Сознательная и бессознательная психология: Тема 1.6. Сознание и бессознательное

Содержание

Понятие сознательного и бессознательного в психологии — конспект — Психология

Содержание Введение 2 Понятие сознательного и бессознательного в психологии 3 История становления глубинной психологии 5 Фрейд – центральная фигура бессознательного 6 Коллективное бессознательное 11 «Индивидуальная психология» А. Адлера 13 Теория В. Райха 14 Влияние учения Фрейда на структурализм 16 Заключение 19 Список использованной литературы 20 «У нас нет и не может быть никакого представления о форме существования бессознательного, о том, каким оно является само по себе, независимо от сознания»(З. Фрейд) ВВЕДЕНИЕ В любой области науки изучение любого вопроса обязательно предусматривает ознакомление с его историей. Эта аксиома имеет особое значение для психологии – науки, пребывающей в постоянном развитии. Полноценное психологическое образование и самообразование непременно должно включать изучение истории психологии. Изучение истории психологии следовало бы начинать с древнейших времен, ибо многие современные концепции уходят корнями в воззрения Гиппократа, Платона, Аристотеля, Лао-Цзы и иных мыслителей древности, каждого из которых в известном смысле можно назвать и психологом. Нельзя ни отметить влияние на психологию философии (причем исключительно философии Нового времени). Это довольно спорная позиция, поскольку воззрения Р.Декарта, Д.Гартли, Д.С. Миля и других являются столь же психологическими, сколь и философскими. Впрочем, если вести отсчет времени со дня основания первой психологической лаборатории, то и такой подход имеет право на существование (если, конечно, читатель учитывает его некоторую ограниченность). В широком смысле этого понятия представляет собой совокупность психических процессов, операций и состояний, не представленных в сознании субъекта. В ряде психологических теорий бессознательное — особая сфера психического или система процессов, качественно отличных от явлений сознания. Термин «бессознательное» используется также для характеристики индивидуального и группового поведения, действительной цели, последствия которого не осознаются. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ГЛУБИННОЙ ПСИХОЛОГИИ Общая идея о бессознательном, восходящая к идеям Платона о познании — воспоминании (анамнесисе), оставалась господствующей вплоть до нового времени. Идеи Декарта, утверждавшего тождество сознательного и психического, послужили источником представлений о том, что за пределами сознания может иметь место только чисто физиологическая, но не психическая деятельность мозга. Концепция бессознательного впервые четко сформулирована Лейбницем («Монадология», 1720 г.), трактовавшим бессознательное как низшую форму душевной деятельности, лежащую за порогом осознанных представлений, возвышающихся, подобно островкам, над океаном темных перцепций (восприятий). Первую попытку материалистического объяснения бессознательного предпринял Гартли, связавший бессознательное с деятельностью нервной системы. Кант связывает бессознательное с проблемой интуиции, вопросом о чувственном познании (бессознательный априорный синтез). Своеобразный культ бессознательного как глубинного источника творчества характерен для представителей романтизма. Иррационалистическое учение о бессознательном выдвинул Шопенгауэр, продолжателем которого выступил Э.Гартман, возведший бессознательное в ранг универсального принципа, основы бытия и причины мирового процесса. В XIX веке началось собственно психологическое изучение бессознательного (И. Ф. Гербарт, Г. Т. Фехнер, В.Вундт, Т. Липпс). Динамическую характеристику бессознательного вводит Гербарт (1824 г.), согласно которому несовместимые идеи могут вступать между собой в конфликт, причем более слабые вытесняются из сознания, но продолжают на него воздействовать, не теряя своих динамических свойств. Новый стимул в изучении бессознательного дали работы в области психопатологии, где в целях терапии стали применять специфические методы воздействия на бессознательное (первоначально — гипноз). Исследования, особенно французской психиатрической школы (Ж. Шарко и др.), позволили вскрыть отличную от сознательной психическую деятельность патогенного характера, неосознаваемую пациентом. Продолжением этой линии явилась концепция З. Фрейда, начавшего с установления прямых связей между невротическими симптомами и воспоминаниями травматического характера, которые не осознаются в силу действия особого защитного механизма — вытеснения. Отказавшись от физиологических объяснений, Фрейд представил бессознательное в виде могущественной силы, антагонистичной деятельности сознания. Бессознательные влечения, по Фрейду, могут выявляться и ставится под контроль сознания с помощью техники психоанализа. Ученик Фрейда Юнг, помимо личного бессознательного, ввел понятие коллективного бессознательного, разные уровни которого идентичны у лиц определенной группы, народа, всего человечества. Учение Фрейда о бессознательном получило чисто иррационалистическую трактовку в ряде современных философско — психологических концепций. Фрейд и его сторонники одними из первых попытались подобрать ключ к тайникам сознания и открыли за ним мир «вытесненных» или просто «забытых» им и поэтому уже бессознательных психических переживаний. Они же одними из первых попытались понять эти явления, а через них и всю символическую активность сознания. «Для нас основной смысл фрейдовского психоаналитического бессознательного состоит в том, что, согласно Фрейду, бессознательное представляет собой оборотную сторону сознания, психологическую сущность которого можно понять только через соответствующее толкование этого, если употребить здесь несколько искусственно звучащее словосочетание, «сознания — оборотня». Ели бы не это свойство бессознательного психического проявляться в виде символических образов сознания, давно уже отчужденных от него самого, то есть в виде отчужденного сознания, мы о нем вообще ничего бы не узнали». Фрейд – центральная фигура бессознательного Приняв бессознательное за главную характеристику человека, Фрейд, в конечном счете, подчинил ему и сознание, и личность в целом, в силу чего его драматическая теория личности стала полностью иррационалистической. Фрейд — центральная фигура, вокруг которой группируются почти все теории бессознательного, после того как им была предложена тотальная система анализа человеческой психики вплоть до анализа ее подспудных образований — бессознательной психики, причем это касается не только теорий, одна за другой потянувшихся вслед за ним, но и теорий, также одна за другой потянувшихся против него. Как раз в этом и заключается смысл «коперниковского поворота», совершенного им в современной психологии, психологии XX века. Поэтому за Фрейдом остается роль одного из основателей этой психологии как науки не только о человеческой психике — сознании и бессознательном психическом, но и о личности, их носителе. Одним из распространенных и влиятельных направлений в современной философской мысли является неофрейдизм, который в своих различных вариантах и модификациях воспроизводит идеи психоаналитического учения австрийского врача — невропатолога и психиатра Зигмунда Фрейда. Возникнув в рамках психиатрии, как своеобразный подход к лечению неврозов методами «катарсиса» или самоочищения, психоанализ первоначально не претендовал на роль философского учения, раскрывающего и объясняющего наряду с механизмами функционирования человеческой и закономерности общественного развития. Однако постепенно он завоевал популярность не только в медицинских кругах, и его теоретические положения и установки стали применяться в философии как способ объяснения личностных, культурных и социальных феноменов. Несмотря на то что сам Фрейд в своих работах стремился отмежеваться от какой-либо философии, заявляя, что психоанализ не может быть рассмотрен как философское учение, тем не менее тенденция к философским обобщениям не только отчетливо просматривается у основоположника психоанализа, но и составляет скрытую сущность его теоретических воззрений. Психоанализ в его классической форме был основан З.Фрейдом на рубеже XIX и XX вв., когда намечалась ломка традиционных представлений о психической жизни человека. В этот период новые открытия и достижения в естественных науках рельефно обнажили неудовлетворительность механистических и натуралистических толкований природы человека. Для многих мыслителей становится очевидным, что сведение человека к природным характеристикам не позволяет проникнуть в тайну человеческого бытия, в область «внутренней» жизни человека, которая не поддается натуралистическим интерпретациям и не выявляется посредством эмпирического наблюдения. «Внутренний» мир человека можно лишь описать, наблюдая за различными проявлениями жизнедеятельности индивида и раскрывая смысл и значения последних. В связи с этим, особенно в области отвлеченного мышления, не связанного с традиционным эмпиризмом, начинает складываться антирациональное восприятие мира и человека. Фрейдовский психоанализ в известной степени был попыткой синтезирования двух плоскостей исследования человеческой природы: не ограничиваясь исследованием природных элементов человеческого существа, он направлен и на раскрытие психических влечений человека, его внутреннего мира, смысла человеческого повеления и значения культурных и социальных образований для формирования психической жизни человека и его психологической реакции. Это в свою очередь предполагало более глубинное изучение структуры личности, поскольку при анализе и оценке человеческой деятельности исследователь постоянно сталкивался с такими поведенческими характеристиками, которые не покрывались областью сознательного и рационального в человеке. Дофрейдовская психология в качестве объекта исследования имел нормального, физически и психически здорового человека и исследовала феномен сознания, Фрейд же как психопатолог, исследуя характер и причины возникновения неврозов, натолкнулся на ту область человеческой психики, которая оставалась вне поля зрения предшествующей психологии. Он оказался перед необходимостью исследования природы психического, внутреннего мира «Я» и тех структур, которые не вписывались в собственно «сознательное» в человеке, и пришел к заключению, что человеческая психика представляет собой некий конгломерат, состоящий из различных компонентов, которые по своему характеру являются не только сознательными, но и бессознательными и предсознательными. В общем плане психика человека представляется Фрейду расщепленной на две противостоящие друг другу сферы сознательного и бессознательного, которые представляют собой существенные характеристики личности. Но во Фрейдовской структуре личности обе эти сферы представлены не равнозначно: бессознательное он считал центральным компонентом, составляющим суть человеческой психики, а сознательное — лишь особой инстанцией, надстраивающейся над бессознательным. Своим происхождением сознательное, по Фрейду, обязано бессознательному и «выкристаллизовывается» из него в процессе развития психики. Поэтому, согласно Фрейду, сознательное не есть суть психики, а лишь такое ее качество, которое «может присоединяться или не присоединяться к другим его качествам». Более того, онтология бессознательного по существу всегда совпадает в психоанализе с онтологией сознания. Фрейд, подобно своим великим предшественникам Лейбницу и Канту, строит свою систему анализа — психоанализ в целом — на одном только отрицательном понятии, понятии бессознательного, понимая таковое как психика минус сознание. Окончательная дифференциация различных инстанций в психике человека была осуществлена Фрейдом в работах «По ту сторону принципа удовольствия» (1920), «Массовая психология и анализ человеческого «Я»» (1921), «Я и Оно» (1923). Созданная Фрейдом модель личности предстает как комбинация трех элементов: психологии художника и писателя, выявление причин и специфических условий возникновения неврозов, выделение в особый объект исследования той сферы человеческой деятельности, которая не покрывается областью сознательного в человеке, — все это составляет сильные стороны его психоаналитического учения. Вместе с тем психоанализ Фрейда содержал в себе столько явных и скрытых противоречий, методологически неверных установок и научно не обоснованных утверждений, граничащих с мифологическим вымыслом, иллюзорностью и утопизмом, что многие его теоретические положения (признание врождённости и наследственности «первичных влечений» человека, теория сексуального развития ребенка, мифологическое объяснение «сексуальных комплексов», антиисторический подход к анализу культурных и социальных процессов общества, экстраполяция выводов, сделанных на основе частного наблюдения, на более общие закономерности развития природы и общества) не только были поставлены под сомнение теми мыслителями, кто не разделял общефилософских рассуждений Фрейда, но подверглись критике даже приверженцами фрейдизма. Дальнейшая реконструкция классического психоанализа наглядно свидетельствует о тех просчетах и методологически неверных установках, которые имели место у основателя психоанализа. Критика З. Фрейда была в основном направлена на биологизаторские тенденции его концепции, — неофрейдисты пытались социологизировать его учение. Коллективное бессознательное Коллективное бессознательное — это разум наших древних предков, способ, которым они думали и чувствовали, способ, которым они постигали жизнь и мир, богов и человеческие существа. В качестве критиков теоретических постулатов Фрейда одним из первых выступил швейцарский психиатр Карл Густав Юнг, вплоть до 1913 г. разделявший основные идеи своего учителя. Существо расхождений Юнга с Фрейдом сводилось к пониманию природы бессознательного. Юнг считал, что Фрейд неправомерно свел всю человеческую деятельность к биологически унаследованному сексуальному инстинкту, тогда как инстинкты человека имеют не биологическую, а всецело символическую природу. Он предложил, что символика является составной частью самой психики и что бессознательное вырабатывает определенные формы или идеи, носящие схематический характер и составляющие основу всех представлений человека. Эти формы не имеют внутреннего содержания, а являются, по мнению Юнга, формальными элементами, способными оформиться в конкретное представление только тогда, когда они проникают на сознательный уровень психики. Выделенным формальным элементам психики Юнг дает особое название «архетипы», которые как бы имманентно присущи всему человеческому роду. «Архетипы», согласно Юнгу, представляют формальные образцы поведения или символические образы, на основе которых оформляются конкретные, наполненные содержанием образы, соответствующие в реальной жизни стереотипам сознательной деятельности человека. В отличие от Фрейда, который рассматривал бессознательное как основной элемент психики отдельного человека, Юнг провел четкую дифференциацию между «индивидуальным» и «коллективным бессознательным». «Индивидуальное бессознательное» (или, как Юнг его еще называет, «личное, персональное бессознательное») отражает личностный опыт отдельного человека и состоит из переживаний, которые когда-то были сознательными, но утратили свой сознательный характер в силу забвения или подавления. Одно из центральных понятий юнговской «аналитической психологии», «коллективное бессознательное», представляет скрытые следы памяти человеческого прошлого: расовую и национальную историю, а также дочеловеческое животное существование. Это — общечеловеческий опыт, характерный для всех рас и народностей. Именно «коллективное бессознательное» является тем резервуаром, где сконцентрированы все «архетипы». Юнг ввел понятие «архетип» и «коллективное бессознательное», чтобы рассмотреть природу бессознательного не в биологическом плане, а с точки зрения символического обозначения и схематического оформления структурных представлений человека. Однако Юнгу не удалось избавиться от биологического подхода к бессознательному, против чего он, собственно, и выступал в своей полемике с Фрейдом. Как «архетипы», так и «коллективное бессознательное» в конечном счете оказываются внутренними продуктами психики человека, представляя наследственные формы и идеи всего человеческого рода. Разница между теоретическими построениями Фрейда и Юнга заключается в том, что наследственным, а следовательно, и биологическим материалом для Фрейда были сами инстинкты, предопределяющие мотивы деятельности человека, а для Юнга — формы, идеи, типичные события поведения. Механизм биологической предопределенности и наследственности сохраняется как в том, так и в другом случае, хотя он и действует на разных уровнях человеческой психики. Одним из элементов «аналитической психологии» Юнга является теория «комплексов», то есть психических сил индивида, которые, находясь в бессознательной форме, постоянно дают знать о себе. В бессознательном, по мнению Юнга, всегда находятся наготове «комплексы» воспоминаний индивидуального прошлого, прежде всего родительские, детские «комплексы», «комплекс власти» и другие. «Комплексы» — это своего рода «психологические демоны», свидетельствующие о силе власти бессознательного над сознательными процессами. Отталкиваясь от теории «комплексов», Юнг попытался глубже проникнуть в механизм бессознательного, выявить сложные взаимоотношения между бессознательными и сознательными процессами психики, роль бессознательных влечений в формировании поведения человека. Однако, по сути дела, концепция «комплексов» Юнга мало чем отличалась от теории вытеснения бессознательного, разработанной Фрейдом. Как и у Фрейда, так и у Юнга бессознательное составляет то внутреннее и сущностное ядро, которое образует психический мир человека. Правда, в отличие от Фрейда Юнг проводит более глубинную дифференциацию уровней развития психики и вводит ряд понятий, которые, по его убеждению, характеризуют новое видение тотальной личности. Наряду с такими инстанциями, как «Я», «индивидуальное бессознательное» и «коллективное бессознательное», он выделяет: «Персону» (Persona) — своеобразную маску, которую надевает личность в ответ на требования социального окружения. Если «Я» тождественно «Персоне», то личность предстает в виде отчужденного существа, играющего определенную социальную роль, навязанную обществом; «Аниму» (Anima) — абстрактный образ, представляющий женский «архетип» в мужчине. Посредством него достигается взаимопонимание между обоими полами; «Анимус» (Animus) — абстрактный образ, представляющий мужской «архетип» в женщине. Посредством него также достигается взаимопонимание между обоими полами; «Тень» (der Schatten) — «архетип», состоящий из животных инстинктов и являющийся средоточием темных, низменных сторон личности. Агрессивные и антисоциальные устремления «Тени» могут не проявляться в открытой форме, поскольку они скрываются под маской «Персоны» или вытесняются в «индивидуальное бессознательное»; «Самость» (der Selbst) — центральный «архетип» личности, вокруг которого концентрируются все психические свойства человека. Сфера «Самости» — нечто среднее между сознательным и бессознательным, центр тотальной личности [11]. Юнговская структура личности, таким образом, отличается от фрейдовской прежде всего тем, что Юнг идет по пути дальнейшей дифференциации фрейдовского «Оно». У Фрейда «Оно» является всецело биологическим, природным данным, у Юнга же бессознательное включает и социальные моменты. Но в отличие от многих неофрейдистов, которые постулируют тезис о «социальном бессознательном», «архетипы» юнговского бессознательного носят наследственный характер. эмпирических данных Б. Малиновского, отверг фрейдовский «эдипов комплекс» и его одностороннее представление о биологической обусловленности человеческого поведения. Однако, как и Фрейд, Райх признает, что вне сознания имеется такая психическая реальность, как бессознательное. Будучи «подобно кантовской «Causa sui», — утверждает Райх, — оно не может быть понято само по себе, оно может быть осознано только в своих проявлениях». Это и подобные ему утверждения близки постулатам Фрейда о врождённости и наследственности бессознательных инстинктов. Райх предложил новый вариант интерпретации структуры личности. «Биопсихическая структура характера», по Райху, состоит из трех автономно функционирующих слоев: «поверхностный слой» — слой «социальной кооперации»; «фальшивый, притворно — социальный слой», где подлинное лицо человека скрыто под маской любезности, вежливости и учтивости; «промежуточный слой» — антисоциальный слой (фрейдовское бессознательное) — представляет сумму «вторичных импульсов» — грубые, садистские, сладострастные порывы; глубинный слой, или «биологическое ядро», состоит из «природно — социальных импульсов», излучая которые, человек предстает честным, трудолюбивым существом, способным на искреннюю любовь. Но, проходя вторичный, промежуточный слой, «природно — социальные импульсы» преломляются и искажаются. Предложенная Райхом модель структуры характера отличалась от фрейдовской модели тем, что здесь фрейдовское «Я» и «Оно» как бы поменялись местами. Если фрейдовское бессознательное являлось глубинным слоем человеческой личности, над которым надстраивался слой сознательного «Я», то в райховской модели человека глубинный слой представлен «природной социальностью», которая становилась бессознательной лишь на промежуточном уровне, где природно — социальные инстинкты к труду, любви и познанию подавлялись идеологическими и культурными «санкциообразованиями». Райх не отрицал наличия в структуре человека фрейдовских сил «либидо» как побудительных мотивов деятельности индивида. Он даже пошел дальше, утверждая, что источник неврозов лежит в «оргазмной импотенции» и связанных с ней психических и физиологических нарушениях. Основной проблемой выявления и лечения неврозов становится, по Райху, раскрытие феномена оргазма, который якобы является «центральной точкой проблем, возникающих как в области психологии, так и в области физиологии, биологии и социологии». Таким образом, если при изучении человека у Фрейда наблюдается сочетание натуралистического и феноменологического подходов, то Райх, пытаясь выявить внутренние механизмы деятельности человека, придерживается натуралистической ориентации, сводящей все психические процессы к физическим и биологическим закономерностям развития человеческого организма. Свой взгляд на структуру человека Райх экстраполирует на социальную и политическую сферу общественной жизни, полагая, что различные политические и идеологические группировки в обществе соответствуют различным уровням в структуре характера человека. Так, этические и социальные идеалы либерализма соответствуют, по Райху, «поверхностному слою» структуры характера. Они служат подавлению «вторичных импульсов», но «природная социальность» остается чуждой для них. Политически организованным выражением промежуточного уровня структуры характера, по мнению Райха, является фашизм как нечто иррациональное и бессознательное. Все революционные движения Райх соотносит с глубинным слоем структуры характера человека, его «природным, биологическим ядром». Влияние учения Фрейда на структурализм. История организует свои данные по отношению к сознательным выражениям, а этнология — по отношению к бессознательным условиям общественной жизни. Проследим теперь какое влияние учение о психоанализе Зигмунда Фрейда оказало на структурализм, как идеи неофрейдистов повлияли на это течение. Бессознательное у структуралистов подвергается членению и рациональной упорядоченности посредством выявления механизмов функционирования именно языка. Оно, иными словами, и есть объект структуралистской формализации. Бессознательное, через посредство которого обнаруживается полномочный представитель человеческой культуры — язык, скрывает в себе структуру, то есть совокупность регулярных зависимостей, общественных отношений, внедренных в индивида и переведенных на язык сообщений. Бессознательные отношения регулируют либо социальную жизнь (и тогда они составляют предмет этнологии), либо межличностные отношения (и тогда они представляют собой преломление общественных отношений в плоскости индивидуальной психологии). Первое направление представлено в этнологии Леви-Стросса, второе — в структурном психоанализе Лакана. Фуко же, стремясь использовать идеи Леви-Стросса и Лакана, скорее, объективно демонстрирует неправомерность универсалистских притязаний структурализма. Многие психологи в этот же период обнаружили зависимость сознания от бессознательных механизмов психического. Эти открытия показали, что субъект деятельности является эксцентричным по отношению к сознанию, открылась его управляемость внешними силами. Роль бессознательных и неосознаваемых механизмов регуляции жизнедеятельности субъекта, по мысли Фуко, стала столь великой, что привела, в частности, при рассмотрении душевной жизни к замещению ценностной дихотомии «норма — патология» дихотомией «сознательное — бессознательное». Отсюда и проистекает, по Фуко, первенствующее положение психологии, исследующей бессознательные механизмы человеческой деятельности, и этнологии как источников позитивного знания о человеке. Этнология, исследующая механизмы социальных регуляций примитивных обществ, по Леви-Строссу, отличается от истории тем, что «история организует свои данные по отношению к сознательным выражениям, а этнология — по отношению к бессознательным условиям общественной жизни». Бессознательные механизмы общественной жизни Леви-Стросс рассматривал, опираясь на идеи этнолога и лингвиста Ф. Боаса, который видел отличие между лингвистическими и другими социальными феноменами в том, что «первые никогда не доходят до ясного сознания, в то время как вторые, хотя и имеют такое же бессознательное происхождение, часто возвышаются до уровня сознательного мышления, порождая тем самым вторичные рассуждения и интерпретации». Бессознательный характер языковой деятельности, по мысли Боаса, позволяет исследователю занять в данной области такую же объективную позицию, в какой находится естествоиспытатель перед лицом природы. При этом Боас пришел к выводу, что «переход от сознательного к бессознательному сопровождается прогрессирующим переходом от специального к всеобщему». Трактовка бессознательного как арены, где действуют универсальные законы, была использована Леви-Строссом при рассмотрении центральной оппозиции его этнологии — оппозиции «природа — культура». Во введении к работе «Элементарные структуры родства» (1945 г. ) Леви-Стросс писал: «Все, что есть в человеке универсального, зависит от порядка природы и характеризуется спонтанностью, а все, что подчинено норме, принадлежит культуре и представляет признаки рельефного и особенного». Тем самым создавалась предпосылка для денатурализации бессознательного, рассмотрения его как чистой формы, а собственно личностного или культурного — как нормализованного, подчиненного лингвистическим моделям слоя человеческой психики. Леви-Стросс приходит к выводу, что «бессознательное перестает быть невыразимым прибежищем индивидуальных особенностей, хранителем уникальной истории, которая делает каждого из нас незаменимым существом. Оно сводится к одному термину, которым мы обозначаем одну функцию — символическую, специфически человеческую, но которая у всех людей подчинена одинаковым законам». Бессознательное предстает, таким образом, как пустая рамка, сотканная из универсальных законов, не являясь больше источником творческой индивидуальности. Выполняя символическую функцию, оно оказывается лишь формальным условием языковой деятельности, организующим словарный запас в речевой поток. Хранилищем словаря оказывается подсознательное, а сам словарь «имеет меньшее значение, чем структура». В основе человеческой деятельности лежит, по Леви-Строссу, подлежащая выявлению в ходе исследования концептуальная схема, коренящаяся в бессознательном и выступающая активным формообразующим моментом деятельности. «Не подвергая сомнению бесспорный примат инфраструктур, мы считаем, — пишет Леви-Стросс, — что между практикой и отдельными видами деятельности всегда вклинивается посредник в виде концептуальной схемы, с помощью которой материя и форма, не имеющие каждая в отдельности независимого существования, осуществляется как структура, то есть как нечто одновременно эмпирическое и умопостигаемое». Если в воззрениях Фуко нашел свое крайнее выражение первый член леви- строссовской формулы структурализма — его кантовский формализм, то в операции по ниспровержению субъекта, которой занимается Лакан, наиболее полно выразилась тенденция структурализма к исключению субъективного момента из человеческой деятельности. Эта тенденция прослеживается у Лакана в тем большей мере, что поле его деятельности — рационализация бессознательного, этого главного пласта психологической реальности в психоаналитичнской концепции З. Фрейда. Если Леви-Стросс занимается исследованием бессознательного субстрата феноменов общественного сознания примитивных обществ, то Лакан концентрирует свое внимание на роли по-структуралистски прочитываемого бессознательного в жизни отдельного индивида.

Сознательная и бессознательная мотивация. Самоучитель по психологии

Сознательная и бессознательная мотивация

Случалось ли вам совершать что-нибудь «помимо воли», удивляясь потом собственному поведению? Часто ли вы слышите от своих знакомых объяснения вроде «Бес попутал!» или «Будто затмение какое-то на меня нашло…»? Бывает, что мы «случайно» совершаем какие-то благие (для себя или других) поступки, но гораздо чаще мы затрудняемся с объяснением своих мотивов в тех случаях, когда наше поведение оказалось далеким от желаемого. Целое направление в психологии, оказавшее заметное влияние на всю мировую культуру ХХ столетия, посвящено, по сути дела, изучению причин и механизмов такого «несознательного», а точнее, бессознательного поведения. Направление это носит название психоанализа.

Отец-основатель психоанализа Зигмунд Фрейд обладал бесценным для хорошего исследователя качеством: привычкой не пренебрегать мелочами. Одна из его работ имеет характерное название: «Психопатология обыденной жизни». В ней он анализирует такие пустяки, как забывание имен и слов, впечатлений и намерений: случаи, когда человек «нечаянно» оговорился, забыл о чем-то, «заложил» и никак не может найти нужную вещь и т. д. Эти известные каждому «случайности» Фрейд трактует как признаки работы бессознательного: у всякого необъяснимого действия есть мотив, пусть он и скрыт от нашего сознания. Для стороннего же наблюдателя этот мотив может быть также скрытым, а порой он довольно очевиден: «Забывание намерений… дает право умозаключить о наличности непризнанных мотивов. <…> Любовник, опоздавший на свидание, тщетно будет искать оправданий перед своей дамой в том, что он, к сожалению, совершенно забыл об этом. Она ему непременно ответит: “Год назад ты бы не забыл. Ты меня больше не любишь”. <…> Она полагает, и не без основания, что из ненамеренного забвения можно сделать тот же вывод об известном нежелании, как и из сознательного уклонения» (Фрейд З. Психопатология обыденной жизни. М., 2009).

Фрейд приводит множество примеров подобных обыденных случайных поступков. В некоторых случаях его объяснения довольно очевидны и правдоподобны; например, он с достойной похвалы искренностью рассказывает о том, что некогда заметил: в день, когда у него бывало назначено много визитов к пациентам, он нередко забывал посетить некоторых из них, и это почти всегда оказывались бесплатные пациенты или же его коллеги (с которых он тоже, разумеется, не брал платы). Время от времени люди забывают имена людей, которые им не слишком приятны, теряют вещи, с которыми связаны какие-то тягостные воспоминания – все это совершенно непреднамеренно, но на самом деле отнюдь не случайно: просто мотивы в таких случаях проходят мимо нашего сознания.

Правда, в большинстве случаев фрейдовские объяснения подобных несуразиц далеко не так просты и очевидны: он выстраивает сложные ассоциативные цепочки, и в результате может оказаться, что некий господин забывает малозначимое слово в латинском изречении оттого, что беспокоится по поводу возможной и крайне нежелательной беременности своей возлюбленной. Очень часто такие интерпретации кажутся слишком надуманными, и сегодня психологи по большей части не разделяют стремления Фрейда за каждым непроизвольным движением видеть нагромождение бессознательных мотивов…

Но сам факт наличия у нас таких бессознательных побуждений, которые часто руководят нашими поступками «втайне» от нас самих, является доказанным и практически общепризнанным. Психоаналитики объясняют этот феномен действием психологических защит. Защитный механизм включается в действие в тех случаях, когда бессознательные побуждения человека идут вразрез с требованиями общества. От сознания скрываются желания и стремления, не одобряемые общественной моралью, нарушающие этику, принятые культурные нормы.

Благодаря действию психологических защит такие «неподходящие» мотивы могут просто вытесняться в сферу бессознательного и удерживаться там (этот вид защиты так и называется –

«вытеснение»), а могут каким-либо образом видоизменяться, «маскироваться»: так и возникают действия, которые мы совершаем непреднамеренно, необъяснимо для самих себя.

Главное назначение психологических защит – ослаблять чувство вины, которое человек испытывал бы, отдавай он себе отчет в своих «предосудительных» желаниях. Полностью избавиться от таких желаний абсолютно невозможно: как бы далеко не продвинулась цивилизация, Homo sapiens остается все же в чем-то природным существом.

Культура – это обуздание и подавление природных инстинктов: никакой инстинкт не заставляет людей быть вежливыми по отношению друг к другу, чем-то делиться со своими ближними, посещать пациентов безо всякой выгоды для себя, отказываться от немедленного утоления голода или сексуальных желаний и т. д. Все эти ограничения и требования созданы самими людьми и, безусловно, необходимы для выживания человечества в целом. Но при этом они являются источником постоянного внутреннего конфликта между «хочу» и «нельзя», или, как это сформулировал З. Фрейд, между

принципом удовольствия и принципом реальности. Так вот, психологические защиты ослабляют остроту этого конфликта, помогая нам обходить эти противоречия.

Значение психологических защит двояко: с одной стороны, они явно помогают человеку приспособиться к требованиям внешней среды и поддерживают в некотором равновесии его внутренний мир. С другой – могут привести и к серьезным затруднениям в социальной адаптации, поскольку в той или иной степени всегда искажают восприятие реальности.

Наиболее «здоровым» вариантом психологической защиты считается сублимация – перенаправление неосознаваемых импульсов в социально приемлемое поведение. Фрейд считал сублимацией любое творчество и вообще продуктивную деятельность. Скажем, бессознательные и безусловно неприемлемые для общественных норм садистические тенденции можно сублимировать, став хирургом или автором захватывающих детективных романов, то есть направив заряд своей психической энергии в полезную, одобряемую обществом деятельность.

Сегодня представления о бессознательной мотивации отнюдь не исчерпываются идеями фрейдовского психоанализа. Психологи выделяют различные стили мотивации, например, направленный на достижение успеха / избегание неудач. Эти индивидуальные различия мы уже упоминали в главе, посвященной самооценке, там же приведена и соответствующая диагностическая методика. Особенности каждого из этих стилей могут в определенных ситуациях объяснять неосознаваемые поступки, совершаемые людьми под влиянием характерных для них мотивов.

Другая разновидность стилей мотивации – импульсивное/управляемое действование. Импульсивный стиль – это склонность действовать «по ситуации», при минимальном обдумывании вариантов и последствий своего поведения. Напротив, управляемый, или рефлексивно-волевой, стиль отличается тщательным обдумыванием, предварительным анализом всех вариантов и возможных результатов действий.

Оценить свою импульсивность вы можете с помощью приведенной ниже методики.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Сознательное и бессознательное

Сознательное и бессознательное

Деление психики на сознательное и бессознательное является основной предпосылкой психоанализа, и только оно дает ему возможность понять и приобщить науке часто наблюдающиеся и очень важные патологические процессы в душевной жизни. Психоанализ не может перенести сущность психического в сознание, но должен рассматривать сознание как качество психического, которое может присоединяться или не присоединяться к другим его качествам.

Быть сознательным — прежде всего чисто описательный термин, который опирается на самое непосредственное и надежное восприятие. Опыт показывает, что психический элемент, например представление, обыкновенно не бывает длительно сознательным. Характерным является то, что состояние сознательности быстро проходит; представление в данный момент сознательное, в следующее мгновение перестает быть таковым, однако может вновь стать сознательным при известных, легко достижимых условиях. Каким оно было в промежуточный момент мы знаем; можно сказать, что оно было скрытым, подразумевая под этим то, что оно в любой момент способно было стать сознательным. Если мы скажем, что оно было бессознательным, то мы также дадим правильное описание. Это бессознательное в таком случае совпадает со скрыто или потенциально сознательным.

Под бессознательным можно понимать две разные вещи: вопервых, это действие, совершаемое автоматически, рефлекторно, когда причина его не успела дойти до сознания, а также при естественном отключении сознания (во сне, при гипнозе, в состоянии сильного опьянения, при лунатизме и пр.), вовторых, это активные психические процессы, непосредственно не участвующие в сознательном отношении субъекта к действительности, а поэтому и сами в данный момент не осознаваемые.

К термину или понятию бессознательного ученые пришли другим путем, путем разработки опыта, в котором большую роль играет душевная динамика. Они вынуждены были признать, что существуют весьма напряженные душевные процессы или представления, которые могут иметь такие же последствия для душевной жизни, как и все другие представления, между прочим, и такие последствия, которые могут быть осознаны как представления, хотя в действительности и не становятся сознательными.

Здесь начинается психоаналитическая теория, которая утверждает, что такие представления не становятся сознательными потому, что им противодействует известная сила, что без этого они могли бы стать сознательными, и тогда мы увидели бы, как мало они отличаются от остальных общепризнанных психических элементов. Эта теория оказывается неопровержимой благодаря тому, что в психоаналитической технике нашлись средства, с помощью которых можно устранить противодействующую силу и довести соответствующие представления до сознания. Состояние, в котором они находились до сознания, ученые называем вытеснением, а сила, приведшая к вытеснению поддерживавшая его, ощущается психологами во время их психоаналитической работы как сопротивление.

Психоанализ общая теория и метод лечения нервных и психических заболеваний. Психоанализ возник в начале века как одно из направлений медицинской психологии сначала усилиями З.Фрейда, а затем и его последователей, постепенно превратился в учение, претендующее на оригинальное решение чуть ли не всех мировоззренческих проблем. Одновременно он стал частью повседневного существования миллионов людей в Западной Европе и, в особенности, в США. Психоанализ является философским учением о человеке, социальной философией, принадлежа, таким образом, к факторам идеологического порядка.

Разобравшись, что есть сознательное и бессознательное, можно выделить следующие основные положения, которые будут более полно описаны ниже: господствующее над психикой бессознательное задерживается в глубинах психики «цензурой » психической инстанцией, образованной под влиянием системы общественных запретов табу. В особых «конфликтных » случаях бессознательные влечения «обманывают » цензуру и предстают перед сознанием под видом сновидений, оговорок, описок, невротических симптомов (проявлений заболеваний) и т.п. Так как психическое не сводится к соматическому (телесному), то и исследовать психику нужно особыми методами, которые были разработаны З. Фрейдом и его последователями. Эти методы призваны за явным смыслом (или видимой бессмысленностью) проявлений бессознательного угадать их истинную подоплёку.

источник неизвестен

Корниенко А.Ф. — Сознательные и бессознательные психические состояния

А.Ф. Корниенко
Статья по общей психологии
Психология психических состояний: теория и практика.
Материалы Первой Всероссийской научно-практической конференции.
Казанский государственный университет, 13-15 ноября 2008 г.
Часть I. – Казань: ЗАО «Новое знание», 2008. – С. 474-478.

Понятие «психическое состояние» – одно из основных понятий общей психологии, и вместе с тем, как и прочие основные понятия в психологии, характеризуется неоднозначностью понимания и интерпретации. Как отмечает Е.П. Ильин, «изучение проблемы состояний человека испытывает серьезные трудности в связи с тем, что до сих пор не дано удовлетворительного определения понятия «состояние», хотя использование его широко распространено в самом различном смысле и с разной степенью обобщенности» (Ильин Е.П., 2000).

Точно такая же ситуация сложилась вокруг понятий «сознание», «сознательное» и «бессознательное», которые также не имеют однозначного толкования. В предисловии к русскому изданию работы Г.Т. Ханта «О природе сознания» В.П. Зинченко пишет: «К сожалению, философия и наука не могут похвастаться тем, что они за тысячу лет своего существования и развития пришли к сколь-нибудь однозначному определению сознания» (Зинченко В.П., 2004). В.М. Аллахвердов называет сознание «глубочайшей тайной психологической науки» (Аллахвердов В.М., 2003).

Что же говорить о понятии «сознательное психическое состояние»?! Трудности в однозначной и непротиворечивой концептуализации данного понятия и связанного с ним понятия «бессознательное психическое состоя-ние» возрастают вдвойне! Тем не менее, попытаемся проанализировать оба эти понятия.

Начнем с анализа понятия «психическое состояние». Согласно определению Н.Д. Левитова, которое, как нам кажется, достаточно точно отражает суть понятия, «своеобразие психического состояния, прежде всего, означает своеобразие протекания психических процессов… Вне психических процессов нет и не может быть никаких психических состояний» (Левитов Н.Д., 1964). Учитывая, что в психологии выделяются три группы психических процессов (познавательные, эмоциональные и волевые), психические состояния можно соотносить со своеобразием протекания, как отдельных групп процессов, так и всей совокупности процессов вместе взятых. В первом случае, очевидно, следует говорить о специфических психических состояниях, в частности, о познавательных (когнитивных), эмоциональных и волевых. Собственно, так и предлагает классифицировать психические состояния Н.Д. Левитов, хотя и указывает, что «номенклатура состояний часто не совпадает с номенклатурой процессов». Однако, признав, что вне психических процессов нет и не может быть никаких психических состояний, мы не вправе в определении состояний выходить за пределы психических процессов. Случаи несовпадения номенклатуры состояний с номенклатурой процессов, приво-димые Н.Д. Левитовым, говорят лишь о том, что под психическим состоянием следует понимать не только и даже не столько своеобразие протекания отдельного психического процесса или отдельной группы процессов, сколько своеобразие протекания всей совокупности процессов вместе взятых: и познавательных, и эмоциональных, и волевых. Психическое состояние – это определенная форма организации всех психических процессов, протекающих в психике. Если в совокупности процессов начинают доминировать отдельные процессы или группы процессов, то и возникающие при этом психические состояния могут быть названы в соответствие с этими доминирующими процессами.

В случаях, когда выраженность разных групп психических процессов в их совокупности примерно одинакова, психические состояния могут классифицироваться по другому основанию, а именно по степени активации или интенсивности психических процессов. При слабой активации (слабой интенсивности) мы имеем астенические состояния, при сильной – стенические. Если учесть, для чего происходит организация психических процессов, то есть для чего нужно то или иное психическое состояние, то можно говорить о функции состояния и выделять особые функциональные состояния. Если вследствие изменения ситуации, особенностей внешних воздействий или других факторов происходят изменения в психических процессах – это равносильно изменению психического состояния. Если эти изменения незначительны, можно говорить об устойчивости психического состояния и, соответственно, об устойчивых или неустойчивых психических состояниях.

Спектр или номенклатуру психических состояний составляет множество возможных сочетаний разных видов психических процессов, отличающихся по качеству (содержанию того, что в них отражается), интенсивности и длительности. Каждое психическое состояние представляет собой целостное, многомерное и многопараметрическое психологическое образование.

Характеризуя понятие «психическое состояние», можно провести некоторую аналогию с понятием «темперамент». Известно, что людей с чистым типом темперамента практически не существует. В совокупности поведений любого человека в разных ситуациях и в разные моменты времени можно наблюдать проявление признаков различных типов темперамента. Точно также в любом реальном психическом состоянии можно выделить и когнитивные, и эмоциональные, и волевые компоненты.

Итак, психическое состояние – это форма организации психических процессов, протекающих в психике субъекта в определенный момент времени.

Что же представляет собой «сознательное психическое состояние»? С точки зрения грамматики русского языка наличие прилагательного перед понятием «психическое состояние» указывает на то, что речь идет об особом, специфическом психическом состоянии. Но, как нами было показано, специфика психического состояния определяется либо спецификой доминирующих психических процессов, протекающих в психике, либо специфическими особенностями их организации.

Для того чтобы можно было рассматривать понятие «сознательное психическое состояние» в контексте психических процессов, необходимо признать, что сознание является либо особым психическим процессом, либо особой формой их организации. В первом случае необходимо указать специфику процесса и ответить на вопрос о том, в какую из трех указанных выше групп психических процессов он входит. Во втором случае следует указать, как именно должны быть организованы познавательные, волевые и эмоциональные психические процессы, чтобы эту форму организации можно было называть «сознанием».

Анализ психологической литературы показывает, что обычно сознание не рассматривается как самостоятельный психический процесс и, соответственно, не относится ни к одной из групп психических процессов. Считается, что сознание – это интегративное образование, в котором особым образом интегрируются все психические процессы. По определению В.И. Гинецинского, «сознание в качестве ингредиента психики выступает как результат интеграции отдельных психических функций, как инвариант их многообразия» (Гинецинский В.И., 1997). Однако, каков механизм этой интеграции, как психические процессы интегрируются и в каком соотношении, не указывается.

По определению А.Н. Леонтьева, «сознание в своей непосредственности есть открывающаяся субъекту картина мира, в которую включен и он сам, его действия и состояния» (Леонтьев, 1975). Учитывая, что в общем случае субъективная картина мира обозначается понятием «психика», получается, что «сознание» — это та же «психика», но с добавлением образа «Я». Данное определение сознания позволяет говорить о нетождественности понятий «сознание» и «психика» и рассматривать сознание как высший уровень развития психики. Однако, возникает вопрос: «Если под сознанием понимать психику с добавлением образа «Я», то в результате какого психического процесса этот образ «Я» появляется в психике?». Еще С.Л. Рубинштейн указывал на то, что «…психические образования не существуют сами по себе вне соот-ветствующего психического процесса. Всякое психическое образование (чувственный образ вещи, чувство и т.д.) – это, по существу, психический процесс в его результативном выражении» (Рубинштейн, 2000). Принимая во внимание, что образ «Я» – это особый образ, следует, очевидно, говорить и об особом психическом процессе, результатом которого он является. Почему бы сознание не рассматривать в качестве такого особого психического процесса?

Кроме того, если психика характеризуется понятием «психическое от-ражение», а уровень психическое отражение определяется уровнем развития психических процессов (причем познавательных: элементарный сенсорный уровень – ощущение, перцептивный – восприятие, интеллектуальный – мышление), то почему сознание, которое признается высшим уровнем развития психики, не является психическим процессом?

На то, что сознание следует рассматривать именно как особый психи-ческий познавательный процесс, в результате которого в психике человека образуется особый образ – образ «Я» как носителя психики, указывалось нами ранее в выступлении на I Всероссийской конференции «Психология сознания: современное состояние и перспективы», проходившей в Самаре (Корниенко А.Ф., 2007). Наличие этого особого психического процесса обеспечивает возможность осознания отражаемой в психике ситуации. Вместе с осознанием ситуации в психике человека возникают особые эмоциональные психические процессы, обеспечивающие отражение личностной значимости осознаваемого. Это – переживания. Выполняя функцию побуждения к определенным видам поведения и деятельности по отношению к значимым объектам ситуации, возникающие переживания начинают оказывать влияние на направленность познавательных психических процессов (что выражается в особенностях внимания) и характер протекания волевых психических процессов. В результате вся совокупность психических процессов оказывается подверженной изменениям по таким параметрам, как направленность, интенсивность и длительность. Возникает особая организация психических процессов, которая по определению является особым психическим состоянием. Включенность процессов сознания в структуру этого особого психического состояния, позволяет называть данное состояние сознательным.

При нарушении сознания, когда нарушается процесс образования образа «Я», автоматически происходит и нарушение процессов осознавания, что обусловливает изменение в организации и характере протекания всех психических процессов – и познавательных, и эмоциональных, и волевых. Соответственно изменяется и психическое состояние субъекта. При полном «отключении» сознания у человека возникает особое психическое состояние, которое называется «бессознательным». Поскольку «отключение» или «потеря» сознания не исключает возможность протекания других психических процессов, бессознательные психические состояния могут быть разными в зависимости от формы организации продолжающих функционировать психических процессов.

Однако возможна ситуация, когда сознание как процесс не прекращается, но имеет особую направленность, например, на события и ситуации, которые были в прошлом или могут быть в будущем. В этом случае образ «Я» оказывается связанным с образами, которые являются результатом соответствующих процессов представления (процессов памяти или воображения), и также имеет место особое психическое состояние. Очевидно, что данное состояние не является бессознательным, но оно характеризуется изменением в направленности сознания. В связи с этим его можно назвать состоянием измененного сознания. Для стороннего наблюдателя поведение человека, находящегося в состоянии измененного сознания, может расцениваться как неадекватное. Когда сознание человека направлено на события прошлого или будущего, для стороннего наблюдателя он не «здесь и сейчас», а где-то «там и тогда». Поведение же его в ситуации «здесь и сейчас» может рассматриваться как «неосознаваемое». Причем неосознаваемое именно этим человеком, по-скольку именно он не осознает, что происходит «здесь и сейчас». Психическое состояние, которое лежит в основе неосознаваемого поведения, наверное, можно назвать «неосознаваемым психическим состоянием», но лишь в том смысле, что данное состояние человеком не осознается, а осознается что-то иное. «Осознаваемым психическим состоянием» следует называть такое состояние, которое человек осознает, то есть когда в его психике имеется связь образа «Я» с образом этого состояния.

Литература:

1. Аллахвердов В.М. Методологическое путешествие по океану бессознательного к таинственному острову сознания. СПб.: Издательство «Речь», 2003.

2. Гинецинский В.И. Пропедевтический курс общей психологии. Учебное пособие. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1997.

3. Зинченко В.П. Предисловие //Хант Г.Т. О природе сознания: С ког-нитивной, феноменологической и трансперсональной точек зрения. М.: ООО «Издательство АСТ и др.», 2004. С. 11-15.

4. Ильин Е.П. Теория функциональной системы и психофизиологиче-ские состояния // Психические состояния /Сост. и общая редакция Л.В. Ку-ликова. –СПб: Изд-во «Питер», 2000. –512 с.

5. Корниенко А.Ф. Проблемы сознания, осознания и самосознания //Психология сознания: современное состояние и перспективы. Материалы I Всероссийской конференции 29 июня – 1 июля 2007 г. Самара. Самара: Изд-во «Научно-технический центр», 2007.

6. Левитов Н.Д. О психических состояниях человека. М., 1964.

7. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

8. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2001

 

Сознание и бессознательное — презентация онлайн

Бессознательное — это те
явления, процессы, свойства и
состояния, которые по своему
действию на поведение похожи
на осознаваемые психические,
но актуально человеком не
рефлек-сируются, т.е. не
осознаются.
Бессознательное начало так или иначе
представлено практически во всех
психических процессах, свойствах и
состояниях
человека.
Есть
бессознательные ощущения, к которым
относятся
ощущения
равновесия,
проприоцептивные
(мышечные)
ощущения.
Есть
неосознаваемые
зрительные и слуховые ощущения,
которые вызывают непроизвольные
рефлексивные реакции в зрительной и
слуховой центральных системах.
Неосознаваемые образы
восприятия существуют и
проявляются в феноменах,
связанных с узнаванием ранее
виденного, в чувстве
знакомости, которое иногда
возникает у человека при
восприятии какого-либо
объекта, предмета, ситуации.
Бессознательная память —
это та память, которая связана
с долговременной
и генетической
памятью. Это та память,
которая управляет
мышлением, воображением,
вниманием, определяя
содержание мыслей человека в
данный момент времени, его
образы, объекты, на которые
направлено внимание
Бессознательное
мышление особенно
отчетливо выступает в
процессе решения
человеком творческих
задач, а бессознательная
речь — это внутренняя
речь.
Бессознательная
мотивация, влияющая
на направленность и
характер поступков,
многое другое, не
осознаваемое человеком в
психических процессах,
свойствах и состояниях
Главный интерес для
психологии представляют так
называемые личностные
проявления
бессознательного, в которых,
помимо желания, сознания и
воли человека, он проявляется в
своих наиболее глубоких чертах.
Большой вклад в разработку
проблематики личностного
бессознательного внес З.Фрейд.
Бессознательное в личности
человека — это те качества, интересы,
потребности и т.п., которые человек не
осознает у себя, но которые ему присущи и
проявляются в разнообразных
непроизвольных реакциях, действиях,
психических явлениях. Одна из групп
таких явлений — ошибочные
действия: оговорки, описки, ошибки при
написании или слушании слов.
В основе второй группы
бессознательных явлений
лежит непроизвольное
забывание имен, обещаний,
намерений, предметов,
событий и другого, что прямо
или косвенно связано для
человека с неприятными
переживаниями.
Третья группа
бессознательных явлений
личностного характера
относится к разряду
представлений и связана
с восприятием, памятью и
воображением: сновиде
ния, грезы, мечты.
Такие искажения, как
оговорки, особенно их
смысловой характер,
неслучайны. З.Фрейд
утверждал, что в них
проявляются скрытые от
сознания личности
мотивы, мысли,
переживания.
Оговорки возникают
из столкновения
бессознательных
намерений человека с
сознательно
поставленной целью
поведения, которая
противоречит скрытым
мотивам. В случае победы
подсознательного
образуется оговорка.
Забывание имен связано с какимито неприятными чувствами
забывающего по отношению к
человеку, который носит забытое имя,
или к событиям, ассоциируемым с этим
именем. Такое забывание обычно
происходит против воли говорящего, и
данная ситуация характерна для
большинства случаев забывания имен.
Особую категорию бессознательного составляют
сновидения. Содержание сновидений, по Фрейду,
связано с бессознательными желаниями, чувствами,
намерениями человека, его неудовлетворенными или не
вполне удовлетворенными важными жизненными
потребностями. Явное, осознаваемое содержание
сновидения не всегда, за исключением двух случаев,
соответствует скрытым, бессознательным намерениям и
целям того человека, кому это сновидение принадлежит.
Эти два случая — детские сновидения
дошкольников и инфантильные сновидения
взрослых людей, возникшие под влиянием
непосредственно предшествующих сну эмоциогенных
событий прошедшего дня
Если соответствующие мотивы
поведения неприемлемы для
человека, то их явное проявление
даже во сне блокируется
усвоенными нормами морали, так
называемой цензурой. Действие
цензуры искажает, запутывает
содержание сновидений, делая их
алогичными, непонятными и
странными.
В свете имеющихся научных данных вопрос об отношениях
между сознательными и другими уровнями психической
регуляции поведения, в частности бессознательным,
остается сложным и не решается вполне однозначно.
Основной причиной этого является тот факт, что
существуют разные типы бессознательных
психических явлений, которые по-разному
соотносятся с сознанием. Есть бессознательные
психические явления, находящиеся в области предсознания, т.е. представляющие собой факты, связанные с более
низким уровнем психической регуляции поведения, чем
сознание. Таковы бессознательные ощущения, восприятие,
память, мышление, установки
Другие бессознательные явления
представляют собой такие, которые
раньше осознавались человеком, но со
временем ушли в сферу бессознательного.
К ним относятся, например, двигательные
умения и навыки, которые в начале своего
формирования представляли собой
сознательно контролируемые действия
(ходьба, речь, умение писать, пользоваться
различными инструментами).
Третий тип бессознательных явлений
— те, о которых говорит З.Фрейд в
приведенных выше суждениях,
касающихся личностного
бессознательного. Это — желания,
мысли, намерения, потребности,
вытесненные из сферы человеческого
сознания под влиянием цензуры.
Каждый из типов бессознательных явлений по-разному
связан с поведением человека и его сознательной
регуляцией. Первый тип бессознательного есть просто
нормальное звено в общей системе психической
поведенческой регуляции и возникает на пути продвижения
информации от органов чувств или из хранилищ памяти к
сознанию
(коре
головного
мозга).
Второй
тип
бессознательного также можно рассматривать как
определенный этап на этом пути, но при движении как бы в
обратном направлении по нему: от сознания к
бессознательному, в частности к памяти. Третий тип
бессознательного относится к мотивационным процессам и
возникает
при
столкновении
разнонаправленных,
конфликтных с точки зрения морали мотивационных
тенденций.
Немов Р.С.
Психология

Коллективное бессознательное и сознание — Энциклопедия системно-векторной психологии

Материал из Энциклопедия системно-векторной психологии

Пусть меня не слышит ухо —
Громок зов мой в недрах духа;
В разных образах встает
Мой суровый, властный гнет
Фауст

От автора:
Данная статья ставит перед собой задачу приблизиться к пониманию природы бессознательного.
Она призвана исключительно направить читателя на размышления о природе бессознательного,
а также природе происходящего с человеком феномена восприятия реальности.

Бессознательное — сфера психики, недоступная сознательному восприятию, однако являющаяся определяющей для большинства аспектов человеческого восприятия, основополагающей для формирования психологической конституции человека и всецело определяющей формы желаний человека, а соответственно, и желаемые, а также доступные виды наслаждений, «конфигурацию» центрального для нашего естества принципа удовольствия.

Есть ли вообще бессознательное ?

Для людей, глубоко интересующихся темой устройства психики, ответ на вопрос, пожалуй, будет очевиден, но тем не менее приведем всего лишь один пример, явно указывающий на суть феномена, в особенности с психологической точки зрения. Поскольку нередко интерес к бессознательному возникает у человека, когда он сталкивается с проявлениями своего «Я», которые совершенно не в состоянии контролировать.

Сегодня немало людей страдает от явления, именуемого социофобией, — мгновенного, непроизвольно возникающего, беспричинного страха и соответствующей ему соматической реакции в виде, например, сильного сердцебиения, покраснения лица, потоотделения, резко выраженной боязни осмеяния, неприятия со стороны других людей при контакте с ними. Человек не понимает истинных причин возникновения этого комплекса страхов, даже когда способен рационально проследить, как они возникают, не может их предотвратить и не может их унять.

То есть над этим проявлением себя у него нет никакого контроля и нет инструмента отменить это явление без применения психоактивных веществ, например алкоголя или ряда других лекарственных препаратов.

Так что же такое бессознательное?

При рождении человек — во многом чистый лист. К тому же при рождении младенец человеком в прямом смысле слова еще не является. Тело — человеческое, но кроме этого, ничего другого от человека в нем пока нет. В отличие от детеныша животного, рожденному младенцу необходимо пройти определенные этапы развития, чтобы приобрести человеческие свойства и качества. Животное рождается животным сразу, и ему необходимы определенные навыки, чтобы выжить и сохранить себя, которые оно инстинктивно оттачивает. В мире людей человеком как таковым является сознательная и чувственная форма жизни, и вне контакта с другими людьми у ребенка нет возможности даже научиться говорить и понимать слова, у него не разовьются никакие из высших когнитивных способностей, присущих роду людскому. Не разовьется чувственность, он не сможет испытывать даже тех чувств, что доступны самому слаборазвитому человеку без зрительного вектора. Однако если рожденная «матрица живого вещества» не развивается в человека, то и дееспособным животным ему никогда не стать. Это будет просто нежизнеспособное существо.

Таким образом, человек — это не тело.

К тому же человеческая форма жизни изначально не формируется из единой особи, вдруг совершившей эволюционный скачок от инстинктивной формы взаимодействия с внешней средой к сознательной. Люди — отдельный вид. Наши непосредственные предки также были отдельным видом, однако это был вид прямоходящих животных. Этот вид, как и все другие виды животных, находясь в пищевой цепи природы, подчинялся основному закону природы — сохранению себя.

Первым шагом, оторвавшим нас от животных и приведшим к появлению раннего сознания, стало возникновение добавочного внутривидового желания к сохранению вида, желания, затронувшего всех его особей. Добавочное желание к сохранению возникает, когда вид находится под реальной угрозой исчезновения, что случилось и с видом наших предшественников.

Однако, прежде чем уходить в исследование сознания, нужно вспомнить, что мы пытаемся разобраться с природой бессознательного, природой того, что современный человек не осознает, однако влиянию чего постоянно подвержен.

Чтобы обозначить природу бессознательного, во многом неявного, нужно его определить на фоне чего-то явного. А наше сознание, или его работа, — это как раз то, пожалуй, единственное явное, от чего в этом анализе можно отталкиваться, чтобы оттенить, обозначить бессознательное.

Конкретные, оформленные индивидуальные желания, порождаемые восприятием, вполне укладываются в область сознательного. Когда человек думает, что хочет стать врачом, инженером, спортсменом и т. д., и находит этому подтверждение в своих ощущениях и в мысленных рационализациях — это не относится к бессознательному. Однако его реальные способности и психические свойства, его психические потребности, без удовлетворения которых он будет чувствовать себя плохо, какие бы рационализации ни возникали в голове и ни утверждались вслух, — это проявление бессознательного. Человек может даже не задумываться и не знать о существовании подобного рода проявлений своей психики. Например, взрослому человеку необходима социальная реализация своих врожденных свойств. Если ее нет и человек длительное время бездействует, т. е. не стимулирует свои свойства адекватной нагрузкой, то он скатывается в состояние фрустрации того или иного вектора. Фрустрация анального вектора, например, порождает такую «душевную» форму отягощенности мерзостным и нечистым, как будто человек, крайне ценящий чистоту, с головой проваливается в чан с нечистотами и искренне чувственно негодует от происходящего. Однако для сознания такое психологическое погружение болезненно, и, не находя адекватной ему компенсации, ощущение вытесняется из сознательного восприятия в «фоновый режим». У человека остается тем не менее чистосердечное желание приобретенной грязью покрывать все вокруг себя, делиться ей со всем миром. Это может проявляться как косвенно, так и буквально: например, в разведении реальной, физической грязи вокруг себя (пищевой, туалетной и пр.), вместе с тем распространяя и психологическую грязь — часто это поношение, очернение и обесценивание всего вокруг. В эпоху повсеместного интернета это ярко отразилось в форме анонимного троллинга, который неизбежно можно найти почти под каждым более или менее читаемым или просматриваемым онлайн-контентом, который можно комментировать. В большинстве случаев человек даже не осознает, что с ним рядом очень неприятно находиться другим людям, не осознает своего состояния и того, что от него исходит. Не осознает, что он компенсирует свое состояние за счет «психологического гряземазания» внешнего пространства и что это приносит некую радость и удовлетворение.

Таких примеров множество в проявлении каждого из восьми векторов. Таким образом, часть бессознательного — это наши добавочные желания, это вектора. Они требуют своего наполнения. Отсутствие наполнения проявляется в избыточном неудовольствии, фрустрации ненаполненного желания, и психическая конструкция стремится сократить преобладание этого недовольства или, иными словами, наполнить желания.

Сознание — особенность исключительно человеческая

У каждого человека может быть от одного до восьми векторов, что определяет его лично, его индивидуальную психику. Вектора определяют все наши устремления и задатки, которые в большей или меньшей степени развиваются в конкретные способности, применяемые нами в жизни. Все, что человек (человеческая форма жизни) воспринимает, воспринимается им в сознании и чувствах. В пределах сознания человек имеет способность к восприятию смыслов, к созданию мыслеформ, являющихся основным продуктом и операндом сознания. У животных нет этой способности. Сознание — это та область, в которой точные ощущения из бессознательного конвертируются в смысл — автоматически. Поэтому представляется вероятным, что эволюционное развитие жизни «подразумевало» создание сверх биологической способности, формы восприятия, в которой сам смысл свершающегося в рамках эволюции, ум и рука «деятеля общего развития» смогут быть восприняты.

Вышесказанное подразумевает связь между сознанием и бессознательным. Однако до-сознательная форма жизни вида наших животных предшественников основывается на инстинктах.

Сознание возникает не из ничего, но на базе набора внутривидовых согласованных инстинктов вида наших животных предшественников. Несколько слов об инстинктах. Инстинкт — это жизненно важная целенаправленная адаптивная форма поведения, обусловленная врожденными механизмами и реализуемая в ходе онтогенетического развития особи. Инстинктивная форма поведения характеризуется строгим постоянством своего внешнего проявления у данного вида организмов и возникает на специфические раздражители внешней и внутренней среды организма. Все инстинкты, реализуемые в поведенческих реакциях животного, направлены на получение полезного результата. То есть инстинкт — это по большому счету сложный безусловный рефлекс, реализуемый с помощью рефлекторных колец (нейронных цепей), становление которых генетически запрограммировано, то есть они формируются вне зависимости от жизненного опыта индивидуума. Передаются эти поведенческие программы по наследству и записаны в молекуле ДНК.

Ряд внутривидовых инстинктов направлен не только на одну особь или на сохранение конкретной особи, но является именно непосредственно ориентированным на эволюционный успех вида. Например, присущий «территориальным животным» инстинкт внутривидовой агрессии, где особи своего же вида изгоняют себе подобных с заселенной территории, обеспечивая тем самым максимальное заселение доступного и пригодного для обитания этого вида ареала. В принципе и один из центральных инстинктов, инстинкт размножения, также сложно назвать просто направленным на индивидуальную особь. Это — инстинкт явно видового уровня и направлен на достижение бессмертия вида во времени. Однако, как известно, многие виды, обладая кажущимся биологическим бессмертием в течение определенного периода, способны его утратить. Виды могут исчезать с лица земли.

Отвлеченное рассмотрение какого-то отдельного вида животных нередко наводит на мысль о том, что эта форма жизни является одним их возможных способов реализации принципа удовольствия в сложной среде, где помимо этого вида существуют другие конкурирующие виды.

Таким образом происходит становление нового вида и формы реализации принципа удовольствия на определенном ландшафте и в пределах определенной пространственной протяженности (имеется в виду, что виды блох живут в иной пространственной протяженности, нежели виды слонов). Каждый вид имеет и занимает свою нишу, то есть «вписывается» в то, что доступно к потреблению. Тем самым имеет свое важное, полезное опосредованное и неизвестное ему самому значение в общей системе экосистемных взаимодействий.

К тому же стоит упомянуть, что эволюция фауны сопряжена с эволюцией флоры. Например, есть исследования, показывающие прямую связь между крушением мезозойской фауны, включая динозавров, и монополизацией цветковыми растениями, появившимися около 140 млн лет назад, обнаженных участков речных наносов, гарей и оползней. Сотрудничество с насекомыми дало цветковым преимущество в опылении в этих обедненных экосистемах. Быстрая эволюция в несбалансированной среде дала начало появлению видов, начавших успешно конкурировать и в других экологических нишах. Запущенная цепочка событий спустя миллионы лет привела в итоге к исчезновению характерной мезозойской флоры, а затем и фауны. То есть эволюционирует и изменяется все многообразие форм, сконцентрированное внутри экосистемы.

Помимо инстинктивных безусловных рефлексов животные способны и к развитию условных рефлексов, то есть автоматических реакций и стереотипов, сложившихся в результате индивидуального опыта данного индивидуума. То есть стереотипы эти могут быть разными у разных особей одного и того же вида.

Еще один интересный момент проявления природы инстинкта в том, что он не «статичен» в случае отсутствия запускающих его импульсов, подобно механической машине, которая просто бездействует и «ждет» пока ее запустят. Наоборот, инстинкт проявляет себя почти постоянным поиском биологически значимых раздражителей (аппетентное поведение). Часто это проявляется через использование «малых служителей сохранения вида», которые находятся в подчинении «больших» инстинктов — добычи пищи, размножения, бегства и агрессии. Например, вынюхивание, выслеживание, бег, погоня у волков — являются инструментами каждого из «больших» инстинктов. Тем не менее если волк в конкретный момент времени не хочет есть, вокруг нет других волков и животных, а также самок с начавшимся эстральным циклом, это не значит, что он ляжет и будет ждать пока голод не вернутся к нему. Он будет бегать и высматривать. Давайте также рассмотрим несколько иную перспективу на примере гусей. Если держать гуся на пруду, где нет корма, за которым можно нырять ко дну, и при этом накормить его на берегу вдоволь так, что больше за подкинутой пищей на берегу он не идет, но будучи на воде кинуть ему зерно, он тотчас же будет нырять за ним. То есть он начинает «есть, чтобы нырять». Инстинкты требуют своей разрядки, и это касается в том числе и «малых» инстинктов, которые сами по себе, в отдельности, не отвечают за сохранение особи или вида. Стоит, однако упомянуть, что «производство» таких инструментальных действий не происходит «из ничего», есть множество внутренних и внешних рецепторов, воспринимающих внутренние и внешние раздражения и передающих их дальше в виде возбуждений. Есть нужды тканей, есть железы внутренней секреции, гормонами запускающие нервные процессы. К тому же «высшие инстинктивные инстанции» следят за разрядкой появляющейся избыточной энергии, которая может быть опасной, например, в случае инстинкта внутривидовой агрессии. Более того, «производство» инстинктивного движения обыкновенно приблизительно соразмерно ожидаемому на него «спросу». Собака может бегать гораздо больше чем нужно для охоты ради здоровой тренировки мускулов, что является подготовкой к будущей охоте.

Вся сущность биологического организма (например, собаки) — это потребность, желание получить, потребность получить, чтобы быть, существовать, как, например, пищевой инстинкт. Пищевой инстинкт — это биологическая потребность, но суть этой потребности — это желание, сила. Поскольку вещество как таковое было создано (т. е. не существовало вечно, как известно), и, в случае живых организмов, представлено в виде сложнейшей коллекции материальных структур, то, значит, есть «специализированная» сила, сохраняющая сложность этого вещества, его сложную форму. И каждому человеку видно, что живые организмы стремятся сохранить себя, свою форму, инстинктивно. А эволюция, в свою очередь, постоянно усложняет биологические формы жизни, что происходит в лоне конкурентной борьбы с другими, подобными по своей сложности устройства формами жизни и под влиянием возникающих мутаций генома у разных особей. В сложных живых организмах пищевой инстинкт разлагается на множество взаимосвязанных потребностей, как, например, у хищного зверя: потребность желудка переваривать пищу, потребность челюстей жевать, глаз — высматривать и замечать жертву, потребность лап — хватать и раздирать. И поскольку животное, как упоминалось выше, адаптировано под определенную экологическую нишу, то адаптировано и его внутреннее видовое инстинктивное восприятие. Ведь бесконечное многообразие явлений среды и воздействий на живой организм без строгой детерминированности их для его восприятия не позволило бы ему выжить в подобной какофонии, животное не смогло бы ориентироваться и погибло.

Является ли внутривидовой инстинкт бессознательным, а сознание — новым явлением и надстройкой над инстинктом? Или человеческое бессознательное — это больше, чем инстинкт?

Сложные смыслы и мыслеформы выражены в словах. Само по себе слово — это вибрация, заключающая в себе смысл. А сознание, как упоминалось, — это та область, в которой точные ощущения из бессознательного конвертируются в смысл — автоматически. Сознание — это место, где смыслы воспринимаются, это потребность в смыслах, в рациональном восприятии, а точнее, в наполнении рационального восприятия смыслами. А говорение (словами) — это обмен «феноменами сознания», то есть это способность обмениваться представлениями об объектах, или смыслами, что подразумевает еще более широкий спектр явления. Павловым говорение и восприятие речи названо второй сигнальной системой, которая базируется на принципах первой. А первая — это рефлекторная. И слово — это сигнал, то есть триггер сознательных реакций, это искусственное замещение представления об объекте. И еще раз, рефлекс есть автоматически-бессознательное действие, непосредственно слитое с вызывающим его импульсом, а потому и всегда разворачивающееся вовне. Животное непосредственно тождественно со своей жизнедеятельностью. Оно не отличает себя от своей жизнедеятельности. Оно есть эта жизнедеятельность. Человек же делает свою жизнедеятельность предметом своей воли и своего сознания. По крайней мере, определенная свобода воли у человека имеется.

Но если базой для сознательной деятельности является рефлекторная динамика, рефлекторное кольцо, то что значит возникновение «свободы воли», произвольности в отношении рефлекса? Это означает прерывание непрерывности, замкнутости рефлекса, разрыв рефлекторного кольца. Рождается способность к идеальному представлению. Это начало человеческой психики. Способность, разумеется, никогда не появляется без специфической потребности. То есть психика — это потребность и обеспечивающая ее способность. У человека появляется способность произвольно представлять себе почти все, что угодно, по собственной воле.

А рефлекторные механизмы нервных процессов по-прежнему используются в сознательном восприятии? Да. Рефлекс коры головного мозга практически целиком сводится к относительно самостоятельной системе реакций (операций). Рецепция извне является лишь пусковым стимулом. Сам же рефлекс, например, видение круга — это не некая «вещь», находящаяся где-то вне нас, но прежде всего определенный стереотипный «маршрут» движения нашего глаза. Закрыв глаза, мы можем вообразить себе круг без каких-либо внешних воздействий. Другой стереотипный «ход» глаза воспроизводит «прямую линию». Естественно, что стимуляция зрительного рецептора инспирируется внешним воздействием. Но в составе зрительного нерва есть и эфферентные волокна, позволяющие стимулировать процесс видения «изнутри». Такие безусловные стереотипы элементарных движений создают саму способность воспринимать нечто в виде линии или круга.

Однако, несмотря на гигантское разнообразие форм животной жизни, человек отклассифицировал и обобщил их в единое царство. Жизнь животных вращается вокруг базовых инстинктов-желаний — есть, пить, дышать, спать и продолжать род. Человек также не лишен подобных желаний, однако это далеко не единственные желания, свойственные нашему виду. Поэтому и сложность, и широта механизмов восприятия, эволюционирующих после способности к «разрыву» рефлекторных колец, продиктована именно увеличением самих потребностей, желаний, являющихся сутью и причиной жизни — желаний получать наслаждение. Это над-биологическое проявление. Инстинкты являются по сути проявлениями желания, как описывалось выше на примере пищевого инстинкта, разлагающегося на сложные взаимосвязанные потребности, выраженные в конкретных биологических формах. Таким образом, их можно отнести к тому же, упомянутому выше, над-биологическому проявлению жизни. Их можно было бы причислить и к психике, но психика, будучи проявлением, свойственным человеческому виду, является следствием эволюционного увеличения базовых инстинктивных желаний. Начинается это увеличение как добавочное желание к пище и репродукции. И далее продолжается в виде добавочного желания к говорению, ведь именно говорение делает нас действительно людьми (homo sapiens).

На этом развитие психики и сознания не останавливается, и добавочные желания, изменяющие психическое устройство и его объем, формируют то, что в системно-векторной психологии обозначается термином «восьмимерная матрица психического», подразумевая существование восьми типов и форм добавочных психических желаний. Поскольку человек без углубленного знакомства с сутью явления добавочных желаний не имеет никакой возможности осознать и воспринять их проявления в структуре собственного «Я», природу этих добавочных желаний вполне естественно отнести именно к сфере бессознательного. И поскольку проявления тех или иных добавочных желаний полностью оформляют конституцию и проявления индивидуальной психики каждого человека, «восьмимерная матрица психического» относится именно к коллективному бессознательному.

У отдельного человека обычно нет всех восьми добавочных желаний (векторов), а имеется в среднем от двух до пяти. Однако каждый из восьми векторов проявлен в каждом человеке в виде определенных человеческих признаков. Например, все люди имеют способность к говорению, однако всего около 5 % людей являются обладателями орального вектора. Но именно возникновение добавочного желания в оральной «мере» делает наш вид говорящим.

Человеческая способность к говорению возникает как особое психическое желание и свойства, позволяющие передавать и воспринимать сложные смыслы, отражающие потребности растущей в объеме психики, потребности, которые нельзя удовлетворить напрямую. Слово — это вибрация, несущая смысл. Мысли, мыслеформы позволяют нам находить пути удовлетворения наших человеческих потребностей. Не имея такого арсенала, это было бы невозможно. То есть мысли обслуживают наши потребности, желания. Однако животные прекрасно обходятся без этого сложного арсенала. Почему? Потому что у них нет тех потребностей, что есть у человека. То есть у человека есть некие желания сверх тех, что есть у животных, при этом те, что есть у животных, у человека, как уже упоминалось выше, также имеются — желания есть, пить, дышать, спать и желание к репродукции. Что это за иные человеческие желания?

Сознание как инструмент эволюции коллективного бессознательного

Природа сознания — это неудовлетворенное желание, следствие особых табу, ограничений на возможность удовлетворения усиленного (добавочного) желания к сохранению вида. Ввиду физических особенностей вид дальних предков людей был видом слабосильным в сравнении с другими обитателями географической колыбели человечества. На грани исчезновения формы жизни усиливается желание эту форму жизни сохранить. Это фундаментальный закон, наблюдаемый на растительном, животном и человеческом уровнях природы. Это усиление является усилением желаний к пище и репродукции. Эти изменения, в свою очередь, порождают новые угрозы существованию вида, поскольку выводят из равновесия ранее внутренне сбалансированную систему. Добавочный либидозный импульс самца естественным образом требовал своей разрядки. Наши предки жили семьями, контролируемыми вожаками, не подпускающими других самцов к самкам под угрозой расправы, и таким образом многие самцы оказывались исключенными из сексуальной жизни. Наши предки также являлись прямоходящими и хищными животными, в отличие от существующих сегодня обезьян, которых, как иногда кажется, можно в качестве наглядного примера рассматривать в виде наших дальних предков. Жесткая половая субординация, сексуальная агрессия, ведущая к убийству самцами друг друга, прямохождение и связанные с ним осложнения при родах, повышающие женскую смертность, — все это поставило тот вид на грань исчезновения.

Поэтому ради сохранения вида возникает еще один регуляторный механизм ограничительного порядка — в психике возникает добавочное желание к ограничению возникшего добавочного желания, к ограничению первичных позывов, коими в животной жизни являются «секс» и «убийство», т. е. репродукция и добыча пищи. Это добавочное желание к ограничению возникает в кожной мере и является тем, что называется в системно-векторной психологии возникновением кожного вектора, или кожной эротики (это в некотором смысле продолжение терминологии Фрейда, обозначившего психический контур анальной эротики).

Это «ограничение», сокращение этих добавочных желаний стало явлением эволюционного масштаба. Восприятие как таковое и взаимодействие особей внутри стаи основывалось исключительно на внутривидовом инстинкте до этого момента. Сокращение же добавочного желания не приводит к его уменьшению, но производит его в новом качестве, в новой форме — в виде внешней проекции, в противовес власти его исключительно во внутреннем пространстве, ограниченном телом. Это новое качество добавочного желания, сокращенного и проявленного вовне, распространившегося за пределы чувственного, инстинктивного восприятия внутри тела, и стало первой формой раннего сознания. То есть сознание — это феномен «пустОты», это ненаполненное желание к пище и репродукции, которое нельзя удовлетворить в первозданной форме, т. е. с помощью пищи и репродукции.

Добавочное желание к пище и репродукции само по себе возникает у вида наших предков из той меры, из того корня, что является их первоначальной базой — и это то, что системно-векторная психология именует мышечным вектором. Даже сегодня в чистом виде мышечный человек — это психика, состоящая из самых базовых, фундаментальных для поддержания жизни желаний — есть, пить, дышать, спать и стремление к репродукции. Добавочное желание, возникающее в мышечной мере, становится человеческим качеством (формой раннего сознания) после его психического сокращения изнутри наружу, как было описано выше. Однако само это сокращение, способность к сокращению желания возникает благодаря добавочному желанию в кожной мере, той самой, что и является мерой, силой, способной ограничить желание, влечение. Когда среди особей вида наших предков начинают рождаться люди с кожным вектором, то их восприятие кардинально отличается от восприятия всех остальных, у них начинают формироваться рациональные мыслеформы, желание сохранить излишки добытой пищи на завтрашний день. Они способны ограничить себя в желании съесть больше и способны ограничивать других членов стаи в их неконтролируемом стремлении съесть пищи больше, чем вмещает их желудок. От ограничения кожные люди испытывают удовлетворение. В желании ограничения возникает зачаточная перспектива восприятия времени, как бы понимание, что завтра будет другой день и снова нужно будет есть.

Ради описания изменений, постигших вид наших дальних прямоходящих животных предков, а также некоторых особенностей кожного вектора приведу выдержку из статьи «Когнитивные способности человека»: «Появление добавочного желания внутри системы сохранения вида нашего дальнего животного предка по сути своей означало начало эволюционного перехода к новой форме жизни. В качестве примера этого драматического изменения можно привести иллюстративную аллегорию с зерном злаковых культур. Прежде чем посаженное в землю зерно прорастет колосом, оно проходит этап полного распада и разложения, то есть утраты своей предыдущей формы. Точно так же появление добавочного желания означает распад существовавшей целостности вида предлюдей. Наш животный предок ощущал единство вида, жил как единый вид, где каждая особь в восприятии своем имела ощущение единства вида, а в пространстве бессознательно управлялась внутривидовым согласованным инстинктом. Добавочное желание в кожном векторе прерывает внутривидовое целостное восприятие, начинают рождаться особи, отличные от других (с кожным вектором), ощущающие внутри себя меру сокращения добавочного желания, желание к запрету, ограничению и экономии, направленное на пищевые ресурсы и сексуальное влечение. В восприятии этой категории сокращения появляется также первичное, зачаточное ощущение времени (завтрашнего дня) и новая форма добавочного желания к пище: желание к добыче все большего ее количества и сохранению ее от бесконтрольного потребления, в том числе и всей остальной стаей, ради завтрашнего дня (на будущее). Подробней про механизм формирования восприятия времени читайте здесь.

Новая форма жизни стремится сохранить себя. Но и новый вид живых существ, формирующийся на базе предыдущего, подчиняется основному закону природы — самосохранению (сжатию), в данном случае — самосохранению вида. Родившись с добавочным желанием к запрету и ограничению в кожном векторе, человек устремляется в восприятии своего сокращенного желания в сознании к другим членам стаи. Ведь именно на них направлено добавочное желание к пище и репродукции, а также его ограничение и запрет на каннибализм и на убийство внутри стаи, запрет на бесконтрольную реализацию сексуального влечения и запрет на не ведущие к репродукции формы сексуальных сношений. Природа рациональна в своих запретах, рациональна в ограничениях на потребляемые ресурсы — пищу, время, энергию. Мысли в кожном добавочном желании оживляют и облекают в смысл рациональные формы причинно-следственных связей, вынуждающих кожного человека ограничивать себя и других членов стаи. Кожный человек, ограничивая остальных членов стаи в первичных позывах к сексу и убийству (это жесткий закон и наказание за неповиновение), вызывает в них неприязнь, фрустрацию от невозможности съесть ближнего, поскольку это грозит смертью. Таким образом каждый начинает испытывать неприязнь, ввиду ограничения его добавочного желания в пище и репродукции. Каждый обретает свою пустОту, свое «пространство» сознания. Это полностью выводит будущих людей из бессознательного равновесия единого вида. Начинается этап формирования жизни по иному принципу. Возникает стая (вместо стада), возникает социальная форма жизни, появляется коллективная охота как сублимант сокращенного добавочного влечения мужчины к женщине. Возникает распределение пищи согласно рангу в стае. Возникает ранняя коллективная система защищенности и безопасности для всех.

В дальнейшем возникают иные добавочные желания — оральный, анальный, зрительный вектора, — до тех пор, пока не возникает восемь добавочных желаний, векторов, и сокращения на них. Это приводит к полной утрате восприятия единства вида. Стая устремляется к новой форме единства ради сохранения социальной формы жизни — появляется восьмимерная матрица человеческого психического. Появляется человек в полном смысле этого слова, и каждый человек обладает тем или иным типом мышления, в зависимости от его векторального набора.»

То есть от животных нас отличают добавочные желания, формирующие восьмимерную матрицу человеческого психического — коллективное бессознательное. А также сознание — инструмент эволюции коллективного бессознательного.

Индивидуальное бессознательное

Но здесь сразу возникает желание возразить, ведь сознание — это то, что ощущает отдельный человек, и никто более, оно индивидуально. К тому же несложно пронаблюдать, что у каждого человека есть нечто, что можно назвать областью индивидуального бессознательного, непосредственно влияющего на нашу жизнь и восприятие мира и вмещающего, например, вытесненные из сознания по разным причинам чувственные переживания, события, память, образы. Часто это именно болезненные переживания, которые человек не может адаптировать, поэтому они вытесняются в «подсознание» (область индивидуального бессознательного). Однако и все то, что было воспринято в состоянии бодрствования (попало в поле зрения, слуха и т. д.), однако не имело достаточной для нас значимости в проявлении, чтобы попасть в поле сознательного внимания, также не исчезает бесследно. Этот воспринятый материал «оседает», структурируется в пределах индивидуального бессознательного и нередко является, например, материалом для сновидений. Сновидения индивидуальны, однако процесс их формирования и определение их содержания исходят всецело из бессознательного. (Одной из важных функций сновидений является компенсаторное восстановление целостного психического равновесия человека. Ведь каждое утро наступает новый день.) Этот же ушедший в подсознание материал может стать, например, источником наития и вдохновения, стимулирующим творческий процесс.

Эволюция восприятия

Вернемся к предположению о том, что индивидуальное сознание является инструментом эволюции коллективного бессознательного. Если это так, значит, между сознанием и бессознательным есть непосредственная связь. Что это за связь?

Материал бессознательного — это желания и формы желания, а желание как таковое — это «сила», т. е. нематериальная величина. Однако если желание получать наслаждение и возможные психические формы такого вида желания для человека концептуально вполне понятны и заявление о том, что сила получения является частью нашей психической природы, не вызывает отторжения, то того же нельзя сказать про «силу отдачи», т. е. желание к отдаче, абсолютный альтруизм. Но без силы отдачи не может существовать силы получения, то есть это взаимосвязанные величины. В некотором смысле обратное верно и по отношению к силе отдачи. «Отдача» подразумевает, что ее проявление будет получено там, где это нужно, необходимо. Т. е. должно быть желание, желающее получить наслаждение, тогда отдача в полной мере себя выражает, имеет возможность проявить свою суть. Тут следует привести выдержку из статьи «Разница между мужским и женским», описывающую силы получения и отдачи. Без определения этих феноменов невозможно правильно обозначить суть эволюции метафизической сущности, коей является коллективное бессознательное.

«Сила получения — это природа всего живого, желание получать наслаждение, стремление получать в себя, в свой личный «сосуд» получения удовольствия (психическое желание). Эта сила проявляет себя во всем, что создано, как на уровне материи, так и на уровне чувств (психики). Например, на неживом уровне природы — это сила сжатия, притяжения, сила, сохраняющая данную природой форму. Силу отдачи можно описать как первопричину создания и существования наблюдаемого нами мира, первопричину создания самой жизни. Это сила, делающая сам акт получения наслаждения возможным, сила, несущая в себе все возможные формы наслаждений, «искру», оживляющую материю. Это сама живительная сущность. Человеку свойственно хотеть получить наслаждение, напрямую или через необходимые для этого усилия. Это чувственный смысл существования человека — наполнить свои психические желания высшими доступными формами чувственного наслаждения. Человеческая психика «оживляется» благодаря устремлению к наслаждениям, заключенным в фундаментальной силе отдачи. Это присуще как мужчинам, так и женщинам. Человек как венец сотворенного имеет самое большое и сложное желание получить. Сам метафизический акт творения подразумевает создание некоего «первичного материала» жизни, бесформенного объема, способного вбирать в себя изобилие наслаждения, но изначально не имеющего никаких внутренних устремлений к каким-либо формам наслаждений, не имеющего возможности определять все существующие формы наслаждений. То есть в этом первичном объеме отсутствует свойственное живому напряжение, сила получения. Явлена только потенция этой силы.

Акт творения по сути есть внедрение Божественного смысла в «женственную» сферу бесформенного. Это порождает первые формы желания получать в творении (метафизическом творении), что и становится сутью его жизни. Таким образом, творение является по отношению к творцу женской сущностью — получающей. А сила отдачи, метафизический творец, является мужской сущностью — дающей. Творение создано Творцом, чтобы получить все оттенки, богатство и многообразие наслаждений, заключенных в силе отдачи.

Человек за свою многотысячелетнюю историю научился извлекать и смаковать множество наслаждений жизни (заключенных в том, что несет в себе сила отдачи). Однако наслаждения от раскрытия смысла жизни, сути мироздания и тайн собственного бессознательного пока недоступны ему (это желания в звуковом векторе), да и не только они одни.

Человек (творение) не ощущает в своем сознании никаких признаков проявления силы отдачи — метафизического творца. Существование этого слоя природы скрыто от человеческого вида сознанием. Человек ощущает только разные формы желания получить наслаждение и сообразные им формы наполнения. Также скрыты от человека причины и суть бессознательных процессов, определяющих внутреннюю структуру его собственного «Я». Устройство человеческой психики (иначе можно обозначить это словом «душа») скрыто от него самого в коллективном бессознательном. Внутри этого скрытия существует некая проекция этих метафизических сил отдачи и получения, в которой все живое разделяется на мужское (отдающее) и женское (получающее).

Проекции этих отношений между дающей и получающей силами — это не просто надстройка в виде мужских и женских социальных ролей, это внутренняя сущность мужчины и женщины, как на уровне биологического устройства, так и на уровне психики.»

Итак, для объяснения сути эволюции коллективного бессознательного необходимо ввести допущение о существовании двух сил: силы отдачи и силы получения. Попросим читателя иметь в виду, что последующее описание взаимодействия сил отдачи и получения изложены в виде метафизического дискурса, подчеркивающего причинно-следственные связи, ведущие к возникновению мира материи из предшествующих ему доматериальных проявлений.

Сила получения и сосуд получения созданы как противоположность отдаче, ее проявлениям и свойствам. Силу отдачи метафизически можно охарактеризовать как проявление сути Творца, а проявлением силы отдачи можно назвать существование бесконечного наслаждения, того, чем можно наполниться Творению. Для простоты и придания символьного значения этому бесконечному наслаждению будем в дальнейшем периодически именовать его «светом». Для реализации самой сущности природы отдачи необходима сила, способная получить все то условно бесконечное наслаждение — «свет», который включен в силу отдачи. Поэтому сила получения — Творение — сосуд для наслаждения и сила, способная насладиться «светом», воспринять «свет» внутри себя, создается как точная противоположность «свету» и силе отдачи. Вначале «свет» заполнял абсолютно все, и не было, кроме этого, ничего, то есть не было даже наблюдателя, способного к восприятию «света» или каких-либо его проявлений.

Суть любой формы жизни в том, что она стремится к наслаждению — либо в самом простом желании, стремясь сохранить себя, свою форму, либо в более сложных формах — например, людская социальная реализация, являющаяся сохранением себя и социальной формы жизни через принцип наслаждения. Но чтобы сосуд получения смог вкусить все виды и формы наслаждений, заключенные в бесконечный «свет», каждая из этих форм должна быть проявлена для сосуда получения, то есть должна войти в него, а потом должна быть из него исторгнута, сокращена. Само сокращение «света», его исход из сосуда получения формирует в нем нехватку этого «света», тем самым формируя форму желания получить. Само желание получить таким образом эволюционирует, увеличивается за счет усложнения и появления новых форм желания получить наслаждение. Источником и двигателем этого процесса является сама сила отдачи. Сила отдачи сокращает себя — «свет», заполняющий все, сокращает себя, создавая пустОту, нехватку себя, которая и становится зачатком проявленного сосуда получения, силы и желания получить. Первыми формами получения становятся наслаждение как таковое, оживляющее эту новую форму жизни, активирующее сам акт получения и самое первичное «восприятие» Творением себя, впечатление от самой себя, от своей сущности внутри сосуда получения. Второй формой становится восприятие источника самого «света» (Творца) через суть «света» — желание насладить. Возникает особенная форма желания получить — устремление к свойству отдачи, свойству во всех смыслах превосходящему свойство получения, и таким образом возникает желание насладиться формой отдачи.

Даже на уровне человеческого восприятия несложно найти «отголоски» проявления подобных по сути форм наслаждений — например, отдать все свои силы на благо большого и важного общего дела и получить при этом особый тип наслаждения, которой по сути, вкусу и объему больше, нежели прямое удовлетворение своих желаний. Желание насладиться отдачей — это и есть форма наслаждения, возникающая внутри «оживленного» желания получать.

Творение желает реализовать раскрывшееся желание отдачи, но ввиду своей первозданной природы «сосуда получения» не может ничего отдать. Ее действием отдачи становится получение «света» ради Творца, то есть получение с намерением насладить Творца, а не с намерением насладиться самой. После получения части «света» ради Творца раскрывается новый «вкус» от действенной отдачи, и возникает новая форма и объем желания, который можно охарактеризовать как «желание быть по статусу как Творец», т. е. желание насладиться Творцом совершенно иного объема и такой формы, наполнения под которую нет в «свете» Творца. То есть насладить это желание напрямую невозможно, к тому же выясняется, что это «желание быть по статусу как Творец» является желанием получить, а не желанием отдать, что приводит в невозможности напрямую наполнить, удовлетворить это желание «светом». Поэтому возникает «искра» силы сокращения, ограничения этой новой формы желания, прерывающая возможность получения в него света. Эта «искра» является «силой суда», то есть проявлением восприятия и суждения о раскрывшейся силе желания и проявившейся в ней форме. Форма этого восприятия и суждения проявилась в виде «категории стыда получения». В итоге весь «свет» Творца был исторгнут из сосудов получения ради отдаления от «получающей» формы. Это и становится «центральной точкой» Творения, корнем истинного Творения, которое не способно получить наслаждение и процесс трансформации которого является двигателем всего того, что происходит в восприятии Творения. Трансформировать это желание, чтобы наполнить его наслаждением, можно, только выяснив, выявив в нем те части, которые могут уподобиться форме отдачи, которую заключает в себе «свет».

Эволюция, развитие и увеличение желания получать происходит за счет возникновения новых форм получения, возникающих как восприятие Творением отличий между свойствами получения и отдачи. Происходит процесс раскрытия абсолютной разницы между свойствами получения и отдачи, тем самым Творение раскрывает свою абсолютную противоположность силе отдаче, Творцу, и вместе с тем максимальное желание получить все больше вкусов «света». Раскрытие отличия от свойства отдачи формируется все большим и большим сокращением «света», способностью получать все меньше и меньше «света» в формате «ради отдачи», т. е. в попытке реализовать свою первоначальную форму желания. «Ради отдачи» означает, что получение наслаждения происходит, только чтобы насладить этим Творца, поскольку в восприятии Творения Творец желает наполнить его бесконечным наслаждением. Творение в попытке быть отдающей выясняет свою все меньшую способность быть дающей и тем самым все дальше отдаляется от свойства отдачи. Так возникают формы желания, все меньше и меньше способного воспринимать «свет». Возникают также формы, где свойства «отдачи» и «получения» смешаны между собой, одно проникает в другое. Причина в том, что природа силы отдачи такова (замысел Творца в том), чтобы неустанно стремиться проявить в природе свое совершенство альтруистического свойства, т. е. иметь связь со всеми свойствами Творения так, чтобы то смогло получить наслаждение.

В результате сокращений «света» возникает форма желания, не способная воспринимать «свет», и «свет» в ней полностью исторгается (сокращается) из восприятия Творения. В восприятии возникают формы, обратные «свету». Сам «свет» — не овеществлен, не материален, как и его восприятие внутри желания, т. е. насыщение наслаждением также нематериально. Возникновение свойств, обратных «свету», — это возникновение свойств материи, вещества. Пользуясь терминологией астрономии и принимая во внимание общепринятую на сегодняшний день космологическую модель — это момент Большого взрыва. Прерывается существование предыдущего состояния, и его распад является причиной выброса огромного количества энергии. Возникают энергетические условия для возникновения элементарных частиц и оформления, проявления фундаментальных взаимодействий между ними (частица — это возмущение поля, квант). Первым проявляет себя в «физическом мире» гравитация. Пространство, ткань происходящего с материей приобретает характеристики единого континуума «пространства-времени». Формирование материальных частиц и структур происходит вместе с их распространением, то есть материя движется. Что приводит к расширению пространства? Поскольку любое увеличение пространства измеряется относительно чего-то, и в данном случае это что-то — это сама материя, ее наличие. Время же является самой характеристикой движения материи, это характеристика протяженности материи. Сила гравитации приводит к формированию более сложных материальных образований, атомов, молекул, которые в конце концов слагаются в стройматериал для более сложных макрообъектов. Вещество двигается и приобретает протяженность, что, в свою очередь, влияет на кривизну пространства-времени и вообще определяет существование «пространственно-временного» континуума. Получается, что наш мир — это то, где присутствует материя, с разной плотностью распределения, в разных состояниях и разного уровня сложности, и сама среда, «место», принимающее состояния, где материя, частицы способны себя проявить в существование.

Выше было сказано о том, что «свет» исторгается из восприятия Творения, и возникают формы, обратные «свету». Необходимо добавить, что полностью «свет» не может быть сокращен без остатка, потому что это источник жизни, причина жизни, причина происходящего, то, что создало желание получать. Для «оживления» нового состояния остаются «искры света», то есть минимально возможные остатки силы отдачи и ее проявлений (как искры от пламени). Они не являются проявлением материи, они являются тем, что «оживляет» материю. Это явление можно иначе назвать «наблюдателем» физического мира. Наблюдатель — это сила, возникающая одновременно с возникновением материи, приводящая эту материю в движение, наблюдающая материю, самим актом наблюдения определенным образом детерминирующая эволюционный процесс. Этот эволюционный процесс происходит на четырех уровнях: неживом, растительном, животном и человеческом. Это процесс, создающий внутри материи новые формы, все более сложные.

В качестве экскурса хотелось бы напомнить о существовании такого явления, как влияние наблюдателя на состояние системы не только на уровне метафизических рассуждений, но и на уровне экспериментальной науки. Многие наверняка слышали про известный эксперимент Клауса Йенсона с двумя щелями и электронной пушкой, обстреливающей сквозь эти щели экран-фотопластинку. Без замера того, через какую конкретно щель из двух прошел каждый конкретный электрон, на экране-фотопластинке возникает интерференционная картина, соответствующая поведению волн, а не частиц. При замере же через какую конкретно щель прошел электрон, картина на экране-фотопластинке меняется и соответствует ожидаемой «корпускулярной» картине в виде двух перпендикулярных полос-следов. То есть наблюдение за частицами влияет на их состояние, и они при этом проявляют свою корпускулярную природу вместо волновой. Хотя тут необходимо упомянуть, что сам замеряющий прибор-детектор воздействует на систему, например, электрон взаимодействует с фотоном, улетающим в прибор-детектор. То есть в таком случае имеет место быть процесс декогеренции, нарушающий квантовые свойства системы. Но тем не менее сам этот эксперимент и вытекающие из него следствия очень интересны.

Если рассмотреть процесс восприятия реальности наблюдателем нашего мира — человеком, — какова суть этого восприятия? Это выяснение и суждение. Суждение, изнутри основанное на сути природы желания получать: это либо оправдание происходящего и получение наслаждения, либо это обвинение относительно происходящего и ощущение фрустрации — неспособность получить. На неживом уровне подобные выяснения — это выяснения через создание всевозможных форм материи, строящихся согласно возникшим вместе с материей физическим законам, например, тем же четырем фундаментальным взаимодействиям. Эти сложные материальные формы стремятся сохранить свою форму и потом даже приходят к способности копировать себя с целью более успешного взаимодействия и адаптации к окружающей среде. Суть — отбросить все вредное и привлечь/извлечь все полезное для себя. Желание получать у животного — это тоже в первую очередь сохранить свою форму и продолжить себя во времени, скопировать себя, что по сути есть проявление одного и того же.

Новые формы, возникающие в этом эволюционном процессе, выясненные на разных уровнях природы и способные извлекать все больше полезного, усложняются в направлении извлечения все большего количества «вкусов» наслаждения и все больших и более сложных форм желания получить, но уже в пределах индивидуального тела, а также, что более важно, на уровне отдельного вида.

«Нематериальный» наблюдатель физического мира создает формы, эволюционирует в своем восприятии через новые формы восприятия. Пока не достигает некой абсолютной формы, коррелирующей с сутью и устройством той «формы света», что осталась в качестве наблюдателя физического мира. Выяснение материи доходит до того уровня, что возникает человек, эволюционно новая форма наблюдателя, коллективная форма жизни, имеющая сознание, в котором есть возможность быть в полном отрыве от свойств Творца, а правильнее сказать, быть в отрыве от восприятия себя неотъемлемой частью единого вида — т. е. находиться в восприятии «нет никого, кроме меня» и иметь свободу выбора и воли. Человечество, благодаря колоссальному прорыву в пищевых технологиях, победило управление «свыше» голодом, которое обеспечивало сохранение вида людей как целостности, поскольку вид принуждается голодом к добыче пищи. Теперь человек сам себе хозяин в гораздо большей степени и способен в сознании выбирать не только из «животной» чувственной категории «горько — сладко», но и из категории «правда — ложь», несмотря на ощущения «горечи» в желании получать. Такая форма восприятия реальности способна будет своей волей и усилиями возжелать уподобиться альтруистической форме желания, то есть захотеть изменить форму работы своего желания получать с намерения «получать ради себя» на намерение «получать ради отдачи». Это совершенно недоступно на уровнях неживой, растительной и животной природы.

Поэтому эту форму восприятия можно назвать скоррелированной с наблюдателем материи, возникающим в момент Большого взрыва. Человек в неопределенном будущем (возможно ближайшем!) придет к измененному восприятию реальности, суть которого будет в изменении восприятия с «нет никого, кроме меня» на «нет ничего, кроме вида». То есть человек сможет чуять все то, что чует вид, то есть бессознательное, то есть то, что нас оживляет, а значит, раскроет в сознании и чувственной форме жизни ту силу, того наблюдателя, что оживляет мир материи. Этот наблюдатель сам также эволюционирует в восприятии через все те новые формы восприятия, возникающие на уровне биологической жизни. Однако в случае с человеком наше восприятие чисто сознательное, а бессознательная часть скрыта от индивидуального сознательного восприятия. Это коллективное бессознательное и есть эволюционировавший в восприятии наблюдатель, возникший в момент Большого взрыва.

Связь между индивидуальным сознанием и коллективным бессознательным

Есть ли связь между индивидуальным сознанием и коллективным бессознательным? Этот вопрос уже задавался выше, однако здесь он снова будет использован в качестве трамплина для рассуждений несколько иного толка.

Если коллективное психическое является источником жизни, то есть причиной восприятия реальности и самой силы, поддерживающей этот феномен в случае каждого индивидуального человека, то наша индивидуальная жизнь — это формы «энергии», то есть сил той же самой природы. Сама эта «энергия», силы — это восемь так называемых мер, включающие и восемь векторов. Однако вектор — это добавочное желание, формирующее одну из восьми форм человеческого психического. А мера — это проявление разных форм желания получать на всех четырех уровнях природы (неживой, растительный, животный, человек). Когда рождается человек — эта жизнь получает в свое «пользование» ограниченную меру силы, энергии, оживляющей его на 80–100 лет.

Потребность в рождении нового человека с точки зрения «общего замысла» есть в продолжении выяснения «неисправленных» частей и форм желания получать, что в Творении. Под «исправлением», как уже упоминалось выше, подразумевается изменение намерения, то есть то, ради чего происходит получение наслаждения, — изменение с «ради себя» на «ради Творца» или «ради отдачи», то есть приобретение альтруистического намерения по собственному выбору и суждению. Такая форма желания получать становится равной (комплементарной) по своим свойствам огромному объему «света», который коллективное желание получать (Творение) не может ощутить и воспринять из-за существующего отличия свойств в «неисправленных» формах и видах желания. Так же, как не может желудок переварить, например, пластик или металл и извлечь из них энергию: ему нужны для этого иные свойства, которых у него нет.

Человек рождается из одной клетки, зиготы, и проходит в ускоренном режиме почти весь многомиллионный процесс эволюции, развиваясь сначала до уровня сложнейшего многоклеточного организма, а потом проходит еще более драматическую эволюцию восприятия, которую проходил человеческий вид коллективно, становясь постепенно видом с преобладающими сознательной и чувственной формами жизни. Человек также развивается только в коллективе и благодаря другим людям. В отрыве от них он не станет человеком. При рождении человека в некотором роде происходит рождение «мини-Вселенной», так же как в случае с Вселенной вообще, возникающей по причине полного сокращения «света» из восприятия Творения и возникновения форм, обратных свету. Только в данном случае это происходит на «уровне человек». Ведь в сравнении с первоначальным состоянием при возникновении первичных элементов материи произошла определенная эволюция на уровне наблюдателя «нашего мира», то есть с коллективной матрицей психического, вплоть до возникновения в ней восьми добавочных желаний, создающих восприятие реальности на уровне человек, и это самая высшая ступень восприятия. И эволюция продолжается именно на этом уровне. Животные виды не эволюционируют сами по себе, находясь в идеально сбалансированном состоянии с природой. Конечно же, общий закон развития распространяется и на них, и они научаются лучше адаптировать изменяющуюся окружающую среду, птицы научаются лучше вить гнезда, например, и т. п., но эти улучшения нельзя назвать эволюцией этих животных видов, они остаются почти неизменными на протяжении миллионов лет.

Эволюция, как, собственно, и сохранение вида людей, происходит на уровне вида, поэтому, когда рождается новый человек, этот человек не просто «копия» генов своих родителей. Сам человеческий вид (восьмимерная матрица психического) копирует себя, сохраняя себя во времени, и рождающийся человек является лишь частью этого процесса. Как?

Рождаются люди тех векторов и того пола, которые необходимы для сохранения способности развиваться конкретного социума. То есть, когда возникает определенная потребность, нехватка определенных свойств на определенном географическом пространстве (это упрощенная модель, описывающая суть процесса), коллективное психическое производит «сокращение» — сокращение части себя («света»), эволюционирующей до уровня тела. Так проявляет себя механизм, воплощающий бесконечную форму жизни в материи на уровне вида. Это также является действием, относящимся к «общему замыслу» исправления неисправленных форм желания получать. Потребность в определенных свойствах на уровне «этого мира» определяется и воспринимается восьмимерной матрицей психического через людей с обонятельным вектором. Это не является их сознательной способностью, скорее свойством и одной из функций заданного им от рождения восприятия, поскольку у обонятельного человека прямая связь с бессознательным через вомероназальный орган, его эрогенную зону. Об обонятельном векторе и его роли будет сказано больше несколько позже.

«Сокращение» создает новое состояние, свою частичную копию, состояние, оживляемое изнутри одним или несколькими формами из коллективного психического желания. Это состояние развивается, и в процессе единого для Творения процесса эволюции восприятия реальности «одевается» в намерение «ради себя», то есть оживляет, запускает процесс создания материального тела, квинтэссенции желаний «ради себя» — желаний есть, пить, дышать, спать. Сила жизни тела, желания есть, пить, дышать, спать — желания, которым нельзя придать альтруистическое намерение. Сила жизни человека — это психика, небольшой (сокращенный от общего объема) объем желаний, которые реализуются не сами по себе, а на уровне восприятия, который называется «наш мир». Реализуются эти желания посредством физического тела, конкретных действий в пространстве и времени. То есть тело можно рассматривать как инструмент реализации психических желаний (сил), которые задают для реализации себя (исправления себя) инструмент и форму нахождения на уровне материи.

Причем уровень «нашего мира» воспринимается через тело, но наблюдатель, спускающийся в «наш мир», «облаченный» в инструмент тела, приобретает особенности восприятия реальности — сознание, которое возникает в этой «сокращенной» частичке общего коллективного бессознательного ввиду индивидуального сокращения добавочных желаний (векторов). Сокращение, ограничение желаний, эволюционно возникает как сокращение добавочного желания к пище, то есть на уровне восприятия «наш мир» это сокращение относительно конкретного тела, которому необходимо питаться. Поэтому сознание индивидуально. При этом восприятие современного человека имеет форму «нет никого, кроме меня» и дает возможность небольшой части желания исправить намерение с эгоистического на альтруистическое без воздействия большей силы, то есть Творца. Но происходить подобное «исправление» может только в пределах человеческой свободы выбора и воли, то есть без принуждения человека через тяжелые внутренние состояния.

Как было упомянуто выше, наблюдатель физического мира в процессе длительной эволюции создает сложную физическую форму, максимально комплементарную разнообразию сил и их соотношений внутри самого наблюдателя. Такое тело является инструментом, позволяющим удовлетворять наши психические потребности через действия. И форма тела, которая была у вида homo до того, как он перестал быть прямоходящим животным, сформировалась очень давно и по большому счету с тех пор не менялась. После этого человек эволюционировал и продолжает эволюционировать не телом, а психикой, но на базе одного и того же тела (сто тысяч лет назад форма тела была такой же, как сейчас).

Внутри восприятия человека все желания перемешаны. И эволюционно он развивается в животное и по большому счету продолжает им быть в течение первых трех лет жизни, практически не осознавая, что вокруг есть другие люди. То есть это в чистом виде получающая форма жизни. Около трех лет у ребенка возникает стыд неприкрытых гениталий, он начинает осознавать себя отдельным от других и находящимся среди других людей, начинается следующий виток эволюции, соответствующий тому, что прошла первобытная стая в процессе появления восьми добавочных желаний, восьми векторов. Идет ранний виток развития сознания, примерно до шести лет, и потом идет более поздний виток развития сознания — раскрытие культурного слоя в человеке, лет до 14-15. Дальше этого этапа коллективное бессознательное пока не ушло, это тот процесс, что человечество проходит сейчас. Но природа силы, оживляющей человека, внутри человеческого сознания не раскрывается, человеческое сознание оперирует смыслами, образами, понятиями, связанными с материальными формами и проявлениями этого мира. Однако сознание также находится в процессе эволюционного развития, потому что люди развиваются в пределах этой формы восприятия. Звуковики желают изменения сознания, и эволюция сознательного восприятия движется в направлении осознания бессознательных желаний.

Итак, человек как тело и психика в «нашем мире» есть копия восьмимерной матрицы психического. Это не означает, что каждый раз, когда рождается человек, создается новая Вселенная. Создаются условия для продолжения эволюции восприятия, где эволюционирует коллективная психика, однако не вся как единое состояние, а посредством эволюции небольших частей, которые изолированы в своем восприятии от восприятия целостности коллективной психики и воспринимают вместо этого тело. Психическую жизнь нового человека можно аллегорически обозначить пламенем свечи, зажженным от огромного пламени костра. Пламя костра (его природа) при этом ничего не теряет и не уменьшается. Реализуя свои человеческие желания, мы наслаждаемся и оставляем след в общем психическом, увеличиваем объем общего желания в том или ином векторе, ведь после того, как мы реализовали свое желание, мы начинаем желать еще большего. Так растет сила и объем коллективного психического желания. Растет желание, эгоизм, и вместе с этим сила стремления к бесконечной форме жизни. Таким образом люди, рождающиеся в следующих поколениях, уже имеют больший объем психики. То есть начинают свое развитие с большим потенциалом. Когда человек реализует свое желание, он чувственно оправдывает свою жизнь. Рост эгоизма нужен, чтобы «притянуть» высшую силу; там, где получилось наполнить желание, человек испытывает благодарность, таким образом притягивает к себе и иные формы отдачи (извне).

Человеческие особенности восприятия обусловлены векторальным набором человека, однако сложную картину мира, которую мы наблюдаем снаружи с помощью пяти органов чувств, для нас создает мозг. Современные исследования мозга людей указывают на то, что у разных людей могут наблюдаются значительные различия (до сорока крат) в размерах структур мозга, ответственных, например, за зрительное или слуховое восприятие, что наводит на мысль о том, что векторальные отличия у людей выражены и на уровне мозга. Это значит, на простом примере, что один человек может воспринимать из звуков те смыслы и ощущения, что абсолютно недоступны другому. Отталкиваясь от этого, можно предположить, что мозг человека во времени эволюционировал от возникновения добавочных желаний. У кожного отца и анальной матери может родиться уретральный сын, что, помимо психических отличий, ведет и к формированию определенных особенностей мозга, не присутствующих ни у отца, ни у матери. Однако базовые способности восприятия — формирование мозгом форм предметов, основные характеристики звуков и пр. — у всех людей, независимо от векторального набора, в целом одинаковы.

Можно предположить, что и структура бессознательного индивидуума восьмимерна в основании, но на уровне человеческом проявлена не всеми восемью векторами, а теми, что необходимы для сохранения стаи (вида).

Коллективное бессознательное и обонятельный князь этого мира

Бессознательное — это единство вида, то, что делает вид единым, и то, что сохраняет вид, не дает каждому быть съеденным, позволяет коллективно добыть пищу, позволяет размножиться и уничтожить врагов. Единство вида — это его согласованность. И какого рода эта согласованность? Для чего она нужна? Животные согласуются друг с другом через запахи и звуки, оповещая об опасности, например, сообщая о своем присутствии на той или иной территории и т. д. Тело от внешних, а также внутренних импульсов реагирует выбросом вовне определенных феромонов. Эти феромоны бессознательно воспринимаются другими особями, автоматически вызывая у них определенные ощущения. Внутри вид также разделен на восемь видовых ролей (у каждого вектора своя видовая роль в стае), которые, ко всему прочему, находятся в строгой между собой иерархии, где на вершине иерархии уретральный вождь. Каждый человек вынужден реализовывать свои врожденные желания, свою видовою роль ради сохранения вида. Каждый должен отдавать от себя по максимуму, но в точном и комплементарном для себя виде труда. Но природа индивидуального человека такова, что он стремится прилагать усилия для достижения лишь личного блага, а благо социума или стаи в его приоритете в лучшем случае на предпоследнем месте. Это относится ко всем людям, кроме уретральников (вождь стаи) и обонятельников (советник вождя). Поэтому существует внутривидовой механизм принуждения к работе. Он основан на страхе, непроизвольно возникающем к обонятельнику у всех людей, кроме вождя (вождя не нужно принуждать к работе, вождь — это единственное в человеческой природе проявление животного альтруизма, формы отдачи). Страх возникает из-за особенной способности обонятельника не проявлять никаких эмоций, вообще не «пахнуть». Рядом с ним психика человека пугается, потому что не получает никаких «феромонных» сигналов, то есть обонятельник воспринимается как нечто неживое, «не пахнущее», в отличие от всех остальных людей. Человек рядом с обонятельником теряет ощущение защищенности и безопасности и бессознательно устремляется совершать полезный труд, чтобы доказать свою ценность для стаи и заслужить в ней законное место, то есть не быть изгнанным из нее. Само присутствие обонятельного человека в стае «ранжирует» всех остальных в точную иерархию, вынуждает их задействовать свои силы в комплементарном для себя труде, то есть занимать свое точное, природное место в коллективной иерархии. Люди, находящиеся на своем месте, достигают всего, а это значит — у них нет фрустраций и они не несут угроз обществу. К тому же совершают полезную и необходимую работу для сохранения социальной формы жизни. Обонятельный человек, таким образом, сохраняет стаю, общность людей.

Бессознательное отдельного человека — это как малая проекция (сокращенная часть) коллективного бессознательного, малая часть «силы», энергии, что оживляет вещество. Сама метафизическая субстанция жизни и ее человеческих психических форм и проявлений состоит из семи мер и еще одной — восьмой (обонятельная мера), что формирует «скелет» единства восьми мер, сохраняет единство психического, делает из людей вид, формирует восьмимерную матрицу психического. Каждый человек бессознательно чует одно и то же, «чуяние» не отражено в сознании, однако у человека конвертируется в сознательные мыслеформы. Это как автоматическая реакция на раздражение, которое воспринимается извне через всевозможные молекулы запахов и звуки.

Ощущение из бессознательного не просто проявляется в виде реакций тела, таких как издавание звуков и выделения телом определенных сигнальных и иных молекул запахов (в том числе и феромонов). Внутри человеческого вида есть отдельные особи, обладатели орального вектора, природа которых — точная конвертация ощущений из бессознательного в их волновой эквивалент — в слова. У оральников мыслеформы возникают после того, как они говорят. То есть нет никакого цензурирования сознанием, как у всех остальных людей. Это прямая связь с бессознательным, с психикой. Оральный и обонятельный вектора составляют квартель энергии.

Разница между живым и неживым

Поскольку эволюция восприятия включает в себя возникновение материи, материи тем не менее сколько угодно есть на уровне неживом (то есть в некотором смысле живое порождает неживое). Поэтому интересно было бы уточнить вопрос о том, где, с позиции вещества, начинается вещество живое и как выражен переход от неживого вещества к живому.

Вроде бы ясно, что неживое — это неживая природа, например камень, вода, металл.

Живое — это то, что сложнее по своему химическому строению, нежели неживое вещество, но, кроме того, оно растет, размножается, питается и состоит из живых клеток. Однако что делает некую минимальную единицу живой? Это должна быть единица, как минимум отделенная мембраной от окружающей среды и обладающая некой формой обмена веществ, т. е. индивидуальной способностью к абсорбированию полезных веществ из окружающей среды и выводом в нее же ненужных. То есть это такое рациональное проявление, напоминающее об общих свойствах желания получать. Первыми такими сгустками органических веществ принято считать коацерваты, которые похожи на обособленные системы, считающиеся эволюционно необходимыми для перехода с уровня химической эволюции к биологической.

Коацерваты могли вступать в симбиоз с колониями самовоспроизводящихся молекул РНК, что в конце концов могло привести их к трансформации в простейшие одноклеточные организмы, такие как археи и бактерии. А это уже живой одноклеточный организм. Уровень проявления желания получать внутри такой обособленной системы невелик, но он есть.

Психологика — Инвариантная модель мышления

Сознательное и бессознательное, прошлое и будущее

Интересно, что если три понятия IMM можно получить из понятия временной последовательности, то направление временной оси уже может быть выведено из IMM. То есть, умея располагать мысли, ощущения и реакции в определенном порядке, можно определить, какой порядок соответствует будущему, а какой прошлому. А значит, в ребенка это знание не обязательно заложено от рождения. И не обязательно оно появляется только тогда, когда он обретает более-менее развитое логическое мышление. Оно может появиться и в самые первые годы жизни.

Когда вы двигаете рукой или совершаете любую другую сознательную реакцию, то сначала идет мысль о том, что надо отреагировать, потом реакция, потом ощущения, возникшие благодаря реакции, и, наконец, ощущения распознаются, и результат этого распознавания является мыслью. Первую мысль будем называть замыслом или планом. Вторую — осмыслением. Последовательность

замысел->реакция->ощущение->осмысление

будем называть сознательной. Она состоит из мысли, реакции, ощущения и мысли, настолько близких между собой, что ничего ближе вы сейчас представить не можете. Например, вы решаете что надо бы поднять руку (зачем-нибудь). Это — замысел. Затем вы начинаете движение и отдаете руке приказ. Это — реакция. Потом чувствуете, как мышцы руки напрягаются все сильнее, и мгновением позже видите, как она сдвигается с места. Это — ощущение. И, наконец, вы делаете мысленное заключение, что рука двинулась. Это — осмысление.

Важное замечание. Далеко не всегда замысел выглядит как нечто, сопровождаемое мысленно проговариваемыми словами, типа «надо двинуть рукой». И осмысление тоже не всегда выглядит как слова, произносимые, внутренним голосом: «это я двинул рукой». Многие люди представляют себе свои мысли в виде мимолетных фрагментов зрительных картинок (визуальное мышление) или движений телом (кинестетическое). Сделайте поправку на свой случай.

Когда вы нечаянно двигаете рукой или совершаете любую другую бессознательную реакцию, то сначала идет реакция, потом ее ощущение, а потом мысленно вы замечаете эту свою реакцию. Последовательность

реакция->ощущение->осмысление

будем называть бессознательной, когда соответствующая тройка состоит из мысли, реакции и ощущения, настолько близких, что ничего ближе вы сейчас представить не можете. Сначала начинается реакция, затем вы видите зрительную картинку движения руки, и ощущаете напряжение мышц в руке, а уже потом вы делаете вывод, что это было именно движение рукой, а не ногой, к примеру.

Момент, когда было принято решение отреагировать и отдан мысленный приказ руке начать движение в таких случаях не обнаруживается в памяти. То есть, сам импульс-реакция приходит, как говорят в психологии, из подсознания. Это — не просто абстрактное понятие. Сам нервный импульс, идущий к руке, можно обнаружить приборами, и он может быть осознан. А вот мысли, породившие этот импульс, не обнаруживаются. Тот факт, что вы не помните, чтобы замышляли такое движение рукой, доказывает, что возможно существуют такие нервные импульсы, которые не запоминаются и не осознаются, но эффект от них точно такой же, как от замысла. Эти гипотетические импульсы и называются подсознанием. Их нетрудно обнаружить приборами, когда человек спит без снов: тогда нет никаких мыслей, даже в виде сновидений, а электрохимическая активность мозга в какой-то мере сохраняется.

Почти все реакции, которые вы совершаете, бессознательны и лишь крохотная доля из них сознательна. Многие ваши реакции и ощущения, связанные с ними, даже не отмечаются в ваших мыслях, вы на них просто не обращаете внимания. Это можно показать такой схемой:

реакция->ощущение

Например, сейчас вы бессознательно дышите, водите глазами вдоль строчек текста, бессознательно напрягаете мышцы, которые заставляют ваше тело и голову сохранять нужное положение. Например, заставляют челюсть не отвисать. J Вы бессознательно распознаете буквы на экране, складываете их в слова. А достаточно чувствительный прибор заметит даже, как вы при чтении бессознательно напрягаете губы и язык, проговаривая мысленно отдельные звуки из слов, которые сейчас читаете.

Пару слов о чуть более сложных комбинациях. Это — бессознательная реакция и сознательная реакция. Бессознательная реакция — это последовательность, состоящая из ощущения и бессознательной последовательности:

раздражение->реакция->ощущение->осмысление или: раздражение->реакция->ощущение

Здесь словом «раздражение» мы обозначаем ощущение, которое вызвало реакцию. Например, вы прикоснулись к горячему чайнику и отдернули руку. Первое ощущение достаточно сильно отличается от тройки импульсов, которые составляют бессознательную реакцию. В самом деле: что больше похоже на процесс отдергивания руки: ощущение горячего или ощущение резкого движения руки? Значит, два ощущения в этой схеме можно различить.

Сознательная реакция — это последовательность, состоящая из ощущения и сознательной последовательности:

раздражение->замысел->реакция->ощущение->осмысление

Например, вы прикоснулись к не очень горячему чайнику и держите руку. Через некоторое время вы по усиливающейся боли делаете вывод, что так можно получить ожог и убираете руку.

Обратите внимание, что сознательная и бессознательная реакции несимметричны по отношению к оси времени. Это позволяет определить будущее как направление, в котором располагается последовательность из реакции и ближайшего к ней ощущения. А прошлое — это направление, соответствующее противоположной последовательности.

Приведенное определение бессознательного хорошо согласуется с идеей бессознательного в психоанализе. По крайней мере все примеры бессознательного и сознательного, которые я знаю, укладываются в соответствующее определение.

Понимание вашего разума — сознательная и бессознательная обработка

Как использовать ресурсы своего бессознательного

Клиенты приходят ко мне, потому что хотят что-то изменить в своей жизни. На самом деле они стремятся изменить способ создания своих карт мира; хотя они никогда не говорят этого так. Клиенты живут историей. Теперь, когда они являются центральными персонажами этой истории, у них есть проблемы, потому что они создают историю бессознательно.В большинстве случаев клиенты используют свое сознание для борьбы с контролем над проблемами, явно не вовлекая подсознание в изменение. Это ошибка, которую New Code NLP пытается исправить. Когда мы задействуем подсознание, изменение будет продолжительным. Все дело в хорошей коммуникации между сознательным и бессознательным.

Нервная система состоит из двух основных элементов: центральной нервной системы (ЦНС), которая представляет собой нейронные сети в головном и спинном мозге, и периферической нервной системы (ПНС), которые представляют собой нейронные сети за пределами центральной нервной системы.Нейроны ЦНС взаимодействуют с нейронами ПНС и наоборот. Другими словами, мысль не только в голове, она также переживается телом. Ощущения тела (боль, смещение температуры, подергивание) проявляются не только в теле, они также ощущаются в головном мозге. Раннее предположение НЛП состояло в том, что разум и тело — это взаимосвязанная система. Хотя сегодня это может быть широко принято в медицинских и терапевтических кругах, этого не было при зарождении НЛП.

Философ Рене Декарт не имел доступа к нейробиологии в семнадцатом веке, когда он заявил, что ментальные переживания отделены от телесных переживаний.Этот дуализм разума и тела широко применялся многими учеными и психологами в течение примерно трехсот лет. Очень немногие (если таковые вообще имеются) ученые придерживаются дуализма Декарта и разума и тела в форме, представленной Декартом. Тем не менее, многие психологические подходы были построены на предполагаемом превосходстве сознательного мышления, при этом терапевты использовали методы, чтобы заставить клиентов думать и говорить, как решить проблему. Проблема в том, что, как вы прочтете в следующих абзацах, мышление и производное от него высказывание (сознательный разум) — это такая малая часть интеллекта всего разума, что терапии, ограниченные исключительно анализом сознательного разума, не приносят успеха.

Сознательный разум

Сознательный разум имеет ограниченные возможности обработки по сравнению с бессознательным. В сознании доминирует логика разделов естественного языка, представленная в повествовании лингвистического описания. Статья Джорджа Миллера «Магическое число семь, плюс или минус два» часто упоминается в НЛП в качестве отправной точки для исследования ограничений нашей способности к сознательному осознанию. Миллер предполагает, что сознательная обработка ограничивается семью плюс-минус двумя битами информации.Мы называем сознательный разум представлением непосредственной карты, к которой у вас есть сознательный доступ. Ваше сознание выражается через ваш внутренний беглый комментарий событий, которые вы переживаете в любой момент.

Ваше сознание — это часть вашего разума, которую вы используете для чтения и обработки этих слов. Когда вы смотрите на эту страницу, вы произносите слова в уме, и, извлекая значение из текста, вы устанавливаете, какое значение имеет отношение к вам. Ваше сознание линейно, последовательно и логично, и ему нравится, что все имеет смысл.Возможно, вы слышали выражение в НЛП «у него сверхактивный сознательный ум» . Это означает, что человек стремится все логически понять (настоящий парадокс), хочет дать ярлык и объяснение своему опыту, ему трудно быть в данный момент или плыть по течению, не отключается от внутреннего диалога и часто меньше осознает чувственный опыт. В рамках критики классического кода НЛП, Бостика и Гриндера в «Шепчущихся на ветру» предположить, что сознательный разум был чрезмерно вовлечен в выбор новых ресурсов в том, как были закодированы некоторые из паттернов НЛП классического кода.

Подсознание

Бессознательный ум — это все остальное в системе ум и тело, которое не осознает в данный момент. Мы говорим, что каким-то образом ваше подсознание обладает полным знанием системы, которой являетесь вы. Ваше бессознательное обладает удивительными способностями к обработке по сравнению с сознанием. Исследования показывают, что подсознание поглощает миллионы бит сенсорной информации через нервную систему за одну секунду. Получив название «бессознательный разум», вы не будете осознавать многие процессы, в которых участвует бессознательный разум.Некоторые люди более осведомлены о функционировании бессознательного, чем другие. У этих людей есть так называемое хорошее общение со своим бессознательным.

С физической стороны в этот момент ваше бессознательное регулирует функционирование вашего тела, выкачивает кровь из вашего сердца, переваривает вашу пищу, очищает лимфатические клетки, лечит любые порезы, противодействует любым антителам, которые попадают в систему, и так далее. Вам не нужно сознательно думать о том, чтобы заставить ваше сердце биться; ваши глаза мигают или ваши легкие наполняются кислородом.Все это происходит неосознанно.

Компоненты вашего прошлого опыта и то, что вы узнали в жизни физически и умственно, находятся в вашем бессознательном. Если бы я попросил вас подумать о вашем первом дне в школе, ваш первый поцелуй, представление или серия представлений могут привлечь внимание. Эти представления о прошлых событиях находятся в подсознании. Прошлое представление пришло из бессознательного и затем было привлечено к сознательному вниманию, а то, что было ранее в вашем сознании, было заменено (пример семи плюс или минус два).

Если у вас есть фобия, каждый раз, когда вы испытываете эту фобию, вы физически и ментально сопоставляете текущие стимулы (ВАКОГ) с бессознательной реконструкцией прошлого представления. Бессознательный разум привычен и легко обучается при стимуляции. В случае фобии обычно одно переживание создает усвоенное поведение фобии. Удивительно, как подсознание запоминает, что нужно активировать реакцию борьбы или бегства каждый раз, когда фобический человек вступает в контакт со стимулом фобии.Введите стимулы фобии, и что бы ни делал фобик, его сознательное внимание будет заблокировано реакцией борьбы или бегства. Даже если интеллектуально фобик понимает, что паук / мышь не может причинить ему вред, он не может подавить бессознательную реакцию сознательной волей. Логика сознательного разума не работает при решении проблем.

Ваше подсознание выражается через чувства, привычки и ощущения в вашем теле, то есть боль, головокружение, мышечное напряжение.Так называемые эмоции, такие как счастье, печаль и т. Д., Являются ярлыками сознательного разума, присваиваемыми бессознательным процессам, таким как электрические химические реакции в нервной системе. Эмоции ощущаются телом как ощущения; мы номинализируем переживания тела и говорим об эмоциях, часто теряя связь с истинным чувством.

Подсознание обладает огромным потенциалом к ​​изменениям и способно легко усваивать новые положительные реакции. Это вопрос стимулирования бессознательного через эффективное общение с ним для создания изменений.

Примеры использования бессознательной коммуникации для перемен

Бессознательное общение посредством болевых ощущений
Несколько лет назад я потянул крестцовую мышцу в нижней части спины и почувствовал сильную боль. Посещение остеопата принесло мне легкое облегчение. Мне сказали, что естественный процесс заживления займет шесть недель, а упражнения и хорошая осанка помогут мне поправиться. Когда тебе больно, хорошая осанка — непростая задача. Я хотел избавиться от боли и хотел вернуться к своей нормальной позе, я подумал: «Я поправляюсь быстрее, чем это!» Следуя совету остеопата делать легкие упражнения, я взял своих собак на долгую прогулку.Я пошел в лес, сел на поляну и начал отпускать свой разум. Я видел, как играют мои собаки, поднимается туман над травой, ясное голубое утреннее небо, новые листья колышутся на деревьях. Я слышал пение птиц, шелест листвы на ветру и чувствовал прохладный весенний ветерок на своем лице. Я не выносил суждений; У меня не было внутреннего диалога, только мое сенсорное восприятие было полностью открыто для ввода. Я, наверное, находился в таком состоянии около получаса. Я встал, прошел через парк, рассмотрел красоту природы этим свежим апрельским утром и сделал свое первое лингвистическое представление с тех пор, как сел в лесу, — слова «полная гармония» .Я шел домой, постепенно возвращаясь к своему обычному состоянию. Я принял душ, собрался в офис и только тогда, когда сел в машину, понял, что у меня почти не болит спина. У меня возникли приступы боли внизу спины, поэтому я решил использовать ощущение боли и установить связь с моим подсознанием.

«Без сознания, в ответ« да »не могли бы вы усилить ощущения в нижней части моей спины».

У меня резко усилились боли.Я поблагодарил свое бессознательное за сигнал, и ощущения вернулись на уровень до того, как я задал вопрос. Я проверил, и не смог заставить изменение ощущений происходить осознанно.

Затем я попросил свое бессознательное не отвечать, «Бессознательное, если нет ответа, пожалуйста, уменьшите ощущения в моей пояснице».

Я испытал сокращение, я поблагодарил свое бессознательное, и ощущения вернулись на уровень до того, как я задал вопрос. Я попросил свое подсознание уточнить, было ли положительное намерение для ощущений, и я испытал усиление сигналов (ответ «да»).Я попросил свое подсознание найти / создать пять новых вариантов выбора (и сигнализировать, когда оно их обнаружит), которые так же хороши или лучше, чем то, что я испытывал в тот момент (боль), и соответствуют намерению. Через пять минут я получил сигнал «да». Я попросил свое подсознание взять на себя ответственность за внесение изменений, получил утвердительный ответ и снова проверил. К концу дня у меня не было боли, и у меня была нормальная осанка.

Если вы обучены НЛП, вы знаете, что описанный выше процесс представляет собой «шестиэтапный рефрейминг», теперь известный как «n-шаговый рефрейминг», созданный Джоном Гриндером.Ключом к вышесказанному была работа с непроизвольным бессознательным сигналом и намерением. Боль, безусловно, возникает непроизвольно, и то, как я настраивал сигнал, я не мог контролировать. У тела есть феноменальный способ исцеления, и при хорошем общении вы используете его целебные способности. Мне не нужно было сознательно знать намерение, просто подтвердите, что оно есть. С тех пор у меня нет болей в спине. Есть одно исключение, это когда я принимаю неравномерную позу с большим весом на левую ногу. Я привык к такой небрежной позе и, как тренер, часто проводил долгое время, стоя в таком положении.Если я когда-нибудь приму эту позу сейчас, я получу сигнал и буду очень счастлив его слушать. Намерение не было связано с изменением этой позы, я никогда не узнаю наверняка, и мне не нужно знать, это просто история. Ключ к этому бессознательному паттерну изменений — создание непроизвольного сигнала.

Есть много способов работы с бессознательным, включая установление непроизвольного сигнала, метафоры, поведенческие задания, гипноз и сновидения. Все эти процессы (и многие другие) задействуют подсознание, в то же время разумно занимая сознание.Считайте сознательный разум организатором, а подсознание — поставщиком. Используя эту метафору, организатор запрашивает ресурсы провайдера для создания другого качества опыта в данном контексте. Когда связь налажена, провайдер доставляет организатору то, что было запрошено. Так называемые проблемы в жизни существуют только потому, что связь между сознательной и бессознательной частью разума не была эффективной!

Помните, что сознательный и бессознательный разум не существуют внутри вашего разума, ярлыки даны для обозначения различных процессов, происходящих в нервной системе.Устанавливая эффективную связь между сознательными и бессознательными процессами, вы можете легко решать проблемы, проявлять больше творчества и в целом создавать другой опыт в своей жизни.

Об авторе

Майкл Кэрролл — основатель и директор курса Академии НЛП и соучредитель вместе с Джоном Гриндером и Кармен Бостик Сент-Клер из Международной академии тренеров НЛП.

Он единственный в мире мастер-тренер по НЛП, сертифицированный Джоном Гриндером и Кармен Бостик Сент-Клер, и он тесно сотрудничает с ними в разработке и проведении высококачественного обучения НЛП.

Сознательное и бессознательное — Стипендия Оксфорда

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 06 ноября 2021 г.

Раздел:
(стр.171) Глава 11 Сознательное и бессознательное
Источник:
Mind Shift
Автор (ы):

Джон Паррингтон

Издатель:
Oxford University Press

DOI: 10.1093 / oso / 9780198801634.003.0012

В этой главе определяется взаимосвязь между сознательными и бессознательными аспектами функции мозга. Бессознательное состоит из тех психических процессов, которые происходят автоматически и недоступны интроспекции. Исследования функций мозга все чаще показывают, что удивительное количество этих функций является автоматическим и, следовательно, бессознательным. Однако в дискуссиях о бессознательном есть противоречивые аспекты, особенно идея о том, что оно может играть гораздо более противоречивую роль в сознании, даже действуя вразрез с сознательными мыслями.Такая точка зрения рассматривает бессознательное как силу, которая может подавлять нежелательные мысли, но которая также может заставить нас выполнять действия, которые не кажутся запланированными нашим рациональным разумом и даже могут казаться совершенно иррациональными. Этот взгляд на бессознательное больше всего ассоциируется с Зигмундом Фрейдом. Фрейд рассматривал бессознательное как эпицентр подавленных мыслей людей, травматических воспоминаний и фундаментальных влечений секса и агрессии. В этой главе пересматривается этот взгляд на бессознательное, касаясь центральной темы Mind Shift о важности языка в формировании сознания.

Ключевые слова: сознательный разум, бессознательный разум, функция мозга, психические процессы, человеческое сознание, Зигмунд Фрейд, подавленные мысли, травматические воспоминания, сексуальные влечения, человеческий разум

Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для стипендии

Oxford Online требуется подписка или покупка. Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этой книге, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш FAQs , и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста связаться с нами .

Правит ли наше бессознательное? | Психолог

Есть много Больших идей, которые делают сильный акцент на переносе ответственности за контроль с сознательного индивида на наше бессознательное.К ним относятся:

Я Думать — это плохо; Интуитивное мышление — это хорошо.
I Бессознательное мышление — это плохо; Сознательное мышление лучше.
I Наш мозг контролирует нас; У нас нет сознательного контроля над собой.

Эти большие идеи просочились в общественное достояние благодаря научно-популярным книгам, таким как «Риск» (Гарднер, 2008 г.), «Кто виноват» (Газзанига, 2011 г.), «Блинк» (Гладуэлл, 2007 г.), «Иллюзия себя» (Худ (2012), «Мышление, быстро и медленно» (Канеман, 2011 г.), «Решающий момент» (Лерер, 2009 г.) и «Подталкивание» (Талер и Санштейн, 2008 г.).Наряду с тем фактом, что по крайней мере две идеи противоречат друг другу, другая проблема заключается в том, что большие идеи часто подтверждаются одними и теми же цитируемыми доказательствами из нескольких ключевых психологических исследований. Этот вопрос будет в центре моего критического обсуждения.

Тяжело думать — плохо; Интуитивное мышление — это хорошо. информации, которую может быть трудно описать, нам лучше основывать свои решения на интуиции (т.е. интуиция) (Dijksterhuis et al., 2006). Общее утверждение состоит в том, что мы можем «слишком сильно обдумывать» свой выбор, и это приводит к неправильным решениям, суждениям и умозаключениям. Этот момент также распространяется на высококвалифицированное двигательное поведение, такое как опытные теннисисты или игроки в гольф, которые задыхаются в результате преднамеренного анализа внутренних процессов, а не просто позволяют своему интуитивному уму делать работу (Bell & Hardy, 2009). Это пример, в котором много думать менее эффективно, чем не думать совсем, и где ощущение правильности является лучшим индикатором того, что делать, чем знание того, почему это может быть правильным.

У нас действительно есть очень сложный бессознательный механизм, который может абстрагировать и интегрировать множество информации, которую трудно оценить сознательно. Итак, если бы мы сели и попытались сознательно подсчитать все «за» и «против», а затем попытались бы выбрать лучший вариант, нам было бы хуже, чем если бы мы оставили это на подсознательном уровне. Дейкстерхейс и его коллеги (2006) показали, что по мере увеличения объема информации, которую необходимо учитывать при принятии решений, лучше не думать усердно, потому что чем сложнее материал, тем тяжелее он у вас в памяти. и процессы внимания.Преимущество бессознательной системы в том, что она не требует много памяти или внимания, что делает ее сверхэффективной. Это также означает, что он может обрабатывать большой объем информации быстро и точно. Итак, у нас есть доказательства того, что кажется двумя разными умами, одним быстрым, другим медленным. Один требует многого от процессов внимания и памяти, а другой — нет (Kahneman, 2011).

Проблема в том, что доказательства Dijksterhuis et al. (2006), которые приводились в поддержку первой Большой идеи, не очень надежны.Во-первых, есть много неудач в воспроизведении эффекта «обдумывания без внимания» Дейкстерхуиса и др. (2006) (например, Aczel et al., 2011; Acker, 2008; Calvillo & Penaloza, 2009; Gonzalez-Vallejo et al., 2008; Mamede et al., 2010; Newell et al., 2009; Payne et al. , 2008; Rey et al., 2008; Thorstein & Withrow, 2009; Waroquier et al., 2009, 2010) .Кроме того, в лучшем случае неудачные репликации показывают, что бессознательное мышление не имеет преимуществ (если предположить, что именно это было проверено). ) над сознательно принятыми решениями.Таким образом, подавляющее количество попыток воспроизвести доказательную поддержку Большой идеи 1 свидетельствует о том, что когда дело доходит до важных решений или вообще любых решений, сознательное мышление работает намного лучше.

Конечно, многие скажут, что даже если экспериментальная лабораторная работа проблематична, есть много примеров принятия решений в реальном мире, в которых инстинкт, по-видимому, является руководящим фактором в экспертных знаниях. Это подробно обсуждали журналист Гладуэлл (2007) и психолог Гэри Кляйн (см. Kahneman & Klein, 2009).Но и здесь есть проблемы. Что такое инстинктивное принятие решений, а что инстинктивного процесса? Нет хорошего определения. Помимо этой проблемы, мы не знаем, как часто эксперты (например, пожарные, врачи, пилоты, операторы атомных электростанций) принимают инстинктивные (скажем так, быстрые) решения в особо важных ситуациях, которые приводят к хорошие результаты. Хотя они могут быстро принимать правильные решения, казалось бы, не задумываясь, они также могут принимать инстинктивные, но катастрофические решения, уносящие жизни (Johnson, 2003).Поэтому на инстинктивное мышление нельзя полагаться.

Кроме того, гораздо менее сенсационное и более интуитивное утверждение, которое получает устойчивую поддержку в психологии с 1960-х годов, заключается в том, что чем больше люди мысленно практикуют сложные задачи, тем больше они улучшают свою производительность (Richardson, 1967). Результаты показывают, что мысленная практика (репетиция планов действий: Hegarty, 2004) и мысленное моделирование (подготовка посредством воображения различных альтернатив, последствий различных результатов действий и решений: Taylor et al., 1998) улучшает физическую активность (например, баскетбол, футбол, гимнастику, теннис, поднятие тяжестей) и умственную деятельность (например, выполнение хирургических процедур, посадку самолетов, проведение клинических обследований) (Baumeister et al., 2011; Coffman, 1990; Driskell et al. ., 1994; Севдалис и др., 2013). На сегодняшний день самые надежные свидетельства не только не полагаются на так называемые бессознательные процессы, но и показывают, что для того, чтобы принимать более правильные решения в сложных ситуациях, мы должны сознательно обдумывать рассматриваемую проблему.Сознательная мысль 1, Бессознательная мысль 0?

Бессознательное мышление — это плохо; Сознательное мышление лучше
Когда дело доходит до принятия решений, есть три типа доказательств, которые заставляют психологов, нейробиологов и других рассматривать бессознательное как доминирующую систему, а все это ведет нас в ложном направлении. Во-первых, очень быстрые решения часто приводят к ошибкам. Исследователи, принимающие решения, иногда называют эти типы решений автоматическими или бессознательными, но, к сожалению, нет точности в определении того, что является автоматическим или бессознательным (Osman, 2013).Во-вторых, часто возникают быстрые решения, принимаемые по ошибке под давлением (т.е. когда время на ответ ограничено, а внимание перегружено). В-третьих, трудно сформулировать причину быстрых решений. По сути, Большая идея 2 основана на утверждениях о том, что мы часто принимаем быстрые решения на основе крошечной части актуальной информации в любой момент времени, потому что мы ограничены во времени, и часто это заставляет нас выбирать варианты, которые вредны для нас (т.е. неоптимальный, близорукий, опасный, рискованный).

Основная проблема Большой Идеи 2, как и Большой Идеи 1, заключается в том, что у нас нет доказательств частоты, с которой принимаются плохие решения в результате того, что может быть сочтено бессознательным, и, следовательно, причин ошибок. в принятии решений быстро принимаемые решения могли быть многогранными, и не только потому, что они были результатом бессознательного. Некоторые предполагают, что существуют ситуативные факторы и психологические факторы, которые приводят к склонному к ошибкам бессознательному принятию решений, которые я сейчас рассмотрю.

Ситуационные факторы
Порождает ли знакомство презрение? Если мы хорошо знакомы с ситуацией, это означает, что мы можем определить важные детали, которые можно использовать для оценки ситуации, и это также может напоминать нам о прошлых подобных ситуациях, в которых мы были раньше. В результате, если мы можем без особой оценки оценить детали ситуации, чтобы обосновать свои решения, тогда нам не нужно беспокоиться о сколько-нибудь значительной проверке решений, действий и планов, которые мы реализуем в этой ситуации.По сути, ошибки в принятии решений часто возникают, когда мы упускаем из виду важную информацию, или предпочитаем сосредоточиться на неверной или нерелевантной информации, или делаем гораздо больше предположений о ситуации, чем это оправдано.

Итак, да, знакомство может породить презрение, по крайней мере, с точки зрения результатов быстрых решений. Но знакомство является отличительной чертой обучения, и есть еще много хороших быстрых решений, которые принимаются в результате пребывания в знакомой ситуации. Учитывая разнообразие контекстов принятия решений, в которых мы находимся каждый день, и многие тысячи быстрых решений, которые мы принимаем (Osman, 2014), а также множество основных различий в системах обработки информации, которые обеспечивают быстрое принятие решений, мы просто недостаточно продвинуты. в нашем исследовании, чтобы окончательно сказать, что только потому, что ситуация знакома (или даже незнакома), мы можем предсказать более быстрое принятие неверных решений.

Психологические факторы: горячее и холодное мышление
Связь между быстрыми решениями и эмоциями часто проводится. Нет четких доказательств, позволяющих прямо предположить, что принятие решений, основанных на эмоциональных состояниях, безусловно плохо или безусловно хорошо, равно как и утверждение, что принятие быстрых решений в целом хорошо или плохо. Опять же, нет реального согласия относительно ключевой основы для быстрых решений с небольшим обдумыванием, без эмоциональной вовлеченности (холодные решения) и с вовлечением эмоциональных состояний (горячие решения).Это связано с тем, что существуют различные факторы, которые побуждают к быстрому принятию решений в некоторых ситуациях (принятие решения о том, стоит ли потратиться на хорошую еду или сэкономить деньги на черный день), а также различные факторы, которые требуют принятия быстрых решений в других ситуациях (например, разговор с двумя друзья и выясняют, как уладить спор, который только что начался между ними).

Если мы предположим, что опыт позволяет нам принимать быстрые решения, которые иногда приводят не только к успеху, но и к ошибкам, и этот опыт приобретается путем обучения и обдумывания, тогда обучение с помощью ментального моделирования и умственной практики также может помочь нам преодолеть ошибки, которые мы лицо, так же, как это может помочь нам улучшить процесс принятия решений (Osman, 2014).
Сознательная мысль 2, Бессознательная мысль 0?

Наш мозг контролирует нас
Работа Бенджамина Либета (1985) оказала одно из самых значительных воздействий на дебаты о свободе воли и контроля. Его работа показала, что вместо наших намерений, вызывающих наши действия, наши бессознательные мозговые процессы инициируют действия еще до того, как мы даже намереваемся действовать. Проще говоря, или мозг делает выбор за нас, и только позже мы сознательно догоняем то, что сделали.Либет смог это показать с помощью серии изящных экспериментов. Один из самых известных — электродов ЭЭГ (электроэнцефалограммы), прикрепляемых к коже головы людей. Они измеряли нейронную активность в коре головного мозга и использовали таймер осциллографа, который преобразует электрические сигналы, чтобы их можно было отображать на экране. Задача для человека была простой. Все, что им нужно было сделать, это посмотреть на вращающееся пятно на часах и пошевелить пальцем, когда им захотелось. Кроме того, после того, как пятно остановилось в случайной точке, они должны сказать, где было пятно на часах, когда они собирались пошевелить пальцем.Либет показал, что «свободное» сознательное намерение поднять палец происходит примерно за 200 миллисекунд до фактического движения пальца. Но убийственный момент заключается в том, что в моторной коре за 500 миллисекунд до фактического движения пальца происходит нейронная активность. То есть подготовка к движению пальцем в других областях мозга происходит даже раньше, чем когда у нас появляется сознательное переживание того, что мы намереваемся пошевелить пальцем.

На основе этой очень простой демонстрации Либет смог доказать, что сознание — это запоздалый процесс, потому что требуется время, чтобы вызвать необходимую нейронную активность, чтобы она могла произойти, и поэтому мозг готовится к действиям намного раньше, чем наши намерения и решения действовать. .Единственное реальное использование сознания — это вето: предотвращение действий. Итак, сознание на самом деле представляет собой «свободную волю», а не свободную волю.

Стоит иметь в виду, что есть некоторые демонстрации, которые показывают, что изменение формата эксперимента Либета может выявить, что время намерения и действия на самом деле полностью совпадает (Miller et al., 2011). Другими словами, наши намерения — это факторы, которые вызывают наши действия. Однако существует еще более серьезная проблема с установкой Либета, заключающаяся в том, что за «свободными» действиями, чтобы пошевелить пальцем, нет никакого реального стимула или мотивации.Кроме того, предпринятые действия не влекут за собой никаких последствий. Это ни на что не влияет, нет внутренней награды и нет реальной причины поднимать палец или нет. Таким образом, условия эксперимента и, в свою очередь, сами результаты не имеют большого отношения почти ко всем ситуациям, с которыми мы сталкиваемся в реальном мире. Обычно наши действия: (а) имеют последствия, (б) имеют вознаграждение или наказание, и (в) целенаправленно. Произвольные действия на самом деле не являются свободой воли в том, что мы обычно хотели бы означать, а именно свободой выбора между вариантами, которые важны для нас.

Произвольный выбор: «Надеть носок сначала на правую ногу или на левую?». В моих действиях нет ответственности и никаких последствий, за исключением того, что одна нога может быть немного холоднее другой в течение короткого промежутка времени. Даже если эксперименты типа Либета могут показать, что моя моторная кора действительно приняла решение о таком произвольном действии (например, сначала надеть правильный носок), то пусть будет так. В лучшем случае, если бы результаты были действительно верными, все, что они предлагали, — это то, что для действий без последствий случайные колебания нейронных активностей накапливаются таким образом, что одно действие превалирует над другим, точно так же, как подбрасывание монеты.Но если моя моторная кора собирается принять решение за 300 миллисекунд или даже за 10 секунд до действия или решения, которое повлечет за собой будущие последствия, например, в каком месте купить дом или в какую школу пойдут дети, тогда я беспокоюсь.

На данный момент, как утверждали многие известные нейробиологи, психологи и философы, каким бы замечательным ни было открытие Либета, оно не подрывает нашу свободу воли или наш контроль. Сознательная мысль 3, бессознательная мысль 0?

Прощальный комментарий
Возможно, мы не хотим этого слышать, потому что мы всегда ищем короткие пути.Но вывод значительного объема исследований заключается в том, что сознательная обработка данных играет главную роль в поддержке нашего принятия решений и действий, которые мы планируем предпринять, когда хотим достичь цели. Самый эффективный способ сделать выбор — это продумать последствия своих действий и оценить информацию из ситуации, а также оценить свои собственные мотивы. Когда дело доходит до управления внешними ситуациями, а также для самоконтроля, мы должны принять точку зрения, что наш сознательный разум находится на переднем крае, а не на заднем плане.Когда мы принимаем это, в результате мы получаем больший контроль.

Я оставляю вас с последней мыслью: почему такая система, требующая усилий, как наше сознание, все еще существует, чтобы позволить нам принимать решения и планировать действия, если эволюция не выбрала ее в качестве эффективной и необходимой части познания?

Магда Осман
— старший преподаватель психологии Лондонского университета королевы Марии
[адрес электронной почты защищен]

Список литературы

Acker, F.(2008). Новые данные о бессознательном и сознательном мышлении при принятии решений: дополнительные эмпирические данные и метаанализ. Суждение и принятие решений, 3, 292–303.
Aczel, B., Lukacs, B., Komlos, J. & Aitken, M. (2011). Бессознательная интуиция или сознательный анализ? Критические вопросы для парадигмы обсуждения без внимания. Суждение и принятие решений, 6, 351–358.
Баумейстер, Р., Масикампо, Э. и Вохс, К. (2011). Вызывают ли сознательные мысли поведение? Ежегодный обзор психологии, 62, 331–361.
Белл, Дж. Дж. И Харди Дж. (2009). Эффекты сосредоточения внимания на игре в гольф. Журнал прикладной спортивной психологии, 21, 163–177.
Calvillo, P., & Penaloza, A. (2009). Неужели лучше оставить сложные решения на подсознание? Дальнейшие неудачные повторения эффекта «обдумывание без внимания», «Суждение и принятие решений», 4, 509–517.
Коффман, Д.Д. (1990). Влияние умственной практики, физической практики и знания результатов на игру на фортепиано. Журнал исследований в области музыкального образования, 38 (3), 187–196.
Dijksterhuis, A., Bos, M.W., Nordgren, L.F., van Baaren, R.B. (2006). О правильном выборе: эффект обдумывания без внимания. Наука, 311, 1005–1007.
Дрискелл, Дж. Э., Коппер, К. и Моран, А. (1994). Повышает ли умственная практика производительность? Журнал прикладной психологии, 79, 481–491.
Гарднер, Д. (2009). Риск: наука и политика страха. Лондон: Random House.
Gazzaniga, M.S. (2011). Кто главный ?: Свобода воли и наука о мозге. Нью-Йорк: Ecco.
Гладуэлл, М. (2007). Блинк: сила мыслить, не думая. Нью-Йорк: Книги Бэк-Бэй.
Gonzalez-Vallejo, C., Lassiter, G.D., Bellezza, F.S. И Линдберг, М.Дж. (2008). «Возможно, спасти ангелов»: критический анализ теории бессознательного мышления и эффекта обдумывания без внимания. Обзор общей психологии, 12, 282–296.
Хегарти, М. (2004). Механическое рассуждение посредством ментального моделирования. Тенденции в когнитивных науках, 8, 280–285.
Худ, Б. (2012). Иллюзия себя: как социальный мозг создает идентичность.Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.
Джонсон, К. (2003). Отказ в критически важных для безопасности системах: Справочник по сообщениям об авариях и инцидентах. Глазго: Университет Глазго Пресс.
Канеман Д. (2011). Думаю, быстро и медленно. Нью-Йорк: Фаррар, Штраус и Жиру.
Канеман Д. и Кляйн Г. (2009). Условия для интуитивной экспертизы: Неспособность не соглашаться. Американский психолог, 64, 515–526.
Лерер, Дж. (2009). Решающий момент: как мозг принимает решение. Эдинбург: Canongate Books.
Либет Б. (1985). Бессознательная церебральная инициатива и роль сознательной воли в произвольных действиях. Behavioural and Brain Sciences, 8, 529–566.
Mamede, S., Schmidt, H., Rikers, R. et al. (2010). Сознательная мысль лучше обдумывания без внимания при принятии диагностических решений: по крайней мере, когда вы эксперт. Психологические исследования, 74, 586–592. Миллер, Дж., Шепердсон, П. и Трейена, Д. (2011). Влияние мониторинга часов на электроэнцефалографическую активность: Является ли бессознательное начало движения артефактом часов? Психологическая наука, 22, 103–109.
Ньюэлл, Б. Р., Вонг, К. Ю., Чунг, К. Х. Дж. И Раков Т. (2009). Думать, моргать или спать на нем? Влияние способов мышления на принятие сложных решений. Ежеквартальный журнал экспериментальной психологии, 62, 707–732.
Осман, М. (2013). Тематическое исследование: теории двойного процесса высшего познания — Комментарий к Эвансу и Становичу (2013). Перспективы психологической науки, 8, 248–252.
Осман, М. (2014). Ориентация на будущее: психология свободы воли и контроля. Лондон: Пэлгрейв-Макмиллан.
Пейн, Дж.W., Samper, A., Bettman, J.R. & Luce, M.F. (2008). Граничные условия бессознательного мышления при принятии сложных решений. Психологическая наука, 19, 1118–1123.
Рей, А., Гольдштейн, Р.М. И Перрюше П. (2009). Улучшает ли бессознательное мышление принятие сложных решений? Психологические исследования, 73, 372–379.
Ричардсон А. (1967). Психологическая практика: обзор и обсуждение II. Research Quarterly, 38 (2), 263–273.
Севдалис, Н., Эйдан Моран, Б.А., Си, Ф.П. И Арора, С. (2013). Ментальные образы и приложения умственной практики в хирургии: современное состояние и направления на будущее.В С. Лейси и Р. Лоусон (ред.) Мультисенсорные образы (стр. 343–363). Нью-Йорк: Спрингер.
Тейлор, С.Е., Фам, Л.Б., Ривкин, И.Д. & Армор, Д.А. (1998). Использование воображения: ментальное моделирование, саморегуляция и преодоление трудностей. Американский психолог. 53, 429–439.
Талер, Р. Х. и Санштейн, К. Р. (2008). Подталкивание: принятие решений в отношении здоровья, богатства и счастья. Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета.
Торстейнсон, Т. и Витроу, С. (2009). Подсознательное мышление превосходит сознательное при принятии сложных решений? Дальнейшее обследование.Суждение и принятие решений, 4, 235–247.
Waroquier, L., Marchiori. Д., Кляйн О. и Клиреманс А. (2009). Методологические подводные камни парадигмы бессознательного мышления. Суждение и принятие решений, 4, 601–610.
Waroquier, L., Marchiori. Д., Кляйн О. и Клиреманс А. (2010). Лучше думать бессознательно или доверять своему первому впечатлению? Переоценка теории бессознательного мышления. Социально-психологическая наука и наука о личности, 2, 111–118.

Взаимодействие между бессознательным и сознанием — и почему это важно и динамические силы, которые скрыты от сознания, но являются фундаментальными для него.

В этом эссе исследуются различные теории, объясняющие динамику между «внешним» миром, «внутренним» миром и сознанием.

Это исследование может помочь лучше понять самих себя и те влияния, которые влияют на наше восприятие и поведение. Карл Юнг, с точки зрения психоанализа, и Вольфганг Паули, специалист по квантовой физике, продемонстрировали способы, которыми эти, казалось бы, разные парадигмы на самом деле формируют спектр различных моделей природы реальности и нашего понимания сознания (Main, 2014).

Связь между бессознательным и сознанием

К сожалению, термин «бессознательное» может обозначать менее значимую или непознаваемую форму сознания. Хотя содержимое бессознательного не может быть известно напрямую, оно может быть раскрыто путем анализа их воздействия на сознание. На интерпретацию реальности в основном влияют схемы, которые часто являются частью герменевтического бессознательного — бессознательного, которое позволяет интерпретировать, придает смысл нашему опыту и поддерживает саморефлексию и понимание (Woody & Phillips, 1995).

Потенциально терапевтический процесс доведения этих бессознательных влияний до сознательного осознания позволяет их понять и изменить, изменяя наше восприятие реальности. Например, человек, подвергающийся саботажу, часто подрывает собственное развитие и не может реализовать стратегии, которые могли бы поддержать его исцеление. Изучая свои модели поведения, они могут реализовать определенные связанные бессознательные схемы, включая неуверенность в себе, чувство собственной никчемности и фундаментальное недоверие к другим.Затем эти схемы можно сознательно модифицировать, чтобы изменить систему убеждений человека, заменив его саботажное поведение самоисцелением.

При рассмотрении взаимосвязи между разумом и материей уместно учитывать, что согласно квантовой физике физические сущности больше похожи на разум, чем на материю (Stapp, 2009). Подсознание осуществляет сложные психические процессы, которые обычно недоступны для сознательного рассмотрения, и передает образы и мысли сознательному разуму, который затем воспринимает то, что считается повседневной реальностью (Oschman & Pressman, 2014).

Хотя психологические барьеры разделяют сознание и бессознательное (Oschman & Pressman, 2014), важно понимать, что эти барьеры изменчивы и зависят от нашего уровня самосознания и от способности распознавать влияние бессознательного в нашем сознательные переживания. То, что бессознательное может влиять на материальную сферу, в значительной степени демонстрируется расстройствами конверсии (Фрейд, цитируется по Oschman & Pressman, 2014), при которых подавленная информация проявляется в виде физических симптомов, которые, в свою очередь, могут передавать эту информацию в сознание.Примеры конверсионных расстройств могут включать подавленный гнев, который накапливается в подсознании, проявляется в физическом теле в виде напряженных подколенных сухожилий или необработанной психологической травмы, проявляющейся в виде заикания.

Согласно Юнгу, коллективное бессознательное порождает личное бессознательное и сознание (Frentz, 2011). Коллективное бессознательное состоит из информации, которая никогда не была сознательной и обязана своим существованием наследственности (Ко, 2011). Личное бессознательное содержит адаптивное бессознательное, которое обрабатывает огромные объемы информации, необходимой для повседневного функционирования, а также информацию, которая когда-то была частью сознания человека и с тех пор была забыта или подавлена ​​(Oschman & Pressman, 2014; Frentz, 2011).

Юнг считал содержание личного сознания ограниченным по сравнению с содержанием коллективного бессознательного (Ко, 2011). Уайт (1962) соглашается с тем, что бессознательное является более общим и всеобъемлющим. Спортсмены могут заниматься гипнозом, визуализацией и психотерапией, чтобы работать на оптимальном уровне, требуя при этом минимальных сознательных усилий. Этот пиковый опыт является примером сознательной подготовки, которая может запустить бессознательную обработку (Pressman, 1977, 1979, 1980a, 1980b).

Психоидные архетипы

Бессознательное включает архетипы — унаследованные инстинкты психики, которые предрасполагают людей воспринимать, думать, чувствовать и действовать определенным образом. Архетипы являются общими для всех людей и поддерживают индивидуацию — процесс оптимизации психологического состояния (Frentz, 2011). Этимология слова «архетип» показательна: «архетип» относится к тому, что является «первичным» или «доминирующим», а «тип» относится к «форме» (Jacobi 1959, цитируется по Stevens 2015, стр. 52).Архетипы являются психоидными — если использовать термин, введенный Юнгом — в том смысле, что они состоят из психики и материи и структурируют их (Frentz, 2011). Эти принципы структурирования, в свою очередь, изменяются в зависимости от информации как из психической, так и из материальной сфер.

Архетипы соединяют коллективное бессознательное с индивидуальным сознанием, а психика связывает события в физическом мире. Архетипы проявляются в виде мыслей и образов, содержащих эмоциональные состояния (Oschman & Pressman, 2014), так что при активации архетипа возникают соответствующие эмоции.Эти эмоции влияют на наше восприятие и, следовательно, на наше поведение и опыт (Hauke, 2014).

Хотя архетипы нельзя узнать напрямую, их образы, на которые оказывает влияние культура и индивидуум, который их переживает, могут быть испытаны непосредственно в материальном мире (Frentz, 2011). Архетипические образы делают доступной для сознания сложную информацию из области бессознательного. Активированный архетип может осветить связь и окончательное единство психики, или внутреннего состояния, и материального царства, или внешней реальности.Влияние архетипов структурирует все духовные формы религии, искусства и науки, а также все формы материи (Card, 2000).
Как бессознательное влияет на наш сознательный опыт и материальную сферу, так и наш уровень сознания влияет на бессознательное. Паули признал важность понимания психики наблюдателя в той же степени, что и того, что наблюдается (Stevens, 2015). Уиллер (1981) признает природу вселенной с участием наблюдателей, в которой сознание может влиять как на материю, так и на психику.Ко (2011) расширяет эту модель, чтобы включить движение жизненной силы, которое соединяет и в конечном итоге объединяет разум и природу — центральное понятие в системах гадания, таких как И-Цзин. Осознание потенциального влияния бессознательного на наш сознательный опыт способствует наблюдению за нашим поведением и исследованию связанных областей психики. Сознательное создание пространства и позволяя ранее бессознательным элементам перемещаться в сознание, дает возможность развивать наше самопонимание, а также понимание влияния коллективного бессознательного на нашу жизнь.

Синхронность

Синхронность включает в себя бессознательный образ, переживаемый непосредственно (как буквальное событие) или косвенно (как сон, мысль или идея), и кажущееся объективным событие, отражающее тот же образ (Jung, 1969, цит. По Frentz , 2011). Юнг (1960) определил синхронность как «значимое совпадение» (стр. 10) или «акаузальный принцип связи» (стр. 5), подразумевая, что не существует прямой причины, связывающей два события. Возможно, существуют тонкие причины или причины, коренящиеся в бессознательном, о которых мы, следовательно, не подозреваем.

Переживание синхронности, нагруженное эмоциями, обычно сопровождается активацией архетипа (Marlo & Kline, 1998), который может служить для удовлетворения основной потребности (Stevens, 2015) и может быть испытан как положительно, так и отрицательно. Возможно, нуждающийся человек напрямую инициирует возникновение синхронного переживания. Это можно объяснить с помощью процесса в квантовой механике, в котором наблюдатель (в данном случае нуждающийся человек) вызывает проявление события (в данном случае синхронистического опыта).Этот процесс актуализации свойств частиц посредством наблюдения также известен как коллапс волновой функции. В естественном порядке вещей может быть особый порядок вещей — субъективный процесс соединения двух, казалось бы, не связанных между собой событий, чтобы придать жизни смысл. Это откроет для психики ценные, но ранее не осознаваемые идеи, включая потребности, желания и страхи.

Этот процесс может объяснить уникальное значение, которое синхронности имеют для тех, кто их переживает, — то, что Юнг осознавал при рассмотрении ценности событий, которые не обязательно имеют причинную связь, но связаны через значение, которое они имеют для тех, кто их переживает (Main , 2014).Примером может служить мужчина, который после долгих раздумий решает купить обручальное кольцо. Всего через несколько минут после своего решения он получает уведомление по электронной почте о том, что в ювелирном магазине, в котором есть идеальное кольцо, идет распродажа. Хотя его решение купить кольцо и продажа ювелирных изделий не кажется причинно-следственной, мужчина может интерпретировать эти события как подтверждение того, что он принял правильное решение. Действительно, встречи с архетипами часто описываются как сверхъестественные, обладающие духовными или божественными качествами (Hauke, 2014).

Паули признал, что наблюдатель влияет на то, что наблюдается, и что наблюдатель изменяется своим наблюдением (в Main, 2014). Эта двусторонняя трансформация, кажется, имеет вес в аргументе о том, что синхронность более распространена в жизни тех, кто ее активно ищет. Это означает, что переживание реальности зависит от намерений наблюдателя (Stapp, 2007).

Уместным может быть рассмотрение того, подтверждает ли свидетельство синхронности событие, даже если человек, переживающий это, не считает его значимым.Рассмотрим пример женщины, которой приснился ее отчужденный отец, с которым она не контактировала в течение многих лет. На следующий день после сна, во время поездки, она замечает табличку с надписью «Орлиное гнездо», которая также является названием дома ее отца.

Позже в тот же день она получает неожиданное сообщение от брата ее отца, которого она не видела много лет, в котором говорится, что он в городе и хотел бы ее увидеть. Она могла воспринимать эти события как синхронные, связывая сон как со знаком, так и с сообщением от своего дяди, заставляя ее исследовать более глубокий смысл этого.Она может даже признать ранее бессознательную потребность восстановить связь с отцом. Заметила бы она дорожный знак, если бы не сон? Было ли сообщение от ее дяди мотивировано теми же невидимыми силами, которые создали сон? Или эти события были совершенно не связаны? Зависит ли ценность синхронности исключительно от значения, приписываемого ей теми, кто ее испытывает, или существует объективная оценка просто по ее возникновению? Аргумент Сторма (Storm, 1999) о том, что синхронность находит силу у тех, для кого она значима, кажется хорошо обоснованным.

Можно утверждать, что переживание синхронности удовлетворяет нашу врожденную потребность в космической особенности (Becker, 2014). Однако Пит (цитируется по Frentz, 2011) утверждает, что опыт синхронности предлагает понимание подразумеваемого порядка — более глубокого уровня реальности, в котором все связано и из которого разворачивается наша повседневная реальность. Тор объясняет, что информация придает форму энергии для создания материи. Эта модель предполагает представление о том, что архетипы структурируют сознание для создания материального царства.

Аналогичным образом можно было бы предположить, что материя передает информацию в бессознательное для развития архетипов. Торф (без даты) описывает понятия внутреннего, субъективного мира (включая мысли, мечты и духовность) и внешнего, объективного мира (включая энергию, материю и науку). Возможно, реальный, объективный, последовательный мир — это внутренний, а субъективный, постоянно меняющийся, самотворный мир — внешний.

Понимание бессознательного может быть определяющим фактором при выборе взгляда.Фундаментальное разделение внутреннего и внешнего миров основано на допущении дуальности и вызывает вопрос о том, может ли синхронность служить мостом между двумя мирами. Принятие позиции нейтрального монизма, в котором разум и материя являются проявлениями нейтральной основы и не являются по существу различными (Silberstein, 2009), позволяет объяснить синхронность, основанную на причинности. На первый взгляд различные события отражают реальность, в которой субъект и объект (или индивид и мир) определяют друг друга и не могут существовать отдельно.

Если мы рассмотрим материю как выражение разума, а тело как выражение духа и рассмотрим возможность того, что эти отношения предполагают двусторонний динамический обмен информацией, то потребность в мосте будет абсурдной. Тогда теория синхронности становится исследованием работы глобальной системы, которая выходит за рамки такого различия (Peat, n.d.). Синхроничность можно рассматривать как моменты постижения этого текучего взаимодействия и окончательного единства, которое составляет ткань вселенной.

Теорема Белла (Capra, 1999) подразумевает целостную модель Вселенной, в которой все, известное и неизвестное, неделимо. Тогда внешний материальный мир науки и рациональности будет одним и тем же, что и внутренний воображаемый мир интуиции и психики. С этой точки зрения может показаться, что синхронности — это не необычные или особые события, которые означают что-то вне опыта, а, скорее, представляют возможности для пробуждения к глубокому холизму вселенной.

Теория морфического поля

Теория морфических полей Шелдрейка (2014) сильно резонирует с теорией архетипов Юнга. Эти организационные паттерны более высокого уровня, которые определяют квантовый потенциал «реальности» (Sheldrake, 2014), можно рассматривать как область склонности и структурирующего влияния психики и материального царства. В то время как архетипы ограничены человеческим опытом, морфические поля применимы ко всему физическому миру. Эти информационные поля различных уровней существуют друг в друге, и их влияние может быть нисходящим или восходящим.Примером может служить морфическое поле гена, влияющего на весь организм посредством генетической экспрессии, и поле всего организма, в свою очередь, влияющее на ген посредством эпигенетики, исследование того, «как внешние силы, такие как окружающая среда и жизненный опыт, запускать механизмы включения-выключения на генетическом коммутаторе »(« Психология сегодня », п. 1).

Теория морфических полей остается спорной (Shermer, 2005), и есть много разногласий по поводу результатов исследований, которые могут ее поддержать (Blackmore, 2009).По словам Шелдрейка, одна из причин этого заключается в том, что убеждения наблюдателя влияют на результаты эксперимента (Shermer, 2005). Однако исследование бессознательного и материального царства было бы неполным без рассмотрения возможного объяснения существования коллективной памяти, которое предлагает теория морфического поля (Sheldrake, 1997).

Шелдрейк объясняет, что мы больше всего похожи на предыдущие версии самих себя, и поэтому сильно резонируем с нашими прошлыми «я», увековечивая эту резонирующую «сущность» себя.На коллективном уровне мы можем резонировать с другими людьми с таким же резонансом, настраиваясь на их жизненный опыт и психику, формируя коллективное бессознательное (Sheldrake, 2013). Установление именно такого морфического поля или семейного созвездия (Meyburgh, 2005) может объяснить внутренние воспоминания и модели поведения, которые сохраняются из поколения в поколение. Это пример того, как информация может храниться в бессознательном, в то время как эффекты очевидны и влияют на материальный мир. Это также может служить объяснением индуистской веры в карму (Sheldrake, 2014), которая представляет собой след памяти, который хранится в бессознательном в качестве импульса и может повлиять на действия человека (Coward, 2003).Поскольку природа всеохватывающая, из этого следует, что природа создает и воплощает свою собственную структуру и привычки, которые развиваются (Stapp, 2009), поддерживая теорию морфических полей.

Хотя теория морфического резонанса существенно не подкреплена научными данными, она еще предстоит опровергнуть и предоставляет проницательную модель для рассмотрения динамики бессознательного, сознательного опыта и материального царства. Потенциальные терапевтические преимущества могут включать выявление и понимание моделей мышления и поведения, которые затем можно изменить.Увеличивая осознание фундаментальной динамики таких влияний, можно изменить бессознательную информацию, поддерживающую поле. Это могло бы объяснить информацию, которая передается от одного поколения к другому без сознательной передачи, но со значительными последствиями, включая определенные склонности, психологические расстройства и физические заболевания.

Морфические поля также могут объяснить наш уровень взаимодействия с деятельностью или человеком. Распространенные выражения, такие как «неспособность вникнуть в книгу» или «настраиваться на другого человека», могут отражать интуитивное понимание резонанса.Морфический резонанс может объяснить определенную динамику в моей терапевтической практике, включая работу с ребенком со сложным поведением: сначала может возникнуть сопротивление терапевтическому вмешательству, но благодаря четким намерениям и полному присутствию во время сеанса терапии я может взаимодействовать с ребенком и находить с ним отклик, что приводит к гармоничному общению. Это перекликается с практикой дзен резонанса с реальностью, чтобы испытать гармонию (Остин, 1998).Хотя могут существовать и другие возможные объяснения, широкое применение теории морфического поля делает ее подходящей основой для дальнейшего исследования отношений между бессознательным и материальным миром и предполагает, что необходимы дальнейшие исследования.

Теория квантовой голограммы

Теория голодвижения Бома придает первостепенное значение имплицитному порядку, сфере потенциальности, в которую все заключено. События разворачиваются и актуализируются в явном порядке (реальность, которую мы можем испытать напрямую) и возвращаемся обратно в неявный порядок (Frentz, 2011).Это поддерживает идею фундаментального единства бессознательного и сознания, психики и материального мира. Этот целостный, полный порядок всех вещей может быть отражен в виде голограммы в сущности пространства и времени и пронизывает все, что возникает.

Митчелл и Старец (2011) рассматривают квантовую голограмму как систему хранения и извлечения информации, основанную на квантовых явлениях, влияющих как на макро-, так и на микроуровни существования. Квантовые выбросы от организма, например, будут содержать информацию об организме в целом.Появляется все больше свидетельств того, что каждая физическая сущность резонирует с уникальным голографическим изображением, содержащим голографическую память, так же, как человек может считаться резонирующим с определенными архетипами (Mitchell & Staretz, 2011).

Квантовая голограмма нелокальна, и она может резонировать с квантовой голограммой другого объекта, что поддерживает опыт синхронности, а также определенные пси-феномены, такие как психическое исцеление (Mitchell & Staretz, 2011), исцеляющая молитва ( Досси, 1993) и телепатия (Шелдрейк, 2017).Это дало бы понимание природы реальности и сознания, которое ее переживает. Теория квантовой голограммы рассматривает информацию, энергию и материю как одинаково фундаментальные, а также как природную систему хранения и передачи информации. Сама идея квантовой голограммы перекликается с идеей коллективного бессознательного (Mitchell & Staretz, 2011) и работой архетипов.

Это не только смещает акцент в нашем поиске смысла жизни с материального царства при рассмотрении влияний и значения энергии и информации, но и меняет способ восприятия материи.Это действительно форма энергии и информации, отражающая бессознательные формы, с которыми она резонирует. Примером может служить традиционный способ выращивания китайских лекарственных трав: территория, на которой они выращиваются, тщательно выбирается, так как энергия этого места существенно влияет на структуру и лечебные свойства травы. Травы, выращенные в другом районе или в искусственных условиях, будут содержать другую информацию, что повлияет на их эффективность.

При таком целостном понимании можно ощутить фундаментальный сдвиг в нашем восприятии и представлении о реальности.Хотя теория квантовой голограммы может не отражать надежды Паули на нейтральную терминологию, которая обращается как к физике, так и к архетипам, она может отражать идею Юнга о «Unus Mundus», трансцендентном единстве, а также веру Паули в то, что это единство может быть укоренено. в науке через квантовую физику (Оппенгеймер, nd).

Заключение

Хотя многие теории, рассматриваемые в этом эссе, скудно подтверждаются экспериментальными данными, их ценность в качестве вклада в согласованную модель, которая углубляет наше понимание бессознательного, сознательного опыта и материального мира, заслуживает признания.Ограничение области научных исследований тем, что находит подтверждение в лаборатории, приведет к пренебрежению фундаментальными влияниями контекста, относительности и динамики между исследователем и тем, что исследуется. Как и на собственном опыте Паули, сама наука остается препятствием для дальнейшего исследования этих теорий, и было бы неплохо рассмотреть количественные, а также качественные данные и расширить свой диапазон интерпретирующих линз, включив интуицию наряду с интеллектом (в Oppenheimer, n.д.).

Значение понимания сознания как его отношения к материальной сфере и бессознательному обязательно влияет на все аспекты нашей жизни, включая оздоровительные практики и варианты лечения, организацию нашего дома, нашу рабочую среду и отношения. Практику йоги можно рассматривать как физическую, ментальную и энергетическую практику, затрагивающую как сознательную, так и бессознательную сферы. Организация дома может глубоко влиять на психику и уровни энергии, поскольку дом, мебель и пространство являются выражениями энергии и информации, которые резонируют с бессознательными формами.Более того, Уайт (1962) считает, что бессознательное является источником духовного знания и вдохновения.

Бессознательное, сознание и материальный мир можно рассматривать как спектр. Тор (1987) предполагает, что материя — это материальная реализация архетипов. Кард (2000) повторяет это, заявляя, что разум и материя являются дополнительными аспектами целостной единой реальности. Таким образом, Ошман и Прессман (2014) призыв к мультидисциплинарному подходу к продвижению нашего понимания как сознания, так и бессознательного является вполне обоснованным.В самом деле, понимание сознания без учета отношений между бессознательным и материальным миром было бы поверхностным и неудовлетворительным.

Сознательные и бессознательные реакции на стимулы

Сознательные ответы

Как мы уже видели, Самир иногда реагирует на вещи автоматически. Хотя иногда он осознает, что реагирует на раздражители, и думает о вещах вокруг него.

Сознательные реакции на стимулы возникают, когда человек бодрствует и осознает, что он / она реагирует.Они принимают сознательное решение ответить, отсюда и название.

Есть много различных типов сознательных реакций на раздражители. Один из них — это эпизодическое воспоминание, которое включает в себя воспоминание о том, что вы что-то испытали. Например, Самир может вспомнить кухню своей матери, когда он был ребенком. Он может вспомнить виды, звуки и запахи кухни. Самир сознательно извлекает раздражители из кухни своей матери.

Другой тип сознательной реакции на стимулы — это планирование в ответ на что-либо.Например, сегодня утром Самиру стало холодно, поэтому он надел пальто. Он отвечал на раздражители низкой температуры (ощущение холода) надеванием пальто. Это было осознанное решение.

Третий пример сознательной реакции на стимулы включает в себя умственные манипуляции или изменение вещей в вашем сознании. Например, на прошлой неделе Самир решил, что хочет переставить мебель в своей гостиной. Вместо того, чтобы просто перемещать вещи по воле случая, он представил себе, как будет выглядеть комната, если он переставит диван с одного места на другое.Он сознательно, мысленно манипулировал тем, что видел перед собой.

Сознательно реагируя на стимулы, человек осознает, на что он реагирует, и может выразить это словами. Самир мог сказать вам, что он вспоминает кухню своей матери или надевает пальто, потому что ему холодно, или воображает диван у дальней стены, потому что это сознательные реакции.

Бессознательные реакции

Но как насчет того времени, когда Самир убрал руку от горячей плиты? Как насчет тех случаев, когда Самир реагирует на вещи, не думая о них в первую очередь?

Бессознательные реакции на стимулы возникают, когда человек либо не бодрствует, либо не осознает, что он / она реагирует.Люди не думают и не планируют бессознательные реакции, как сознательные.

Одним из примеров бессознательной реакции на стимулы является прайминг, который происходит, когда воздействие одного стимула влияет на то, как человек реагирует на другой стимул. Для понимания прайминга возьмем пример из жизни Самира. На днях он разговаривал с коллегой о домашнем кролике коллеги. Через несколько минут кто-то еще спросил его, как произносится слово «волосы». Самир ответил, что это было написано «заяц».Поскольку он слышал о кроликах всего мгновение назад, он был настроен услышать слово «заяц» (животное, родственное кролику) вместо «волосы» (которые растут на макушках людей).

Другой пример бессознательной реакции на стимулы — приобретение автономных навыков или развитие автоматических навыков. Например, когда Самир на днях шел по улице, прямо перед ним выбежал ребенок. Самир отпрыгнул с дороги, чтобы не наехать на ребенка.Никто никогда не учил Самира прыгать с дороги; это просто то, что он автоматически научился делать. Чем больше он это делает, тем лучше ему это удается, но он никогда особо не думает об этом. Он просто делает это.

Третий тип бессознательной реакции на раздражители — это рефлекторная или непроизвольная физическая реакция на раздражители. Помните, как Самир оторвал руку от плиты, прежде чем даже понял, что она горячая? Это был рефлекс. Другой рефлекс возникает, когда кто-то светит ему в глаза: его зрачки автоматически сужаются.

При бессознательных реакциях на стимулы люди не осознают, что они реагируют на стимулы; они просто делают это. Фактически, даже пациенты в коме могут реагировать на некоторые раздражители, например, на сокращение зрачков, когда на них попадает свет.

Краткое содержание урока

Стимулы — это биты информации из окружающей среды. Каждый воспринимает информацию своими пятью органами чувств и реагирует на нее. Сознательные реакции на стимулы возникают, когда человек бодрствует и осознает, что он / она реагирует.Примеры сознательных реакций включают эпизодическое воспоминание, которое включает в себя воспоминание о том, что вы что-то испытали; планирование в ответ на что-либо; и умственные манипуляции, или изменение вещей в вашем уме.

Бессознательные реакции на стимулы возникают, когда человек либо не бодрствует, либо не осознает, что он / она реагирует. Примеры бессознательных реакций включают прайминг, который происходит, когда воздействие одного стимула влияет на то, как человек реагирует на другой стимул; приобретение автономных навыков или развитие автоматических навыков; и рефлексы, или непроизвольные физические реакции на раздражители.

Понимание сознательного и бессознательного в маркетинге

Принятие решений человеком, то есть покупка, происходит не только на сознательном уровне, как часто предполагают маркетологи. Бессознательная обработка не менее важна, а сознательные и бессознательные значения часто не синхронизированы.

Бессознательные психические процессы являются первичными и основными, жестко запрограммированы в нашем мозгу, такие как половое влечение и безопасность, которые являются ключевыми бессознательными ценностями. Сознательные процессы представляют собой ценности более высокого порядка, такие как забота о других и поиск смысла жизни.

Кроме того, сознательные и бессознательные процессы предсказывают различное поведение. Сознательные ценности предсказывают краткосрочное, целенаправленное поведение и ограничены во времени и масштабах. Бессознательные ценности вневременны — они предсказывают как спонтанное, так и долгосрочное поведение — и вступают в игру, когда мы просто остаемся собой.

Импульс и продуманное поведение

Понимание того, как эти процессы влияют на поведение, может помочь компаниям успешно продвигать свои бренды и продукты. С этой точки зрения бренды можно разделить на две категории: импульсные, часто покупаемые продукты (например, моющее средство) и рассматриваемые, менее часто покупаемые продукты (например, дом или автомобиль). Первому лучше помочь сосредоточить обмен сообщениями на бессознательных процессах; последнее требует большего внимания к сознательной обработке.

Маркетолог должен сначала определиться с целью бренда. Если покупка обычно является продуманным решением, которое редко повторяется, обмен сообщениями должен быть сосредоточен на осознанных ценностях. Если что-то случается просто так или происходит часто, сосредоточьтесь на бессознательных ценностях. Но всегда имейте в виду и то, и другое, потому что они всегда, в некоторой комбинации, играют. Это приводит к выигрышу / выигрышу: Всегда ориентируйтесь на .

В основном исследователи рынка могут обнаружить сознательные ценности, которые управляют их категорией.Но исследования редко направлены на бессознательное. Провал New Coke — это пример рыночной катастрофы, возникшей в результате неспособности оценить бессознательные ассоциации и эмоции бренда импульсивных покупок. Все вкусовые тесты, фокус-группы и опросы показали, что люди были готовы, даже очень хотели, чтобы изменить кока-колу. Однако никому не пришло в голову взглянуть на ассоциации и автоматические эмоциональные реакции людей на бренд, а также на то, как изменение будет воспринято с этой точки зрения. Фиаско New Coke можно было избежать, если измерить бессознательные реакции.

«Просто сделай это»… или «Думай Гейко»

Безусловный успех — это слоган Nike «Просто сделай это». При чем здесь кроссовки? Ничего такого. Лозунг полностью нацелен на бессознательное. И подумайте об ассоциациях, которые он вызывает — успех, настойчивость, оптимизм, сила — и все это в одной фразе из трех слов. И эмоции, вызываемые этой фразой, однозначно положительные.

Теперь взгляните на ярлык «Невозможное — ничто» от Adidas. Это не так сильно.Почему? Что у вас ассоциируется с «невозможным»? Что у вас ассоциируется с «ничем»? Оба отрицательные. Чтобы достичь положительного здесь результата, необходимо осознанное мышление. Будучи полностью позитивным, слоган Nike превосходит линию Adidas. «Just Do It» недавно отпраздновал 25 годовщину годовщину, в то время как «Невозможное — это ничто» было заменено после девятилетнего пробега. Как вы думаете, какой из них запомнится через 50 лет?

Если вам сложно придумать хороший пример, нацеленный как на сознательное, так и на бессознательное, подумайте о том, что Гейко сказал: «Пятнадцать минут могут сэкономить вам 15% или больше.«Экономия существует для нашей сознательной обработки, но она выражена ассоциативно, устанавливая связь между временем и деньгами. «Всего несколько минут вашего времени может привести к значительной экономии», на подсознательном уровне не сработало бы так же хорошо.

И какое отношение страховка имеет к ящерице? Ничего такого! Но ассоциативно слово «геккон» помогает вам вспомнить имя «Гейко», а создание милого талисмана вызывает положительные эмоции. Теперь у бездушной страховой компании есть душа (пусть и хладнокровная).

Все, что нужно знать для эффективного маркетинга, — это сознательные и бессознательные атрибуты, связанные с продуктом / брендом, а также бессознательные эмоции, которые он вызывает. И, к счастью, оба показателя можно измерить с помощью методологий неявных ассоциаций. Так как же нам это сделать? Исследователи могут использовать измерения времени реакции, чтобы выявить бессознательные ассоциации, и даже распределить эти ассоциации от самых сильных до самых слабых. Мы можем использовать быстрое стимулирование, чтобы получить автоматические эмоциональные реакции и рассказать вам, насколько положительно и отрицательно ваш потенциальный покупатель относится к вашему продукту / бренду.

Как только мы все это узнаем, передайте данные творческому отделу. Они будут знать, на что нацеливаться.

Фото: Эмилио Грасиа / Flickr

В чем разница между сознательным и бессознательным разумом?

Вы когда-нибудь были в раздумьях по поводу чего-либо?

Вероятно, да.

Но на самом деле это всего лишь выражение.

Метафора для тех случаев, когда у вас возникают проблемы с выбором между двумя возможными вариантами.

По правде говоря, у вас только один ум.

Итак, учитывая это, вам может быть интересно, почему все эти разговоры о сознательном и бессознательном?

Разве это не говорит о том, что их двое?

Если коротко, то да.

Это потому, что объяснение их как двух отдельных умов облегчает объяснение чего-то довольно сложного … вашего ума.

Дело в том, что никто не знает, что внутри него происходит.

Что они делают, знают, так это то, что можно предсказать определенные результаты в данной ситуации.

Они могут сказать, как разум будет реагировать, например, на боль, стресс, отрицание и усталость.

Чтобы облегчить понимание, они делят функции мозга на две части: сознательную и бессознательную.

На самом деле это просто отдельные функции одного и того же механизма.

Но, сосредоточив внимание на функциях, можно получить более четкое представление о том, что именно происходит.

Итак, давайте поднимем крышку и посмотрим, что внутри…

Функции сознательного и бессознательного

Сознательный разум легко понять.

Фактически, вы используете его прямо сейчас.

Это ваш «бодрствующий» разум. Осознание того, на чем можно сосредоточиться.

Он может обрабатывать от 5 до 9 идей или опытов одновременно.

Это ум «здесь и сейчас», который делает выбор, строит планы и помогает вам наслаждаться жизнью.

Подсознание — это совсем другое дело.

По сравнению с сознанием он огромен.

Он хранит в себе все воспоминания, опыт, мудрость и понимание, которые вы приобрели за эти годы.

Он управляет всем, что происходит в вашем теле (и уме).

И пока бессознательное управляет шоу, оно будет подчиняться приказам сознательного разума.

Если они правильно представлены. Обычно это делается в форме предложений.

Все еще не уверены?

Это сложный предмет, не правда ли? Время для метафоры…

Представьте себе, что подсознание — это гигантская пещера, полная сокровищ.

Это огромное, неизмеримое… действительно большое.

Полный идей, мечтаний, изобретений. Фантастические представления, причудливые мысли, пейзажи, сонаты для фортепиано.

И еще странно неприятная штука.

С другой стороны, сознательный разум подобен маленькому человечку с фонариком.

На что бы ни попадал маленький луч света, это все, что он мог увидеть.

Даже с массивным фонариком есть предел тому, на чем он может сосредоточиться.

Если он попытается сразу сосредоточиться на слишком большом, он просто запутается.

Итак, фокус в том, чтобы иметь возможность перемещаться по пещере и находить то, что ему нужно, когда они ему нужны.

Вот в чем вам могут помочь такие техники, как гипноз.

Они позволяют исследовать пещеру, находить сокровища и привносить их в ваше сознание.

И если так подумать, это действительно здорово.

Чтобы лучше понять, что происходит, давайте сделаем еще один шаг.

Сравнение сознательного и бессознательного

На свидании со своей новой девушкой Каллум попал в беду.

Говоря с ней о том, что они собираются делать, он назвал ее по имени своей бывшей девушки.

Ой!

Вы, наверное, догадались, что было дальше…

Но почему он это сделал?

Каллум втайне все еще тосковал по своему предыдущему партнеру?

Его подсознание говорило ему, что новые отношения не складываются?

Или он был просто идиотом?

Зигмунд Фрейд сказал, что разум подобен айсбергу.

Верхушка айсберга над водой представляет сознательный разум. Но самая большая часть, часть под водой, представляет бессознательное.

Это всего лишь аналогия, но она имеет большой смысл.

Это объясняет, как бессознательное может удерживать так много вещей.

Все эти мысли, чувства, воспоминания и побуждения.

Это также объясняет, как ваше подсознание может влиять на все, что вы делаете…

, даже если вы не осознаете этого.

Итак, по какой-то причине бессознательный разум Каллума взял на себя управление.

Это поставило его в неловкое положение.

И хотя он, возможно, не признал этого в то время, вероятно, за этим была веская причина.

Хорошая история, и вы наверняка слышали подобные истории раньше. Но они мало что вам говорят.

Вместо этого вам нужно исследовать эти две «части» своего разума в прямом сравнении.

Что может делать сознательный разум

Сознательный разум может одновременно манипулировать 5-9 разными вещами.

Это 5–9 бит информации. 5-9 мероприятий. Или смесь того и другого.

Думаю, это можно назвать многозадачностью.

Когда используется слово «сознательный», оно относится к логической стороне вашего мозга. Сторона, которая все анализирует, все критикует и работает линейно.

Он контролирует ваше мышление, пока вы бодрствуете.

Он контролирует ваши произвольные движения.

Он используется, когда вы говорите.

Он поддерживает ваши осознанные действия и позволяет вам выбирать цели.

Это система, которую вы используете при получении академических знаний.

Он следует последовательному и логическому образцу, будь то образ мыслей или образец действия. Вот что происходит, например, когда вы пытаетесь понять проблему или проработать ее.

Он осознает только здесь и сейчас и переживает события только в настоящем.

И точно так же, как у маленького парня с фонариком, его фокус ограничен.

Так чем же отличается бессознательное?

Простым способом резюмировать это было бы сказать, что он делает все остальное.

Но давайте более конкретно.

Что может сделать бессознательное

Бессознательное может справиться со всей информацией, которую ваше сознание не может обработать.

Это все, что вы испытываете или имеете дело, помимо 5–9 вещей, с которыми может справиться ваш сознательный разум.

Типа многозадачность, многозадачность.

Способен поглощать и сортировать материал слой за слоем.

Когда используется слово «бессознательное», оно относится к интуитивной стороне вашего мозга.Сторона, связанная с памятью, воображением, творчеством и выразительностью.

Он не анализирует и не критикует, он просто все впитывает. Он требует целостного взгляда, в отличие от ограниченного линейного подхода сознательного разума.

Отсюда исходят ваши чувства и восприятие.

Он контролирует ваши непроизвольные движения.

Это способствует невербальному общению.

Он поддерживает ваше автоматическое поведение, такое как дыхание, и помогает вам достигать целей.

Это система, которую вы используете для получения знаний на собственном опыте.

Он способен одновременно думать и действовать. В то время как ваше сознание ищет ответы на проблемы, ваше подсознание находит их.

Он знает прошлое и настоящее и может иметь дело с обоими одновременно.

Это кладезь всех ваших воспоминаний и переживаний, где записывается абсолютно все, что вы делаете.

И, как и огромная пещера в приведенном выше примере, она имеет почти безграничную вместимость.

Это все занимательно, но становится еще интереснее.

Видите ли, эти два «ума» не отдельные сущности. Они являются частью одного механизма.

И это означает, что они работают вместе, бок о бок, чтобы помочь вам понять мир.

Как ваши два «ума» заставляют вещи работать

Представьте, что вы едете на машине по автостраде.

Вам не нужно концентрироваться на том, что вы делаете, не так ли?

Вы уже делали это много раз раньше.

Весь процесс стал автоматическим, и вы делаете это, даже не задумываясь.

Когда вы научились водить машину, вы приобрели академические знания.

Знания о деталях автомобиля. Знание об ограничениях скорости. Знания об использовании дороги.

Все эти знания хранятся в вашем мозгу (вы можете догадаться, где?). И когда вы захотите использовать его, оно будет готово и ждет.

Помните знакомую поговорку?

«Как только вы научитесь ездить на велосипеде, вы никогда не забудете.”

Если вы когда-нибудь водили велосипед, то наверняка знаете, что это правда.

Но почему?

Простой. Вы использовали свое сознание, чтобы научиться ездить на велосипеде. Это были академические знания, которые вам нужно было получить.

Но теперь у вас уже есть эти знания. Он хранится глубоко в вашем подсознании.

Итак, все, что вам нужно сделать, чтобы снова покататься на велосипеде, — это получить к нему доступ.

И работает. Спросите любого, кто когда-либо ездил на велосипеде, водил машину или учился кататься на коньках.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.