Функция самовыражения это: Страница не найдена

Содержание

Самовыражение (самопрезентация) в социальных интернет-сетях как феномен киберсоциализации человека

Рожкова А.В.

Аннотация. В статье описан такой феномен, как самопрезентация в социальных сетях, характерный для интернет-пользователей, в частности, представителей «поколения Y». Именно они в настоящее время – самые активные пользователи социальных интернет-сетей, применяющие их в личных и профессиональных целях. Изучена сущность этого явления с точки зрения психологии, рассмотрены механизм и проблемы позиционирования и восприятия личности в Интернете.

Ключевые слова: самовыражение, личность, социальные интернет-сети, киберпространство, поколение Y, киберсоциализация.


Abstract. The article describes such phenomenon as the self-presentation in social networks, which is characteristic for the Internet users, in particular, the representatives of «Generation Y». They are currently the most active users of social networks, applying them for personal and professional achievement of purposes.

In the article the essence of this fact from the point of view of psychology is studied, the mechanism and problems of positioning and perception of the person on the Internet are considered.

Key words: self-expression, personality, social networks, cyberspace, Generation Y, cybersocialization.


В современном мире, в условиях активной киберсоциализации человека [6], интернет-технологии плотно вошли в нашу жизнь. Особую роль они играют в жизни и киберсоциализации современной молодежи, в частности поколения миллениалов, или поколения YGeneration Y»). Согласно теории поколений Н. Хоува и У. Штрауса, данное поколение – это люди, которые родились в период с 1983 по 2003 гг. Признанный психолог, профессор Пол Харви (Университет Нью-Гэмпшира), исследовал мировоззрение представителей поколения Y. П. Харви отмечал, что они «

имеют нереалистичные ожидания от жизни и необоснованно высокое мнение о себе», а также «болезненно сопротивляются критике». «Не прикладывая достаточно усилий, такие люди, тем не менее, продолжают ожидать от жизни серьезного вознаграждения, – писал Харви, – и продолжают разочаровываться» [цит. по 5].

Одним из феноменов киберсоциализации поколения Y является процесс самовыражения в социальных интернет-сетях. Миллениалы живут в мире, в котором: люди постоянно публикуют в Интернете информацию о себе; то, что они публикуют, часто не вполне соответствует действительности; чаще всего, пользователи социальных интернет-сетей делятся своими успехами и умалчивают о неудачах. По словам П. Харви: «если посмотреть на страницу в Фейсбуке типичной одноклассницы Люси, то там будут сплошные вечеринки, знакомства с известными людьми, заграничные поездки, подарки от поклонников и дорогие рестораны. И нигде не будет написано, что она на самом деле подрабатывает официанткой в клубе, занимает деньги у родителей, а эти розы купила себе сама»

[цит. по 5]. Это называется «конструирование имиджа», которое является важной частью жизни представителей данного поколения.

Миллениалы (millennials) или Поколение Y (другие названия: поколение Миллениума, поколение «некст», «сетевое» поколение, миллениты, эхо-бумеры) – поколение, родившееся в период 1983-2003 гг. [10], по другой версии – с 1984 по 2000 гг. [11], и встретившее новое тысячелетие в юном возрасте, характеризуется, прежде всего, глубокой вовлечённостью в цифровые технологии. В некоторых источниках поколение Y также называют Поколением большого пальца в связи с тем, что сотовый телефон в жизни большинства существовал практически всегда, и они могут очень быстро писать SMS и электронные сообщения.

Как у каждого поколения, у миллениалов есть свои особенности, отличающие их от других поколений.

Главными ценностями являются свобода, развлечения, результат любой деятельности (достигнута ли изначально поставленная цель). В систему ценностей также включены такие понятия как: ответственность, гражданский долг и мораль, но при этом специалисты отмечают их наивность и умение подчиняться, адаптироваться в любой ситуации. Такая система ценностей сложилась на фоне внешних событий, происходящих в период смены тысячелетий – в период их взросления внешняя среда менялась очень быстро [4]. Если для прежних поколений десятилетиями ничего не менялось (а для их предшественников – столетиями),

у поколения Y, кроме стремительных перемен, ничего не было. Это поколение, которое любит быть на виду, стремится к вниманию со стороны других и положительной оценке своих достижений. Особенности Y-поколения отражаются и на их требованиях и способностях в профессиональном плане. На первый план выходят: немедленное вознаграждение, стремление к свободе (свободному графику, самостоятельности в принятии оперативных решений), инновационный, творческий подход к задачам, желание получить «все и сразу», неверие в отдаленную перспективу, быстрая адаптивность к изменениям и мобильность [2].

Почти все представители поколения Y не приучены к самостоятельности, которая была присуща их родителям-иксам и дедушкам-бумерам. Они выросли уверенными в собственной ценности.

Еще один важный аспект для сетевого поколения – мода, бренды. Даже занятия спортом и здоровый образ жизни являются, скорее, модным течением, приносящим дополнительное внимание со стороны, а не результатом желания заботиться о своем здоровье. При этом основными проблемами, присущими поколению, являются наркомания, курение и алкоголизм, которые вошли в ряд проблем межгосударственного уровня.

Поколение «некст» больше всего похоже на Величайшее поколение (G.I. 1900-1923 гг.р.), представители которого также столкнулись с огромным количеством перемен и сменой эпох. На время их детства и взросления пришлись распад СССР, теракты, военные конфликты, бурное развитие коммуникаций, цифровых технологий, Интернета, мобильных телефонов. Скорости развития стали невероятно высокими.

Еще один важный аспект – глобализация, процесс интеграции различных культурных течений, стирание границ и нивелирование национальных различий, традиций.

Наступила эра публичности, власти СМИ – все вышли в мир телевидения и Интернета, мир высоких технологий.

Марсель Пруст писал, что «каждый человек является жителем неизвестной страны» [9]. Когда человек не закрыт социальными масками или привычным «будничным» выражением лица, когда он находится в так называемой нулевой точке – свободный от обстоятельств и ролей, тогда эту неизвестную страну можно увидеть в человеке. Эта неизвестная страна не отражается в социальных интернет-сетях, в Интернете. Максимум, она может выражаться в личных сообщениях с близкими людьми и друзьями, но в общедоступных постах человек почти всегда будет поверхностным. Если Вы хотите понять и узнать получше человека с помощью социальных сетей Интернета – необходимо очень постараться, чтобы понять, увидеть и собрать факты не о социальной маске, а о неизвестной стране человека, его истинной личности.

Мы видим вместо неизвестной страны известную страну – статусы, поверхностные комментарии, всевозможные видео и фотографии, часто не имеющие прямого отношения к пользователю. Происходит это из-за шаблонного построения социальных сетей и из-за разного отношения людей к своим профилям и страничкам в Интернете.

Социальная интернет-сеть – общественное пространство. В общественном пространстве любого формата – онлайн- или оффлайн-режима – существует ряд социальных масок, или фильтров. Наиболее сильный фильтр в социальной сети Интернета – фильтр иронии. Находясь наедине со своими мыслями, своим внутренним миром перед электронным сервисом, человек понимает, что его записи и проявления его личности могут увидеть большое количество людей. И чтобы не допускать в зону своей личности посторонние взгляды, не выглядеть слабым и откровенным, человек пропускает свои сообщения через этот фильтр иронии.

Ирония – мощное орудие в Интернете, которое является зеркалом для читателей. Рефлексируя над своей личностью, автор публикует запись, а читатель находит в написанном какие-то свои проявления.

Если представить это схематично, человек – это колодец (Рис. 1) [9], который имеет несколько слоев. По мере приближения к поверхности, плоды творчества личности проходят через различные фильтры и, соответственно, уменьшаются в размерах. Конечно, данная схема сильно упрощена, и не учитывает всех факторов, которые воздействуют на пользователя социальных интернет-сетей, но она дает повод задуматься и представить человека в проекции через средства выражения.

Как заметил русский философ Николай Бердяев, в каждом человеке есть секрет, и есть тайна. Тайна – это то, что нельзя раскрыть другим, это то, что манит к человеку, но человек сам всю жизнь раскрывает в себе эту тайну, познает себя. А секрет – это то, что можно разгадать, подобрав «ключик», это то, что можно даже искусственно создать для привлечения вниманию окружающих [9].

Рисунок 1. Схема проявления личности через средства выражения в Интернете ©

Рост информации в геометрической прогрессии и сокращение времени на восприятие этой информации, развитие так называемого клипового мышления, ведет к росту поверхностного восприятия смыслов, которые вкладываются пользователями в сообщения и интернет-публикации. Отсюда возникает искаженное, часто необоснованное, представление о других, которое не соответствует реальности и даже тем идеям, которые интернет-пользователь изначально вкладывал в свои публичные посты и записи. Это может, как понизить статус человека, его образ в глазах окружения, так и наоборот. В любом случае,

анализ поведения пользователей в социальных интернет-сетях наводит нас на мысль об огромной важности для личности в киберпространстве внимания со стороны.

В психологии есть понятие социального поглаживания, подробно рассмотренное Эриком Берном в своих работах [1]. Поглаживания – это определенного рода действия, при которых человек обращает свое внимание на другого человека, и, тем самым, дает сигнал о том, что признает его присутствие, какое-либо качество, поступок или же его самого как личность. Соответственно, оказавшийся во внимании испытывает при этом некие эмоции и чувства. Под поглаживанием понимают не обязательно физическое прикосновение. Поглаживание – это и одобряющие слова, и соответствующая мимика, жесты, и активное слушание, и движения в сторону собеседника – все то, что подчеркивает значимость человека.

Существует мнение, что поглаживания – это такая же потребность, как и другие первичные потребности личности (в пище, воде, тепле, безопасности, сне). Недостаток в поглаживаниях ведет к эмоциональной уязвимости, подавленному состоянию и подверженности манипуляциям. Если человеку недостаточно поглаживаний, он тратит огромное количество энергии на удовлетворение своего «голода» с помощью всевозможных компенсаторных стратегий: достижений в профессиональной области, сверхактивности или высокой конфликтности среди окружающих, и даже с помощью манипуляции другими.

По способу получения поглаживания бывают:

  • Безусловные – поглаживания, получаемые за то, что человек есть такой, какой он есть.
  • Условные – поглаживания, которые человек получает за то, что он что-то делает или не делает.

Условные поглаживания люди получают самыми разными способами, и в современном мире добавился еще один способ – социальные интернет-сети.

Лайк – самый простой способ осуществить и получить поглаживание в Интернете. Социальные интернет-сети учат тому, что любовь можно только заслужить (т.е. получить условное социальное поглаживание). Чтобы получить любовь (лайки), похвалу, одобрение или привлечь внимание других к своей персоне, надо обязательно что-нибудь сделать. Например, написать увлекательный пост, запостить (от англ. post – отправлять сообщение, записывать информацию) смешную картинку, расшарить (от англ. share – делиться) «горячую» новость, сменить аватарку, опубликовать новые интересные фотографии.

Когда пользователь постит, это демонстрирует, что он живой, что его можно любить и взаимодействовать с ним. С пользователями, которые находятся вне новостной ленты, взаимодействовать получается мало. Социальная интернет-сеть не позволяет ставить лайк человеку просто за то, что он есть. Это можно сделать только по отношению к какому-либо действию или качеству человека. Замечено, что люди, обладающие гармоничными отношениями в личной жизни, в семье, не нуждаются так остро в интернет-поглаживаниях, как люди, неудовлетворенные в своих реальных социальных контактах и поглаживаниях.

Возникает вопрос – почему люди ставят друг другу лайки? Какие роли лайки играют в интернет-общении [8]?

Ответ на вопрос может быть таким:

  • Лайк как невербальное общение. Это удобный способ заявить о себе, выразив свое присутствие в киберпространстве, не вступая в переписку и не требуя ответа, в отличие от комментария. Это хорошая экономия времени и энергии. Это возможность публично выразить свое согласие с мнением автора публикации, его точкой зрения на поднятую тему.
  • Тенденция к невербальному общению. Это некая виртуальная замена языку жестов в реальной жизни, часть нового языка интернет-коммуникации и киберкоммуникации.
  • Лайк как комплимент и способ обратить на себя внимание. Это удобный способ выразить свою симпатию человеку, часто – в случаях знакомства – работает схема «сначала лайк – потом сообщения».

Получается, что функции кнопки «like»:

  • социальное условное поглаживание;
  • невербальное общение;
  • выборка новостей для социальных сетей Интернета;
  • способ хранения полезной или интересной информации;
  • продвижение новостей внутри социальной интернет-сети.

Сама же кнопка «like» имеет смысл виртуального одобрения в сети, и с этой функцией она успешно справляется. Однако, это вызывает диссонанс в тех случаях, когда, с одной стороны, – нажатие кнопки подтверждает согласие, поддержку в адрес автора или самой записи, а, с другой, – вызывает противоречивые чувства, так как сам контент или посыл в записи может не вызывать симпатии и позитивных эмоций, и под этим не хочется оставлять свою пометку «мне нравится». Например, когда в сети распространяют информацию о больных детях с просьбой помочь и поддержать их или о потерянных домашних животных. Именно поэтому разработчики социальной интернет-сети Facebook некоторое время назад предлагали пользователям придумать аналог лайку для подобных ситуаций со смыслом «меня это волнует», «хочу помочь».

В социальной психологии есть такая идея, которую также озвучил в своей книге «Психология влияния» Роберт Чалдини, что если человек дал обещание что-то сделать, то с большей вероятностью он это сделает, чем в том случае, когда он обещание не давал. Потому что люди стараются быть последовательными в своих действиях и хотят таковыми казаться для себя и других [12, С. 163]. Так, на сайте «Афиша», посвященному культурным мероприятиям в городе, в анонсах событий внедрена кнопка «я пойду», являющаяся неким обязательством интернет-пользователя перед самим собой.

Этим фактом можно подтвердить мысль о том, что многие социальные феномены действительно находят отражение в киберпространстве.

Перед современным человеком стоит широкий выбор способов деятельности в Интернете: блоги, форумы, персональные сайты, социальные сети. С помощью них он реализует свои коммуникативные потребности в общении и самовыражении. Конечно, учитывая структуру и возможности социальных интернет-сетей, они являются главным инструментом самопрезентации. Каждая из сетей имеет ряд своих особенностей: целевая аудитория, преобладающий контент, рабочий интерфейс. Но все социальные интернет-сети являются многофункциональными гипертекстовыми веб-страницами, позволяющими представлять данные о себе, создавать и просматривать списки друзей; они включают в свой функционал синхронную и асинхронную коммуникацию (персональную и групповую), возможность самовыражения, доступ к информации разного характера [7]. Гипертекст страниц в социальных сетях Интернета предназначен для успешной реализации задачи личностного выражения: фото пользователя, имя профиля, статус, блок-анкета, стена или поле для комментариев других пользователей, фото-, видео-, аудио-альбомы и другое. Их взаимное соотношение и расположение зависит от главной направленности сети. Это наглядно видно на примере самых популярных в нашей стране сетей: ВКонтакте, Instagram, Одноклассники, Facebook, Twitter, даже заблокированной на территории России LinkedIn.

Общей тенденцией поведения пользователей в социальных интернет-сетях является стремление показать себя с лучшей стороны, акцентировать внимание на своих лучших чертах и качествах, предстать в выгодном свете, продемонстрировать наличие некоторых «статусных» материальных и нематериальных благ. Это осуществляется как с помощью заполнения своего профиля в сети, так и в создании тематических групп и страниц, участии в публичных обсуждениях, осуществлении репостов и оставлении комментариев и лайков. Конечно, это распространяется не на всех интернет-пользователей, а только на тех, кто преследует цель заявить о себе.

Несколько лет назад, когда в России только набирала популярность сеть ВКонтакте, наиболее популярной функциональной единицей гипертекста являлся блок «статус» (что сопоставимо с твитами в Твиттере). Этот информационный блок предназначен для текстового сообщения, имплицитно предоставляющего информацию об авторе, его мнениях, взглядах.

Наиболее часто встречающимися тактиками проявления личностной мотивации к самопрезентации в статусах социальных интернет-сетей являются:

  • обращение к интернет-собеседникам и подписчикам, которое может иметь как нейтральный оттенок, так и призыв, а порой и вызов к решительных действиям;
  • описание своего настроения или внутреннего состояния;
  • размышления о жизни, любви, смысле жизни и т.д.;
  • использование цитат известных людей;
  • размещение интернет-ссылок на интересные веб-сайты или свой аккаунт в другой сети Интернета [7].

В последнее же время, с появлением Инстаграма, активным развитием фототехники и функций фотоаппарата в гаджетах, а также же с развитием клипового мышления (когда главная информация воспринимается через изображения и короткий текст) пользуется популярностью такой тип гипертекста, как фотографии. Они являются ярким и действенным инструментом демонстрации себя, своей деятельности, творчества, способом самопрезентации.

Таким образом, большая интегрированность социальных интернет-сетей в жизнь современного человека упрощает и расширяет каналы связи человека с внешним миром, дает дополнительную возможность заявить о себе. Вместе с этим, социальные интернет-сети могут быть полезны как для HR-специалистов, психологов, так и для других работников сферы «человек-человек», где важно понимать потенциального нового кандидата, клиента или партнера. Ни для кого не секрет, что HR-менеджеры многих крупных компаний, прежде чем пригласить на собеседование или взять на работу кандидата – просматривают его профили в социальных интернет-сетях. Конечно, они не могут дать полной и достоверной информации, но что-то, о чем не упомянул кандидат, узнать можно. Но тут возникает проблема достоверности той информации, которую пользователь публикует – можно ли ей доверять, и насколько верные выводы можно сделать.

Сам феномен самовыражения в социальных сетях является достаточно противоречивым. С одной стороны – это ещё одна грань жизни современного человека, который в связи с быстрым темпом жизни «замещает» или «дополняет» живое общение, позволяет демонстрировать свои достижения, мысли и заявлять о себе миру; а, с другой, – может загонять человека «в рамки», сделать заложником социальных интернет-сетей, сильно влиять на самооценку и самочувствие человека, а также влиять на реальные, невиртуальные отношения с другими людьми.

Интересно как происходит внедрение Интернета и социальных сетей в жизнь следующего после Y-поколения – поколения Z (или «цифрового поколения»), которое уже родилось в век информационных технологий и с младенческих лет держат в руках гаджеты. «Это дети и подростки, социализация которых проходит в условиях широкого распространения цифровых технологий в сфере обыденной жизни, образования и профессиональной деятельности» [3, С. 30]. Эта мысль ведет к переосмыслению не только роли Интернета и, в частности, его социальных сетей в становлении и реализации личности, но и к переосмыслению всего процесса воспитания и образования. Вопросы киберсоциализации детей, включение высоких технологий в процесс образования, анализ влияния на развитие личности требуют внимания специалистов. Поэтому и рассмотренный феномен самопрезентации человека в киберпространстве будет также актуален для дальнейших исследований интернет-аналитиками, психологами, социологами в ближайшем будущем.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. – М.: Эксмо, 2015. – 1224 с.
  2. Бражников П.П. Теория поколений в кадровой политике и ее связь с конкуренцией работодателей на рынке труда // Тренды и управление. – 2016. – Июль (т. 14, № 2). – С. 194-201.
  3. Вербицкий А.А. Проблемы образования «цифрового поколения». // Научные труды участников IV Международной научно-практической конференции: Психолого-педагогическое сопровождение образовательного процесса: проблемы, перспективы, технологии. – 2015. – С. 26-33.
  4. Никонов Е., Шамис Е. Самое дорогое. Что стоит знать о ценностях поколений. [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://t.co/XvNh26JaEU
  5. О чем плачут 25-летние? [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.cluber.com.ua/lifestyle/psihologiya-lifestyle/2015/03/o-chem-plachut-25-letnie
  6. Плешаков В.А. Киберсоциализация человека: от homo Sapiens’a до Homo Cyberus’a: Монография. – М.: МПГУ, «Прометей», 2012. – 212 с.
  7. Сидорова И.Г. Способы позиционирования интернет-личности в социальной сети // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Сер.: Филол. науки. – 2013. – № 9 (84). – С. 29-33.
  8. Соловьев Д. Потребности и поведение людей в социальных сетях. Теория «лайков». [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.cossa.ru/234/13291
  9. Соловьев Д. Самовыражение в социальных сетях и новый формат истории. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.cossa.ru/234/14115
  10. Теория поколений. [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://t.co/Ulc5btqrV5
  11. Формула менеджмента. Практическое пособие начинающего руководителя / Тимур Дергунов. – М.: Манн, Иванов и Фербер, 2015. 224 с.
  12. Чалдини Р. Психология влияния. Как научиться убеждать и добиваться успеха. / пер. с англ. О.С. Епимахова. – М.: Эксмо, 2014. – 648 с.

 

Рожкова А.В.  Самовыражение (самопрезентация) в социальных интернет-сетях как феномен киберсоциализации человека / А.В. Рожкова // Электронный научно-публицистический журнал «Homo Cyberus». — 2017. — №2(3). [Электронный ресурс] — Режим доступа:http://journal.homocyberus.ru/Samovyrazhenie_v_socialnyh_internet-setjah…, свободный. — Загл. с экрана.

Встречайте обновления! Исчезающие чернила, InformaCast, новые реакции в конференции и руководители в Zoom Chat

Janelle Raney

20 апреля, 20213 минут на чтение

Наша миссия состоит в том, чтобы дарить счастье, и предоставление функций, в которых нуждаются наши клиенты, — ее основа. Последний пакет обновлений нашей платформы открывает потрясающие возможности для самовыражения, взаимодействия и более эффективного управления коммуникацией. 

К этим обновлениям относятся усовершенствованные комментарии на экране в Zoom Meetings и Zoom Video Webinars, новые аппаратные средства для Zoom Rooms, расширенные возможности управления в Zoom Chat и оптимизированное средство массовой коммуникации для Zoom Phone.

Посетите нашу страницу поддержки, чтобы ознакомиться со всеми примечаниями к версии, и нажмите Follow (Подписаться) справа, чтобы узнавать о последних обновлениях продукции. Ниже вы найдете сводную информацию по обновлениям на этот месяц.

Zoom Meetings 

Комментарии исчезающими чернилами

Пишите и рисуйте на демонстрируемом экране без необходимости отменять или стирать то, что вы добавили. Исчезающие чернила позволяют оставлять текст и пометки, которые со временем пропадают с экрана, так что теперь вы можете привлекать внимание присутствующих к комментариям, не тратя время на то, чтобы отменять или стирать их. Эта функция доступна и для Zoom Video Webinars. 

Автофигуры на доске сообщений в мобильном приложении Zoom

Создавайте на доске сообщений ровные линии и идеальные фигуры, используя мобильное приложение Zoom на планшете: это возможно благодаря функции автофигур, которая автоматически корректирует ваши комментарии и придает им нужное начертание. Это ценный инструмент, который пригодится организациям при обмене через доску сообщений в реальном времени на собраниях коллектива, обучающих конференциях и вебинарах с клиентами/покупателями. 

Больше эмодзи для реакций в конференции

У участников конференций стало больше способов самовыражения! В нашей последней версии расширился набор эмодзи для реакций и появилась возможность выбирать тон кожи эмодзи. В крупных учетных записях параметр выбора эмодзи должен быть активирован их администраторами или владельцами. Когда функция реакций в конференции включена, владельцы и администраторы учетных записей могут разрешать участникам конференций использовать полный набор эмодзи или только стандартный набор из 6 эмодзи.  

Zoom Rooms

Portal TV от Facebook
Теперь устройство Portal TV от Facebook поддерживает Zoom. Используйте самый большой экран, который есть у вас дома, чтобы связываться через Zoom с коллегами, родными и близкими. 

Zoom Chat

Указывайте руководителя в профиле пользователя 

Теперь администраторы и владельцы учетных записей Zoom могут добавлять руководителей пользователей, чтобы они отображались в профилях Zoom сотрудников их организаций. Это можно делать вручную. Кроме того, добавление руководителя в профиль сотрудника может осуществляться автоматически через СЕВ с привязкой SAML. Клиентам, которых интересует эта возможность, необходимо обратиться за помощью в службу поддержки Zoom или к своему менеджеру по развитию клиентов (CSM).  

Zoom Phone

InformaCast 

Пользователи Zoom Phone теперь могут активировать и получать массовые уведомления через InformaCast от Singlewire Software, чтобы быть в курсе критических ситуаций, способных отразиться на их благополучии. Это позволяет организациям мгновенно выпускать оповещения о происшествиях для защиты людей, работающих на их территории. 

Идите в ногу со временем

Чтобы пользоваться новейшими функциями платформы Zoom, загрузите последний клиент через страницу zoom.us/download. Если вы хотите узнать подробности об этих функциях и их настройке, посетите нашу страницу поддержки.

Не забудьте поделиться этой публикацией

Мотивация и личность. Глава 10. Экспрессивный компонент поведения — Гуманитарный портал

Преодоление и экспрессия

Преодоление (субъективная компонента функционального поведения) всегда детерминировано тем или иным позывом, потребностью, целью, намерением или функцией, оно всегда имеет назначение. Человек идёт на почту, чтобы отправить письмо, заходит в магазин, чтобы купить себе еды, мастерит полку, чтобы поставить на неё книги, или выполняет работу, за которую получает деньги. В самом понятии «преодоление» (coping) (296) уже заложена попытка решения некой проблемы или, по меньшей мере, столкновение с некой проблемой.

«Преодоление» — не самодостаточное понятие, оно всегда отсылает нас к чему-то, что лежит за его пределами, и это может быть текущая или базовая потребность организма, средство или цель поведения, целенаправленное поведение или поведение, индуцированное фрустрацией.

Экспрессивное поведение или то, что подразумевают под этим термином психологи, как правило, немотивировано, хотя, разумеется, обязательно чем-то детерминировано. (Спешу напомнить, что экспрессивное поведение имеет множество детерминант, поиск базового удовлетворения не служит для него единственно возможной причиной.) Экспрессивное поведение — это своего рода зеркало, оно отражает, обозначает или выражает некое состояние организма. Более того, экспрессивное поведение, как правило, становится частью этого состояния, например, глупыми выходками идиота; улыбкой и бодрой, пружинистой походкой здорового человека; приветливым выражением лица добряка; красотой красивой женщины; тяжело опущенными плечами, пониженным тонусом и унылой миной подавленного человека; почерком, походкой, жестикуляцией, улыбкой, манерой танца. Все эти внешние экспрессивные проявления не имеют под собой никакой цели, никакого намерения. Они ни на что не направлены. Они не служат удовлетворению ни одной из базовых потребностей. 29 Они эпифеноменальны.

Всё, что мы говорили до сих пор, просто и очевидно. Но стоит двинуться дальше, и мы тут же сталкиваемся с одной на первый взгляд парадоксальной проблемой. Я имею в виду проблему мотивированного самовыражения, суть которой состоит в том, что умный, образованный человек может научиться честности, грациозности, доброте и даже искренности, и они станут истинной экспрессивной составляющей его поведения. Люди, подвергшиеся психоанализу, и люди, обретшие высший мотивационный смысл жизни, поймут, о чём я веду речь.

Для этих людей проблема самовыражения, пожалуй, — единственная базовая проблема. Самоприятие и спонтанность не требуют от них особых усилий — например, любой здоровый ребёнок живёт в ладу с собой и совершенно естествен в своём поведении, ему не нужно прилагать для этого особых усилий. Но если человек постоянно задаёт себе вопросы: «Кто я такой?», «Как мне стать лучше?», то очевидно, что самовыражение для него становится мучительно трудной задачей, а зачастую даже недостижимой целью. То же самое можно сказать о невротиках, даже о бывших невротиках.

И в самом деле, самовыражение практически невозможно для невротика, у которого нет чувства собственного Я, который постоянно ощущает себя актёром, вынужденным выбирать роль из некого навязанного ему репертуара ролей.

Хочу привести два примера — один простой, другой посложнее — для того, чтобы продемонстрировать те (внешние) противоречия, которые несёт в себе концепция мотивированной, преднамеренной спонтанности, концепция, так сказать, «расслабленности с напряжёнными мышцами», или, если угодно, концепция даосской уступчивости. Если человек хочет хорошо танцевать, то он должен быть спонтанен, свободен в своих движениях, он должен слушать, куда влечёт его музыка, должен улавливать неосознанные желания своего партнёра. Хороший танцор позволяет себе стать инструментом, он всецело отдаётся во власть музыки, которая движет и управляет им. У него нет собственной воли, нет собственных желаний, он некритичен к себе. Он пассивен — пассивен в самом истинном и в самом полезном смысле этого слова — даже если он танцует до полного изнеможения. Именно эта пассивная спонтанность, это неволение, лежит в основе множества различных способов получения удовольствия, например, удовольствие оказаться в руках мастера — массажиста или парикмахера, удовольствие, которое мы получаем от ласк, удовольствие подчиниться ребёнку, позволить ему тормошить и мучить вас. Но очень немногие люди способны быть такими же пассивными в танце. Очень многие неумелые танцоры стараются совершать «нужные» движения, напряжённо вслушиваются в ритм музыки, постоянно контролируют себя, боятся сбиться с ритма, сделать неверное движение и, как правило, не добиваются желанного результата. Сторонний наблюдатель всё равно поймёт, что перед ним плохой танцор, да и сами они, как правило, считают себя таковыми, ибо танец не приносит им удовольствия. Только самозабвенная самоотдача, только отказ от самоконтроля, преодоление старания, спонтанность могут стать источником истинного, наслаждения.

Можно не ходить в танцевальную школу и стать хорошим танцором. Но это не опровергает значения обучения. Однако обучение танцу — это особый вид обучения, это старание не стараться, это обучение спонтанности, добровольному самоотказу, неволению, естественности, даосской пассивности. Многим людям приходится «учиться» этому, приходится преодолевать внутренние запреты, гордыню, стремление к постоянному самоосознанию и самоконтролю. («Когда ты освободишься от внешнего, от желаний и борьбы, ты будешь движим своим собственным позывом и даже не будешь знать об этом». — Лао-цзы.)

Ещё более трудные вопросы возникают, когда мы берёмся рассуждать о природе самоактуализации. О людях, живущих на высших уровнях мотивации, можно сказать, что их поведение и поступки чрезвычайно спонтанны, они открыты, простодушны, естественны и потому выразительны (можно следом за Асрани назвать это «состоянием лёгкости»). Более того, их мотивация в корне отлична от мотивации обычных людей, их потребности настолько далеко ушли от мотивов безопасности, любви или уважения, что им следует придумать иное название. (Для описания потребностей и мотивов самоактуализирующихся людей я предложил понятия «метапотребности» и «метамотивы».)

Если свойственное человеку желание любви мы называем потребностью, то стремление к самоактуализации следует обозначить каким-то иным понятием, ибо оно имеет слишком много характеристик, отличающих его от потребностей нижележащих уровней. Одна из самых существенных особенностей самоактуализации, представляющая наибольший интерес в контексте нашего обсуждения, состоит в том, что безопасность, любовь, уважение — это внешние для организма феномены, их нет в самом организме, и потому организм испытывает в них нужду. В основе, самоактуализации мы не найдём нехватки, дефицита, и потому её нельзя отнести к разряду нужд. Самоактуализацию нельзя отнести к разряду внешних по отношению к организму феноменов, она необходима организму, но не так, как вода необходима дереву.

Самоактуализация — это внутренний рост организма, это развитие тенденций, заложенных в нём, или, если говорить точнее, самоосуществление организма. Так же как дерево нуждается в воде, солнце и питании, точно так же человек нуждается в безопасности, любви и уважении, и он получает их из окружающей его действительности, из окружающей среды.

Именно с этой точки начинается развитие, или отдельное бытие. Любому дереву нужен солнечный свет и любому человеку нужна любовь, однако, удовлетворив эти элементарные потребности, каждое дерево и каждый человек развивается по-своему, в своей собственной манере, не похожей на способы развития других деревьев и других людей, используя эти универсальные удовлетворители для своих индивидуальных, уникальных целей. Одним словом, с этого момента организм развивается изнутри, он обретает независимость от внешних факторов. Парадоксально, но высшим мотивом человеческого поведения служит бегство от мотива, от функции, то есть чистое самовыражение. Или, скажем иначе, самоактуализация мотивирована потребностью в росте, а не потребностью в восполнении или устранении некоего дефицита. Это — «вторичная наивность», невинность мудрости, «состояние лёгкости» (295, 314.315).

Человек может продвигаться в направлении самоактуализации, преодолевая менее «высокие», но более насущные проблемы, то есть он может сознательно и намеренно стремиться к спонтанности. Таким образом, на высших уровнях человеческого развития дихотомия между преодолением и экспрессией, между функциональным и экспрессивным компонентами поведения стирается, преодолевается, и именно человеческое старание становится дорогой к самоактуализации.

Внутренние и внешние детерминанты

Характерной чертой функционального поведения есть то, что оно в большей степени, чем экспрессивное поведение, определяется внешними детерминантами. Преодоление, как правило, представляет собой функциональную реакцию на некую критическую или проблемную ситуацию или на некую потребность, удовлетворение которой обеспечивается физической и/или культурной средой. В конечном итоге функциональное поведение, как мы уже видели, представляет собой попытку устранения внутреннего дефицита при помощи внешних удовлетворителей.

В отличие от функционального поведения, основные детерминанты экспрессивного поведения находятся в характере человека (см. ниже). Если функциональное поведение можно охарактеризовать как взаимодействие характера с непсихической реальностью, в результате которого происходит их взаимное приспособление, то экспрессивное поведение следует рассматривать как эпифеномен характера, как побочный его продукт. Таким образом, если первый тип поведения подчиняется и законам физического мира, и закономерностям характерологической структуры индивидуума, то второй — преимущественно законам психологической, или характерологической реальности. Наглядной иллюстрацией этому тезису может стать искусство «ангажированное» и «свободное», «продажное» и «непродажное».

Из вышесказанного можно сделать несколько выводов.

  1. Если мы хотим исследовать характер человека, то мы должны обратить внимание на его экспрессивное поведение. Достаточно обширный опыт использования проективных (или экспрессивных) тестов подтверждает этот вывод.
  2. Возвращаясь к извечному спору о том, что такое психология человека и с какой стороны за неё браться, мы можем смело заявить, что приспособительное, целенаправленное, мотивированное, инструментальное поведение — не единственный психологический феномен, требующий исследования.
  3. Вычленение из общего континуума поведения функционального и экспрессивного компонентов имеет некоторое отношение к проблеме взаимоотношения психологии с другими науками.

Нельзя отрицать того факта, что изучение физического мира полезно с точки зрения лучшего понимания функционального поведения, но оно вряд ли прольет свет на природу экспрессивного поведения. Этот тип поведения, по-видимому, имеет сугубо психологическую природу, подчиняется своим собственным правилам и законам, и поэтому его следует изучать непосредственно, то есть при помощи психологических методов, остерегаясь использования методов других естественных наук.

Связь с научением

Функциональное поведение в своих чистых проявлениях, как правило, выступает продуктом научения, тогда как чисто экспрессивное поведение обычно не связано с научением. Нет нужды обучать человека чувству беспомощности, тому, как выглядеть здоровым или казаться глупым, как проявлять свой гнев или удивление. Но для того, чтобы ездить на велосипеде, мастерить книжные полки или зашнуровывать ботинки, человеку нужно поучиться, нужно овладеть определёнными навыками и приёмами. Различие между функциональным и экспрессивным поведением можно проиллюстрировать, если провести аналогию с психологическими методиками — например, с тестами достижений, с одной стороны, и тестом Роршаха, с другой.

Функциональное поведение нуждается в подкреплении, человек прекратит свои действия, если увидит, что они не достигают желанного результата, тогда как экспрессивное поведение, как правило, не требует подкрепления или вознаграждения, не зависит от удовлетворения потребности.

Возможность контроля

Обусловленность функционального поведения внешними факторами, а экспрессивного — внутренними — проявляется также и в том, насколько подконтрольно поведение, насколько успешно справляются с этой задачей сознательные и бессознательные механизмы (сдерживание, подавление, вытеснение). Экспрессивное поведение всегда спонтанно, оно почти не поддаётся контролю, его трудно скрыть, изменить, подделать, подавить. (Уже в самих понятиях «контроль» и «экспрессия» заложено противопоставление.) То же самое можно сказать и про мотивированное самовыражение, о котором мы говорили выше.

Даже несмотря на то, что такого рода самовыражение человек обретает в процессе обучения, постепенно освобождаясь от внутренних запретов, его спонтанность и свобода истинны, реальны и потому так же неподконтрольны, как естественные источники экспрессивного поведения.

Эмоциональные реакции, почерк, манера танцевать, петь, говорить — всё это примеры экспрессивных реакций, которые, если и попадают под контроль сознания, то лишь на весьма короткое время. Человек не властен над своей экспрессией, критическое отношение к ней не может быть длительным — рано или поздно либо в силу усталости, либо из-за отвлечения внимания, либо по каким-то иным причинам контроль ослабнет, и верх снова возьмут глубинные, бессознательные, автоматические, характерологические детерминанты [6. Экспрессивное поведение нельзя назвать произвольным в полном смысле этого слова. Экспрессия отличается от преодоления ещё и тем, что она не требует от человека усилий. Функциональное поведение всегда сопряжено с некоторой долей напряжения, усилия. (Опять же оговорюсь, что творчество — это особый случай.)

Хочу заранее предостеречь от одной ошибки. Вас может одолеть искушение счесть спонтанность и экспрессивность заведомо полезными для организма характеристиками, а самоконтроль — напротив, заведомо вредоносным. Но это не так. Конечно, в большинстве случаев субъективное переживание спонтанности приносит человеку удовольствие, хотя бы потому, что предполагает заведомо большую раскованность, искренность, лёгкость, чем старания контролировать своё поведение, и в этом смысле спонтанность полезна как для здоровья организма, так и для оздоровления взаимоотношений с другими людьми, о чём говорит, например, Джурард (217). Однако можно посмотреть на самоконтроль с иной точки зрения. Если мы представим его в образе сдержанности, то вряд ли сможем отрицать, что некоторые аспекты сдержанности вполне благоприятны и даже полезны для человека, не говоря уже о том, что иногда для успешного взаимодействия с внешним миром человеку просто необходимо контролировать себя. Контроль не обязательно означает фрустрацию или отказ от удовольствий. Те способы самоконтроля, которые я называю «аполлоническими» вовсе не ставят под сомнение необходимость удовлетворения базовых потребностей; наоборот, они направлены на то, чтобы человек получил ещё большее удовлетворение. К таким способам контроля я отношу отложенное удовлетворение (например, в половых отношениях), грациозность (в танце или в плавании), эстетизацию (например, в еде), стилизацию (например, в поэзии), соблюдение церемониала, сакрализацию и другие, которые позволяют человеку не просто делать что-то, а делать это хорошо.

Считаю нужным ещё раз напомнить, что в здоровой личности гармонично сосуществуют обе эти тенденции. Здоровый человек не только спонтанен. Он спонтанен и экспрессивен тогда, когда хочет быть спонтанным и экспрессивным. Он способен расслабиться, отказаться от самоконтроля, способен, что называется, расстегнуть пиджак, когда находит это уместным.

Но он умеет также контролировать себя, может отложить удовольствие на потом, он вежлив, он старается не обижать людей, умеет промолчать и умеет держать себя в руках. Он воплощает в себе и дионисийство, и аполлонизм, он способен быть стоиком и эпикурейцем, экспрессивным и функциональным, сдержанным и раскованным, искренним и отстранённым, веселым и деловитым, он живёт настоящим, но умеет думать о будущем.

Здоровый, самоактуализирующийся человек поистине универсален; в отличие от среднестатистического человека он осуществляет гораздо большую часть возможностей, заложенных в человеческой природе. Его арсенал реакций гораздо шире, чем у обычного человека, и он движется в направлении к абсолютной человечности, то есть к полному раскрытию своего человеческого потенциала.

Воздействие на среду

Функциональное поведение по своей природе — не что иное, как попытка изменить окружающий мир, и эта попытка, как правило, оказывается более или менее успешной.

Экспрессивное поведение напротив, как правило, не стремится вызвать изменения окружающей среды, а если и приводит к таковым, то непреднамеренно.

Рассмотрим такой пример. Некий человек — предположим, коммерсант, — хочет продать свой товар и вступает в разговор с потенциальным покупателем. Ясно, что в этой ситуации продавец сознательно направляет беседу в нужное ему русло, приводит различные аргументы, чтобы заставить собеседника приобрести у него товар. Однако манера общения нашего коммерсанта неприятна, он слишком навязчив (или недружелюбен, или высокомерен), и это вызывает у его собеседника желание поскорее отделаться от него. На этом примере мы видим, что экспрессивные аспекты поведения могут определённым образом воздействовать на ситуацию, однако нужно отметить, что наш коммерсант вовсе не стремился к столь нежеланным для себя эффектам, он не старался быть навязчивым или высокомерным и, скорее всего, так и не понял, что произвёл на своего собеседника плохое впечатление. Отсюда мы можем заключить, что даже если экспрессивное поведение воздействует на внешнюю действительность, то воздействие это имеет немотивированный, непреднамеренный, эпифеноменальный характер.

Средства и цели

Преодоление, или функциональное поведение, всегда носит инструментальный характер, всегда служит средством достижения некой цели. И наоборот — всякое целенаправленное поведение (за исключением тех случаев, когда человек сознательно, добровольно отказывается от преодоления) следует считать функциональным.

Различные формы экспрессивного поведения либо не имеют никакого отношения к средствам и целям (например, почерк), либо сами по себе служат целью (например, пение, танец, игра на фортепьяно и тому подобное). 30

Подробнее мы остановимся на этом вопросе в главе 14.

Поведение и сознание

Акты чистой экспрессии не осознаются человеком или осознается только частично. Обычно человек не отдаёт себе отчёта в том, как он ходит, как стоит, как улыбается и как смеётся. Мы обращаем внимание на эти вещи только тогда, когда разглядываем фотографии, просматриваем домашние видеозаписи, или же когда кто-нибудь поправляет или передразнивает нас. Но это скорее исключения, нежели правило. Осознанные акты экспрессии, такие как выбор одежды, прически, мебели, следует рассматривать как примеры смешанного поведения, в котором присутствует изрядный элемент функциональности. Функциональное поведение, как правило, осознается полностью, хотя иногда, в крайне редких случаях может иметь неосознанный характер.

Самоосвобождение и катарсис. Незавершённые акты. Синдром разведчика

Есть особый тип поведения, в котором объединяются экспрессивная природа и функциональный смысл. Несмотря на свою экспрессивность, оно исполняет определённые функции, а порой становится сознательным выбором организма. Я говорю о тех поведенческих актах, которые Леви называл актами освобождения. Примеры, которыми проиллюстрировал этот тип поведения сам Леви (271), кажутся мне несколько технократичными, поэтому позволю себе привести более подходящий, на мой взгляд, пример. Мне кажется, что наиболее полным образом этот тип поведения обнаруживается в ругательствах, непроизвольно слетающих с уст человека, или в ситуациях, когда человек, оставшись наедине с собой, даёт волю своему гневу и ярости. Всякое ругательство, несомненно, экспрессивно, поскольку выражает состояние организма. Это не функциональный акт, потому что он не имеет своей целью удовлетворение базовой потребности.

Он приносит человеку удовлетворение, но удовлетворение особого рода. Такие поведенческие акты вызывают изменения в состоянии организма, но изменения эти носят эпифеноменальный характер, выступают как побочный продукт поведения.

Мне думается, что подобного рода акты освобождения можно определить как поведение, способствующее устранению внутреннего дискомфорта в организме, снятию внутреннего напряжения. Такое поведение 1) позволяет завершить незавершённый акт; 2) снимает накопившуюся враждебность, тревогу, возбуждение, радость, восторг, экстаз и другие аффекты, перенапрягающие ресурсы организма, позволяет им выплеснуться в экспрессивно-двигательном акте, а также 3) есть одной из форм «чистой» активности, активности ради активности, в которой не может себе отказать ни один здоровый организм. То же самое можно сказать о самораскрытии (217).

Вполне возможно, что катарсис как форма психотерапии, о которой говорили Брейер и Фрейд, в сущности есть лишь несколько более сложным вариантом вышеописанного поведения.

Катарсис также можно определить как полное (и в известном смысле несущее удовлетворение) высвобождение сдержанного, незавершённого акта, как поток воды, спущенной из запруды.

Наверное, любое признание, любую форму самообнажения можно рассматривать как акт освобождения. Быть может, даже столь специфический феномен как психоаналитический инсайт подпадает под это определение; если бы мы достаточно хорошо изучили этот феномен, то, вероятно, с полным правом рассматривали бы его как акт освобождения или акт завершения.

Не следует путать вышеописанный тип поведения, который берёт своё начало из стремления к завершению незавершённого акта или серии актов, с персеверативным поведением, которое представляет собой исключительно функциональную реакцию организма на возникшую угрозу. Персеверативное поведение детерминировано угрозой базовым, парциальным и/или невротическим потребностям, и потому его следует рассматривать в рамках теории мотивации, тогда как представленный здесь тип поведения скорее должен быть отнесён к разряду идеомоторных феноменов, которые, в свою очередь, тесно связаны с такими нейрофизиологическими переменными, как уровень сахара в крови, количество выделяемого адреналина, возбудимость вегетативной нервной системы и рефлексы. То есть для того, чтобы понять, почему пятилетний ребёнок получает такое удовольствие, прыгая на пружинном матраце, нет нужды исследовать его мотивационную жизнь, достаточно просто вспомнить, что существуют такие физиологические состояния, которые требуют моторного выражения. Когда человек не имеет возможности выразить себя, когда он вынужден скрывать свою истинную природу, когда он не может быть самим собой, он чувствует примерно такое же напряжение, как разведчик в тылу врага.

Естественность, искренность, безыскусность гораздо менее утомительны, чем притворство и фальшь.

Репетиционный синдром; настойчивое и безуспешное преодоление; «обезвреживание» проблемы

Повторяющиеся ночные кошмары невротика, еженощные пробуждения пугливого ребёнка (или взрослого человека), неспособность ребёнка отвлечься от своих страхов, тики, ритуалы и прочие символические акты, диссоциативные акты, невротические «выплески» — всё это проявления репетиционного синдрома (от лат. repetitio — повторение), о котором я считаю нужным порассуждать особо. 31

О важности данного феномена говорит хотя бы тот факт, что Фрейд, когда столкнулся с ним, вынужден был внести коррективы в некоторые из базовых положений своей теории.

После него к этой проблематике обращались такие исследователи, как Фенихель (129), Куби (245), Касании (223), их соображения могут помочь нам понять природу данного феномена. По мнению этих авторов, поведенческие акты репетиционного круга можно рассматривать как настойчивые потуги — иногда успешные, но чаще тщетные — разрешить практически неразрешимую проблему. В качестве примера, хорошо иллюстрирующего этот тезис, представьте себе повергнутого на ковер борца. До тех пор, пока у него остаются силы, он старается подняться на ноги, хотя прекрасно понимает, что, поднявшись, будет снова уложен противником на ковер. Иначе говоря, в основе этих поведенческих актов лежит упрямое и почти безнадёжное желание организма овладеть ситуацией. Исходя из этого положения, мы должны рассматривать их как особую форму преодоления или, по крайней мере, как попытку такого преодоления. Эти акты отличаются от простых персевераций и тем более от актов освобождения, — феномен освобождения не предполагает преодоления, освобождение лишь завершает незавершённое и разрешает неразрешённое.

Впечатлительный ребёнок, напуганный сказкой о сером волке, будет снова и снова мысленно возвращаться к напугавшему его образу, тема волков будет всплывать в его играх, разговорах, вопросах, фантазиях, рисунках. Можно сказать, что таким образом ребёнок пытается «обезвредить» проблему, сделать её менее болезненной. Чаще всего он достигает желанного результата, многократно представляя себе страшный образ, он постепенно привыкает к нему, перерабатывает и перестаёт бояться его, узнает способы защиты, пробует различные приёмы, которые должны помочь ему стать хозяином положения, совершенствует удачные и отказывается от неудачных и так далее.

Логично было бы заключить, что навязчивость исчезает с исчезновением причины, вызвавшей её. Однако, как в таком случае объяснить тот факт, что иногда навязчивость не желает отступать? Видимо, нужно признать, что индивидууму, несмотря на все его старания, не всегда удаётся победить её, не всегда удаётся стать хозяином положения.

По-видимому, люди, у которых не сформировано базовое чувство уверенности, люди, постоянно ощущающие угрозу, не умеют красиво проигрывать. Здесь уместно было бы вспомнить эксперименты Овсянкиной (367) и Зейгарник (493), посвящённые изучению персеверации незавершённых действий или, иначе говоря, персеверации неразрешённых проблем.

Исследователи пришли к выводу, что эта тенденция возникает только тогда, когда существует угроза личности, когда поражение означает для человека утрату безопасности, уверенности в себе, самоуважения и тому подобных вещей.

Учитывая данные этих исследований, мы можем внести в нашу формулировку одно существенное уточнение. Навязчивость, то есть безуспешные попытки преодоления, неизбежны тогда, когда существует угроза базовым потребностям организма, когда организм не в состоянии устранить эту угрозу.

Разделив персеверации на экспрессивные и функциональные, мы не только получим два подкласса поведенческих актов, но и увеличим общий объём актов, которые можно назвать персеверативными. Например, к разряду «экспрессивных персевераций» или «завершающих актов» мы отнесем не только акты освобождения, но и моторные выплески напряжения, различные формы выражения возбуждения, как приятного, так и неприятного для организма, и широкий ряд идеомоторных тенденций в целом. Следуя той же логике, под рубрикой «навязчивое преодоление» можно (и даже полезно) объединить такие феномены, как не преодолённое чувство обиды или унижения, бессознательное чувство зависти и ревности, настойчивые попытки компенсировать некогда пережитое унижение, компульсивное стремление к частой смене партнёров у скрытых гомосексуалистов и прочие тщетные усилия, направленные на устранение угрозы. Я позволю себе смелое предположение и заявлю, что, пересмотрев некоторые концептуальные положения теории неврозов, мы в конце концов придём к выводу, что и сам невроз — это не что иное, как неэффективная, безуспешная попытка преодоления.

Безусловно, всё вышесказанное ещё не означает, что отныне отпадает необходимость в дифференциальной диагностике. Для того, чтобы помочь конкретному пациенту, страдающему навязчивыми ночными кошмарами, мы должны определить, экспрессивен ли его кошмар или функционален, или природа этого кошмара двойственна. Ниже я приведу примеры, почерпнутые мною из работы Мюррея (353).  32

Определение невроза

Мы постепенно приходим к пониманию того, что классический невроз в целом, так же как и любой отдельный невротический симптом, имеет функциональную природу. Фрейд, несомненно, внёс наиболее значительный вклад в науку, показав, что невротический симптом имеет функции и цели и может вызывать эффекты самого разного рода (первичная выгода).

Однако, к нашему несчастью, к разряду невротических оказались приписанными не только функциональные, но и экспрессивные симптомы. Мне же представляется, что во избежание путаницы было бы полезно уточнить само понятие невротической симптоматики. Я предлагаю называть невротическими только такие поведенческие проявления, которые несут в себе ту или иную функцию, поведение же экспрессивного характера стоило бы обозначить каким-то иным понятием (см. ниже).

Существует довольно простой — по крайней мере, с точки зрения теории — признак, позволяющий нам отличить истинно невротические симптомы, то есть симптомы функциональные, целенаправленные, от симптомов псевдоневротических, симптомов экспрессивной природы. Если симптом несёт в себе некую функцию, если он что-то делает для человека, то очевидно, что человеку будет трудно отказаться от него. Предположим, что мы нашли способ полностью освободить пациента от невротических симптомов.

Вряд ли такая процедура принесёт ему облегчение, скорее она причинит ему вред, так как может обострить его тревогу или иные болезненные переживания. Это всё равно что вынуть часть фундамента из-под дома. Даже если эта часть не столь прочна, как соседняя, она, хорошо или плохо, но поддерживает здание, — решительно изъяв её, мы рискуем разрушить все строение. 33

Однако, если симптом не функционален, если он не имеет жизненно важного значения для организма, его устранение не причинит вреда пациенту, скорее наоборот — оно пойдёт ему на пользу. Симптоматическую терапию, как правило, критикуют на том основании, что она игнорирует взаимосвязь симптомов. Болезненный симптом, на первый взгляд самостоятельный, на самом деле может играть жизненно важную роль для целостности психической организации пациента, и потому терапевт не имеет права «изымать» симптом, не уяснив его значение.

Из этого положения закономерно вытекает другое. Если симптоматическая терапия действительно опасна, когда мы имеем дело с истинно невротическими симптомами, то она же совершенно безвредна, когда мы имеем дело с экспрессивной симптоматикой. Устранение симптома экспрессивного характера не причиняет пациенту вреда, напротив, оно может облегчить его состояние. Это означает, что симптоматическая терапия может найти гораздо более широкое применение, нежели предписывает ей психоанализ [463, 487. Многие гипнотерапевты и поведенческие терапевты считают, что опасность симптоматической терапии сильно преувеличена.

На основании всего вышеизложенного закономерно заключить, что традиционное понимание неврозов страдает чрезмерной упрощённостью. В общей картине симптоматики невроза всегда можно обнаружить как функциональные, так и экспрессивные симптомы, и мы должны научиться различать их, отделять одни от других, как отделяем причину от следствия.

Так, например, причиной многих невротических симптомов бывает чувство беспомощности, такую симптоматику следует рассматривать как реактивное образование, с помощью которого человек пытается преодолеть ощущение беспомощности или хотя бы сжиться с ним. Реактивное образование, безусловно, функционально, но само чувство беспомощности экспрессивно, оно не приносит человеку пользы, оно не выгодно для него. Оно предстаёт перед организмом как данность, и человеку не остаётся ничего другого, как реагировать на эту данность.

Катастрофическое поведение; безнадёжность

Иногда мы сталкиваемся с тем, что все попытки организма преодолеть угрозу терпят крах. Так бывает, когда внешняя угроза слишком велика или когда защитные системы организма слишком слабы, чтобы противостоять угрозе.

Гольдштейн первым провёл глубокий анализ симптоматики пациентов, страдающих травматическими повреждениями мозга, и показал разницу между функциональными реакциями, или реакциями, направленными на преодоление угрозы, и катастрофическим поведением, возникающим в результате невозможности преодоления этой угрозы.

Катастрофическое поведение обнаруживается также у пациентов, страдающих фобиями (260) и тяжёлыми посттравматическими неврозами [2. Наверное, с ещё большей наглядностью он проявляется у невротизированных крыс, у которых оно принимает форму лихорадочного поведения (285). Конечно, этих крыс нельзя назвать невротиками в строгом смысле этого слова. Невроз — это болезненный способ организации поведения, тогда как поведение этих животных абсолютно дезорганизовано.

Другой характеристикой катастрофического поведения служит его антифункциональность, нецеленаправленность; другими словами, оно скорее экспрессивно, нежели функционально. Следовательно, такое поведение нельзя назвать невротическим, для его обозначения стоило бы использовать другие термины. Можно назвать его катастрофическим, можно дезорганизованным, можно попытаться найти какое-то иное название. Однако вы можете предпочесть иную точку зрения на эту проблему, например, ту, что предлагает в своей работе Кли (233).

Ещё одним примером такого рода экспрессии, в корне отличной от невротического преодоления, служит глубокое чувство безнадёжности или уныния, характерное для людей и обезьян (304), вынужденных жить в условиях хронической депривации, обречённых на бесконечные разочарования. В какой-то момент эти люди (и обезьяны) просто перестают сопротивляться обстоятельствам, однажды они понимают, что борьба бессмысленна. Им не на что надеяться, а значит, не за что бороться. Вполне возможно, что апатия шизофреника объясняется этим же чувством безнадёжности, а следовательно, её следует интерпретировать не как форму преодоления, а как отказ от преодоления. Мне кажется, что апатия как симптом кардинально отличается от буйного поведения кататонического шизофреника или бредовых идей параноидного пациента. Буйство и бред очевидно функциональны; это реакции, направленные на преодоление, они свидетельствуют о том, что организм сопротивляется болезни, что он не утратил надежды. В теории это может означать, что прогноз при кататонических и параноидных формах будет более благоприятным, чем при простой форме шизофрении, и практика подтверждает это предположение.

Так же дифференцированно следует подходить к интерпретации суицидальных попыток, к анализу поведения смертельно больных людей и к анализу отношения пациента к болезни. В этих ситуациях отказ от преодоления также значительно снижает вероятность благоприятного исхода.

Психосоматические симптомы

Дифференциация поведения на функциональное и экспрессивное может оказаться особенно полезной в сфере психосоматической медицины. Именно этой области знания наивный детерминизм Фрейда нанёс наибольший вред. Ошибка Фрейда заключалась в том, что он предполагал за поведением обязательную взаимосвязь с «бессознательной мотивацией».

Обнаруженный им феномен так называемых ошибочных действий он интерпретировал исключительно с точки зрения бессознательных мотивов, словно не замечая существования иных детерминант поведения. Он обвинял в антидетерминизме любого, кто только предполагал возможность существования иных источников забывания, оговорок и описок. Многие психоаналитики и по сей день склонны объяснять поведение человека исключительно действием бессознательных мотивов.

Следует признать, что при анализе неврозов предвзятость психоаналитиков не так вопиюща, поскольку практически все невротические симптомы действительно имеют под собой бессознательную мотивацию (разумеется, наряду с другими детерминантами).

Однако в психосоматической медицине такой подход породил страшную неразбериху. Очень многие соматические реакции не несут в себе никакой функции, очевидной цели, они не имеют под собой никакой мотивации — ни бессознательной, ни осознанной. Такие симптомы как повышенное кровяное давление, запор, желудочная язва и тому подобное, служат скорее всего эпифеноменами, побочными продуктами сложной цепи физических и соматических процессов. Ни один язвенник не стремился заработать язву, не нуждался в ней; его болезнь не несёт ему прямой выгоды. (Я пока оставляю в стороне вопрос о вторичной выгоде.) А вот в чём он действительно нуждался, так это в том, чтобы скрыть от окружающих свою пассивность или подавить свою агрессию или соответствовать неким идеалам. Эти цели могут быть достигнуты только ценой соматического здоровья, но эта цена всегда неожиданна для человека, он не предвидит её. Другими словами, психосоматические симптомы не приносят человеку той (первичной) выгоды, какую приносят невротические симптомы.

Блестящий пример тому — исследование Данбер (114), доказавшее, что существует особый тип людей, склад личности которых увеличивает риск травмы. Эти люди настолько беспечны, настолько неосмотрительны, что поскальзываются, запинаются и падают на ровном месте, получая при этом различного рода переломы и вывихи. Они не ставят перед собой задачи сломать руку или ногу, эти переломы — не цель этих людей, а рок, довлеющий над ними.

Впрочем, некоторые исследователи допускают гипотетическую возможность того, что соматические симптомы приносят человеку определённую выгоду, но я бы сказал, что эти симптомы правильнее было бы отнести к разряду конверсионных или невротических симптомов. Если же соматический симптом возникает в результате некоего невротического процесса, как непредвиденная соматическая расплата за него, он требует иного названия; его имеет смысл назвать, например, физионевротическим или экспрессивно-соматическим. Не стоит смешивать побочные продукты невротического процесса с самим процессом.

Прежде чем закончить обсуждение этой темы, считаю нужным упомянуть о наиболее выразительном классе симптомов. Это симптомы, которые отражают генерализованные, организмические состояния человека, такие как депрессия, хорошее здоровье, активность, апатия и тому подобное. Если человек подавлен, то он подавлен весь, целиком. И совершенно очевидно, что запор в данном случае выступает не функциональным, а экспрессивным симптомом (хотя у некоторых пациентов даже запор может стать целенаправленным поведенческим актом, например, ребёнок настойчиво отказывается испражняться, демонстрируя тем самым бессознательную враждебность по отношению к назойливым приставаниям матери). То же самое можно сказать об утрате аппетита и о мутизме, нередко сопровождающих апатию, о хорошем мышечном тонусе здорового человека, о нервозности неуверенного в себе человека.

Возможность двоякой интерпретации психосоматических расстройств прекрасно продемонстрирована в работе Сонтага (433). Автор исследовал пациентов с кожными заболеваниями.

Он рассказывает о пациентке, страдавшей сильной угревой сыпью. Манифестация и троекратные повторные возникновения этого симптома по времени совпадали с эпизодами тяжёлого эмоционального стресса и конфликта, связанного с сексуальными проблемами. В каждом из трёх эпизодов угри как нарочно появлялись на лице и теле женщины накануне полового контакта. Вполне возможно, что женщина бессознательно желала оказаться неприглядной для того, чтобы избежать полового контакта; возможно также, что она таким образом наказывала себя за свои прошлые прегрешения. Другими словами, сыпь могла выступать как функциональный, невротический симптом, симптом, несущий определённую выгоду пациентке. Но убедительных аргументов в пользу такой интерпретации у нас нет; да и сам Сонтаг допускает, что вся эта история вполне может быть цепью случайных совпадений.

Можно также предположить, что угревая сыпь была выражением генерализованного организмического нарушения, вызванного конфликтом, стрессом, тревогой, что в её появлении был элемент экспрессии. Нужно сказать, что работа Сонтага весьма необычна, и её необычность состоит именно в том, что автор чутко уловил ту основополагающую дилемму, которая обязательно встаёт перед исследователем при анализе такого рода случаев; Сонтаг допускает возможность альтернативной интерпретации симптома — рассмотрения его и как функционального, и как экспрессивного.

Большинство же авторов, не располагая даже тем количеством данных, которыми располагал Сонтаг, не утруждают себя рассмотрением альтернатив и либо смело объявляют симптом невротическим, либо с не меньшей решительностью заявляют, что в нём нет ничего невротического.

Очень часто мы склонны видеть потаённый смысл в том, что на самом деле не больше, чем простое совпадение. Для лучшего понимания того, почему симптомы требуют особой осторожности при интерпретации, хочу в качестве примера привести один случай, о котором я где-то читал. Пациент, женатый мужчина, завёл интрижку на стороне, в связи с чем испытывал мучительные угрызения совести. Мало того, каждый раз после половой близости с любовницей у него на теле высыпала сыпь. Судя по настроению, которое царит ныне в медицинских кругах, можно предположить, что очень многие врачи сочли бы эту сыпь невротическим симптомом, они заявили бы, что мужчина таким образом наказывает себя.

Однако внимательный осмотр пациента показал возможность менее замысловатого объяснения. Оказалось, что кровать его любовницы кишела клопами!

Свободные ассоциации как самовыражение

Дифференциация поведения на два класса поможет нам лучше понять процесс свободных ассоциаций. Если вы следом за мной придёте к выводу, что свободные ассоциации — по сути своей экспрессивный феномен, вы поймёте, в чём причина действенности этого метода.

Если задуматься, то вся эта глыба психоанализа, огромное количество теорий, созданных на его основе, и методик, рождённых им, держится на единственной процедуре — на методе свободных ассоциаций. В связи с этим кажется просто невероятным, что эта процедура так плохо изучена.

Исследований по этой проблеме практически не проводится, она так и не стала предметом серьёзного научного обсуждения. Мы знаем, что свободные ассоциации приводят к катарсису и инсайту, но до сих пор можем лишь гадать, отчего так происходит.

Для начала обратимся к проективным тестам, таким как тест Роршаха, поскольку они представляют собой наглядный и всем известный образец экспрессии. Образы, о которых сообщает пациент в процессе тестирования, не имеют целью решить какую-то проблему, они просто отражают его взгляд на мир.

Поскольку экспериментальная ситуация почти не структурирована, и потому мы можем быть уверены в том, что образы, сообщаемые пациентом, почти всецело детерминированы структурой его характера и почти совсем не детерминированы требованиями внешней ситуации. Отсюда мы можем заключить, что имеем дело с актом экспрессии, а не преодоления. Именно поэтому, на основании содержания этих образов, мы вправе делать выводы о характере пациента.

Мне кажется, что метод свободных ассоциаций несёт в себе тот же смысл и может быть использован в тех же целях, что и тест Роршаха. Метод свободных ассоциаций, так же как тест Роршаха, наилучшим образом работает в неструктурированной ситуации. Если мы согласимся, что в основе свободы свободного ассоциирования лежит отказ от диктата внешней реальности, реальности, которая требует от человека подчинения сиюминутной конкретике, законам физического, а не психического мира, то мы поймём, почему проблема адаптации с такой обязательностью навязывает индивидууму целеполагание. Проблема адаптации активизирует и делает насущными те возможности организма, которые помогают ему преодолеть требования насущного. Насущное становится организационным принципом, в соответствии с которым разнообразные возможности организма воплощаются в действительность именно в той последовательности, которая единственно возможна и необходима для решения этой внешней задачи.

Говоря о структурированной ситуации, мы имеем в виду ситуацию, логика которой предопределяет и направляет реакции организма. Совсем другое дело — неструктурированная ситуация. В неструктурированной ситуации внешняя реальность не столь важна, не столь значима для организма. Она не предъявляет к организму ясно выраженных требований, не указывает ему на единственно возможный, единственно «правильный» ответ. Именно в этом смысле неструктурирован тест Роршаха, все реакции организма в данном случае равновозможны и одинаково верны. Проблема, встающая перед испытуемым, разглядывающим пятна Роршаха, прямо противоположна проблеме студента, всматривающегося в чертеж, сопровождающий геометрическую задачу; ситуация, в которой оказался студент, настолько жёстко структурирована, что в ней возможен лишь один-единственный, правильный ответ, который никак не связан с мыслями, чувствами и надеждами человека.

Всё вышесказанное с полным правом можно повторить и относительно метода свободных ассоциаций, быть может, даже с большей убедительностью, так как здесь пациенту не предлагается никакого стимульного материала. Перед ним не поставлено никакой конкретной задачи, никакой конкретной цели, наоборот, он должен избегать любого целеполагания.

Только тогда, когда пациент в конце концов научается ассоциировать легко и свободно, когда он сможет «выдать» те образы, мысли, воспоминания, которые проносятся в его сознании, не подвергая их цензуре, не пытаясь связать логически, только тогда они перестают быть ответом на внешний стимул и становятся отражением его характера, и чем меньше проступает в его ответах внешняя реальность, тем выше экспрессия, представленная в них. Совершенный испытуемый излучает эти ассоциации из самой сердцевины личности, из её ядра, в котором заключена его сущность.

Все ассоциации индивидуума будут детерминированы только его потребностями, фрустрациями и установками, то есть его личностной структурой. То же самое можно сказать и о сновидениях: их также следует считать выражением характерологической структуры индивидуума, так как внешняя реальность не оказывает практически никакого влияния на содержание сновидений. Тики, нервозность, оговорки, ошибки, забывание, хотя и функциональны по своей природе, тоже содержат экспрессивный компонент.

Значение свободных ассоциаций состоит в том, что они обнажают суть человека. Ориентация на достижение, на разрешение проблемы, на преодоление — всё это лишь поведенческие феномены, феномены, связанные с адаптацией личности, детерминированные требованиями внешней реальности, тогда как структура личности в большей степени детерминирована законами психической реальности, нежели законами логики или физической среды. Фрейдовское Эго, именно оно непосредственно связано с реальностью и поэтому, чтобы успешно взаимодействовать с ней, должно подчиняться ее законам.

Для того, чтобы добраться до сердцевины личности, для того, чтобы проникнуть в суть человека, нужно ослабить, если не исключить полностью, детерминирующее воздействие реальности и законов логики. Именно для этого психоаналитику и его пациенту нужны тихая комната, кушетка и благожелательная атмосфера; устремляясь именно к этой цели они пытаются освободиться от всех запретов и обязательств, которые возложила на них культура. Только тогда, когда пациент научается выражать свою сущность словами, когда слова теряют своё функциональное значение, только тогда мы можем наблюдать все благотворные эффекты метода свободных ассоциаций.

Отдельная проблема теоретического плана встаёт перед нами, когда мы приступаем к изучению преднамеренных или сознательных актов экспрессии. Давно замечено, что такие акты могут выполнять функцию своего рода обратной связи, вызывая изменения в характерологической структуре человека.

Довольно часто, работая со специально отобранными для этого людьми, я обнаруживал, что если регулярно просить человека изобразить какое-то качество или эмоцию (храбрость, нежность, гнев и так далее), то в конце концов человеку всё легче проявлять эти качества в реальных ситуациях, ему всё легче на самом деле быть храбрым, нежным или сердитым. Как правило, испытуемые, отбираемые для подобных терапевтических экспериментов, — это люди, в личности которых исследователь почувствовал те или иные подавленные тенденции. В таких случаях сознательная экспрессия способна изменить человека.

И последнее, что я хочу сказать по этому поводу. Я убеждён, что высшей формой выражения своеобразия личности есть искусство. Любая научная теория, любое открытие, любое изобретение в большей мере детерминировано требованиями внешней ситуации, нежели уникальной природой её автора. Не родись Менделеев, кто-нибудь другой обязательно составил бы периодическую таблицу химических элементов. Но полотна Сезанна могли выйти только из-под кисти Сезанна. Только художник незаменим.

Самовыражение. Способы самовыражения человека

Каждый человек стремится к самовыражению. В наше время в обществе приходится играть какую-либо роль, ведь рабочие и учебные моменты диктуют собственные потребности. Людям приходится делать, что ожидают в конкретной ситуации. Данную тенденцию нельзя трактовать с единой стороны, ведь требования жизни желательно принимать. Потребность в самовыражении сохраняется, вне зависимости от обстоятельств, поэтому она заслуживает правильного, адекватного проявления.

Самовыражение – это источник положительных эмоций, хорошего настроения, вдохновения, желания самосовершенствоваться и достигать поставленных целей, способ разрядки и избавления от негативной энергетики.

Самовыражение происходит под влиянием жизненных обстоятельств, в различных направлениях, но в каждом случае человек находит шанс найти себя, понять истинное «Я», определиться с дальнейшим развитием. Психологи понимают необходимость предоставления помощи людям, в результате чего предлагает арт-терапию и танцевально-двигательную терапию для оказания психологической помощи. Самовыражение и психологические методики способствуют повышению самооценки, пониманию перспектив развития, правильных схем взаимодействия с коллективом.

Каждый человек индивидуален, потому нужно ориентироваться на направления самовыражения, учитывая особенности характера. Не обязательно останавливать выбор на единственном способе, так как исследование возможностей приведет к получению достойных результатов.

Взаимосвязь свободы и страха самовыражения

Самовыражение, являющееся свободным, — это основа счастливой жизни, устранения сомнений и проблем. Почему желательно проявлять характер, заложенный потенциал?

Самовыражение приводит к получению радости и счастья, несмотря на неблагоприятные обстоятельства.
Самовыражение – источник вдохновения, который дает разрядку от негативных эмоций, нежелательной усталости.
Самовыражение способствует пониманию потенциала и пожеланий, самопознанию. При желании происходит развитие черт характера.
Самовыражение поднимает самооценку, придает уверенности в силах и наличии основы для развития.
Самовыражение – основа поиска единомышленников. Круг общения, соответствующий интересам и мировоззрению, делает взаимодействие с другими людьми полноценным.

Обстоятельства, которые приводят к скрытию потенциала и задатков, настоящего характера, делают человека зажатым и стеснительным, закомплексованным. Развитие ситуации в данном направлении приводит к опасениям относительно понижения самооценки. Человек не чувствует себя свободным и счастливым. По данной причине самовыражение играет важную роль для индивидуума. Какие возможности самовыражения значатся?

Самовыражение в профессии

Работа, имеющая связь с хобби и приносящая достойную зарплату, — это сокровенная мечта. Если вы выражаетесь в профессии, счастье становится неотъемлемой частью жизни. Работа не должна только приносить зарплату и служить источником питания, обеспечения жизнедеятельности. В большинстве случаев такое самовыражение достигается творческими людьми, прирожденными руководителями. Ориентируйтесь на хобби и заложенный потенциал, желая достигнуть реализации и открывать перспективы для продвижения вперед.

Самовыражение в творчестве

Самовыражение в творческой направленности обладает высоким уровнем эффективности, так как человек посвящает время тому, что нравится, реализует творческие задатки и навыки, одновременно получая признание. При желании результатами творческой работы наслаждайтесь в одиночку, так как от этого тоже будет польза.

Зная наклонности и шансы для реализации потенциала, приступайте к творческому воплощению задатков. К творчеству относятся сочинение музыки и написание уникальных текстов, прозы и поэзии, фотография, танцы. Занимайтесь хобби так часто, как можете, ведь это подарит счастье.

Если вы не открыли творческий потенциал, экспериментируйте и ищите направление. Попробуйте рисовать, реализовывать творческие образы в аэрографии, пишите стихи и прозу, фотографируйте, танцуйте. Любое направление подарит свободу в сердце и душе, поспособствует самовыражению, поиску «Я». После того, как удастся найти подходящее направление, развивайте открытые навыки. Преграды для продвижения отсутствуют, так как современные предложения восхищают разнообразием. Посещайте танцевальные клубы, ведите блог или сайт, участвуйте в дискуссиях, пишите прозу и стихотворения, публикуйте литературные произведения в интернете, представляйте людям поделки, вязаные игрушки, нарисованные картины и комиксы. Сделав правильный выбор, удовольствие появится в вашей жизни, подарит частицу счастья, поспособствует повышению самооценки. Не поддавайтесь чужому мнению и моде, так как самовыражение полезно, а подавление потенциала приведет к вреду.

Самовыражение во внешности

Данный способ выражения свойственен девушкам и женщинам. Психологи отмечают, что внешние атрибуты создают уникальный имидж, потому они способствуют проявлению характера, потенциала. Ориентируясь на внутренние ощущения, создавайте гардероб, делайте стрижки и прически, подбирайте аксессуары, наносите макияж и маникюр. Не гонитесь за модой, которая подавляет личность, не позволяет найти источник для выражения внутреннего мира.

Создавая подходящий образ, совпадающий с внутренними ощущениями, вы станете личностью. Выделяйтесь из толпы, помня о том, что одинаковых людей не бывает. Индивидуальность проявляется в имидже.

Татуировки и пирсинг популярны у молодых людей, но они позволяют отойти от стандартов, проявить себя. По данной причине вариант является подходящим для самовыражения.

Самовыражение с помощью вкусов

Хобби, вкусы в литературном, музыкальном и кинематографическом мире – основа самовыражения.

Создайте коллекцию песен, книг, фильмов, учитывая свои предпочтения, мнения о произведениях, являющихся классическими и современными. Страсть к коллекционированию доставляет удовольствие от просмотра фильмов и прослушивания музыки, способствует становлению правильного круга общения, признания вкуса собеседниками.

Вкусовые предпочтения – это основа для проявления мировоззрения, мнения о разных жизненных ситуациях.

Место искусства в жизни людей: поиск себя

Самовыражение в искусстве – это задача, которая создается перед многими творческими людьми, задумывающихся о проявлении индивидуальности. Чем это объясняется?

Внутренний мир наполняют образы, ассоциации, которые не способны оставлять человека без эмоций, желания проявить эмоции. Обмен элементами внутреннего мира способствует эмоциональной коммуникации между людьми, проявлению бессознательного и нахождению внутренней гармонии. Творческие работы служат проявлением мнения об окружающем мире, происходящих обстоятельствах, а прямое проявление внутреннего мира откликается в душе зрителей. По данной причине самовыражение в искусстве – это задача творческих людей, которые развивают заложенный потенциал.

Рациональный человек отдаляется от самовыражения, подстраивается под стереотипы мышления, правила мегаполиса, потребности активной и успешной жизни. Такая ситуация не приносит настоящего счастья, приводит к разочарованию в жизни.

Творческие работы выполняют утилитарную, приспособительную функцию, регулируют жизнь. Для проявления «Я» требуется восстановление контакта между чувствами и разумом, создание целостной и гармоничной личности, понимание личностных смыслов. По данной причине психологи рекомендуют проявление характера не только во внешности, вкусовых предпочтениях, профессии, что является внешними атрибутами, но и в искусстве, в чем помогает арт-терапия.

Какой пользой обладает искусство?

Арт-терапия полезна для каждого человека. Творческие задатки проявляются по-разному, но в каждом случае искусство реализует заложенный потенциал, отношение к происходящим событиям, помогая найти правильное направление развития, обрести внутреннюю гармонию.

Самовыражение. Искусство способствует выражению переживаний словами, действиями. Глубинные слои бессознательного состояния человека находят место в сознательном мире. Самовыражение позволяет приобрести гармоничность, целостность. По данной причине искусство связывает человека с другими людьми. В сложных ситуациях, например, после испытанного стресса или шока, арт-терапия становится способом установления контакта между пациентом, психологом или психотерапевтом.
Искусство и творчество. Человек разрабатывает и реализует определенные ассоциации через переживания, отношение к происходящим событиям. Креативность, творчество – это важные жизненные принципы. Творческий подход способствует успешному поиску решения в любой ситуации, так как он укрепляет контакт с бессознательной составляющей личностью, внутренними силами.
Творчество приносит удовольствие, расслабляет при кризисных ситуациях, устраняет боль. Переживания проявляются в искусстве, свидетельствуя о преходящей природе чувства. Любая физическая, моральная, душевная боль остается в прошлом после того, как человек проходит через самовыражение, говорит об ощущениях, эмоциях.
Искусство передает индивидуальный опыт, знания человека, накопленные чувства. Передача через творческие работы находит отклик у слушателей, которые настраиваются на соответствующую волну, становятся восприимчивыми. Человек проявляет себя, после чего получает шанс для преодоления этапа жизни, дальнейшего развития. Искусство не может претендовать на объективность и правильность, истинность, так как все люди различаются мировоззрением и характером, но опыт каждого человека полезен для других.
Современная жизнь, требования общества губят личность, потому присутствует необходимость поиска истинных чувств, возвращения к внутреннему миру. Многими взрослыми людьми творчество воспринимается в виде игры, что гарантирует пользу.

Самовыражение в эмоциях

Помните: вы – индивидуальная личность, потому ориентироваться на рекомендации и советы других людей нельзя. Перед проявлением эмоции определите ее, проявите объективное отношение, понимание ее природы. Не торопитесь с действиями, желая обернуть эмоцию во благо. Не подавляйте чувства, которые заслуживают проявления.

Основа самовыражения – поступки, проявление эмоций.

Многие люди прикладывают усилия для подавления эмоционального мира, понимая, что поступают не правильно, но не ищут иного выхода. Не бегите от эмоций и поступков, идущих от сердца. В то же время воспринимайте ответственность за каждое действие, которое проявляется в контакте с другими людьми. Принимая характер, эмоциональный мир, существующие поступки, вы не бежите от себя, не скрываетесь за масками, в результате чего происходит самовыражение.

Общество диктует много требований, но в каждом случае происходят действия, позволяющие понять, какими особенностями отличается характер, кем вы являетесь в действительности.

Самовыражение – это путь к истинному миру, поэтому позаботьтесь о проявлении настоящей личности, понимая особенности поступков и эмоций, отношения к происходящим событиям.

Конторское самовыражение – Коммерсантъ Санкт-Петербург

Теннисные столы, граффити, оригинальная архитектура — обычные рабочие пространства российских компаний вслед за зарубежными коллегами пополняются «фичами» для того, чтобы их сотрудникам было приятно работать, а клиентам — находиться в гостях. Эксперты BG рассудили, насколько траты на этот «изюм» оправданны и функциональны в нашей державе.

Валерий Грибанов

В брендбуках многих западных фирм прописаны ассоциации, которые должно вызывать офисное пространство, помимо фирменных цветов, указаны желательные материалы для использования в отделке. В отечественной практике дизайн офиса, как правило, больше зависит от вкуса топ-менеджера, хотя в последнее время набирает обороты тенденция организации рабочего пространства в соответствии со спецификой бизнеса и потребностями сотрудников компании.

Кирилл Бигай, соучредитель и управляющий партнер Preply, вспоминает: «В 1990-е сильные мира сего самовыражались за счет размещения в офисах диких хищников, например, змей. И это, пожалуй, еще самые безобидные варианты. Не понаслышке знаю о комичном случае, когда коллеги по цеху подарили шефу огромную черную свинью. Он не растерялся и проявил еще большую оригинальность, разместив ее непосредственно в офисе — в одной из комнат. Не знаю как сотрудники, но уборщица, наверное, была очень довольна новой «штатной единице»». По его мнению, то, как компания или ее руководство стремится самовыражаться через офис, во многом отражает степень зрелости и уровень корпоративной культуры.

Отечественным компаниям есть на кого равняться. Тимур Нигматуллин, финансовый аналитик группы компаний «Финам», говорит, что офисный комплекс компании Facebook в Менло-Парк (спроектирован известным архитектором Фрэнком Гэри) считается одним из лучших в мире по условиям работы. Внутреннее помещение состоит из одной огромной комнаты, вмещающей 2,8 тыс. человек, то есть почти треть всех работников. Решение отражает открытую культуру компании. На крыше расположен парк из 400 настоящих деревьев (сотрудники могут совершать прогулки). Площадь составляет 40 тыс. кв. м. Стоимость не раскрывается, но, по некоторым оценкам, она превышает $1 млрд.

Сегодня на организацию офисного пространства во многом влияют экономические факторы, говорит Руслан Хорошильцев, управляющий партнер компания «Базис». Так, появились «гибкие офисы» — новые стандарты распределения площадей внутри офисных интерьеров. «Например, за последние три года, по нашей статистике, доля площадей, отводимых под open space, выросла более чем на 30%. При этом специфика такого планирования основного числа рабочих мест заставила многие компании подумать о выделении зон отдыха для сотрудников», — рассказал господин Хорошильцев.

Похожий на квартиру

Юрий Неманежин, управляющий партнер Gravion Group, считает, что офис — это пространство для работы, которое должно подчиняться определенным правилам: настраивать на рабочий лад, быть комфортным и удобным для работы. «Я знаю много примеров, когда офис, например, очень похож на квартиру, есть все необходимое для того, чтобы сотрудники чувствовали себя как дома, там даже можно ходить в тапочках, но для творческого самовыражения это, возможно, подходит, а для точных специальностей, к сожалению, нет. В пользу того, что офис должен настраивать на рабочий лад, говорит еще и тот факт, что многие фрилансеры, работающие дома, наоборот стараются сделать кабинет с полноценным столом, удобным креслом, полками и тумбами. То есть рабочее пространство должно оставаться рабочим пространством в любом случае, невзирая на оригинальность разрисованных стен или буйство красок», — заключает господин Неманежин.

Руководитель отдела коммерческой недвижимости Knight Frank St. Petersburg Марина Пузанова уверена, что сейчас по местоположению офиса, его состоянию, оборудованию можно судить о том, насколько успешно идет бизнес у той или иной компании. «Комфортный офис позволяет компаниям привлекать и удерживать ценных сотрудников, поэтому наиболее оригинальные офисы у компаний IT-сектора, где высока конкуренция за квалифицированные кадры», — отмечает она. Офисы таких компаний часто оборудуются различными комнатами отдыха, игровыми, спортзалами, небольшими кинотеатрами, просторными кухнями-столовыми.

«Известно, что конкуренция за сотрудников в сфере IT очень высока и компании готовы пойти на все, чтобы привлечь и удержать сильных специалистов у себя или переманить их у конкурентов. Офис в данном случае — один из инструментов, и зачастую даже более важный, чем экономические стимулы. Именно поэтому известные всем офисы Google, Yandex, Mail.ru имеют такой необычный и насыщенный дизайн», — подтверждает Павел Якимчук, руководитель направления внутренней отделки помещений CBRE.

Впрочем, яркий и запоминающийся офис не всегда может быть благом. Екатерина Лапина, вице-президент по управлению коммерческой недвижимостью АРИН, полагает, что интересный офис может вызывать и негативные эмоции у клиента: «Клиенты — это всегда весьма разнообразный контингент граждан, от молодых креативных представителей до консервативных, более преклонного возраста, которым отклонение от общепринятой нормы может показать легкомысленность партнера». Госпожа Лапина считает, что в офисе не должно быть ничего отвлекающего от работы ни клиентов, ни сотрудников. «В нашей стране интересный офис — это просто желание владельца компании сделать свои будни более интересными, но на успех компании этот факт не влияет», — резюмирует она.

«Главное в офисе как представительском, так и обычном, — это его функциональность, удобство для работы. Все остальное — это скорее приятные дополнения. Понятно, что в сером, не имеющем собственного лица офисе будет скучно и неинтересно работать», — говорит директор по продажам Docklands Development Екатерина Запорожченко.

Важная часть корпоративной культуры

Игорь Темнышев, директор департамента офисной недвижимости компании Colliers International в Санкт-Петербурге, считает, что к компаниям, которые используют необычное оформление офиса в качестве визитной карточки, можно отнести следующие: архитектурные компании, дизайн-студии, девелоперские компании, которые делают шоу-румы из своих офисов. Архитектурные компании используют оригинальное оформление офисных пространств путем необычных планировочных решений и оригинальных интерьеров. Ярким таким примером является офис архитектурной мастерской «Студия 44» в Манежном переулке. Визитной карточкой мастерской являются ее интерьеры со стропильной конструкцией из клееной фанеры, а также круглое окно. А в архитектурной студии «Витрувий и сыновья» между помещениями офиса имеется окно, выполненное в форме глаза.

У изданий, рекламных, креативных и брендинговых агентств офисы выделяются предметами интерьера, характерными для рода деятельности организаций. «Например, в офисе креативного агентства Damax Studio имеется диджейский пульт, граффити на стенах», — перечисляет господин Темнышев.

Банковские компании нередко создают оригинальное оформление в офисах для VIP-клиентов. Для них важными факторами являются престиж и люксовость офиса. Например, высокотехнологичный офис банка SIAB в Московском районе оснащен футуристической мебелью, качелями, тематическими переговорными, полем для гольфа и винным погребом.

Юлия Маевская, директор по персоналу холдинга RBI, напоминает, что, помимо своих основных рабочих функций, офис также должен задавать настроение. «Это важная часть корпоративной культуры, которая обязана соответствовать общим целям, задачам и миссии компании. Например, один из главных вопросов корпоративной культуры нашего холдинга — профессиональное развитие и личностный рост каждого из сотрудников RBI и «Северного города». Поэтому неслучайно у нас в офисе есть корпоративная библиотека, аудитории для образовательных лекций, которые читают приглашенные эксперты и сами наши коллеги, место для проведения художественных выставок — живописных картин и графических работ, выполненных в свободное время нашими сотрудниками, а также теннисный стол — как известно, развитие должно быть всесторонним», — рассказала госпожа Маевская.

зачем Facebook переосмыслил дизайн и новостную ленту

Марк Цукерберг на конференции F8

В обычной жизни мы разделяем публичное и частное пространство, условную городскую площадь от условной уютной гостиной. К аналогичному разделению мы постепенно пришли и в онлайне: эксперты наблюдают усиление «приватных» функций, уход пользователей в мессенджеры и популярность Stories. Изменение паттернов поведения, многочисленные скандалы с утечками и с сомнительным использованием персональных данных — все это стоит за масштабными обновлениями Facebook, о которых глава компании Марк Цукерберг объявил на конференции F8.

Видение социальной платформы, которое Цукерберг описывает как privacy-focused, подразумевает: приватность дает людям свободу быть самими собой. Неудивительно, что самыми быстрыми способами наладить онлайн-коммуникацию являются мессенджеры, маленькие группы и сториз, заявил основатель Facebook. Глобальной же целью компании является создание экосистемы, в рамках которой пользователь найдет все необходимое — от общения до покупок.

Свежий дизайн

Новый дизайн Facebook получил название FB5. Его задача — сделать общение в соцсети более простым, быстрым и интуитивным. «Ядром» новой концепции являются сообщества: компания делает все, чтобы людям было легко находить единомышленников и поддерживать с ними связь. Сначала пользователи заметят изменения в приложении Facebook, потом соцсеть начнет обновлять десктопную версию сайта.

Дизайнеры обновили логотип Facebook образца 2013 года: теперь привычная белая f расположена не на синей квадратной подложке, а вписана в окружность голубого цвета. В десктопной версии больше «воздуха», белый цвет преобладает над синим, а вкладки мессенджера и групп соседствуют с видеосервисом Watch и разделом Marketplace. В последнем пользователь увидит подобранные специально товары и сможет оплатить их, не покидая соцсеть (пока такая возможность доступна только в США).

Новый дизайн (десктоп)

Старый дизайн (десктоп)

Сообщества на первом месте

Свою миссию Facebook видит в том, чтобы облегчить переход из публичного пространства в более «интимную» обстановку и подтолкнуть аудиторию к осмысленному общению. Соцсеть запустила ряд новых инструментов, упрощающих поиск релевантных сообществ и общение внутри групп. Например, в сообществах, посвященных здоровью, пользователи смогут анонимно задать вопрос или поделиться информацией — их имя не появится в публикации. В группах, где люди ищут работу, появится новый шаблон для размещения вакансий. Благодаря ему пользователи смогут сразу откликнуться на вакансию и связаться с работодателем через Facebook. В геймерских сообществах появится возможность создавать отдельные чаты для обсуждения различных тем, а в сообществах «Покупка/Продажа» зрители прямых трансляций смогут, не прерывая live, задать вопросы продавцу и оформить заказ.

В целом в ленте новостей станет больше контента, опубликованного в группах, а разместить пост в сообществе можно будет непосредственно из хроники. Соцсеть полностью перекроила вкладку с группами, превратив ее в персонализированную ленту, где пользователь сможет следить за обновлениями в своих сообществах. Кроме того, новая система рекомендаций предложит ему потенциально интересные группы. Рекомендации также появятся во вкладках Marketplace, Игры, Facebook Watch и других.

Найти свою любовь

Сервис знакомств Facebook Dating стал доступен еще в 14 странах и обзавелся новой функцией Secret Crush. Она позволяет добавлять в секретный список до 9 человек, к которым пользователь испытывает симпатию. Если симпатии совпадут, произойдет match как в Tinder, а пара получит соответствующее уведомление.

Завести друга

Meet New Friends создана для поиска друзей, с которыми пользователя связывают общие интересы. Facebook предложит подружиться с людьми, учившимися с пользователем в одной школе или проживающих в том же городе, либо состоящих в тех же группах.

Подобрать мероприятие на любой вкус

Обновленная вкладка «События» станет полноценным гидом по развлечениям. Она покажет, что происходит поблизости, поможет с выбором интересного мероприятия и с планированием, а также облегчит поиск новых мест.

Messenger: связать аудиторию, бизнес и разработчиков

Значительным изменениям подвергся Messenger. Разработчики сервиса, которым пользуются более 1,3 млрд пользователей в месяц, полностью пересмотрели его архитектуру. В результате приложение стало более быстрым и легким. Обновленный мессенджер, как и первую десктопную версию под Windows и MacOS, обещают «выкатить» в течение года.

Из новшеств также стоит упомянуть функцию совместного просмотра видео и выделение некого пространства для общения с самыми близкими людьми. Внутри Messenger родственники и друзья смогут общаться, делиться между собой Stories и указывать, кто именно может видеть данный контент.

Messenger подготовил нововведения и для бизнеса. В Ads Manager появятся шаблоны объявлений с призывом отправить сообщение бренду. Задав ряд вопросов пользователю, рекламодатель сможет лучше узнать потенциальных клиентов. Второе новшество — возможность запланировать встречу или визит прямо в приложении, например к автодилеру или стилисту.

WhatsApp уходит в e-commerce

В WhatsApp появится каталог товаров и платежный инструмент. Как заявил Цукерберг, вскоре отправить перевод в мессенджере будет так же просто, как переслать фото. В первую очередь выиграет от этого малый бизнес, который не может позволить себе запуск собственного интернет-магазина. Ранее Марк Цукерберг заявил аналитикам, что для Facebook и его «дочерних» сервисов основным источником доходов должны стать e-commerce и платежи, а не реклама.

Пользователей же, которых тревожат вопросы безопасности, должно успокоить внедрение end-to-end шифрования.

Instagram — развлекайтесь и покупайте

Платформа движется в сторону e-commerce семимильными шагами. Запущенная в марте функция оформления заказа Instagram Shopping теперь доступна в аккаунтах блогеров. Инфлюэнсеры смогут размещать у себя теги товаров, чтобы покупателю не приходилось совершать лишние телодвижения. Среди первых партнеров — Ким Кардашьян и Кайли Дженнер.

У сервиса также обновится камера, в ней появится режим Create Mode, для которого необязательно снимать фото или видео. В Stories официально запущены стикеры для сбора пожертвований, которые Instagram анонсировал в начале года. С их помощью можно собирать средства на любые благие цели.

Александр Ярощук, директор по развитию MediaGuru

Всего за несколько дней до презентации нового Facebook мир потрясла новость о начале очередного расследования в отношении соцсети со стороны Ирландии, Канады и США. На кону 4% от годовой выручки Facebook, что в денежном эквиваленте составит несколько миллиардов долларов. Претензии неизменны — некачественное хранение и переработка персональной информации.

Чем отвечает соцсеть? Как раз тем, чем нужно: снижением вероятности манипуляции вашим вниманием злоумышленниками. Facebook переосмыслил методы подбора контента во всемогущую новостную ленту. Ранее он рассматривал каждого пользователя как отдельного издателя, группы издателей при желании меняли точку зрения миллионов читателей (вспоминаем выборы президента США). Теперь контент будет заполняться новостями в том числе из ваших больших и маленьких частных сообществ, они находятся вне зоны зрения общественности. Также Facebook возобновляет функцию адресной книги, календаря событий, что для стареющей аудитории может стать прекрасным поводом восстановить утраченные связи с одноклассниками.

Новый дизайн нахожу удачным (давно раздражала синяя вкладка сверху): теперь вижу много чистого пространства, крупные заметные кнопки, возможность менять оформление под разные цветовые подложки.

Изменения своевременные, надо понимать, что соцсеть — это огромная машина, где каждый апдейт сопряжен с колоссальными внутренними изменениями. Последние скандалы не повлияли на биржевые котировки Facebook, акционеры понимают — альтернативной соцсети в мире нет.

Samsung представляет новые смартфоны Galaxy S21 и Galaxy S21+ – Samsung Newsroom Казахстан

Новейшая серия Samsung S представляет больше возможностей для общения и обмена данными благодаря современной камере, стильному дизайну и оптимизированным возможностям подключения

Компания Samsung Electronics представляет Galaxy S21 и Galaxy S21+, новейшие флагманские устройства для свободного самовыражения. Серия Galaxy S21 была создана с учетом современного образа жизни и оснащена передовыми инновациями, чтобы использовать каждое мгновение по максимуму. Новые флагманы получили впечатляющий, запоминающийся дизайн, камеру профессионального уровня, подходящую и для новичков, и для фотографов со стажем, а также самый производительный процессор в истории Galaxy. Каждое устройство в серии предлагает эффективность и возможности для связи, которые может обеспечить только Samsung.

 

Samsung Galaxy S21

 

«Современный мир ориентирован, прежде всего, на мобильные устройства. Поскольку многие люди сегодня работают удаленно и проводят больше времени дома, мы хотели создать смартфон, отвечающий самым высоким требованиям к мультимедиа в нашей переменчивой жизни, – отметил Тэ Мун Ро (TM Roh), президент и глава подразделения мобильных коммуникаций Samsung Electronics. – Мы также осознаем, как важна возможность выбора, особенно сейчас, поэтому серия Galaxy S21 позволяет пользователям выбрать устройство, которое оптимально соответствует их стилю и потребностям».

 

Уже более десяти лет устройства Galaxy S предоставляют революционный флагманский мобильный опыт людям, которым нужны смартфоны для самовыражения, общения и развлечений. Новая серия Galaxy S21 опирается на это наследие и предлагает премиальные возможности для того, чтобы каждый день стал ярким и незабываемым. Среди моделей Galaxy S21 каждый найдет идеально соответствующую своим потребностям и персональному стилю.  Galaxy S21 и Galaxy S21+ подойдут пользователям, которым необходим лучший мобильный опыт с инновациями профессионального уровня и высочайшей производительностью по разной цене.

 

Samsung Galaxy S21+

 

Смелый новый стиль

Обновленный дизайн серии Galaxy S21 был разработан для тех, кому нужен смартфон, который остается легким и компактным даже с 6,2-дюймовым дисплеем. Galaxy S21+ же получил увеличенный 6,7-дюймовый экран и батарею повышенной емкости, поэтому идеален для многочасового гейминга и сериальных марафонов1.

 

Серия Galaxy S21 получила совершенно новый корпус Contour Cut Camera, который органично переходит в металлическую рамку, обеспечивая изящный и элегантный внешний вид гаджетов. S21 и S21+ будут доступны в нескольких стильных цветах, включая новый фирменный «Фиолетовый Фантом». Поверхность каждого устройства получила роскошное матовое покрытие, которое делает дизайн еще эффектнее.

 

В Galaxy S21 появился безграничный интеллектуальный адаптивный дисплей Dynamic AMOLED 2X Infinity-O 120 Гц, который обеспечивает более плавную прокрутку и просмотр контента2. Частота обновления экрана регулируется автоматически, в зависимости от того, какой контент пользователь просматривает в данный момент – например, ленту в социальной сети или телешоу.  А чтобы снизить утомляемость глаз, новая функция Eye Comfort Shield автоматически регулирует интенсивность фильтра синего света в зависимости от времени суток, типа просматриваемого контента и времени отхода пользователя ко сну.

 

 

Камера для съемки всех важных моментов

Серия Galaxy S21 развивает многолетнее наследие Samsung в области камер с обновлениями и инновациями, которые предоставляют возможность пользователям любого уровня подготовки создавать великолепные кадры. Galaxy S21 и Galaxy S21+ помогут снять всё, что угодно: знакомство щенка со своим отражением в зеркале, финал спортивного события или природу во время поездки. Достаточно навести камеру на нужный объект и нажать на кнопку – смартфон сам сделает остальное, чтобы успеть запечатлеть каждое мимолетное мгновение.

 

Усовершенствованная функция 8K Snap позволяет получать кристально чистые изображения из видео разрешения 8K.  Запись будет плавной даже при съемке в движении или тряске благодаря режиму Super Steady, автоматически оптимизирующему запись со скоростью 30 или 60 кадров в секунду в разрешении FHD. Новая функция Director’s View позволяет во время съемки быстро менять камеру, с которой происходит съемка, чтобы получить динамичные и яркие истории. Vlogger View подходит для ведения съемки с фронтальной и основной камер одновременно для записи реакции на то или иное событие в реальном времени, а Live Thumbnail помогут изменить угол съемки, масштабировать и приближать видео, ничего не упуская. В сочетании с новыми наушниками Samsung Galaxy Buds Pro3, смартфон может одновременно записывать как фоновые звуки, так и голос пользователя, используя несколько микрофонов4Таким образом, Galaxy S21 в режиме Pro Video можно установить на штатив, а затем использовать Buds Pro в качестве нательного микрофона, чтобы записать речь, движения и другие звуки в высоком качестве. Популярная интеллектуальная функция Мультикадр5 определяет самые удачные ракурсы, настройки съемки и фильтры для конкретной сцены и создает подборку эффектных фото и видео в одно касание. А новые профессиональное настройки видео, такие как Highlight Video и Dynamic Slow-Mo, подходят, чтобы создвать требуемый акцент на самых ярких моментах.

 

Профессиональные тройные камеры Galaxy S21 и Galaxy S21+ с искусственным интеллектом предназначены для случаев, когда требуется больше творческого контроля. Система оценивает и подстраивается под каждую сцену, позволяя оптимально запечатлеть любой кадр. В портретном режиме интеллектуальная камера использует улучшенный 3D-анализ, чтобы отделить основной объект съемки от фона, а также предлагает варианты освещения виртуальной студии и фоновые эффекты, помогающие выделить главный предмет на снимке. Аналогичное происходит и при создании селфи. При съемке сцен, находящихся вдалеке – например, во время похода или на концерте, – улучшенный Space Zoom позволит получить четкие и стабильные снимки. Новая функция Zoom Lock на Galaxy S21 и Galaxy S21+ сводит к минимуму дрожание рук и делает изображение более четким при приближении до 30 раз, используя искусственный интеллект и оставляя исходную точку фокусировки в центре кадра. Кроме того, благодаря повышенной вычислительной мощности изображения получаются яркими даже при съемке в темноте, так что запечатлеть закаты и пейзажи удастся во всем их великолепии.

 

 

Широкие возможности для связи и высокая производительность

Новые смартфоны Samsung помогают оставаться на связи и защищают данные пользователя более удобными и персонализированными способами.  Galaxy S21 обеспечивает производительность нового поколения и легко подключается к экосистеме Galaxy, чтобы предоставить своему владельцу больше возможностей.

 

Пользователи Galaxy ожидают от своих смартфонов захватывающего опыта. Модели Galaxy S21 оснащены самым передовым мобильным чипсетом в истории Galaxy, обеспечивающим большую скорость работы, энергоэффективность и расширенные вычислительные возможности, а также поддержку связи 5G и интеллектуальных функций6. Новинки подходят для обработки фотографий, записи видео 8K и облачного гейминга.

 

Мы полагаемся на наши смартфоны больше, чем когда-либо, поэтому конфиденциальность хранящейся на них информации важна как никогда. Galaxy S21 защищен Knox Vault, собственной платформой безопасности Samsung на уровне чипа (SoC). Благодаря сочетанию защищенной памяти с защитой от несанкционированного доступа к процессору, Vault обеспечивает максимальную защиту Galaxy S21.

 

Смартфоны также получили новый инструмент для обеспечения максимальной конфиденциальности: перед отправкой фото можно безопасно удалить метаданные о местоположении. Функция Private Share7 на Galaxy S21 также позволяет контролировать, кто получает доступ к отправляемому контенту и как долго он доступен, чтобы пользователь спокойно делился файлами с другими.

 

Galaxy S21 удобно сочетается с другими устройствами Galaxy, а функция SmartThings Find позволит быстро и легко найти совместимые устройства Galaxy, даже когда они отключены от смартфона. Независимо от того, где забыт гаджет, — в другой комнате, под сиденьем автомобиля или в соседнем городе — SmartThings Find укажет в правильном направлении. Кроме того, определять местонахождение неподключенных устройств можно с помощью нового брелока Samsung Galaxy SmartTag8. Достаточно прикрепить SmartTag к ключам, сумке или даже ошейнику питомца, чтобы легко находить его через SmartThings Find.

 

Серия Galaxy S21 в Казахстане

Представленные новинки поступят в продажу 5 февраля в следующих цветах.

 

  • Galaxy S21+– в цветах «Черный Фантом», «Серый Фантом» и «Фиолетовый Фантом».
  • Galaxy S21 –в цветах «Белый Фантом», «Серый Фантом», «Розовый Фантом» и «Фиолетовый Фантом».

 

Предзаказ новинок в Казахстане продлится с 14 января по 4 февраля включительно, продажи стартуют 5 февраля. Покупателей по предзаказу, сделавших предоплату, ждут крутые подарки – беспроводные наушники Galaxy Buds Live и трекер Galaxy SmartTag для поиска питомцев и различных вещей.

 

Более подробная информация о новинках доступна на официальном сайте компании.

Изображения устройств в высоком разрешении доступны по ссылке.

 

Технические характеристики

 

  Galaxy S21 5G Galaxy S21+ 5G
Дисплей 6. 2-дюймовый Flat FHD+

Dynamic AMOLED 2X

Infinity-O дисплей (2400×1080), 421ppi, сертификация HDR10+
Адаптивная частота 120Гц (48~120Гц)

Функция снижения нагрузки на глаза

6.7-дюймовый Flat FHD+

Dynamic AMOLED 2X

Infinity-O дисплей (2400×1080), 394ppi, сертификация HDR10+
Адаптивная частота 120Гц (48~120Гц)

Функция снижения нагрузки на глаза

Габариты Размеры: 71.2×151.7×7.9мм

Вес: 171г(mmWave), 169г(sub6)

Размеры: 75.6×161.5×7.8мм

Вес: 202г(mmWave), 200g(sub6)

Камера Фронтальная

10МП Dual Pixel AF, FOV 80°,  F2.2, 1.22µm

 

Тыльная

Три объектива

 

Ультраширокоугольная: 12МП FF, FOV 120°

F2.2, 1.4µm

 

Широкоугольная: 12МП Dual Pixel AF, FOV 79°, OIS,

F1.8, 1.8µm

 

Телеобъектив: 64MП Phase Detection AF,

Гибридный оптический 3X, FOV 76°, OIS

F2. 0, 0.8µm

 

30X Space Zoom

Фронтальная

10MП Dual Pixel AF, FOV 80°, F2.2, 1.22µm

 

Тыльная

Три объектива

 

Ультраширокоугольная: 12MП FF, FOV 120°

F2.2, 1.4µm

 

Широкоугольная: 12МП Dual Pixel AF, FOV 79°, OIS,

F1.8, 1.8µm

 

Телеобъектив: 64МП Phase Detection AF,

Гибридный оптический 3X, FOV 76°, OIS

F2.0, 0.8µm

 

30X Space Zoom

Процессор 5нм 64-битный восьмиядерный процессор

2.9ГГц + 2.8ГГц +2.2ГГц

5нм 64-битный восьмиядерный процессор

2.8ГГц + 2.4ГГц +1.8ГГц

*Может отличаться в зависимости от рынка и оператора связи
Память 8ГБ ОЗУ (LPDDR5) и 128ГБ / 256ГБ ПЗУ 8ГБ ОЗУ (LPDDR5) и 128ГБ / 256ГБ ПЗУ
*Может отличаться в зависимости от модели, цвета, рынка и оператора связи. Доступная память может быть меньше полной памяти в связи с необходимостью хранения данных ОС и приложений, используемых для управления функциями устройства.
Аккумулятор 4000мАч (типовое) 4800мАч (типовое)
Зарядка Повышенная скорость беспроводной зарядки с Fast Wireless Charging 2.0

Сертификация проводной зарядки (совместима с AFC и QC2.0) USB PD 3.0 (PPS)

*Сертификация беспроводной зарядки WPC

*Обратная беспроводная зарядка

ОС Android 11
Подключения [5G]5G Non-Standalone (NSA), Standalone (SA), Sub6 / mmWave

[Ultra Wideband]

Платежи NFC, MST
Сенсоры Акселерометр, барометр, ультразвуковой сканер отпечатков пальцев, гироскоп, геомагнитный датчик, датчик Холла, датчик приближения, датчик освещенности
Аутентификация Способ разблокировки: узор, PIN, пароль

Биометрические способы разблокировки: сканер отпечатка пальцев, распознавание по лицу

Аудио Ультра высокое качество воспроизведения аудио

UHQ 32-бит и поддержка DSD64/128

PCM: до 32 бит, DSD: DSD64/128

*Воспроизведение DSD64 и DSD128 может быть ограничено в зависимости от формата файла.

 

Форматы воспроизведения аудио

MP3, M4A, 3GA, AAC, OGG, OGA, WAV, AMR, AWB, FLAC, MID, MIDI, XMF, MXMF, IMY, RTTTL, RTX, OTA, APE, DSF, DFF

 

[Bluetooth]

Dual Audio

*Два подключенных устройства могут иметь небольшую разницу в выводе звука.

Масштабируемый кодек

*Доступно только для определенных носимых устройств производства Samsung, таких как Galaxy Buds ProGalaxy Buds LiveGalaxy Buds.

 

Запись

Качество записи повышено благодаря микрофону с высокой точкой акустической перегрузки, сокращающей искажения в шумной среде.

Видео Форматы воспроизведения видео

MP4, M4V, 3GP, 3G2, AVI, FLV, MKV, WEBM

 

Подключение к ТВ

Беспроводное: Smart View (зеркалирование экрана с разрешением 1080p при 30 fps)

 

Проводное: поддержка DisplayPort через USB type-C. Поддержка вывода видео при подключении через HDMI-адаптер. (DisplayPort 4K UHD при 60 fps)

Защита от влаги IP68

*Характеристики в разделах аудио и видео были скорректированы 2 февраля для предоставления точной информации.

 

1 Размеры дисплея указаны по диагонали. Фактическая площадь меньше из-за закругленных углов и выреза для камеры.

2 По сравнению с экранами 60Гц.

3 Продается отдельно.

4 Функция доступна на смартфонах или планшетах Galaxy с One UI 3.1 или более поздней версии, ее можно включать и выключать в настройках Bluetooth®. Требуется, чтобы на устройствах была одна и та же учетная запись Samsung. Доступность функции зависит от приложения.

5 Функция Мультикадр позволяет создавать фото и видео длиной до 15 секунд.

6 Требуется оптимальное сетевое соединение 5G, доступное на ряде рынков. Уточняйте информацию о доступности и подробности у оператора связи. Скорость загрузки и потоковой передачи может варьироваться в зависимости от контент-провайдера, подключения к серверу и других факторов.

7 Доступно на смартфонах Galaxy с Android P и новее.

8 Продается отдельно.

Культура и самовыражение

Хиджунг Ким в настоящее время является доцентом кафедры психологии UCSB. Она получила свою первую степень бакалавра французской литературы в Женском университете Ихва в Сеуле, Корея, и вторую степень бакалавра психологии в Университете Южной Калифорнии. Она получила степень магистра и доктора социальной психологии в Стэнфордском университете в 2001 году. Ее исследовательские интересы связаны с культурной психологией, изучением того, как культура влияет на ряд психологических процессов.Ее исследования финансировались несколькими грантами Национального научного фонда, а также грантом Совета по исследованиям в области социальных наук. Она является лауреатом премии Общества экспериментальной социальной психологии 2001 года за диссертацию и одним из самых цитируемых доцентов в области социальной психологии (Dialogue, Fall, 2007). Журнал Seed Magazine назвал ее одним из революционеров в науке (август 2008 г.).


Если свобода слова будет отнята, нас могут вести немых и молчаливых, как овец на бойню

— Джордж Вашингтон, 1783

Культуры различаются по своим ценностям речи как выражения индивидуальности .Речь и самовыражение имеют особое значение в индивидуалистических культурах (например, в европейско-американских культурах) (Bellah, Madsen, Sullivan, Swidler, & Tipton, 1985; Kim & Markus, 2002; Kim & Sherman, 2007). Будь то крылатая фраза в рекламе, песне или названии книги, фраза «выражай себя» является повсеместным источником вдохновения и поддержки в культурном контексте США. Самовыражение — это понятие, которое тесно связано с множеством позитивных концепций, таких как свобода, творчество, стиль, смелость, уверенность в себе и даже исцеление и духовность.Свобода слова символизирует высшую свободу быть самим собой. Таким образом, речь пользуется особыми привилегиями в этих культурных контекстах, а свобода слова является одним из важнейших прав человека в США. коллективистские культурные контексты, такие как контексты Восточной Азии. Вдумчивое и дисциплинированное молчание часто ценится выше речи, и речь практикуется с относительно большой осторожностью, потому что потенциальные негативные социальные последствия речи более заметны в этих культурах, чем в США.С. (Ким и Маркус, 2002; Маркус, Китайма и Хейман, 1996). Таким образом, речь и самовыражение обычно не поощряются и не подчеркиваются в культурах Восточной Азии (Kim & Markus, 2002; Kim & Sherman, 2007).

Эти различные культурные допущения и практики влияют на то, как люди выражают свои мысли и чувства, и, в свою очередь, на то, как акты выражения влияют на психологические и биологические результаты для этих культурных участников. В данной статье я опишу выводы по этим темам, сосредоточив внимание на двух областях: влияние речи на мышление и использование и эффекты социальной поддержки.

Культурные различия в влиянии вербализации на когнитивные способности

Речь особенно важна в западном культурном контексте в качестве основного средства выражения и разъяснения своих мыслей, как видно из таких примеров, как использование сократических методов в обучении. В отличие от этого, речь не так ценится в восточном культурном контексте. Скорее, это отвлекает от размышлений. Во многих исследованиях эти противоположные взгляды изучались с точки зрения культурных ценностей (например,г., Адзума, 1986; Гудыкунст, Гао и Франклин-Стокс, 1996; Марселла, 1993; Минами, 1994; Тобин, Ву и Дэвидсон, 1989 г.). Основываясь на этих выводах о ценностях, в моем исследовании изучалось влияние речи на психологическое функционирование и, таким образом, изучалось влияние культуры на психологические процессы, такие как решение когнитивных проблем.

В первом наборе исследований (Kim, 2002) американским участникам азиатского и европейского происхождения было предложено решить ряд задач из прогрессивных матриц Равена (Raven, 1941).Их случайным образом назначали либо в состояние молчания, либо в состояние вербализации, в котором они должны были озвучивать свои мыслительные процессы во время решения задачи. Результаты этих исследований показывают, что вербализация мыслительных процессов ухудшает когнитивные способности у американцев азиатского происхождения, но не у американцев европейского происхождения. Другими словами, реальный эффект вербализации мыслей согласуется с общепринятыми культурными убеждениями.

Большой объем литературы показывает, что существуют значимые различия между людьми Запада и Востока в их доминирующих способах мышления: жители Запада склонны использовать более аналитические способы мышления, а жители Востока склонны придерживаться более целостных способов мышления (Nisbett, Peng , Choi, & Norenzayan, 2001 для обзора).Это различие влияет на то, насколько способ мышления совместим с речью, поскольку аналитическое мышление, характеризующееся линейностью и логикой, легче вербализуемо, чем целостное мышление, характеризующееся цикличностью и допущением изменений и противоречий в природе. В соответствии с этим подходом, исследование (Kim, 2002, исследование 3) показало, что различие во влиянии вербализации на когнитивные способности, по-видимому, связано с культурными различиями в том, в какой степени американцы азиатского происхождения и американцы европейского происхождения полагаются на язык в своей работе. мышление.Экспериментальная манипуляция для подавления внутренней артикуляции (то есть многократное произнесение алфавита вслух) мешала работе американцев европейского происхождения, но не американцев азиатского происхождения. Эти результаты подтверждают идею о том, что американцы европейского происхождения обладают более вербальным мышлением, чем американцы азиатского происхождения. Вербализация мыслей кажется более сложной задачей для американцев азиатского происхождения, которым приходится преобразовывать свои невербальные мысли в слова, чем для американцев европейского происхождения, которым просто нужно озвучить внутреннюю артикуляцию.

Еще одна серия последующих исследований (Kim, 2008) показала, что эти культурные различия в степени когнитивной нагрузки, вызванной вербализацией своих мыслей во время когнитивной задачи, могут привести к различным переживаниям биологического стресса. В частности, я провел одно исследование, в котором участники предоставили образцы слюны для анализа кортизола вместе с задачей решения проблем и замалчивания / вербализации, описанной выше. В этом исследовании задача разговора привела к значительно более высоким уровням кортизола, показателю биологической реакции на стресс, у американцев азиатского происхождения, чем у участников из Европы из Америки.

Эти результаты имеют важное значение для образования и здравоохранения в свете того факта, что практика в большинстве учреждений США основана на западных культурных предпосылках. Высокий уровень стресса и другие проблемы могут возникнуть, когда институциональная практика ожидает определенного культурного значения речи от людей, которые не разделяют то же культурное значение. Принимая один способ выражения или взаимодействия в качестве единственного или превосходящего, общество могло бы принести непреднамеренные, но систематические преимущества культурному большинству (дальнейшее обсуждение см. В Kim and Markus, 2002).

Культура и социальная поддержка в поисках

Культурные различия, связанные с самовыражением, имеют значение в более межличностной сфере, а именно в процессах поиска социальной поддержки. Традиционно использование поддержки рассматривалось с точки зрения конкретных событий, во время которых один человек обращается за помощью к другому человеку в контексте определенного фактора стресса через раскрытие стрессовых событий и чувств. Исследование (Taylor, Sherman, Kim, Jarcho, Takagi & Dunagan, 2004) показало, что этот тип использования социальной поддержки, предполагающий прямое межличностное раскрытие информации и поиск поддержки, менее распространен среди азиатов и американцев азиатского происхождения, чем среди американцев европейского происхождения.В этих исследованиях люди заполняли анкеты о недавно испытанных стрессовых факторах и о том, как они справлялись с ними. В этих исследованиях был изучен широкий спектр стрессовых ситуаций, включая социальные, академические факторы и факторы, вызывающие стресс для здоровья. В исследованиях и стресс-факторах выявлены закономерности. Что касается индивидуальных стратегий выживания, таких как планирование, позитивное переосмысление или активные попытки справиться, не было культурных различий в сообщаемом использовании или полезности. Но в отношении социальных стратегий выживания существовали устойчивые культурные различия.Азиаты / американцы азиатского происхождения значительно реже сообщали об использовании социальной поддержки для преодоления стресса, чем американцы европейского происхождения. Это различие можно объяснить тем фактом, что азиаты / американцы азиатского происхождения испытывают большие межличностные проблемы, связанные с раскрытием своих проблем. Азиаты / американцы азиатского происхождения были больше обеспокоены, чем американцы европейского происхождения, тем, что поиск поддержки может привести к потере лица, нарушению групповой гармонии и критике со стороны других, и эти опасения по поводу взаимоотношений, по-видимому, отговаривали их от получения социальной поддержки со стороны близких.

Действительно, последующее исследование (Kim, Sherman, Ko & Taylor, 2006) показало, что готовность американцев европейского происхождения искать поддержки не зависела от создания отношений, в то время как американцы азиатского происхождения были готовы меньше искать поддержки, когда эти отношения были ближе к концу. себя. То есть готовность американцев азиатского происхождения искать социальной поддержки была ниже, когда они были нацелены на внутригрупповые цели, чем когда они были нацелены на чужие или личные цели, поддерживая идею о том, что их нежелание искать поддержки связано с беспокойством о нарушении существующих социальных отношений. .Эти результаты подчеркивают важность рассмотрения различных моделей взаимоотношений в культурном отношении при изучении природы и последствий операций социальной поддержки.

В дополнение к исследованию того, почему люди из разных культур расходятся в своей готовности искать социальную поддержку, мы с моими сотрудниками изучали, существуют ли более приемлемые с культурной точки зрения формы использования социальной поддержки. Соответственно, мы предложили различать явные и неявные формы транзакций социальной поддержки.Мы определяем явную социальную поддержку как явное разделение своих проблем и чувств, а неявную социальную поддержку как наслаждение компанией близких людей без раскрытия проблем и чувств (Kim, Sherman, & Taylor, 2008; Taylor, Welch, Kim & Sherman, 2007). . В одном эксперименте участники азиатов / американцев азиатского происхождения и американцы европейского происхождения были случайным образом распределены либо по явному условию значимости социальной поддержки (т.д., написание о важных аспектах группы или близких людей) до прохождения острого лабораторного стрессора в виде речевой речи. Действительно, азиаты / американцы азиатского происхождения испытывали меньший дистресс и демонстрировали более низкую реакцию кортизола на задание после прайминга неявной социальной поддержки, чем явной социальной поддержки; обратное было верно для американцев европейского происхождения.

Эти данные свидетельствуют о том, что явная социальная поддержка особенно используется и полезна для представителей индивидуалистических культур, может иметь важное значение для исследований услуг в области психического здоровья, предоставляемых азиатам / американцам азиатского происхождения в США.S., и, в частности, для понимания недостаточного использования ими таких сервисов (например, Sue, Fujino, Hu, Takeuchi, & Zane, 1991). Мы предполагаем, что использование социальных услуг может быть продолжением культурно специфических моделей раскрытия информации и социальных отношений.

Наше исследование предполагает возможность того, что сосредоточение внимания на явном раскрытии и обсуждении своего дистресса как основной формы использования поддержки могло преувеличить «проблему», касающуюся нежелания азиатов / американцев азиатского происхождения просить социальной поддержки.Когда также рассматривались неявные формы поддержки, азиаты и американцы азиатского происхождения испытали аналогичные преимущества. Социальное выживание наиболее эффективно, когда оно принимает форму, соответствующую ожиданиям в отношении взаимоотношений, преобладающим в культуре. Короче говоря, похоже, что, по крайней мере, в случае использования социальной поддержки, члены каждой группы адаптируются к своей собственной культурной системе.

Заключительные мысли

Не каждый в культуре рассматривает действия, связанные с речью и раскрытием, культурно нормативным образом.Поведенческие модели различаются в зависимости от индивидуального опыта и таких факторов, как аккультурация, тип отношений, личность и участие в культурных подгруппах.

Тем не менее, исследование, описанное в настоящей статье, показывает систематические вариации психологических и поведенческих моделей в зависимости от культуры и подчеркивает важное влияние коллективно разделяемых смыслов и практик. Эти исследования направлены на контекстуализацию акта выражения и демонстрацию культурных различий в значении выражения.В зависимости от доминирующих допущений и ожиданий культурных систем самовыражение имеет различные психологические, физические и социальные последствия. Эти результаты свидетельствуют о психологических последствиях основополагающих культурных взглядов, уходящих корнями в исторические и институциональные практики конкретных культур. Хотя наше понимание природы культурных различий и сходства в эффектах самовыражения все еще ограничено, данных достаточно, чтобы обеспечить основу для будущих исследований культуры и различных эффектов самовыражения.Я надеюсь, что результаты этих исследований могут предоставить альтернативный способ теоретизировать о влиянии и роли вербализации в психологических процессах.

Источники

Адзума, Х. (1986). Зачем изучать развитие ребенка в Японии? В Х. Стивенсон, Х. Адзума и К. Хакута (ред.). Развитие детей и образование в Японии (стр. 3-12) Нью-Йорк: Фриман.

Белла Р. Н., Мэдсен Р., Салливан В. М., Свидлер А. и Типтон С. М. (1985). Сердечные привычки: индивидуализм и приверженность в американской жизни .Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Gudykunst, W. B., Gao, G. & Franklyn-Stokes, A. (1996). Самоконтроль и забота о социальной целесообразности в Китае и Англии. В J. Pandey, D. Sinha, & D. P. S. Bhawuk (Eds.), Азиатский вклад в кросс-культурную психологию . Нью-Дели: Сейдж.

Ким, Х.С. (2002). Мы говорим, поэтому думаем? Культурный анализ влияния разговора на мышление. Журнал личности и социальной психологии, 83 , 828-842.

Ким, Х.С. (2008). Культура и когнитивные и нейроэндокринные реакции на речь. Журнал личности и социальной психологии, 94 , 32-47.

Ким, Х. С. и Маркус, Х. Р. (2002). Свобода слова и свобода молчания: анализ разговора как культурной практики. В: Р. Шведер, М. Миноу и Х. Р. Маркус (ред.), Вовлечение культурных различий: мультикультурный вызов в либеральных демократиях (стр. 432-452). Нью-Йорк: Фонд Рассела-Сейджа.

Ким, Х. С. и Шерман, Д. К. (2007). «Самовыражение»: культура и влияние самовыражения на выбор. Журнал личности и социальной психологии, 92 , 1-11.

Ким, Х. С., Шерман, Д. К., Ко, Д., и Тейлор, С. Е. (2006). Стремление к комфорту и стремление к гармонии: культура, отношения и поиск социальной поддержки. Бюллетень личности и социальной психологии, 32 , 1595-1607.

Ким, Х. С., Шерман, Д. К., и Тейлор, С. Э.(2008). Культура и социальная поддержка. Американский психолог, 63 , 518-526.

Маркус, Х. Р., Китайма, С., и Хейман, Р. Дж. (1996). Культура и «основные» психологические принципы. В Е. Т. Хиггинс и А. В. Круглански (ред.), Социальная психология: Справочник основных принципов (стр. 857-913). Нью-Йорк: Гилфорд.

Марселла, А. Дж. (1993). «Консультирование и психотерапия с американцами японского происхождения: межкультурные аспекты». Американский журнал ортопсихиатрии, 63 (2) , 200-208.

Минами, М. (1994). Английский и японский: кросс-культурное сравнение родительских стилей повествования. Проблемы прикладной лингвистики, 5 , 383-407.

Нисбетт, Р. Э., Пэн, К., Чой, И., и Норензаян, А. (2001). «Культура и системы мышления: целостное и аналитическое познание». Психологический обзор, 108 , 291-310.

Рэйвен, Дж. К. (1941). Стандартизация прогрессивных матриц, 1938. Британский журнал медицинской психологии, 19, , 137–150.

Сью С., Фуджино Д. К., Ху Л., Такеучи Д. Т. и Зейн Н. В. С. (1991). Общественные службы психического здоровья для групп этнических меньшинств: проверка гипотезы культурной восприимчивости. Журнал консалтинговой и клинической психологии, 59 , 533-540.

Тейлор, С. Е., Шерман, Д. К., Ким, Х. С., Джарчо, Дж., Такаги, К., и Дунаган, М. С. (2004). Культура и социальная поддержка: кто этого добивается и почему? Журнал личности и социальной психологии, 87 , 354-362.

Тейлор, С. Э., Уэлч, В., Ким, Х. С., Шерман, Д. К. (2007). Культурные различия в влиянии социальной поддержки на психологическую и биологическую реакцию на стресс. Психологическая наука, 18 , 831–837.

Тобин, Дж. Дж., Ву, Д. Ю. Х. и Дэвидсон, Д. Х. (1989). Дошкольное учреждение трех культур: Японии, Китая и США . Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета.

Вашингтон, Г. (1783, март). Выступление перед офицерами армии. Ньюбург, штат Нью-Йорк.

Возглавить себя: комментарии к самовыражению

Abstract

Эта статья представляет собой критический обзор книги «Самовыражение » Митчелла Грина. Основное внимание уделяется утверждению Грина о том, что все экспрессии происходят по пути, форме передачи сигналов агентом или некоторым механизмом организма, который был эволюционно выбран для передачи сигналов. Исходя из идеи, что в некоторых, но не во всех проявлениях, агент стремится выразить себя, я ставлю под сомнение центральную роль коммуникации в идее выражения.

1. In Самовыражение Митчелл Грин предлагает нам элегантную, экономичную и мощную теорию выражения, которая простирается от гримасы или скривленной губы через словесное поведение до Девятого Малера и Ангела Севера. На первый взгляд разнообразная группа психологических феноменов и моделей поведения подчиняется общей цели. От раскрытия аффекта в поведении и игре, вовлечения в языковое общение, сообщения другим о том, что вы на самом деле чувствуете, до использования художественных артефактов для выражения эмоций или настроения — все это следует объяснять как примеры выражения.Грин рассматривает выражение как основной способ коммуникации: один показывает свое психологическое состояние, либо делая его заметным; показывая, что человек находится в этом состоянии; или показать, каково это. Все это объединяет следующая мысль: агент участвует в выражении, сигнализируя о своей субъективной точке зрения.

На изображении Грина о значении говорящего мы можем как показать вещи, так и показать, что что-то есть. Это контрастирует с более узкой направленностью на значение говорящего, обнаруженной в проекте Грайсана, в котором чрезмерный акцент делается на демонстрации этого, чего-то, что тесно связано с лингвистической коммуникацией и использованием знаков, опосредованных конвенциями.По словам Грина, с помощью биологически одаренных механизмов мы можем показать другим некоторые из наших психологических состояний; действительно, они могут буквально стать объектами взгляда. Для него это тоже относится к сфере смысла говорящего. И когда мы выражаем себя таким образом, предполагает он, мы можем потребовать от других сочувствовать нам, чтобы они пришли нам на помощь или, по крайней мере, лучше нас поняли. В свою очередь, возможность проявления психологического состояния посредством выражения приводит к объяснению того, как мы должны понимать способы, которыми искусство может быть выразительным: музыка или картина могут показать нам определенное чувство или способ взглянуть на мир.То, что поначалу кажется клубком перекрывающихся явлений, оказывается принадлежащим к центральному психологическому типу.

Для Грина выражение часто связано с установлением связи между нашим психологическим состоянием и другими людьми; позволяя этим людям познакомиться с нашими чувствами. Входными данными для выражения являются психологические состояния, которые являются интроспектируемыми, а его результатами (когда аудитория принимает выражение) является либо демонстрация из чего-то, либо демонстрация того, что что-то является таковым: либо демонстрация психологического состояния для аудитория или показ аудитории, что ее мысли или чувства таковы.Во многих случаях эмпатическое понимание включает ознакомление с психологическим состоянием, которое человек приходит к пониманию, либо через его восприятие, либо косвенно, проявляя себе психологическое состояние с такими же качествами (или с несколько другими качествами, но которые, по крайней мере, аналогичны ему. те из первоначального объекта озабоченности).

Есть амбиции и элегантность в том, как эти вопросы связаны друг с другом посредством простой, но плодотворной картины значения и изначального тщеславия о том, что выражение само по себе является формой значения.Более того, стиль, в котором эти разнообразные нити связаны вместе, также достоин восхищения: Грин предлагает нам общую картину, основанную не только на философских размышлениях, но и на результатах психологии и других эмпирических наук, чтобы дать нам почувствовать, как мы должны думать об этом. аспект человеческого разума. Можно не только ощутить мощное пролегомену теории этого конкретного явления (или группы явлений), но также и очень убедительную иллюстрацию того, как философский прогресс в целом может и должен быть достигнут.

Требования к критику, однако, включают постановку вопросов об аспектах рассматриваемого проекта, вместо того, чтобы принимать приглашение исследовать дальнейшие последствия теории или применять саму методологию в применении к другим загадкам о человеческой природе. В этой области я не буду концентрироваться на гениальном подходе к значению и общению, хотя здесь есть чем восхищаться и исследовать. И, к сожалению, мне не нужно пространство, чтобы задавать вопросы о приложении к эстетике.Итак, я просто задам несколько вопросов о лежащей в основе теории разума в игре. И даже здесь я при необходимости ограничу свои опасения.

Например, я нахожу интригующим, но также и озадачивающим предположение Грина о том, что мы воспринимаем эмоции других. Он предполагает, что это здравая мысль. Но я не уверен, что обычное мнение вынесет вердикт по этому поводу. Мы действительно говорим что-то вроде: «Я видел ненависть в ее глазах», «Я видел презрение на его губах». Но я не думаю, что это заставляет нас предполагать, что мы воспринимаем эмоции, а не их выражение, равно как и утверждение, что человек видит отца в его лице, заставляет предположить, что человек видит отца, когда видит сына.И что меня больше всего озадачивает, так это то, что должно привлекать Грина, когда мы видим эмоции других людей. Но, как я уже сказал выше, здесь нет места для дальнейшего изучения.

Вместо этого я сосредоточусь на том, что я считаю, возможно, более глубоким разногласием по поводу одного из самых смелых шагов, которые делает Грин: а именно, что мы можем увидеть, что объединяет выражение в терминах коммуникации и передачи сигналов. Вопросы, которые я поднимаю, сводятся к одному: вопросы о некоторых допущениях, используемых при разработке картины. Если это придает скептический вид тому, что будет дальше, я должен заранее за это извиниться.Я не хочу скептически относиться к проекту в целом: как я сказал выше, Self-Expression предлагает нам саму модель того, как мы должны смело продвигаться в исследовании человеческого разума. Цель этой дискуссии — подчеркнуть, что это за достижение.

2. Моей отправной точкой является кажущаяся незначительной придирка к названию книги и, следовательно, к ее саморекламе. Книга называется «Самовыражение » , но ее основная тема — это самовыражение.Грин говорит по поводу чьего-либо самовыражения и дает четкое определение на стр. 43, но в большинстве случаев это просто взаимозаменяемо с разговором о выражении, ничего не теряясь. Конечно, нигде в книге выражение как таковое не противопоставляется самовыражению.

Тем не менее, можно подумать, в просторечии самовыражение — это особая деятельность, на которую следует обратить внимание, в отличие от простого выражения внутреннего. Когда Мадонна призывала женщин конца двадцатого века к самовыражению, она предполагала, что существует особая деятельность, которой они недостаточно занимаются.Точно так же, когда устаревшие искусствоведы жалуются на сцену Brit Art того же периода, что там было слишком много самовыражения, критика сосредотачивается на чем-то более узком, чем просто возможность выражения, которая всегда присутствует в искусстве. То, что говорят люди, является не совсем надежным руководством к тому, как мы должны строить теории, но оба примера, по крайней мере, наводят на мысль о том, что есть смысл противопоставлять самовыражение выражению как таковому .

Теперь это может вызвать недоумение: как может самовыражение не быть самовыражением? Ибо, не говоря уже о случаях косвенного выражения, человек может выражать только собственные психологические состояния, поэтому, конечно, невозможно выразить чьи-либо психологические состояния. Если самовыражение выражает психологические состояния себя, тогда любое выражение должно быть самовыражением. (Под косвенным выражением я имею в виду те случаи, когда агент уполномочен или уполномочен передать свое выражение, например, когда герольд выражает неуважение короля, или капитан у двери выражает соболезнования армии оставшейся скорбящей семье.Это контрпримеры к утверждению, что любое выражение является самовыражением, если брать букву, но они не контрпримеры его духу.)

. выражение в качестве примера самовыражения должно указывать на то, чье психологическое состояние подвергается сомнению. Но это не самый естественный способ понять предполагаемый контраст. Самовыражение контрастирует с выражением в целом в том смысле, что объектом выражения является я как таковое , а не просто какое-то эмоциональное состояние или какое-то мнение.Возможность противопоставить самовыражение самовыражению просто говорит о том, что мы не воспринимаем все выражение как вопрос выражения себя таким образом.

Теперь два немедленных ответа от имени Грина наводят на мысль, что это небольшая придирка. Во-первых, можно возразить, что даже если мы согласимся с этим наблюдением, в худшем случае это покажет, что теория Грина виновна в незначительной чрезмерной рекламе. Возможно, это правда, что он не касается какого-то одного аспекта теории выражения, но, хотя это может представлять какой-то общий интерес, это не означает, что он должен занимать центральное место в теории выражения в целом.Во-вторых, и, возможно, даже более убедительно, можно указать, что распространение теории на самовыражение в указанном здесь смысле было бы очень незначительным дополнением. Самовыражение можно рассматривать просто как частный случай демонстрации объекта, а не как демонстрацию того, что что-то имеет место. Грин сосредотачивает свой рассказ о демонстрации на выявлении психологических состояний человека, но в этом случае нужно показать себя или, возможно, некую личность, предлагаемую в качестве социального суррогата самого себя.В соответствии с этим можно согласиться с тем, что есть место для обсуждения того, какой именно объект должен быть показан и при каких условиях он может быть показан в случае самовыражения, но все же настаивать на том, что это меньшая задача для теории выражения. чем теория социального значения идеи «я».

Однако ниже я буду придерживаться несколько более пессимистического взгляда на состояние дел. Я утверждаю, что контраст между простым выражением и самовыражением ставит некоторые более серьезные вопросы о более общем феномене выражения как такового.Я задаюсь вопросом, следует ли нам принимать центральное утверждение Грина о том, что различные феномены выражения объединяет то, что все они сигналы того, что находится внутри. Не обращая внимания на контраст между самовыражением и самовыражением, Грин игнорирует то, как может быть важно для нашего взгляда на пример выражения, сигнализирует ли сам агент о наличии психологического состояния. В свою очередь, я предлагаю, чтобы выражение включало как случаи с сигналом, так и случаи без него.Мы можем понимать некоторые примеры как случаи выражения, не предполагая, что агент что-либо сигнализирует ими, или даже что они имеют какую-либо эволюционную функцию передачи сигналов.

Сам Грин признает, что есть примеры непроизвольного выражения. Тем не менее, картина в целом строится на центральном случае агента, сигнализирующего о чем-либо посредством выражения. В соответствии с теорией Грина, мы расширяемся от передачи сигналов агента к другим случаям выражения, признавая роль, которую выражение может играть как сигнал, когда оно задействовано в некоторой эволюционной функции.Итак, целенаправленная передача сигналов занимает центральное место в предлагаемой картине самовыражения, и именно поэтому полезно взглянуть на обсуждение Грина спонтанных улыбок, и почему в отличие от некоторых других теоретиков он классифицирует их как добровольные. Защищая их классификацию как непроизвольные, мы заложим основу для предположения, что мы, возможно, захотим думать о каком-либо выражении как о независимом от воли агента и отдельно от любого коммуникативного значения.

3. В пятой главе Грин оспаривает утверждение Пола Экмана о том, что выражения лица являются непроизвольными (121 и далее).Как признает сам Грин, его собственная теория использует обусловленное понятие добровольного: поведение следует считать добровольным, если его можно предотвратить в момент возникновения (28). И его обсуждение Экмана сосредоточено на том, дал ли Экман убедительную причину для предположения, что выражения лица являются непроизвольными (по-видимому, не в том условном смысле, который Грин хочет использовать, но независимо от того, какое предварительное понятие у нас может быть, которое уточняется условием). Я полностью согласен с Грином в том, что особенности, которые Экман выделяет для того, чтобы рассматривать такие выражения лица, как улыбка Дюшенна, как непроизвольные, неубедительны, но в то же время я считаю вполне естественным причислять эти улыбки к непроизвольному аффективному поведению; и хотя термин «непроизвольный» стал чем-то вроде состояния искусства, я нахожу здесь оговорку Грина довольно неестественной.

Мой коллега Том Пинк рассказал мне анекдот, чтобы проиллюстрировать эту мысль. В его семье много лет назад жила престарелая двоюродная бабушка, которая начала страдать от слабоумия, которая была склонна к крайним неприятностям. Теперь она не лишилась некоторого контроля над этим расположением: если бы она сосредоточилась на задаче удержания себя от высказываний невыразимого, она могла бы оставаться полностью презентабельной на публике. Однако она не всегда сосредотачивалась на этой задаче, и слова могли просто ускользнуть. По крайней мере, однажды, когда маленький мальчик преподнес букет цветов на открытии школы, она ответила серафической улыбкой, сказав что-то вроде sotto voce : «Грязный мальчик! Грязный маленький мальчик! » Так как она имела некоторый контроль над собой, даже если она не проявляла этого в данном случае, похоже, что, по мнению Грина, ее словесная активность считается добровольной.В то же время я склонен согласиться с Пинк в том, что мы приводим ее сюда, чтобы разговаривать непроизвольно.

С точки зрения теории действия, которая предполагает, что определение непроизвольного действия Грина слишком узкое. Среди наших действий мы можем быть склонны отмечать что-то как непроизвольное, чтобы указать, что нас к этому принуждали. Что касается нашего поведения, с другой стороны, отличие непроизвольного движения от произвольного состоит в том, чтобы отличить действие от того, чего нет, то есть то, что в нашем поведении исходит от воли.Таким образом, принять условие Грина, сохранив при этом эту коннотацию, значило бы сказать, что в том, что что-то является моим физическим действием, в том, что оно исходит из моей воли, нет ничего более, чем то, что я мог бы предотвратить его наступление. Это кажется мне слишком обедненным представлением о физическом действии и обесцвечивает суть проведения различия между простым поведением и действиями в первую очередь. То, что я могу, приложив некоторые усилия, предотвратить дрожание руки, само по себе не означает, что, когда я не могу контролировать свои движения, дрожание руки является произвольным, что означает, что я что-то сделал.

Конечно, Грин не особенно интересуется теорией действия, и поэтому он может заявить, что с точки зрения получения хорошего обзора темы выражения его условие достаточно хорошо. И действительно, я бы допустил, что с точки зрения его теории , вопрос о том, является ли улыбка Дюшена добровольной или нет, не является особенно центральным. Зеленый допускает наличие непроизвольных выражений: улыбка может, как часто бывает вздох, непроизвольно сигнализировать о наличии определенного эмоционального состояния; это будет так, если он был задействован в качестве сигнала и имеет функцию указывать что-то о психологических условиях организма.Основная информация, которую нужно уловить, — это то, что улыбка или вздох могут передать сами по себе. Можно, конечно, добавить, что агент, который позволяет такому естественному сигналу проявить себя, когда он мог бы предотвратить это, указывает на что-то своим недостатком контроля (по крайней мере, там, где сам факт того, что они не осуществляют контроль, также очевиден). ): аудитория может понять, что агент готов к открытию. Но доступность этой дополнительной информации, по-видимому, не меняет основной смысл выражения, то есть указание на сигнализируемое психологическое состояние.Таким образом, значение этого первичного сигнала, по-видимому, не зависит от его классификации как произвольного или непроизвольного. Если мы согласимся с более широкими обязательствами Грина в его теории, его положение о добровольности, по-видимому, не принесет больших затрат или не принесет никакой пользы.

Тем не менее, если кто-то еще не принял его теорию выражения, он может быть склонен иначе трактовать те случаи, когда что-то выражает внутреннее состояние, когда агент не имеет прямого контроля над его производством (могут ли они или не мог подавить выражение) из тех случаев, когда мы истолковываем агента как управляющего ситуацией и собирающегося выразить себя, делая или говоря что-то.Отчасти здесь важно то, должна ли теория выражения быть чувствительной к тому, когда агент действует или проявляет свою волю. Этот вопрос возвращает нас к самовыражению в смысле самовыражения, а вместе с ним и к важности различия между активным и пассивным.

4. Знакомый рассказ с древних времен рассматривает агента как своего рода во власти своих страстей. Овладение собой предполагает умение контролировать эти страсти. Доведенные до крайности, такие изображения предлагают полное разделение между собой и страстями, которые стремятся доминировать над ним.Обычная корректирующая история склонна настаивать на том, что активное «я» действительно может быть ничем, кроме желаний и других страстей, которые могут побудить человека к действию. Но и эта история может доходить до крайностей; и в ее крайней форме, когда мы представляем себя не чем иным, как пучком страстей, даже осторожная шотландская ирония не может сделать исправление более правдоподобным, чем картина, которую она пытается заменить. Таким образом, можно найти объяснения отношения между волей и желанием как попытку уравновесить эти две крайности: «я», стоящее отдельно от всех желаний и действующее так, чтобы контролировать их влияние; Я как не более чем сумма желаний.С одной стороны, мы склонны допускать некоторое отделение страстей от себя, ассимилируя действия, вовлекающие их, в должным образом волевое поведение только тогда, когда агент отождествляет себя или иным образом контролирует действие, проистекающее из рассматриваемой страсти. С другой стороны, мы признаем, что любой выбор или осуществление контроля со стороны агента что-то отражает в его или ее характере и, таким образом, может указывать на то, чего он действительно хочет.

Две философские крайности и попытка найти гармоничное положение между ними отражают загадку, с которой мы сталкиваемся в обычной жизни, — осмысление окружающих нас людей, а также наши стратегии или гипотезы относительно роли, которую их эмоции играют в их жизни. действия.Эти разные стратегии отражают разные оценки того, что является выразительным в поведении агента и какова может быть значимость таких выразительных элементов. Например, в одной ситуации мы можем быть склонны думать, что агент охвачен своими страстями, поддается гневу или ревности, и поэтому думаем, что их вспышка не выражает на самом деле их истинного «я». В этом случае мы готовы признать контраст между страстями, с одной стороны, и агентом, с другой. Но это не означает одобрение первоначальной крайней картины полного разделения этих вещей: столкнувшись с кем-то, кто, кажется, полностью контролирует ситуацию, мы можем жаловаться, что недостаточно того, что есть на самом деле, демонстрируется; все слишком контролируется; слишком воспитанный.Мы можем подумать, что здоровый человек — это тот, кто позволяет своим неуправляемым страстям просто проявить себя. Некоторые различия между этими противоположными оценками могут отражать устойчивые и глубокие различия в способах, которыми агенты могут отслеживать и контролировать свои аффективные состояния и связанные с ними диспозиции поведения; но, возможно, столь же примечательным является то, каким образом нами движет культурная мода. В определенных настроениях мы больше заботимся о спонтанном и животном в нас; в других случаях кажется, что чистая сосредоточенность контроля лучше отражает наши представления о любимом «я».

Для наших текущих целей, однако, важна мысль о том, что нам нужно разделить на три части при рассмотрении поведения и общей предрасположенности агента. Есть действия агента, которые рассматриваются как проистекающие из его или ее воли, и они контрастируют с теми аспектами поведения, за которые мы считаем ответственными определенные психологические силы внутри агента, но за пределами воли. Помимо роли воли и других психологических сил, мы должны признать роль личности агента, того артефакта, который он предлагает социальному миру, и через который он взаимодействует с другими людьми.Последний из них, кажется, принадлежит исключительно миру знаков: его реальность — это вопрос того, что должны сообщать или воспринимать другие. В двух других случаях мы можем разобраться в том, что что-то есть и проявить нам, независимо от того, хочет ли какой-то агент сообщить о своем присутствии или нет.

Эти три элемента дают нам три вида кейсов: первый, в котором мы видим агента, ответственного за выразительный аспект своего поведения, и тем самым принимаем его за то, что он что-то сообщает нам; один, в котором мы видим, что другие психологические силы проявляют себя, и принимаем это как выражение некоторого аспекта агента, даже если не чего-то, что в действительности является самовыражением.Наконец, возможность того, что агент, озабоченный тем, чтобы выпустить слишком много непослушного, становится настолько самоконтролируемым, что мы рассматриваем поведение как чисто предназначенное как коммуникативное и в котором мы не можем найти ничего, должным образом выражающего истинное Я агента.

Таким образом, контраст между выражением в целом и самовыражением в частности требует от нас задать вопрос, всегда ли суть выражения заключается в том, что целенаправленно передается, или мы так сильно заботимся о выражении именно потому, что оно проявляется в нас аспекты психики человека, которые ничто не намеревается сообщать.

5. Для Грина фундаментальный контраст между тем заметным аспектом поведения или предрасположенности человека, который является выразительным, и тем, что не выражается, заключается в различии между тем, что сигнализируется, и тем, что нет. По его словам, ни выпуклая вена на разгневанном лбу, ни покраснение невесты не выражают того, что находится внутри (или, скорее, не обязательно), потому что нет оснований полагать, что организм что-то сигнализирует. потенциальной аудитории.Я не уверен, считает ли Грин это разделением, которое мы в любом случае были бы склонны принять, независимо от его теории, но мне кажется, что это цена его счета. Ибо совершенно естественно рассматривать выпуклость и румянец как аспекты выразительных измерений ума. И если мы переместим наше внимание на интерпретатора, перед которым стоит задача понять агента и его позицию по отношению к миру, то мы сможем понять, почему этих двоих не следует понижать в должности. Интерпретатору необходимо знать вещи, которые считаются собственно психологическими причинами поведения.Вдобавок, если вышеупомянутая история о морали верна, они должны внимательно отнестись к вопросу о том, отождествляются ли эти психологические истоки с агентом или нет.

В течение ряда лет меня беспокоило, что мой сосед по комнате в аспирантуре часто проявлял признаки беспокойства: его рука дрожала, когда он скручивал сигарету или держал чашку кофе. Но в конце концов я понял, что у него только что зародилась болезнь Паркинсона и что у него была очень легкая апраксия (которая никоим образом не стала более серьезной за последние двадцать лет).В тот момент, когда я это понял, я по-другому относился к его движениям, и мне они казались иначе. С одной стороны, низкая частота возбуждения нервных центров моторного контроля и эмоциональное состояние тревоги являются лишь внутренними причинами поведения. Но, столкнувшись с обычными требованиями осмысления социального мира и действующих в нем акторов, мы склонны относиться к ним по-разному: причину последнего типа мы классифицируем как психологическую или ментальную причину поведения; что-то, за чем должна следить наша социальная компетентность; первое мы считаем чисто механическим.Так что, возможно, то, что классифицирует вместе различные явные физические формы поведения как выразительные, заключается в том, что мы так относимся к ним как к тому, что мы должны отслеживать при распознавании разума агента.

Мне не кажется, что отслеживание ментальных причин каким-либо очевидным образом сводится к рассмотрению того, пытался ли агент что-то сообщить или показать или нет. Очевидно, что один из способов, которым эмоции агента могут взять верх над ними, — это настаивать на привлечении внимания к себе любого несчастного прохожего.Нет более подходящего описания такого проявления, чем сигнализация, и Грин, безусловно, прав, подчеркивая это. Но более спорной является идея о том, что любое выражение должно быть какой-то формой сигнализации. То, что я приписываю его злобный комментарий его потребности отомстить, является для меня достаточным основанием для того, чтобы считать его действия выражением его гнева, кроме того, мне не нужно предполагать, что он действует так, чтобы дать миру понять, что он зол. ; будь то сознательное намерение или эволюционно выбранная функция.

Благодаря такому образу мышления выпуклость и румянец заслуживают своей поддержки как часть области экспрессии, будучи ключом для интерпретатора как способом проникновения в психологию интерпретируемого объекта. Путь в этом вопросе гораздо меньше, чем объект беспокойства: чтобы понять других, мы заботимся об их психологических аспектах и ​​о том, как они проявляются. Конечно, следует принять как данность, что мы классифицируем эмоциональные состояния, такие как тревога вместе с мыслями, как собственно ментальные, внутренние в смысле принадлежности к внутреннему миру, уму, а не внутренние в смысле просто падения в кожа, так как может быть склонность к низкой скорострельности.

Для Грина основная классификация здесь — это то, что принадлежит субъективной точке зрения. И экспрессивное связано с тем, что оно обладает функциональной ролью сигнализировать об этой субъективной точке зрения. Я предлагаю здесь и то, что наша фундаментальная категория психологического или ментального шире, чем субъективная точка зрения (эмоции, которые переполняют меня и открываются другим, не обязательно должны принадлежать моей точке зрения на мир), и что о выражении нужно думать только с точки зрения предоставления нам доступа к ментальному царству другого (хотя и не обязательно путем его восприятия).Акцент на сигнализации или коммуникации также слишком ограничен.

Короче говоря, Грин предполагает, что для экспрессии важно то, что организм может выбрать для передачи сигналов. Напротив, здесь предполагается, что важно то, что может быть предметом для других задач разобраться в ком-то. С точки зрения развития спор заключается в следующем: сосредоточены ли мы на специальной задаче достижения успеха в общении, на прагматической компетенции или на более широкой компетенции просто разбираться в других людях? При всей элегантности теории Грина я не вижу причин ограничивать наше понимание выражения первым, а не вторым.

Благодарности

Эти комментарии были первоначально подготовлены для встречи на Центральном APA 2009 года. Большое спасибо Митчеллу Грину за его комментарии к этому материалу в то время, а также аудитории той сессии.

Открытый доступ

Эта статья распространяется на условиях Некоммерческой лицензии Creative Commons Attribution, которая разрешает любое некоммерческое использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора (авторов) и источника.

Информация об авторе

Принадлежность

  1. Философский факультет Лондонского университетского колледжа, Гауэр-стрит, Лондон, WC1E 6BT, Англия

    MGF Martin

  2. Философский факультет Калифорнийского университета, Беркли, 314 Moses Hall, University of California, Berkeley, CA, 94720-2390, USA

    MGF Martin

Автор, ответственный за переписку

М.Г. Ф. Мартин.

Права и разрешения

Открытый доступ Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями Некоммерческой лицензии Creative Commons Attribution (https://creativecommons.org/licenses/by-nc/2.0), которая разрешает любое некоммерческое использование, распространение и воспроизведение на любом носителе при условии указания автора (авторов) и источника.

Перепечатки и разрешения

Об этой статье

Цитируйте эту статью

Martin, M.Г.Ф. Возглавить себя: комментарии к Самовыражение . Acta Anal 25, 81–88 (2010). https://doi.org/10.1007/s12136-009-0077-x

Ссылка для скачивания

Поделиться этой статьей

Все, с кем вы поделитесь следующей ссылкой, смогут прочитать это содержание:

Получить ссылку для общего доступа

Извините, Ссылка для совместного использования в настоящее время недоступна для этой статьи.

Предоставлено инициативой по обмену контентом Springer Nature SharedIt

Ключевые слова

  • Митчелл зеленый
  • Выражение
  • Эмоции
  • Теория разума
  • Общение

Самовыражение | Гидроцефалия и молодые люди

На этой странице…

Что такое самовыражение?

Нам нужно уметь выражать многое в жизни.

Для пример:

  • Как мы себя чувствуем.
  • Что нам нужно или что-то нужно.
  • Это мы понимаем.
  • Мы согласны / не согласны.
  • Что мы можем и хотим что-то делать.

Мы обычно выражаем вышеперечисленное (и многое другое), говоря или делать что-то: словами или действиями и поведением. Как дети растут они находят разные способы самовыражения. Это во многом связано с научиться говорить и использовать все более сложный язык.Это связанные с изменениями, происходящими в мозгу (подробнее см. в разделе «Обучение»).

Вернуться к началу

Как самовыражение может быть изменен гидроцефалией

Иногда то, что мы хотим сказать или сделать, ограничено нашими возможностями. Возможности могут быть ограничены из-за возраста и стадии (например, трехлетний ребенок может не знать языка, чтобы объяснить что-то) или из-за умственных и физических возможностей. Ограничения любого добрый может расстраивать и расстраивать и часто может быть причиной раздражительного или поведение типа «истерика», или может просто сбить с толку или расстроить кого-то.

Физические ограничения часто связаны с условиями связанные с гидроцефалией (например, расщелина позвоночника, церебральный паралич). Также, гидроцефалия может изменить работу мозга. Соответствующее «самовыражение» в язык или поведение требует, чтобы множество мозговых процессов работало вместе. Этот может нарушаться гидроцефалия. Вы можете найти ссылки на некоторые ключевые процессы, указанные ниже.

Вернуться к началу

Ключевые процессы участвует в «самовыражении»

Expression требует для работы большого количества мозговых процессов вместе.Если на какой-либо из этих процессов повлияла гидроцефалия, человек могут возникнуть проблемы с самовыражением.

Ключевые процессы, участвующие в самовыражении включают:

  • Понимание: понимание того, на что нужно отвечать.
  • Решение проблем: выработка ответа.
  • Планирование, последовательность и мониторинг: планирование шагов, необходимых для ответ и порядок, в котором они должны быть выполнены; проверка того, что ответ делать то, что предполагается, когда план претворяется в жизнь; изменение плана если это не так.
  • Исполнительное функционирование: способность вовлекать нужные процессы в нужное время, чтобы что мы можем думать и действовать правильно и своевременно.
  • Скорость обработки: скорость, с которой сигналы перемещаются по мозгу, чтобы затронуть области. и функции, которые необходимы.

Вернуться к началу

Возможные проблемы

Трудности в самовыражении могут способствовать проблем в:

  • Ответы на вопросы e.грамм. нет ответа или неуверенно / изо всех сил пытается подобрать слова.
  • Слишком много говорить или разговор кажется неуместным / неуместным. См. Раздел «Взаимодействие с другими» для получения более подробной информации и обсуждения «синдрома коктейльной вечеринки».
  • Человек может не знать, как ответить или получить участвуют в разговоре, но хотят или думают, что должны. В результате человек может ответить неправильно и, возможно, подробно. (например, отвечая на вопрос учителя; желая пообщаться с друзьями).
  • Человек, «застрявший» в «неправильной» идее.Щелкните здесь, чтобы узнать больше о гибкости в мышлении и действиях.
  • Обычно делают ошибки в том, что нужно делать и когда. Это может быть тесно связано с проблемами решения проблем и планирования (см. ссылки выше).
  • Неадекватное поведение, вроде «властного» или «Напористый» или «слишком знакомый». См. Подробности в разделе «Общение с другими».

Люди в любом случае уникальны, но каждый будет немного отличается в том, как их мысли и действия зависят от гидроцефалия (и связанные с ней состояния).Хотя этот сайт стремится дать что-то подходящее каждому, важно думать о каждом отдельном образец сильных сторон и трудностей. Терпение, решимость, испытания и ошибка может потребоваться, чтобы найти решения, соответствующие уникальным особенностям вашего ребенка потребности. Загляните в раздел «Жизнь с гидроцефалией», чтобы найти советы и рекомендации, как бороться с гидроцефалией. разные вопросы и трудности.

Вернуться к началу

Почему маркетологи должны понимать потребности потребителей в самовыражении

Наши слова, мысли, имущество — это все способы самовыражения, все ключи, освещающие лабиринтный план нашей идентичности.Каждый должен выражать себя, потому что без средств общения, кто мы есть, у нас нет возможности передать себе и другим, что мы актуальны, живы!

Наша потребность в самовыражении может быть удовлетворена, даже если никто не получит наше самовыражающее сообщение. Мы выражаем свою индивидуальность другим в надежде, что они заметят, но также частично для удовлетворения нашего стремления к общению. Самовыражение — это основной процесс, который помогает нам понять, кто мы и кем надеемся стать.

Потребность в самовыражении

В культуре, которая ценит индивидуальность и индивидуальность, то, что мы выбираем носить, водить машину, даже то, что мы заказываем в ресторане, является потенциальной возможностью удовлетворить нашу потребность в самовыражении, и маркетологи должны понимать и находить способы вписать свои товары в этот процесс.

Хотя наиболее удовлетворительным средством для самовыражения часто является работа в карьере, мы не можем отрицать ведущую роль, которую символы на рынке играют в нашей постоянной потребности в выражении индивидуальности.Логотипы компаний и брендов — одни из самых узнаваемых символов в общественной жизни. От наклеек Apple до джинсов Wrangler мы используем сотни коммерческих символов, чтобы придать смысл нашей идентичности. Мы связываем значения брендов и их символов с обладателями симпатичных личностей и идентичностей и добровольно решаем наполнить нашу жизнь избранными символами.

Таким образом, идентичность бренда

— это не только создание общественного признания компании и ее брендов.Речь идет о том, что символ бренда говорит о человеке, который использует его в качестве значка. Важность символов показывает, почему маркетинговая коммуникация — это не просто игра в продвижение и продажи, а нечто гораздо большее и всеобъемлющее.

Символы эмоционально продают образ жизни

Маркетологи не продают отдельные предметы, которые можно интерпретировать как символы; они продают части более крупного символа — потребительского образа жизни. Маркетинг — это процесс предоставления клиентам кусочков мозаики, из которых они, как создатели собственной индивидуальности, выбирают и выбирают для разработки композиции, которая в то время будет наиболее привлекательной.

Мы выражаем не только нашу временную идентичность, но и развивающийся образ жизни. Конечно, мы не являемся брендами и продуктами, которые мы используем, но они предлагают ощущение стабильности, подтверждение того, что мы выражаем то, кем мы хотим быть в данный конкретный момент нашей жизни.

Рассмотрим роль моды в самовыражении. Люди одеваются определенным образом, чтобы поддерживать постоянную идентичность и подчеркивать аспекты своей личности. Иногда часть самовыражения через моду — это способ приспособиться к группе.В других случаях это используется, чтобы выделиться из группы. Но в большинстве случаев мода как самовыражение — это способ повысить самооценку.

СМОТРИ ТАКЖЕ: Industry Maverick, Jimmy Smith

Бренды должны эмоционально соединяться

Будь то ярлыки, которые мы носим, ​​или марки автомобилей, на которых мы ездим, наша ассоциация с этой персонализированной системой символов эмоциональна. Другими словами, большая часть самовыражения осуществляется вне нашего сознательного осознания.Идея о том, что собственность является продолжением нашей идентичности, давно обсуждалась в психологии, но мы должны признать, что многие бизнес-лидеры лишь на словах признают, что эти символы играют важную роль в нашей жизни.

Как исследователь, важно подумать о том, какие аспекты личности задействованы, когда покупатель рассматривает возможность покупки. Глядя на аудиторию таким образом, маркетологи могут узнать, как лучше удовлетворить стремление к самовыражению для различных личностных аспектов.Бизнес не может связаться с кем-либо, если нет четкого понимания того, что символически представляет бренд, продукт или услуга. Некоторые бренды становятся знаковыми, определяя поколение. Возникает вопрос: как эти символы принимаются, отвергаются или рассматриваются их владельцем, потребителем?

Владение эмоциональной территорией — необходимая цель на пути к тому, чтобы продукт стал культовым символом. Если каждое наше решение является актом самовыражения, тогда важно, чтобы покупатели понимали, что представляет собой бренд и как он может соответствовать тому, кем они являются и кем они надеются стать.

Пределы самовыражения и опасности брендинга образа жизни в JSTOR

Абстрактный

Идея о том, что потребители используют бренды для выражения своей идентичности, привела к тому, что многие компании переориентировали свои продукты с акцента на функциональные атрибуты на то, как они вписываются в образ жизни потребителя. Такое изменение позиционирования приветствуется менеджерами, которые считают, что, позиционируя свои бренды как средство самовыражения, они с меньшей вероятностью вступят в конфликт со своими прямыми конкурентами.Однако авторы утверждают, что, поступая таким образом, эти компании подвергаются гораздо более широкой межкатегориальной конкуренции за долю идентичности потребителя. Таким образом, они предполагают, что потребность потребителей в самовыражении через бренды конечна и может быть удовлетворена, когда потребители знакомятся с самовыражающимися брендами. Более того, они утверждают, что потребность потребителей в самовыражении может быть удовлетворена не только прямыми конкурентами бренда, но и брендами из несвязанных категорий продуктов, небрендовыми средствами самовыражения и самовыражающимися поведенческими актами.Авторы исследуют эти предположения в серии из пяти эмпирических исследований, которые предоставляют сходные доказательства в поддержку идеи о том, что потребность в самовыражении может быть удовлетворена, тем самым ослабляя предпочтения в отношении брендов образа жизни.

Информация о журнале

Маркетинговый журнал (JM) разрабатывает и распространяет знания о реальных вопросах маркетинга, имеющих отношение к ученым, преподавателям, менеджерам, потребителям, политикам и другим заинтересованным сторонам общества.Это главный источник серьезных маркетинговых исследований. С момента своего основания в 1936 году JM играет значительную роль в формировании содержания и границ маркетинговой дисциплины?

Информация об издателе

Сара Миллер МакКьюн основала SAGE Publishing в 1965 году для поддержки распространения полезных знаний и просвещения мирового сообщества. SAGE — ведущий международный поставщик инновационного высококачественного контента, ежегодно публикующий более 900 журналов и более 800 новых книг по широкому кругу предметных областей.Растущий выбор библиотечных продуктов включает архивы, данные, тематические исследования и видео. Контрольный пакет акций SAGE по-прежнему принадлежит нашему основателю, и после ее жизни она перейдет в собственность благотворительного фонда, который обеспечит дальнейшую независимость компании. Основные офисы расположены в Лос-Анджелесе, Лондоне, Нью-Дели, Сингапуре, Вашингтоне и Мельбурне. www.sagepublishing.com

Самовыражение и идентичность после тотальной ларингэктомии: значение для поддержки

Задача: Изучить, как люди, перенесшие ларингэктомию (IWL) из разных слоев общества, придают значение и приспосабливаются к физическим и функциональным изменениям после тотальной ларингэктомии.Изучить, в какой степени основные сторонники (PS) и медицинские работники (HP) могут поддерживать IWL с психосоциальными и экзистенциальными проблемами, вызванными хирургическим вмешательством, которое значительно влияет на разговор, дыхание, глотание и внешний вид человека.

Методы: Конструктивистский теоретический подход и символический интеракционизм использовались для руководства сбором и анализом данных.Произошло полуструктурированное интервью.

Полученные результаты: Были опрошены 28 участников (12 IWL, 9 PS и 7 HP). Полученные данные свидетельствуют о том, что IWL претерпевают значительные изменения в своей самоидентификации, и есть свидетельства ряда пассивных и активных паттернов рефрейминга (дестабилизированные, смиренные, решительные и трансформированные). Утрата самовыражения включала изменения в коммуникативном участии, личном стиле, пищевых предпочтениях и социальных ролях.Краткосрочная и долгосрочная поддержка, по-видимому, влияет на результаты, но часто плохо приспособлена для управления психосоциальными потребностями IWL.

Выводы: Потеря самовыражения после тотальной ларингэктомии влияет на самоидентификацию и приспособление. То, как люди переосмысливают свою идентичность, похоже, связано с тем, как они относятся к своим недостаткам и уродствам. На это восприятие также влияет реакция других и доступная поддержка.Необходимы дополнительные ресурсы, образование и обучение, чтобы PS и HP могли предоставить комплексный уход.

Ключевые слова: корректирование; рак; коммуникация; ларингэктомия; потеря; онкология; самоидентификация; служба поддержки.

Влияние целенаправленной деятельности на функции рук, когнитивные функции и самовыражение пожилых пациентов с деменцией

[Цель] В этом исследовании изучается влияние целенаправленной деятельности на функцию рук, когнитивные функции и самовыражение пожилых людей с деменцией, а затем определяются факторы, влияющие на самовыражение, в подфакторах зависимых переменных.[Субъекты и методы] Сорок пожилых людей были разделены на две группы: группу вмешательства (n = 20) и контрольную группу (n = 20). Вмешательства применялись к субъектам 3 раза в неделю по 50 минут каждый раз, в общей сложности в течение пяти недель. Мы измерили тест на силу захвата с помощью динамометрического теста Jamar, тест гидравлического щипкового щупа Jamar для теста на хватку, тест на палку с девятью отверстиями для теста координации, а также когнитивную оценку Loewenstein для когнитивных функций для пожилых людей и шкалу оценки самовыражения для тест на самовыражение.[Результаты] Целенаправленная деятельность способствовала работе рук, когнитивной функции (зрительное восприятие, пространственное восприятие, зрительно-моторная организация, внимание и концентрация) и самовыражению пожилых людей с ранней деменцией, а факторами, влияющими на самовыражение, были когнитивные функции (зрительное восприятие) и функции рук (координация). Исследование показало, что программа, ориентированная на выполнение заданий, позволяет самовыражаться за счет улучшения функций рук и когнитивных функций.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *