Ури бронфенбреннер – Бронфенбреннер, Ури — Википедия

У. Бронфенбреннер (1917–2005). Век психологии: имена и судьбы

У. Бронфенбреннер

(1917–2005)

25 сентября 2005 года ушел из жизни Ури Бронфенбреннер, всемирно известный специалист в области детской психологии, иностранный член Российской Академии Образования.

Американца Бронфенбреннера в русскоязычных публикациях иногда называют Юрием. И это не ошибка несведущих переводчиков, а один из допустимых вариантов произношения его имени (подобно тому, как Маслоу в принципе допустимо именовать Масловым). Так Бронфенбреннера нередко и называли его советские коллеги, с которыми он много и плодотворно общался и сотрудничал. Ведь в иных обстоятельствах урожденный москвич Бронфенбреннер вполне мог бы быть нашим соотечественником! Но судьба распорядилась иначе.

Ури Бронфенбреннер родился в Москве на рубеже исторических эпох – 29 апреля 1917 года. Его семья принадлежала, как сказали бы сегодня, к среднему классу – отец Ури, Александр Бронфенбреннер, был известным врачом-невропатологом. А среднему классу, в отличие от пролетариата, на революционном изломе было что терять. Нет, родители будущего психолога не были контрреволюционерами! Но после 17-го года их жизнь изменилась далеко не к лучшему. Не видя для себя обнадеживающих перспектив в Советской России, семья устремилась за океан в поисках лучшей доли. Так в шестилетнем возрасте Ури Бронфенбреннер стал американцем.

В Америке семья обосновалась в городке Личворт-Вилледж, штат Нью-Йорк, где Бронфенбреннер-старший сумел найти работу по специальности в интернате для умственно отсталых детей. Наблюдениями над своими подопечными он порой делился в кругу семьи. С юных лет Ури запомнил то недоумение, почти негодование, с которым отец рассказывал о зачислении в интернат новых воспитанников. Американская манера ставить диагноз «умственная отсталость» на основании тестирования IQ казалась ему абсурдной – причины неудач при тестировании, по его мнению, могли быть самые разные, и низкий тестовый балл не обязательно свидетельствовал о безнадежном умственном отставании, требовавшем помещения в специальное воспитательное учреждение. Уже в зрелом возрасте, будучи известным психологом, Ури Бронфенбреннер вспоминал, как эти соображения отца натолкнули его на мысль о необходимости всестороннего анализа интеллектуального отставания – в ряде случаев обратимого, что и следовало бы сделать своей целью настоящему специалисту. Так что, возможно, еще в юные годы будущий психолог начал вынашивать мысли, нашедшие впоследствии конкретное воплощение в общенациональной компенсационно-образовательной программе «Хэд Старт». Вообще влияние отца на становление мировоззрения Бронфенбреннера трудно переоценить. Будучи уже очень старым и тяжело больным, он регулярно писал сыну письма, делясь своими соображениями о жизни. Для Ури отношение к отцу всегда было не просто преклонением перед авторитетом, но подлинной любовью, взаимной и нерушимой. В одной из своих работ он написал: «Каждому ребенку для нормального развития жизненно необходим хотя бы один человек, который бы не чаял в нем души». Вне сомнения, таким человеком для самого Ури всегда оставался его отец, Александр Бронфенбреннер.

На интеллектуальном развитии будущего ученого, оформлении его склонностей не могла не сказаться и вся семейная атмосфера, проникнутая идеалами гуманизма и глубокими научными интересами. В доме нередко бывали «товарищи по изгнанию» – эмигранты из России, люди интеллигентные и высоко культурные. Разговоры часто заходили о новых тенденциях в медицине и гуманитарных науках, в частности – в психологии, так что для юного Ури, в отличие от большинства его сверстников, имена Вертгеймера и Левина, Пиаже и Выготского (о котором американцы вообще узнали лишь много лет спустя) не были пустым звуком. Психологию он избрал своей профессией и после окончания средней школы поступил на психологическое отделение Корнельского университета. Получив степень бакалавра в 1938 г., он продолжил образование в Гарвардском университете, где был удостоен степени магистра, и в Университете шт. Мичиган, где ему в 1942 г. была присвоена докторская ученая степень. Буквально на следующий день новоиспеченный доктор наук был призван в ряды вооруженных сил – шла Вторая Мировая война! Как и большинство его коллег, доктор Бронфенбреннер не был отправлен в действующую армию, но был командирован в командные структуры, где консультации профессиональных психологов высоко ценились. После демобилизации в 1946 г. он пару лет проработал в скромной должности доцента в Мичиганском университете, пока наконец в 1948 г. не перебрался в свою Alma Mater – Корнельский университет, в котором и проработал до конца жизни (официально уйдя в отставку в 1987 г., Бронфенбреннер в статусе почетного профессора продолжал активную научную деятельность до конца своих дней).

Крупнейшим практическим достижением ученого на протяжении всей его многолетней карьеры стала разработка и внедрение программы компенсаторного обучения «Хэд Старт», направленной на повышение академической успеваемости и развитие интеллектуальных способностей учащихся из малообеспеченных семей и национальных меньшинств. В середине 60-х годов активизировалось движение за предоставление всем детям равных возможностей получения полноценного образования. Одним из идеологов этого движения выступил Бронфенбреннер. В 1964 г., выступая в Конгрессе в качестве приглашенного эксперта, он заявил, что провозглашенный правительством курс на борьбу с бедностью и безработицей лишь тогда будет иметь смысл, когда основные усилия будут направлены на помощь детям в развитии их способностей и получении образования. В противном случае «социальные низы» навечно консервируются в своем незавидном положении. В 1965 г. по инициативе президента Л.Джонсона был принят закон о начальной и средней школе, послуживший основанием для многочисленных развивающих программ. В том же году была начата наиболее масштабная из них – «Хэд Старт». Она рассматривалась как одно из средств, «компенсирующих» жизнь в нищете, слабое здоровье, скудное питание, скученность, то есть все то, с чем сталкиваются и от чего страдают миллионы детей из малообеспеченных семей, принадлежащих преимущественно к национальным меньшинствам, в первую очередь – чернокожим. В 2500 округах было создано 13400 центров, охвативших свыше полумиллиона детей (хотя первоначально планировался охват лишь 100 тысяч наиболее нуждающихся). Курс развивающего обучения, разработанный Бронфенбреннером с коллегами, длился 8 недель. Занятия были направлены на устранение пробелов в знаниях детей и формирование у них интеллектуальных навыков. Кроме того, круглый год действовали другие широкомасштабные программы, предполагавшие, что дети из малообеспеченных семей нуждаются в дополнительном обучении, чтобы подготовиться к регулярным занятиям в школе. Уже в 1965 г. по окончании курса занятий были достигнуты положительные сдвиги в выполнении детьми тестов интеллекта.

Казалось бы, по требованию общественности ей была выкачена замечательная бочка меда для бесконечного вкушения. Но не обошлось и без ложки дегтя! 21 февраля 1969 г. престижный журнал

Harvard Educational Review опубликовал на 123 страницах в качестве главного материала номера статью Артура Дженсена, профессора педагогической психологии и психолога-исследователя Калифорнийского университета. Статья называлась «Насколько мы можем повысить IQ и школьную успеваемость?». В этой длинной, изобилующей статистическими выкладками и техническими подробностями статье Дженсен дал простой ответ на этот вопрос. По его мнению, любые педагогические усилия, направленные на повышение уровня умственных способностей и академической успеваемости, крайне малоэффективны. Причина этого виделась автору в том, что интеллект генетически предопределен и не подвержен значительным изменениям в течение жизни. Более того, среди разных рас и социальных групп интеллект распределен в неравной степени. Проще говоря, одни классы и народы в целом глупее других, и любые попытки изменить эту генетическую закономерность практически бесполезны. С нею просто необходимо считаться, соответственно планируя социальную политику.

Дженсен начинал свою статью драматическим утверждением, что компенсаторное обучение потерпело крах. Основанием для этого послужил тот уже достаточно очевидный факт, что достигнутое с помощью компенсаторного обучения повышение IQ носило временный характер. Не впустую ли тратятся немалые деньги из кармана налогоплательшиков, – вопрошал Дженсен, – если эффект развивающих программ, и в первую очередь программы «Хэд Старт», весьма невелик, а по прошествии некоторого времени и вовсе сходит на нет?

Контраргументы Бронфенбреннера были по-своему логичны и убедительны. По его мнению, приведенные Дженсеном данные показывают лишь то, что существующие тесты интеллекта выявляют не сам интеллект, а знания и умения, соответствующие структуре этих тестов. Поэтому занятия по программе «Хэд Старт», направленные на усвоение детьми именно этих знаний и умений, способствовали росту IQ. Впоследствии, когда занятия были окончены и дети вернулись в привычную неблагоприятную социальную среду, новых стимулов для роста IQ больше не возникало. Тем не менее, по мнению Бронфенбреннера, опыт программы «Хэд Старт» свидетельствует о значительных возможностях педагогического воздействия на интеллектуальное развитие. Вопреки мнению сторонников теории врожденных способностей программа «Хэд Старт» убедительно показала зависимость школьной успеваемости и психического развития от социальных условий.

Нетрудно заметить, что эти взгляды Бронфенбреннера во многом созвучны постулатам советской психологии и педагогики. Не приходится удивляться, что ученый, едва ли не полмира объездивший в качестве исследователя и приглашенного лектора, именно в СССР предпринял обширное сравнительное исследование, давшее материал для одной из самых известных его книг – «Два мира детства: дети США и СССР». В Америке она вышла в 1970 г., в нашей стране – на 6 лет позже. Не один год понадобился нашим официальным идеологам, чтобы разобраться, в чью же пользу свидетельствуют результаты сравнительного исследования. А разобраться, действительно, было непросто – книга получилась на редкость объективная, ни антисоветская, ни антиамериканская, без явных и очевидных предпочтений. В итоге книгу решено было у нас издать. И недаром – цитируют ее по сей день. Жаль только, что по прошествии более 30 лет никому не придет в голову осуществить подобное исследование в наши дни. Его результаты наверняка были бы уже другими. Какими? Увы, об этом пока можно лишь строить догадки…

Самым значительным вкладом Ури Бронфенбреннера в психологию следует назвать разработку им междисциплинарного подхода к процессам социализации, названной им экологией человека. Грэйс Крайг, автор известного у нас учебника «Психология развития», называет созданную Бронфенбреннером модель «возможно, самой влиятельной на сегодняшний день моделью человеческого развития». Согласно этой экологической модели, развитие человека – это динамический процесс, идущий в двух направлениях. Растущий человек постоянно испытывает воздействие со стороны различных элементов окружающей его среды и в то же время сам активно реструктурирует свою многоуровневую жизненную среду. По Бронфенбреннеру, экологическая среда развития ребенка состоит из четырех словно вложенных одна в другую систем, которые обычно графически изображают в виде концентрических колец. Уровни этой среды Бронфенбреннер называет микросистемой, мезосистемой, экзосистемой и макросистемой. Характерной особенностью его модели являются гибкие прямые и обратные связи между этими четырьмя системами, через которые и осуществляется их взаимодействие.

Микросистему, или первый уровень модели, в любой период жизни составляют люди и объекты в непосредственном окружении ребенка. Именно этот уровень традиционно привлекает внимание психологов. Но Бронфенбреннер им не ограничивается. Он указывает, что взаимосвязями двух или более микросистем (например, семьи и детского сада) образуется второй уровень – мезосистема. Экзосистема имеет отношение к тем уровням социальной среды или общественным структурам, которые, находясь вне сферы непосредственного опыта человека, тем не менее влияют на него. Например, предприятие, где работает мать ребенка, может разрешить ей гибкий производственный график, что позволит ей больше внимания уделять воспитанию и косвенно повлияет на развитие ребенка. В то же время возможность свободнее распоряжаться своим временем и большую его часть уделять воспитанию будет способствовать душевному равновесию матери и косвенно скажется на повышении производительности ее труда.

В отличие от других уровней, макросистема не имеет отношения к определенному окружению, а включает в себя жизненные ценности, законы и традиции той культуры, в которой живет человек. Например, правила, согласно которым дети с задержками развития могут обучаться в массовой школе, вероятно, оказывают существенное влияние на уровень образования и социальное развитие как этих детей, так и их «нормальных» сверстников. В свою очередь, успех или провал этого педагогического начинания может содействовать или, напротив, помешать дальнейшим попыткам интегрировать отстающих детей в массовую школу.

Хотя вмешательства, поддерживающие и стимулирующие ход развития, могут осуществляться на всех четырех уровнях модели, Бронфенбреннер полагал, что наиболее значительную роль они играют на уровне макросистемы. Это происходит потому, что макросистема обладает способностью воздействовать на все другие уровни. Примером может служить та же программа «Хэд Старт», по мнению Бронфенбреннера, оказавшая огромное положительное влияние на развитие нескольких поколений американских детей. (Правда, мнение это до сего дня многими активно оспаривается.)

Свою последнюю книгу (всего их написано, в том числе в соавторстве, 14, не говоря уже о более чем 300 статьях) Бронфенбреннер издал за год до своей кончины, словно обобщая итоги пройденного пути. Название этой книги (Making Human Beings Human) можно было бы несколько неуклюже перевести как «Очеловечивание человека». Ведь именно к этому – помочь растущему ребенку стать настоящим человеком – ученый стремился всю свою жизнь. И успехи на этом пути еще при его жизни были высоко оценены. Несколько лет назад Американская Психологическая Ассоциация удостоила его награды «За выдающийся вклад в психологию развития», которая с той поры носит его имя. Именем Бронфенбреннера назван также Центр Экологии Развития при Корнельском университете. Почетный профессор многих американских и европейских университетов, Ури Бронфенбреннер в 1993 г. был избран иностранным членом Российской Академии Образования.

О кончине 88-летнего человека не скажешь «безвременная». Однако некрологи, которые поспешили опубликовать практически все американские общенациональные газеты, отметили, сколь тяжела эта утрата не только для близких ученого, но и для всей психологической науки.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

biography.wikireading.ru

Ури Бронфенбреннер - Два мира детства: дети в США и СССР » Страница 2 » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Автор книги — известный американский психолог, профессор Корнелльского университета У. Бронфенбреннер — построил свое исследование на сопоставлении двух систем воспитания детей — в Советском Союзе и Соединенных Штатах Америки. Его книга представляет тем больший интерес, что она написана не только на материале советских и американских работ, но также на основе личных наблюдений автора. У. Бронфенбреннер неоднократно бывал в нашей стране, изучал воспитательную деятельность дошкольных учреждений, школ, дворцов пионеров и т. п.Книга «Два мира детства. Дети в США и СССР» переведена на многие языки мира.При подготовке перевода книги на русский язык автор внес в текст небольшие изменения и уточнений.

Совсем иначе обстоит дело в Советском Союзе. Нигде не выражено это отличие столь сильно, как в следующем отрывке из «Книги для родителей» Антона Семеновича Макаренко, одной из наиболее авторитетных советских работ в области воспитания. А. С. Макаренко был выдающимся педагогом, чьи методы стали основой коллективного воспитания, практикуемого ныне во всех советских детских учреждениях, в работе с молодежью. Макаренко определяет роль семьи следующим образом:

«Наша семья не является замкнутым коллективом, как семья буржуазная. Она составляет органическую часть советского общества, и всякая ее попытка построить свой опыт независимо от нравственных требований общества обязательно приводит к диспропорции, которая звучит как тревожный сигнал опасности»[1]. И еще:

«Наши родители тоже не безвластны, но эта власть — только отражение общественной власти. Долг нашего отца перед детьми — это особая форма его долга перед обществом. Наше общество как будто говорит родителям:

— Вы по доброй, любовной воле соединились, наслаждаетесь вашими детьми и дальше собираетесь радоваться на них. Это дело ваше личное и вашего личного счастья. Но в этом самом счастливом процессе у вас родились новые люди. Настанет момент, когда эти люди перестанут служить только для вашей радости, а выступят как самостоятельные члены общества. Для общества совсем не безразлично, что это будут за люди. Передавая вам некоторую толику общественной власти, советское государство требует от вас правильного воспитания будущего гражданина. Оно в особенности рассчитывает на некоторое обстоятельство, естественно возникающее из вашего союза, — на родительскую любовь.

Если вы желаете родить гражданина и обойтись без родительской любви, то будьте добры, предупредите общество о том, что вы желаете сделать такую гадость. Люди, воспитанные без родительской любви, часто искалеченные люди»[2]. Семья в Советском Союзе не является ни единственным, ни даже главным уполномоченным общества по воспитанию детей. Прямая ответственность за воспитание возлагается здесь на другой социальный институт — детский коллектив, который рассматривается как «группа детей, объединенная совместной целеустремленной деятельностью и обшей организацией этой деятельности»[3].

Как мы далее увидим, такие коллективы составляют основные структурные элементы во всех советских детских учреждениях, которые призваны заботиться о подрастающем поколении и его образовании

Итак, кардинальное различие между Соединенными Штатами и Советским Союзом в способе социализации детей определяется контрастом между двумя системами воспитания. В одном случае главную роль играет семья, в другом — коллектив. Безусловно, семья не является единственным социальным институтом американского общества, в котором осуществляется процесс воспитания. Конечно, детские группы существуют и в Соединенных Штатах. Но в отличие от аналогичных официально формируемых советских детских групп американские группы весьма неустойчивы и относительно независимы от общества взрослых.

В нашем сравнительном исследовании мы сконцентрируем внимание главным образом на сходстве и различии между двумя социальными структурами — семьей и детской группой.

Мы начнем с практики воспитания детей в Советском Союзе.

Часть I. ФОРМИРОВАНИЕ НОВОГО СОВЕТСКОГО ЧЕЛОВЕКА

Нам кажется, что до настоящего времени ни советские, ни зарубежные ученые не исследовали в достаточной мере полно и систематизирование методы воспитания детей в Советском Союзе. Основой для обобщений, изложенных в этой книге, послужили наблюдения и беседы, проведенные автором и его коллегами в период с 1960 по 1967 г. Я приезжал в СССР семь раз, продолжительность визитов составляла от двух недель до трех месяцев. Благодаря любезному содействию Академии педагогических наук СССР мы посетили ряд учреждений: ясли, детские сады, школы, интернаты, дворцы пионеров, пионерские лагеря, детские парки и т. д., где общались и с детьми, и со взрослыми. Кроме того, во второй и в третьей поездке нам представилась возможность неофициально познакомиться с жизнью советских семей. Три раза я брал с собой в путешествие своих детей, это также способствовало расширению контактов с советскими людьми и помогло яснее определить различия между советским и американским подходом к воспитанию как в семье, так и вне ее.

Фактический материал был собран главным образом в крупных городах Советского Союза: Москве, Ленинграде, Киеве, Одессе, Таллине, Тбилиси, Ташкенте, Алма-Ате. Кроме того, мы посещали и сельские районы РСФСР, Украины, Грузии, Узбекистана и Казахстана.

Глава 1. ВОСПИТАНИЕ В СОВЕТСКОЙ СЕМЬЕ

В настоящей главе излагаются как наблюдения самого автора, так и сведения, почерпнутые из книг по уходу за ребенком. Книги, отрывки из которых мы в дальнейшем будем неоднократно цитировать, хорошо известны в Советском Союзе и переведены на многие языки народов этой страны. К сожалению, в своих наблюдениях автор вынужден был ограничиться семьями, говорящими большей частью на русском языке и живущими в столичных центрах или поблизости от них. Мы начнем с рассмотрения вопроса об уходе родителей за детьми младшего возраста.

Типы материнской заботы о ребенке

Здесь различия между американской и советской практикой явственно проступают в трех сферах.

Физические контакты. В Советском Союзе мать позволяет себе тесный физический контакт с грудным ребенком. Прежде всего в СССР настоятельно рекомендуется и повсеместно распространено кормление грудью. Когда же ребенка не кормят, его подолгу держат на руках; в этом проявляется, с одной стороны, материнская любовь, с другой — стремление несколько сдерживать инициативу младенца. Многие инструкции по уходу за ребенком, подготовленные Академией педагогических наук СССР, категорически протестуют против подобного обращения с детьми. Приведу следующую выдержку из книги «Родители и дети» [1]:

«Матери, которые все время, когда дети не спят, держат их на руках, тем самым приучают их к такому положению, и дети начинают кричать, как только их укладывают в кроватку… Такое положение вредно для ребенка, т. к. оно ведет к искривлению позвоночника».

И все же вопреки инструктивным указаниям советские малыши в сравнении с американскими получают от матери значительно больше поцелуев, ласк, нежных шлепков, хотя свобода их движений весьма ограничена.

Тревога за жизнь детей. В дальнейшем родители совместными усилиями продолжают сдерживать активность ребенка, дабы оградить его от неудобств, болезней и телесных повреждений. Каждая мать хлопочет о том, чтобы ребенку было тепло — сквозняки считаются особо вредными для его здоровья. Когда ребенок начинает ползать, а затем и ходить, у взрослых появляются дополнительные поводы для волнения — как бы он не ушибся или не добрался до «опасной зоны». Полагается, например, чтобы в парке дети гуляли рядом с сопровождающими их взрослыми. Когда мои дети — девяти и четырех лет — бегали в Москве по дорожкам городского парка, даже не исчезая из поля зрения, добрые граждане всех возрастов незамедлительно приводили их к нам, крепко держа за руку. При этом многие говорили нам, что мы слишком уж легкомысленно относимся к жизни своих детей.

«Перепоручение» материнских обязанностей. Случай, о котором я расскажу, демонстрирует еще одну особенность, свойственную советскому воспитанию, — готовность посторонних лиц принимать на себя роль матери. Эта черта характерна не только для родственников семьи, но и для людей совершенно посторонних. Нередко можно увидеть, как в переполненном общественном транспорте няни или родители сажают своего ребенка на колени незнакомому человеку, и все воспринимают это как должное. На улице прохожие запросто заводят знакомство с детьми, а дети (и, как ни странно, сопровождающие их взрослые) тут же принимаются называть этих посторонних людей «дядями» и «тетями».

Роль воспитателей охотно берут на себя не только старшие. Подростки обоих полов проявляют к маленьким детям живейший интерес и обращаются с ними до такой степени умело и ласково, что жителям Запада остается только удивляться. Вот что однажды с нами произошло на московской улице. Наш младший сын — ему тогда было четыре года — бойко шагал впереди нас, а навстречу двигалась компания подростков. Один из них, заметив Стиви, раскрыл объятия и, воскликнув: «Ай да малыш!» — поднял его на руки, прижал к себе, звучно расцеловал и передал другим; те совершили над ребенком точно такой же «обряд», а потом закружились в веселом детском танце, осыпая Стиви нежными словами и глядя на него с любовью. Подобное поведение американского подростка вызвало бы у его родителей беспокойство, и они наверняка бы обратились за советом к психиатру.

nice-books.ru

Бронфенбреннер, Ури — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Ури Бронфенбреннер (англ. Urie Bronfenbrenner; 29 апреля 1917(19170429), Москва, Россия, — 25 сентября 2005, Нью-Йорк, США) — американский психолог, специалист в области детской психологии, иностранный член Российской академии образования.

Научная деятельность

Под влиянием работ Льва Выготского и Курта Левина создал психологическую теорию экологических систем, согласно которой «психологическая экология» человека рассматривается как совокупность такий подсистем как микросистема семьи, мезосистема локальной среды общения и проживания, экзосистема крупных социальных организаций и макросистема, формируемая совокупностью культурных обычаев, ценностей и обычаев (система экологических подсистем часто изображается в виде четырех концентрических кругов). Инициатор разработки и внедрения в Соединенных Штатах общенациональной образовательной программы Хэд Старт (Head Start). Поддерживал тесные личные связи и продуктивные профессиональные контакты с советскими учеными [community.livejournal.com/psyhistorik/13361.html]. Автор книги «Два мира детства. Дети в США и СССР» (М.: Прогресс, 1976; оригинал: Two Worlds of Childhood: US and USSR. Penguin, 1975).

Публикации

Напишите отзыв о статье "Бронфенбреннер, Ури"

Отрывок, характеризующий Бронфенбреннер, Ури

Видно было, что юнкер этот уже не раз просился где нибудь сесть и везде получал отказы. Он просил нерешительным и жалким голосом.
– Прикажите посадить, ради Бога.
– Посадите, посадите, – сказал Тушин. – Подложи шинель, ты, дядя, – обратился он к своему любимому солдату. – А где офицер раненый?
– Сложили, кончился, – ответил кто то.
– Посадите. Садитесь, милый, садитесь. Подстели шинель, Антонов.
Юнкер был Ростов. Он держал одною рукой другую, был бледен, и нижняя челюсть тряслась от лихорадочной дрожи. Его посадили на Матвевну, на то самое орудие, с которого сложили мертвого офицера. На подложенной шинели была кровь, в которой запачкались рейтузы и руки Ростова.
– Что, вы ранены, голубчик? – сказал Тушин, подходя к орудию, на котором сидел Ростов.
– Нет, контужен.
– Отчего же кровь то на станине? – спросил Тушин.
– Это офицер, ваше благородие, окровянил, – отвечал солдат артиллерист, обтирая кровь рукавом шинели и как будто извиняясь за нечистоту, в которой находилось орудие.
Насилу, с помощью пехоты, вывезли орудия в гору, и достигши деревни Гунтерсдорф, остановились. Стало уже так темно, что в десяти шагах нельзя было различить мундиров солдат, и перестрелка стала стихать. Вдруг близко с правой стороны послышались опять крики и пальба. От выстрелов уже блестело в темноте. Это была последняя атака французов, на которую отвечали солдаты, засевшие в дома деревни. Опять всё бросилось из деревни, но орудия Тушина не могли двинуться, и артиллеристы, Тушин и юнкер, молча переглядывались, ожидая своей участи. Перестрелка стала стихать, и из боковой улицы высыпали оживленные говором солдаты.
– Цел, Петров? – спрашивал один.
– Задали, брат, жару. Теперь не сунутся, – говорил другой.
– Ничего не видать. Как они в своих то зажарили! Не видать; темь, братцы. Нет ли напиться?
Французы последний раз были отбиты. И опять, в совершенном мраке, орудия Тушина, как рамой окруженные гудевшею пехотой, двинулись куда то вперед.

wiki-org.ru

Бронфенбреннер, Ури - Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 7 сентября 2015; проверки требуют 4 правки. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 7 сентября 2015; проверки требуют 4 правки.

Ури Бронфенбреннер (англ. Urie Bronfenbrenner; 29 апреля 1917 (1917-04-29), Москва, Россия, — 25 сентября 2005, Нью-Йорк, США) — американский психолог, специалист в области детской психологии, иностранный член Российской академии образования.

Научная деятельность[ | ]

Под влиянием работ Льва Выготского и Курта Левина создал психологическую теорию экологических систем, согласно которой «психологическая экология» человека рассматривается как совокупность такий подсистем как микросистема семьи, мезосистема локальной среды общения и проживания, экзосистема крупных социальных организаций и макросистема, формируемая совокупностью культурных обычаев, ценностей и обычаев (система экологических подсистем часто изображается в виде четырех концентрических кругов). Инициатор разработки и внедрения в Соединенных Штатах общенациональной образовательной программы (Head Start). Поддерживал тесные личные связи и продуктивные профессиональные контакты с советскими учеными [1]. Автор книги «Два мира детства. Дети в США и СССР» (М.: Прогресс, 1976; оригинал: Two Worlds of Childhood: US and USSR. Penguin, 1975).

Публикации[ | ]

   Словари и энциклопедии

encyclopaedia.bid

Два мира детства: Дети в США и СССР.

Автор книги — известный американский психолог, профессор Корнелльского университета У. Бронфенбреннер — построил свое исследование на сопоставлении двух систем воспитания детей — в Советском Союзе и Соединенных Штатах Америки. Его книга представляет тем больший интерес, что она написана не только на материале советских и американских работ, но также на основе личных наблюдений автора. У. Бронфенбреннер неоднократно бывал в нашей стране, изучал воспитательную деятельность дошкольных учреждений, школ, дворцов пионеров и т. п.

Книга «Два мира детства. Дети в США и СССР» переведена на многие языки мира.

При подготовке перевода книги на русский язык автор внес в текст небольшие изменения и уточнений.

ОТ АВТОРА

Эта книга является результатом трех научных начинаний, предпринятых автором. Первое из них — «Сравнительные исследования в области воспитания детей» — осуществлялось в течение пяти лет при финансовой поддержке Национального научного фонда США. В ходе разработки этих исследований и были получены основные данные по интересовавшей меня проблеме. Однако не менее важное значение имело непосредственное ознакомление с методами воспитания в других странах, особенно в Советском Союзе. При этом я яснее увидел, какую большую роль играют и какими потенциальными возможностями обладают с точки зрения воздействия на поведение и развитие детей примеры для подражания, сверстники и детские группы. Ознакомление с опытом Советского Союза побудило меня обратить внимание на разрушительные тенденции в процессе социализации детей в американском обществе и принять участие в разработке программных мероприятий, которые могут противодействовать этим тенденциям. Таким образом, сопоставительные исследования послужили основой накопления фактов и развития идей, изложенных в этой книге.

Второе научное начинание было естественным продолжением первого. Его невозможно было бы реализовать без неоднократных посещений Советского Союза. Поездки в СССР помогли мне получить массу впечатлений, продумать и осуществить целый ряд наблюдений, интервью и экспериментов. Это в свою очередь дало возможность провести анализ советских методов воспитания и их результатов.

Впервые я посетил Советский Союз в 1960 г. в составе группы ученых, которым Американская ассоциация психологов поручила ознакомиться с советскими работами в области психологии. Вторая поездка состоялась в 1961 г., тогда я был членом официальной американской делегации по вопросам здравоохранения. Эти посещения открыли возможность наладить научный обмен между Корнелльским университетом и Институтом обшей и педагогической психологии Академии педагогических наук СССР в Москве. Затем уже в порядке научного обмена я совершил еще пять поездок в Советский Союз, которые позволили более систематизирование изучать интересовавшие меня вопросы. Все научные поездки субсидировались Национальным научным фондом, фондом имени Рассел Сейдж, а также Комитетом по изучению Советского Союза Корнелльского университета.

Я выражаю свою глубокую признательность за всестороннее сотрудничество и гостеприимство, оказанное мне Институтом общей и педагогической психологии и Академией педагогических наук СССР. Я особенно благодарен советским ученым — А. А. Смирнову, А. Н. Леонтьеву, А. В. Запорожцу, Г. С. Костюку, Л. И. Божович и всем сотрудникам лаборатории воспитания Института общей и педагогической психологии в Москве, в частности психологам Е. С. Махлак, Н. Ф. Прокиной, Е. И. Савонько, С. Г. Якобсон. Все эти специалисты, несмотря на занятость собственной научной работой, щедро делились со мной своими знаниями и оказывали всяческое содействие. Я искренне благодарен сотрудникам Академии педагогических наук СССР, которые потратили немало времени, отвечая на мои бесконечные вопросы. Сверх того, они принимали активное участие в организации наших многочисленных посещений детских садов, школ, пионерских дворцов и лагерей, а также других детских учреждений. Своим пониманием советских методов воспитания я во многом обязан терпению, педагогическому такту и мастерству ведущих советских ученых-педагогов. Я имею в ви­ду, в частности, В. Е. Гмурмана, М. Н. Колмакову, Л. И. Новикову, Б. Е. Ширвиндта и в особенности Э. Г. Костяшкина, 3. А. Малькову и Е. М. Соколова.

Третье научное начинание связано, скорее, с последствиями проведенных исследований. Полученные сравнительные данные привлекли общественное внимание к проблемам воспитания детей в Соединенных Штатах. Проблемы оказались настолько серьезными, что возникла необходимость проведения в жизнь программных мероприятий. Я принял участие в разработке проекта «Первый старт» в качестве члена комитета, осуществлявшего профессиональное руководство этой национальной программой. Две последние главы настоящей книги вначале фигурировали в виде доклада, подготовленного мною по просьбе комитета для конференции ученых и практиков, занимающихся разработкой программ педагогического вмешательства. Многие идеи доклада пришли с опытом работы в комитете. В связи с этим мне хочется выразить признательность своим американским коллегам, с которыми я обсуждал содержание второй части книги, за ценные замечания.

litresp.ru

Биография и книги автора Бронфенбреннер Ури

 
 

Бронфенбреннер Ури

ID: 68920
 

Об авторе

Бронфенбреннер Ури (29 апреля 1917 - 25 сентября 2005) - американский психолог, специалист в области детской психологии, иностранный член Российской академии образования.
Под влиянием работ Льва Выготского и Курта Левина создал психологическую теорию экологических систем, согласно которой "психологическая экология" человека рассматривается как совокупность такий подсистем как микросистема семьи, мезосистема локальной среды общения и проживания, экзосистема крупных социальных организаций и макросистема, формируемая совокупностью культурных обычаев, ценностей и обычаев (система экологических подсистем часто изображается в виде четырех концентрических кругов). Инициатор разработки и внедрения в Соединенных Штатах общенациональной образовательной программы Хэд Старт (Head Start). Поддерживал тесные личные связи и продуктивные профессиональные контакты с советскими учеными . Автор книги «Два мира детства. Дети в США и СССР» (М.: Прогресс, 1976; оригинал: Two Worlds of Childhood: US and USSR. Penguin, 1975).

Книги автора Бронфенбреннер Ури

Комментарии и оценки к книгам автора


Комментарий не найдено

Объявления

Где купить книги автора?



Нравится книга? Поделись с друзьями!



 

www.rulit.me

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о