясь предохранить от подобных переживаний дитя, выставляет запреты;
  • Я-Взрослый существует «здесь и сейчас», он спокойно наблюдает за тем, как ребенок (личность) приобретает опыт, ведь важнее не то, ЧТО и КАК прожил человек, а его интерпретация произошедшего.

Все 3 состояния для личности важны, слишком сильное преобладание одной фигуры способно внести дисбаланс в жизнь. Так же как и попытка уменьшить одну из них. Грамотный анализ себя самого (или с помощью психолога) поможет человеку понять, из каких состояний эго принималось то или иное решение, и как выбираться из тупиковых ситуаций.

Психология движется дальше. Уже сегодня многие ученые в этой области говорят о том, что чрезмерное обвинение родителей, заложивших неправильные установки в малосознательном возрасте, способствует усилению инфантильности личности. Стремление развивать в себе осознанность и ответственность позволит человеку действовать в соответствии только со своими интересами, учитывая интересы остальных и не ожидая от них, что они поставят чьи-то интересы выше своих.

Источники: Эрик Берн «Игры, в которые играют люди», «Люди, которые играют в игры».

Автор: Светлана Ломако

Редактор: Чекардина Елизавета Юрьевна


Купить книгу в Литрес Купить книгу на ОЗОН Купить книгу в Лабиринте

Если вы заметили ошибку или опечатку в тексте, выделите ее курсором и нажмите Ctrl + Enter

Не понравилась статья? Напиши нам, почему, и мы постараемся сделать наши материалы лучше!

psychosearch.ru

Эрик Берн, психолог, психиатр

Годы жизни: 10 мая 1910 – 15 июля 1970

«Мы рождаемся принцами, и цивилизационный процесс превращает нас в лягушек».

Берн был проницательным наблюдателем, изучавшим людей и их поведение. Этот аспект развился у него довольно рано, например, младшая сестра Грейс вспоминала, что в студенческие годы он проводил часы в Монреальских доках, наблюдая за алкоголиками.

Эрик Берн (Леонард Бернштейн) родился 10 мая 1910 года в Монреале, Канада, в еврейской семье выходцев из России. Отец, Дэвид Хиллер Бернштейн, был практикующим терапевтом и часто брал маленького Эрика с собой во время обхода пациентов. Мать, Сара Гордон Бернштейн, — писатель и редактор — поощряла литературный опыт молодого Берна.

Дэвид Хиллер Бернштейн умер в 37 лет от туберкулеза. Эрику на тот момент было всего 10 лет, он тяжело переживал утрату.

Восхищение, с которым юный Берн смотрел на отца, предопределило выбор будущей профессии. Он закончил Университет Макгилла в 1931 году, а четыре года спустя получил докторскую степень по медицине и степень магистра хирургии. Завершив обучение, переехал в Америку и получил американское гражданство. Проходил интернатуру в больнице Энглвуда, Нью-Джерси, а затем психиатрическую ординатуру в клинике при медицинской школе Йельского университета.

В конце 1940-х годов на волне антисемитских волнений в США Бернстайн сократил фамилию и официально стал Эриком Берном.

Первое назначение как психиатра он получил в психиатрический госпиталь Нью-Йорка. В 1940 году открыл частную практику в городе Норуолк, штат Коннектикут. В это же время он познакомился с первой женой Рут, которая позже подарила ему двоих детей.

Во время Второй мировой войны Берн прервал практику и присоединился к армейскому медицинскому корпусу США в качестве психиатра. В его задачи входила оценка умственных способностей «нервозных» солдат. Вскоре он обнаружил у себя способность к быстрой и точной постановке диагнозов. Он развил эту находку в ряде научных статей, посвященных роли интуиции в клинической диагностике. В 1945 году они с Рут развелись. Расставание проходило тяжело, на фоне взаимных обвинений бывшая жена заявила, что Берн жестоко с ней обращался.

Дослужившись до звания майора, Эрик Берн в 1946 году уволился из армии и переехал в Калифорнию, где закончил работу над книгой «Психика в действии». Позже Берн доработал этот труд, сегодня он известен под названием «Руководство по психиатрии и психоанализу для широкого круга читателей».

Берн приступил к занятиям в психоаналитическом институте Сан-Франциско и начал проходить обучающий курс психоанализа у Эрика Эриксона. Вскоре после этого он встретил девушку Дороти, в которую немедленно влюбился. Но Эриксон запретил ему жениться, пока он не закончит свой дидактический анализ. Берн завершил эту часть обучения к 1949 году, и они с Дороти поженились. У второй жены были трое детей от предыдущего брака, и от Берна она родила еще двоих сыновей.

Берн долгие годы был сторонником психоанализа, но отошел от его ортодоксального направления, получив отказ на прошение о вступлении в члены Психоаналитического института Сан-Франциско. С одной стороны, он был раздосадован, с другой стороны, это пробудило в нем желание и амбиции внести что-то новое в психоанализ.

Работая психиатром, Берн лечил сотни пациентов и постоянно отмечал, что люди менялись в ходе разговора. Изменения не обязательно были вербальными — они могли касаться выражения лица, языка тела и других невербальных сигналов.

Однажды к нему на консультацию пришел 35-летний адвокат. Во время сессии он сказал: «На самом деле я не юрист, а просто маленький мальчик». Берна очень заинтересовала эта идея: как в одном человеке уживаются два состояния. Он назвал эти состояние «Взрослый» и «Ребенок» и предположил, что это не частный случай, а общее место для всех людей. Позже он нашел третье состояние — «Родитель». После многочисленных экспериментов он обнаружил подтверждение теории. Так в 1957 году Берн представил транзактный анализ.

Транзактный анализ Берна изучает эго-состояния индивида и стратегии, с помощью которых эго-состояния формируют вид социального взаимодействия. Многие идеи транзактного анализа Берн продолжал оттачивать на вечерних семинарах, которые проходили каждый вторник. В 1958 году они переросли в социально-психиатрические семинары Сан-Франциско, и позже их переименовали в его честь. На волне растущей популярности теории Берна в 1964 году появилась Международная ассоциация транзактного анализа.

Карьера Берна развивалась стремительно, но личная жизнь вновь не складывалась — в этот период он развелся с женой. Берн решил посвятить себя работе. В 1960-е годы он занимал сразу несколько должностей, вот лишь некоторые из них: консультант по психиатрии при главе медицинского управления армии США, лечащий психиатр в клинике Психической гигиены администрации ветеранов, лектор, читающий курс групповой психотерапии в Нейропсихиатрической клинике Лэнгли-Портера, в Стенфордской психиатрической клинике.

В 1964 году вышла его книга «Игры, в которые играют люди», ставшая невероятно популярной. Ее обсуждали все ведущие газеты и журналы, Берн давал многочисленные интервью на телевидении.

В 1967 году он женился в третий раз. О своей последней жене Берн писал: «Красивая, интеллигентная, добросовестная, вежливая, ласковая Афродита с длинными светлыми волосами». Несмотря на столь поэтичное описание, брак продлился три года и закончился разводом в начале 1970 года, незадолго до смерти Берна.

Его профессиональные достижения как основоположника транзактного анализа получили широкое признание. Что касается личной жизни — друзья отмечали в нем крайний парадокс: в один момент он мог быть спонтанным и очаровательным, а потом вдруг становился авторитарным, требовательным, жестким.

Причины, по которым распались три брака Берна, так и остаются невыясненными. Один из его друзей предположил, что ранняя смерть прописана в жизненном сценарии Берна: он умер от разбитого сердца, потому что не мог поддерживать любовь и не позволял другим любить себя.

Эрика Берна госпитализировали 26 июня 1970 года с острой болью в груди, которая оказалась сердечным приступом. Через три недели он скончался от нового, более обширного приступа.

www.psychologies.ru

Эго-состояния человека по Эрику Берну. Примеры

Трансактный анализ Берна помогает понять причины наших проблем, возникающих и проявляющихся на уровне общения. Основа трансакционного анализа – три эго-состояния (Я-состояния. Лат. ego — «я»), взаимодействие которых определяет психологию поведения, качество нашей жизни, общения и здоровья.

Эрик Леннард Берн

Трансактный анализ

Эрик Берн анализировал общение, разбив его на «единицы общения» или «трансакции». Отсюда и название метода – трансактный анализ.

Теория даёт ответы на вопросы, определяющие качество нашего общения [2]:

  1. Что есть наши эго-состояния?
  2. Какие эго-состояния мы несём с собой в течение всей жизни?
  3. Как убрать «мусор» из нашей головы, на что определить внимание в общении?
  4. Как проявляют себя наши состояния в различных ситуациях и моделях поведения?
  5. Как «сбалансировать» наши эго-состояния так, чтобы они работали на созидание?

Предмет трансакционного анализа в психотерапии – изучение эго-состояний – целостных систем идей и чувств, проявляющих себя в нашем общении через соответствующие модели поведения. Используя «единицы взаимодействия» – трансакции, сложнейший язык человеческих взаимоотношений мы можем представить на языке взаимодействий трех базовых эго-состояний. Научиться понимать язык нашего эго может даже человек, далекий от психотерапевтической практики. Говорить на этом языке – значит овладеть искусством общения в совершенстве.

Эго-состояния

Для многих из нас утро – это привычная последовательность действий: ванная – завтрак – поход на работу. Каждое из них совершается без раздумий, «на автопилоте». В такие моменты мы пребываем в состоянии контролирующего самого себя «Родителя».

В пути мы раскрепощаемся, беспричинно радуемся своему настроению, солнцу и пению птиц, свежести бодрящего воздуха и отличному утру, – мы позволяем проявиться своему внутреннему «Ребёнку».

Вдруг, метро, на котором мы обычно добираемся до офиса – закрыто. Мы вынуждены решать конкретную задачу – выбрать путь: доехать автобусами, поймать такси или поработать дома. Мы переключаемся из состояния «родительского автопилота» на «ручное управление», передавая инициативу «Взрослому».

Всего за несколько минут, по дороге в офис, мы побывали в разных состояниях эго – наших «Я».

В каждый момент жизни наши чувства, мысли, слова, реакции и действия определяются одним из трех возможных эго-состояний:

  • Я-Родитель
  • Я-Взрослый
  • Я-Ребёнок

Трансактный анализ Эрика Берна – это готовый набор инструментов для анализа состояний нашего Я. Каждый из нас может научиться использовать их, не погружаясь в дебри бессознательного.

Внимательно понаблюдайте за мамой/папой минут 10. Заметите, как проявятся как минимум два эго-состояния. Только что она поучала дочь с позиции «Родителя», через доли секунды отреагировала на замечание мужа с позиции «Ребёнка». А спустя несколько минут, задумавшись, заговорила с ним как «Взрослый».

Смена эго-состояний может происходить и происходит быстро и часто, а время от времени все состояния или же два из трех проявляются одновременно.

Я-Родитель

В состоянии «Я-Родитель» человек копирует родительские образы поведения или образы авторитетов. Ощущает, мыслит, ведет беседу и реагирует на происходящее точно так же, как это делали родители в его детстве.

Согласно Берну, контролирующее состояние «Родителя» исполняет функцию совести и воздействует на человека даже в те моменты, когда его внешнее поведение определяют состояния Взрослого или Ребёнка. Зачастую, состояние «Родителя» используется в качестве модели при воспитании собственных детей. Поэтому новоиспечённый родитель, как правило, ведёт себя так же как с ним вели себя его родители. Если его ругали за разбитые тарелки, вскоре и он начнёт ругать своих детей. Эта реакция у него будет автоматическая, ему нужно учиться останавливать себя и включать внутреннего Взрослого.

«Родитель» проявляет себя в нашей способности делать что-то автоматически, в общих фразах и в манерах. Он любит констатировать: «Нельзя», «Необходимо», «Должен».

Что случается, если эго «Я-Родитель» с годами доминирует?

Человек, в состоянии которого жестко доминирует эго-родитель, легко впадает в другую крайность: пытается везде и всегда контролировать ситуацию. В случае неудачи, корит и пилит себя по любой причине, во всём, что с ним происходит ищет и находит свою вину.

Если подобный сценарий преобладает годами и десятилетиями, он становится причиной психосоматических расстройств. В этом случае состояние «Я-Родитель» проявляет себя как деструктивное и протекает с тяжелыми последствиями. Пока родитель существует, сбежать от его контролирующего влияния на уровне закладываемых в детстве родительских программ-предписаний личность не сможет. Единственный способ вырваться из оков – переписать устаревшие родительские программы.

Контролирующий и Заботливый Родитель

Заботливый Родитель – «живущий» в вас или в окружающих – это одно из самых счастливых состояний, которые может проявлять и испытывать человек. Он способен помогать, прощая ваши обиды и несовершенства. Он находит в этом удовольствие, поэтому такая помощь всегда окажется вовремя и воспринимается естественно, без напряжения. Всё что требует взамен Заботливый Родитель – это чуточку внимания к своей персоне.

  • Я-Родитель
    Контролирующий

Контролирующий Родитель всегда и везде стремится «Вышибить клин клином». Человек в этом состоянии будет снова и снова обращать внимание на ваши ошибки и слабости, подчеркивать своё превосходство и наставлять на путь истинный по поводу и без повода.

Я-Ребёнок

В каждом из нас до седых волос продолжает жить ребёнок. Время от времени, он проявляет себя в зрелой жизни совершенно по-детски – оперируя теми же чувствами, словами и мыслями, действуя, играя и реагируя так же, как в возрасте 2-6 лет. В такие моменты мы проживаем жизнь в состоянии «Я-Ребёнок», вновь и вновь возвращаясь к своим детским переживаниям, но уже с позиции зрелой личности. По сути, «Ребёнок» – это тот кусочек детства, который нам удается сохранить до глубокой старости.

Именно эту часть человеческой личности Эрик Берн считает наиболее ценной. Пребывая в этом состоянии в любом возрасте мы позволяем себе счастье оставаться естественными – восторженными и милыми, радостными и печальными или упрямыми и покладистыми – такими же, какими были в своём детстве. Спонтанность, интуицию, искру творчества – ярче всего проявляющиеся в детском возрасте, мы переносим во взрослую жизнь и вновь проявляем в состоянии Ребёнка.

Что случается, если эго «Я-Ребёнок» с годами доминирует?

Жестко доминируя в зрелом возрасте, состояние Ребёнка может стать источником серьезных проблем. Потерпев даже мимолетную неудачу человек в состоянии «Я-Ребёнок» тут же находит козла отпущения – несовершенный мир, неискренних друзей, тупое начальство, вечно жалующуюся на жизнь семью или, за неимением более конкретных объектов, – карму и родовое проклятье. Следствие таких рассуждений – обвинительный приговор, который он выносит людям, миру и самому себе, разочарование жизнью, пренебрежение возможностью использовать полученный опыт для исключения подобных ошибок в будущем.

Как и в случае доминирования позиции «Я-Родитель», растянувшееся во времени постоянное пребывание в состоянии «Я-Ребёнок» и накапливание отрицательных эмоций в виде обид и ожесточения – фундамент для серьезных психосоматических заболеваний. Таких же последствий можно ждать, активно и систематически подавляя в себе «Ребёнка» из состояния «Я-Взрослый».

Свободный и адаптивный Ребёнок

В зависимости от той роли, которые сыграли родители в воспитании человека в его раннем детстве, его Ребёнок может сформироваться Свободным или Адаптивным.

Пока мы сохраняем в себе Свободного Ребёнка, мы способны не только воспринимать жизнь, но удивляться и искренне радоваться её проявлениям. Мы способны забыть о возрасте, до слезинок хохотать над удачной доброй шуткой, испытывать детский восторг от ощущения единства с природой и её энергиями. Мы готовы расплыться в широкой улыбке отыскав единомышленника, беспричинно любить окружающих, находить смысл во всем, что происходит с нами и вокруг нас.

Адаптивный Ребёнок – это постоянные сомнения и комплексы. Его легко определить в окружении по «маске Жертвы» – постоянно озабоченному и тревожному выражению лица. Обычно эта маска полностью соответствует его внутреннему состоянию – напряжения, боязни сделать лишний или неверный шаг, сомнения, борьбы с самим собой по любому, даже самому незначительному поводу. Жизнь для него – это движение по заранее определенной траектории, причем то, какой будет эта траектория чаще выбирает не он.

Я-Взрослый

В состоянии «Я-Взрослый» человек оценивает окружение и происходящее с ним объективно, способен просчитать вероятность и возможность тех или иных событий исходя из накопленного опыта. Находясь в этом состоянии, человек живёт по принципу «Здесь и сейчас», обмениваясь с миром чувственной и логической информацией подобно компьютеру – в режиме реального времени. В состоянии «Я-Взрослый» пребывает пешеход, переходящий улицу, хирург, проводящий операцию, или ученый, делающий доклад. Главные слова у Взрослого: «Это целесообразно», «Могу – не могу», «Давайте посчитаем», «Где польза?».

Что случается, если человек предпочитает руководствоваться эго «Я-Взрослый»?

Состояние «Я-Взрослый» предполагает адекватную оценку действительности и своих поступков, принятие ответственности за каждый из них. В позиции «Я-Взрослый» человек сохраняет возможность учиться на своих ошибках и использовать накопленный опыт для дальнейшего развития. Он не распинает себя за допущенные промахи, а принимает ответственность и идёт дальше.

Вместо того, чтобы тащить за собой тяжкий эмоциональный хвост ошибок и поражений, он использует новый шанс и находит верный путь для их исправления с минимальными энегозатратами. С другой стороны, находясь под постоянным контролем со стороны «Родителя» и «Ребёнка», «Я-Взрослый» теряет способность принимать взвешенные решения. И тогда весь свой заработок за полгода «Взрослый», попавший под влияние «Ребёнка», потратит на пышное празднование Нового Года.

Примеры, когда баланс трех начал нарушен

Педант

Если поле «Взрослого» замусорено хламом предписаний «Родителя», а «Ребёнок» блокирован, без возможности повлиять на «Взрослого» – перед нами классический педант, человек, лишенный умения и желания играть. Сухарь, напоминающий ходячую механическую схему. И тогда хронический дефицит ярких положительных эмоций может спровоцировать взрыв аморального поведения, карать за которое вплоть до психосоматических расстройств будет строгий внутренний «Родитель».

Бессовестный лицемер

Представим ситуацию, когда поле «Взрослого» утопает в неумеренных детских желаниях, а «Родитель» при этом блокирован, без возможности их ограничить. Поступки такого человека в социуме определены целью: полностью удовлетворить потребности своего «Ребёнка», в то время как «Родитель» пытается жестко контролировать окружение.

Мы имеем дело с лицемером – человеком, лишенным совести. Получив власть, такой человек легко преображается в садиста, пытающегося удовлетворять потребности за счёт интересов своего окружения. Со временем, конфликт на уровне социума проецируется на внутренний мир с трагическими последствиями для психического и физического здоровья.

Неуправляемый

Если поле «Взрослого» пребывает под постоянным контролем «Родителя», и при этом отягощено страхами «Ребёнка» – мы имеем дело с человеком, лишенным возможности управления. Его позиция «Я понимаю, что поступаю неверно, но поделать ничего не могу».

В зависимости от того, какая составляющая эго берёт верх в данный момент, человек, не управляющий собой может проявлять себя то святошей, то законченным развратником. Такой внутренний расклад – идеальная питательная среда для невроза и психоза.

Расставим акценты

Зрелой личностью можно назвать человека, в поведении которого доминирует позиция «Я-Взрослый». Если с годами позиции «Я-Родитель» или «Я-Ребёнок» остаются доминантными, мироощущение и поведение человека в социуме перестают быть адекватными. Личности, претендующей «на зрелость», следует сбалансировать все три исходных состояния и сознательно сместить акцент на позицию «Я-Взрослый».

Вместе с тем, как считает Эрик, даже развив в себе конструктивную доминанту «Взрослый», и достигнув искусства сдерживать свои эмоции, полностью и жестко изолировать в себе «Ребёнка» и «Родителя» не продуктивно. Время от времени они должны проявляться хотя бы для того, чтобы в нашем «жизненном супе» всегда хватало соли, перца и здоровой самокритики.

Чтобы избежать стойких неврозов в будущем, «Взрослому» не стоит слишком часто и надолго передавать инициативу «Родителю» или «Ребёнку». А чтобы навсегда забыть о таком печально известном продукте цивилизации, как неврозы, нам предстоит:

  • Восстановить нормальный баланс отношений между всеми тремя аспектами своего эго.
  • Избавиться от родительских программ.
  • Узнать и переписать сценарий своей жизни.

В той или иной форме мы принимаем участие в общении в роли Взрослых, Детей или Родителей, поскольку надеемся обрести желаемое. Каждая трансакция, составленная из единичного стимула и единичной вербальной/невербальной реакции – не что иное, как единица социального действия.

Зная, от имени какого из наших «Я» мы ведём беседу и на какую реакцию собеседника можем рассчитывать, мы можем влиять на конечный результат и качество общения. А психологическая гибкость, состоящая в умении адекватно оценивать ситуацию и передавать управление какой-либо одной стороне личности – залог нашего психического и физического здоровья.

Умение правильно использовать свои мысли, интонации, слова, выражения в повседневных диалогах – это величайшее искусство налаживать обратную связь с собеседником, слушать и слышать то, что он хочет донести или, напротив, скрыть. Овладеть этим редким умением, необходимым в сбалансированной и счастливой жизни поможет трансактный анализ Эрика Берна.

«Люди, которые играют в игры. Игры, в которые играют люди» – книги американского психотерапевта Эрика Берна [1], ставшие бестселлером и практическим руководством для нескольких поколений практикующих психологов. Берн впервые сформулировал базовые принципы трансакционного или трансактного анализа, составляющие основу межличностных отношений.

Наблюдайте за собой, учитесь различать свои «Я».

goal-life.com

Эрик Берн. Сценарии жизни людей [Школа Эрика Берна]

Эрик Берн был сорокашестилетним врачом-психиатром, когда отказался от дальнейшего обучения психоанализу после пятнадцати лет работы в этом русле.

Он отказался от дальнейших усилий в этом направлении, после того как в 1956 году Институт психоанализа Сан-Франциско отказал ему в членстве в качестве психоаналитика. Вероятно, этот отказ был для него болезненным, но зато подтолкнул к осуществлению давнего желания внести свой вклад в теорию психоанализа.

Он никогда не рассказывал о том, как это произошло и как он воспринял отказ, возможно, потому, что сердился на них. Я подозреваю, что это случилось потому, что он был недостаточно верен психоаналитической концепции (и он не был ей верен, когда я встретил его два года спустя). Он считал, что терапевт должен играть более активную роль в процессе терапии, чем это позволялось психоаналитической концепцией.

В течение десяти лет он исследовал проявления интуиции. Его интерес к этому вопросу зародился, когда он в качестве армейского психиатра принимал десятки мобилизованных каждый день. Чтобы развлечься, он придумал игру. Она состояла в том, чтобы угадать профессию человека по его ответам на два вопроса: «Вы нервничаете?» и «Вы когда-нибудь раньше были на приеме у психиатра?»

Берн обнаружил, что может довольно точно угадать профессию пришедшего к нему человека, особенно если он механик или фермер.

Это открытие привело к написанию Берном ряда статей об интуиции, которые, в свою очередь, привели к развитию теории транзактного анализа.

Когда Эрик Берн учился на врача, его научили диагностировать «психопатологию», применять к пациентам психиатрические понятия и без угрызений совести навязывать им свои цели. Следовательно, для него не было обычным делом прислушиваться к своей интуиции.

Именно тогда, как он часто говорил потом, он решил отказаться от той «ерунды», которой его учили, и «начать слушать, что говорят ему пациенты».

Так он начал использовать интуицию в терапевтической работе. Вместо того чтобы пользоваться понятиями и категориями традиционной психиатрии и с их помощью решать, что пришедший к нему человек является «латентным гомосексуалистом» или «параноидным шизофреником», он повернулся к личности пациента и стал собирать информацию о нем, опираясь на интуитивное восприятие.

Например, пациента-мужчину, которому раньше Берн поставил бы диагноз «тяжелая латентная гомосексуальность», он теперь интуитивно воспринимал как человека, который чувствует себя «как если бы он был маленьким мальчиком, который, будучи обнажен и сексуально возбужден, стоит перед старшими, мучаясь от невыносимого стыда и ужасно краснея». Берн стал называть такие образы образами эго. Здесь важно заметить, что ключевая разница между образом эго и диагнозом в том, что источником образа эго является информация, исходящая от клиента, а диагноза — исходящая от самого психиатра и его наставников.

Берн продолжал пользоваться интуитивными образами эго в терапии и скоро обнаружил, что отношение к клиентам в контексте их чувств и опыта больше помогает им, чем отношение к ним в рамках психиатрического диагноза.

Со временем Эрик Берн стал видеть в каждом клиенте образ эго, связанный с детством человека, и включать в «историю болезни» его детские переживания, которые проявились во время беседы. Детский образ эго одной из пациенток был «маленькой девочкой со светлыми волосами, стоящей в саду, обнесенном забором, среди цветущих маргариток», одного из пациентов — «мальчиком, которому страшно, потому что он едет в машине с разозленным отцом, который ведет ее на предельной скорости».

Эрик Берн понял, что образы эго есть у каждого человека, и назвал их состояниями эго. Он увидел, что «детское» состояние отличается от «взрослого», которое является своеобразной «вывеской» и потому наиболее заметно. Позже Берн стал различать два «взрослых» состояния, одно — рациональное, которое он назвал Взрослым, и другое — не обязательно рациональное, которое он назвал Родителем, потому что оно, как правило, было скопировано человеком с его родителей.

Берн продолжал наблюдать за пациентами, стремясь забыть то, чему его учили. Так он открыл значимость поглаживаний и структурирования времени. Он увидел транзакции, игры, времяпрепровождения и, наконец, сценарии. К концу 60-х годов его теория была развита почти полностью.

Он перестал ставить пациентам диагнозы. Берн часто шутил, что клиенту, который проявляет меньше инициативы, чем терапевт, ставят диагноз «пассивно-зависимый», а проявляющему больше инициативы, чем терапевт, — «социопат».

Берн поддерживал теоретические связи с психоанализом, но они со временем становились все слабее, а из его групповой работы психоанализ очень быстро исчез полностью.

В первые годы своей работы Берн считал, что транзактный анализ хорош для формирования «социального контроля» («настоящую» терапевтическую работу он в то время считал прерогативой психоанализа). Затем его убеждения изменились, и он стал считать, что основную терапевтическую работу выполняет транзактный анализ, а психоанализ необходим при работе со сценариями. Еще позже анализ сценариев Берна окончательно утерял психоаналитические черты, и тогда его «психоаналитическое мышление» стало проявляться лишь от случая к случаю, при клиническом разборе.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

psy.wikireading.ru

Структурный анализ Эрика Берна Психотерапевтические направления Мои статьи Отдельные статьи Михаила Литвака

« Назад

21.11.2017 16:15

Известно, что разные люди говорят и ведут себя в разных ситуациях по-разному.

Молодой ученый говорит одним тоном, когда делает доклад на конференции, другим тоном, когда возвращается домой с работы и жена просит его вынести мусор, хотя он еще не переоделся в домашнее, и совсем иначе, когда он собирается на работу, а его трехлетний сын проливает стакан вишневого сока на его светлый только что выглаженный костюм. Меняются тон голоса, выражение лица, чувства, а также мысли и действия.

Внимательное наблюдение за больными привело к открытию трех «Я-состояний», которыми располагает каждый индивид и которые по очереди, а иногда вместе выходят на внешнюю коммуникацию. «Я-состояния» — нормальные психологические феномены человеческой личности. Это состояния Родителя (Р), Взрослого (В) и Дитя (Д). Если понаблюдать за человеком минут десять, то его можно увидеть, как минимум, в двух «Я-состояниях».

Присмотритесь к себе. Утром вы автоматически совершаете свой туалет, завтракаете и идете по знакомой дороге на работу, одновременно обдумывая детали сегодняшней деятельности. Обратите внимание, что все части личности работают синхронно: Родитель ведет вас по дороге, вам не нужно обдумывать каждый шаг, Взрослый может заняться подготовкой к работе, Дитя получает удовольствие от свежести и прохлады утра. Но вот вы неожиданно увидели перед собой канаву, наполненную водой. Вчера ее еще не было. По-видимому, ночью прорвало канализацию. Автопилот (Родитель) работать не может, необходимо перейти на ручное управление. Инициативу на себя берет Взрослый. Одновременно вы возмущаетесь плохой работой сантехнических служб города (действие Родителя) и переживаете, что будете наказаны из-за опоздания на работу (тревога Дитя).

Родитель скопирован с родителей или авторитетов. Он проявляется в манерах, общих фразах и автоматизированных действиях. Его основные слова: «должен», «необходимо», «нельзя».

Взрослый — компьютер, но он не лишен чувств. Взрослого видно, когда хирург делает операцию, пешеход переходит улицу или ученый делает доклад группе коллег. Его основные слова: «целесообразно», «могу» — «не могу». Взрослый — не всегда лучшее состояние. Взрослый может быть надоедливым.

Дитя — это то, что нам осталось от детства. Дитя может быть капризным и милым, счастливым и печальным, упрямым и покладистым. Человек любого возраста в отдельные моменты может иметь те же чувства, мысли и поведение, какие у него были в детстве. У Дитяти есть способность видеть сквозь необходимость и абсурд социальных конвенций (т.е. сквозь Родителя), и Дитя не любит тратить время на логическое обоснование всего, как это делает Взрослый. Спонтанность, творчество, интуиция — все это качества Дитя.

Психологически благополучного человека Э.Берн представляет в виде структурной диаграммы (рис. 1).

В первые годы жизни ребенка воспитательные лозунги и девизы минуют контроль Взрослого и сразу попадают в родительские программы. Человек начинает жить по правилам, и его Взрослый занимается не столько анализом ситуации, сколько делает все для того, чтобы выполнить родительские предписания, нанося вред своему Дитя и, следовательно, здоровью. Примером тому могут служить многочисленные факты, когда человек вместо того, чтобы потратить деньги на дело, тратит их по велению внутреннего Родителя на ритуалы, которые потрясают его финансы и здоровье. Много ненужного делается из-за необоснованных страхов Дитяти. Взрослый оказывается в плену у Родителя и Дитя. Эрик Берн называет это контаминациями (загрязнениями) Взрослого (рис. 2).

При такой структуре личности Взрослый не может принимать правильные решения. Но это еще не свидетельствует о слабоумии. Даже наоборот. Большие глупости можно делать только при большом уме. Ведь необходимо иметь большой ум, чтобы заработать неплохие деньги. Но вот зачем тратить их все, например, на встречу Нового года, при этом переесть, не спать и нанести вред своему здоровью? А многим даже в голову не приходит, что при обострении какого-либо заболевания надо отказаться от праздника. Места соединения разных аспектов личности я назвал суставами души, а контаминации — анкилозом (сращением) этих суставов.

Невроз, по Берну, возникает тогда, когда Взрослый под влиянием Дитя и Родителя теряет инициативу, поведение перестает отвечать интересам личности и становится малоадаптивным. Рано или поздно развивается невроз. Лечение невроза в рамках структурного анализа — это восстановление нормальных отношений между тремя аспектами личности и ликвидация устаревших родительских программ, мешающих жизни.
 

Для иллюстрации приведу пример.

А., 36 лет, пришла ко мне на прием вся в слезах. Обращали на себя внимание ее руки. Кисти были темно-багрового цвета с мелкими корочками — следами заживающих ран или маленьких прыщиков. Рассказала она следующую историю.

Пять лет назад ей делали аборт в гинекологическом отделении. Санитарное состояние в туалетах было, мягко выражаясь, не очень хорошим. Одна из соседок по палате заметила, что здесь можно подхватить грибок. Это произвело на А. удручающее впечатление. У нее развился страх заражения.

Вернувшись домой, она заметила, что не может успокоиться, если не вымоет руки после того, как дотронется до какого-либо предмета. В голове все время сидела мысль, что она заразилась грибком. Мытье рук становилось все более частым. Она начала также следить за чистотой комнат, простынь, продуктов. Мытье полов, стирка, обеззараживание продуктов путем обжигания их на огне, обрезание корок с хлеба и сомнительных участков с мяса сделали жизнь А. и ее близких невыносимой, ибо и от них она требовала неукоснительного выполнения всех правил гигиены, да и материально семья начинала страдать. Скандалы, которые она устраивала мужу, ставили семью под угрозу существования. А. понимала нелепость страхов, но ничего поделать с собой не могла. В последнее время она для обеззараживания рук окатывала их предельно горячей водой, что иногда приводило к ожогам I степени.

Она неоднократно обращалась за медицинской помощью. Психотропные средства, рациональная психотерапия и даже инсулиновые комы не давали стойкого улучшения. Система ритуалов постепенно усложнялась.

Приведенные выше сведения дают мало материала для анализа. Более подробное изучение выявило следующее.

А. родилась и выросла в крестьянской семье с патриархальным воспитанием, где добрачная сексуальная жизнь строго порицалась. Если бы жизнь А. сложилась удачно и она рано и удачно вышла замуж (у нее был высокий сексуальный тонус), то эти запреты (родительские программы) не замечались бы и, следовательно, не входили бы в противоречие с потребностями Дитя. Но эти программы доминировали в принципах А. Она сама активно в свое время осуждала подружек, которые занимались сексом до заключения брака. Особенно же ее осуждению подвергались те, которые заводили ребенка вне законного брака.

Жизнь сложилась так, что А. после окончания школы поступила в строительный техникум, а после окончания его работала маляром. Все время прожила в общежитиях. Вначале встречалась с ребятами, но все они пытались приступить к сексу до посещения ЗАГСа, что входило в противоречие с ее принципами. Я ей, естественно, не верил: ну, не могли же вести себя так воспитанники пионерской организации, ленинского комсомола и партии! Как бы то ни было, но лет с двадцати она вообще перестала встречаться с представителями мужского пола. Общалась со своей единственной подружкой, с которой жила в одной комнате общежития и которая придерживалась таких же взглядов. Они осуждали подружек по общежитию, которые вели себя иначе и оставались верными своим принципам. Я ей опять не поверил.

Когда А. было 26 лет, она стала встречаться с женатым мужчиной 36 лет. Он всегда приходил с цветами, угощал конфетами и мороженым, с интимными отношениями не спешил и вообще вел себя весьма корректно. Какое-то время А. была довольна сложившейся ситуацией (Родитель не возражал). Но… месяца через три она прекратила с ним всякие отношения. «Ты человек женатый. Ни к чему путному наши встречи не приведут». Конечно, это действие Родителя. Взрослый бы сообразил: раз мужчина ухаживает за другой женщиной, значит, отношения в семье не очень хорошие. Не исключено, что может получиться что-то серьезное.

Вскоре после разрыва отношений у А. начала болеть голова, она быстро стала уставать на работе, не было настроения. Таблетки от головной боли не помогали, и она обратилась к врачу-терапевту. Был поставлен диагноз нейроциркуляторной дистонии по церебральному типу. Лечение, естественно, не помогло. Терапевт стал ее обследовать, ничего серьезного не выявил. Но головные боли продолжались, и он направил больную на консультацию к невропатологу. Тот тоже ее обследовал. Выявил, что в анамнезе был грипп. Поставил диагноз арахноидита и тоже лечил, естественно, безуспешно, а потом отправил на консультацию к гинекологу. Кроме эпизодических задержек месячных на несколько дней, гинеколог тоже ничего существенного не обнаружила (вам понятно, что наша больная к мужчине-гинекологу не пошла бы). Но разобравшись в ее сексуальной жизни, она увязала ее головные боли с половым воздержанием и посоветовала приступить к интимным отношениям, не дожидаясь регистрации брака: типичный «дикий» психоанализ. Не наше дело давать рецепты поведения. Это дело совести каждого человека. Наша задача рассказать о значении тех или иных составных частей личности. Против своей совести (Родителя) идти нельзя. Это тот внутренний контролер, которого не обманешь, который всегда, иногда даже во сне, начеку. Пока Родитель существует, личность не может избежать его влияния, и если поступит против, то потом будет им наказана. Другое дело, когда предписания Родителя из программы стерты. Поэтому задача психотерапевта — вначале помочь осознать, что программа устарела, а потом помочь ее стереть или преобразовать. Здесь же получилось, что Взрослый врача стал на сторону Дитяти больной, уговорил ее Взрослого, и втроем они победили, но не уничтожили консервативного Родителя пациентки. Поэтому ждите обострения и подумайте сами, когда оно возникнет.

Если бы А. тогда попала на прием к психотерапевту и если бы он не поинтересовался анамнезом, то поставил бы ей диагноз неврастении.

Итак, получив заключение врача, она стала искать сексуального партнера, ибо теперь это был не разврат, а выполнение лечебных назначений (работа Взрослого). Как ей удалось найти такого в эпоху развитого социализма, ума не приложу. Но, тем не менее, такое случилось в новогоднюю ночь. Она сразу же испытала оргазм, головные боли прошли, она почувствовала прилив сил, поднялось настроение. Голос совести (Родителя) почти не беспокоил, да и «лекарство» они принимала достаточно часто, а оно этот голос практически заглушало. Так продолжалось месяца два. Но вы уже догадались. Как только произойдет задержка месячных, так страхи Ребенка дадут энергию поверженному Родителю. Так и произошло.

Она сообщила об этом тому, кто выполнял «врачебные назначения» и поставила вопрос о регистрации брака, но он отказался. Довольно остро развилось депрессивное состояние с мыслями о самоубийстве. Материальной поддержки у А. не было, родственников в Ростове тоже, и она с ребенком вынуждена была бы вернуться к себе в деревню. Она представляла себе то осуждение, которое ее ждет дома, и понимала, что жизни ей не будет. Стала обдумывать способы ухода из жизни.

Не думаю, что у нее не было бы поддержки в родной деревне. Но она судила сама себя (точнее, ее Родитель) тем судом, которым она судила других. А судила она именно тех, которые ей сейчас и смогли бы помочь. Как не вспомнить Иисуса Христа и его «Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите вы, таким судом будут судить и вас». Теперь понятно, почему таким же судом. Потому что судит одно и то же лицо. Ведь ее Родитель осуждал других, теперь он точно так же судил и ее. Программа ведь одна и та же. Но обратите внимание, какой жестокий приговор: смертная казнь! Если бы она тогда обратилась за помощью, ей с большим основанием поставили бы диагноз депрессивного невроза.

Через пару дней месячные начались, и А. с негодованием высказала своему партнеру все, что она о нем думает. Он же предложил ей продолжать сексуальные отношения. Но она вдруг отметила, что у нее нет сексуального влечения не только к своему бывшему партнеру, но и вообще ко всем мужчинам (вот она причина женской фригидности — формирование соответствующих программ в раннем детстве).

А. продолжала работать и общаться со своей подружкой. Через два года, когда ей исполнилось 28 лет, она случайно встретилась с тем мужчиной, который так красиво за ней ухаживал. К этому времени он уже разошелся со своей женой. Они снова стали встречаться, и дело быстро подошло к свадьбе.

Свадьба была пышная и красивая. Муж оказался довольно состоятельным человеком. На своей машине они съездили к ней в деревню. А. подружилась с дочерью мужа от первого брака. Она относительно спокойно отнеслась к некоторой сексуальной неудовлетворенности, ибо муж не стремился к активной половой жизни. А когда родилась дочь, она была вне себя от счастья, и ей вообще стало не до секса.

Сейчас я прерву изложение для небольшого теоретического отступления. Для психотерапевта психоаналитического направления совершенно ясно, что необходимо провести полноценную терапию, ибо обострение состояния неизбежно. Понятно даже когда. В тот момент, когда подрастет дочь и освободится энергия, которая уходила на пеленки и бессонные ночи.

И действительно, когда ребенку было девять месяцев, проблемой для А. стал дефицит секса. Она упрекала мужа, но он полагал, что двух раз в неделю вполне достаточно, а на большее у него не хватает сил, так как он устает на работе. Помочь ей каким-либо другим способом, как помогала она ему, когда была беременной, он отказался (тоже действие Родителя мужа). Где-то в это время девочка заболела легкой диспепсией. Педиатр, наблюдавший ребенка, связал диспепсию с тем, что мать облизывала пустышку, когда та падала на пол. Тогда А. решила обеспечить стерильность своему ребенку. Она стала интенсивно следить за чистотой пеленок, полов, стен в комнате, где был ребенок, не подпускала к нему никого, довольно бурно скандалила по пустякам, стала совершенно невозможной, довольно быстро уставала и была все время раздраженной. Интимные отношения были редкими, но, тем не менее один-два раза в год она вынуждена была делать аборты.

Если бы тогда А. попала на прием к врачу, ей могли бы поставить диагноз неврастении с астеническим синдромом в гиперстенической стадии. И опять все сходится. Требования среды выше возможностей личности. Но не в среде дело. Дело в том, что скандалы стали своебразной перверзнои формой сексуального удовлетворения, а сам невроз — решением конфликта между Родителем и Дитятей.

Таким образом, с точки зрения трансактного анализа (да и других психоаналитических методик), форма невроза — неврастения, невроз навязчивых состояний или истерия — не имеет значения для диагностики. Вся симптоматика может быть проявлением одного и того же невроза. Для выработки стратегии и тактики лечения важно разобраться в сути внутриличностного конфликта между Родителем и Дитятей и психотерапевтическими методами уладить его, изменив программу Родителя и обучив Взрослого так реализовывать потребности Дитяти, чтобы при этом не нарушались социальные нормы.

Критериями выздоровления тогда становятся не клинические параметры и жизненный путь больного, а характер внутриличностных изменений и их стойкость.

Что касается данной больной, то она осознала истинную причину своей болезни и благодаря психологическому тренингу приобрела новые навыки общения. В результате она довольно быстро поправилась, но с мужем разошлась. Впоследствии ей удалось устроить свою личную жизнь, но это уже другая история.

 

В системе структурного анализа последователями Эрика Берна описываются методы анализа структуры личности, и на этом основании дается типология личности. При этом описываются контаминации поля Взрослого и блоки, когда какая-то часть личности не может воздействовать на остальные части.

Если поле Взрослого загрязнено родительскими программами, а Дитя блокировано и не может влиять на действия Взрослого, перед нами педант, Человек-He-умеющий-Играть (рис. 3).

Он старается выполнять устаревшие правила и напоминает ходячую схему. Его Дитя, лишенное радости, интереса и любви, подает свой голос и загрязняет поле Взрослого. Дефицит положительных эмоций может совершенно неожиданно привести к взрыву аморального поведения («в тихом омуте черти водятся»), а расплата за это и муки совести (действие Родителя) рано или поздно приведут к болезни, которую можно рассматривать как плач Дитяти. Но вместо обучения правильному удовлетворению потребностей человеку назначают лекарства, которые, с точки зрения трансактного анализа, могут дать только временный эффект.

Если поле Взрослого загрязнено неумеренными детскими желаниями, а Родитель блокирован и не может их ограничить, то перед нами Человек-Без-Совести (рис. 4).

Его Взрослый занят удовлетворением возрастающих потребностей своего Дитяти, а Родитель требует выполнения моральных предписаний от других. Перед нами лицемер, готовый на все. Если он получает власть над людьми, то превращается в садиста, пытается удовлетворить свои потребности за счет ущемления интересов других. Такую личностную структуру имеют и алкоголики. Рано или поздно в обществе против них возникает возмущение, которое усиливает его постоянное внутреннее напряжение, что рано или поздно приводит к внутренним конфликтам и болезням.

Бывает и так, что поле Взрослого одновременно загрязнено родительскими программами и страхами и желаниями Дитяти. Перед нами Человек-Лишенный-Управления. Это больной в лучшем случае неврозом, в худшем — психозом. Когда его спрашивают, он говорит примерно следующее: «Я понимал, что поступаю неправильно, но ничего с собой не мог поделать» (рис. 5). В зависимости от того, какая часть личности побеждает, такой человек может предстать то святошей, то последним развратником. Но конец всему этому — болезнь.

Как уже говорилось выше, места соединения Взрослого, Родителя и Дитяти я назвал суставами души, а загрязнения анкилозом (сращением) этих суставов и ввел понятие психологической гибкости. Последняя определяется, как умение в зависимости от ситуации передавать управление личностью той или иной его части.

 

Читайте также:

Смысл любви по Виктору Франклу

Структурный анализ

Психологическое айкидо

 

Книги и аудиозаписи по теме:

Из Ада в Рай

Эрик Берн «Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры»

Аудиозапись семинара «Философия здорового человека»

Категории статей

litvak.me

Теория игр Эрика Берна

Автор Кирилл Карпенко

Теория игр описана Эриком Берном в книге «Игры, в которые играют люди».

Главный принцип общения

Согласно теории игр, можно сформулировать следующий принцип: любое общение предпочтительнее отсутствия такового. Эксперименты на крысах подтвердили это; наличие контакта благотворно отражалось не только на физическом, умственном и эмоциональном состоянии крыс, но и на их биохимических показателях, вплоть до степени сопротивляемости организма лейкемии. Эксперименты привели к поразительному выводу: на здоровье животных одинаково благотворно сказываются как мягкое поглаживание, так и болезненный электрический удар.

Применительно к людям это означает, например, что, женщина должна получать знаки внимания от своего мужа. И принципиального значения не имеет, в какой форме супруг будет это делать: дарить цветы или устраивать регулярные побои. Ведь бьёт, значит – любит; самое страшное – это полное игнорирование.

Это главное положение теории игр. Вместе с тем оно вызывает наибольшие возражения. Ведь ни один нормальный человек не выберет шипы вместо роз. Это верно. Но дело в том, что далеко не все умеют жить и общаться красиво. Поэтому часто людям приходится выбирать не между розами и шипами, а между шипами и одиночеством. Для многих шипы являются меньшим из двух зол. Лишь очень немногие предпочитают изоляцию дурному обществу.

Зачем нужны игры?

Игры удовлетворяют естественную потребность в структурировании времени. Это означает, что можно не беспокоиться о том, что говорить и что делать после обмена приветствиями.

Основные понятия транзактного анализа.

Теория игр Эрика Берна.

Почему игры называются играми?

В межличностных играх обычно нет ничего забавного, они могут быть драматичны и даже иметь фатальный исход. Наиболее существенной чертой игр является их управляемость, наличие правил. Именно поэтому рассматриваемая форма взаимоотношений называется «игрой». Нарушение правил игры почти всегда вызывает протест и недовольство других участников: выход из игры чреват социальным осуждением.

Эрик Берн. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений.

Структурный анализ

Для понимания феномена игр необходимо проводить структурный и транзакционный анализ ситуаций взаимодействия. Структурный анализ состоит в выявлении состояния Я, в котором находится человек. Набор этих состояний можно распределить так: 1) состояния Я, сходные с образами родителей; 2) состояния Я, автономно направленные на объективную оценку реальности, и 3) состояния Я, представляющие наиболее архаичные образцы чувств и поведения, зафиксированные в раннем детстве. В обычной речи их именуют Родитель (Р), Взрослый (В) и Ребёнок (Ре), причём эти простые термины используются даже в самых строгих и формальных обсуждениях.

Транзакционный анализ

Сами по себе состояния Я ни хороши, ни плохи, вопрос в том, насколько состояние Я человека в данный момент адекватно состоянию Я партнёра по общению. Этот вопрос решается с помощью транзакционного анализа, основными понятиями которого являются:

а) «поглаживание» — любой акт признания присутствия другого человека, основная единица социального действия;

б) транзакция — обмен «поглаживаниями», основная единица социального взаимодействия;

в) транзакционный стимул — «поглаживание», с которого начинается взаимодействие;

г) транзакционная реакция — ответное «поглаживание»;

д) дополняющая транзакция — соответствие реакции стимулу. Например, человек из состояния Взрослого обращается к состоянию Взрослого партнёра: «Ты не знаешь, где мои запонки?». «На письменном столе», — реакция также направлена от Взрослого Взрослому;

Анимированная схема дополняющей транзакции.

е) пересекающаяся транзакция — реакция не соответствует стимулу. Например, на взрослый вопрос о местонахождении запонок следует реакция: «У тебя я всегда во всём виновата» («поглаживание» от Ребёнка Родителю). Или «Почему ты сам не следишь за своими вещами? Ты же уже не ребёнок» («поглаживание» от Родителя Ребёнку).

Математически возможны 72 разновидности пересекающихся транзакций. Но, к счастью, в повседневной жизни и в клинической практике обычно происходят только четыре из них. Это две описанные выше транзакции: первый тип (ВВ-РеР) – реакция переноса; второй тип (ВВ-РРе) – реакция контрпереноса; плюс третий тип (РеР-ВВ) – «раздражительная реакция», когда человек, ожидающий сочувствия, получает вместо неё сухие факты; и четвёртый тип (РРе-ВВ) – «дерзость», когда человек, ожидающий услышать жалобу, получает ответ, который кажется ему наглым и самоуверенным и который заключается в обращении к фактам.

Анимированная схема пересекающейся транзакции.

ж) первое правило коммуникации: коммуникация будет осуществляться беспрепятственно, пока транзакции остаются дополняющими; следствие этого правила: пока транзакции остаются дополняющими, коммуникация в принципе может продолжаться неограниченно долго;

з) обратное правило: в случае пересечённой транзакции коммуникация прерывается.

и) скрытые транзакции — в них участвуют одновременно более двух состояний Я. Скрытые транзакции являются основой для юмора, флирта, манипуляций и игр.

Пример манипуляции:

Продавец. Эта лучше, но не уверен, сможете ли вы её себе позволить.

Домохозяйка. Вот её-то я как раз и возьму.

Торговец, как Взрослый, утверждает два объективных факта: «Эта вещь лучше» и «Вы не можете позволить её себе». На видимом, или социальном, уровне оба утверждения адресованы Взрослому домохозяйки, чей ответ от имени Взрослого должен был бы звучать так: «Вы правы в обоих отношениях». Однако скрытый, или психологический, вектор опытного и хорошо подготовленного продавца нацелен на Ребёнка домохозяйки. Правильность этого предположения подтверждается ответом Ребёнка, который, в сущности, говорит: «Независимо от финансовых соображений, я покажу этому высокомерному наглецу, что я не хуже остальных его клиентов». На обоих уровнях транзакции дополняющие, поскольку продавец принимает этот ответ как реакцию Взрослого, решившего совершить покупку.

Пример флирта:

Парень. Приходи в гости: чаю попьём.

Девушка. С удовольствием.

На социальном уровне речь идёт о чаепитии, на психологическом — об интимных отношениях.

Анимированная схема скрытой транзакции.

Формы общения

Эрик Берн. Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы.

Необходимо видеть место игр в структуре человеческих взаимоотношений и отличать их от других форм общения.

Процедура – это серия простых дополняющих Взрослых транзакций, направленных на изменение действительности. Обычно имеет место на работе.

Ритуал — повторяющаяся серия простых дополняющих транзакций, заданных внешними социальными условиями. Может быть как религиозным, так и светским, например, прослушивание гимна страны.

Времяпрепровождение — серия простых, полуритуальных дополнительных транзакций, сгруппированных вокруг одной темы, целью которой является структурирование определённого интервала времени. Начинается и кончается этот интервал обычно процедурами и ритуалами. Времяпрепровождением обычно занимаются на вечеринках или в период ожидания перед началом официальных встреч и собраний. Времяпрепровождение может принимать форму «болтовни», а может превратиться в более серьёзное, аргументированное обсуждение.

Игра — серия последовательных дополняющих скрытых транзакций, приводящих к чётко определённому предсказуемому исходу. Игры отличаются от процедур, ритуалов и времяпрепровождения двумя важнейшими признаками: 1) скрытыми мотивами и 2) наличием «выигрыша», конечного вознаграждения, ради которого ведётся игра.

Операция — простая транзакция или набор транзакций, предпринятых с определённой, заранее сформулированной целью. Если кто-то откровенно просит утешения и получает его, это операция. Но если кто-то просит утешения, а получив его, тут же обращает его против дающего, это игра.

Близость — спонтанное, свободное от игр чистосердечное поведение человека, который со всею искренностью живёт в настоящем, сознавая происходящее, свободно, воспринимая мир глазами неиспорченного Ребёнка.

Кирилл Карпенко. Игры, в которые играют в школе: ЛитРес, MyBook, Bookmate.

Зачем знать правила игр?

Практическая значимость анализа игр огромна, поскольку всякая игра имеет свой алгоритм и правила. Если игра деструктивна, её можно разрушить через нарушение правил игры, с помощью пересекающихся транзакций.

Выгоды игр

В ходе игры Водящий получает целый комплекс выгод, которые описываются по схеме:

1. Внутренняя психологическая выгода – заключается в укреплении внутренней психологической стабильности.

2. Внешняя психологическая выгода – избегание тревожных ситуаций или ситуаций близости.

3. Внутренняя социальная выгода – описывается типичной фразой, которая используется в игре с близкими.

4. Внешняя социальная выгода – описывается типичной фразой, используемой при игре не с близкими людьми или при времяпрепровождении, производном от данной игры.

5. Биологическая выгода – получение поглаживаний определённого типа участниками игры.

6. Экзистенциальная выгода – утверждение жизненной позиции, исходя из которой игроки участвуют в данной игре.

Литература

  1. Эрик Берн. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений.
  2. Эрик Берн. Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы.
  3. Эрик Берн. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры (сборник).
  4. Кирилл Карпенко. Игры, в которые играют в школе: ЛитРес, MyBook, Bookmate.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

xn--b1aiechzsbakee9j.su

Эрик Берн, американский психотерапевт и психолог

Эрик Берн и трансакциональная психология

Эрик Бёрн – знаменитый американский психолог. Он является автором концепции сценарного и трансакционного анализа.

Определение 1

Трансакция у Берна — это некая единица общения между двумя определенными людьми.

Бёрном выделяется три состояния человека:

  • Взрослый,
  • Ребёнок,
  • Родитель.

По мнению Берна, человек в каком-либо коммуникативном контакте находится именно в одном из данных состояний.

Зарождение трансакционного анализа Эрика Берна

Эрик Бёрн вел свою работу в одной из клиник Калифорнии, где проводил много научных опытов. Практическую деятельность Эрик Бёрн совмещал с преподаванием в университете.

У Бёрна была специфичная методика ведения приёма пациентов. На его сеансах они сочиняли рассказы о своей дальнейшей жизни. Американский психолог полагал, что такие фантастические рассказы могут помочь понять общую линию жизни человека. Групповую терапию Эрик Бёрн использовал впервые в военном госпитале.

Работы Эрика Бёрна — это своеобразный вызов концепции Фрейда. Зарождение трансакционного анализа прослеживается уже в первых трудах Бёрна.

В своих ранних работах Бёрн чётко разделил категории «ребенка» и «взрослого». Далее он построил схему «родитель – взрослый — ребёнок», представил новый способ построения диаграмм. Это стало первыми шагами к изобретению новейшего психотерапевтического метода.

Трансакционный анализ Берна

Бёрн, в процессе наблюдения за людьми, обнаружил определенные трансформации в поведении, которые были обусловлены эмоциональными факторами. Данные наблюдения стали основой для выделения психологом эго-состояний человеческой личности. Поведенческие изменения сопровождаются эмоциональными изменениями. Каждый человек обладает своим набором поведенческих схем, которые соотносятся с определённым состоянием сознания. Эго-состояния можно описать в виде системы чувств, определяя её в качестве набора согласованных поведенческих схем.

В основе эго-состояний лежит определенная психологическая схема: Родитель, Ребёнок, Взрослый. Каждое из этих состояний отличается особым способом восприятия и переработки, получаемой информации. Ребёнок – это схема, отвечающая за биологические потребности. Для нее характерно творчество и спонтанность. Родитель транслирует соцнормы и правила, которые получил в детстве от собственных родителей. Взрослый – это схема поведения, при которой человек синтезирует информацию, заложенную в схемах Ребенок и Родитель. Такая схема характерна для зрелой личности.

«Игры, в которые играют люди»

Популярность Бёрна достигла своего апогея к семидесятым годам прошлого века, тогда книги знаменитого психолога начали издаваться огромными тиражами. Бёрн излагал научные сложные мысли интересным и доступным языком. Вышедшая в $1964$ году книга «Игры, в которые играют люди», получила грандиозный успех.

Книга «Игры, в которые играют люди» предназначалась в первую очередь для специалистов психологии. Но интересное название и понятный язык изложения сделали книгу мировым бестселлером. Даже в Советском Союзе книга Эрика Бёрна получила широчайшую известность, и это несмотря на закрытость от западных культур.

spravochnick.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о